Вернутся к фанфику
Часть 11
22 апреля 2026, 18:03Аэропорт жил своей жизнью: объявления разносились по залу, чемоданы глухо катились по полу, люди спешили, обнимались, прощались. В этом движении было что-то тревожное и одновременно привычное.
Усаги стояла рядом с мамой, крепко сжимая ручку чемодана. Взгляд то и дело скользил к входу, будто она сама не замечала, как ждёт.
И в этот момент к терминалу подъехала машина. Сейя вышел сразу. Увидел её — и на лице появилась та самая улыбка, от которой внутри у неё всё сжалось и тут же потеплело.
Он подошёл ближе.
— Здравствуй, — тихо сказал он.
Лёгкий кивок в сторону её мамы:
— Добрый день, мисс Икуко.
— Добрый, Сейя, — тепло улыбнулась она. — Спасибо, что приехал.
Сейя снова посмотрел на Усаги — и уже не сдерживаясь, обнял её. Крепко, но осторожно, будто боялся сделать этот момент короче, чем он есть. Он поцеловал её — нежно, медленно, будто хотел запомнить.
Мама Усаги посмотрела на них с мягкой улыбкой и тактично сделала шаг в сторону:
— Я буду там. Возьму кофе.
Они остались вдвоём. Шум вокруг будто стал тише.
— Я не мог не приехать, — сказал Сейя, глядя ей в глаза. — Хотел увидеть тебя перед вылетом.
— Я рада, — тихо ответила Усаги. — Очень.
Он на секунду замялся, как будто решаясь, потом сунул руку в карман.
— Подожди.
Сейя достал маленькую коробочку и открыл её.
Внутри лежал кулон в форме луны — тонкий, почти невесомый, с мягким светлым отблеском, будто он сам ловил свет вокруг.
— Это тебе, — сказал он тихо. — Чтобы я был рядом. Даже когда мы далеко.
Усаги замерла, прикрыв рот ладонью.
— Сейя…
Он аккуратно надел кулон ей на шею. Его пальцы на секунду задержались у её ключицы — чуть дольше, чем нужно.
— Луна всегда возвращается, — добавил он. — Как и ты.
Глаза Усаги блеснули, она сжала кулон в ладони, словно боялась отпустить.
— Я буду носить его каждый день.
Сейя чуть наклонился, коснулся её лба своим.
— Я буду ждать. Сколько бы ни понадобилось.
Она кивнула, глядя на него так, будто пыталась запомнить каждую деталь.
— Я скоро вернусь… ладно?
Он мягко улыбнулся, но в этой улыбке появилась глубина — не просто уверенность, а что-то более серьёзное.
— Я знаю.
Она шагнула ближе и снова обняла его, уже крепче, чем раньше.
К терминалу подъехала ещё одна машина. Из неё вышли Ятен и его мама. Они быстро подошли ближе, поздоровались — коротко, без лишних слов, но с тем самым ощущением, что момент уже слишком близко.
— Ну что, — Ятен повернулся к Сейе и усмехнулся, — я пошёл.
Он хлопнул его по плечу.
— Вернусь с контрактами по всему миру. Станем известными.
— Главное — не забывай, кто будет писать музыку, — ответил Сейя с лёгкой улыбкой.
— Это я помню, — кивнул Ятен.
На секунду они задержали взгляды — без шуток, уже серьёзно. Потом объявили посадку.
Ятен подхватил сумку, его мама кивнула всем на прощание, и они направились к контролю, постепенно растворяясь в потоке людей.
Усаги проводила их взглядом, а потом повернулась к Сейе. Её глаза блестели, но она всё равно улыбалась.
— Я буду очень скучать, — сказала она тихо. — Как долечу — сразу позвоню.
Сейя ничего не ответил сразу. Просто притянул её к себе, обнял крепче, чем раньше, и поцеловал в лоб.
— Куколка… я тоже буду скучать, — тихо сказал он. Сразу звони. Я буду ждать.
Усаги кивнула, сжимая в ладони кулон в форме луны, словно он мог удержать её здесь ещё немного.
— Обещаю.
Они ещё на секунду остались рядом — среди чемоданов, голосов, объявлений. Мир вокруг двигался, спешил, жил своей жизнью…
А у них было это короткое, почти хрупкое мгновение. Сейя провёл пальцами по её щеке, задержался, будто хотел запомнить это ощущение.
Она сделала шаг назад. Потом ещё один. И, не отрывая взгляда, развернулась. С каждым шагом расстояние между ними увеличивалось.
Сейя остался стоять на месте, не двигаясь, пока она не скрылась среди людей.
— Усаги, давай быстрее! — мама уже стояла у входа в салон. — Самолёт улетит без нас.
— Уже бегу! — отозвалась Усаги и в последний раз оглянулась.
Первый класс встретил тишиной, мягким приглушённым светом и ощущением спокойствия, которое после аэропортовой суеты казалось почти нереальным. Просторные кресла, аккуратные ряды, тихие разговоры — всё было на своих местах, всё выглядело правильно.
Усаги прошла чуть дальше… и вдруг замерла.
— Ятен? — удивлённо улыбнулась она. — Серьёзно?
Он повернул голову, сразу её заметил, и усмехнулся:
— Ну привет. Похоже, полёт будет не таким скучным.
— Ух ты… — выдохнула Усаги, садясь рядом. — Мы даже сидим вместе.
Она автоматически оглянулась назад. Её мама уже устроилась у окна, рядом с мамой Ятена. Они спокойно переговаривались, словно это было абсолютно обычное совпадение.
Усаги на секунду нахмурилась. Странно, что их рассадили именно так. Но она не стала заострять внимание.
Самолёт начал подготовку к выезду. Загорелись табло, прозвучали стандартные объявления, стюардессы начали проверять ремни.
И в этот момент внутри у Усаги что-то резко сжалось. Она перестала улыбаться.
— Ятен… — тихо сказала она, чуть повернувшись к нему. — У меня какое-то странное предчувствие.
Он сразу стал серьёзнее, внимательно посмотрел на неё:
— Не очень хорошее?
— Да… — она кивнула, опуская взгляд. — Будто что-то не так.
Она сделала паузу, словно сама сомневалась в своих словах.
— Может… нам не лететь? Может, надо выйти? Остановить рейс?
Ятен не ответил сразу. Он оглядел салон, людей вокруг — спокойных, занятых своими делами, абсолютно уверенных в том, что всё идёт как надо.
— У меня тоже было это чувство последние дни, — тихо признался он.
И от этого стало только хуже. Самолёт слегка дёрнулся и начал медленное движение.
Усаги резко поднялась:
— Давай выйдем…
Но в этот же момент раздался голос стюардессы, и почти сразу — глухой звук закрывающихся дверей.
Ятен посмотрел вперёд, затем снова на неё и тихо сказал:
— Поздно. Мы уже тронулись.
Усаги медленно опустилась обратно в кресло. Она попыталась найти хоть какую-то логику, за что можно зацепиться.
— А если мы скажем? — тихо спросила она. — Что нам страшно… что у нас плохое предчувствие?
Ятен покачал головой:
— Нам никто не поверит. А если мы сейчас устроим панику — нас просто сочтут странными.
Усаги сжала пальцы так, что побелели костяшки.
— Мне не нравится это чувство…
Ятен посмотрел на неё и попытался улыбнуться, но в его взгляде всё равно осталась тень напряжения:
— Всё будет нормально.
Он чуть тише добавил:
— Всего девять часов — и мы на земле.
Самолёт продолжал медленно выруливать к взлётной полосе. А внутри Усаги впервые по-настоящему захотелось, чтобы время повернуло назад.
Самолёт уже был высоко в небе. Полёт шёл ровно, и ровный гул двигателей постепенно стал фоном, к которому привыкаешь и перестаёшь замечать. В салоне царило спокойствие: кто-то дремал, кто-то смотрел в экран, кто-то просто молча сидел, уставившись в иллюминатор.
Усаги почувствовала, что пересохло в горле. Она слегка наклонилась вперёд и нажала кнопку вызова.
— Извините… — тихо сказала она, когда стюардесса подошла.
Та вежливо наклонилась:
— Сейчас, одну минуту.
Она развернулась и пошла по проходу.
Усаги уже собиралась откинуться в кресле, как вдруг почувствовала что-то странное.
Запах.
Он был едва уловимым.
Она медленно подняла взгляд.
По салону тянулась тонкая, почти незаметная полоска дыма. Сначала она казалась случайной, словно отражением света. Но с каждой секундой становилась плотнее. Люди начали оглядываться. Кто-то нахмурился, кто-то кашлянул, сначала тихо, затем сильнее. Несколько человек приподнялись с мест, пытаясь понять, что происходит.
— Что это… — тихо сказала Усаги, чувствуя, как внутри поднимается холод.
Ятен уже смотрел туда же. Его лицо мгновенно стало серьёзным.
— Это плохо, — сказал он напряжённо.
Дым распространялся слишком быстро. Неестественно быстро. Усаги заметила, как мужчина впереди резко схватился за подлокотник, словно потерял равновесие. Рядом с ним женщина попыталась встать, но тут же осела обратно в кресло.
Кто-то попытался позвать на помощь, но голос оборвался на полуслове. И в этот момент всё пошло не так. Паника не успела даже развернуться — события развивались быстрее. Люди начали терять сознание. Один за другим. Кто-то ещё пытался держаться, хватался за кресла, за соседей, но силы быстро уходили. Кашель усиливался, дыхание становилось тяжёлым.
Усаги резко повернулась к Ятена. Его лицо побледнело, глаза были широко раскрыты. В них не было уже ни иронии, ни спокойствия — только шок.
— Что за… — начал он.
Но Усаги уже почти не слышала. Звук вокруг словно утонул. Гул двигателей, голоса, движения — всё смешалось в один глухой фон. Она попыталась вдохнуть глубже, но воздух словно стал плотным, тяжёлым. Лёгкие не слушались. Мир начал расплываться. Контуры теряли чёткость, свет становился тусклее, лица — размытыми. Последнее, что она увидела, было лицо Ятена.
Сейя сел в машину и на мгновение задержался, глядя перед собой. Аэропорт остался позади, но внутри всё ещё держалось ощущение, будто он оставил там что-то важное. Он выдохнул, завёл двигатель и выехал с парковки.
Телефон зазвонил почти сразу.
— Сейя, — голос отца звучал спокойно и уверенно. — Если можешь, подъезжай по адресу, который я отправил. Посмотрим дом.
Сейя коротко кивнул, хотя отец этого не видел.
— Хорошо. Я еду.
Когда он подъехал, дом сразу привлёк внимание. Современный, светлый, с чёткими линиями и большими панорамными окнами. Стекло отражало небо, а светлая отделка делала дом лёгким, почти воздушным.
Сейя вышел из машины и медленно огляделся.
Они вошли внутрь.
Просторная гостиная открывалась сразу — с высокими потолками, мягким светом и большими окнами во всю стену. Всё было выполнено в современном стиле: минимализм, светлые тона, аккуратные детали. В центре — большой диван, рядом стеклянный стол, и пространство, которое не давило.
Кухня была объединена с гостиной. Чистые линии, встроенная техника, остров посередине.
— Здесь спальня, — спокойно сказал отец, открывая первую дверь, когда они поднялись на второй этаж.
Комната была светлой, с большим окном и спокойной атмосферой. Ничего лишнего.
— Здесь ещё одна…
Вторая спальня выглядела так же продуманно — возможно, для гостей или работы. Сейя шёл следом, почти не говоря, но внимательно смотря на каждую деталь. Отец остановился у третьей двери, на секунду задержался и открыл её.
— Детская.
Сейя на мгновение замер, затем спокойно кивнул. Он ничего не сказал, но взгляд задержался в комнате чуть дольше. Пространство было пустым, но почему-то уже не казалось таким.
Они вышли во двор.
Небольшой бассейн, аккуратная зона отдыха, чистая геометрия пространства. Сейя прошёлся ещё раз — медленно, вдумчиво, словно уже мысленно расставляя всё по местам.
— Всё как нужно, — сказал он наконец. — Даже больше.
Отец улыбнулся:
— Тогда не будем тянуть. Это будет вам с Усаги подарок.
Сейя сразу кивнул, уверенно, без сомнений:
— Супер. Спасибо, отец. Тогда едем оформлять.
Они сели в машину и поехали в офис. Дальше всё происходило быстро и спокойно: документы, подписи, деловые разговоры. Когда всё закончилось, Сейя держал в руках ключи.
Он на секунду посмотрел на них, сжал пальцы сильнее и почувствовал странное спокойствие. Будто сделал правильный шаг. Будто всё складывается именно так, как должно.
— Это будет сюрприз, — сказал он чуть тише. — Когда она вернётся.
Отец кивнул:
— Она оценит.
Сейя вышел на улицу, остановился и поднял взгляд к небу. Оно было чистым, спокойным, как будто ничего не предвещало перемен.
Он сжал ключи в руке и тихо сказал:
— Я всё подготовлю. Ты только возвращайся.
На следующий день Сейя проснулся рано и спустился вниз. На кухне уже были мама и Тайки. На столе стоял завтрак, в доме пахло кофе и свежими тостами.
— Доброе утро, — сказала мама, обернувшись. — Садись.
— Доброе, — ответил Сейя.
Она улыбнулась и сразу добавила:
— И, кстати, поздравляю тебя с покупкой дома. Теперь вы с Усаги сможете жить вместе. Я уже не дождусь, когда увижу внуков. Хочется хоть немного понянчиться.
— Мам, — Сейя смутился и поднял ладони. — Стоп, ещё рано.
— Ой, да ладно тебе, — махнула она рукой.
— Судя по тому, сколько времени они проводят ночами, — спокойно вмешался Тайки, — «рано», это очень оптимистично.
Он усмехнулся.
— Думаю, это случится быстрее, чем мы все ожидаем.
— Тайки, — строго сказал Сейя.
— Что? — невинно ответил тот. — Я просто констатирую факты. И да, поздравляю, кстати.
Мама рассмеялась и повернулась к Тайки:
— Ну а теперь твоя очередь. Когда поедем тебе дом выбирать?
Тайки слегка замялся.
— Думаю, ещё рановато. Позже.
— Вот всегда так, — покачала головой мама. — Ты старше, а младший съедет первым.
— Такая несправедливость жизни, — философски заметил Тайки.
Сейя усмехнулся и сделал глоток кофе.
На кухне тихо работал телевизор — фоном, почти незаметно. Сейя как раз сделал глоток кофе, когда голос диктора внезапно изменился.
— Срочные новости…
Все трое одновременно подняли головы. На экране появилась заставка экстренного выпуска.
— Пассажирский самолёт, следовавший рейсом Tokyo–Sydney, рейс TS417, потерпел крушение…
Сейя замер.
— Связь с бортом была потеряна вскоре после выхода на крейсерскую высоту…
Мама медленно опустила чашку на стол.
— Количество пострадавших и погибших на данный момент неизвестно. На месте работают спасательные службы. Причины происшествия устанавливаются, ведётся следствие…
Сейя побледнел.
— Какой… какой рейс? — тихо переспросил он, не отрывая взгляда от экрана.
Но он уже не слышал продолжения. В голове звенело.
Tokyo–Sydney.
Потерпел крушение.
Кружка в его руке дрогнула.
— Нет… — выдохнул он почти неслышно.
Телевизор продолжал говорить — сухо, официально, без эмоций. А в кухне стало слишком тихо. Мама медленно посмотрела на Сейю.
— Сейя…
Он уже встал.
— Это не может быть… — сказал он глухо. — Это не может быть их рейс.
Но внутри что-то уже рушилось. Он резко развернулся и вышел из кухни, почти взбежал по лестнице в свою комнату. Дверь захлопнулась.
Мама первой нарушила тишину.
— Какой кошмар… — выдохнула она, прижимая ладонь ко рту. — Бедная Мидори… Ятен… А Усаги?..
Тайки стоял, будто не слыша собственных мыслей.
— Это… — он сглотнул. — Это же их рейс… Этого не может быть.
Сейя схватил телефон.
— Куколка… — прошептал он, уже набирая номер.
Абонент не отвечает.
— Нет… — дыхание сбилось. — Пожалуйста…
Он нажал повтор. Абонент не отвечает. Сейя быстро набрал номер Ятена.
— Ответь… — почти приказал он экрану. — Пожалуйста, просто ответь.
Ничего. Он начал писать сообщения — одно за другим.
Где ты?
Ответь.
С вами всё в порядке?
Пожалуйста.
Экран оставался пустым. Руки дрожали. Он сел на край кровати, уставившись в телефон, будто силой взгляда мог заставить его ожить.
— Нет… нет… — повторял он шёпотом. — Этого не может быть.
— Я же сказал… я же сказал, что ничего не случится…
Внизу мама что-то говорила Тайки, её голос звучал рядом, почти отчётливо, но Сейя не слышал ни слова. Слова будто проходили мимо, не задевая сознание. В его мире остался только экран телефона, застывший в руках, и та пугающая, оглушающая тишина, которая бывает, когда реальность перестаёт укладываться в голове.
Закрытая территория. Особняк, утопающий в тишине.
В просторной комнате стоял мужчина у большого панорамного окна. За стеклом тянулись холмы, теряющиеся в темноте, и чёрные силуэты деревьев, неподвижные, как декорация. В комнате было почти темно, лишь слабый свет подчёркивал линии его фигуры.
Он не двигался.
За его спиной раздался спокойный голос:
— Господин… самолёт потерпел крушение. Всё сделано.
Мужчина не обернулся. Он продолжал смотреть в окно, будто слова не были неожиданностью. Будто он ждал их.
Прошло несколько секунд.
Он тихо хмыкнул.
— Иногда… — произнёс он негромко, всё так же глядя в темноту за стеклом, — чтобы открыть что-то новое… нужно кого-то принести в жертву.
Слова прозвучали спокойно, без пафоса, без сомнения. Как факт.
За его спиной снова раздался голос, уже чуть тише, осторожнее:
— Господин… Соочи Томоэ уже в лаборатории. Всё готово.
Мужчина не ответил сразу. Он стоял неподвижно, словно взвешивая что-то внутри себя. В его лице не было ни колебаний, ни эмоций — только холодная сосредоточенность.
Прошло несколько долгих секунд.
Затем он медленно обернулся.
Сделал несколько шагов вперёд. Остановился.
— Если что, — сказал он ровно, без тени сомнения, — нужно поторопиться настолько, насколько это возможно.
Он поднял взгляд. Холодный. Ясный.
— Мне нужен результат быстрее.
Небольшая пауза повисла в воздухе.
— У вас есть полгода, — продолжил он. — Ни днём больше.
Он отвернулся, словно разговор уже был закончен.
— Иначе… — добавил он напоследок, — все погибли зря.
В комнате снова воцарилась тишина.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!