Вернутся к фанфику

Часть 39

22 апреля 2026, 18:03
На следующий день Усаги и Ятен вместе с Харукой и Джедайтом приехали в офис Нефрита Сайто, чтобы подписать договор о сотрудничестве. Речь шла о строительстве нового загородного комплекса для отдыха. Усаги выглядела, как всегда, безупречно. На ней был строгий брючный костюм, приталенная светлая блузка. Длинные волосы были собраны сзади в высокий хвост. На лице — темные очки, придававшие ей еще больше холодной уверенности. Ятен был в темном костюме и выглядел не менее собранным. Переговоры прошли быстро. Договор был подписан. Через несколько минут они уже выходили из здания офиса вместе с Нефритом. Но едва они подошли к дороге, Усаги заметила, что напротив собралась группа людей. Несколько десятков человек стояли с плакатами. — «Оставьте приют!» — «Не трогайте детей!» Усаги остановилась. Она медленно сняла очки и повернулась к Харуке. — Харука… кто это? Харука посмотрел через дорогу. — Не знаю. Они здесь стояли еще когда мы приехали. Усаги уже собиралась идти дальше, но Ятен мягко остановил её рукой. Она на секунду посмотрела на него… затем повернулась и направилась прямо к людям. Ятен, Харука и Джедайт последовали за ней. Когда Усаги подошла ближе, она спокойно спросила: — Где находится этот детский приют? Что случилось? Одна из женщин с плакатом шагнула вперед. — Нефрит Сайто хочет снести наш приют… — голос женщины дрогнул. — Он собирается построить там развлекательный комплекс. А куда мы денем детей? У них нет родителей… Усаги на секунду замолчала. — Там… детский приют? — тихо переспросила она. В её взгляде мелькнуло что-то неожиданно мягкое.В этот момент из здания вышел сам Нефрит. Он быстро подошел к ним. — Миссис Мицуки, не обращайте внимания, — спокойно сказал он. — Всё под контролем. Я всё улажу. Усаги медленно повернулась к нему. — Почему вы не сказали, что на этом месте находится детский приют? Нефрит слегка усмехнулся. — А какая разница? Все документы уже оформлены. Я обо всём договорился. Усаги на мгновение посмотрела на него холодным взглядом.Потом повернулась к женщине. — Никто ничего сносить не будет. Толпа замерла.Усаги отошла немного в сторону. Нефрит пошел за ней.Ятен стоял неподвижно и внимательно смотрел на него. — Мистер Сайто… — спокойно сказал Ятен. — Почему вы не сказали об этом сразу? Нефрит пожал плечами. — Я не думал, что это важно. В этот момент Усаги резко развернулась. Она вытащила из папки подписанный договор. И прямо у них на глазах разорвала его на части. — Этот участок не трогать, — холодно сказала она. — Мы расторгаем договор, мистер Сайто. Куски бумаги медленно упали на землю. Нефрит ошеломленно смотрел на неё. Усаги даже не взглянула на него. Она просто развернулась и пошла к машине. Ятен молча последовал за ней. Через минуту их автомобиль уже уезжал, оставляя позади растерянного Нефрита и притихшую толпу людей. Никто не заметил, что в тот момент, когда Усаги разорвала договор, кто-то из толпы снимал всё происходящее на телефон. В машине стояла тишина. Город медленно оставался позади, огни становились всё реже, а дорога уходила дальше, к окраинам. Ятен смотрел вперёд, потом чуть повернул голову: — Харука, какие планы дальше? Харука не отрывал взгляда от дороги, его голос звучал спокойно и собранно: — Нам нужно заехать к Алмазу. Усаги сидела у окна, глядя куда-то вдаль. Казалось, она вообще не слышит разговора. Через несколько секунд она тихо сказала: — Хорошо… но сначала поехали в этот детский приют. Харука бросил на неё короткий взгляд через зеркало заднего вида, но ничего не сказал. Он просто повернул руль. Машина мягко свернула с основной дороги. Приют находился почти на окраине города, среди деревьев и небольшого леса. Когда машина остановилась у ворот, вокруг стояла почти полная тишина, нарушаемая только детским смехом. Усаги вышла первой. Она медленно подошла к забору и остановилась. За ним дети бегали по двору, играли, смеялись. Несколько малышей катались на качелях, кто-то гонял мяч, кто-то просто сидел на земле и что-то рисовал. Усаги молча наблюдала за ними. Ятен подошёл к ней, чуть нахмурившись: — Усаги… ты чего? Она не сразу ответила. Потом тихо сказала: — Ятен… давай поможем им. Ятен внимательно посмотрел на неё, в его взгляде мелькнуло удивление. — Усаги… тебя сейчас волнуют чужие жизни? Усаги ничего не ответила, продолжая смотреть на детей. В этот момент к ним подошла женщина — одна из работниц приюта. — Вам чем-то помочь? Ятен слегка кивнул: — Нет, извините. Но Усаги вдруг спросила, не отрывая взгляда от двора: — У этих детей… совсем нет родителей? Женщина мягко вздохнула: — Да… у кого-то родители умерли, от кого-то просто отказались. Усаги медленно опустила взгляд на играющих детей. — Как жаль… Ятен тихо сказал: — Усаги… нам пора. Она кивнула женщине: — Извините. И они молча вернулись к машине. Автомобиль снова выехал на дорогу. Несколько минут никто ничего не говорил. Потом Усаги спокойно сказала: — Джедайт. Он повернулся. — Да? — Переведи этому приюту помощь. Джедайт удивленно посмотрел на неё. — Усаги…? Она даже не посмотрела в его сторону. — Ничего не спрашивай. В машине снова воцарилась тишина.Но Ятен едва заметно улыбнулся. Когда они ехали по дороге, Ятен вдруг сказал: — Давайте заедем к Минако. Усаги повернула голову и посмотрела на него, но ничего не сказала. Харука сразу понял и молча повернул руль. Через несколько минут машина остановилась через дорогу от дома Минако. Ятен открыл дверь и вышел. Усаги тоже потянулась к двери. — Я выйду… воды возьму. Ятен посмотрел на Харуку. — Харука, иди с Усаги. Харука кивнул, и они вдвоём направились к небольшому магазину за углом. Ятен тем временем подошёл к дому. Через минуту дверь открылась, и на крыльцо вышла Минако. Она увидела Ятена и немного удивилась. — Ятен? Он улыбнулся. — Привет. Ты как? Минако подошла ближе. — Я в порядке… Но она не успела договорить. В этот момент возле дома резко остановилась машина. Двери распахнулись. Из неё быстро вышли двое мужчин. В их руках были пистолеты. Один сразу направил оружие на Минако. — Не двигайся. Минако испуганно замерла, не в силах даже пошевелиться. Всё произошло слишком быстро. Ятен сразу развернулся и резко ударил мужчину, который стоял ближе, но не успел закончить движение. Второй мгновенно оказался рядом с Минако и приставил пистолет к её голове. — Без глупостей. Ятен застыл, его взгляд сразу стал жёстким. Мужчина, державший оружие у Минако, холодно сказал: — В машину. Быстро. Иначе я прикончу её. Ятен ничего не ответил. Он лишь медленно выпрямился, понимая, что любое резкое движение сейчас может стоить Минако жизни. В этот момент второй мужчина, которого он только что ударил, уже поднялся и подошёл к нему. Он грубо схватил Ятена и с силой толкнул к машине. Ятен не сопротивлялся. Мужчина у Минако медленно убрал пистолет от её головы и отошёл, затем быстро обошёл машину и сел за руль. Минако закричала, голос сорвался: — ЯТЕН! Дверь машины с глухим звуком захлопнулась. Мотор резко взревел. Через секунду машина сорвалась с места и с визгом шин унеслась прочь. Джедайт, который стоял у машины через дорогу, только успел подбежать. — Минако! Но было уже поздно. Минако опустилась на колени, потрясённая, не в силах поверить в происходящее. — Они… они забрали Ятена… В этот момент к дому почти бегом подбежали Усаги и Харука. Усаги остановилась прямо перед Минако, её голос прозвучал резко: — Что произошло?! Минако подняла на неё испуганные глаза, в которых стояли слёзы. — Ятена… они забрали Ятена… На секунду всё вокруг будто замерло. Лицо Усаги резко изменилось. — Куда они поехали? — Я… я не знаю… Харука уже обернулся к машине. — Быстро! Через несколько секунд они уже сидели внутри. Джедайт завёл двигатель. Машина резко сорвалась с места. Усаги смотрела вперёд холодным, почти пугающе спокойным взглядом. — Найдите их. Машина мчалась по улицам Токио. . За рулём сидел Харука. Рядом — Джедайт. На заднем сиденье Усаги и Минако. Никто почти не говорил. Вдруг телефон Харуки резко зазвонил. Он бросил быстрый взгляд на экран. — Мотоки… Он нажал на кнопку и включил громкую связь. — Харука, вы где? — послышался голос Мотоки. — Вы уже едете к Алмазу? Харука на секунду сжал руль крепче. — Мотоки… мы не приедем к Алмазу. Кто-то похитил Ятена. Мы едем за ними. В трубке на секунду повисла тишина. — Что?.. — только успел сказать Мотоки. Но Харука уже отключил звонок. Машина резко ускорилась. Усаги смотрела вперёд, не отрывая взгляда от машины, которая ехала впереди них. Она резко повернулась к Минако. — Минако… тебе не стоило ехать с нами. Минако нахмурилась. — Нет. Я могу помочь. — Это опасно, — тихо, но твёрдо сказала Усаги. Но Минако только покачала головой. — Мы друзья. Я не оставлю вас. Усаги на секунду посмотрела на неё, потом перевела взгляд на дорогу. — Харука… быстрее... черт ... Харука ничего не ответил. Он просто сильнее нажал на газ. Мотор громко взревел, и машина рванула вперёд, сокращая расстояние до чёрного автомобиля, который увозил Ятена. Машина резко остановилась возле старого здания на окраине. Оно выглядело заброшенным — облупившаяся краска, разбитые окна, потускневшая вывеска. Когда-то здесь, похоже, был театр. Теперь же всё вокруг казалось мрачным и пустым. Харука первым открыл дверь машины. — Оставайтесь здесь, — коротко сказал он. Усаги уже выходила следом. Джедайт посмотрел на них серьёзно. — Будьте осторожны. Минако сжала руки. — Если что-то случится — мы сразу идём за вами. Харука кивнул. Он двинулся вперёд к зданию. Усаги шла следом. Дверь театра со скрипом открылась. Внутри было темно и пахло пылью. Их шаги эхом отдавались в пустом помещении. Они медленно прошли глубже в коридор. И вдруг впереди послышались приглушённые голоса. Харука остановился, жестом показывая Усаги быть осторожнее. Они подошли к двери. Харука резко открыл её.В тот же момент из темноты кто-то замахнулся железной битой прямо на Усаги. Но она мгновенно увернулась. Бита со свистом пролетела мимо. Харука не терял ни секунды — он резко схватил нападавшего за руку и заломил её за спину. Человек был в чёрной маске.Усаги подошла ближе. — Кто ты? — холодно спросила она. Человек молчал. — Отведи нас к Ятену, — продолжила Усаги. — Зачем вы его похитили? Ответа снова не последовало. И вдруг у человека в маске зазвонил телефон. Харука крепче удерживал его. Нападавший ответил. Из трубки послышался холодный голос: — Веди девчонку сюда. Звонок оборвался.Харука и Усаги переглянулись. — Веди, — коротко сказал Харука. Человек в маске молча пошёл вперёд. Харука всё ещё держал его. Они прошли по длинному тёмному коридору и вышли в огромный зал.Старый театральный зал. Пыльные кресла уходили в темноту, а на сцене горел одинокий тусклый свет. И под этим светом сидел Ятен. Он был связан. На лице были ссадины и следы ударов. — Ятен! — выдохнула Усаги. Она сразу побежала к сцене и опустилась рядом с ним. — Ты в порядке? Ятен поднял голову. — Усаги… не надо было сюда приходить… И вдруг из темноты раздались медленные хлопки. Хлоп. Хлоп. Хлоп. Голос прозвучал холодно и насмешливо. — Наконец-то… Усаги Мицуки. Усаги медленно поднялась. Из темноты начали выходить люди в масках. Они окружали сцену, перекрывая выходы. Голос продолжил: — Ятен Мицуки… Все в сборе — Я хочу, чтобы Кенджи видел, как его дети будут умирать. Медленно… и мучительно. Вокруг них уже стояли люди в масках, готовые напасть. Из темноты медленно вышел высокий человек в чёрном капюшоне. Его шаги были тихими, почти бесшумными, но от него сразу чувствовалась опасность. Он подошёл ближе, не спеша, будто полностью контролировал ситуацию. Усаги стояла неподвижно, глядя прямо ему в глаза, не отступая ни на шаг. Он остановился перед ней и неожиданно протянул руку, медленно взяв её за хвост.Усаги напряглась, плечи чуть дрогнули, но она не сделала ни шага назад. Мужчина наклонился ближе, почти касаясь её, и тихо прошептал на ухо: — Усаги Цукино… или Мицуки? Он сделал короткую паузу, словно наслаждаясь её реакцией. — Каково это — жить под воздействием веществ? Глаза Усаги вспыхнули. Она резко повернулась и попыталась ударить его, но мужчина мгновенно перехватил её руку. Его хватка была сильной и жёсткой, не оставляющей ни единого шанса вырваться. Вокруг люди в масках уже начали двигаться, готовясь в любой момент вмешаться. Усаги подняла взгляд и посмотрела прямо ему в глаза, в её выражении не было страха — только холод и напряжённая решимость. Мужчина отпустил её руку и сделал шаг в сторону, словно ему было достаточно этого короткого контакта. — Вам, наверное, очень интересно, кто я такой? — спокойно сказал он. Он остановился чуть в стороне, не теряя её из поля зрения. Небольшая пауза повисла в воздухе. — Я отвечу. Он слегка наклонил голову. — Вы меня не знаете. Но так получилось… что дети будут отвечать за поступки вашего отца. Усаги не шевелилась, лишь её взгляд стал ещё холоднее. — Ничего личного, — продолжил он спокойно. — Хотя, должен признать… благодаря их экспериментам вы всё ещё держитесь. Он тихо рассмеялся, и в этом смехе не было ничего живого. — Я так долго искал способ отомстить Кенджи Мицуки… и его чокнутому профессору. Его голос стал жёстче, в нём появилась настоящая злость: — И вот… его дети прилетают в Японию. Он перевёл взгляд с Усаги на Ятена. — Я сразу понял, что с вами что-то не так. А потом накопал информацию… обычные студенты, улетели в Австралию… якобы погибли в авиакатастрофе. Он усмехнулся, чуть наклонив голову: — Но потом я увидел новости… и всё стало на свои места. Ятен резко поднял голову, в глазах вспыхнула ярость: — Ты ублюдок! Человек в капюшоне только рассмеялся. — Да, Ятен… мне говорили, что ты вспыльчивый. Усаги всё это время стояла молча, наблюдая за ним. Её взгляд был внимательным, холодным, словно она уже что-то просчитала. Мужчина снова повернулся к ней. — Но не волнуйтесь, — сказал он спокойно. — Вы не умрёте так быстро. Он сделал шаг ближе. — Это было бы слишком просто. Он посмотрел на Ятена, и в его голосе появилась почти болезненная жёсткость: — Я хочу, чтобы Кенджи увидел… как его дети умирают. Точнее — его творения. Всё, во что он вложил столько сил… разрушится в один момент. Он сделал паузу, наслаждаясь собственными словами. — Медленно. Мучительно. Вокруг люди в масках начали двигаться ближе, постепенно сжимая кольцо. В старом театре стало почти не слышно ничего, кроме тихих шагов и напряжённого дыхания. И в следующую секунду всё произошло стремительно. Усаги резко сорвалась с места. Никто не успел среагировать. Она мгновенно оказалась рядом с ним, сорвала с него капюшон и с силой толкнула назад. В ту же секунду она сняла туфлю и прижала острый каблук к его шее, фиксируя его на месте. Всё замерло. Усаги смотрела на него сверху вниз, и в её глазах не было ни страха, ни сомнений. В зале мгновенно стало тихо. Люди в масках замерли, будто кто-то одним движением остановил всё вокруг. Харука резко шагнул вперёд, готовый в любой момент вмешаться, его взгляд стал жёстким и сосредоточенным. Но в ту же секунду один из людей в маске сорвался с места, подлетел к Ятену, схватил его за плечо и резко приставил нож к его горлу. — Не двигаться! — прозвучало резко. Усаги замерла. Её взгляд сразу стал холодным. — Уйди от него. Человек с ножом покачал головой. — Нет. Он сильнее прижал лезвие к шее Ятена. — Если ты не отпустишь босса… Ятен умрёт прямо здесь. Ятен стиснул зубы, не отрывая взгляда от Усаги. — Усаги… не слушай его… Но Усаги уже смотрела прямо в глаза человеку с ножом. Она чувствовала — он не блефует. В его движениях не было колебаний. Он действительно был готов это сделать. Несколько секунд тянулись мучительно долго. Затем Усаги медленно убрала каблук от шеи человека в капюшоне. Она отпустила его. Мужчина сразу же резко поднялся. И в следующую секунду развернулся и с силой ударил Усаги по лицу. Удар прозвучал глухо и жёстко. Усаги резко дёрнулась, её голову откинуло в сторону, и она не удержалась на ногах, падая. Пряди волос закрыли её лицо. Ятен рванулся вперёд, несмотря на нож у горла, и его голос сорвался, хриплый и наполненный яростью: — Ты тварь… ты уже труп. Харука сделал шаг вперёд, его голос стал опасным: — Ты… Но люди в масках сразу двинулись ближе, перекрывая пространство. Усаги медленно повернула голову обратно. В её глазах больше не было страха. Только холодная, кипящая злость. Человек в капюшоне спокойно смотрел на неё. Он шагнул ближе, резко потянул её за хвост к себе и наклонился почти вплотную. — Без шуток… у меня для вас сюрприз. Затем он коротко бросил: — Взять их. Люди в масках двинулись вперёд, сжимая кольцо. И в этот момент тяжёлая дверь театрального зала резко распахнулась. Громкий удар эхом прокатился по пустому зданию, разрезая напряжённую тишину. — Всем стоять! — раздался резкий голос. В зал ворвались Джедайт, Мотоки и Сейя. Джедайт держал в руке пистолет, Мотоки сжимал железную биту, но впереди всех шёл Сейя. В его руке тоже был пистолет, уже направленный прямо на людей в масках. — Никому не двигаться! — крикнул он. Все в зале резко обернулись. Люди в масках замерли, на секунду потеряв инициативу. Сейя медленно двинулся вперёд, не опуская оружие. Его взгляд быстро скользнул по сцене, оценивая обстановку, и вдруг остановился. Усаги сидела на полу. Рядом с ней стоял человек в капюшоне, всё ещё удерживая её за хвост. На её лице отчётливо виднелась красная отметина от удара. Внутри Сейи что-то резко оборвалось. Его взгляд потемнел, дыхание стало глубже. Рука с пистолетом поднялась чуть выше. Он был уже готов нажать на курок. Но в этот момент человек в капюшоне спокойно встал и посмотрел прямо на него. В его голосе прозвучала холодная насмешка: — Сейя Коу… опять ты? Сейя резко остановился. Его взгляд стал ещё внимательнее, он всматривался, будто пытаясь убедиться. И через секунду тихо выдохнул: — Кунсайт?.. В зале повисла тяжёлая, давящая тишина. Все удивлённо смотрели на человека, который только что снял маску. Даже люди в масках на мгновение замерли, будто сами не ожидали этого. Но Кунсайт будто не заметил их реакции — его лицо оставалось холодным и непроницаемым. — Это ничего не меняет, — спокойно сказал он. — И я советую тебе не вмешиваться, Сейя. Они ответят. Сейя всё ещё держал пистолет, но медленно опустил его чуть ниже, не сводя с него взгляда. — Стоп… подожди, Кунсайт. Он сделал несколько шагов вперёд. — Что вообще происходит? Кто тебя подослал? Его голос был уже не криком — он стал тише, но опаснее. Сейя медленно подошёл к Усаги, которая всё ещё сидела на полу. Он опустился рядом, аккуратно взял её лицо в ладони и посмотрел на покрасневшую щёку. На секунду в его глазах мелькнула настоящая боль… и тут же сменилась яростью. Он резко поднялся. И без предупреждения ударил Кунсайта в лицо. Тот пошатнулся, но устоял. Люди в масках сразу дёрнулись вперёд, но в ту же секунду раздался выстрел. Джедайт выстрелил вверх. Грохот разнёсся по залу, и все замерли. Кунсайт медленно выпрямился, коснулся рукой губы и усмехнулся. — Да, Сейя Коу… Он посмотрел на Усаги и Ятена, затем снова перевёл взгляд на Сейю. — Ты же знаешь, кто их отец. Его голос стал жёстче. — Ты знаешь, сколько невинных людей и детей погибли из-за этих тварей? В зале снова повисла тишина. Сейя смотрел на него несколько секунд, не отводя взгляда. А затем сказал спокойно, но так, что его слова прозвучали сильнее любого крика: — А ты знаешь… что они сами ничего не помнят? Он сделал шаг вперёд. — Ты мстишь не тем людям, Кунсайт. Ты мстишь тем, кто уже стал жертвой. Кунсайт усмехнулся, в его взгляде мелькнуло что-то холодное и отстранённое. — Плевать. Он перевёл взгляд на Усаги и Ятена, будто рассматривая их как нечто чужое. — Их отец увидит, как всё, во что он так вкладывался… как его идеальное «творение»… исчезнет у него на глазах. Сейя сделал ещё один шаг вперёд, его взгляд стал жёстче. В этот момент Усаги резко поднялась. Она сделала несколько быстрых шагов вперёд, но Сейя тут же перехватил её за руку и удержал за своей спиной. Кунсайт спокойно наблюдал за этим, а затем усмехнулся. — Сейя… а ты вообще понимаешь, что она под такими веществами, о которых ты даже не можешь представить? Он сделал шаг в сторону, не отрывая от них взгляда. — И ты всё равно её защищаешь? Он на секунду задумался, будто что-то вспоминая, затем его улыбка стала шире. — Ах да… Ятен. Точно, как же я мог забыть. Вы же вместе были в группе. Он тихо рассмеялся. — Чёрт… становится всё интереснее. Сейя смотрел на него жёстко, не отступая ни на шаг. — Скоро здесь будет мой отец. И ты прекрасно знаешь, чем это может закончиться. Кунсайт прищурился. — Твой отец… Он медленно произнёс это, словно проверяя что-то в голове. — Он тоже в деле с Кенджи? В зале снова повисла тишина. Сейя покачал головой. — Нет. Он сделал ещё один шаг ближе, и в его голосе появилась стальная уверенность. — Послушай меня, Кунсайт. Я не знаю, что именно произошло. Но люди, которых ты видишь здесь… все против Кенджи. И Усаги и Ятен. Кунсайт ответил — И что это меняет? — холодно сказал он. — Их отец — чудовище. Он посмотрел на Ятена. — Он создаёт себе подобных… только ещё хуже. только с помощью формул Ятен поднял голову, несмотря на связанные руки. — Знаешь… — сказал он спокойно, но жёстко. — Прежде чем похищать меня, можно было хотя бы объяснить, что происходит. Он посмотрел прямо на Кунсайта. — Никогда не узнаешь… вдруг у нас одна цель. Ятен слегка усмехнулся. — И возможно… мы могли бы помочь друг другу. Кунсайт тяжело смотрел на Сейю. — Помочь? — холодно повторил он. — Сейя… ты хоть знаешь, что Кенджи и этот профессор сделали? Сейя молчал. Кунсайт медленно продолжил, и с каждым словом его голос становился всё жёстче, тяжелее, будто он заново проживал всё это прямо здесь: — У меня была младшая сестра. Она тяжело болела. Он сделал паузу, глядя куда-то мимо всех, словно перед глазами всплывали старые воспоминания. — У нас не было родителей… ты это знаешь. Его пальцы медленно сжались в кулаки. — Наши приёмные родители поверили этим людям. Им сказали, что смогут её вылечить… что есть шанс. Кунсайт горько усмехнулся, но в этом смехе не было ни капли тепла. — Но вместо этого… Кенджи Мицуки и его безумный профессор заперли её в лаборатории. Он перевёл взгляд прямо на Усаги и Ятена. — И начали ставить опыты. Не только над ней. Там были и другие дети. Он говорил медленно, с паузами, будто каждое слово давалось через усилие. — Всё ради одного… Он чуть наклонил голову, голос стал холоднее. — Создать управляемых людей. Жестоких. Изменить их… сделать удобными. Он кивнул в сторону Ятена и Усаги. — Таких, как они. Его взгляд стал тёмным, почти пустым. — Сильных. Способных просчитывать всё за секунды. Людей, которые могут управлять другими. Он замолчал на мгновение, затем тихо добавил: — Моей сестре было всего одиннадцать. Она умерла… в психиатрическом отделении. Кунсайт тяжело выдохнул, будто эти слова всё ещё причиняли боль. — Перед смертью она всё время рисовала… Он на секунду закрыл глаза. — То, что видела там. Затем он посмотрел на Сейю. — Она сходила с ума. В его голосе снова вспыхнула ярость, уже не сдерживаемая. — И ты хочешь, чтобы я успокоился… когда у меня сейчас есть шанс убить детей Кенджи? В этот момент Ятен резко напрягся, будто внутри него что-то щёлкнуло. Его зрачки начали быстро расширяться и сужаться, дыхание сбилось. Харука уже успел развязать его, но стоило верёвкам ослабнуть — Ятен резко вскочил. В следующую секунду он сорвался с места. Он налетел на Кунсайта, сбил его с ног и начал наносить удары один за другим, не останавливаясь. — НИКОГДА! — кричал он, голос срывался от ярости. — Как ты посмел ударить Усаги, ты ублюдок! Сейя и Джедайт мгновенно подбежали. — Ятен! Хватит! Они с трудом оттащили его назад, удерживая, пока он всё ещё рвался вперёд. Ятен тяжело дышал, мышцы были напряжены до предела, он пытался вырваться из их рук. — Ты ничего не знаешь, понял?! — сорвался Ятен на Сейю, его голос дрожал от напряжения и ярости. — Никто… никто не смеет её трогать! Иначе я убью любого! Сейя внимательно посмотрел на него, и в этот момент до него дошло — дело не только в злости. В этом было что-то глубже, болезненнее. Что-то, через что они прошли там… и от чего Ятен до сих пор не мог оторваться. Усаги быстро подошла к нему. — Ятен… — тихо сказала она. Она обняла его, крепко, не давая снова сорваться. — Хватит. Успокойся. Его дыхание постепенно начало выравниваться. Напряжение в теле медленно ослабевало. Тем временем Кунсайт медленно поднялся на ноги. Он провёл рукой по губе и сплюнул кровь на пол, не отрывая взгляда от них. В этот момент никто не заметил, что за дверью уже некоторое время стояли люди. Они слышали всё — каждое слово, каждую паузу, каждую эмоцию. Алмаз. Минако. Харуто. И вдруг дверь снова резко распахнулась. Они вошли в зал. Харуто сразу двинулся вперёд, быстро поднялся на сцену. — Пап… здесь! — сказал Сейя. Харуто приблизился, его взгляд мгновенно прошёлся по всем — по людям в масках, по Кунсайту… и остановился на Ятене. — Ятен… ты как? — спросил он, уже подходя ближе. Он крепко обнял его. Ятен на секунду растерялся, будто не ожидал этого, но затем всё же обнял в ответ. — Всё нормально… — тихо сказал он. Харуто чуть отстранился и внимательно посмотрел на него, проверяя, не врёт ли он. — Я же сказал вам ждать. Он перевёл взгляд на Сейю, и в голосе появилась строгость: — Зачем ты поехал? Сейя спокойно выдержал его взгляд. — Ты же знаешь… я не из тех, кто будет ждать. Он кивнул в сторону Кунсайта. — Это Кунсайт. Мы учились вместе в школе… недолго. Пока он не ушёл. Харуто медленно повернулся к нему. Его взгляд стал тяжёлым и серьёзным. — Я уже вызвал полицию, — спокойно сказал он. — Скоро здесь будет наряд. Но в этот момент Усаги шагнула вперёд. — Мистер Коу… не нужно.Все сразу посмотрели на неё. Она стояла спокойно, но в её голосе была твёрдость, которую невозможно было игнорировать. Усаги перевела взгляд на Кунсайта. — Этот человек… нам нужно с ним поговорить. Она сделала ещё один шаг вперёд. — Он должен рассказать нам кое-что. Кунсайт некоторое время молчал, глядя на всех вокруг, словно оценивая, чем для него закончится этот разговор. Сейя сделал шаг ближе, не опуская взгляда. — Кунсайт… расскажи нам всё. На секунду повисла тишина, тяжёлая и глухая. Кунсайт медленно выдохнул, будто собираясь с силами, и заговорил: — Как ты знаешь, Сейя… у меня не было родителей. Он говорил спокойно, но в голосе чувствовалось напряжение, будто каждое слово давалось через усилие. — У меня была только бабушка… и младшая сестра. Он отвёл взгляд, словно не мог смотреть на них, когда говорил об этом. — Когда бабушка начала умирать, нас забрали приёмные родители. Из Австралии. В зале стало тихо. Никто не перебивал. — Сначала всё было нормально. — Он чуть сжал челюсть. — Даже слишком нормально. Кунсайт усмехнулся, но в этом не было тепла. — Но потом моя сестра сильно заболела. Он сжал кулаки так, что побелели пальцы. — Эти «родители» отвезли её в клинику. Мне разрешали навещать её. Он сделал паузу, будто вспоминая. — Сначала ей становилось лучше. Я правда думал… что они её лечат. А потом она начала меняться. Он поднял взгляд и посмотрел прямо на Усаги. — Она начала рисовать. Постоянно. Он сделал шаг ближе, будто втягивая их в свою историю. — Линии… странные узоры… схемы, которые ребёнок не мог придумать сам. В его голосе появилась тень напряжения. — Она говорила, что видит их. Потом она начала рисовать существ. Кунсайт тихо усмехнулся, но в этом смехе было что-то сломанное. — И говорила, что они смотрят на неё. В зале стало ещё тише. Даже дыхание казалось громким. — После этого её перевели. Сказали — в другую клинику. Для лечения. Он покачал головой. — Но на самом деле… её просто заперли. Кунсайт посмотрел на Сейю. — Когда я однажды пришёл к ней… я увидел там других детей. Он говорил медленно, словно каждый образ возвращался к нему прямо сейчас. — Таких же. С теми же глазами. С теми же рисунками. Несколько секунд он молчал. — Моя сестра умерла. Эти слова прозвучали тихо, но будто ударили сильнее всего. — Официально — от шизофрении. Он резко поднял взгляд. — Но это ложь. Эти ублюдки… наши приёмные родители… они специально усыновляли детей. Он сделал шаг вперёд. — Чтобы отдавать их на эксперименты. В зале послышалось тяжёлое дыхание. — Когда они поняли, что я начинаю догадываться… они решили отправить меня туда же. Он усмехнулся, коротко и холодно. — В ту же «клинику». Он перевёл взгляд на Харуто. — Я попытался обратиться в полицию.Но никто мне не поверил. Тогда я сбежал.Некоторое время я скрывался. Меня почти не искали. Он медленно вдохнул. — Потом я вернулся в Японию. И начал думать, как отомстить Кенджи Мицуки. В зале снова воцарилась тишина. Ятен тихо спросил: — Где сейчас эти приёмные родители? Кунсайт спокойно посмотрел на него. — Я их убил. Он сказал это ровно, без эмоций. — А дом… я сжёг. Он снова перевёл взгляд на Усаги и Ятена. — Вот почему, когда я увидел вас по телевизору… Он сделал шаг ближе. — Я сразу понял, что с вами что-то не так.И решил отомстить Кенджи… через вас. Он внимательно посмотрел на них. — Ваши глаза. Ваш взгляд. Ваши зрачки… Он чуть кивнул. — Я уже видел это раньше. Усаги медленно подняла голову.В зале стало тяжело дышать, будто сам воздух стал плотным и давящим.Ятен не выдержал — резко схватился за голову, стиснув зубы. — Ятен, что с тобой? — сразу спросил Харуто, шагнув к нему. Но Ятен ничего не ответил. Его лицо исказилось, дыхание сбилось, взгляд стал расфокусированным. — Чёрт… — выдохнул он сквозь боль. И в ту же секунду Усаги резко схватилась за голову. — ААА… хватит… чёрт… Её голос сорвался, в нём смешались ярость и боль. Мир вокруг вдруг начал плыть. Зал исказился, стены будто дрогнули, пространство потеряло форму. В ушах появился резкий, пронзительный звон, который становился всё громче, всё невыносимее. И вместе с ним — чужие эмоции. Они накрыли её сразу, волной, от которой невозможно было укрыться. Страх. Злость. Боль. Ярость. Они били изнутри, давили, смешивались, разрывали сознание. И снова появились линии. Те самые. Они возникали прямо перед глазами — тонкие, переплетающиеся, живые. Они тянулись от каждого человека, соединялись, пульсировали, двигались, как будто кто-то невидимый управлял ими. То же самое происходило с Ятеном. Он тяжело дышал, держась за голову, будто пытался остановить то, что происходило внутри. Усаги зажмурилась, но линии не исчезли. Звон усилился, превращаясь почти в крик. Она пошатнулась. Алмаз, стоявший рядом, успел подхватить её в тот момент, когда она начала падать. Он удержал её, не давая удариться. — Осторожно… — тихо сказал он, придерживая её. Сейя сразу сорвался с места и оказался рядом. — Усаги! Его голос дрогнул, в нём впервые за всё время прозвучал настоящий страх. Он наклонился к ней, пытаясь поймать её взгляд и понять, что происходит, но увидел, как её зрачки беспорядочно расширяются и сужаются. Усаги не могла сфокусироваться, её взгляд скользил мимо, будто она видела совсем не то, что было перед ней. В этот момент двери снова резко открылись, и в зал быстро вошли Тайки и Ами. — Что произошло? — резко спросил Тайки, сразу оценивая обстановку. Он быстро подошёл к Сейе, который держал Усаги, и наклонился ближе. — Усаги… посмотри на меня. Но она не слышала. Её взгляд был расфокусирован, будто она находилась где-то далеко отсюда. Тайки осторожно взял её лицо в руки, стараясь удержать её внимание, но его выражение сразу изменилось. Зрачки Усаги быстро расширялись и сужались, взгляд срывался, иногда глаза закатывались вверх. — Чёрт… — тихо выдохнул он. В следующую секунду из её носа начала медленно стекать кровь. Ами мгновенно открыла сумочку. — Отойдите. Её голос был спокойным, но в нём чувствовалась срочность. Она быстро достала два шприца. Не теряя ни секунды, она сделала инъекцию Усаги. Затем резко повернулась к Ятену, который уже скрутился от боли, держась за голову. Кровь из его носа капала прямо на пол. Ами быстро подошла к нему и так же уверенно сделала укол. Харуто нахмурился, наблюдая за происходящим. — Что это? Ами даже не подняла на него взгляд. — Я потом объясню. Прошло несколько напряжённых секунд. Дыхание Усаги начало постепенно выравниваться, её тело перестало дрожать. Звон в ушах стихал, будто кто-то медленно убирал давление. Она медленно открыла глаза. Все вокруг замерли, внимательно наблюдая за ней, не отводя взглядов. Тайки внимательно посмотрел на неё и тихо спросил: — Усаги… ты как? Она несколько секунд молчала, глядя на него так, будто только возвращалась в реальность. В её взгляде ещё оставалась расфокусированность, но дыхание постепенно выравнивалось. — Всё… в порядке, — наконец тихо ответила она. — Спасибо. Усаги медленно поднялась на ноги. На мгновение её повело, и Сейя сразу оказался рядом, осторожно придерживая её за плечи. Она чуть опёрлась на него, затем перевела взгляд в сторону. — Ятен?.. — тихо позвала она. Ятен сидел, всё ещё тяжело дыша, но уже приходя в себя. Он поднял голову и посмотрел на неё — взгляд стал более осознанным, хотя в нём ещё оставалась тень боли. Усаги не раздумывая подошла к нему, аккуратно обняла за плечи, словно проверяя, что он действительно здесь, рядом. — Пойдём, — мягко сказала она. Ятен коротко кивнул. Они вместе направились к выходу, и Сейя ещё секунду смотрел им вслед, прежде чем отпустить Усаги. У входа уже стояла Минако. Она напряжённо посмотрела на них, но, встретившись взглядом с Усаги, сразу всё поняла. — Минако… выходите, — спокойно сказала Усаги. Минако кивнула без лишних вопросов и первой двинулась к двери.Усаги уже собиралась выйти, но вдруг остановилась и обернулась. Её взгляд остановился на Кунсайте. — У тебя… осталось что-нибудь? — спросила она тихо. — Какие-нибудь записи? Документы? Кунсайт покачал головой. — Нет. Несколько секунд Усаги просто смотрела на него, потом едва заметно кивнула. И вышла ледом за Минако и Ятеном. Кунсайт проводил её взглядом. На его лице впервые за всё время мелькнуло что-то непривычное — тень сожаления, почти неуловимая, но настоящая. Сейя медленно перевёл на него взгляд, и в его голосе уже не было эмоций — только сдержанная твёрдость: — Кунсайт… сначала нужно было всё выяснить. Усаги, Минако и Ятен уже стояли у машины. Вечерний воздух давил, словно сам пропитался напряжением, которое тянулось между ними тонкой, болезненной нитью. Ни ветра, ни звуков — только тяжесть, от которой становилось трудно дышать. Ятен первым нарушил тишину. Его голос был ровным, но в нём сквозила усталость: — Усаги… поехали домой. Она подняла на него взгляд. В её глазах ещё оставалась тень пережитого, но внутри уже снова зажигалась твёрдость. — Нет, Ятен. Мы едем к Алмазу. Мы должны идти по плану. Ятен коротко усмехнулся. Но это была не улыбка — лишь резкий, почти болезненный выдох. — По какому плану, Усаги? — его голос стал жёстче. — Это уже давно не план. Это бред. Ты что, правда не видишь? Ничего не получится. Он сделал паузу, смотря прямо ей в глаза. — И я уверен… Кенджи уже догадывается обо всём. Усаги нахмурилась, но даже не подумала отступить. — Ну и пусть. У нас свои правила. — Свои правила?.. — Ятен сделал шаг ближе, напряжение в нём стало ощутимым почти физически. — Да. И в конце всё закончится одинаково. Он чуть наклонился, голос стал тише, но опаснее: — Ты же слышала… ты же знаешь. Минако, до этого стоявшая рядом молча, не выдержала. Она шагнула вперёд, осторожно взяла его за руку, словно боялась, что он исчезнет. — Ятен… — её голос дрогнул. — Почему ты совсем не подпускаешь нас? Почему не даёшь помочь вам? Он посмотрел сначала на её руку, потом на неё.И в этом взгляде было столько усталости… что у Минако сжалось сердце. — А что это изменит?.. — глухо ответил он. — Ничего. Абсолютно ничего. Он медленно покачал головой. — Рано или поздно мы с Усаги всё равно сойдём с ума. Он резко выдернул руку. Минако вздрогнула, но не отступила. — Ты говоришь так, будто уже всё решил за себя, — тихо, но твёрдо сказала она. — Даже не пытаешься ничего изменить. Даже не хочешь дать себе шанс. Она посмотрела ему прямо в глаза. — Если ты сам не принимаешь помощь… как тебе можно помочь? Ятен отвёл взгляд, стиснув челюсть. — Да, не принимаю, — резко ответил он. — Потому что я хотя бы думаю о других. В отличие от Усаги. Он перевёл взгляд на неё. — Я просто не хочу никого обманывать. Лучше сразу дать всем понять… что как раньше уже не будет. Никогда. Ятен продолжил уже тише — но от этого слова били сильнее: — У вас своя жизнь. Музыка. Университет. Друзья. Вечеринки. Нормальное будущее… Он горько усмехнулся. — А у нас… другое. Сделки, охрана, постоянное напряжение. Люди, которым нельзя доверять. Бизнес, в котором слишком много грязи… Он замолчал на секунду, затем добавил почти шёпотом: — И эта проклятая жизнь, где каждый новый день может стать последним. Минако побледнела. — Не говори так… — А как мне говорить?! — резко перебил Ятен. — Красиво? Спокойно? Сделать вид, что всё ещё можно вернуть? Он резко выдохнул. — Нельзя. Мы уже не там. Мы с Усаги больше не принадлежим вашему миру. Усаги шагнула вперёд. Её взгляд стал жёстким, уверенным. — Не говори за меня. Ятен медленно перевёл на неё глаза. И в них уже не было холода — только сдерживаемое напряжение, которое начинало прорываться наружу. — А разве я не прав?.. Пауза затянулась. Он подошёл вплотную. Слишком близко. Между ними почти не осталось расстояния — всего несколько сантиметров. — Я хотя бы не даю никому надежду, — его голос стал ниже, глубже, в нём зазвучала скрытая злость. — Я не сближаюсь ни с кем… потому что понимаю, чем это закончится. Он сделал ещё полшага. Почти касаясь её. — Я понимаю… как это будет больно потом. Минако замерла, будто уже почувствовала, куда всё идёт. — Потому что Минако не сможет нас спасти, — продолжил Ятен тише, но каждое слово было тяжёлым. — И она будет винить себя. За меня. Минако резко вдохнула, но не смогла сказать ни слова. И тогда Ятен перевёл взгляд обратно на Усаги. Его голос стал почти холодным: — А ты… ты даёшь надежду Сейе. Он чуть наклонился, глядя ей прямо в глаза. — Хотя прекрасно знаешь… что ему будет ещё больнее. Ребята уже вышли на улицу и замерли, наблюдая эту напряжённую сцену у машины. Воздух будто стал плотнее — каждый чувствовал, что сейчас что-то ломается, но никто не мог это остановить. Сейя шагнул вперёд, не сводя взгляда с Ятена. В его глазах уже не было привычной лёгкости — только напряжение и сдерживаемая злость. — Стоп, Ятен… — его голос звучал твёрдо, но внутри чувствовалось, как он сдерживает себя. — Ты правда решил сдаться? Разве это правильно? Он сделал ещё шаг ближе. Кунсайт, стоявший чуть в стороне, едва заметно усмехнулся. Но в этой усмешке не было насмешки — только холодное понимание того, что происходит. — Именно так всё и начиналось с моей сестрой, — спокойно сказал он. — Сначала — срывы. Неконтролируемые. Но она была ребёнком… Он перевёл взгляд на Усаги и Ятена. — А они уже взрослые. Организм реагирует иначе. Быстрее. Жёстче. Он на секунду замолчал, затем добавил, чуть прищурившись: — Но это не значит, что всё потеряно. И, судя по реакции… после препарата, который вы им ввели, им стало легче. Харуто всё это время молча наблюдал. Его взгляд скользил от одного к другому, оценивая, просчитывая. Несколько секунд тишины. Потом в его глазах что-то изменилось. Решение было принято. — Я знаю, что нужно делать. Он медленно повернул голову и посмотрел на Алмаза. Тот едва заметно кивнул. Усаги всё это время стояла рядом с Ятеном. — Поехали, Ятен, — тихо сказала она. Он вдруг притянул её к себе, обнял крепче, чем обычно, и почти неслышно прошептал: — Извини, Усаги… Она не ответила. Только мягко провела рукой по его спине — спокойно, без лишних слов, но в этом жесте было больше, чем в любом ответе. И это выглядело слишком близко. Минако невольно отвела взгляд, внутри неприятно сжалось. Она понимала, что между ними происходит что-то сложное… но видеть это было тяжело. Сейя, наблюдая за этим, резко выдохнул и тихо, почти сквозь зубы сказал: — Чёрт… как же бесит. Почему они так близки… Тайки спокойно посмотрел на него, как всегда сдержанный: — Сейя, не выдумывай. Это результат «Helix». Сейя ничего не ответил. Просто молча подошёл к ним. Усаги и Ятен сразу чуть отстранились. Сейя, не спрашивая, взял Усаги за руку. Жёстко. Уверенно. Как будто обозначая границу. Ятен на это только усмехнулся — коротко, с каким-то усталым пониманием — и, не говоря ни слова, развернулся к машине. Открыл дверь. Потом посмотрел на Минако и протянул ей руку, приглашая сесть. Она на секунду замерла, встретившись с его взглядом… потом всё-таки села. Дверь тихо захлопнулась. Алмаз, наблюдавший за всей этой сценой со стороны, чуть наклонился к Харуто и негромко, с лёгкой усмешкой сказал: — Харуто… какой же Сейя ревнивый. Харуто едва заметно усмехнулся, не отрывая взгляда от машины. Алмаз продолжил, уже чуть веселее: — А представь, если бы у Усаги действительно сложилась карьера актрисы? Тайки не выдержал и улыбнулся шире: — О нет… это вряд ли. Харуто тихо хмыкнул: — Я тоже сильно сомневаюсь. Сейя бы этого просто не допустил. Алмаз посмотрел на них всех, потом развёл руками с лёгкой театральностью: — Знаете… в последнее время я становлюсь невольным свидетелем какого -то сериала. Он усмехнулся. — Любовь, напряжение, ревность… Тайки качнул головой, всё ещё с лёгкой улыбкой: — И, судя по всему… финал там будет совсем не комедийный.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!