Вернутся к фанфику

Часть 3

13 апреля 2026, 15:21

The least weasel may be small, but it is oneof the fiercest predators in the animal kingdom.

***

Утро встречает Феликса яркими лучами солнца и мартовским дождём. Капли барабанят по старому стеклу, разбиваясь на неровные дорожки. С аварии прошла неделя, Лиа всё так же восстанавливалась в больнице, а Феликс предвкушал свой первый настоящий учебный день. Вчера, после знакомства со школой и встречи с Хёнджином, он всё-таки вернулся домой: вещи ещё не были собраны, да и мать хотела попрощаться как следует. Сегодня он твёрдо решил заселиться в общежитие. Если уж дают такую возможность, глупо отказываться. — Феликс, вставай. Опаздываешь ведь. Чеен тихо вошла в комнату и поставила на стол кружку горячего чая и два сэндвича. От кружки поднимался пар, и Феликс, ещё не открыв глаза, уже чувствовал этот знакомый запах — дешёвая заварка, но заваренная так, как умеет только мама. Он сел на кровати, пытаясь сфокусировать зрение. Мать стояла в дверях, уже в пальто и с сумкой на плече. — Опаздываю? — Феликс подскочил и тут же скрылся в ванной. — Отец тебя довезет, — Чеен крикнула на весь дом, чтобы парень услышал, — Я на работу. Удачи, сынок. Феликс был благодарен родителям за тепло и воспитание. Особенно матери — та, при всём своём скверном характере, никогда не ругала его, а всегда старалась объяснить любую ситуацию спокойным разговором. В спешке накинув рюкзак на плечо, Феликс вылетел во двор и запрыгнул в машину отца. В салоне пахло старым кофе и бензином — привычный, почти родной запах. Ехать до школы было минуты три, так что он целиком посвятил это время маминым сэндвичам. Хлеб был свежим, а сыр — почти настоящим. Мама расщедрилась. — Ты сможешь завести мои вещи после полудня? — повернулся он к отцу. — В общагу заселиться надо. — Конечно, Феликс. Будь там аккуратнее. — Мужчина припарковался чуть дальше школьных ворот и напоследок задержал на сыне долгий взгляд. — Удачи. — Я побежал. Спасибо! Выскочив из машины, Феликс бросился к школе. Капли дождя били прямо в лицо, но он не обращал внимания. По пути ему, к счастью, не попался ни Хёнджин, ни его компания. Только ветер и мокрый асфальт. Первым уроком была литература — любимый предмет, на который опаздывать не хотелось ни при каких обстоятельствах. Парень вошёл в кабинет литературоведения и оглядел пустые парты. Неужели богатые детишки даже не удосуживаются приходить вовремя? В воздухе пахло старой бумагой и книжной пылью. Огромные стеллажи от пола до потолка были забиты томами в потёртых переплётах, и Феликс на мгновение замер, разглядывая их. Здесь была коллекция, которой позавидовал бы любой библиофил. Следом за ним в класс зашли Чонин и учитель. — Вы у нас новенькие? Занимайте любые места, — мужчина показался очень добрым и отзывчивым, совсем не то что директор со своим холодным взглядом и очками на переносице. — Меня зовут Пак Хёнсу. — Я Чонин. Это Феликс, — представил обоих Чонин, кланяясь и занимая третью парту у окна. Он тут же бросил рюкзак на пол и с любопытством огляделся. — Почему мы самые первые пришли? — Откуда мне знать, что в головах у этих мажоров. Минута до урока, а их нет, — Феликс сел позади друга и уставился в панорамное окно. Дождь рисовал на стекле неровные линии. — Ох, боже мой, новенькие в нашем классе! — Минхо буквально вплыл в кабинет и сомкнул ладони в замок, сделав вид умиляющейся матери над своим чадом. — Какая прелесть. Наконец-то год станет интересным. — Минхо, съебись с дороги, — Майк без церемоний толкнул друга плечом, вошёл в кабинет и тут же заметил учителя. Его лицо вытянулось. — Упс, извиняюсь. — Садитесь уже, — учитель кинул на парня неоднозначный взгляд, будто не впервые слышал здесь нецензурную лексику. В класс постепенно подтянулись остальные ученики. Кто-то заходил неспешно, лениво перебрасываясь фразами, кто-то зевал, даже не прикрывая рта. А вишенкой на торте стал Хёнджин — он споткнулся о порог и с грохотом рухнул на колени. Звук получился такой, что сидящие на первых партах вздрогнули. — Блять, — прошептал он, обернувшись на одноклассников. Ни на одном лице не было улыбки или насмешки. Только на лице Феликса красовалась едва заметная ухмылка: Хёнджин, тот самый идеальный мажор, только что растянулся на полу, как обычный смертный. — Сядь, пожалуйста, — учитель с выразительным хлопком закрыл книгу «Гордость и предубеждение». — Сегодня мы разберём тематику романа. Новенькие, прошу, вливайтесь в ход урока. Хёнджин поднялся, отряхнул брюки и направился прямо к Феликсу. Подошёл вплотную, наклонился к самому уху, и Феликс почувствовал запах дорогого парфюма — тот самый, уже знакомый, от которого внутри что-то неприятно сжалось. — Это моё место. Встань. — Мне сказали занять любое место, что я и сделал. Можешь сесть сзади, — спокойно ответил Феликс, демонстративно открывая потрёпанную тетрадь по литературе. — На этот раз я спущу тебе это с рук, котёнок. — Хёнджин на удивление послушался и сел позади, но Феликс кожей чувствовал его взгляд на своём затылке. — Не смей называть меня так. — Не нравится — будешь Вильгельмом Теллем. — В голосе Хёнджина послышалась усмешка. — Будь осторожнее на просторах интернета, не суй миленький носик в чужие дела. — Заткнись, — Феликс отвернулся к окну, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. Вчера он и правда рылся в соцсетях Хёнджина. Надо было быть аккуратнее. И Хёнджин заткнулся. Не ради прихоти блондина, а ради строгого взгляда учителя. Урок литературы для Хёнджина прошёл крайне скучно — он то подпирал щёку рукой, то рисовал что-то на полях тетради, то откровенно зевал. Но всякий раз, когда на вопросы учителя отвечал Феликс, Хёнджин оживлялся. Феликс многословно вёл беседу о книге, порой не соглашаясь с мнением учителя Пака, и делал это так уверенно, что даже самые болтливые одноклассники притихали. Хёнджин слушал молча, но внимательно, и Феликс пару раз ловил на себе его задумчивый взгляд. Осталось пережить ещё шесть уроков, включая пару по физкультуре. Остальные предметы прошли на удивление спокойно, если не считать мелких подколов мажорчиков про нищету. Кто-то громко шептал за спиной: «Смотрите, у него ручка почти без чернила.» А кто-то хихикал над потёртым рюкзаком. Феликс молча сжимал челюсти и шёл дальше. Шестым уроком стояла физкультура. Феликс вместе с Чонином зашёл в мужскую раздевалку и занял шкафчик в самом дальнем углу. Привлекать внимание в этой школе означало добровольно покончить со спокойной жизнью. Чонин переоделся сразу — его ничуть не смущали чужие взгляды. Феликс же дождался, пока почти все выйдут, быстро стянул рубашку, стараясь не думать о том, как на нём смотрится дешёвая ткань после брендовых вещей одноклассников, и натянул серые спортивные штаны и свободную футболку. — Сегодня физкультура будет на улице, — объявил учитель, собрав класс в зале. Он прошёлся вдоль строя, надменно осматривая форму учеников. На некоторых его взгляд задерживался дольше. — Учитель, как так можно? Вы издеваетесь над нами? Там безумно холодно! — девушка из толпы возмущённо фыркнула, кутаясь в форменную кофту. — Не теряйте время, иначе заставлю бегать восемь кругов, — мужчина вздёрнул бровь, заметив новые лица, и на мгновение замер. — Что за хлюпики у нас новенькие? — Местная нищета, — послышалось из толпы. Кажется, это был Майк. По крайней мере, акцент выдавал его с головой. — Имена? — учитель провёл ручкой по списку в блокноте. — Ян Чонин и Ли Ёнбок Феликс, — Чонин шагнул ближе к другу, почти касаясь его плечом. — Ох, что за имена нынче. Так, все на улицу, — мужчина поторапливал последних в строю лёгкими пинками под зад. На улице и правда было прохладно. Ветер пробирался под одежду, заставляя ёжиться и прятать руки в карманы. Короткие пуховики Феликса и Чонина, потрёпанные жизнью, почти не грели, и парни то и дело переглядывались, молча признавая: да, холодно. — Чёрт с ним, погнали. Согреемся на разминке, — Чонин хлопнул Феликса по плечу и побежал за остальными, разбрызгивая кроссовками лужи. — Чонин, я подозреваю Хёнджина, — начал Феликс, когда друг поравнялся с ним на бегу. Дыхание сбивалось, но он продолжал: — Его отец спонсировал гранты, не просто так он это сделал. — Феликс, не забивай голову, — Чонин смерил его понимающим взглядом. — Хотя догадка интересная, не спорю. — Я хочу знать об аварии всё. На днях заходил в участок, помнишь Чанбина? Он занимается этим делом, и я ему помогу. Не хочу сидеть на месте. Бежавший позади Хёнджин сбавил темп и прислушался. Его лицо помрачнело, и он ускорился, сокращая дистанцию. В следующее мгновение Феликс почувствовал горячее дыхание за спиной, а потом — резкий толчок и землю под собой. Колени обожгло болью, ладони проехались по мокрому асфальту. Какая тварь поставила ему подножку? Даже оборачиваться не нужно было, чтобы понять, кто именно. Хёнджин уже сидел перед ним на корточках, слегка наклонив голову набок, и разглядывал ссадину на щеке Феликса. В его глазах не было ни капли сочувствия — только холодное любопытство. — Котёнок, я же говорил тебе не лезть в чужие дела. — Пошёл ты, — выдохнул Феликс, приподнимаясь на локтях. — Тварь. — Сучка, — Хёнджин толкнул язык в щёку, отчего его лицо сделалось ещё более надменным, — Учитель! Феликс споткнулся. Можно мне отвести его в медпункт? Учитель физкультуры замер. Он явно заметил, что дело нечисто, но, бросив короткий взгляд в сторону школьного здания, стиснул зубы и кивнул: — Разумеется. Только ты один. Остальные продолжают бег, иначе докину вдвое. В этот момент со стороны главного корпуса к полю бесшумно приблизился высокий мужчина средних лет в дорогом пальто поверх строгого костюма. Он ступал по мокрому асфальту совершенно беззвучно, руки заложены за спину, подбородок чуть приподнят. Взгляд — холодный и цепкий, как у человека, который привык, что всё вокруг принадлежит ему. Никто не слышал, как он подошёл. Учитель физкультуры мгновенно подобрался, лицо его сделалось каменным, а спина сама собой выпрямилась. — Что здесь происходит? — спросил мужчина негромко, но так, что даже ветер, казалось, стих. — Я спросил, что здесь происходит. — Феликс не рассчитал скорость и споткнулся, — без капли жалости ответил Хёнджин, даже не обернувшись на отца. Старший Хван перевёл взгляд на Феликса — короткий, оценивающий, ничего не выражающий. Так смотрят на вещь, которая внезапно оказалась не на своём месте. — Весь класс будет стоять до конца урока на одной ноге, — объявил он ровным голосом. — А ты, Хёнджин, стоишь на одной ноге и вдобавок держишь новенького на руках. — Отец, — Хёнджин нахмурился и наконец обернулся, — К чему это? — Встал в линейку и взял его на руки, — старший Хван смерил сына строгим взглядом, не терпящим возражений. Все немедленно последовали за Хёнджином: выстроились в линейку и подняли одну ногу. Кто-то покачнулся, кто-то тихо выругался, но никто не осмелился возразить. Феликс, ошарашенный, медленно поднялся с земли, отряхивая испачканные ладони. Учитель физкультуры не вмешивался. Он явно знал, кто здесь настоящий хозяин, и предпочитал молча стоять в стороне, делая вид, что происходящее его не касается. — Хёнджин, возьми Феликса на руки, — повторил мужчина. В его голосе послышалась сталь. — Не буду, — буркнул парень, упрямо вздёрнув подбородок. Феликс готов был провалиться под землю. Вопросы в голове множились в геометрической прогрессии. Какой же он человек, этот Хван Хёнджин? То смотрит как на пустое место, то ставит подножку, то улыбается так, что внутри всё переворачивается. В итоге оставшуюся часть урока Хёнджин простоял с Феликсом на руках. Тот, конечно, пытался отговорить старшего Хвана от наказания, но всё было решено. Сейчас Феликс думал, что лучше бы вообще не приходил в этот день в школу. В теле становилось горячо от прикосновений — чужие ладони жгли даже через одежду. Хёнджин, благодаря своей мышечной массе, стоял на одной ноге так уверенно, что Феликс невольно сомневался: смог бы он сам так хотя бы на двух? Тёплые ладони брюнета обжигали кожу. Одна рука лежала под позвоночником, другая — под коленом, а потом скользнула выше, к бедру. Медленно, почти невесомо, но Феликс почувствовал это движение всем телом. — Не лапай меня, — подал голос Феликс и встретился с характерной усмешкой. Хёнджин смотрел на него сверху вниз, и в этом взгляде было что-то одновременно высокомерное и изучающее. — Я не лапаю, просто так держать удобнее, — Хёнджин пожал плечами и невзначай поднял ладонь ещё выше. — Первый день, только первый. Как я буду учиться с тобой… — пробормотал Феликс скорее самому себе. — Ещё и жить со мной будешь. Интересно, у тебя задница такая же мягкая, как бёдра? — Хёнджин сжал ладонь, и Феликс дёрнулся от неожиданности. — Какая же ты тварь, — выдохнул он, не желая привлекать лишнего внимания. Щёки предательски вспыхнули. — Котёнок, следи за язычком. Ты отлично кусаешься клыками, но иногда на пути может встретиться крупный зверь. Например, рысь. — Хёнджин сократил расстояние между их лицами и посмотрел в упор. Его дыхание было тёплым, почти горячим. — Почитай о них на досуге. — Я этого не боюсь. Поверь, с моим умом и целеустремлённостью я смогу подчинить себе и рысь, а может, даже льва. И тогда в твоих глазах я стану лаской, — Феликс играл с огнём, и это было ему на руку. Он видел, как во взгляде Хёнджина мелькнуло что-то новое — не просто насмешка, а интерес. — Почитай о них на досуге. — Обязательно. Но пока ты ещё котёнок. Хотя задница правда мягкая.

***

Поздний вечер. На улице поднялся сильный ветер, сносивший с дороги каждую песчинку. Как и обещал отец, вещи Феликсу доставили, пусть и позже назначенного. Впрочем, он был рад: не пришлось лишний раз находиться с Хёнджином. Феликс вошёл в просторный холл общежития и показал на входе бейдж с именем. Пока его записывали в список новых проживающих, он успел рассмотреть интерьер: высокие потолки, тёплый свет, мягкие диваны в зоне ожидания. Всё дышало достатком — не кричащим, но ощутимым в каждой детали. Женщина-комендант, невысокая, с добрым круглым лицом, проводила его до комнаты и любезно открыла дверь. — Хван Хёнджин, твой новый сосед. — Она улыбнулась юноше и легонько подтолкнула его внутрь. — Я побежала, меня ждёт маджонг. Представляете, мой сыночек установил на телефон — теперь оторваться не могу! — Да вы что! Я обожаю эту игру! — Хёнджин вскинул брови и улыбнулся. Искренне, открыто. Феликс видел такое впервые и на мгновение даже растерялся. У этого парня, оказывается, есть нормальная человеческая улыбка. — Я побежала, осваивайся. Хёнджин отличный парень, тебе повезло. — Ага, повезло, — первое, что вылетело у Феликса после хлопка двери. — Котёнок, здесь есть правила, — Хёнджин даже не повернулся, поглощённый чем-то на экране. — Ко мне не лезть, не шуметь и не пить. Девчонок сюда не таскать, друзей своих тоже не стоит. — Какого хрена старшеклассник играет в роблокс? — проворчал он, одним глазком взглянув в чужой экран ноутбука. Феликс кинул портфель на новую кровать, а чемодан подпихнул к своему столу на противоположной стороне. Комната была поделена на две равные части, видимо, для удобства учащихся. Небольшая ванная в светлых голубых оттенках, две кровати, два стола, два шкафа. Феликс осмотрелся и сел на просторную кровать, которая была вдвое больше его кровати дома. Матрас оказался на удивление мягким. Вещей у него было немного: чемодан и рюкзак. Родители собрали самое важное — сменные футболки и джинсы, свитера и водолазки, ноутбук для учёбы, несколько любимых книг, тетради из старой школы, средства гигиены и немного еды. Мама не смогла обойтись без тревог, что сын будет голодным. Феликс был ей благодарен. Меньше всего сейчас хотелось бродить по коридорам в поисках кухни и готовить, особенно когда столовая уже закрыта. А ещё на дне рюкзака лежало письмо. Он заметил его не сразу — сложенный вдвое лист бумаги, исписанный маминым аккуратным почерком. Феликс сел на кровать и развернул его. «Феликс, удачи тебе в новой школе. Мы пишем тебе с целью, чтобы ты знал, как нам важно поддерживать тебя в любых начинаниях. Ты крепкого характера с детства, никогда не давал себя в обиду. На вторую неделю после твоего рождения ты уже обращал внимание на игрушки, пока другие дети смотрели пустыми глазами. Мы хотим сказать, что ты уже родился любознательным, ты верен своей семье и будешь отстаивать собственную честь до конца. Ты сильный парень, который идёт к своей цели. Надеемся, что в этой школе ты найдёшь будущее. Мы любим тебя, Ёнбок. С любовью, Артур и Молли Уизли». Феликс улыбнулся подписи. После первого же просмотра «Гарри Поттера» маленький Ёнбок нашёл у родителей невероятное сходство с семьёй Уизли — такое же простое, тёплое, полное заботы, — и с тех пор в шутку звал их «миссис Молли» и «мистер Артур». Теперь это стало тёплой семейной традицией, и каждое письмо, даже самое серьёзное, они подписывали именно так. Хёнджин на удивление не доставал его и дал спокойно обустроить свою половину. Феликс рассовал вещи по полкам, разложил книги, включил ноутбук и проверил, есть ли Wi-Fi. Wi-Fi был, и отличный. — Почему ты живёшь здесь, если у тебя богатый отец? — Феликс наконец закрыл шкаф и бросил заинтересованный взгляд на соседа. — Не хочу, — коротко ответил Хёнджин и обернулся, складывая руки на груди. — Теперь мой вопрос. Что ты искал на моей странице в инсте вчера вечером? — Захотел посмотреть на твоё лицо. Запомнить, насколько оно высокомерное, — соврал Феликс, даже не моргнув. — Играешь с огнём, не обожгись, котёнок. Иначе не стать тебе лаской. — Хёнджин говорил тихо, но в голосе слышалось предупреждение. — Не обожгусь, вот увидишь. Теперь Феликс был уверен: Хван Хёнджин что-то скрывает. И он это узнает. Не сейчас и не сразу. Но этот высокомерный мажор обязательно где-то проколется. — Посмотрим. Феликс лёг довольно рано, перед этим перекусив мамиными сэндвичами. Хлеб уже немного зачерствел, но всё равно был вкусным. Он укрылся одеялом и закрыл глаза, намереваясь уснуть сразу, как только голова коснулась подушки. Хёнджин же допоздна сидел над уроками в полной темноте и тишине. Только экран ноутбука освещал его лицо, делая черты резче. Феликс провалился в сон, так и не услышав, как скрипнула чужая кровать.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!