Глава 7. Семь причин на отказ.

Фредди проснулся за час до подъёма. Он не спал — просто лежал, глядя в потолок, и перебирал в голове причины, по которым он мог бы заболеть, сломать ногу или волшебным образом перенестись в другой конец Шотландии. Причина первая: он боялся высоты. Не так, как боятся обычные люди — с лёгким головокружением и учащённым пульсом. Он боялся так, что у него немели пальцы, а перед глазами вставала серая пелена. Однажды, когда ему было семь лет, он залез на крышу сарая и не мог слезть три часа. Мать нашла его в истерике. Причина вторая: метла была ненадёжной. Дерево, прутья, магия, которая работала не всегда. Фредди доверял только тому, что мог контролировать. Своему голосу. Своему взгляду. Метла не подчинялась ему — она подчинялась командам. Причина третья: на полётах будет профессор Хутч, которую никто не боялся, но которая не терпела нытиков. Причина четвёртая: слизеринцы будут смеяться, если он опозорится. Причина пятая: гриффиндорцы — тем более. Причина шестая: он уже представлял, как падает, и от этого хотелось спрятаться под одеяло. Причина седьмая: он не умел признавать слабость. А страх — это слабость. — Подъём, Королева, — сказал Блейз, кидая в него подушкой. — Ты выглядишь так, будто на похороны собрался. — Так и есть, — буркнул Фредди. На завтрак он почти ничего не ел. Драко заметил и, конечно, не упустил случая. — Ты бледный, Булсара. Боишься? — У тебя одна тема, Малфой? — огрызнулся Фредди, но без обычной остроты. — Просто интересно, как наша Королева будет летать. Метлы не любят тех, у кого... тяжёлая кровь. — Драко, — предостерегающе сказал Блейз, но Фредди уже не слушал. Он встал из-за стола и вышел из Большого зала. На улице моросило. Поле для квиддича было пустым, но рядом с ним, на ровной лужайке, уже выстроились в ряд старые школьные метлы. Двадцать штук, все потрёпанные, с обломанными прутьями. Фредди смотрел на них и чувствовал, как к горлу подступает тошнота. — Нервничаешь? — рядом оказался Брайан. Он пришёл с Когтевраном, но отделился от своих. — У тебя глаза как у загнанного зверя. — Я не нервничаю, — соврал Фредди. — У тебя дрожат руки. Фредди посмотрел на свои пальцы. Они и правда дрожали. — Ладно. Нервничаю. — Послушай, — Брайан понизил голос. — Метла чувствует страх. Но она чувствует и решимость. Не думай о высоте. Думай о том, что ты управляешь. Ты всегда хочешь управлять всем. — Не всегда, — сказал Фредди. — Иногда я хочу просто спрятаться. — Не в этот раз. Хлопнула дверь замка. Высыпали остальные ученики. Профессор Хутч — коренастая женщина с короткими светлыми волосами — свистнула в серебряный свисток. — Построились! Каждый берёт метлу. Поднимите правую руку над метлой и громко скажите: «Вверх!» Фредди встал в строй. Слева — Драко, справа — какой-то гриффиндорец, которого он не знал. Роджер был в переднем ряду, Джон — в заднем. — Вверх! — рявкнул Драко, и его метла послушно взлетела в руку. — Вверх! — крикнул Роджер. Метла подпрыгнула и шлёпнулась обратно. Кто-то засмеялся. Фредди наклонился к своей метле. Самая старая в ряду, с обломанным концом и выцветшей ручкой. Он поднял руку. Пальцы всё ещё дрожали. — Вверх, — сказал он тихо. Метла дёрнулась, покатилась по земле — и замерла. — Вверх, — повторил он громче. Метла подскочила на полметра и снова упала. — Громче, Булсара! — крикнула Хутч. — Метла не слышит шёпота! — ВВЕРХ! — заорал Фредди так, что его голос эхом разнёсся по полю. Метла взмыла в воздух — слишком резко, ударила его по ладони и повисла в полуметре над землёй. Фредди схватил её, сжал так, что побелели костяшки. — Садитесь на метлы! — скомандовала Хутч. — По моему сигналу отталкиваетесь от земли и поднимаетесь на высоту одного метра. Ниже! Я сказала — НИЖЕ! Фредди сел на метлу. Она была неудобной, твёрдой, и казалось, что вот-вот рассыплется. Он оттолкнулся ногами. Метла взлетела. Не на метр — на пять. И понеслась вверх, как ошпаренная. — Тормози! — закричала Хутч. — Наклонись назад! Фредди попытался наклониться, но его тело не слушалось. Ветер бил в лицо, земля уходила из-под ног, и перед глазами снова встала серая пелена. Он слышал чьи-то крики снизу, но не разбирал слов. — ПОМОГИТЕ! — вырвалось у него, и это был не его голос — детский, испуганный, чужой. Метла замерла. И рухнула вниз. Он упал на землю с высоты трёх метров. Ударился плечом, перекатился, боль пронзила руку. Кто-то подбежал. Роджер. Джон. Брайан подоспел следом. — Живой? — Роджер тряс его за плечи. — Живой, — прохрипел Фредди. — Кажется. Хутч склонилась над ним. — Ничего не сломано? Шевелите пальцами. Фредди пошевелил. Пальцы слушались, но плечо болело. — Отведите его в лазарет, — сказала Хутч. — Остальные продолжают. — Я не хочу в лазарет, — сказал Фредди, поднимаясь. Голова кружилась. — Я хочу... ещё раз. — Вы упали с трёх метров! — воскликнула Хутч. — Я сказал — ещё раз, — повторил Фредди, и в его голосе зазвучало что-то такое, что заставило даже профессора замолчать. Он снова взял метлу. Сел. Оттолкнулся. На этот раз он поднялся ровно на метр. И продержался три секунды, прежде чем метла снова понесла его вниз. Он упал ещё два раза за урок. Но к концу он уже мог лететь по прямой, не закрывая глаз. Когда прозвенел звонок, Фредди слез с метлы и, шатаясь, пошёл в замок. Его тошнило. Плечо ныло. Но он не ушёл в лазарет. В подземельях, в спальне, он сел на кровать и уставился в одну точку. — Ты идиот, — сказал Блейз, появляясь в дверях. — Полный идиот. — Знаю, — ответил Фредди. — Ты боишься летать, но продолжал лезть на метлу. Зачем? — Потому что, если я сдамся сейчас, они никогда не перестанут смеяться. — Они и так смеются. — Пусть. Но не надо мной. Блейз покачал головой и ушёл. Фредди лёг, не раздеваясь, и закрыл глаза. Ему снилась метла. И падение. И чей-то голос, который шептал: «Семь причин. Ты найдёшь восьмую». Вечером в Выручай-комнате он рассказал друзьям, что случилось. — Ты мог разбиться, — сказал Джон тихо. — Не мог, — ответил Фредди. — Я же Королева. Королевы не разбиваются. — Они падают, — поправил Брайан. — Но всегда встают. Фредди посмотрел на него. Брайан улыбнулся. — Ты встал. — Встал, — кивнул Фредди. Тиффи залез к нему на колени и замурлыкал. — Завтра снова полёты, — сказал Роджер. — Я буду рядом. Не дам тебе упасть. — Я сам не дам себе упасть, — ответил Фредди, но в голосе не было высокомерия. Только усталая благодарность.

Фредди

Я ненавидел летать. Не просто боялся — ненавидел. Каждый раз, когда мои ноги отрывались от земли, мир переставал быть реальным. Я превращался в комок страха, облепленный метлой, и молился всем богам, которых не знал. Но я продолжал летать. Потому что Снейп сказал «надо». Потому что Драко ждал моего поражения. Потому что я не мог позволить себе слабость — даже такую, о которой никто не знал. Позже, когда я стал ловцом, я понял одну вещь: страх не исчезает. Он просто становится маленьким. Ты засовываешь его в карман мантии и делаешь вид, что его нет. А когда ловишь снитч, ты даже забываешь, что он там был. Но он там был. Всегда. И каждый раз, садясь на метлу, я вспоминал тот первый урок. Тот стыд. Ту боль в плече. И тихий голос Брайана: «Они падают, но всегда встают». Я вставал. Каждый раз. Даже когда не хотелось. Даже когда очень хотелось умереть.