Часть 1

Белый камень камеры слепил. В Асгарде даже тюрьма должна была выглядеть триумфально, напоминая узнику, что он — пятно на лице совершенного мира. Локи сидел на полу, прижавшись затылком к холодной стене. Книга, которую он якобы читал, лежала раскрытой на коленях, но буквы расплывались. В груди клокотало — тяжёлое, горячее чувство, будто он проглотил расплавленный свинец. Он почувствовал, как спазм поднимается к горлу. Локи судорожно сжал кулаки. Не сейчас. Только не сейчас. Снаружи послышались тяжелые шаги — это не был обычный караул. Ритм шагов был слишком знаком. Тор. Трикстер сделал глубокий вдох, который отозвался резкой болью в легких, и щелкнул пальцами. Золотистая искра пробежала по его телу: бледная, серая кожа налилась здоровым цветом, мешки под глазами исчезли, а спина выпрямилась. Иллюзия была безупречной. — Брат, — голос Тора за барьером звучал привычно громогласно и полно праведного гнева. — Мать просила передать тебе это. Но я не уверен, что ты заслуживаешь её заботы после того, что натворил на Мидгарде. Тор бросил на пол сверток с едой. Локи медленно поднял голову, растягивая губы в своей самой ядовитой усмешке. — Как мило, — прошептал он. Голос слегка дрогнул, и он тут же замаскировал это коротким смешком. — Громовержец в роли курьера. Неужели Один нашел тебе занятие по способностям? — Твой язык по-прежнему острее твоего разума, — Тор нахмурился, глядя на брата сверху вниз. — Ты гниёшь здесь, Локи. И даже не пытаешься раскаяться. В этот момент легкие Локи словно взорвались изнутри. Он зашелся в кашле, который невозможно было сдержать. Он успел вскинуть руку к лицу. Ках! Ках-ках! Сквозь пальцы брызнуло что-то теплое и густое. Но Тор видел лишь то, что позволяла магия: Локи просто прикрыл рот ладонью, высокомерно отвернувшись, будто этот кашель был лишь жестом скуки. — Ты даже слушать меня не хочешь? — Тор разочарованно качнул головой. — Что ж, наслаждайся своим одиночеством. Это единственное, что у тебя осталось. Охранник у входа усмехнулся: — Не беспокойтесь, принц. Он просто привлекает внимание. Вчера он полдня притворялся, что ему трудно дышать. Обычные фокусы. Тор бросил последний взгляд на неподвижную фигуру брата и вышел. Как только звук его шагов затих, Локи рухнул на бок. Золотая иллюзия осыпалась, как сухая штукатурка. Настоящий Локи — изможденный, с запекшейся кровью на губах и подбородке — судорожно хватал ртом воздух. Он разжал ладонь: на белом камне пола расплывалось пятно густой, темной крови. Он был богом. Боги не умирали от чахотки. Но то, что пожирало его изнутри, не было обычной болезнью. Локи посмотрел на пятно и тихо, хрипло рассмеялся, пачкая зубы красным. Никто не придет. Его магия работала слишком хорошо.