Часть 8

Тони Старк первым нарушил тишину, медленно поставив стакан на стол. Его руки едва заметно дрожали. — Значит, мы всё это время били сломанную куклу? — голос Тони звучал глухо, лишенный привычного сарказма. — Скипетр… я изучал его энергию. Она не просто подчиняет, она выжигает нейронные связи. Если он сопротивлялся Таносу изнутри… Тор, человеческий мозг превратился бы в кашу через час. Его спасло только то, что он бог, но это же сделало его агонию бесконечной. Клинт Бартон стоял у окна, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Он помнил холодный блеск в глазах Локи в Штутгарте, помнил ту чужую, выморочную ярость. — Я чувствовал, что там что-то не так, — процедил Клинт, не оборачиваясь. — Когда он смотрел на меня, там была пустота. Не ненависть, а… дыра. Я думал, он просто псих. А он просто хотел, чтобы его кто-то пристрелил, верно? Мстители замолчали, осознавая, что их «великая победа» была лишь завершением чужого сценария пыток. Ровно через три дня в тронном зале Асгарда воздух внезапно подернулся серой изморозью. Тень Хель скользнула по полу, и из самого сердца мрака на свет вышел Локи. Тор, который не отходил от места предполагаемого возвращения ни на минуту, рванулся вперед, но замер в паре шагов. Локи выглядел иначе. Его кожа больше не была серой, как у мертвеца, но оставалась пугающе бледной, почти прозрачной. Он сильно похудел, скулы стали острыми, как лезвия ножей, а глаза… в них больше не было безумного зеленого огня. Только тихая, бездонная усталость. Он стоял, пошатываясь, завернутый в тяжелый черный плащ, подаренный сестрой. На его шее виднелись тонкие белые шрамы — следы того, что Хель выжгла из него магию Титана. — Локи… — выдохнул Тор, боясь коснуться его, словно тот мог рассыпаться в пепел. Локи медленно поднял взгляд. В нем не было ни яда, ни насмешки. Он смотрел на брата так, словно видел его впервые за тысячу лет. — Холодно, — едва слышно произнес он. Его голос больше не хрипел кровью, но в нем поселилось эхо пустоты. — Там, у неё… было очень тихо, Тор. Я почти забыл, как звучит твой голос. Он сделал неуверенный шаг, и его колени подогнулись. Тор подхватил его, прижимая к своим доспехам. Локи не оттолкнул его, не вскрикнул от гордости. Он просто уткнулся лбом в плечо брата и закрыл глаза, тяжело и часто дыша. — Всё кончено, — шептал Тор, закрывая его своим плащом. — Теперь ты дома. Никаких клеток. Никаких цепей. Один, наблюдавший за этим с трона, медленно опустил голову. Он видел, что Хель сдержала обещание: она вернула Локи жизнь, но забрала у него всё, что делало его трикстером. Перед ними был сломленный, тихий бог, которому предстояло заново учиться дышать без боли. — Приготовьте покои принцу, — негромко приказал Всеотец. — И пусть лекари принесут самое теплое вино. Мой сын вернулся.