Глава 1. Фальшивая Маргарет.

В свои 32 года Даниэль Смит возможно добился немного больше, чем другие его ровесники, но он ничем не выделялся среди таких же несчастных, ходящих на фоне людей. Даниэль был итогом кратковременного романа виконта со служанкой. Уже невозможно определить, действительно ли происхождение помогло ему в трудном жизненном пути. До восемнадцати лет он рос как обычный простолюдин, пока отцу не понадобилось отправить кого-то из отпрысков в армию для поддержания имиджа. Если бы не обстоятельства, парень и вовсе забыл бы, что он не сын служанки и простого рыбака, а человек с голубой кровью в венах. Когда наступило совершеннолетие, несмотря на отличные способности, молодой Даниэль добровольно-принудительно отправился на учения в армию герцогства. Тогда ещё никто понятия не имел, что война на юге так сильно разрастётся. Там, на поле боя, он впервые познал любовь. А через время лично её похоронил. Милая Дороти Фостер... Его первая любовь. Он лично следил за тем, чтобы её тело в сохранности добралось до родного графства. После этого он ни разу не навещал могилу, хотя частенько просыпался в холодном поту с необходимостью прийти туда и закопаться рядом в холодный грунт. Борясь с желанием повеситься на шнурках своих сапог, после войны он вернулся домой к старой матери, которой, как оказалось, не было в живых уже полгода. Несмотря на невыносимую печаль, капающую на душу, обнаружив пополнение в семье, он получил стимул жить дальше. За время, что он был вдали от дома, его дорогая сестра родила двух милых малышей с разницей в шесть лет. У его матери был ещё один ребёнок. Его дорогая старшая сестра, Эми Смит, в отличие от него была родным ребёнком отца, отчего совершенно избалована им. Но мужчина никогда не жаловался по этому поводу и сестру также лелеял. Прячась от кошмаров, преследующих его даже спустя два года, он с придыханием слушал лёгкую поступь старшей сестры в доме. Войдя в небольшое помещение, он огляделся и посмотрел на девушку. Смотря спустя столько лет на подросшую Эми, приобретшую типичную для взрослых женщин мудрость и ярость в очах, появилось ощущение, будто это был очередной сон, где ангел, приняв облик сестры, промышляет над ним небесный суд. — Эми, ты вышла замуж? — Слушая собственный голос, Даниэль понял, что потерял контроль над собственным телом, застыв на месте. Улыбка, которую он хотел показать при долгожданной встрече, никак не появлялась, будто его уголки губ никогда и не имели функции подниматься. Девушка, обняв годовалого ребёнка, устало прищурилась. — У меня нет мужа. Неловко перешагивая с ноги на ногу, он оглядел прижавшегося к материнской груди малыша. — Кто отец детей? Раздражённо закатив глаза, она злостно прошипела. Не будь у неё на руках ребёнка, она бы точно взъелась, как змея, и закричала. Малыш, учуяв настрой матери, беспокойно захныкал, и лицо говорившей тут же скорчилось в улыбке в попытке успокоить ребёнка. — А почему ты, чёрт побери, сразу не вернулся домой? Как ушёл в эту блядскую армию, от тебя ни слуху ни духу. Увидев, как её лицо заметно почернело, Даниэль испуганно сжался, но любопытство брало своё. — Я же отсылал тебе деньги. Кто отец? Поведение сестры наталкивало его только на плохие мысли. Хоть он и боялся получить от неё нагоняй, но всё же сестра была беззащитной женщиной, оставшейся одной во время войны. Страх и жалость к сестре и к покойной матери застелили ему глаза. Кто, как не он, должен был их защищать? Отец сгинул ещё до войны. Помощи ждать было не от кого. Игнорируя вопрос брата, она продолжала говорить, видимо найдя для себя любимую тему для осуждений. — Для этих аристократешек простые люди — как свиньи на убой. Эти ублюдки только и знают, как вылизывать своих сынов. Как только наступает черед выполнять свой долг перед людьми, они сразу же теряют всю спесь. Высокомерные павлины! Им наплевать на простых людей. Именно тогда он впервые столкнулся с новым увлечением сестры. Почему-то ей показалось, что идея стать революционеркой не так плоха. Как считал Даниэль, ничего предшествующего этому событию не было. Хотя в прошлом, да и во время службы, его уж точно бы не назвали прилежным в понимании господ трудягой. Но мужчине было спокойнее думать, что она просто взяла эту идею из ниоткуда и теперь продвигает свои идеи. Кажется, вместе с небольшим рыбным магазинчиком, доставшимся от её отца, она также работала по выходным на какой-то низкой должности в газете, среди таких же борцов за справедливость. Тема отца детей осталась закрытой, как и то, куда он делся на два года после войны. Из-за того, что его работодатель герцог Коллинс так и не смог точно узнать, куда он делся после войны, боясь, что он участвовал в незаконных группировках, в отряде герцогства пошли ужасные слухи. Коллеги приняли его холодно. Многие говорили, что он был революционером, устраивающим поджоги музеев и театров, а также срывающим важные мероприятия аристократов. Будто он был какой-то важной шишкой, чуть ли не организатором, собирающим группы себе подобных. Слушая подобное у себя за спиной, хотелось плакать. «Я самый законопослушный из всех законопослушных. Моё сердце и тело отданы во служение стране и богу. Даже если в юности я и отличался странной моралью, но теперь-то...» Если его сестра каждый день бубнит всякую повстанческую бурду ему под ухо, это не значит, что он один из этих. Но другим солдатам было всё равно на правду. Они уже выдумали для себя бессовестного дебошира Даниэля Смита и не хотели видеть реальность. Поэтому, когда молодой избалованной дочке герцога Маргарет понадобился учитель, все в отряде, не сговариваясь, отдали его на съедение тиграм. Хотя на вкус Даниэля это был вовсе не тигр, а скорее самовлюблённая глупая собака. Глаза ребёнка при взгляде на него заметно приуныли, когда его приставили к ней в учителя. Расстроенная тогда девочка двенадцати лет с дрожащими глазами в отвращении воскликнула: — Неужели никого красивее не нашлось? В отличие от Смита, имеющего хоть и приятные черты лица, но всё же совсем не примечательные, маленькая Маргарет с глазами, сияющими ультрамарином, и двумя косами грязно-жёлтого оттенка привлекала всеобщее внимание редкой красотой. По-настоящему одарённая богом. Герцог тут же, смутившись, оглядел его, пытаясь понять, действительно ли Даниэль так уродлив. Вздохнув, Смит тихо ответил маленькой девчушке: — Нет. Никого красивее меня в отрядах Коллинс не найдётся. Ни-ког-да. Даже если и найдётся, то душа у них уж точно уродливей не сыщется. Заслышав ответ, герцог Коллинс замер в ожидании, глядя на девочку. Хотя важно ли сейчас это для дочки герцога? Вздохнув, Маргарет с презрением посмотрела на его лицо, не желая продолжать конфликт, возможно вспомнив о более важном деле на сегодня. — Видимо, из-за долгого пребывания с его величеством императором у меня повысились стандарты. Отвернувшись от двоих мужчин, Маргарет гордо отправилась восвояси, даже не показывая намёка на какие-либо манеры. Потемнев лицом, Даниэль раздражённо цыкнул. О чём только думал император, заключивший помолвку с двенадцатилетней девчонкой? Это уж точно не идёт ребёнку на пользу. Он часто сталкивался с пренебрежительным отношением, стоило людям примерно понять его положение. Да, он действительно был обычным простолюдином с небольшими боевыми навыками, больше он ничего из себя не представлял. Просто очередной солдат, бывший в прошлом на фронте. Кровь виконта в этом случае ничего не решала. Возможно, через много лет, если он дотянет хотя бы до восьмидесяти, детишки будут приходить к нему и спрашивать, каково было на войне, чтобы написать очередное сочинение на тему героев страны. ... Так он думал, пока через несколько медленных и мучительных для Даниэля лет заносчивую псину внезапно не подменили. На одном из устраиваемых чаепитий случился несчастный случай, изменивший аристократку. Это сразу стало заметно после того, как она очнулась из комы в своей кровати, не узнавая собственного отца. Хоть и не сильно близкая, но всё же Маргарет он растил с малых лет, и видеть, как собственный отец закрывает глаза на странное поведение ученицы, начинало злить. Смит быстро оглядел странное дружелюбное лицо девушки, неловко задавшей ему вопрос о его возрасте. Услышав короткий ответ, она в испуге вздрогнула, расширив на миг свои глаза. — Вы не выглядите на свой возраст, я бы не дала вам больше двадцати пяти. — Побочный эффект от использования магии. Сухие губы. Стоило ему только попрощаться и приблизиться к двери, она быстро, невнятно затараторила под нос: «Если я не... Он и... уничтожит всех Коллинсов...» Наверное, не имей он счастья слышать продолжительный шум пушек на войне и зверских криков, подпортивших его слух, то речь ученицы была бы полностью услышана. Будучи взрослым мужчиной, он всегда делал то, что доставило бы меньше мороки. Время на поле боя окончательно научило его не делать нерациональные вещи. Увидев, что с его ученицей не всё в порядке, Даниэль принял решение смолчать обо всём, не найдя это нужным сообщить герцогу. «Видимо, сама богиня пытается меня оградить от проблем». Это стало тем, о чём он жалел до сих пор. На тренировках ультрамариновые глаза больше не прищуривались от отвращения, глядя на него, и волосы вместо двух косичек на следующий день после того случая превратились в странную короткую мальчишескую причёску, совсем не подходящую милой шестнадцатилетней девушке. Как только Смит увидел новый вид ученицы, он в неверии расширил глаза. Уж больно сильно то, как держалась девушка, начинало напоминать ему Дороти Фостер. Когда-то она с такой же уверенностью безжалостно кромсала свои спутанные лавандовые волосы. Будто бы она имела цель стать второй Дороти. Подобное стало просто невыносимо, когда ученица начала, словно паразит, уничтожать и заменять своим то, чем раньше жила Маргарет. Это было издевательство над его памятью о настоящей дочери герцога. О его ученице. Реакция на удары, как правильно держать лук, ходьба. Её тело всё ещё действовало по своим старым привычкам, сражаясь с чужой личностью в нём. ... Устав, он, как обычно, взял отпуск на пару недель, чтобы побыть одному. Стоя над полем, он замер, глядя на заросшие следы битвы. Земля, напитавшись кровью молодых, отличалась своей плодовитостью и ярким обилием цветов. Любуясь видом, который пару лет назад был для него страшным кошмаром, Даниэль не заметил, как к нему подошли сзади. Кажущийся высокомерным, высокий мужчина, остановившись в паре шагов, осмотрел поле и сказал: — Почему-то окопы в северо-южной стороне кажутся мне зажившими шрамами, когда как в северной — словно страшные могилы. Даниэль, узнав голос, быстро повернулся и в поклоне поприветствовал: — Ваше императорское величество. Первое солнце империи. — Не ожидал тебя тут встретить, рядовой Смит. Увидев нервное выражение на лице рядового, император горько усмехнулся. — Так что на счёт окопов? Как думаешь, почему? Гневно сверкнув глазами, Даниэль был готов показать всю свою ненависть. Конечно, он никогда не отличался человеколюбием, но на войне всё же было то, от чего даже у кого-то вроде него волосы вставали дыбом и дух наполнялся чистым гневом. В последние дни войны с другого конца фронта вдруг пролетел маленький слушок, а потом ещё и ещё. Пытаясь сохранить рассудок, рядовой Смит с самого начала, будучи близким к месту командира, старался не допустить появления слухов, способных нарушить работу отрядов. Это звучало просто невообразимо и бесчеловечно, но на одном из собраний кто-то спросил тогдашнего ещё принца в шутливой форме на счёт слухов, и так же шутливо это подтвердилось. Но никто не смеялся. В то время ещё наследный принц приказал не убирать трупы с места битв, а кидать их в окопы и закапывать. Взамен старых солдаты вместо положенных кодексом могил копали новые окопы совсем рядом со старыми. Прямо на этом поле просто одной очерченной линией закопаны парочка тысяч трупов. К подобному варварству прибавлялись слухи о зверском отношении к своим товарищам, и в целом его репутация скатилась в помойную яму. — Я не желаю вас обидеть, ваше величество, но это всё из-за ваших приказов. — Точно! — весело воскликнул он, будто вспомнив правильный ответ на экзамене. — Вместо того чтобы тревожить старые, я выкопал новые, и теперь на этом, казалось бы, протоптанном поле зацвели цветы. «Какая разница, цветут ли цветы?» — рассерженно подумал про себя Смит. Его совсем не тревожит, упокоились ли спокойно души всех этих бедных людей? Думая о погибших, в его уме сразу проскакивала мысль о Дороти Фостер. Как же он был счастлив, что похоронил девушку со всеми почестями. И как же бог был милостив, не отправив её на северно-южный фронт. В мыслях так и мелькал тот ужасный день, когда её убили... --- Смотреть на запавшую в сердце с первых дней знакомства девушку было ужасно сложно. Сердце невыносимо заливалось кровью, хотелось вырвать его прямо на месте. Не только потому, что она умерла, но и потому что стоящий над ней жених, отличавшийся сильной эмоциональностью в обычные дни, не пытался даже изобразить грусть. На теле девушки был изображён лишь леденящий кровь ужас. Застывшая кровь вперемешку со слезами и прилипшая грязь делали нежное лицо наследницы Фостер неузнаваемым. Даниэль Смит и её жених Джимми Харрисон, найдя тело мёртвой девушки, замерли. Отойдя от шока, Смит смотрел, как Джимми надевает обратно офицерскую фуражку на голову, хмуро осматривая местность. Сейчас как ответственного за кучу солдат от него требовалось хладнокровие и хороший ум. Быть опозоренным из-за сильной эмоциональности он не хотел. — Убил кто-то из наших. Тяжело дыша, он медленно поднял голову вверх, услышав слова Джимми. — У нас пехота большая. Может, кто-то из родственников подкупил, да и... Махнув в неопределённую сторону рукой, офицер взглянул на него, полагаясь на сообразительность рядового. Напоследок взглянув на возлюбленную, мужчина приумолк. «Если загробная жизнь, как твердили дьячки в церкви, и существовала, — думал Даниэль, борясь с дрожью в руках, — то душа Дороти бы с честью и достоинством приняла смерть». Вспоминая скрывающий скорбь взгляд офицера, ему захотелось расплакаться. Весь этот ужас накатил с головой, стоило ему встретить этого мужчину, напоминавшего о прошлом. — Ваше величество, что сейчас с офицером Харрисоном? Подняв бровь, император удивлённо спросил: — Хочешь встретиться с ним? — Ни в коем случае. Развеселившись от ответа Даниэля, император задумался. — Мы не виделись столько лет, и это единственное, о чём ты спрашиваешь. Вот уж точно преданная собака. — Ваше величество, я прошу прощения за грубость. — Всё никак не могу поверить, что ты смог прожить в одном доме вместе с кем-то вроде него целых два года. Чувствуя себя уставшим из-за пытливого взгляда императора, будто читающего его как книгу, он решил как можно скорее это закончить. — Ваше императорское ве... — Ты слышал, что три месяца назад он потерял память? Завидев удивление мужчины, Итан надменно спросил: — Ох, мне следовало рассказать ему о тебе? «Потерял память?» — Прошу прощения, ваше величество, но я впервые слышу об этом. — Мы приняли решение не распространяться об этом. — Придвинувшись ближе, мужчина тихо прошептал: — Советую тебе не приближаться к нему. Если из-за тебя он вспомнит о войне, об этих ужасах... Он снова... эм. В общем, станет... менее дружелюбным для нас всех. «Ха! Слово "удобным" так и читалось в его глазах». И дураку было понятно, что это была скрытая угроза. ... Вскоре отпуск закончился, и он опять принялся отрабатывать свои деньги в особняке герцога. Сладко потянувшись на городской стене под тёплыми лучами солнца, учитель молодой госпожи перевернулся на другой бок. Прищурив свои ореховые глаза, он лениво посмотрел на небо, приобретающее розовые оттенки, провожая солнце на запад. Мелкую девчонку уже нельзя было назвать псиной. Собаки рычат на всех подряд и кидаются на косточки, а то, что пришло ей на замену полгода назад, напоминало больше пугливого оленя. Взяв из кармана наручные часы и посмотрев на время, он громко воскликнул: — В этот раз ты действительно расстроила меня. Это твой самый худший результат. Даже если странное поведение девушки и вызвало у него воспоминания о первой любви, это не значило, что он вдруг начнёт обращаться с ней мягче. Треск. Звонкий звук натягивания тетивы стал ответом на произнесённые Даниэлем слова. Нахмурившись, он быстро вскочил со своего места и метнулся в сторону. Полетевшие в солдата стрелы воткнулись в нескольких сантиметрах от него, что вызвало у мужчины довольный прищур. Всё же навыки у тела, в отличие от души, остались те же. Было бы жаль, утрать оболочка свой талант. Подойдя ближе к перилам, он увидел стоящую внизу «Маргарет», с трепыханием берущую несколько стрел из колчана на спине, готовую вновь выстрелить. Благодаря уговорам близкой служанки душа, занявшая место Маргарет, решила больше не резать волосы и дала им отрасти до плеч. Встретившись взглядами со Смитом, уставшая «Коллинс» широко улыбнулась, опустив руки с оружием: — Мастер Смит... Восстановив дыхание, девушка воскликнула стоящему на стене солдату: — Я выиграла. Нашла вас до захода солнца. Спустившись со стены, его глаза наткнулись на «Маргарет», сияющую аурой дружелюбия и самовлюблённости, нетерпеливо ожидающую приз за победу. В прошлом, когда Даниэль устраивал своей ученице подобные задания, она никогда не просила приза, предпочитая просто пострелять пару лишних раз по учителю, не желая заканчивать игру. Не зная, чего хотела девчонка, он приподнял бровь, молча задавая вопрос. Схватив без разрешения его руку, она повела его по городским переулкам. Не желая терять времени на переглядки, сразу же сказала, чего хочет: — Можете побыть моим сопровождающим завтра? Подняв голову и взглянув на кирпичную крышу дома, он уловил кусок ткани её сопровождающего, ловко прячущегося от простых людей, дабы не раздражать аристократку своим присутствием. — Неужели нынешняя охрана слишком жалкая для тебя? Будь на месте девочки прошлая Маргарет, она бы не упустила возможности пошутить про уродливость солдат, рассказывая о том, как её жених хорош. Нынешняя же девушка, смутившись, поджала в вежливой улыбке губы, не собираясь развивать эту тему. — Мне бы не хотелось, чтобы о завтрашней прогулке было написано в отчёте. Умолкнув, он развеселился и хмыкнул. Подобное вовсе не было в его репертуаре, но любопытство и вызванные её поведением чувства победили. — Думаю, что смогу помочь. На следующее утро они уже заходили в скрытое подвальное помещение вместе со странным мужчиной, подозрительно легко обнявшим молодую девушку при встрече. Обрадовавшись, что заведомо обмотал своё лицо шарфом для скрытности, он двинулся за ними. Не обращая внимания на неловкие обжимания парочки, Даниэль, которого вежливо попросили подождать на расстоянии, пока Маргарет не объяснит всю ситуацию своему «другу», прожигал взглядом свои грязные старые сапоги. «Совсем износились... Стоит узнать у сестры, где она обычно покупает обувь». Даже не пытаясь разглядеть лицо стоящего рядом с Коллинс парня, Смит уныло рассматривал обувь, прикидывая, сколько надо будет потратиться. Когда ученица доброжелательно подозвала его поближе, он всё ещё летал в своих мыслях, не находя нужным осмотреться. Насторожившись, Михаэль блестнул яркими глазами, смотря на него. Не выдержав напряжённого молчания, он настороженно спросил своим сорванным хриплым голосом: — Маргарет, ты уверенна, что этому старику стоит доверять? Не стерпев оскорбления, Даниэль поднял голову и начал говорить: — Ха, если я старик, то ты... Разглядев лицо мужчины, он тут же замолк, расширив глаза. Заметив реакцию Смита, Михаэль склонил в вопросе голову. — Эй, чего застыл? — Ты... Сжав кулаки, лицо Даниэля стало серьёзным. — Сколько тебе лет? Хмыкнув, парень сложил свои руки на груди, почувствовав неловкость от немигающего взгляда мужчины. — Зачем это вам? Уловив что-то неладное, Маргарет успокаивающе положила руку Михаэлю на плечо. — Скажи ему. — Мне семнадцать. Оглядев парня с ног до головы, Даниэль успокоился, бросив короткое «о» в ответ. Мило улыбнувшись, он прищурил глаза, показывая всё дружелюбие, на которое только был способен. — Есть ли у тебя родственники, участвовавшие в пятилетней войне? — Да какая тебе разница, старикан... — Мне нужно найти кое-кого, и возможно, он твой родственник. — Да плевать мне. Делая вид, будто не услышал слова парня, он продолжил говорить: — Насколько мне известно, мужское достоинство пять лет назад у него, судя по всему, было в порядке. На счёт внешности точно сказать не могу, но возможно, довольно неплох. Скорчив уродливую гримасу, Михаэль своим хриплым голосом возмутился: — Что за херню ты несёшь, недоумок? Маргарет, стоявшая рядом, встала в ступор. Неужели мастер Смит сошёл с ума? Коллинс, ощущая неловкость, остановила расспрос Михаэля. — Мастер Смит, мы можем поговорить об этом позже. Сейчас нам стоит заняться делом. — ... Не теряя времени, они отправились вниз. Идя по затхлому сырому коридору темницы, его глаза напоследок взглянули на лицо Михаэля. Эти глаза и лицо. Были прямо как у племянников. Подвальное помещение, видимо совсем недавно ставшее незаконной темницей, гнило на глазах. Совсем новенькие металлические прутья казались не к месту. Госпожа, идущая сзади, заметив, что он уставил свой взгляд на её жалкие попытки сделать из этого места хоть какое-то подобие тюрьмы, смущённо промычала: — Мастер Смит, поторопитесь. Даже после прозвучавших слов, он не пытаясь ускорить темп, всё ещё медленно плёлся. После нескольких шагов, когда терпение молодой леди начало заканчиваться, его ноги остановились в нескольких метрах от клетки со спящим человеком. — Хей, ты чего остановился? Сердито идя сзади него, Михаэль протиснулся вперёд. — Это... — Да, это Джимми Харрисон. «Какого мать его чёрта?» Увидев, как он подозрительно прищурился, Михаэль с вопросом поглядел на Маргарет. Приблизившись к мужчине, она тихо объяснила: — Смит был в рядах Харрисона. — Он не предаст нас? Также тихо ответили ей. — Они не очень-то и ладили. — Откуда тебе знать? Действительно, откуда? Неужели он выглядит настолько невыносимым? Не вытерпев их обсуждений, он повернулся к ним и стал ждать объяснений, быстро натягивая тёплый зелёный шарф, заботливо связанный сестрой, на пол лица. Если честно, то прямо сейчас единственное, что Даниэль хотел, — это сбежать отсюда как можно скорее. Не то чтобы даже заговорить с этим мужчиной. Находиться с этим человеком в одном помещении было для него адской пыткой. Угрозы императора добавляли ещё большей остроты. Его отношения с офицером Харрисоном были не самые приятные по многим причинам. Они познакомились во время военных учений, не сразу, конечно. Их характеры были довольно схожи. Они оба являлись необщительными мальчишками, но это не помешало им начать спорить. И главное, о чём? О политике! А когда он стал солдатом, из-за гадкой шутки судьбы попал в ряды его герцогства. И надо же, под его командование. На его неприкрытое презрение Джимми в начале конкретно так загонял рядового Смита, а когда появилась Дороти, к которой они начали испытывать похожие чувства, всё стало ещё хуже. Решив не затягивать, Маргарет рассказала ему всё от и до. Многое из того, что рассказала Коллинс, он уже давно знал, но всё же неясная угроза его спокойной жизни начала приобретать очертания. Оказалось, что новый император совсем не устраивал аристократию, и она разделилась на два лагеря. Люди выбирали: остаться с императором Итаном Кастро или уйти ко второму принцу Адрику Кастро. Конечно же, была и третья сторона. Вспотев от мысли о своей сестре, он потряс головой. «Вот уж... Её кровожадные идеи начинают проникать ему в голову». Харрисон был одним из сторонников императора, и поэтому, проведя большое расследование его грязных делишек, «Маргарет» и её новый друг добились его ареста. Только цель этого ему была ещё не понятна. Боковым зрением заметив движение за прутьями, он вздрогнул. Проснувшись, Джимми Харрисон насмешливо улыбнулся, внимательно оглядев присутствующих. Находясь в этом незавидном положении, он не терял природную гордость. — Даже если вы смогли поймать меня, вы ни за что не сможете навредить малышке Нине. Наблюдая за тем, как высокомерно распинался Джимми, он с усилием крутил шестерёнки в мозгу. «Нина? Неужели он имеет в виду младшую сестру Дороти?» Несколько лет назад он уже встречался с этой девчонкой. Тогда молодые аристократки собрались в поместье Фостер в честь её дня рождения, и госпожа Маргарет тоже была приглашена туда. В тот день он сопровождал её в роли охранника и, кажется, совсем немного перегнул палку благодаря редкому для него ужаснейшему настроению. На то было несколько вполне приличных причин. Во-первых, это был дом его погибшей возлюбленной, и где-то совсем рядом было её надгробие. Во-вторых, маленькая Нина была просто до рвоты похожа на Дороти. Лавандовые волосы, большие глаза, округлое лицо, но вовсе не характер! Также было ещё несколько неважных причин, но перечислять их было бы утомительно. Ведь важно то, что тогда был действительно неудачный день, который смог вывести из себя даже такого милого человека, как он. Нахмурившись, он продолжал слушать заключённого. — Я взял всю вину на себя, так что малышка Нина точно не станет прислушиваться к вашим обвинениям в том, что я могу быть предателем. Совсем скоро она придумает, как меня спасти. «С чего это вдруг Харрисон так сильно присосался к сестре Дороти...» — В любом случае, вы не достигли своих грязных целей. Если она знает, какие отношения у него были с Джимми, и не просто так привела его сюда, значит, что и о Дороти Маргарет должна быть наслышана. Тогда встаёт вопрос: с чего это она так уверена, что он не предаст её, по уши влюбившись в похожую на Дороти девушку? Будто прочитав его мысли, Коллинс уверенно сказала ему: — Мастер Смит ведь никогда не выберет сторону бесчестных людей. Услышав обращение к Даниэлю, Джимми на мгновение подозрительно сощурился. — Знаешь... Своим поведением ты напоминаешь мою бывшую невесту. Показав недовольство на лице, в то время как Даниэль лишь напряжённо смотрел в пол, скрывая лицо в шарфе, она подошла к клетке. — Слышала, что ты полностью забыл годы войны после несчастного случая, — вкрадчиво заметила девушка. — Я и правда не помню ничего, но совсем скоро с помощью госпожи Нины я смогу вспомнить, так что это не надолго. — Что, если я найду для тебя человека, благодаря которому ты сможешь восстановить воспоминания? Ты поможешь мне? — Только по-настоящему близкий человек способен на такое. Очевидно, что я потерял память из-за любви к погибшей леди Фостер, и благодаря похожей на неё Нине я вновь всё вспомню. «Поздновато он ударился в горе. Только спустя девять лет». Припомнив маленькую леди Фостер, Даниэль решил для себя, что Джимми, видимо, не суждено ничего вспомнить. Рядом с этой «похожей» девушкой он скорее забудет, чем вспомнит. Она была той ещё мелкой дьяволицей. Почувствовав, как на его голову упала капля воды, он осмотрелся в пустом подвале с лишь одной единственной решёткой и заключённым. Впервые за это время он сам того не осознавая почувствовал жалость к бывшему офицеру. Встреть он его в императорской темнице, то просто бы прошёл мимо, но сейчас его собирались оставить совсем одного в пустом подвальном помещении, воняющем сыростью и грязью, до тех пор, пока его дорогая Нина не решит вытащить его. Как вообще молодая леди, пусть и графиня, сможет вытащить из тюрьмы герцога? Почему вместо императорской темницы он находится здесь? Давали ли им на это разрешение? Если да, то как они этого добились? Чувствуя себя не в своей тарелке, он с любопытством спросил у стоящего рядом Михаэля: — А это всё вообще законно? Услышав его вопрос, Харрисон раздражённо скрипнул зубами, осмотрев фигуру мужчины. — Кого ты сюда вообще привела? Поняв, что Джимми не узнал своего рядового и, казалось бы, давнего знакомого, Даниэль перестал натягивать шарф на нос. Чувствуя любопытство, он как ни в чём не бывало встал рядом с Маргарет и дружелюбно спросил, убрав ткань с носа дрожащими пальцами: — Ты точно не помнишь меня? — Неужели Маргарет решила пытать меня разговорами с умственно отсталыми? Стоит признать, что это действительно заставляет меня страдать. «И это наш первый разговор за столько лет...» Ну, если бы он действительно что-либо помнил, то точно бы начал кричать и пытаться его задушить. После подтверждения амнезии Даниэль спокойно выдохнул, решив нормально разглядеть мужчину в тюрьме. Не выражая никакой реакции на оскорбления, он перестал скрывать тканью лицо и дал увидеть нижнюю половину лица полностью. Почувствовав кардинальные изменения в Смите, трое человек уставились на него. Михаэль, впервые увидевший его лицо полностью, в отвращении скорчил рожу. — У вас прыщ на губе. Указательным пальцем указывая на плоскую родинку на верхней губе, его лицо становилось зелёным. — О, и над правой бровью тоже есть! — ... «Такое чувство, будто со мной уже происходило нечто подобное». Даже не пытаясь что-либо ответить, Даниэль просто остался стоять. Джимми, метавший взгляд между ними тремя, остановился на Даниэле. Сразу как только этот мужчина вошёл в его поле зрения, он почувствовал неладное, но он всегда чувствовал неладное. Такова уж его натура. Поняв, что плебей, видно, был лично с ним знаком, он заставил себя внимательней посмотреть на лицо идиота после прошедшей перед ним сцены, показавшейся смутно знакомой. — Ты! Михаэль, удивившись резким крикам Харрисона, затащил застывшую «Коллинс» за спину. Впав в панику, Даниэль с не меняющимся лицом застыл в испуге, услышав знакомый командирский тон. — Кажется, я припоминаю тебя, идиот. Почувствовав дискомфорт, он быстро опять натянул шарф на нос. Поняв, что облажался, он с наворачивающимися слезами поглядел в сторону ученицы. Начиная тяжело дышать, с трудом вдыхая воздух, Харрисон с некой благодарностью прокричал: — Отлично, Маргарет! Я соглашаюсь на твои условия. От этого парня точно есть какой-то толк. «Нет. Маргарет, нет». Начал в мыслях умолять Смит. «Чёрт, мне конец. Император точно меня не пощадит». Выглянув из-за спины Михаэля, она, не понимая сути происходящего, оглядела двух мужчин. Пару минут назад она хотела пристыдить Михаэля за его глупые слова на счёт прыщей на губе мастера Смита, но внезапный вскрик Джимми её остановил. — Ну? — поторопил её герцог. — Мастер Смит вовсе не какой-то раб. Я не могу его просто отдать, — хмуро пробормотала ученица. — Тебе же нужна моя помощь. — Да, но что вы подразумеваете под «отдать»? — Тебе нужна моя помощь? — Да. — Агрх, ну так отдай мне его, идиотка. — В каком это смысле «отдать»? Он не вещь! — Что учитель, что ученица — оба парочка отсталых индивидов! Будто даже не подозревая о возможности Джимми оскорблять её, «Маргарет» возмущённо застыла. Устав слушать их пререкания, он решил хоть что-то сказать. — Возможно, он имеет в виду то, что я начну работать на него. — Хм. — Харрисон, закатив глаза, будто он сказал самую очевидную на свете вещь, облокотился спиной на мокрую стену и тут же отпрянул. — Твою же! Блять, как тут отвратно. Игнорируя громкие крики Джимми, Маргарет взглянула на безучастно стоящего Даниэля. — Мастер Смит... — Нет. Даже не собираясь выслушивать просьбу полностью, он отказался. — Как ты смеешь перебивать Маргарет! — впервые крикнул Михаэль. Отвернувшись от Коллинс, он задал вопрос Харрисону, игнорируя смертельный взгляд молодого парня: — Ты вообще понимаешь, на что подписываешься? Вместо ожидаемого грубого ответа мужчина за решёткой, услышав строгий тон, ухмыльнулся. — Кажется, я был довольно близко с тобой знаком. Мне даже не нужно напрягаться, чтобы понять, о чём ты думаешь. Прикрыв глаза, бывший офицер будто пытался выкопать из глубины сознания потерянные воспоминания. — Ох, Смит. Мы ведь учились вместе. Как я мог забыть! Я... Скрючившись из-за ноющей головной боли, он пытался изо всех сил вновь поднять голову и взглянуть на Даниэля. Повернувшись к нему, «Маргарет» вновь заговорила. — Мастер Смит, представьте себя на его месте. Герцог Харрисон лишь хочет вернуть свою память. «Ты просто хочешь использовать меня в своих целях!» Михаэль, хмуро сверля его взглядом, казалось, почувствовал немного жалости к Джимми. «Дело вовсе не в отсутствии у меня к нему жалости! Знали бы они, каким он стал к концу войны, то говорили бы совсем другое. Только вот не осталось ни одной живой души, способной подтвердить мои слова». «Почему ты не вернулся сразу домой? Где ты пропадал два года?» — вспомнился их разговор с сестрой. Вздрогнув от воспоминаний, он сжал кулаки. Сглотнув, Маргарет продолжила: — Могу даже дать вам большое денежное вознаграждение. Обычно, как только Даниэль слышал про вознаграждение, он без раздумий соглашался. Дома его ждали три голодных рта, деньги уж точно лишними не будут. Но сейчас ему предстояла работа, связанная с этим мужчиной, и по той же причине, по которой ему нужны деньги, он ни за что не согласится на это. — ... Потемнев, он спокойно опустил взгляд на землю, качнув металлическими бусинами на тонких косичках. Даже когда он отошёл на несколько шагов назад, Харрисон не спешил убирать с его лица взгляд, даже если оно было скрыто под шарфом. Поняв, что Даниэль не собирался идти на уступки, «Маргарет» сердито выкрикнула: — Ты эгоист! Именно поэтому я и выбрала... Поняв, что сболтнула лишнего, раскрыв широко глаза, она остановилась. Спустя несколько секунд Михаэль, казалось, принял решение, услышав, как Харрисон свалился без сил на мокрый пол темницы. — Эй, старик. Ты же ищешь моего родственника, ведь так? Приподняв потемневшее лицо, Даниэль кивнул. — Я, кажется, знаю, о ком ты. Расскажу только при условии, если ты сделаешь так, как попросит Маргарет. — Вы оба ничего не понимаете. — Если ты не послушаешься, то ты сам знаешь: чтобы испортить твою жизнь, нам достаточно дать несколько указаний — и вот ты уже никогда никуда не можешь устроиться. — Михаэль, что ты несёшь... — удивлённо воскликнула девушка. — Мы сделаем так и со всей твоей семьёй. Интересно, долго ли вы протянете без денег. Поняв, что в принципе выбора у него нет, Смит, истекая холодным потом, смущённо улыбнулся. — Вариант с большим вознаграждением и информацией о твоём родственнике ещё в силе? Неловко улыбнувшись, аристократка быстро ответила до того, как Михаэль успел открыть рот для отказа. — Конечно, мастер Смит! Поняв, как она ведёт себя со стороны, она попыталась, тихо срывая дрожь, поговорить: — Мастер, я понимаю, что вы с Джимми Харрисоном были не в самых лучших отношениях, но всё же он имеет право на свои воспоминания. «Вот же лицемерка. Пытается приструнить свою совесть?» — У меня всё равно нет выбора. Выходя из душного подвала, служащего тюрьмой для герцога Харрисона, «Маргарет» с гордым видом смотрела, как Даниэль задумчиво в нескольких метрах от неё разглядывает лицо Михаэля. Упоминаемый парень рядом с ней, дождавшись, пока старший отстанет от них настолько, чтобы не услышать их разговор, спокойно спросил: — Что это с тобой? Разве всё не пошло по твоему плану? — Нет, я... я хотела предложить свою помощь, а не отдавать мастера Смита. Нахмурившись, он попытался понять, о чём думает девушка. — Как ты собиралась ему помочь? Это в силах только близких для него людей. — Я хотела рассказать кое-что вам всем троим. Это то, что я хотела, чтобы вы все трое узнали. Зажмурившись, дабы не видеть лицо мужчины рядом с ней, она продолжила говорить: — Я вовсе не Маргарет Коллинс. Помня о том, что полгода назад аристократка потеряла память, он, стараясь не показывать беспокойство о её психической стабильности, спросил: — Что ты имеешь в виду? — Я... — На секунду неловко замявшись, она серьёзно произнесла: — Я Дороти Фостер. ... 9 лет назад Собрав в лесу недалеко от лагеря достаточно трав, Дороти Фостер решила отправиться обратно. Посмотрев на мигающие огни лагеря вдалеке, она, беспокойно вцепившись в корзинку, шла на редкий свет в полной темноте. Пройдя достаточно шагов, она запаниковала, когда поняла, что нисколько не приблизилась к лагерю, а может, даже отошла от него на большее расстояние. Луна начала скрываться за огромными тучами, поглотив тонкую фигуру девушки в темноте. Решив идти дальше, она снова сделала шаг к огню вдалеке, но не смогла продолжить из-за громкого звука, раздавшегося совсем близко. Тут же в не защищённую девушку полетел камень. Дороти, пробывшая всего год вблизи боевых действий и то проведя его в тылу, могла лишь попытаться уклониться, отчего вместо глаза удар пришёлся по носу. Девушка в панике громко завопила. Боль от сломанного носа замылила ей глаза слезами. Тот далёкий огонёк вдалеке потух вместе с её надеждой выбраться из леса в лагерь. Увидеть лицо нападавшего не представлялось возможным, и тут же сзади был нанесён безжалостный удар. В то время когда нападавший уже скрылся, тело Дороти только упало на землю. ... Девушка героически погибла в возрасте двадцати трёх лет. Наследницу графства посмертно признали героиней, с достоинством похоронив останки, оставив своим предкам лишь крохотные упоминания на почётной выдаче медалей. Пробыв в белом мягком пространстве пару секунд, она в непонимании огляделась. Мягкие облака окутывали всё пространство. Недавняя боль вмиг испарилась. Ей казалось, будто время движется и безжалостно быстро, и ужасно медленно. Каждое её действие, стоило только встать на ноги, растягивалось на долгие минуты. Только вот стоило ей только моргнуть — и уже всё, что она хотела, было сделано, словно она перемотала время вперёд. Недалеко от неё находилась небольшая книжка «Гарем милой Нины Фостер», будто что-то или кто-то хотел, чтобы её прочитали. Не найдя здесь никаких других занятий, она с интересом открыла странную книгу. С каждой прочитанной строкой ей хотелось рассмеяться во всю глотку и загоготать. То, что было написано там, казалось для неё бредом сумасшедшего. Главной героиней этого романа была её младшая сестра Нина. Но её также насторожило и то, что про его жену было написано совсем немного. Она считала невестку своей подругой, отчего была крайне обеспокоена, как она поживает с её тираничным братом. Гневно оглядев взглядом только что прочитанную книгу, она разозлилась. А про неё в книге не было написано ни слова! ... Вскоре она очнулась в теле Маргарет Коллинс. Эта маленькая девочка была злодейкой того странного романа. Тот, кто это написал, видимо, имел фетиш на дяденек на много лет старше. Как ещё объяснить, почему все три любовных интереса, которых, между прочим, девушка имела честь знать лично, влюбились в этого ребёнка? Куда вы потянули свои руки, больные ублюдки! Первый мужской главный герой был Итан Кастро, нынешний наследный принц, читая о котором она чуть не сошла с ума, не веря, что написанное в книге хоть как-то соприкасается с реальностью. Дело в том, что принц был незаконно рождённым от простой служанки, сбежавшей из дворца. Во время войны он стал примером для простых людей. Никто не мог поверить, что простолюдин может добиться высокого звания благодаря своим талантам. Воистину редкая удача, в отличие от Даниэля. Его тоже хотели поставить на высокое звание, но Джимми занял его место. Всё же негоже голубой крови быть рядовым, а к тому времени других мест не было. Их отряды иногда работали вместе, так как территории, за которые они отвечали, были довольно близко. Как-то раз ей даже выпала честь спасти ему жизнь. Кто же мог подумать, что в конце войны, когда император награждал вышестоящих лиц, он узнает в удачливом простолюдине родную кровь. Жаль, что к тому времени она уже была мертва и не застала этой Санта-Барбары. Всё же то, что было раньше, уже не важно, ведь сейчас он какого-то хрена собирается жениться на её маленькой племяннице. Даже если ей и есть восемнадцать, это не отменяет того факта, что этому мужику тридцать семь. А Даниэлю и Джимми чуть больше тридцати. Вот так, Дороти, закрываешь глаза в двадцать три — и «пуф» — тебе и знакомым за тридцать.