Последствия

Гермиона, которую они уговаривали открыть дверь почти столько же, сколько чинили платье, просияла. — Вы сами это сделали? — Она вернула себе суровое выражение лица и придирчиво осмотрела нижнюю юбку, криво пришитую на место. — Ну, очистили, конечно, заклинанием… Но пришили сами! Скажи, Гарри. — Да-да. Гермиона растаяла. — Спасибо… — Давайте скорее, без соплей, — снова раскомандовалась Джинни. — Иди, я тебе локоны накручу. — А она и без локонов красотка, — расплылся в улыбке Фред. — Может, пойдём уже? — Ты давай-ка иди, букеты разноси. Как раз успеешь. А на открытии и так ничего интересного не будет. Всё, Герми, ну-ка прихорашиваться! — и Джинни достала палочку. — Не забудь оставить её потом, — подсказал Гарри и, дождавшись кивка, отправился к Большому Залу.

***

Большой Зал переливался неровным светом, скачущим по высокому потолку. В воздухе кружились розовые лепестки сливы, звучали переклички звонкоголосых птиц, а пахло так свежо, что Гарри казалось, будто он на разогретом ещё мягким солнцем лугу. Магия жила в нём, дышала, и он, хоть и не любил оставаться без палочки, в эту секунду рад был, что на балы их проносить нельзя. Гарри мог расслабиться, отдаться потокам, невидимым, но могущественным, которые сплетали толпу школьников в единую систему. И не навредить никому даже случайно. Гарри уже заметил нескольких девушек, которые бегали со вплетёнными в волосы голубо-жёлтыми цветами из букетов Уизли. Выглядели довольными, и этого было достаточно. Гермиона вошла в зал с опозданием, но в сопровождении обоих близнецов. Она тут же завладела всеобщим вниманием, со всех сторон слышались восхищенные комментарии «какая красивая» и — завистливые «зачем это она так вырядилась?». Рон, ожидавший её у входа, разулыбался, а Гермиона с пристыженным выражение лица бросилась к нему. Гарри не слышал, о чём они говорили, и отвлёкся от созерцания влюблённой пары, когда к нему подплыл Фред. Они переглянулись, но разговаривать ни у кого из них не было сил после пережитого кризиса. Они так и молчали, пока Фред не выдал тихо: — А Малфой, походу, тоже не знал, как отправителя посмотреть, — он показал в сторону вошедшего в зал слизеринца. — Галстук-то наш надел. Драко был одет для него привычно: со скромной роскошью. Корсетный жилет с серебряной вышивкой и тяжёлая чёрная мантия с воротом до самого подбородка особенно привлекали внимание. И галстук. Он чуть выбивался из общей картины, не шёл к воротнику и гораздо ярче основного ансамбля был украшен зелёной окантовкой. — А что случится..? — Малфой нашёл Гарри глазами и обжёг одним только взглядом. Гарри поправил собственный галстук, начав задыхаться. — Увидишь. Если в начале зал показался ему свежим лугом, то теперь стал влажным и душным экваториальным лесом. И там, среди лиан, под широкими листьями тропической растительности, засел опасный хищник, смотрящий на Гарри с настораживающим аппетитом. — А как узнать отправителя? — Поцеловать отпечаток губ. Гарри вздрогнул. То ли от ответа Фреда, то ли от того, что Драко Малфой, заносчивый и высокомерный, ему подмигнул. — Фред, я не шучу. Что должно с ним случиться? — Драко уже прошёл мимо них, достаточно далеко, но всё равно не отпускал из плена своего взгляда. Остановился почти в центре зала, рядом со своей свитой. Уизли захихикал. А галстук на шее Драко вдруг задёргался и заплясал. Он неуверенно замер, оторвав от Гарри взгляд, поправил аксессуар рукой. Фред продолжал хихикать. Галстук дёрнулся снова. Узел пополз вниз. Малфой, удерживая прямую спину, попытался понять, что происходит, ощупывая воротник. А Гарри, к своему ужасу, догадался. Отложенная трансфигурация. Такая странно выглядящая и нестабильная в руках изобретателей Уизли. Галстук заметался активнее, а Гарри даже расслабился. Что уж там совсем плохого могли выдумать близнецы? Клоунский костюм? И вовсе это не так страшно, а галстук все дергался и уже настолько сильно, что люди начали на Драко оборачиваться. А потом из него вырвались темные ленты, и воротник Драко схлопнулся, открывая ключицы и крепкую шею. Платье. Это будет чёртово платье, догадался Гарри и рванул к Малфою, в центр зала, не определив для себя, зачем ему вообще спасать того от позора. Он врезался в звизгнувшую от неожиданности Паркинсон. Толкнул Криви, схватившегося за камеру. Но встал как вкопанный, когда увидел как болтающаяся ткань мантии облепила пояс Драко, превращаясь в пышную юбку. Малфой снова посмотрел на Гарри, их разделяло метра три, а потому Поттеру удалось разглядеть и непонимание, и осознание, и злость. Последняя резанула особенно больно. На бледные скулы выступил неровный румянец, мягкая до этого линия челюсти огрубела, в глазах Драко загорелось презрение. И Гарри осознал — Малфой поцеловал ту чертову карточку. Видел имя отправителя. И не высмеял. Принял подарок и пришёл с ним на Бал. Он смотрел и улыбался. Высокомерный слизеринец даже подмигнул! А теперь Драко гордо вскинул подбородок, выгнул светлую бровь. Все вокруг молчали. И в звенящей тишине его платье кричало еще громче. — Вот как, Поттер? — выплюнул он сквозь зубы, на глазах возвращая себе самообладание. — Оригинальная шутка. — Он окинул взглядом всю толпу. Она, жадная до сплетен, ещё молчала поражённо, не могла определить, кто сегодня остаётся ей на откуп. Гарри длинно выдохнул перед тем, как взять себя в руки. — Драко, я... Осёкся. Голос дрожал. По толпе побежали шепотки. В голове прозвучало, сдобренное добрым смехом дяди, его главное жизненное кредо — делай быстро, смело и с уверенным лицом. Гарри решил прислушаться — отступить было проще всего, а это, по опыту любого гриффиндорца, означало постыдную капитуляцию. — Не знал, как пригласить тебя на танец, — ладони вспотели. Он приблизился. — Теперь-то ты не сможешь отказаться, — и поклонился, предлагая руку. Дарко смотрел оценивающе. Толпа рассыпалась на десятки отдельных взглядов, бег которых Гарри ощущал на коже. — Что тут происходит?! — строго вмешалась профессор Макгонагал. — Ох, Мерлин, — не сдержалась она, когда, растолкав учеников и продравшись сквозь пышные юбки, увидела прикид Драко. Он, придя в себя, наклонился и приподнял юбку платья. Под ней оказались черные туфли. Мужские, к счастью, те, в которых он пришёл. И высокие носки в зеленую клетку, откуда он вытянул волшебную палочку. — Мистер Малфой, немедленно уберите палочку! Но он без промедления отменил трансфигурацию лёгким взмахом руки. Гарри отчего-то расстроился, когда бледная кожа его плеч снова оказалась спрятана под мантией. — Мистер Малфой, что за возмутительное непослушание! Профессор Снейп, — Минерва взволнованно замахала коллеге рукой, — прошу, примите меры. А вы, мистер Поттер, меня разочаровали. — Малфой, — появился Снейп, — отдайте палочку. И покиньте зал. Вы оба!