Часть 1 - Шаг на мороз

***

      Тундратаун не входил в число любимых районов Ника Уайлда. Конечно, из-за холодной погоды ему было проще проворачивать дела, связанные с мороженым, но этот же морозный воздух явно не сочетался с его привычным стилем — рубашкой с цветочным принтом и галстуком. Тем не менее, когда перед тобой маячит предложение о работе с большой зарплатой, ты идешь туда, куда ведут деньги.       Но это были не просто деньги — о, нет-нет-нет, это были деньги Рысевичей! Одной из самых влиятельных семей в Зверополисе, если не самой влиятельной. Именно они изобрели Стены Стихий, благодаря которым стал возможен сам город! И если бы Ник смог заполучить хоть часть их богатства, он бы смог раньше выйти на пенсию и обеспечить матери безбедную старость.       Точно... его мама. Ник пока отложил эту мысль в сторону. «Если я получу эту работу, то наконец смогу дать ей повод для гордости и не буду врать о том, чем я на самом деле зарабатываю на жизнь», — подумал он. Нику было противно лгать матери, единственному оставшемуся у него живому родственнику, но город давно решил, что Ник Уайлд — скользкий тип, которому нельзя доверять, и будь он проклят, если не сыграет эту роль как надо.       Поместье Рысевичей было таким же величественным, как и его название: большой особняк с роскошной подъездной аллеей и лабиринтом из живой изгороди на заднем дворе, уходящим далеко в заснеженные просторы округа. Ник никогда особо не задумывался о том, для чего Рысевичи использовали всю эту землю. В конце концов, рыси — территориальные животные, так что, возможно, владение такой большой частью Тундратауна приносило им какое-то странное удовлетворение той части их мозга, в которой все еще оставался свирепый хищник, живущий в снегах.       Внутри особняка было еще холоднее, чем снаружи, если такое вообще возможно. Нику приходилось цепляться когтями нижних лап за ледяной пол, чтобы не поскользнуться. Из-за синего цвета интерьера казалось, что он попал в ледяную пещеру... или в логово рыси, как ему показалось. Поправив свою лучшую рубашку и галстук (вишнево-красную рубашку на пуговицах с закатанными до локтей рукавами, строгий черный галстук и бежевые брюки), лис перевел дух и вошел в кабинет Милтона Рысевича, дорогу к которому ему "любезно" подсказала охрана.       Если остальная часть особняка подавляла своей атмосферой, то кабинет Милтона и вовсе был удушающим. Там был только один стол для главы семейства и небольшой диванчик прямо напротив него (очевидно для гостей), а над всеми в комнате нависал большой портрет самого Милтона. Милтон сидел за столом, а по обе стороны от него стояли близнецы, Кэттрик и Китти. Несмотря на то, что они были всего на несколько лет старше Ника, они уже сами по себе были знамениты: Кэттрик — как модель и знаменитость, а Китти — как подающая надежды бизнесвумен.       Милтон едва сдерживал гнев, его лапы, лежащие на столе, были сжаты, пока он говорил.       - Что здесь делает лис?       Ник поник, потому что его вид, как обычно, с самого начала настроил его против себя.       - Я здесь по поводу работы репетитором, мистер Рысевич.       - Репетитором? — переспросил Милтон.       — Думаю, он имеет в виду работу няней для Пуберта, отец, — сказал Кэттрик. Он перевел взгляд на Ника. — Хотя я не понимаю, как такой зверь, как вы, узнали об этой работе.       - Один зверь подсказал, — уклончиво ответил Ник, понимая, что за инсайдерскую информацию Финник должен будет отдать ему дополнительную долю от их следующего дела. Он достал из сумки документы. - И прежде чем вы спросите, у меня есть лицензия.             Ник хотел положить их на стол, но Китти выхватила их у него и, просмотрев каждую страницу, набрала несколько запросов в своем ноутбуке.        - …Как ни странно, он отвечает всем нашим требованиям, — подтвердила она.        - А вы уверены, что они не поддельные? Вы же знаете, как его вид относится к документам, — сказал Милтон едва слышным голосом, но Ник все равно его услышал.        - Сэр, может, я и лис, но к образованию отношусь очень серьезно, — сказал Ник, одарив его своей самой очаровательной улыбкой. Возможно, он и не стал получать высшее образование, но лис точно не был глупцом. Ник мог бы стать лучшим учеником в классе, если бы усерднее занимался, а не просто хотел получал аттестат.        - Я проверила и перепроверила. Он чист, по крайней мере в том, что касается этой работы, — кивнула Китти.       Милтон нахмурился еще сильнее.       - И почему я должен нанимать тебя в качестве репетитора для Пуберта, а не какое-нибудь другого, более квалифицированного зверя? — спросил он.        - Что ж, мистер Рысевич, мой отец всегда говорил мне, что если ты чего-то по-настоящему хочешь, то должен приложить усилия, — начал Ник рассказывать свою историю. — А что может быть лучше, чем приложить усилия, работая на семью Рысевичей? Выше не прыгнешь, как по мне.       - В этом доме лесть тебе не поможет, лисенок, — усмехнулся Кэттрик. — С чего бы нам позволять тебе учить нашего младшего брата? Откуда нам знать, что ты просто не заберешь наши деньги и не сбежишь?       Ник сохранил самообладание и ответил вопросом на вопрос (его классическая тактика).       - С чего бы мне учить вашего младшего брата? Если бы эта работа была настолько важной, вы бы уже наняли лучших из лучших, а не размещали объявление о вакансии, которое может увидеть кто угодно, и оно так удачно попало прямо ко мне в руки. - Он понимал, что идти напролом с молчаливым обвинением рискованно, но Ник знал, что ничего не добьется, если против него будут все трое. Может, лиса и меньше рыси, но у нее тоже есть зубы, которыми она может укусить и поцарапать нападающего.       Милтон издал тихое рычание, оперся на стол и уставился на Ника:       - И кто ты такой, чтобы говорить, что я не желаю своим детям самого лучшего, лис?       Ник подавил в себе страх:       - Николас П. Уайлд, сэр.       Пожилой рысь вслушался в это имя, и его гнев сменился недоумением:       - Уайлд… Уайлд… где я слышал это имя раньше?       Китти молниеносно схватила телефон.       - Кажется, так звали одного из твоих бывших портных, пап.       — Если я правильно помню, это название костюма, который ты надеваешь для семейных праздничных фотографий, — сказал Кэттрик. — Те, что мы вкладываем в открытки для наших партнеров?       Милтон закрыл глаза, погрузившись в воспоминания.       - Да… я вспомнил. Это был срочный заказ, но в итоге это одна из лучших моих одежд, даже несмотря на то, что это была лиса.       Ник понял, о ком они говорят.       - Вы имеете в виду, что заказывали в Suitopia?        - Да, так называлось это место! - Милтон понимающе кивнул. - Этот лис несколько раз приходил на примерку, как его звали?        - Джонатан Уайлд. Мой отец, — ответил Ник.       — И, как я понимаю, ты его сын, — протянул Милтон, и лис кивнул. — Что ж, Николас, похоже, у наших семей есть кое-что общее. Что случилось с твоим отцом?       — Он умер, мистер Рысевич. Умер, когда мне было восемь, — ответил Ник. Он помнил ту ужасную ночь, когда его мама рыдала до изнеможения, узнав эту новость. Он любил отца и мог только гадать, что бы сказал Джонатан «Честный Джон» Уайлд, если бы увидел, что его сын в двенадцать лет стал мошенником и не оглядывался назад.       — Какой позор… Мне правда нравится этот костюм, — вздохнул Милтон, но в его глазах светился странный огонек, как будто он мысленно перенесся в другое время. — В любом случае, Николас, думаю, мы можем дать тебе попробовать позаниматься с Пубертом.       Ник слегка вильнул хвостом.       — Я вас не подведу, сэр. Я...      — Однако, — Милтон поднял лапу, и к нему вернулся его стоический гнев. — Тебе придется проявить себя в кратчайшие сроки, лис. Пуберт стал хуже учиться, и если на следующем экзамене он не получит пятерку, тебя тут же вышвырнут из этого дома. Понятно?       — Совершенно ясно, мистер Рысевич, — кивнул Ник, снова ощутив давящую силу, сдавливающую грудь.       Милтон щелкнул пальцами, и Китти быстро достала пакет и протянула его Нику.       — Учебные материалы для предстоящего экзамена Пуберта, — объяснила она.       — И мы проводим вас в его комнату, — добавил Кэттрик, уже выпроваживая лиса из кабинета вместе с сестрой. — Вы должны приходить ровно в 16:00 и уходить сразу после ужина, с понедельника по пятницу.       - Если мы вас оставим — и это ключевое слово если — мы можем попросить вас сопровождать Пуберта на экскурсиях, — добавила Китти.       «А, я-то думал, это была шутка про няню. Но, видимо, нет», — молча кивнул Ник, размышляя о том, что ему придется перестроить свои дела с Финником в связи с новой работой. Они шли по особняку, пока не добрались до спален. Они остановились перед дверью, из-за которой доносилась невнятная музыка.       - Этот коротышка опять играет с этой штукой… — прорычал Кэттрик.       - И он еще спрашивает, почему отец его не любит, — усмехнулась Китти.       Ник хотел спросить, о чем они говорят, но тут Кэттрик постучал в дверь, музыка стихла, и вместо диссонирующих звуков раздался звук падения и стон боли.       - Похоже, он готов. Удачи, лис, — сказал он, открывая дверь и ногой заталкивая Ника внутрь. Как только с этим было покончено, Кэттрик с самодовольной ухмылкой повернулся к сестре. - Как думаешь, сколько он протянет?       — Неделя, если коротышка его не сломает, — пожала плечами Китти.       Придя в себя после грубого толчка, Ник отряхнул рубашку и оказался лицом к лицу со своим будущим подопечным, Пубертом Рысевичем. По меркам рысей, он был невысокого роста, даже с учетом того, что он еще учился в старшей школе, а его загнутые усы говорили о том, что он, судя по всему, что Ник знал о кошках, находится в стрессовом состоянии. Зеленый свитер был ему немного великоват и сидел на худощавом теле мешковато, что наводило на мысль, что он носит его скорее для удобства, чем из практических соображений.       — О боже, у меня в комнате лиса, — пробормотал Пуберт, стряхивая с себя крошки и поднимая с пола упавшую гитару — источник доносившейся ранее музыки. Ник кашлянул в кулак, решив, что парень явно немного нервничает и ему нужно взять инициативу в свои руки. — Ник Уайлд. Ваш отец, мистер Рысевич, нанял меня в качестве вашего нового репетитора.       — Лапу! — воскликнул рысь, театрально выставив руку вперед. Ник заметил, что лапы... лапы Пуберта намного больше, чем у его братьев и сестер и даже у отца. — Пуберт. Я Пуберт. Так меня зовут.       Ник игриво ухмыльнулся, закатил глаза и пожал ему руку.       - Да, я знаю. Честно говоря, я даже не подозревал, что у Рысевича есть третий ребенок.       — Наверное, потому что папочка нечасто берет меня с собой на крупные мероприятия, — ответил Пуберт, потирая затылок. — Знаете, мне нужно сосредоточиться на учебе и все такое.       «…Он что, только что сказал: “Папочка”? В его-то возрасте?» У Ника уже возникли сомнения по поводу парня, с которым ему предстояло заниматься репетиторством еще как минимум два года (по его плану), если все пройдет хорошо.       - Да, хорошие оценки. Нужно убедиться, что ты сможешь поступить в какой-нибудь престижный колледж, верно? Так все богатые семьи поступают со своими наследниками.       — Ну, я так думаю. Да, — согласился Пуберт, хотя его голос говорил об обратном. — У Кэттрика вся эта модельная тусовка и имидж, Китти больше по части акций и деловых сделок, а я... когда-нибудь обязательно сделаю что-нибудь такое, чем папочка будет гордиться. Надеюсь.      «Он снова произнес это слово», — нахмурился Ник.       - Точно. Что ж, можно начинать. Покажи мне свои учебники, и я помогу тебе сдать экзамен на отлично.       — Ах да, точно! Конечно, конечно, конечно. Сразу к делу, — согласился Пуберт, подходя к столу и перебирая стопку книг, чтобы дать Нику время осмотреть комнату.       Освещение было более теплым, чем в других частях особняка. По углам комнаты беспорядочно висели гирлянды, что указывало на то, что их повесил сам Пуберт. Помимо кровати, у одной стены стоял письменный стол, заваленный бумагами и книгами, а у другой — телевизор с новейшей приставкой Neigh-tendo. На стенах висели постеры с группами и фильмами, некоторые из них были знакомы Нику.       — Тебе нравится «Green Hay»? — спросил Ник, указывая на один из плакатов.       — Этот? О да, как-то раз я тайком пробрался на их концерт… — небрежно сказал Пуберт и вздрогнул, как от удара. — Только не говорите отцу, что я это сделал. Это было в школьную смену, и на следующий день я завалил контрольную…       — Я нем как рыба, — ухмыльнулся Ник, приложив палец к губам. — Я здесь для того, чтобы учить тебя и получать за это деньги, а не доносить на тебя твоему папаше.       — А, круто, я думаю? — сказал Пуберт.       — К тому же никто не поверит лисе, если я скажу, что Рысевич был на концерте "Green Hay", — ухмыльнулся Ник.       Пуберт рассмеялся. — Да, звучит как бред, правда? Рысевич бы такого никогда не сделал…       Ник заметил, что рысь немного успокоилась и взяла себя в руки, надев маску. Пуберт наконец нашел учебник и бросил его на кровать. Ник подполз к нему и открыл. — Итак, что мы сегодня изучаем?        - Математика. Цифры могут перепутаться, если я буду смотреть на них слишком долго, — простонал Пуберт, плюхнувшись на кровать и заставив Ника подпрыгнуть.       — Ладно, здоровяк, я знаю, что многих зверей математика пугает, но, к счастью для тебя, Ник Уайлд — мастер в обращении с числами. — Лис улыбнулся своей фирменной улыбкой и похлопал рысь по плечу. Он не пытался говорить с ней свысока — ну, не то чтобы совсем свысока, — но природное обаяние Ника заставляло людей прислушиваться к его словам, даже если это приводило к их унижению. Итак, судя по твоей очень полезной заметке и пакету, который мне дали твои брат с сестрой, сегодня мы будем изучать статистику. Хех, поверь мне, такие знания очень пригодятся в реальной жизни.        - Так говорит наш учитель на уроках, — съязвил Поберт.        - Ну, держу пари, твой учитель не разрешает тебе слушать рок, пока ты учишься, — ответил Ник.       Пуберт встрепенулся.       - Ого, подожди. Ты слушал музыку, когда учился в старших классах?       - Как думаешь, сколько мне лет, малыш? — спросил Ник.       — Не знаю… тридцать? — предположил Поберт, рассмешив лиса. — Эй, я серьезно! Я никогда раньше не встречал лис! Вы все ниже меня ростом!       — Едва-едва. Похоже, в Тундратауне нас не так уж много, да? — сказал Ник. — Кстати, тебе восемнадцать.       — Шестнадцать. И ты прав, хотя я почти не выхожу из дома. У папы нет лис на службе, так что… — Пуберт замолчал.       — Послушай, Пуберт, я всё понимаю. У лис определённая репутация, и вы, Рысевичи, как самая богатая семья в городе, не нанимаете таких зверей, как я, потому что мы можем "сбежать с вашими деньгами", — сказал Ник.       Пуберт почесал затылок.        — То есть я этого не говорил, но…       — Ничего страшного. Как я уже сказал, со мной такое постоянно случается, — пожал плечами Ник. — Такова жизнь вечного аутсайдера — мы довольствуемся тем, что имеем. Например, я учу тебя, как вести статистику.       Рысь моргнула, кивнула и взяла ручку и бумагу.       - Да, я понимаю, что я аутсайдер. Моя семья во мне не заинтересована, но я докажу, что я на своем месте, что я настоящая Линсли. И начну с того, что сдам этот экзамен на отлично.       — Вот видишь? Так держать! А теперь надень наушники, включи "Green Hay" и давайт сдадим этот экзамен на отлично, — ухмыльнулся Ник. Он взял свой карандаш и поднял его вверх. — За аутсайдеров.       — За аутсайдеров! — Пуберт стукнул своей ручкой по карандашу Ника, прежде чем поставить последний панк-рок-альбом (на виниле, потому что, конечно же, богатый парень мог позволить себе такую роскошь).

***

      Неделю спустя Ник снова стоял в кабинете Милтона, а Пуберт неловко примостился на диване напротив стола, пока трое старших членов семьи Рысевичей изучали результаты теста.       Для Ника это был интересный опыт репетиторства, особенно с учетом того, что ему пришлось приспосабливаться к тому, что Пуберт обучался на дому. Но обаяние и остроумие лиса растопили сердце рыси, и Ник подталкивал Пуберта в нужную сторону, чтобы тот правильно воспроизводил факты.       — ...Что ж, это прогресс по сравнению с его последним экзаменом, — кивнул Милтон.       — Дело не только в этом, пап. Пуберт каким-то образом всего за неделю исправил тройки на пятерки, почти на пятерки с плюсом. По статистике, своему худшему предмету, — сказала Китти, почти удивленная таким поворотом.       — И всё же лис... Возможно, коротышка всё-таки сможет стать настоящим Рысевичем, — задумчиво произнёс Милтон. Ник почти слышал, как за его спиной ухмыляется Пуберт, и как слегка поскрипывает диван, когда тот слегка подпрыгивает на своём месте. — Но ему ещё предстоит пройти долгий путь, прежде чем он получит диплом.       — Могу вас заверить, что дальше ему будет только лучше, — ответил Ник.       - Хм… Посмотрим, сможешь ли ты добиться большего или это просто случайность. Мы будем следить за тобой, лис, но пока можешь продолжать обучать Пуберта, — ответил Милтон.       - Спасибо, сэр, я вас не подведу, — пообещал Ник.        - Посмотрим, — прошептал Кэттрик своей близняшке.       Убедившись, что с работой все в порядке, Ник и Пуберт вышли из кабинета, и рысь облегченно вздохнул.       - Ух ты, ну и накал страстей. Я думал, папа тебе голову оторвет.       — Хе-хе-хе… Я бы не удивился, если бы он так поступил, — нервно усмехнулся Ник. От патриарха семьи Рысевичей исходила аура опасности, и это заставляло Ника нервничать. — Я бы сейчас не отказался от мороженого.       — Что это? — спросил Пуберт.       — Просто халтура — работа, которой я занимаюсь в свободное время. Это как эскимо, только в форме лапы. Может, я принесу тебе одно такое на следующем уроке — если ты хорошо сдашь следующий тест, — сказал Ник. Он однажды где-то прочитал, что положительное подкрепление — хороший мотиватор, и, судя по восторженному выражению лица Пуберта, это было правдой.       - Круто! В смысле, круто. Понял, о чем я, потому что… ладно, я больше не буду говорить…” Пуберт замолчал, потирая шею. - Так… что ты собираешься делать после этого?        - Знаешь, у меня есть и другая жизнь, помимо того, чтобы тебя учить, — Ник приподнял бровь. Когда рысь помрачнела, лис закатил глаза. - Но я знаю, что твоя семья хочет, чтобы я водил тебя на «экскурсии» или как там это у них называется, так что, может быть, я как-нибудь свожу тебя на свою халтуру. Покажу, как я делаю "Лапочки-на-палочке". - Ух ты, правда? Я редко куда-то выбираюсь, так что — ты, я, - и тусуемся в городе. Звучит довольно круто, — ухмыльнулся Пуберт. - Ты уже пошутил на эту тему, — усмехнулся Ник, а рысь хлопнул себя по лицу и застонал. «Финник, может, и недоволен тем, что мы взяли с собой попутчика, но я уверен, что с дополнительной силой и деньгами наша затея пройдет гораздо легче», - подумал он. Через неделю Ник начал проникаться симпатией к Пуберту, хотя временами рысь все еще казался ему немного странным. Тогда они еще не знали, что это станет началом их прекрасной дружбы.