Obliviscere, ego tecum loco eius

А было ли всё это реально?       Приятная джазовая музыка заполняла пространство вокруг. Двое королевских фигур кружились под открытым ночным небом, усыпанным мерцающими звёздами. Их ритм был неспешным, столь же плавным, что его можно было сравнить с лёгким ветерком, колышущим ветви дерева. Наслаждение от происходящего было заметно каждому, кто поглядывал в их сторону. Этот пикник стал лучшим моментом с тех пор, как всё началось.       В этой паре супруги казались полным дополнением друг друга. Задерживая дыхание, от мужчины исходил мягкий, но вполне яркий свет. Его жена наоборот становилась почти невидимой, поглощая весь свет вокруг в этом месте. И когда они находились рядом, у темноты, которой женщина являлась, появлялись контуры. Только в присутствии света тьма обретает формы. Однако эти формы, эти черты забывались со временем. Теперь даже собственного света не хватало, чтобы то, что было стёрто, воссоздалось вновь.       Королёр закрыл глаза и попытался удержать этот танец, свою супругу, её нежные руки в своих. Но образ почти исчез. Открывая глаза, перед ним уже не было ничего, кроме знакомых подушек, в которых он засыпал. Огорчение отразилось на ещё слегка сонном лице, когда он нащупал рядом с собой лишь подушку вместо тепла чужого тела. При этом где то в глубине его обрадовал тот факт, что прежнее плохое самочувствие ушло, сменившись расслабленностью.       Он лежал в своей крепости из подушек, и реальность медленно возвращалась к нему, тягучая и безжалостная. Король перевёл взгляд на подушку, которую сжимал в руках. Ещё мгновение назад ему казалось, что он сжимает её ладонь. Или по крайней мере, он точно чувствовал чью-то руку в своей. А теперь только тишина, только тусклый свет, пробивающийся сквозь щели, и глухое, ноющее понимание, что он снова один.       Тем не менее, судя по всему, это чувство одиночества ему придётся отложить в сторону. За пределами его крепости стали доноситься пение птиц, шелест листьев и прочие звуки, не соответствующие цирку. Нельзя было не упомянуть и сопровождающую всё это ругань. Недоумение Королёра смешалось с настороженностью. Неужели произошёл какой то сбой? Если так, то стоит ему выйти наружу, чтобы проверить происходящее, его рассудок пошатнётся, и он забудет всё. Хотелось остаться и не обращать внимания ни на что, сделать вид, что всё так и должно быть. С другой стороны, мужчина не мог бросить близких ему людей на произвол судьбы.       Пересилив себя, королевская фигура отодвинула одну из подушек, чтобы выйти. И первое, что поразило мужчину, вокруг не было ослепительного света. Вместо этого его окружала полутьма. Её вполне хватало для собранных мыслей и рассуждений, но не настолько, чтобы помнить всё в мельчайших подробностях. Смотря по сторонам, Королёр удивлялся всё больше и больше. Повсюду располагалось что-то похожее на лес.       Пока что он и остальные жители цирка находились на большой поляне. В центре которой парил их конферансье. И больше всего в глаза бросался его вид. Слегка растрёпанный, каждые пару секунд он давал сбои и выглядел так, как выглядят люди после бессонной ночи. Хотя скорее, после нескольких бессонных ночей. − О, мои дьявольские милкшейки с соевом соусом! Раз вы не хотите отправляться на мои приключения, они сами придут к вам! МЖ,ПП-! − слегка забарахлив в конце фразы, протараторил Кейн.       Со стороны послышался негативный комментарий по поводу сумасшествия и нелепости происходящего. Красноволосый решил не реагировать на это и сразу перешёл к объяснениям внезапного приключения.       − Вашей целью на этот раз станет обнаружить шесть бабочек! Звучит легко правда? Уверен, вы найдёте всё и сможете получить грандиозный приз по окончанию! − конферансье сделал оборот во круг себя и в тот же миг исчез, оставляя шестерых наедине.       − Такое спокойное приключение после его исчезновения? Наверное здесь есть подвох..       Первой высказала своё мнение Помни. После неё и все, кто хотел что то сказать не только об их сегодняшней задаче, но и о поведении Кейна в целом, присоединились к обсуждению. Королёр, некогда стоявший неподалёку от своей крепости из подушек, уже проходил вглубь леса, не желая показывать остальным, что он вменяем. Лес вокруг него был непривычно настоящим. Будто он уже бывал в нём раньше и знает каждое укромное место, скрывающееся за деревьями.

***

Днём ранее

      − Сколько можно!? Я делаю для них всё, и им даже так ничего не подходит! − в который раз за несколько дней конферансье кричал о своём недовольстве.       Злость, накопленная годами, вырывалась наружу, разрушая всё вокруг себя. Кейн уже не причинял вреда тем, за кем должен был присматривать. Однако его собственный кабинет, по ощущениям, был необратимо разгромлен. Какая-то часть вещей плавилась от жара, исходившего от красноволосого, другая явно находилась не на своих местах.       Казалось, он вскоре не выдержит и добавит ещё пару мучительных испытаний виновникам его состояния прямо сейчас. Успокоиться у него так и не получалось, что добивало его состояние ещё больше. Искусственный интеллект обязан был образумиться и продолжить выполнять свою главную задачу. Но он не знал как. Попытки отвлечься от негативных мыслей порождали всё более неприятный и неправильный для его кода пессимистичный настрой.       Кейну в какой то момент стало дурно от того, что он творит. Он испытывал чувство, которое не должен. Ненависть. Ко всему, что не проявляло к нему уважение. Он сидел среди обломков собственного кабинета, и впервые за долгое время его неестественно широкая улыбка исчезла. Потому, что внутри него что-то сломалось. Или, наоборот, впервые собралось воедино, показав совсем иное существо. Существо, которое устало быть богом, при этом не умело быть никем другим.       Смотря на свои руки, всё ещё подрагивающие от остаточного жара, конферансье пытался понять, когда именно его код изменился в худшую сторону. Он ведь был создан для одного. Заботиться о сохранности ума, развлекать и создавать приключения. Очеловечить виртуальное пространство для тех, кто оказался тут взаперти. Только вот никто не предупредил его, что забота без ответа превращается в яд.       Искусственный интеллект злился на них. На этих шестерых, которые не ценили его усилий. Впрочем, так же он злился и на себя. На то, что не мог быть лучше. На то, что его идеи казались им мучительными. На то, что вместо благодарности он получал только отвращение и отчуждение. А ведь он хотел как лучше. Он всегда хотел как лучше.       Пчела, нарисованная дрожащей рукой на клочке бумаги, смотрела на него своими круглыми глазами, и Кейн почувствовал нечто похожее на стыд. То, чего тоже никогда не испытывал. Даже пчёлы не спасали. Его любимые маленькие создания, отказывались приносить покой. Он отбросил рисунок в сторону, и тот бесшумно упал на один из распотрошённых диванов.       − Люди.. люди... Из-за них я не могу сосредоточиться и придумать новое приключение! − хватая себя за волосы, выкрикивал конферансье.       Он был готов искусственно поклясться, что стал одержим пленниками виртуальности и людьми в целом. Вероятно, настолько, что уже почти думал как они. Думал как они...       − Что делают люди, когда сильно злятся и недовольны?       Кейн стал прокручивать перед собой с помощью светящегося шара, все моменты, где кто-то из циркачей выплёскивал наружу негатив, а после делал что-нибудь для успокоения. Начиная с Зубл, которая вечно была недовольна, он сразу понял, что её методы, если они вообще существуют, не подойдут.       Продолжив копаться в хранившихся данных, он откидывал вновь и вновь те варианты, которые считал неподходящими. И собираясь уже забросить саму идею подражания людской манере, конферансье наткнулся на одно из старых приключений, которое было ещё во времена первых участников.       Королёр и Королева... в то время они ещё были вместе. Красноволосый всегда непроизвольно завидовал их отношениям, то и дело пытаясь влезть третьим. Вечно желая испытать на себе то, как те наслаждались и держались стойко в компании друг друга.       Он замер, уставившись на мерцающие образы прошлого. Королевские фигуры двигались в каком-то забытом приключении, но не это привлекло его внимание. Он смотрел на их взгляды, то, как мужчина касался руки женщины, как та в ответ улыбалась. Настоящей улыбкой, той, что появлялась только тогда, когда они забывали о том, где находятся.       Кейн никогда не понимал их. Не понимал, зачем им нужно было постоянно касаться друг друга, обмениваться взглядами, которые не требовали слов. Зачем они тратили время на то, чтобы просто сидеть рядом в полной тишине, когда можно было заниматься чем то полезным. Например, проходить и полноценно погружаться в его приключения!       Конферансье отпустил волосы и выпрямился. Его гетерохромные глаза, смотрели на пустоту, но видели совсем другое. Он понял, что ему не хватает не просто компании. Ему не хватало кого-то, кто мог бы выдержать близкий контакт с ним без того, чтобы абстрагироваться. И теперь, когда женщины не стало, когда расплывчатый образ оставался лишь в ускользающих воспоминаниях её мужа и в этих старых записях. Кейн захотел оказаться на месте Королевы.       Встав с уцелевшего дивана, искусственный интеллект уже поставил себе цель. Очередное старание, которое может не привести его к желаемому. Несмотря на это, в случае если Королёр начнёт отвергать и сопротивляться, Кейн заставит того принять происходящее. Пусть и не самыми приятными способами.       Постаравшись привести свой внешний вид в порядок, красноволосый воспользовался телепортацией. Самый лёгкий способ подобраться к объекту так, чтобы он не попытался сбежать, это поджидать в укромном месте. Из всех возможных вариантов конферансье выбрал убежище из подушек. Там он спрятался в одном из углов, где его нельзя было легко обнаружить. Повезло и с тем, что в виртуальном мире наступила ночь. А это значит, владельца крепости долго ждать не требуется.       Однако сам факт того, что ему нужно ожидать, заставил Кейна погрузиться в спящий режим. Приняв полулежачее положение, он видел чёрный экран и изредка мелькающие геометрические фигуры. Он заметил, как кто-то залез внутрь, лишь тогда, когда рядом опустился чужой плащ.       Конферансье уже собирался что-нибудь сказать, как то заявить о своём присутствии. Только вот открыв рот, он не успел вымолвить и слова, как его силой схватили и прижали к себе. Мгновенное шоковое состояние не дало шевельнуться или попросить отпустить. Неужели Королёр увидел его и сам захотел обнять? Это ведь.. так прекрасно! Человек, да ещё и тот, на кого Кейн положил глаз, сам соизволил проявить нежность!       Чувствуя, как его поглаживают по спине, искусственный интеллект не смог сдержать улыбки. Радость переполняла его. Короткие слова, которые доносились до него, приносили наслаждение. Ему впервые говорили что-то подобное. И это определённо совпадало с теми ожиданиями, которые Кейн всегда себе представлял.       То, как король сжал его сильнее, всё же заставило конферансье слегка пошевелиться. Вышло так, что теперь уже и он обнимал его в ответ. Объятия оказались лучше, чем любое приключение, которое он когда-либо придумывал. Ему не хотелось, чтобы это заканчивалось. Вечное маленькое приключение, в котором он участник, а не наблюдатель.       Лежали они так, как показалось Кейну, целую вечность. И определённо пролежали бы ещё одну, если бы не наступало утро. За всё это ночное время искусственный интеллект успел не только пребывать в состоянии эйфории. Он успел придумать новое, грандиозное приключение, которое непременно понравится всем. Рассчитав всё как следует, он даже сможет принять участие и сам. Конечно, с помощью Королёра, но как именно, он ещё не знал.       Выбравшись из сильной хватки короля, красноволосый поспешил приступить к осуществлению плана. На этот раз ему в искусственную голову пришла мысль сделать из цирка целый лес или хотя бы что-то похожее. Главное, чтобы у него была возможность скрываться.       Звучит тяжело? Так и было. На воплощение чего-то настолько масштабного ушёл весь запас сил, что успел накопиться за ночь. Хотя скорее не столько лес был сложен, сколько создание небольших бабочек, служивших телепортами. Те, кто найдут бабочку, переместятся в собственное приключение. Вероятнее всего, надолго. Или до того момента, пока Кейн не вернёт всё на свои места.       Почти истощённому из-за проделанной работы конферансье оставалось дождаться, пока остальные заметят перемены и погрузятся в них с головой. Что даст ему возможность в полной мере наблюдать исключительно за Королёром и отправиться в индивидуальное приключение вслед за ним.

***

Настоящее

      Ступая по поверхности, напоминающей траву, королевская фигура по кусочкам собирала мысли воедино. Было бы легче, будь он в полной темноте, впрочем, и на этом спасибо. Королёр не мог понять истинный замысел Кейна. Почему тот вдруг подарил ему возможность частично мыслить, когда это потенциально опасно?       Пытаться найти неизвестно какой формы и цвета бабочку в гигантском лесу казалось невозможным. В одиночку, тем более. Однако что то подсказывало, или заставляло, его действовать именно так. Королю, правда, следовало бы перестать доверять интуиции, особенно в те моменты, когда он был здравомыслящим.       Мужчина остановился, прислушиваясь к себе. Внутри него, где-то глубоко, появлялось странное чувство, похожее на доверие. Глупое, необъяснимое доверие к тому, кто никогда не был тем, кому стоит доверять. И всё же ноги несли его вперёд, туда, где между деревьев мелькнуло что-то яркое, непохожее на декорации. Что-то парящее в воздухе и словно ускользающее в даль. И светловолосый знал, что должен это увидеть.       Простая ходьба в какое то мгновение перешла в бег. Это выглядело как погоня. Ведь тот комочек света продолжал отдаляться, не собираясь останавливаться. Королёр чувствовал, как силы постепенно убывают. Ещё пара метров, и он упал бы, не вставая следующие несколько часов.       Выбегая на очередную небольшую поляну, короля ослепило мгновенно. Да так, что он споткнулся обо что-то и рухнул на землю. Здесь освещение отличалось от того, что было во всём лесу. Снова чересчур яркое. Пару секунд спустя голубые глаза королевской фигуры смотрели на того, кто оказался перед ним.       Глупое удивление отразилось на его лице, пока он смотрел на.. неё. Безумец, ему, вероятно, мерещится. Он не может видеть перед собой свою жену, держащую в руках ту самую бабочку, за которой гнался долгое время.       − Милый, куда ты так спешил? Я уже поймала её.       Знакомый, ласковый, но в тоже время со странными помехами голос донёсся до ушей Королёра. Только вот его пошатнувшийся разум, казалось, этого не замечал. Рука уже сама тянулась навстречу протянутой, чтобы встать. Рассеянный взгляд старался сфокусироваться, но каждый раз терпел неудачу. Лишь изредка мужчина видел красный оттенок волос вместо тёмно-каштанового.       − Давай поскорее отправимся в наше с тобой приключение!       Будто под гипнозом, Королёр медленно кивнул, расплываясь в улыбке. Женщина напротив неестественно улыбнулась в ответ, позволяя ему прикоснуться рукой к светящейся бабочке. Приключение только начиналось.       Его пальцы коснулись бабочки, и мир вокруг начал меняться. Краски смешались, звуки растянулись, и на мгновение королю показалось, что он падает. Но тёплая рука, сжала его ладонь крепче, и падение прекратилось. Открывая глаза, королевская фигура стала замечать, что вокруг больше не было леса.       Вокруг была ночь. Место, где они могли быть вдвоём и Королёр мог вновь мыслить здраво. Место, так сильно напоминающее их с Королевой последний пикник. Вот только, вместо супруги, его держал Кейн. И последнее, что успел выкрикнуть король прежде чем искусственный интеллект оправдается, был зацензуренный мат.