Часть 6

***

      Нику хотелось только одного — лежать в постели и отдыхать, пока не пройдет головная боль. Но теперь, когда Пуберт ушел и его затуманенный разум снова начал проясняться, он вспомнил о мистере Биге и о том, зачем он вообще пригласил Пуберта.       Это было бесполезно. Поэтому он заставил себя встать с кровати. Первым делом он принял обезболивающее. Затем он принял душ и наконец сел за ноутбук.       Это была старая модель, и он давно ею не пользовался, но она работала отлично. Он быстро открыл страницу поиска в Zoogle и ввел слово «Рысевич». Если мистер Биг не хотел делиться с ним информацией, Нику нужно было самому ее раздобыть.       Выяснить, насколько уважаема и известна эта семья, не составило труда. Ник никогда особо не интересовался историей Зверополиса и был весьма впечатлен, узнав, что именно Рысевичи изобрели погодные стены, которые сделали город таким необычным.       Со стороны Рысевичи казались идеальной семьей, но Ник ни на секунду не поверил в это по двум причинам. Первая — интерес мистера Бига к этой семье. Нику было совершенно очевидно, что с семьей что-то не так, с того самого дня, как его отправили в поместье Рысевичей.       Вторая причина пришла ему в голову не сразу, но внезапно воспоминания и мысли прошлой ночи всплыли в его памяти, и на этот раз Ник сложил все воедино. Он вспомнил все, что узнал о рыси. Как они познакомились. Как Пуберт иногда странно отзывался о себе и своей семье. Безмолвное подтверждение того, что его семья не одобрила бы их с Ником роман. Ссадины и царапины.       Подвергался ли Пуберт насилию со стороны своей семьи, может быть, со стороны отца? Вопрос задержался в его голове на минуту, затем странный смешок сорвался с его губ. Он закрыл ноутбук и отложил его в сторону. Не слишком ли он это истолковал?       Ник встал с дивана и достал из холодильника себе газировку — просто чтобы чем-то себя занять. Мысль о том, что Пуберт сам скрывает такую важную семейную тайну, казалась абсурдной, но в то же время слишком личной на вкус Ника.       Они встречались уже три раза, и, хотя Ник старался избегать этого любой ценой, он начал налаживать с ним отношения — разумеется, только для того, чтобы получить информацию о Рысевичах. Но теперь, когда Ник решил, что нашел что-то ценное, это вдруг стало для него слишком болезненным, слишком личным. Он не хотел иметь с этим ничего общего.       Он знал, что будет дальше, и, прежде чем успел подумать о себе, о своих детских травмах и о том, что произошло с ним в последующие годы, он залпом выпил газировку и отбросил собственные воспоминания.       - Это не имеет ко мне никакого отношения. — сказал Ник вслух, а затем добавил. - И это не мое дело. Мне просто нужно использовать его, чтобы решить свою проблему, и тогда я смогу оставить эту светскую драму позади!       Когда он произнес это вслух, ему стало легче, и он снова сосредоточился на насущном вопросе. Впервые с тех пор, как он ушел от мистера Бига, Ник не чувствовал себя так, будто не знает, что ему сказать. Более того, у него в голове начал формироваться реальный план. Но чтобы он сработал, Нику нужно было больше времени провести с Пубертом. Но это должна быть самая простая из всех проблем.       Ник был весьма доволен тем, как продвигаются его отношения с рысью. После того как он дал ему понять, что может случиться, если они продолжат встречаться, Ник не сомневался, что Пуберт снова выйдет с ним на связь.       Он с энтузиазмом хлопнул в ладоши и решил на несколько часов забыть об этой теме. Голова у него все еще ужасно болела, и ему нужно было как-то отвлечься от всей этой неразберихи. У него не было планов на сегодня, поэтому в конце концов он решил поиграть в видеоигры, чтобы отвлечься.       Часы пролетели быстрее, чем ожидал Ник, и, протрезвев, он понял, что Пуберт не выходил с ним на связь весь день. Что ж, может, он решил поиграть в недотрогу или у него похмелье еще хуже, чем у Ника. Нику это не нравилось, но перед сном он все-таки написал рыси, уверенный, что утром получит ответ от Пуберта.       Он ошибся. На его телефоне не было нового сообщения. С нехорошим предчувствием он отправился на встречу с Финником. Ник ничего не мог с собой поделать и снова и снова проверял телефон, не обращая внимания на постоянные подколы Финника в течение дня. Во второй половине дня ему надоело ждать, и он снова написал Пуберту. Теперь Ник действительно чувствовал себя отчаявшимся подростком, который ждет сообщения от своего возлюбленного, и постоянные комментарии Финника не помогали ему справиться с этим чувством. Однако он отбросил беспокойство. Ник знал, что в любой момент один из людей Мистера Бига может схватить его, и, хотя он добился некоторого прогресса, все будет напрасно, если он больше не увидит рысь. Поэтому ему нужно было с ним встретиться. Вечером он отправил третье сообщение, но так и не получил ответа от Пуберта, поэтому позвонил ему. Паника — странный мотиватор, она заставляет Ника делать то, чего он обычно не делает. Прижав телефон к уху, он нервно расхаживал по квартире, чувствуя необходимость что-то предпринять. Секунды утекали, а Ник все ждал, когда Пуберт возьмет трубку, чтобы сыграть свою роль. Но звонок переключился на голосовую почту.       В этот момент Нику было все равно, насколько глупо он себя чувствовал, и он снова позвонил ему. Ничего.       Что, черт возьми, происходит? Он ничего не понимал. Хотя Ник никогда не был в восторге от сложившейся ситуации, он не сомневался, что Пуберт хочет снова с ним встретиться.       Он нерешительно убрал телефон, чтобы не позвонить в третий раз. Это было бы слишком нелепо. На секунду у Ника возникла совершенно безумная идея поехать в поместье Рысевичей, но как только эта мысль пришла ему в голову, он нервно рассмеялся.       На третий день, после еще нескольких сообщений и одной попытки дозвониться, Ник уже представлял себе следующую встречу с мистером Бигом. Он снова и снова прокручивал ее в голове, придумывая, что сказать, чтобы его не прикончили. Но воображение не давало ему возможности придумать выход из ситуации и рисовало одну неудачу за другой. Уверенность Ника таяла с каждым часом, он каждую секунду ждал стука в дверь. Когда вместо этого внезапно зазвонил его телефон, он чуть не подпрыгнул на диване.       Он нервно рассмеялся и схватил со стола телефон.       - Официально заявляю: я схожу с ума.       Он посмотрел на экран и уже собирался положить телефон обратно на стол, как вдруг понял, кто ему написал. Информация дошла до его сознания с опозданием, но когда Ник наконец все понял, его тело перестало слушаться, и он выронил телефон.       С неприятным звуком он упал на пол.       - Серьезно? - Ник глубоко вздохнул. Он вздохнул еще раз, когда поднял телефон и увидел длинную царапину, которая теперь пересекала весь экран. - Отлично, просто отлично.       У Ника были проблемы и посерьезнее, чем разбитый экран, но это все равно его раздражало. Наконец он разблокировал устройство и прочитал сообщение от Поберта.  

      "Извини, что не отвечал на твои сообщения и звонки. Мне нужно было побыть одному.

Можно я зайду к тебе попозже?"

      Вот и все. Ник даже не мог порадоваться тому, что Пуберт написал ему и, что еще лучше, попросил о встрече. Он все еще был в замешательстве из-за того, что рысь почти никак не отреагировала на то, как часто лис пытался с ней связаться. Не то чтобы Ник поступил бы иначе. Как ни странно, Ник чувствовал себя еще большим идиотом из-за того, что вел себя так отчаянно.       Но сейчас было не время задаваться вопросом, насколько отчаянным он выглядел. Это был шанс для Ника, и он сразу же ответил, и они договорились о встрече.       До встречи оставалось еще несколько часов, но после их короткого обмена сообщениями Ник не мог ни на чем сосредоточиться. Он понятия не имел, чего ожидать, и почему-то чувствовал, что от этой встречи зависит все.       Он почти каждые несколько минут смотрел на часы, поэтому, когда в дверь громко постучали, Ник был более чем удивлен, что Пуберт пришел слишком рано. Ник был этому рад, потому что наконец-то мог перестать нервничать и вернуться к роли обаятельного лиса, который пытается соблазнить самого юного члена семьи Рысевичей. С дерзкой ухмылкой на губах он подошел к двери и открыл ее.       - Привет... не мог дождаться, чтобы увидеть... - Но Ник остановился на полуслове, слишком поздно осознав, что перед ним стоит не Пуберт, а огромный белый медведь.       - Реймонд. Что ты здесь делаешь? - Он попытался скрыть панику в голосе.       Вопрос, конечно, был лишним.              «Босс хочет тебя видеть. Сейчас».  

*---------*

        Пуберт лежал на кровати и смотрел в потолок. Он не переодевался и не принимал душ. Вся энергия покинула его тело, как только он вошел в свою комнату. К счастью, сегодня у него не было работы, но даже если бы и была, Пуберт все равно предпочел бы спрятаться в своей комнате.       В этот момент в его голове не было никаких мыслей. Пуберт просто чувствовал себя опустошенным. Это приносило какое-то облегчение. Так он не беспокоился об отце, не злился на брата и мог забыть о Нике.       В конце концов Пуберт погрузился в сон без сновидений, а когда проснулся, то не знал, сколько времени прошло. Он лишь по привычке проверил телефон и, увидев, что новых сообщений нет — как и в большинстве случаев, — пожал плечами и отложил телефон в сторону.       Наконец он направился в ванную. Он снял пиджак, расстегнул рубашку и бросил их на пол. Пуберт осторожно наклонился к зеркалу и осмотрел царапины на плече и руке. Из обеих шла кровь. Кровь уже засохла на его шерсти, но по сравнению с другими случаями, когда отец выходил из себя, все было не так уж плохо. Его гораздо больше беспокоило то, что Кэттрик причинил ему боль, в то время как Пуберт в итоге не выполнил свою угрозу. Наверное, его должно было беспокоить то, что он все еще хотел причинить боль брату, заставить его страдать так же, как отец заставил страдать Пуберта, но, скорее всего, это так и останется фантазией. Есть о чем подумать, чтобы отвлечься от собственных эмоций. Пуберт уже научился большую часть времени не обращать внимания на собственные тревоги. Самое главное — не сломаться под тяжестью навалившихся проблем, а сосредоточиться на своей цели. Найти способ доказать, что он принадлежит к этой семье. Что он достоин носить фамилию "Рысевич".       Но эта перспектива снова исчезла, и ему пришлось начинать с самого начала. Он вздохнул и отбросил эту мысль. Если он не перестанет копаться в себе, это его погубит. Он быстро разделся догола и встал под душ. Горячая вода была восхитительна, и впервые за день он почувствовал себя не таким грязным.       Пуберт долго стоял под душем. Когда он надел чистую одежду и вернулся в постель, то увидел, что солнце уже садится. У Пуберта урчало в животе. Он понял, что проспал почти весь день и ничего не ел.       Мысль о том, чтобы покинуть безопасную комнату, тревожила его, но в конце концов голод взял верх. На цыпочках он пробрался на кухню и взял себе что-то поесть. Там готовили полноценный обед для его отца и, вероятно, для его братьев и сестер, но Пуберт не осмелился спросить, можно ли ему тоже поесть. Не сегодня.       Когда он вернулся в свою комнату, не встретив никого из родных, то вздохнул с облегчением. В этот момент его взгляд упал на телефон, лежавший на полу. Экран на секунду загорелся, сигнализируя о том, что ему пришло сообщение. Он с любопытством поставил еду на стол и взял телефон, чтобы прочитать сообщение.  

      "Эй, красавчик, как у тебя с похмельем?"

        Пуберт смотрел на экран, пока тот снова не погас. Он не мог поверить, что Ник ему написал. Это противоречило всему, что он о нем знал. На секунду ему захотелось ответить, просто от удивления, но слова отца его остановили.       Что бы ни произошло между Ником и Пубертом, теперь все было кончено, и рысь не мог рисковать и еще больше злить отца, встречаясь с лисом за его спиной, даже если это было ради собственного удовольствия или забавы.       Поэтому он не стал отвечать на сообщение и, не зная, что делать, лег спать и снова попытался уснуть. То, что Пуберт довольно быстро заснул и проснулся только на следующее утро, многое говорило о его душевном и физическом состоянии.       Сегодня он не мог полностью избежать встречи с семьей, так как ему нужно было поработать в почтовом отделении. Это была простая, но не слишком интересная задача, но Пуберт справился с ней без жалоб, надеясь, что это отвлечет его от тревожных мыслей. Было унизительно снова видеть брата, когда тот принес ему почту. Они почти не разговаривали, и Пуберт был рад, что Кэттрик, похоже, был слишком занят, чтобы тратить силы на насмешки или провокации.       Милтона не было в его кабинете, когда он пришел, поэтому он просто положил почту на стол и быстро ушел. После того, как Пуберт сделал свой обход и покончил с некоторыми другими рутинными делами, он вернулся в свою комнату во второй половине дня, с удивлением обнаружив на своем телефоне еще одно сообщение от Ника.  

"Все в порядке?"

        Пуберт уставился на эти три слова и не знал, что с ними делать. Действительно ли Ника это волновало? С чего бы ему?       Однако эти слова произвели на рысь странный эффект. Это было то, чего он нечасто слышал в своей жизни. В его семье сострадание не было широко распространенным чувством. Здесь нужно было действовать и соответствовать ожиданиям его отца.       Поэтому он отложил телефон в сторону и тоже проигнорировал это сообщение. Не в настроении продолжать размышлять о намерениях Ника, Пуберт включил телевизор. Несколько часов прошли без происшествий, прежде чем он направился на кухню и взял что-нибудь на ужин.       Персонал столпился вокруг шеф-повара, который объяснял экстравагантное меню для следующего крупного мероприятия. Пуберт знал, что до этого еще есть время, но поскольку его отец ожидал, что все будет идеально, все, кто работал в поместье Рысевичей, знали, что подготовка - лучший ключ к успеху.       Поэтому никто не обращал внимания на Пуберта, который взял себе хлеба с сыром и что-то сладкое на десерт. Иногда ему все же удавалось поужинать с остальными членами семьи. В основном это происходило, когда нужно было обсудить какое-то важное событие и Милтон хотел убедиться, что Пуберт не выйдет за рамки приличий. Может быть, на этой новой вечеринке он снова сможет присоединиться к ним и почувствовать себя частью семьи, пусть даже всего на несколько часов.       По пути в свою комнату Пуберт уже перекусывал сыром и чуть не уронил все на пол, когда увидел очередное сообщение от Ника.  

"Тебе не нужно притворяться недотрогой… я уже твой. Не хочешь зайти, и мы продолжим с того места, на котором остановились?"

        Значит, Ник все-таки не переживал. Он просто хотел заняться с ним сексом. Что ж, для Пуберта это имело смысл, ведь в прошлый раз он был в роли принимающей стороны. Ник наверняка не стал бы тратить на него все свое время, чтобы на этом все и закончилось.       Пуберт ничего не мог с собой поделать: он почувствовал приятную дрожь, когда перечитал сообщение во второй раз, представляя, что могло бы произойти, если бы в прошлый раз он набрался смелости и сделал больше.       На секунду ему захотелось сдаться, но Пуберт был очень горд собой, когда убрал телефон и продолжил смотреть свое телешоу.       Когда телефон зазвонил, он вздрогнул. Совершенно сбитый с толку тем, кто, черт возьми, мог ему звонить, да еще и в такое время, когда он был дома, он схватил со стола телефон и недоверчиво уставился на имя звонящего.       Ник звонил ему.…       Должно быть, это был сон. Он снова заснул? Загипнотизированный, Пуберт продолжал смотреть на свой телефон, пока вызов не перешел на голосовую почту и экран снова не стал черным. Прежде чем у него даже появилось время переварить то, что только что произошло, и почему, черт возьми, лис нашел время позвонить ему, он сделал это снова.       Именно после этого второго звонка мысли Пуберта о Нике начали меняться. Для рыси было просто невозможно поверить, что кто-то может быть искренне заинтересован в нем таким образом. Так что же Ник задумал на самом деле?       С самого начала было ясно, что в основном все держалось на Пуберте. Так он считал. Просто не укладывалось в голове, что Ник вдруг так увлекся им, что не мог смириться с тем, что все закончилось вот так. Ник всегда казался парнем на одну ночь.       Пуберт оставил эту мысль до утра, но когда он проснулся и увидел еще одно сообщение от Ника, который на самом деле беспокоился о нем, а затем и третий звонок, на который он не ответил, он был уверен, что Ник просто играет с ним. Никому никогда не было до него дела, особенно тем, с кем он только что познакомился.       Все это было настолько странно и невероятно, что Пуберт решил наконец сдаться и ответить ему. К нему вернулось это странное чувство, что ему предстоит раскрыть какую-то тайну, которая поможет ему заслужить доверие и уважение отца.       Это было наивно и маловероятно, но Пуберт уже не мог отмахнуться от этой мысли. Что-то было не так с Ником, и Пуберт должен был убедиться, что на этот раз он прав. Когда они договорились встретиться вечером, Пуберт был взволнован и напуган одновременно. Он знал, что действует вопреки приказу отца, и страх быть пойманным был невыносим. Но от мысли, что он получит доказательства того, что Ник не тот, за кого себя выдает, его сердце забилось еще сильнее.       Может быть, лучше было сделать это за спиной у Милтона. Так у него было больше времени, чтобы что-то найти и самому решить, когда рассказать отцу. Даже если он ошибался на его счет, Пуберт мог просто покончить с этим, чтобы отец не узнал об очередной его неудаче.         Для следующей встречи он решил взять одну из многочисленных семейных машин. Пуберт был не в настроении ехать на общественном транспорте, а о том, чтобы попросить водителя, не могло быть и речи по очевидным причинам. К счастью, для Пуберта не было ничего необычного в том, чтобы уехать без предупреждения или даже исчезнуть на несколько дней.       Да, отец все еще возлагал на него определенные надежды, но в то же время ему было все равно, чем занимается сын, пока тот выполняет свои немногочисленные обязанности. Поскольку Пуберт так нервничал и переживал из-за предстоящей встречи с Ником, он вышел из дома слишком рано. Но он просто не мог дождаться вечера. Хождение взад-вперед по комнате сводило его с ума. Поэтому, поскольку он не мог как следует отвлечься, ему показалось, что лучше всего будет просто уйти и, возможно, застать Ника врасплох, придя раньше.       Пуберт припарковал машину в переулке недалеко от квартиры Ника. В прошлый раз у него не было времени как следует осмотреться, и он удивился, что здесь живут в основном крупные млекопитающие, да и район не самый благополучный.       Судя по времени на телефоне, он приехал на час раньше. Пуберт пожал плечами и, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди, направился к дому Ника.       На улицах было не так много животных, но когда Пуберт свернул за угол, он увидел огромного белого медведя, идущего всего в нескольких метрах впереди него. Почти инстинктивно он замедлил шаг. В поле его зрения появилась огромная вывеска студии слоновьего фитнеса, и мысли Пуберта понеслись вскачь. Как ему теперь себя вести? Как Ник отреагирует на то, что он пришел раньше? Он просто затащит его внутрь, и они продолжат с того места, на котором остановились, или поговорят?       Но прежде чем его воображение успело придумать какие-то фальшивые ответы, Пуберт внезапно остановился, потому что белый медведь не пошел дальше, а свернул направо, к двери квартиры Ника.       Оправившись от первоначального шока, он осмелился подойти ближе и спрятался за углом.       - Эй, там… не мог дождаться, чтобы увидеть… - Даже на таком расстоянии Пуберт отчетливо слышал голос Ника. У рысей от природы хороший слух.       - Реймонд. Что ты здесь делаешь? - Итак, он знал этого парня и не был рад его видеть. Ник пытался это скрыть, но Пуберт понял, что его голос звучит не так гладко, как он, вероятно, рассчитывал.       - Босс хочет тебя видеть. Сейчас.       От этой фразы у Пуберта голова пошла кругом. Это не вязалось с тем, что рассказал ему Ник. Разве он не говорил, что просто промышляет, работает сам на себя, а значит, не связан ни с какой крупной преступной организацией и, по сути, сам себе босс?       И тут ему в голову пришла еще одна мысль. Белые медведи. Обычно они жили в Тундратауне, и разве там не было кого-то, кто был с ними тесно связан, кто не раз появлялся на вечеринках его семьи? Он не успел закончить мысль, как Ник снова заговорил.       — Слушай, может, перенесём на завтра? Я встречусь с ним позже… Мне просто нужно… — у Пуберта ёкнуло сердце. Он говорил о нём так, будто этот Рэймонд точно знал, кто он такой. Ответ белого медведя только усугубил ситуацию.       — Нет, это ты послушай, лис. Босс дал тебе достаточно времени, чтобы встретиться с этой рысью. Так что лучше бы тебе раздобыть какую-нибудь полезную информацию о его семье, или… — Ник не дал ему договорить.       - Я делаю. Я обещаю. Но, видите ли, он, вероятно, уже на пути сюда. Если мне снова придется отменить встречу, информация, вероятно, бесполезна. - Ник заспорил, и теперь у Пуберта закружилась голова.       Он даже не мог переварить и осознать, что Ник использовал его и на самом деле никогда не заботился о Пуберте как о животном. Он чувствовал только разочарование, но также подтверждение и, как ни странно, возбуждение. Вместо этого он задался вопросом, какую информацию тот передал Нику, которую тот планировал использовать против его семьи.       — Мне все равно. Отменяй свои планы. Ты сейчас поедешь со мной!       Даже Пуберт понял, что Ник больше не будет возражать. Он вовремя скрылся за углом, чтобы Ник и его незваный спутник его не увидели. Издалека он наблюдал, как они садятся в машину, и, не раздумывая, вернулся к своей и поехал за ними.