Глава 7.

Бетон обещали в шесть. На всякий случай Ирина приехала в пять, потому что «обещали в шесть» по ее опыту означало что-то между шестью и девятью, и лучше быть на месте заранее чем потом разбираться с последствиями опоздавшей поставки. Объект в пять утра был тихим. Краны стояли. Опалубка отбрасывала длинные тени в раннем свете. Воздух был чистым. Ирина обошла периметр. Проверила армирование на втором участке, Рустам вчера закончил, и закончил правильно, что было хорошо и что она отметила про себя. В шесть бетона не было. В шесть пятнадцать она позвонила поставщику. Поставщик сказал, едут, пробки. В шесть пробок не бывает. Она это знала. Поставщик тоже знал. Она ждала. В семь постепенно приезжали рабочие, по одному, по двое. Рустам, Сережа, Толик . Коля последний, как всегда, с пакетом в котором что-то гремело, он объяснил что купил новый удлинитель потому что старый искрил, это была разумная инициатива и Ирина ее одобрила. Бетон пришел в девять четырнадцать. Три часа ожидания Ирина провела в движении: обход, звонки, накладные, разговор с Димой по другому объекту который приехал специально. К тому моменту когда машина с бетоном въехала в ворота она уже сделала половину из того что планировала на день. Бетон приняла сама. Проверила документы, сверила объемы, подписала. Поговорила с мастером. Убедилась что все идет правильно. К одиннадцати все устаканилось. Фраиндт в этот день поехала сначала на другой объект, там были акты которые надо было подписать у мастера лично, Ирина ее отправила с утра. Прорабская была пустая. Ирина вошла. Она нажала кнопку кондиционера, подождала. Ничего. Снова нажала. Тихо моргнул индикатор и погас. Второй раз за неделю? прокладка или компрессор, надо звонить в сервис. За окном сорок градусов. В вагончике не лучше. Она открыла оба окна, воздух снаружи стоял как вата, никакого сквозняка. Выпила сразу целый стакан воды. Села за стол. Открыла ноутбук. Посмотрела на экран. Буквы плыли чуть-чуть, от недосыпа который она до этого момента не замечала потому что двигалась. Теперь остановилась и вот. Двое суток нормально не спала. Позавчера заказчик по третьему объекту, вчера был поставщик, вчера Геннадий Петрович, каждый вечер что-то, каждое утро раньше обычного. Она встала. Подошла к диванчику у входа. Сдвинула чужие куртки на край. Постояла. Просто спину разогнуть. Минут десять. Потом кондиционер, потом сервис, потом документы. Она легла. Закрыла глаза. Жара давила сверху как одеяло. Провалилась. *** Сначала был объект, она его узнала сразу, хотя во сне он был больше чем в жизни, шире, и небо над ним было белесое июльское небо. Саша стояла у опалубки. Но вокруг нее были мужчины: стояли, говорили, смеялись. Сережа с термосом. Дима с какими-то бумагами. Артем. Еще кто-то незнакомый, их было много, больше чем в жизни, и становилось все больше. Саша смеялась. Не видела Иру. Ира стояла в стороне. Хотела подойти, ноги не шли. Хотела крикнуть, голоса не было. Просто стояла и смотрела как кольцо мужчин вокруг Саши становится плотнее. Сережа что-то говорил ей на ухо. Саша улыбалась. Дима взял ее за руку и показывал что-то в бумагах, объяснял. Саша смотрела в бумаги и кивала. Артем принес кофе. Саша взяла кружку и отпила. Ира стояла. Смотрела. Внутри было что-то хуже злости. Что-то тихое и горячее одновременно, что-то что она не хотела называть и поэтому не называла никогда. Мужчин становилось больше. Их голоса сливались в один гул. Саша красиво смеялась, чуть запрокинув голову и Ира видела линию ее шеи и распущенные волосы и платье которое было темно-зеленым хотя днем на работе Саша была в джинсах и рубашке. Ира сделала шаг. Ноги наконец медленно пошли, как в воде, расстояние не уменьшалось. Она шла, а Саша оставалась там же далеко, в кольце чужих голосов. Потом все изменилось. *** Сон резко сломался, как ломается картинка на экране. Объект исчез. Мужчины исчезли. Осталась прорабская. Их маленькая прорабская, с двумя столами, туркой на подоконнике и светлым линолеумом. Та же жара, за окном белое небо, воздух стоит. Саша стояла у двери. Смотрела на Иру. Потом тихо повернула ключ в замке прорабской. Щелчок прозвучал неожиданно громко в душном воздухе вагончика. Она обернулась, прислонилась спиной к двери и медленно провела ладонями по своей рубашке, расстегивая пуговицы одну за другой. Ира сидела за своим столом, подняв голову от бумаг. Темные глаза сузились. — Что ты делаешь, — сказала Ира. — То что надо. Ты же меня хочешь? — тихо спросила Саша, и голос ее прозвучал ниже обычного, с легкой хрипотцой. Рубашка соскользнула с плеч, упала на линолеум. Следом лифчик. Саша провела пальцами по своей груди, слегка сжав соски, которые уже стояли твердыми. Она шагнула ближе, расстегивая джинсы. Бедра качнулись, когда она стянула их вместе с трусиками вниз. Полностью голая, она подошла к Ире, чувствуя, как прохладный воздух кондиционера обдувает разгоряченную кожу. Ира сидела неподвижно, только пальцы крепче сжали край стола. Развернула кресло. Саша не стала ждать разрешения, села на колени, широко раздвинув ноги. Теплые бедра обхватили жесткие бедра Иры. Саша прижалась грудью к Ириному лицу, запустив пальцы в короткие темные волосы. — Давай… — прошептала она, притягивая голову Иры ближе. — Я знаю, что ты хочешь. Ира не сопротивлялась. Горячие губы коснулись кожи Саши, язык медленно прошел по соску. Саша выгнулась, тихо застонав. Руки Иры легли ей на талию, крепко удерживая. Саша начала медленно двигаться на коленях Иры, терлась мокрой плотью о грубую ткань рабочих брюк. Дыхание становилось прерывистым. Она чуть приподнялась, направляя голову Иры ниже. Когда горячий, жесткий язык Иры наконец скользнул по ее набухшему клитору, Саша резко выдохнула и задрожала всем телом. И в этот самый момент она проснулась. Оргазм накрыл ее жестко и внезапно. Тело выгнулось на узком диване в прорабской, ноги судорожно сжались, а из горла вырвался короткий, сдавленный стон. Горячая волна прокатилась от клитора по всему животу, заставляя мышцы сокращаться снова и снова. Ира прикусила губу, чтобы не закричать, пальцы впились в край дивана. Она лежала, тяжело дыша, с мокрыми от пота висками. Между ног все пульсировало и было скользко. Трусики под джинсами промокли насквозь. Саша сидела за своим столом в двух метрах от нее точно так же, как во сне. Только теперь она смотрела прямо на Иру поверх очков. Темный, тяжелый взгляд. Ни слова. Только легкое движение брови. Ирина медленно села, чувствуя, как дрожат ноги. Щеки горели. — …Я, кажется, задремала, — хрипло пробормотала она, пытаясь выровнять дыхание. — Вижу, — спокойно ответила Саша низким голосом. — И как… хорошо поспалось? Ничего не ответив, она встала. Подошла к умывальнику. Открыла холодную воду. Умывалась долго, вода была почти прохладной. Посмотрела на себя в маленькое зеркало над раковиной. Резкое лицо. Хорошие скулы. Темные брови. Стильная стрижка. — Ну и что теперь, — сказала она своему отражению. Отражение не ответило. Оно вообще редко отвечало. Она вытерла лицо. Вернулась к столу. Открыла ноутбук. Документы. Заказчик. Поставщик. Пятый объект. Она работала. Турка закипела. Фраиндт аккуратно разлила кофе по кружкам. Поставила Иринину кружку на край ее стола. — Спасибо, — сказала Ирина. — Пожалуйста. Фраиндт села за свой компьютер. Открыла программу. Начала работать. Тишина. Рабочая. Обычная. Ирина взяла кружку. Отпила. Саша смотрела в документы. Значит так, повторила она себе. Значит вот так. Факт есть. Спрятать не получается. Значит живем с фактом. Работаем. Соблюдаем дистанцию. Не делаем глупостей. *** Вечером она позвонила Маше с дороги. — Еду, — сказала она. — Хорошо, — сказала Маша. — Как день? — Нормально. — Бетон привезли? — Привезли. С опозданием на три часа. — Ожидаемо, — сказала Маша. — Ира, ты поела сегодня? — Да. — Когда? Пауза. — Маша. — Ира, когда? — В обед что-то было. — Что-то это что? — Маша, я еду, скоро буду. — Я сделала окрошку, — сказала Маша. — Холодная, из холодильника. В жару то что надо. — Хорошо. — Ир. — Что. — Как ты? Пауза. Светофор. Красный. — Нормально, — сказала Ирина. — Просто спрашиваю. — Я знаю что просто. Нормально, Маша. Еду. Она убрала телефон. Светофор стал зеленым. Она ехала и не думала о сне, сон был аккуратно спрятан в ту же полку куда убиралось остальное. Только эта полка теперь была полная и закрывалась с трудом. Она думала про заказчика. Про объекты. Про то что Рустам сегодня сделал. Про окрошку. Маша умеет готовить окрошку. *** Ночью она долго не спала. Ирина лежала. Думала про сон. Про ощущение. Про то что в первой части сна она стояла и смотрела как Сашу окружают и не могла двинуться и это было хуже любого кошмара. Она перевернулась на бок. За много лет она научилась не влюбляться. После истории которую она не вспоминала и которая все равно иногда вспоминалась, как вспоминается старый перелом на погоду.. Фраиндт была другое. Она это знала уже давно. Просто знала и прятала. Сейчас прятать не получалось. Она лежала в темноте и думала: ничего не делать, работать, соблюдать дистанцию. Потому что страшно. Потому что последний раз когда она пустила в сердце это стоило дорого. Очень дорого. И она не была уверена что у нее есть еще такая цена. Цикады орали. Маша спала. Ирина лежала и смотрела в темноту. В какой-то момент, она не заметила в какой, темнота стала сном, без картинок. Утром она встала в пять тридцать. Приехала на объект. Фраиндт приехала в семь тридцать. Поздоровалась. Поставила турку. Две кружки на подоконнике. Нормальный день. Ирина работала и не думала о сне. Почти совсем не думала. Соблюдала дистанцию.