Глава 5. То, о чём молчат

      Ичиго уже несколько дней ходил, как на иголках. Мысли возвращались к тому незнакомцу снова и снова — к его словам, к тому, как Мураки отреагировал, к странному напряжению, повисшему тогда в воздухе. Это было не просто любопытство. Это было ощущение, что от него что-то намеренно скрывают — что-то важное, касающееся его самого. Сначала он пытался спрашивать спокойно. — Кто это был? Мураки даже не поднимал взгляда от бумаг. — Тебе не нужно это знать. — Почему? — Потому что это не имеет значения. Каждый раз — одно и то же. Спокойный голос, ровный тон, словно речь шла о чем-то совершенно незначительном. Но именно это и бесило больше всего.       К концу недели терпение Ичиго треснуло. Он не постучал. Дверь распахнулась с глухим ударом о стену. Мураки, сидевший за столом, лишь медленно поднял взгляд, как будто и не удивился вовсе. — Ты опять... Он не успел договорить. Ичиго в несколько шагов пересёк кабинет и одним резким движением смёл со стола все документы. Бумаги разлетелись по полу, словно белые птицы, но ни один из них даже не посмотрел вниз. — Хватит, — голос Ичиго прозвучал низко, сдержанно, но в нём уже сквозила злость. — Я спрашиваю тебя не первый день. Мураки слегка склонил голову, изучая его, будто перед ним стоял не человек, а интересный случай. — И я не первый день отвечаю. Этого оказалось достаточно. Ичиго резко схватил его за ворот и толкнул назад. Стул с глухим скрипом отъехал, ударился о стену. В следующую секунду Мураки уже был прижат к ней.       Ичиго перехватил его запястья и поднял вверх, фиксируя над головой. Хватка была крепкой — почти грубой. — Кто он был? — теперь голос звучал почти шёпотом, но от этого становился только опаснее. — Что он имел в виду? Какой ещё эксперимент? Мураки не сопротивлялся. Он даже не пытался вырваться. Только смотрел. Спокойно. Внимательно. И это бесило ещё сильнее. — Ты правда думаешь, что тебе станет легче, если узнаешь? — тихо произнёс он. — Мне станет легче, если ты перестанешь меня игнорировать. На мгновение между ними повисла тишина.       А потом Мураки вздохнул — едва заметно. — Хорошо. Это было неожиданно. Слишком просто. Ичиго на секунду даже ослабил хватку, но тут же снова сжал пальцы сильнее. — Говори. — Он был одним из тех, кто стоял у истоков проекта, — начал Мураки спокойно, будто рассказывает лекцию. — Проекта, частью которого являлись шинигами. Слова упали тяжело. — Какого проекта? — Эксперимента по наблюдению и управлению границами между человеческим и… иным, — Мураки сделал паузу, словно подбирая слово, но в его голосе не было сомнений. — Твоя способность — он узнал и хотел заполучить тебя. Ичиго замер. — Для чего… — Использовать тебя как ключ. — Ключ к чему? — К месту, которое не должно существовать. Ичиго нахмурился. — Звучит крайне плохо. — Так и есть. — И почему это может меня убить? — Потому что для открытия прохода ему понадобилась бы вся твоя духовная энергия. Пауза. — До последней капли. В кабинете стало тихо. — Понятно. Это было сказано неожиданно спокойно. Мураки внимательно посмотрел на него. — Ты злишься? — Очень. — На него? — На тебя. Ответ удивил обоих. — На меня? — Да. Ичиго чуть сильнее сжал руки Мураки. — Потому что ты снова решил всё в одиночку. Мураки искренне удивился. — Что? — Ты просто сказал "не беспокойся, я разберусь". — Разве это плохо? — Да. Внутри всё сжалось. Злость. Недоверие. И что-то ещё. Но в этот момент произошло странное. Слишком близко. Он только сейчас это осознал.       Лицо Мураки было буквально в нескольких сантиметрах. Настолько близко, что можно было рассмотреть всё — каждую деталь. Ресницы. Тонкие, почти невесомые, они едва заметно дрогнули, когда тот моргнул. Губы. Слишком аккуратные для мужчины. Чёткие, спокойные, почти холодные… и в то же время притягивающие взгляд. Ичиго поймал себя на том, что смотрит. Слишком долго. Слишком внимательно. И вдруг — как вспышка — в голове мелькнула мысль. Чёткая. Непрошенная. Он хочет его поцеловать.       Ичиго резко вдохнул, будто только что вынырнул из воды. Хватка на запястьях Мураки чуть дрогнула. Это было неправильно. Совершенно. Но почему-то отвести взгляд оказалось сложнее, чем должно было быть. А Мураки… Он заметил. Конечно заметил. И в его глазах мелькнуло что-то едва уловимое — не удивление, не страх… скорее интерес. Ичиго резко отвёл глаза. Сердце почему-то ударило сильнее. — Что-то случилось? Тихий голос Мураки заставил его вздрогнуть. — Нет. — Ты выглядишь задумчивым. — Просто думаю. — Опасное занятие. — Заткнись. Уголки губ Мураки дрогнули. — Как скажешь. Эта едва заметная улыбка сработала хуже любого ответа. Она не была тёплой. Не была насмешливой. Скорее… понимающей. Будто Мураки видел его насквозь. Ичиго это не нравилось. Совсем. Но вместе с этим Куросаки неожиданно почувствовал облегчение. Потому что впервые за последние дни между ними пропала недосказанность... но зародилось нечто новое. — Не играй со мной, — процедил он, чуть сильнее сжимая его запястья. — Я и не начинал, — спокойно ответил Мураки. Слишком спокойно. Опять. Ичиго хотел вернуть разговор в прежнее русло — к вопросам, к эксперименту, к злости, которая казалась понятной и безопасной. Но не получалось. Всё снова сбивалось. На расстояние. На дыхание. На взгляд. Он всё ещё держал его руки над головой. Слишком долго.       И теперь уже было невозможно сделать вид, что это просто попытка добиться ответа. Мураки не отводил глаз. И не пытался освободиться. Наоборот — словно позволял. — Ты так и будешь молчать? — тихо сказал он. Ичиго нахмурился. — Я жду, пока ты продолжишь. — Нет, — Мураки чуть покачал головой. — Ты ждёшь чего-то другого. Слова попали точно. Слишком точно. Ичиго стиснул зубы. — Ты вообще понимаешь, в каком положении сейчас находишься? — В твоём, — без колебаний ответил Мураки. Пауза. И снова этот взгляд. Спокойный. Уверенный. И абсолютно не соответствующий ситуации. Это ломало весь контроль. Ичиго резко выдохнул. — Ты меня бесишь. — Я заметил. — И всё равно ведёшь себя так, будто тебе… — он запнулся, раздражённо цокнув. — будто тебе это нравится. Мураки чуть склонил голову. — А тебе нет? Тишина. На этот раз — тяжёлая. Ичиго открыл рот, чтобы ответить. Но не ответил. Потому что правда была слишком очевидной. И слишком неудобной.       Он снова посмотрел на его губы. И в этот раз не отвёл взгляд. Секунда. Две. Решение пришло резко — как всё у него. Без плана. Без логики. Он потянулся вперёд. И поцеловал его. Сначала — жёстко. Почти резко. Будто проверяя. Будто доказывая что-то — себе или ему. Но уже через мгновение хватка на запястьях ослабла. Пальцы соскользнули. И поцелуй изменился. Стал глубже. Тише. Более осознанным. Мураки не отстранился. Ни на секунду. И это было, пожалуй, самым неожиданным.       Он не перехватил инициативу. Не остановил. Но и не остался пассивным. Лёгкое движение навстречу. Едва заметное. Достаточное, чтобы Ичиго почувствовал. И окончательно потерял ту тонкую грань контроля, за которую ещё пытался держаться.       Когда он всё-таки отстранился, дыхание сбилось. Мысли — тоже. Он смотрел на Мураки так, будто только сейчас понял, что сделал. И, возможно, впервые — не знал, что сказать. Мураки же выглядел… почти так же спокойно. Только взгляд стал глубже. И внимательнее. — Теперь ты точно отвлёкся, — тихо сказал он. Но в голосе уже не было прежней отстранённости. И это меняло всё.       После поцелуя Ичиго словно выбросило из собственного тела. Он отстранился резко — почти слишком резко — будто прикосновение обожгло. Несколько секунд он просто стоял, глядя на Мураки, но на самом деле не видел его. В голове шумело. «Что это было?»       Первое, что пришло — злость. На себя. Резкая, неприятная, почти привычная. Он сжал кулаки, отводя взгляд в сторону, словно сам факт того, что он продолжает смотреть на Мураки, был уже ошибкой. «Я пришёл за ответами.»       Да. Он пришёл за правдой. Не за этим.       Ичиго провёл рукой по лицу, пытаясь собраться, вернуть себе контроль, но мысли не выстраивались. Они путались, сталкивались, и среди них слишком отчётливо всплывало одно — ощущение. Не сама мысль. Не логика. Ощущение. Тепло чужих губ. Тот едва заметный отклик. Ичиго стиснул зубы. — Чёрт… Это было неправильно. Не потому что «нельзя». Не потому что «кто-то узнает». А потому что это… не укладывалось в его картину мира. Мураки — человек, которому он не доверяет. Человек, который что-то скрывает. Который, возможно, использует его. И именно его он… Ичиго резко оборвал мысль. — Это ничего не значит, — сказал он вслух, но прозвучало это скорее как попытка убедить себя. Он снова посмотрел на Мураки. Спокойный. Собранный. Как будто ничего не произошло. И это задело сильнее всего. — Ты вообще… — Ичиго запнулся, не находя нужных слов. — Ты собираешься хоть как-то отреагировать? Но вопрос был не к Мураки. Он был к самому себе. Почему он это сделал? Из злости? Из желания выбить реакцию? Или…       Ичиго нахмурился. Память упрямо возвращала его на секунды до поцелуя. На то, как он смотрел. Слишком внимательно. Это не было импульсом с нуля. Эта мысль уже была. Просто он её игнорировал. И это осознание оказалось хуже всего. Он медленно выдохнул. — Ненавижу это, — тихо сказал он. Ненавижу не ситуацию. А то, что не может объяснить. Потому что если это не просто вспышка — значит, дело в нём. А это уже сложнее, чем любой эксперимент.       Он снова сжал пальцы, будто пытаясь ухватиться за что-то понятное. — Вернёмся к разговору, — сказал он жёстче, чем нужно. — Ты говорил про эксперимент. Попытка сбежать. В знакомое. В логичное. Но даже сейчас он чувствовал — это не отпустит. Не после того, как он это допустил. И, возможно, не после того, как Мураки… не оттолкнул его. Это и было самым опасным. Не сам поцелуй. А то, что он оказался… взаимным.       Ичиго закрыл глаза на секунду. Слишком много. Слишком быстро. И впервые за долгое время он не знал, что с этим делать дальше. — Просто… продолжай, — тихо добавил Куросаки, уже без прежней уверенности. Но внутри всё ещё звучал другой вопрос. Тот, на который он пока не был готов ответить. «Почему именно он?»