Между теплом и правдой

Вечер в доме наступал медленно. Свет за окнами постепенно тускнел, сменяясь мягким жёлтым освещением ламп. В коридоре было тихо, только из кухни доносился приглушённый звук посуды и негромкий разговор. Я стояла в комнате Билли, облокотившись на край стола, и наблюдала, как она что-то ищет в шкафу. Движения были спокойными, почти ленивыми — совсем не такими, как вчера на улице. — Где-то тут было… — пробормотала Билли, перебирая вещи. Я чуть улыбнулась, скрестив руки. — Ты всегда так ищешь? — Да, — не оборачиваясь. — И всегда нахожу. Пауза. — Иногда. Я тихо усмехнулась. Наконец Билли вытащила тёмную футболку и мягкие штаны, развернулась. — Вот, — сказала она, протягивая. — Пижама. Я взяла вещи. Ткань была тёплой, пахла чем-то знакомым — немного стиральным порошком, немного… самой Билли. — Спасибо, — тихо сказала я. И на секунду наши пальцы коснулись, мы обе замерли. Всего на мгновение, но этого хватило. — Ванная там, — чуть тише добавила Билли, кивнув в сторону двери. Я кивнула, но не ушла сразу. — Ты… — я замялась. — Ты правда не против? Билли посмотрела на меня. — Чего? — Что я здесь. Билли медленно подошла ближе. — Я сама тебя сюда привела, — тихо сказала она. И в её голосе не было сомнения. Я выдохнула. — Просто… — я чуть отвела взгляд. — Это всё как-то слишком быстро. Билли слабо усмехнулась. — У нас вообще ничего не медленно. И это было правдой. Я чуть улыбнулась. — Я быстро привыкаю к тебе. Билли на секунду замерла. — Это опасно, — тихо сказала она. — Уже поздно, — так же тихо ответила я. И в этом было что-то тёплое, и немного грустное. Мы стояли ещё пару секунд слишком близко. Потом я всё же развернулась и ушла в ванную. Дверь в ванную закрылась и вместе с этим в комнате стало заметно тише. Билли медленно выдохнула, провела рукой по волосам и села на край кровати. На секунду уставилась в пол, будто пытаясь разложить мысли, но не успела. — Можно? — раздался голос Финнеаса. — Да, — коротко ответила Билли. Он зашёл, прикрыв за собой дверь. Оглянулся, будто проверяя, действительно ли они одни. — Она в ванной? — спросил он. — Угу. Финнеас не спешил говорить дальше. Он прислонился к стене, скрестив руки, и просто смотрел на неё слишком внимательно. Билли заметила это почти сразу и это начало раздражать. — Ну? — она подняла взгляд. — Говори. Он чуть наклонил голову. — Ты серьёзно? Билли нахмурилась. — В каком смысле? — В прямом, — спокойно, но жёстче, чем раньше. — Ты знаешь её… сколько? Пару дней? — Это не так просто, — сразу ответила она. — Да, я вижу, что «не просто», — перебил он. — Именно поэтому и спрашиваю. Тишина стала плотнее. — Она тебе нравится, — сказал он уже без вопроса. Билли усмехнулась, но в этом не было лёгкости. — Ты всегда так прямо? — Когда вижу, что ты летишь в это с головой — да. Это задело. — Я не «лечу», — резко сказала Билли. Финнеас чуть прищурился. — Нет? Тогда как это назвать? — Ты приводишь домой человека, которого почти не знаешь. Смотришь на неё так, как… — он замолчал, но потом всё-таки договорил: — …как будто уже не можешь без неё. Билли резко встала. — И что в этом плохого? — Ничего, — спокойно. — Если бы это не происходило за три дня. — Ты преувеличиваешь. — Нет, — покачал головой он. — Я тебя знаю. Пауза. — Ты либо ничего не чувствуешь, либо — вот так. Слова прозвучали слишком точно. Билли сжала челюсть. — И что? — тише, но напряжённо. — Это моя жизнь. — Да, — согласился он. — Но потом ты же сама будешь собирать себя по кускам. Билли это было больно. Потому что он не просто говорил, он напоминал. — Ты не понимаешь, — тихо сказала Билли. — Тогда объясни, — сразу. Она провела рукой по лицу. — Я не планировала это, — наконец сказала она. — Оно просто… Она замолчала. — Случилось. Финнеас вздохнул. — Самое опасное — это то, что «просто случилось». Билли подняла на него взгляд. — Я не хочу сейчас анализировать это, ясно? — А придётся, — жёстче ответил он. — Потому что это уже влияет на тебя. — Да неужели? — Ты сегодня сорвалась на улице, — прямо сказал он. — Я тебя такой давно не видел. Билли замерла. — Ты не знаешь, что там было. — Но вижу результат. — Ты защищаешь её так, будто… Он остановился. — Будто она уже часть тебя. И это было правдой. Билли отвела взгляд. — Может, и так. Очень тихо. Финнеас чуть смягчился, но не отступил. — Тогда будь осторожна. — Не только с собой. Он кивнул в сторону двери. — С ней тоже. Билли снова посмотрела на него. — Я не собираюсь её ломать. — Я знаю, что не собираешься, — спокойно ответил он. — Но это не значит, что не можешь. Слова повисли в воздухе. Билли ничего не ответила. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, потом Финнеас выдохнул. — Ладно, — тише. — Я не враг тебе. Пауза. — Я просто не хочу, чтобы ты снова через это проходила. И это уже звучало иначе. Билли чуть опустила плечи. — Я тоже. Тихо. Финнеас кивнул. — Тогда не торопись. Он развернулся к двери, но остановился. — И… — чуть тише добавил он, — она тебе доверяет. — Не испорть это. После этого он вышел. Комната снова стала тихой. Билли осталась одна. И на этот раз её мысли были тяжелее. Через несколько минут дверь ванной открылась. Я вышла, слегка смущённая. Футболка была мне чуть велика, рукава закрывали часть рук, штаны свободно сидели на бёдрах. Я выглядела… домашней — подумала Билли на секунду замирая, глядя на меня. — Что? — тихо спросила я. — Ничего, — быстро ответила Билли. — Просто... — Тебе идёт. Я чуть улыбнулась. — Это потому что твоё. И это прозвучало мягче, чем ожидалось. Билли встала, подошла ближе. — Возможно. Она остановилась совсем рядом. На секунду просто посмотрела, потом тихо сказала: — Ложимся? Я кивнула. Мы легли рядом. Сначала — чуть неловко оставляя небольшое расстояние. Но оно продержалось недолго. Билли первой повернулась к мне. — Можно? — тихо. Я кивнула. И она осторожно обняла меня, на этот раз мягко, без напряжения. Я придвинулась ближе, уткнувшись в её плечо. — Сладких снов, — тихо сказала я. Билли чуть улыбнулась. — Сладких. Несколько секунд тишины. И почти перед самым сном Билли тихо добавила: — Я рада, что ты здесь. Я не открыла глаза, но тихо ответила: — Я тоже. И в этой тишине, в этом тепле, среди чужого дома, который уже начинал казаться своим — мы заснули.