Когда расстояние становится реальным

Утро началось тихо. Не сразу — медленно, почти незаметно. Сначала — свет. Он пробрался сквозь шторы тонкими полосами, лёг на стены, на край кровати, на моё лицо. Тёплый, мягкий, почти осторожный. Потом — дыхание рядом. Я открыла глаза не сразу. Сначала просто почувствовала тепло. Рука на талии. Чужое, но уже такое знакомое. Я чуть повернула голову, Билли спала рядом очень близко. Её лицо было спокойным, почти детским во сне, ресницы чуть дрожали, губы приоткрыты, дыхание ровное, волосы растрёпаны, одна прядь упала на лицо. Я смотрела на неё дольше, чем собиралась, аккуратно протянула руку и убрала эту прядь. Билли тихо вдохнула, нахмурилась во сне. И… придвинулась ближе. Я замерла, а потом чуть улыбнулась. — Ты серьёзно?.. — прошептала она. Билли что-то невнятно пробормотала, не открывая глаз. — Мм… не уходи… Слова прозвучали почти бессознательно, но очень искренне. Я выдохнула. — Я здесь. И это было правдой. Билли медленно открыла глаза. Несколько секунд просто смотрела на меня, будто проверяя, не сон ли это. — Ты правда здесь… — тихо. — Да. И вдруг Билли едва заметно улыбнулась. — Тогда это лучшее утро за последнее время. Я тихо усмехнулась. — Ты даже не встала ещё. — И не хочу. Билли притянула меня ближе, уткнувшись лбом в моё плечо. — Давай просто лежать. Я медленно провела рукой по её волосам. — Пять минут. — Ты врёшь, — пробормотала Билли. — Да. Мы тихо рассмеялись. И ещё несколько минут действительно просто лежали. Без спешки, без слов. Пока из коридора не донёсся голос: — Если вы там не спите, завтрак готов! Это была Мэгги. Билли тихо застонала. — Предательство. Я улыбнулась. — Пошли. — Не хочу делиться тобой с миром, — пробормотала Билли, но всё же поднялась. Я замерла на секунду, но ничего не сказала. Кухня встретила нас запахом кофе и тёплой еды. Свет здесь был ярче, чем в комнате, и от этого всё казалось ещё более настоящим. За столом уже сидели Финнеас и Патрик. — О, выжили, — с лёгкой усмешкой сказал Финнеас. Билли закатила глаза. — Очень смешно. Я чуть смутилась, но всё же села рядом. — Доброе утро, — тихо сказала я. — Доброе, — тепло ответила Мэгги, ставя перед нами тарелки. Завтрак был простым — тосты, яйца, кофе. Но в этом было что-то домашнее, спокойное. Я слушала разговоры, иногда вставляла короткие ответы, иногда просто улыбалась. А Билли… Билли почти не отводила от меня взгляд. Финнеас заметил это и тоже посмотрел. Ненадолго, но внимательно. — У тебя сегодня что по плану? — спросил он у Билли. — Ничего, — пожала плечами она. — Хотела просто… Она посмотрела на меня. — …побыть здесь. Пауза. Но именно в этот момент телефон завибрировал. Билли нахмурилась, посмотрела на экран. — Я сейчас. Она встала и отошла в сторону. Я проводила её взглядом. Разговор длился недолго, но что-то в лице Билли изменилось. Когда она вернулась, её выражение было уже другим, не таким мягким. — Что-то случилось? — тихо спросила я. Билли медленно села. — Мне нужно уехать. — Куда? — спросила я. — В Нью-Йорк. Слова прозвучали сухо. — Концерт через два дня. Я замерла. — Так быстро?.. Билли кивнула. — Тур снова начинается. За столом стало тихо. Финнеас опустил взгляд, как будто ожидал этого. Я смотрела на Билли. — И… надолго? — Не знаю, — честно. И вдруг всё утреннее тепло стало хрупким, как будто его можно разрушить одним движением. — Ты же вернёшься? — тихо спросила я. Билли сразу подняла взгляд. — Конечно. — «Конечно» — это не ответ, — мягко, но напряжённо. Билли нахмурилась. — А какой тебе нужен? — Честный. Билли выдохнула. — Я не знаю, когда именно. И это уже было ближе к правде, но тяжелее. Я отвела взгляд. — Понятно. Билли почувствовала, как внутри снова поднимается то же самое чувство. Страх. — Ты злишься? — тихо. — Нет. — Просто… — Я замялась. — Это всё слишком быстро. Слова повторились, но теперь значили другое. Билли сжала пальцы. — Я не могу это контролировать. — Я знаю, — тихо — Но ты могла сказать раньше. Билли резко подняла взгляд. — Я сама узнала только что. — Я не про это, — Я покачала головой. — Я про всё. — Вчера — «останься», сегодня — «я уезжаю». Слова звучали спокойно, но в них была боль. И в этот момент Билли вспомнила. «Ты летишь в это с головой.» «Не ломай её.» — голос Финнеаса. Она замерла. — Я не хотела, чтобы это выглядело так. — Но выглядит именно так, — тихо сказала я. — Я не могу быть… чем-то временным. Эти слова ударили сильнее всего. Билли резко встала. — Ты не «временная». — Тогда почему это так ощущается? Тишина. И ответа не было, потому что… Финнеас был прав. Не полностью, но достаточно.