Часть 24

После капитуляции остатков советских войск и завершения международного трибунала над военными преступниками в Петербурге Москва стала ареной величайшего триумфа нового порядка. Совместный парад России и Империи решено было провести на Красной площади — там, где когда-то громоздился недостроенный Дворец Советов, а теперь ветер трепал штандарты победителей. Тысячи солдат заполнили брусчатку. Имперские гвардейцы в чёрных мундирах с серебряными орлами маршировали с безупречной синхронностью — их сапоги отбивали чеканный шаг под барабанную дробь. Следом шли русские добровольцы: казаки в алых лампасах, стрелки с трёхцветными нашивками на рукавах, маги-шаманы в длинных плащах, вышитых рунами защиты. Над колоннами реяли флаги Российской Республики — бело-сине-красный триколор — и чёрно-золотые знамёна Империи. Они развевались плечом к плечу, словно два крыла одной птицы. Оркестры гремели попеременно: сначала взлетал ввысь марш «Erica» — его трубы и литавры наполняли площадь торжественной мощью, а следом вступала «Прощание славянки», и тысячи людей подхватывали мелодию, бившую в небо. Толпы москвичей, ещё вчера прятавшихся по подвалам, высыпали на улицы. Они кричали, плакали, бросали цветы под ноги солдатам. «Союз навек!» — ревели трибуны. «Свобода!» — вторили им ветераны с орденскими планками. На главной трибуне стояли те, кто ковал эту победу. Дорникин — в строгом сюртуке, с орденом Святого Георгия на груди — поднял руку, приветствуя войска. Рядом с ним Паулюс — в парадном мундире фельдмаршала, с моноклем, ловящим солнечные лучи. Чуть поодаль — Таня фон Дегуршафф и Виктория Серебрякова. Обе в парадной форме: Таня — в чёрном кителе с рунами молний, Виктория — в белой гусарской венгерке, расшитой серебряными узорами. Они сидели на трибунах плечом к плечу, и, когда колонна имперских магов ударила салют из огненных сфер, Таня с усмешкой толкнула Викторию локтем: Апофеозом парада стал совместный проход бронетехники: тяжёлые имперские «Тигры» с магическими двигателями катили рядом с русскими «Тридцатьчетвёрками». Сверху над площадью пролетели боевые маги — десятки фигур в доспехах, оставляющих за собой шлейфы золотого света. Они выстроились в гигантский венок в небе, и Дорникин, выйдя вперёд, провозгласил: — Россияне, имперцы, братья по оружию! Из пепла старого мира мы поднимаем новую эру. Россия едина от Бреста до Магадана! Империя стоит рядом с нами как верный союзник! Кровь, пролитая вместе, — не вода, а связующая сталь. Слава победителям! Площадь взорвалась аплодисментами. Небо расцвело фейерверками — магическими и обычными, сплетаясь в узоры орлов и медведей. Парад длился до вечера, но его символ — единство двух держав — остался в памяти каждого.