Вернутся к фанфику
Часть 5
18 мая 2026, 22:06Октябрь встретил город серым небом, холодным ветром и сыростью после ночного дождя. Асфальт ещё мокрый, и по пути Адель то и дело натыкалась на лужи. Она шла в колледж, заранее представляя, как наконец сможет отвлечься в танце.
С самого пробуждения утро не совсем задалось. Только по счастливой случайности Шайбакова проснулась на 10 минут позже будильника и обнаружила, что забыла его поставить вчера вечером.
Редкие машины проезжали мимо, разбрызгивая воду по краям дороги.
Люди вокруг спешили по делам, кутаясь в куртки и пряча лица от ветра.
Адель машинально провела языком по пирсингу, чувствуя, каким холодным стал металл от осеннего воздуха.
Разноцветные листья медленно падали с деревьев и противно прилипали к подошве ботинок. Адель от этого недовольно кривилась и ускоряла шаг, стараясь скорее стряхнуть их.
Её кудри непослушно лезли в глаза, закрывая обзор. Адель замершими пальцами пыталась убрать их за ухо, но те все равно упрямо возвращались обратно.
В лужах отражалось тусклое небо и размытые силуэты прохожих. Все выглядели какими-то недовольными, будто у каждого сегодня было неправильное утро.
Холод не спеша пробирался под одежду, заставляя Адель едва заметно подрагивать. Хотелось спрятать руки в карманы и больше не вытаскивать. Даже дыхание казалось непривычно холодным.
Возле колледжа, как обычно — толпа. Кто-то переписывал конспект прямо на мокрых ступеньках, даже не замечая, как быстро намокает длинная куртка. Кто-то смеялся, в очередной раз шутя, что не сдаст следующую сессию. А кто-то просто пил кофе в самом незаметном углу двора.
Под навесом собралась толпа курящих, которые что-то бурно обсуждали. В воздухе смешались запах сигарет, мокрой одежды и дешевого кофе.
Подойдя к компании знакомых, Адель коротко поздоровалась с каждым за руку, а после сразу попросила сигарету.
— А че внутрь не заходите? — спросила Шайбакова, пряча зажигалку от ветра ладонью.
— У нас поездка в музей, забыла, что ли? — Катя подошла ближе, грея руки в карманах.
Преподаватели громко пересчитывали студентов, постоянно оглядываясь все ли на месте.
— Так, раз, два, все построились в линейку!
Один из одногруппников недовольно ныл из-за раннего выезда, а другой уже готов был драться, чтобы занять самые козырные места сзади.
Адель кинула сигарету в сторону и последовала за группой.
— А че за музей-то? — спросила кудрявая, поднимаясь по автобусной лестнице.
— Вроде современного искусства, — ответила Аня, вспоминая, куда они едут.
Адель, пройдя по автобусу, заняла место сзади возле окна, заляпанного отпечатками и разводами от прошлых пассажиров. Перед сиденьем был раскладной столик, открыв который, Адель увидела подлетевший вверх красочный фантик от конфеты «Кислинка». Обертка была красная и немного помятая по бокам. Адель несколько секунд покрутила его в руках, зачем-то проверяя, не осталось ли внутри конфеты, а после убрала его в карман куртки.
— Я с тобой сяду, окей? — подошла Катя.
— Ладно, — кивнула кудрявая, прикусив губу и поправляя пирсинг.
Не то чтобы Адель была ей рада, но и не огорчилась сильно.
Студенты расселись по местам, автобус тронулся. Транспорт набирал скорость, за окном мелькали желто-оранжевые деревья и одинаковые многоэтажки.
С задних мест сразу послышался шум. Кто-то спорил из-за музыки, кто-то снимал одногруппников на телефон, а преподаватели через каждые три минуты говорили вести себя тише.
Автобус слегка трясло на кочках и заносило на резких поворотах. Катя листала что-то в телефоне, а Адель загадочно глядела в окно, разглядывая прохожих на улице.
— Кстати, — протянула Катя и убрала телефон. — Вика сказала, вы катались недавно.
Адель на секунду отвернулась от дороги за окном.
— Ну, было дело.
— И как тебе?
Кудрявая ненадолго замялась.
— Не знаю. Нормально.
Катя только тихо ухмыльнулась и уткнулась в телефон.
Адель снова отвернулась к окну, но взгляд ее был теперь размыт. Единственное, что задерживало её внимание — редкие мотоциклы. Задержавшись на одном из них чуть подольше, она быстро отвернулась.
Автобус снова немного потрясло, и шум внутри вернулся на привычный уровень — разговоры, смех и чужой телефон.
Шайбакова уставилась в окно, делая вид, что просто смотрит на дорогу. Город постепенно менялся — дома становились реже, улицы тише.
Спустя время автобус, наконец, начал сбавлять скорость.
Кто-то сразу оживился, начиная собирать сумки, а кто-то недовольно замычал, уснув почти на всю дорогу.
За окном показалось белое здание музея, которое было больше похоже на торговый центр, чем на культурную достопримечательность.
Транспорт остановился, студенты почти одновременно повставали с мест, создавая неловкую давку в проходе.
Пару человек уже автоматом надевали капюшон, чтобы холодный ветер не одолел их снова.
— Выходим по очереди! — громко тараторил преподаватель, размахивая руками. — Не толпимся!
Стоило выйти из автобуса, как прохладный ветер тут же ударил в лицо. Волосы разлетались в разные стороны, а холод пробирал до костей.
— Если там будет банка с воздухом и надпись «свобода», то я ухожу обратно в автобус, — посмеялся кто-то в толпе.
Сразу послышался смех.
Студенты неохотно побрели к зданию музея, продолжая спорить и смеяться.
Шумная улица сменилась на тихий зал. Даже слишком тихий.
Толпу сопроводили снять верхнюю одежду и далее повели по светлому коридору с окнами в пол.
Каблуки экскурсовода тихо стучали по полу, эхом расходясь по почти пустому коридору.
В первом зале вдоль стены стояли старые телевизоры. На каждом мелькали рваные кадры: чьи-то глаза, шум, помехи, обрывки фраз и резкие вспышки света.
— О, это я перед сессией! — кто-то посмеялся.
Зал заполонил громкий смех остальных.
— Всем тихо, дайте дальше спокойно проводить экскурсию! — раздраженно бросила преподавательница.
Толпа замолчала.
Адель задержала взгляд на одном из экранов. На экране мелькали обрывки чужих видео — дни рождения, детские съемки, чьи-то улыбки. От этих кадров неприятно кольнуло внутри. В какой-то момент все резко прервалось помехами и неприятным шумом.
Пара девушек снимали зал на телефоны, тихо комментируя, какая это интересная композиция.
Экскурсовод продолжила показывать музей, и студенты прошли в следующую комнату. Помещение было почти пустым, стояли только белые и безликие манекены, одетые в повседневную одежду. Белый свет делал зал каким-то стерильным и неприятно холодным.
Адель подошла ближе, провела рукой по рубашке на манекене и почему-то задержала на нем руку.
Телефон в кармане неожиданно завибрировал.
Кудрявая быстро убрала руку с рубашки и потянулась за телефоном.
Aleksandra.Gastello: Ты сегодня во сколько домой?
Адель пару секунд смотрела на сообщение, прежде чем заблокировать экран. Отвечать сразу не хотелось.
Она сунула телефон обратно в карман и молча последовала за группой.
Следующий зал оказался темнее остальных.
Под потолком на тонких металических тросах висели детали от мотоцикла — фары, руль, ржавые болты, зеркала и куски корпуса. Все это медленно покачивалось от вентиляции, из-за чего металл тихо звенел друг о друга.
Свет падал сверху, оставляя внизу по углам полутень.
Заводила группы пошутил, что сейчас все это рухнет прямо на них.
Никто не засмеялся. Только преподавательница злостно попросила не говорить глупостей.
Адель, слегка запрокинув голову, с интересом разглядывала каждую деталь экспозиции. Щурясь, пыталась найти в этом какой-то смысл, что же хотел изобразить автор.
Рядом с этим экспонатом было как-то тревожно и странно, но все равно хотелось смотреть, не отрываясь. Примерно так же было рядом с Викой.
Она резко отбросила эти мысли, подняла глаза и поняла, что сильно отстала от группы.
Голос преподавателя уже доносился из другого зала.
— Адель! Ты идешь? — окликнула её Катя.
Кудрявая коротко кивнула и быстро догнала остальных.
В помещении стояло огромное зеркало, будто собранное из разбитых осколков. Несколько девушек подошли сфотографироваться, а пару парней принялись кривляться.
Шайбакова медленно подходила к зеркалу, с каждым шагом все сильнее замечая, как расплывается лицо в отражении.
Она приблизилась почти вплотную. Разбитое зеркало искажало отражение: в одном осколке виднелся карий глаз, а в другом — голубой. Отражение почему-то казалось чужим. Моргнув, чтобы поправить линзу, кудрявая отвернулась с зеркала.
Кто-то потянулся к зеркалу, чтобы рассмотреть ближе и потрогать.
— Руками не трогать! — моментально послышался строгий голос преподавателя.
Студенты, как ошпаренные, отпрыгнули и отошли подальше.
За спинами толпы, уже собиравшейся уходить, прозвучал короткий треск, а следом — звон стекла. Осколок, отлетев от зеркала, ещё несколько раз ударился о пол и только потом замер где-то под ногами студентов.
Все синхронно обернулись.
— Ну вот, я же говорила, — с поднятой вверх головой подытожила преподавательница.
— Оно само, — в толпе прошептали.
Напряжение быстро сменилось на смешки и перешептывания. А экскурсовод только устало попросила группу не шуметь и проходить в следующий зал.
Комната казалась ещё темнее. Где-то под потолком с перебоями мигал тусклый свет.
В центре зала стояли большие часы, застывшие на 00:00. Несмотря на это, тиканье все равно эхом расходилось по помещению и неприятно давило на уши.
На четном глянцевом полу валялись смятые фантики, старые билеты и газеты.
В отражении пола расплывались силуэты студентов.
Даже самые шумные стали почему-то автоматически стали говорить тише.
Вмиг вспышка от чьего-то фото резко выбило темноту, ненадолго разрядив тяжелую атмосферу.
— Автор хотел изобразить течение времени, ощущение потерянности и застывший момент, — рассказывала женщина с умным видом.
Но экскурсовода мало кто слушал, в основном все смеялись, фотографировались и разглядывали часы.
В момент секундная стрелка будто дернулась назад. Адель вдруг вспомнила про сообщение Саши, на которое она так и не ответила. От этого почему-то стало даже стыдно.
— На этом заканчивается наша экскурсия, можете проходить в гардероб, — голос экскурсовода эхом разнесся по темному залу.
Толпа тут же оживилась. По коридору снова разнеслись разговоры, смех и звук шагов. После тиканья часов этот шум казался непривычно громким.
В гардеробе студенты толпились возле номерков, натягивая куртки и жалуясь на голод.
Адель молча надела куртку и снова проверила телефон. Сообщение от Саши все также висело непрочитанным.
На улице стало заметно темнее и людей меньше. В автобусе уже не шумели так сильно, как утром.
Адель с Катей опять сели вместе. Катя показывала фотографии, сделанные в музее, и говорила, как было круто прогуливать пары. Шайбакова слушала вполуха и изредка поглядывала в окно, за которым уже темнел вечер.
Автобус на поворотах снова заносило и потряхивало. Разговоры постепенно стихли, кто-то даже уснул, уткнувшись в окно. Преподавателям даже не пришлось никого затыкать — все и так устало молчали.
Спустя время автобус наконец остановился возле колледжа. Студенты быстро попрощались и разошлись по домам.
Холодный воздух сразу ударил в лицо. После душного автобуса на улице казалось непривычно свежо. Адель поправила рукав куртки и медленно направилась домой. Под ногами снова хрустели листья, а в лужах расплывались размытые отражения фонарей.
Город уже почти погрузился в темноту. В окнах домов горел теплый свет, мимо проезжали редкие машины, оставляя после себя шум шин по мокрому асфальту. Адель на автомате сунула руку в карман и нащупала внутри смятый фантик от конфеты «Кислинка». Несколько секунд покрутив его между пальцами, кудрявая снова убрала его обратно.
Двор встретил спокойно и безлюдно. В подъезде пахло сигаретами и чем-то сладким. Ноги устали, и по лестнице стало подниматься тяжелее.
В квартире стояла знакомая тишина, которую прерывал только стук клавиш. Саша устало сидела на диване, что-то печатая в ноутбуке.
— Как день прошел? — Адель прошла в гостиную и села рядом.
— Как обычно, — блондинка снова выдохнула, не отрывая взгляд от экрана.
— А мы сегодня в музей ездили с колледжем. Столько фоток сделали, ещё и пары прогуляли, — с легкой улыбкой рассказывала Адель.
— Современное искусство? — Гастелло, наконец, ненадолго отвела взгляд от экрана.
— Ага, там такие странные экспонаты были. Огромные часы, зеркало из осколков.
— Звучит реально странно, — блондинка тихо усмехнулась.
Адель тоже слегка улыбнулась, но почему-то продолжать разговор уже не хотелось.
— Ладно, — Шайбакова поднялась с дивана. — Пойду покурю, что ли.
Кудрявая вновь накинула куртку, вышла за порог квартиры и нажала на кнопку лифта. Обычно жильцы второго этажа даже не смотрели в сторону лифта, но сейчас сил подниматься по лестнице до самой крыши совсем не осталось.
Двери со скрипом открылись, она вошла и молча нажала кнопку с цифрой «9». Двери закрылись с таким же неприятным скрипом, и лифт медленно пополз вверх.
Тусклая лампа под потолком едва заметном мигала, а старый механизм глухо гудел на каждом этаже. Лифт остановился, и двери медленно открылись.
Она вышла, быстро поднялась по последней лестнице и толкнула тяжелую дверь на крышу.
Холодный ветер тут же ударил в лицо, растрепав кудри в разные стороны. После тесного лифта и душной квартиры здесь дышалось намного легче.
Ночная крыша встретила ее привычной тишиной. Где-то далеко проезжали редкие машины, в окнах домов светил мягкий свет, а мокрый бетон отражал свет фонарей.
Адель привычно подошла бетонному выступу возле края крыши и села, осторожно осматриваясь.
Рука скользнула в карман куртки, и уже через секунду она крутила между пальцев сигарету. Вспыхнул огонь зажигалки. Она сделала пару затяжек — во рту появился горький вкус никотина.
Кудрявая опустила взгляд ниже. На секунду ей показался знакомый силуэт мотоцикла.
Вика.
Сердце на мгновение забилось быстрее — вот-вот и выпрыгнет. Адель прищурилась, пытаясь разглядеть лучше.
Но это была не она.
И стало чуть грустнее.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!