Часть 2. Обратный выброс

Работа кипела. Когда учёный впервые увидел это здание, то сразу заметил, что в лаборатории есть различные приборы. Однако он не мог и представить, насколько обширными будут его возможности здесь. За те пару дней, что Ксено провёл в этом месте, он и половины не исследовал. На заднем дворе стояла большая платформа для проведения экспериментов, окружённая измерительными приборами, силовыми кабелями и табличками на трёх языках, предупреждающими о смертельной опасности. Ксено обошёл её дважды, засунув руки в карманы лабораторного халата. Стэнли стоял в трёх метрах, как всегда, сцепив руки за спиной. Зеленые глаза следили за каждым движением учёного. — Вы попытались воспроизвести прототип генератора за пару дней? Ксено кивнул на платформу, не оборачиваясь. — Вы хоть знаете, что произойдёт, если будет сбой? — Поэтому я здесь, чтобы вы не натворили глупостей. Ровно ответил оберст. Ксено наконец повернулся. Его глаза ярко горели безумным блеском, который появлялся у него перед большими экспериментами. — Запустить генератор энергии, сделанный немцами. Что может быть более ироничным и элегантным одновременно? Признаться, увидеть Ксено таким Стэнли не ожидал. Видимо, это у всех гениев так. — Сегодня пробный запуск. И мне нужен наблюдатель на площадке. Прямо у источника. Стэнли чуть склонил голову. Тень от высокого забора легла на его лицо, подчеркнув скулы. — Вы хотите, чтобы я встал рядом с генератором, который может разорвать человека на части? — Ну чтож, помощника своего я пока что не вижу. Ксено подошёл вплотную к военному и указательным пальцем провёл по чужому погону. Стэнли схватил его за руку, но на этот раз учёный даже не шелохнулся. Он улыбнулся, глядя прямо в глаза. — Я полагаю, если ты встанешь вон туда, то с тобой ничего не случится. Мне просто нужен живой щит на случай обратного выброса. Или ты предпочитаешь, чтобы я попросил кого-то из твоих солдат? Он кивнул на размеченный мелом круг в двух метрах от излучателя. Стэнли несколько секунд смотрел на учёного. Отпустив запястье, он молча направился к указанному месту. Ксено проводил его взглядом. Прямая спина, уверенная походка, ни тени сомнения. Такой идиот, но пиздец красивый. Он подошёл к пульту управления, который был не совсем далеко от военного. Пальцы забегали по клавишам, внося едва заметные изменения в калибровку. На одном из тумблеров Ксено задержался дольше, чем следовало. — Готов? — Делайте свою работу, доктор. Ксено повернул ключ. Платформа загудела, и воздух вокруг неё начал мерцать. Напряжение росло. Стэнли стоял неподвижно, лишь ветер от работающих вентиляторов трепал его светлые волосы. — Ещё пять секунд! Громко произнёс Ксено. Однако платформа взвыла. Излучатель дёрнулся, и одна из направляющих с глухим треском лопнула. Металлический осколок размером с ладонь сорвался с креплений и с жутким свистом полетел прямо в Ксено. — Ложись, твою мать! Заорал Стэнли, но учёный остался стоять как вкопанный. Военный бросился к нему, толкая в сторону. Осколок задел оберста по правому боку, раздирая китель и плоть. Кровь брызнула на бетон. Стэнли прикусил губу, не нарочно слизывая помаду, но не издал ни стона. Только прижал ладонь к ране и посмотрел на Ксено. — Чёрт, чёрт, чёрт! Стэнфорд! — Я.. Стэнли.. Зло смотря на Ксено, хрипло прошептал оберст. Учёный упал на колени рядом, хватая его за плечи. — Я не... Тумблер заклинило! Я не ожидал, что защита откажет так внезапно. Ты как? Покажи. Он попытался оторвать окровавленную руку Стэнли от раны, но тот перехватил его запястье. — Ты, блять.., сделал это.. нарочно. — Что? С ума сошёл?! Ксено округлил глаза. Лицо его выражало смесь испуга и невинности. Стэнли молчал. Кровь сочилась сквозь пальцы, капая на колени гения и пачкая белый халат. — Дай мне карту, я приведу помощь. — Не надо. Голос оберста был тихим. Он убрал руку от раны. Порез был глубоким, но не смертельным. Ксено помог ему подняться и Стэнли неосознанно опёрся на него. — Ты в порядке? Спросил Ксено, ведя его к выходу с платформы. — С чего вдруг ты решил побеспокоиться? С очевидной язвительностью ответил Стэнли. Ксено споткнулся – ровно настолько, чтобы Стэнли пришлось перехватить его за плечо и тем самым сильнее натянуть собственную рану. Оберст замер на секунду, закусив губу. Вблизи учёный увидел, как побелели губы оберста, и на какой-то безумной волне понял, что хочет поцеловать эту бледную кожу, смешанную с кровью и остатками фиолетовой помады. — Случайно. Прошептал Ксено ему в ухо, расплываясь в виноватой улыбке, но в голосе не было ни капли раскаяния. Они дошли до двери лазарета в тишине, нарушаемой только капающей на пол кровью и хриплым дыханием Стэнли. Ксено толкнул дверь плечом и усадил оберста на смотровой стол. В лазарете сидела медсестра – молодая, с необычно мягко розовыми волосами. Она подскочила с места, едва они переступили порог. — Oberst Snyder! Она метнулась к столу, разворачивая стерильную салфетку. — Was ist passiert? — Ein Testunfall. Ровно ответил Стэнли, садясь на кушетку. На его лице не было ни боли, ни напряжения, его состояние выдавало только бледность. Стэнли сидел на смотровом столе, позволяя ей обрабатывать рану. Ксено застыл в стороне, скрестив руки на груди, и смотрел, как её тонкие пальцы касаются обнажённого торса Стэнли. Внутри что-то неприятно сжалось. Ревность? Абсурд. Ему плевать. — Oberst Snyder, es ist gut, dass Sie zur weiteren Heilung ins Krankenhaus müssen. — Nein, Tu einfach erste Hilfe, und lasst uns allein. Медсестра поджала губы, быстро наложила повязку, собрала инструменты и выскочила, бросив на Ксено любопытный взгляд. Тот проводил её глазами. Дверь за ней закрылась с тихим щелчком. Стэнли медленно сполз со стола, одёргивая разорванный китель. Кровь уже почти не сочилась – повязка держала. — Умеете вы наводить панику, доктор Уингфилд. Специально выбрали момент, когда рядом Луна, чтобы потом рассказала всем, какой вы самоотверженный? Произнёс он, поворачиваясь к Ксено. Зеленые глаза блестели в тусклом свете лазарета. — Ничего подобного, я искренне переживал! Соврал Ксено, не моргнув и глазом. — Да и кто ж знал, что тут есть медсестра в такое время. С некой язвительностью в голосе промямлил Ксено, неосознанно выдавливая слова. — Ревнуешь? Учёный вскинул бровь и с высокомерием посмотрел на военного. — К медсестре? Стэнфорд, ты бредишь от потери крови. — Моё имя Стэнли Снайдер. — Плевать я хотел. Они стояли в метре друг от друга. Стэнли слегка покачнулся – потеря крови давала о себе знать. Его лицо побледнело ещё сильнее, а на лбу выступила испарина. Военный почувствовал толчок в плечи, с явным намерением повалить того обратно на смотровой стол. Ничего, кроме ответной реакции тела не последовало. Рука перехватила запястье парня. Снайдер попытался вылезти из-под напора, но Ксено ногой поддел его колено, и они оба рухнули на стоящую в углу узкую койку. Судьба благосклонна к великим умам, иначе был бы Ксено сейчас жив? — Засранец.. Выдохнул Стэнли, глядя сверху вниз. Удивлённые глаза быстро считывали ситуацию. — Думаешь пара царапин дадут тебе преимущество? Тихо спросил Стэнли, наклоняясь к его уху. Дыхание было обжигающим. Тяжёлое тело оберста навалилось на учёного, прижимая его к койке. Запястья Ксено оказались прижаты к изголовью одной рукой Стэнли. Однако даже прижатый к матрасу, с заломленными за голову руками, он не собирался сдаваться. Наоборот – это только раззадорило его. — Осторожнее, Стэн. Если так продолжишь, люди подумают, что это ты меня домогаешься. Голос Ксено был хриплым, но в нём всё равно прорезалась привычная насмешка. Он специально выделил последнюю фразу, глядя прямо в зелёные глаза. Стэнли замер на долю секунды – и этого было достаточно, чтобы Ксено продолжил: — Или ты пытаешься доказать, что даже с дыркой в боку способен меня удержать? Мило. Прямо умилительно. Только у тебя уже губы трясутся. Это от страсти или от потери крови? Я бы поставил на второе, но мне льстит, что ты пытаешься убедить меня в первом. Стэнли стиснул зубы и нахмурился. Ксено заметил, как дрогнули его ресницы – то ли от боли в боку, то ли от слов, попавших точно в цель, кто знает? Военный чуть ослабил хватку, и этого мгновения хватило. Ксено рванулся вверх, выворачиваясь из захвата грубой силой, которой от него не ожидал Стэнли, привыкший к тому, что учёный – это ходячий скелет в белом халате. Но вот беда, гений забыл упомянуть одну маленькую деталь. Он таскал советские чугунные оборудования, которое нормальные люди перевозят на тележках, а он перетаскивал в одиночку, потому что доверять тонкую настройку посторонним рукам – себя не уважать. И когда русский учёный решает что-то взять – он берёт. Ладонь Ксено легла на затылок Снайдера. Пальцы сжали светлые волосы у корней, не давая отстраниться. Рывок – и он сел, опрокидывая оберста на спину, нависая сверху. Колени вдавились в матрас по бокам от чужих бедер. Запястья Стэнли оказались прижатыми к подушке над головой, а хватка была совсем не шуточной. Военный впал в ступор от такого напора. Ксено наклонился и грубо поцеловал его, сминая губы, на которых всё ещё оставался привкус вишни. Язык скользнул внутрь, встречая сопротивление, но Ксено было плевать. Стэнли дёрнулся под ним, пытаясь высвободить руки, но учёный держал крепко. Мышцы предплечий напряглись под тканью лабораторного халата, выдавая силу, которую он обычно прятал за мешковатой одеждой и показной небрежностью. — Какого... чёрта.. Прохрипел Стэнли в перерыве между поцелуями, когда Ксено на секунду отстранился, чтобы глотнуть воздуха. — А ты думал, я только языком работать умею? Я, знаешь ли, не всегда сижу за вычислениями, удивлён? Усмехнулся Ксено, облизывая губы. Стэнли смотрел на него и не мог понять, что за чувство у него внезапно возникло. Он действительно не ожидал. Его провели, как мальчишку. Он, оберст Стэнли Снайдер, прошедший десятки операций, купился на образ хрупкого гения с белыми волосами, а получил русского медведя в лаборатории. — А вот ты что-то разочаровываешь, Стэнфорд. Я, конечно, польщён, что мысль обо мне лишает тебя последних сил, но предпочёл бы более сознательно партнёра. — Я Стэн-.. Он снова прильнул к его губам, не давая закончить предложение. Язык скользнул внутрь, чувствуя тепло. Стэнли перестал вырываться и, закрыв глаза, просто лежал, позволяя Ксено делать то, что тот хочет, заодно расслабляясь самому. Рука учёного сползла к груди, ощущая упругие мышцы. Звуки чмоканья в полной тишине казались до жути интимными. Открыв глаза, он заметил, каким похотливым взглядом смотрит на него Ксено, от чего мысли военного поплыли и он снова прикрыл глаза от удовольствия. Дверь приоткрылась с тихим скрипом. Ксено, не прерывая поцелуя, краем глаза заметил розовую макушку. Луна застыла на пороге, прижимая к груди стопку бинтов, её тёмные с примесью бордового цвета глаза расширились, но она не издала ни звука. Только губы приоткрылись, и по лицу пробежала волна от удивления до любопытства. Её взгляд метался между ними — от растрёпанных волос оберста до наглой улыбки учёного, который даже не подумал отстраниться. Ксено, не разрывая зрительного контакта с медсестрой, медленно провёл языком по губам Стэнли, собирая остатки помады, и снова впился в них. Его рука скользнула по шее Снайдера и пальцы запутались в светлых прядях. Он специально замедлил ритм, делая каждый скользящий поворот языка нарочито грязным — так, чтобы Луна видела, как переплетаются их рты, как блестят слюной губы и как Ксено прикусывает Стэнли за нижнюю губу и тянет, отпуская с влажным хлопком. Только когда Снайдер оторвался, чтобы перевести дух, Ксено позволил себе короткий и надменный смешок — и скосил взгляд на дверь. Но Луны там уже не было. Только приглушённый стук каблуков, удаляющийся в коридоре. Стэнли перевёл дыхание, мотнул головой, пытаясь сфокусироваться. Его зелёные глаза, мутные от возбуждения, проследили за взглядом Ксено и наткнулись на пустой дверной проём. — Что такое? Выдохнул он хрипло, когда Ксено провёл большим пальцем по его припухшим, мокрым губам, стирая смешанную слюну и остатки крови. Ксено ухмыльнулся, облизывая собственный палец с неприличной неспешностью. Его глаза горели довольством и дикой страстью. — Ничего, просто наслаждался моментом. Нравится быть как похотливая сучка? Прошептал он, наклоняясь к самому уху Стэнли. Белые пальцы учёного сжимают затылок военного так, что тот запрокидывает голову, подставляя горло, в которую Ксено тут же цепляется зубами, оставляя багровый след. Стэнли выдыхает сдавленный стон и его рука сама тянется к пояснице Ксено, притягивая ближе. Рука ученого сползает по груди военного. Он сжимают сосок через мокрую от пота рубашку, и Стэнли выгибается, прикусывая нижнюю губу. Учёный скользнул рукой по перевязанному боку, опускаясь всё ниже. В момент, когда он почти коснулся паха, Снайдер перехватил его запястье. На вопросительный взгляд Ксено, военный лишь удручённо выдохнул. — Скоро должен прийти твой помощник. Учёный удивлённо вскинул бровь и секунду осмысливал слова Стэнли. Мгновение спустя его лицо нахмурилось и Ксено с большим разочарованием цокнул, слезая с военного. — Блять, вот как можно было так испортить момент, а? Военный лишь пожал плечами и усмехнулся неудаче Ксено. Видимо, сегодня придётся самому разбираться с такими последствиями.

***

Спустя пару часов, Ксено позволил себе ненадолго оторваться от экрана компьютера и легонько потянуться, разминая плечи и отёкшую спину. Он быстро глянул на часы, а затем его взор устремился на оберста, который на удивление тоже их разглядывал. — Ты скоро дыру прожжёшь, ждёшь кого-то? К усмешкой спросил Ксено, разворачивая кресло в сторону военного. Стэнли отвёл взгляд и раздражённо выдохнул. За дверью послышались три коротких стука. С разрешения Стэнли в лабораторию зашла девушка в форме. Черта лица были мягкими, а цвет глаз приятно голубого оттенка, что совсем не сочеталось с её работой. Она недоверчиво кинула взгляд на учёного и шёпотом что-то доложила военному. Оберст лишь потёр переносицу и отпустил подчинённую. Стэнли уставился на Ксено, не в силах сдержать раздражение. — Ну и? Может соизволишь рассказать, что я успел натворить, сидя на одном месте? Ксено закинул ногу на ногу, слегка покачивая, не в силах унять напряжение, и облокотился на руку, подымая голову выше обычного. Вся его поза кричала о высокомерии, которая не терпит к себе неуважения, но оберст грубо проигнорировал сей факт. — Твой помощник задерживается. Прибудет дня через три. На громком выдохе произнёс Стэнли, облокачиваясь о стену и скрещивая руки. Недолго думая, он потянулся к верхнему карману и достал оттуда пачку сигарет. Запах дыма распространился довольно быстро. Это можно было понять по скорченной гримасе учёного, который был ярым противником табака. — Пошёл вон из лаборатории, если собираешься курить. Злобно проговорил Ксено, указывая пальцем на выход рядом с военным. — Тебя спросить забыл. Закрыв глаза, сухо ответил Стэнли, выдыхая серый дым после глубокой затяжки. Что-то пролетело мимо его лица и с ярким звуком разбилось сначала о стену, потом об пол оставшееся в дребезги. Стэнли опустил взгляд вниз. На полу, возле его ног, лежали осколки стекла. Посмотрев на Ксено, военный даже не удивился. Тот стоял, держа в руке ещё одну колбу, намереваясь бросить и её. — В этот раз я буду целиться в тебя. Повторюсь, пошёл вон. Глаза Ксено выражали безразличность к другой живой душе. Стэнли слегка оттолкнулся от стены и направился в сторону учёного. Недолго думая, Уингфилд запустил в его голову вторую колбу. Оберст ловко уклонился и стекло вновь разбилось о стену с громким звуком. Подойдя в плотную, Стэнли разом выпустил весь дым прямо в лицо Ксено, на что учёный сморщил лицо и закашлял. — Вот же сука. Ксено уже замахнулся для удара, но военный остановил его, перехватив руку. Дверь резко открылась и в лабораторию вбежала та же девушка, что была пару минут назад. — Oberst Snyder, ich habe ein Geräusch gehört! Девушка замерла на пороге, переводя глаза со Снайдера на осколки. Злобный взгляд прожигал учёного. Не сложно было догадаться, о чем она подумала. В прочем, не совсем уж и ошибается. — Nichts Ernstes, Charlotte, es ist nur, dass Dr. Wingfield ein paar Flaschen fallen ließ. Ксено резко выдёрнул свою руку, с трудом подавляя желание запустить в оберста чем-то потяжелее. Шарлотта нахмурилась, явно не поверив ни единому слову, но спорить с оберстом не решилась. Она коротко кивнула, ещё раз скользнув взглядом по напряжённым фигурам, и вышла за дверь. Оба мужчин остались стоять в гнетущей тишине. — Она пошла разбалтывать об этом всем. Первым нарушил молчание учёный, поправляя свой халат и садясь обратно за рабочий стол, будто ничего и не происходило. — Мои люди не болтают за зря. Проговорил Стэнли, наконец затушив эту несчастную сигарету. Ксено усмехнулся и лениво облокотился на локоть. — Спорим? С вызовом спросил учёный. А кто Снайдер такой, чтобы сомневаться в своих подчинённых и в принципе давать заднюю. — На что? — На личный телефон. На лице военного показалась улыбка. Насколько же этот псих наглый, раз просит о том, что Снайдер не может выполнить? — Не смотри на меня так, я просто хочу немного личного пространства. — Допустим, а если выиграю я? Ксено слегка призадумался. Он мягко притянул к себе военного за ворот, не встречая сопротивления. — Если ты выиграешь, я перестану к тебе лезть.. Хотя, обещать ничего не могу. Прошептал учёный, проводя рукой по груди парня. Снайдер, не скрывая своей заинтересованности в таком бесстыдном поведении, отстранился и ухмыльнулся. — Не думаешь, что немного не честно? — Ты боишься проиграть? Провакационно задал вопрос учёный и протянул руку для закрепления договора. Снайдер слегка замешкался, но всё же пожал руку. Послышались три лёгких стука. — Сегодня день открытых дверей, что ли? Язвительно проговорил учёный, наклоняя голову в сторону двери. — Betretet. После разрешения Стэнли, дверь приоткрылась и на пороге показалась розовая макушка. Она боязливо посмотрела на руку учёного и, не увидев ничего, выдохнула и вошла. — Oberst Snyder, mir wurde gesagt, dass Sie sich geschnitten haben könnten. Знаете это выражение смеси шока и недоверия? Вот такое лицо было у Стэнли прямо сейчас, в то время как Ксено еле сдерживался, чтобы не засмеяться во всё горло. — Даже минуты не прошло, как мы заключили пари. Даже как-то слишком быстро. Всё же тихие смешки были слышны, а потом и вовсе учёный перестал пытаться сдержать смех. Стэнли вновь потянулся к сигаретам и поджёг одну. — Блять.