Глава 9. Неожиданные последствия

В очередную вылазку Давид и Таймас, восполнив запасы презервативов и смазки, отправились в гостиницу. С каждым разом они пробовали что-то новое и Авдеев все больше смелел, предаваясь разным фантазиям со своим парнем. Если в пределах части они максимум целовались и держались за руки, когда это было возможно, то в городе предавались всему тому, что хотели осуществить. В этот раз, Давид решил попробовать кое-что, что раньше вызывало лишь отвращение и ненависть к себе. Поднявшись в номер, Авдеев взял в руки ремень, что они прихватили с собой из части, и задумчиво посмотрел на возлюбленного. — Таймас, возможно, это прозвучит странно, но… я бы хотел кое-что попробовать с тобой, — неуверенно начал Давид, встречаясь взглядом с любимым, который подошел к нему и, взяв его руку в свою, переплел их пальцы. — Что именно ты хотел попробовать? — терпеливо спросил Таймас, смотря прямо в глаза Давиду, но не торопя его. Он не знал, что пришло в голову его возлюбленному на этот раз, из-за чего спокойно ожидал, когда парень ему скажет, что возникло в его голове. «Кажется, что он нервничает, — подумал Таймас, продолжая сжимать руку Давида. — Мы пробовали довольно много вещей, но сейчас… Даже и не знаю, чего бы он хотел…» Давид на какое-то время замолчал, продолжая смотреть на любимого, в горле словно застрял ком, то ли от того, что эта идея казалась странной, то ли от страха прошлого, когда все это было неправильным или просто отвратительным, однако, собравшись с мыслями, он решил сказать, о чем именно он думал. — Возможно… это будет звучать странно, — неуверенно начал Давид, сжав руку Таймаса крепче. — Может нам попробовать вагинальный секс? После того, как он сказал это вслух, он хотел отвернуться, убежать, сказать, что пошутил или что Таймасу послышалось, но уйти ему не дали, вместо этого крепкая рука обняла его за талию и притянула к себе. — Давид, ты уверен? — спокойно спросил Таймас, он не ожидал подобных слов от возлюбленного, зная, как ему было не просто раньше позволить касаться его мини-члена, а сейчас он предлагал попробовать еще более смелый шаг в их отношениях. — Я же тебе даже никогда не намекал на это, нам… Нам не нужно делать этот шаг, если ты не хочешь… Давид посмотрел на своего парня, в который раз убеждаясь, что тому был важен его комфорт, отчего сердце забилось чаще, и едва заметно улыбнулся. — Да, я не заставляю себя, Таймас, — ответил Давид, пусть эта мысль пугала, но словно тем самым он хотел преодолеть болезненное прошлое, что вызывало раньше полное отвращение к вагинальному сексу. С другой стороны, за то время, пока Авдеев думал над этим шагом, он прочитал разные статьи с опытом других трансгендерных мужчин, которые практиковали вагинальный секс, и что с его помощью можно получить удовольствие. Он знал, что при правильной подготовке и партнере ощущения могут быть даже острее, чем от анального секса, и после этого хотел попробовать. — Просто я читал, что так тоже можно получить удовольствие, и… наткнувшись на истории других трансгендерных мужчин, что находятся в отношениях с биологическими мужчинами, это и вправду может приносить удовольствие… Я… Таймас смотрел на своего парня, все больше удивляясь, насколько же он тревожился по этому поводу, отчего, обхватив пальцами подбородок любимого, прильнул к его губам, словно успокаивая. — Если ты этого хочешь, то мы можем попробовать, Давид, — выдохнул он сквозь поцелуй. — Я люблю тебя не за то, что между твоих ног член или вагина, мне это не важно, но я хочу, чтобы ты не давил на себя и не заставлял что-то делать. Если это твое желание, то я сделаю все, чтобы тебе было хорошо… Давид ответил на желанный поцелуй, чувствуя уверенность от слов Таймаса, откинув ремень, он обвил руками шею любимого, вновь соединяя их губы, проникая своим языком в его рот. Дыхание стало сбиваться, они все еще стояли прямо возле двери внутри номера, но сейчас это было не важно. — А еще мы используем ремень, — напомнил Давид, прерываясь, чтобы глотнуть воздуха. «Кажется, я схожу с ума, но… Это не важно, — усмехнулся своим мыслям Давид, стягивая с Таймаса футболку, а после и с себя, вновь увлекая его в поцелуй. — Если ты моя бездна, я готов провалиться в нее с головой…» Таймас уже подходил с возлюбленным к кровати, не переставая целовать его, руки блуждали по обнаженному телу, заставляя покрываться мурашками, а возбуждение не покидало обоих. Предвкушая новый опыт, все мысли уходили далеко, а желание брало верх. — Давид, ты так меня с ума сведешь, — выдохнул в губы любимого Таймас, повалив парня на кровать, доставая из кармана смазку и презервативы, это было их обязательным атрибутом каждую вылазку. — Но даже если так, я готов сойти с ума вместе с тобой… Давид улыбнулся, расправляясь с джинсами и откидывая их на пол, притянув Таймаса к себе, стягивая с того столь мешающую одежду. Оставшись в одних боксерах, мужчины вновь слились в поцелуе, прохладные пальцы Авдеева блуждали по спине, плечам и шее Бекбаева. Их дыхание сбилось, а возбуждение лишь нарастало с каждым поцелуем. — Таймас… я уже не могу, — простонал Давид, стягивая с любимого боксеры, обхватив рукой его член, начав ласкать сначала головку, а после плавно водя рукой по всей длине, чувствуя сильное возбуждение уже в своем паху. — Мы… Мы и правда сделаем это? — словно, желая убедиться, что это не сон, спросил Давид. — Давид… я безумно хочу тебя, — прошептал Таймас, простонав от приятных ласк, стягивая боксеры с Давида, замирая на мгновение. — Я готов делать с тобой все, что ты пожелаешь, желания моего парня очень важны, и да, мы сделаем это… Давид почувствовал, как Таймас провел пальцами сначала по его уже вставшему от возбуждения мини-члену, а следом спускаясь ниже, обильно смазывая вагинальное отверстие, и, добавив еще смазку на свои пальцы, он проник внутрь, замирая на мгновение, словно боясь, что делает что-то не так. — Таймас… Ммм… По… Подожди, — простонал Давид, чувствуя, как внутри все словно сжалось, но боли не было, было скорее что-то необычное и новое для него. — Это… Это так странно… — Тебе больно? Может вытащить? — взволновался Таймас, но Давид притянул его к себе, впиваясь, смыкая их губы поцелуем, какое-то время находясь совершенно без движения, даже выпустив из своих пальцев член любимого. — Давид? — Нет… просто странно… и даже приятно, — признался Давид, отрываясь от желанных губ, а после вернул свою руку на член возлюбленного, продолжая поглаживать головку большим пальцем и возобновив плавные движения. — Продолжай… Кажется, я готов… Таймас даже растерялся от действий любимого, но вскоре начал плавно двигаться, проникая во влагалище, стараясь не спешить, не отрывая взгляда от того, кто доверился ему полностью, добавляя еще один палец, чтобы полностью подготовить Давида к своему члену, который изнемогал от размашистых движений партнера. — Тебе хорошо? — мягко спросил Таймас, начиная покрывать поцелуями шею и плечи партнера, чувствуя, что от его действий тело Давида уже само стало выделять смазку, а каждое новое проникновение сопровождалось довольно громкими влажными звуками. — Ты точно готов? Давид начал постанывать, чувствуя сильное возбуждение, как тело и впрямь реагировало на эти проникновения. Однако сейчас в нем видели парня, а не просто «игрушку», и он хотел продолжить. — Да… я готов, давай сделаем это, — кивнул Давид, притягивая Таймаса для поцелуя, растворяясь под этими сильными руками, а вскоре приглушенно выдохнул. Чувствуя, как пальцы покинули его тело. Он закусил губу и следом прохладный латекс, что сдерживал член мужчины, покрытый смазкой, проник в его влагалище, заполняя изнутри, заставляя вскрикнуть от неожиданного приятного тепла, разливающегося по всему телу. — Давид, ты… Тебе не больно? — спросил Таймас, замирая, чтобы его любимый мог привыкнуть, ведь они делали это первый раз. — Ты так сильно сжимаешь меня… Может нам остановиться? — Нет… не останавливайся, — обвив ногами талию Таймаса, Давид вновь припал к его губам, двигая бедрами навстречу, словно призывая того продолжать. — Просто… раньше всегда было больно… — Если тебе будет больно, скажи сразу, — заботливо отозвался Таймас, углубляя поцелуй, одной рукой придерживая ягодицы Давида, а вторую запустил в его волосы, чуть сжимая. Давид кивнул ему, чувствуя, как Таймас начал плавно проникать в его вагину, но сейчас с каждым новым движением с его губ слетали стоны. Одну руку он опустил на свой возбужденный мини-член, начав надрачивать алую плоть, однако вскоре его руку закинули над головой. — Позволь мне это сделать, — выдохнул на ухо любимому Таймас, продолжая плавно двигать бедрами, наращивая темп, словно найдя ту самую точку внутри, из-за стимуляции которой Давид все громче стонал и почти выкрикивал его имя. Давид не сопротивлялся, лишь хотел вновь сжать плечи Таймаса, однако его запястья обвили ремнем, закидывая над головой, закрепив их к спинке кровати. — Ты же сам хотел это попробовать, — словно напоминая, прошептал Таймас ему на ухо, прикусывая нежную кожу. — Только скажи и я остановлюсь… — Нет… не останавливайся, — хрипло простонал Давид, чувствуя, как его руки обездвижили, прикрывая глаза. — Черт… Это… словно возбуждает еще больше… — Мой дорогой Давид, ты просто невероятен, — прошептал Таймас прямо в его губы. — Я люблю тебя… — Я тоже люблю тебя, — хрипло отозвался Давид, чувствуя, что не может контролировать свои руки, но это не помешало припасть губами к шее возлюбленного, оставляя четкий алый след, следом еще один. Мужчина чувствовал, как его тело полностью поддается на эти проникновения, не было страха или неприязни. Сейчас Давиду было очень хорошо, а возбуждение поглотило разум. — Таймас… Черт… «Оказывается, в этом нет ничего плохого, — пронеслось в голове Давида. — Блять… это… Это невероятно…» Таймас чувствовал, как его сжали намного сильнее обычного, заставляя излиться, однако он ощутил помимо этого, словно что-то не было не так, как обычно. — Давид… кажется, — хрипло произнес Таймас, покидая тело любимого, он понял, что презерватив лопнул от столь сильного сжатия, осторожно проверяя пальцами, не осталось ли ничего внутри. — У нас лопнул презерватив… Давид тяжело дышал, поэтому сначала даже не понял, почему его парень был так обеспокоен, но, ощущая, как пальцы проникли в его вагину, он простонал, опуская взгляд на член Таймаса, где красовалось то, что осталось от презерватива. — Черт, это было слишком хорошо, кажется, я слишком сильно сжал тебя, — приподнимаясь на локтях, Давид посмотрел на растерянного возлюбленного, а после сел рядом, чувствуя, как по его бедрам стекает теплая сперма. — Все хорошо, Таймас, я же не забеременею, — рассмеялся Давид и, погладив Таймаса по щеке, кратко поцеловал его в губы. — А если… А что если забеременеешь? — с недоверием переспросил Таймас, он конечно не собирался отказываться от возлюбленного, но неизвестность немного пугала. — Давид, прости… — Все хорошо, я же сам предложил попробовать, — улыбнулся Давид и положил голову на плечо Таймаса, прикрывая глаза. — К тому же, это была случайность… Расслабься… «Ну ведь и вправду, я уже давно на гормонах, какая беременность, — усмехнулся своим мыслям Давид. — Он так переживает… Это даже мило…» — Давид, если ты забеременеешь, мы вместе воспитаем этого ребенка, — уверенно заявил Таймас, но, слыша смех любимого, вновь растерялся, ибо не понимал его поведения. — Давид… мы же… Мы просто решили попробовать… — Таймас, ты слишком драматизируешь, — отмахнулся Давид, поглаживая торс Таймаса, и стянул с того порванный презерватив, выкидывая в ведро, а после поднялся с кровати, чувствуя все еще непривычные ощущения внизу, но решил не обращать на это внимания. Доставая из пакета бутылку с японским вином, что они взяли попробовать, налил каждому по бокалу, протянул один из них любимому. — Давай лучше выпьем за еще один барьер, что мы преодолели вместе… Таймас терзался мыслями о том, какие последствия могли быть от того, что презерватив порвался, но, видя хорошее настроение любимого, решил излишне не терзать себя. — Знаешь, ты меня сильно удивил подобным желанием, — улыбнулся Таймас и, чокнувшись бокалами, они выпили новое для себя вино. — Как ты себя чувствуешь? — Хорошо, знаешь, на самом деле, сначала было страшно, но когда я понял, что боли нет, и то, как отреагировало мое тело, я впервые смог кончить от вагинального секса, видимо, поэтому так сильно и сжал тебя внутри, — взяв сухие полотенца, что лежали на тумбочке, Давид вытер свои ноги от лишней смазки и спермы, а после натянул боксеры. — Мне понравилось… Но все же, анальный секс я люблю больше, — усмехнулся Давид. — Я рад, что не разочаровал тебя, Давид, — улыбнулся Таймас и натянул боксеры, отправляясь с Давидом на балкон, где они устроили столь привычный для обоих перекур. — Чаще всего я сверху, мы могли бы поменяться, — предложил Таймас, вспоминая, что у его парня был пакер, который они могли использовать. — Знаешь, да, мы могли бы меняться в постели, — согласился Давид, прикуривая сигарету, о чем-то задумавшись. — Ты бы видел свои глаза, когда понял, что кончил в меня, — рассмеялся Давид, выдыхая облачко дыма. — Давид, я ведь и впрямь перепугался, а если бы латекс еще внутри остался, — покачал головой Таймас, затягиваясь сигаретой, это было некой традицией после близости выходить на балкон, чтобы утолить «никотиновый голод», а после отправиться вместе в душ. — И все же… ты говорил, что не делал никакую нижнюю операцию, как ты можешь быть уверен, что все будет хорошо? Нам еще служить больше полугода… — Таймас, все будет в порядке, я уверен, — покачал головой Давид, совершенно не задумываясь, что этот день может иметь совершенно неожиданные последствия для них обоих.

***

Две недели после произошедшего

Давид вспомнил, что ему пора было появиться на укол и регулярное обследование, что предоставляла любая часть для трансгендерных людей, что проходили обязательную военную службу. Он второй раз приходил за уколами гормонов и совершенно не задумывался о том, что что-то может пойти не так. После инъекции его отправили по врачам, однако у гинеколога он был дольше обычного, из-за чего уже сам стал переживать. — Извините, что-то не так? — спросил Давид, видя нахмуренное лицо молодой девушки, что делала ему УЗИ и до сих пор всматривалась в экран аппарата. — Я что, со стенкой, блин, разговариваю? И сколько можно уже там внутри водить? Светлана Потапова была местным гинекологом, которая уже второй призыв работала в части, помогая трансгендерным людям, но подобное она видела впервые. Словно опомнившись, девушка вынула аппарат из парня, а после разрешила ему одеться, печатая результаты УЗИ, начиная делать пометки в личном деле новобранца. — Авдеев, вы занимаетесь проникающим вагинальным сексом с мужчинами? — спустя какое-то время спросила Светлана, ожидая ответа. Давид, застегивая форму, замер, поворачиваясь к врачу, такого вопроса он не ожидал. Пусть он и не скрывал, что ему нравились мужчины, да и все уже в части знали, что Таймас был его парнем, но что такого увидела эта девушка, что так в лоб его спрашивала. — Эмм… А в чем дело? У меня есть постоянный партнер, но мы практиковали вагинальный секс лишь один раз, недели две назад, и все, — пожал плечами Давид, пока еще не понимая, что случилось. — Мы занимаемся анальным сексом, но мы же оба полностью здоровы… — Авдеев, я не говорила, что вы больны, лучше сядьте, — в приказном тоне сказала девушка, смеряя молодого парня взглядом. — Вы хоть и являетесь мужчиной, но ваши репродуктивные органы — женские. Итак, Авдеев, спрошу еще раз. Вы занимались проникающим вагинальным сексом с защитой или без? Хотя даже с защитой не дает вам стопроцентной гарантии… — Что вы имеете в виду? Ну занялись мы разок вагинальным сексом, правда у нас лопнул презерватив, — покачал головой Давид, сложив руки на груди, все еще не понимая, почему гинеколог так настойчиво спрашивала об этом, словно был наивным мальчишкой. — Я же на гормональной терапии уже более десяти лет! — Авдеев, что ж, поздравляю вас и вашего парня, вы беременны, — прямо сказала Светлана, поражаясь наивности этого новобранца. — Вы что, ни разу не изучали риски беременности у трансгендерных мужчин? Тестостерон не является стопроцентным гарантом от беременности, как и средства контрацепции. Теперь каждый месяц будете находиться под наблюдением, если конечно вы планируете оставлять ребенка. И полный отказ от гормональной терапии на весь срок беременности. Вопросы есть, Авдеев? — Но… Но ведь это было один раз! — растерянно произнес Давид, а после посмотрел на снимок УЗИ, где ничего не понял, но Светлана стала ему объяснять, показывая развитие плода, называя срок, соответствующий их прошлой близости с Таймасом. — Я… Я могу подумать? «Как, блять, это возможно? — выругался Давид. — А ведь Таймас был тогда растерян… Один раз и уже залетел, че за дерьмо?» — Если хотите сделать аборт, у вас есть еще десять недель, — спокойно ответила Светлана. — Если это случилось из-за изнасилования, вы можете подать в суд на того, кто это сделал… — Нет, это не было изнасилованием! Я сам захотел, но блять, я не думал, что так получится, — обхватив голову руками, Давид закрыл свое лицо, не зная, что ему и сказать. — Я… Я не хочу избавляться от него… Но… — Авдеев, что ж вы сначала делаете, а потом причитаете на последствия? — покачала головой Светлана. — О чем тогда вы хотите подумать, если хотите оставить ребенка? — Мне… Мне необходим доступ к психологу, — вдруг выпалил Давид. — И… Не говорите ничего Таймасу Бекбаеву! — Так вот кто второй папаша, — покачала головой Светлана. — Да, конечно, вы можете обратиться к армейскому психологу, она работает с трансгендерными мужчинами и сталкивалась с подобными случаями вне стен части. Хорошо, это ваше решение, Авдеев. — Спасибо, — забрав снимки УЗИ, он отправился в сторону курилки, пряча все результаты в карман армейских штанов. «Твою мать! Блять! Да че теперь делать? — придя в курилку, Давид пнул лавку, закуривая сигарету, его пальцы тряслись, а сам он никак не мог успокоиться. — Сам смеялся над Таймасом, какого хуя не полез почитать?» — Дебил ты! Тридцать лет, а мозгов нихуя! — ругал себя Давид, но боялся пойти и поговорить со своим парнем. — Че делать-то теперь? Вспомнив, что можно было позвонить родным или друзьям, он достал из кармана телефон и набрал лучшему другу, которому до этого обычно лишь иногда писал, но сейчас было важно именно поговорить. — Серега, это я, Давид, — выпалил Давид, дождавшись, когда друг возьмет трубку. — Братан, что случилось? Ты явно чем-то взволнован, — заметил по голосу Серега. — Ты первый раз мне звонишь с момента, как прибыл на службу… — Помнишь, я тебе говорил, что у меня парень появился? — пытаясь успокоиться, начал Давид. — Он что-то тебе сделал? Мне его поколотить? — оживился Серега. — Он что, ведет себя так же, как этот ублюдок Никита? — Нет-нет, вовсе нет! Он не такой! Серый, не надо его бить, — перебил его Давид. — Просто… — Да что, блять, случилось? Хорош ходить вокруг да около. Ты че, блять, первокурсница перед зачетом? — не выдержал Серега. — В общем… я сегодня был у врача и, кажется, я теперь беременный, — сказал Давид, после чего услышал громкий крик в трубку: — ЧЕГО БЛЯТЬ! БЕРЕМЕННЫЙ?! — переспросил Серега. — Как так вышло? Вы же с резинкой трахаетесь, и, насколько помню, ты говорил, что только аналом занимаетесь. — Две недели назад мы занялись вагинальным сексом, так еще и презик лопнул, — рассказал Давид, ведь совершенно забыл поделиться этим с другом. — Ты там под чем-то, братан? Ты и вагинальный секс? — переспросил Серега. — Я был полностью трезв, Серый! Не беси меня! — взвыл Давид, делая очередную затяжку. — А, ой, простите, вы же у нас теперь беременный! — не удержался Серега. — Но почему ты вообще пошел на этот шаг? — Начитался, что от этого тоже можно получить удовольствие, и решил попробовать, — признался Давид. — Че делать-то теперь? — А твой благоверный знает? — усмехнулся Серега, поражаясь рассказу друга. — Че делать? Либо рожать, либо аборт, если не хочешь. А если хочешь, то Таймасу расскажи! Судя по вашим отношениям, он тогда вообще на руках тебя носить будет… — Да нет конечно, я потому тебе и позвонил! Я до сих пор в ахуе, — выругался Давид, закуривая еще одну сигарету. — Я хочу оставить ребенка. Но… ему сказать? Да как я ему скажу? — Ну знаешь, берешь такой свои яйца в кулак и идешь говорить! Прямо, как есть. Мол, Таймас, заделал ты мне ребенка, теперь разгребай, — усмехнулся Серега, все еще удивляясь. — Или ты теперь хочешь расстаться с ним? — Не хочу, я люблю его… Мне страшно, Серый, — покачал головой Давид. — Я и беременность, что, блин, за приколы? — Раз любишь, то расскажи, — уже начиная беситься от слов друга, взвыл Серега. — Ну а что, думаю, тебе пойдет живот, — рассмеялся Серега, не удержавшись от шутки. — Блять, да иди ты нахуй, Серый! — взвыл Давид. — Ладно, я с ним поговорю. Спасибо тебе, Серый, вот вернусь, буду тебя доставать! — Какие мы грозные! — рассмеялся Серега. — Ты бы это, курил поменьше, раз ребенка оставить хочешь, вредно это все-таки… — Сам разберусь, — отмахнулся Давид и, сбросив вызов, выкинул бычок, собираясь отправиться в сторону казарм, однако перед ним появился тот, из-за кого он не находил себе места. — Давид? Что-то случилось? — мягкий голос раздался прямо напротив, заставляя замереть. «Ты что, все слышал? — подумал Давид. — Блять… нет-нет-нет, ты не должен был этого слышать…» — Ничего, — соврал Давид, собираясь уйти, однако его руку сжали, заставляя остановиться. — Еще скажи, что ты слышал мой разговор… — Слышал, — спокойно отозвался Таймас, продолжая сжимать его руку. — Но я бы хотел, чтобы ты сам мне сказал, что именно тебя заставило отпинать лавку и выкурить почти полпачки сигарет за один раз… «Что блять? Полпачки? — не веря своим ушам, Давид приподнял бровь, понимая, что его парень слышал абсолютно все и даже не злился. — Почему он такой спокойный? Сука… Надо что-то придумать…» — Ой бля, да нормально все, — соврал Давид, пытаясь отпираться. — Я… Я пошел… Таймас не дал ему сдвинуться с места, продолжая смотреть прямо в глаза любимого, видя в них панику и страх, но не к нему, а к тому, что он пытался скрыть. — Давид, прошу, скажи мне, — терпеливо произнес Таймас, коснувшись рукой щеки возлюбленного, словно успокаивая. — Я же твой парень и мне важно знать, что тебя беспокоит… — Я… Это… Вот, — достав из кармана снимок УЗИ, Давид вручил Таймасу его в руки, словно там можно было что-то понять, ему самому врач долго объясняла, и то он сказал, что понял, но ничего не понял на самом деле. — Я, блять, залетел от тебя! «Сука… как же сложно это было сказать, — выругался Давид, продолжая нервничать, он хотел провалиться сквозь землю от своего признания. — Это так нелепо… Мы оба парни, но почему я никогда не задумывался, что есть риск беременности на гормональной терапии? Может потому что раньше никогда не рассматривал вагинальный секс?» — Давид, получается, что в тот раз… — Да, срок именно такой, — опуская взгляд, Давид невольно коснулся живота, где зарождалась жизнь, но самому было не по себе от этого. — Доволен? Теперь отпустишь меня? — Давид, это… Это невероятно, куда еще отпущу? — покачал головой Таймас, обняв мужчину за талию, прижимая к себе, коснувшись его живота, и нежно поцеловал в губы. — Знаешь… Я переживал, что это может случиться, а ты все смеялся, что это невозможно. Но теперь… я буду заботиться о тебе все это время… Однако, разве тебе не будет тяжело в армии? Может, стоит раньше вернуться на гражданку? И ты ведь оставишь ребенка? — Я что, по-твоему неженка что ли? — возмутился Давид, но, чувствуя крепкие руки на своем теле, немного успокоился. — Конечно я его оставлю, но… я не знаю, что делать… Это пугает… — Конечно нет, но твое положение теперь. У тебя есть я, у тебя и нашего будущего малыша, — уверенно произнес Таймас, погладив любимого по щеке, и поцеловал в губы, словно давая обещание. — Я никуда не пропаду и сделаю все, чтобы тебе ничего не вредило… А у нашего ребенка будет два отца… Давид растерялся от столь уверенных слов своего парня, но внутри сердце сжалось от того, что до этого он считал, что станет сразу ненужным, как только Таймас узнает о его беременности, а все сложилось совершенно иным образом. Они были парой, любили друг друга и Бекбаев был готов к любым событиям, что могли ждать их дальше, в отличие от самого Авдеева. — Таймас… мне страшно, — отрываясь от желанных губ, он посмотрел на любимого, словно ища в нем поддержку. Он понимал, что временный отказ от гормонов может серьезно понизить его самооценку, может вернуться дисфория, так еще они находились в армии. — Все это время мне нельзя вести терапию… А еще… потом вырастет живот… — Давид, мне тоже страшно, я не думал, что вот так мы станем родителями, даже ничего не обсудив, но это наш ребенок, — уверенно произнес Таймас и погладил своего парня по спине. — Я понимаю, но даже, когда у тебя появится живот, это никак не повлияет на мои чувства к тебе. И что бы ни случилось, мы есть друг у друга, а теперь и наш будущий ребенок… И все же я тебе говорил, что и сам получил образование психолога. Либо мы можем обратиться к армейскому психологу. Что бы ты ни выбрал, я буду рядом… Давид тяжело вздохнул, но смог расслабиться от слов возлюбленного, прикрыв глаза, и уткнулся носом ему в шею, успокаиваясь от его запаха и мирного дыхания. — Спасибо тебе, — едва слышно произнес Давид, обхватив руками талию Таймаса, все еще стоя прямо так, посреди дороги до курилки. — Я не могу поступить иначе с тем, кого люблю, — улыбнулся Таймас, потрепав Давида по коротким волосам, и поцеловал в макушку, продолжая прижимать к себе. — Ты у меня невероятный. Боялся рассказать мне о беременности. Мой глупенький, ты думал, что я тебя брошу? Ни за что! — Да… думал, что стану тебе ненужным, учитывая, что я хочу оставить ребенка, — пробормотал Давид. — Или скажешь, что я неправильный… — Давид, я люблю тебя и твоя беременность меня ничуть не отталкивает, это же наш ребенок. Так почему я должен был отказаться от тебя? — покачал головой Таймас. — Может, мы оба какие-то неправильные, но разве это важно? Важнее то, что мы чувствуем друг к другу, а с остальным справимся вместе. Давид лишь что-то пробормотал в ответ и, продолжая прижиматься к любимому, окончательно расслабился, понимая, что однажды не зря доверился этому человеку.