Глава 1. Дороти Фостер.

Открыв дверь в небольшую кофейню, девушка торопливо оглядела столики. Пару дней назад главная героиня новеллы, в которую ей довелось попасть много лет назад, отправила ей письмо с просьбой о встрече. Когда-то давно она уже встречала её и даже оказала некую помощь, но их отношения явно не дотягивали до дружеских. И тут, несколько дней назад, когда начался сюжет новеллы, она ни с того ни с сего пишет ей. Найдя взглядом двух людей, сжав в руках юбку скромного монастырского платья, она тревожно направилась к ним. Девушка за столом быстро встала и напряжённо улыбнулась. Рядом с ней сидел мальчик — на вид лет тринадцати-четырнадцати, не больше. Беловолосый, худой, с острыми плечами, которые торчали из-под дорогого, но явно с чужого плеча камзола. Он скрестил руки на груди и смотрел на Роману с плохо скрываемым презрением. — Здравствуй, Романа Стрит. Я очень рада, что ты всё-таки пришла. Проигнорировав то, как мальчик фыркнул, Романа поприветствовала главную героиню в ответ: — Я была сильно удивлена твоей просьбе встретиться после стольких лет, Дороти Фостер. На деле это было не просто удивление — полноценный шок с последующим страшным ожиданием назначенной встречи. — О чём ты хотела поговорить? — не выдержала она. Сев напротив, Романа поймала унижающий взгляд мальчишки. — Адрик, не мог бы ты оставить нас наедине? — злостно прошептала Дороти, явно не впервой стыдясь поведения своего спутника. Бросив взгляд на него, Романа опешила. Она представляла второго любовного интереса главной героини совсем иначе — но перед ней сидел ребёнок. «Принц Адрик. Внебрачный сын короля. Ему, наверное, лет тринадцать-четырнадцать. И он уже втянут в политические игры?» — Приветствую вас, ваше высочество, — всё же сказала она, низко склонив голову. Мальчик даже не посмотрел в её сторону. Проигнорировал приветствие, демонстративно отвернулся к окну и спокойно ушёл прочь, не дожидаясь, пока его прогонят. Глядя на уходящую фигуру — узкую спину, острые лопатки, — Романа почувствовала странную смесь удивления и жалости. «Ребёнок. Совсем ребёнок. А уже втянут во взрослые игры. Неужели в оригинальном сюжете он действительно вырастет в одного из главных героев?» Пока она отвлеклась на него, Дороти незаметно достала конверт. Увидев, как она положила его на середину стола, Романа сосредоточила взгляд на нём, заметив напечатанный знак. — Это... Для аристократов вроде Дороти это приглашение было бесполезным. Но для неё, работницы монастыря, это был золотой билет. — Да, это приглашение на собрание спонсоров. Я уверяю вас, они сердечные люди и готовы предоставить любую помощь хорошим проектам. Приглашение на собрание было её единственным шансом обзавестись хорошими знакомствами и попросить помощи для монастыря. В последнее время её сердце сильно волновалось — детям приходилось так далеко ходить до школы, но сделать с этим она ничего не могла. Постройка учебного заведения при храме была не простым занятием, а в её реалиях просто невозможным. Но с этим приглашением... — Что вы хотите взамен? — Облизав нижнюю губу, её глаза жадно загорелись. В душе Дороти не считала Роману недостойной присутствовать на собрании. Она отдала бы приглашение просто так — для неё та была серьёзным человеком с доброй душой, и она была бы рада помочь её монастырю. Сердце главной героини кольнуло от стыда за то, что она шла на такие меры, но разум твердил: сейчас лишняя сердечность не поможет. — Разве ты не была хорошим другом с моим братом? Романа вздрогнула при упоминании этого человека, напряглась. — Возможно, это так, — подтвердила она с горьким привкусом на языке. — Как девушка ты должна понять. Меня хотят выдать замуж. И... я не в восторге от выбора семьи. — Дороти протянула руки к её ладоням. — Может быть, ты сможешь уговорить брата отказаться от этой затеи. Услышав просьбу главной героини, Роману будто ударило током. Заметив, как она напряглась, Дороти сжала её ладони в своих. От этого небольшого движения на чистой белоснежной коже рук стали видны голубые нити вен. — Я не прошу вас делать многое, — тяжело сглотнула Дороти. — Надоумьте его сослать меня на защиту границы или в монастырь. Главное — чтобы это был не брак. — Как же я это сделаю? — прошептала Романа, шокированная настроем Дороти. Даже будучи в душе человеком двадцать первого века, для неё всё ещё было необычно, что дворянка сама решает пойти на тяжёлый труд. — Прошу, сделай всё, что будет в твоих силах. — Умоляя дрожащим голосом, Дороти будто совсем не замечала, как её глаза намокли. — Даже если ничего не получится, я буду рада, что ты хотя бы пыталась. Пару секунд Романа пялилась на нежные руки девушки, и её существо кричало: откажись. В романе героиня должна была попросить главного героя заключить брак и, конечно же, по всем канонам впоследствии влюбиться в него. А не просить помощи у едва знакомого человека. Дороти встала из-за стола, протянула конверт поближе, стыдливо вытирая намокшие глаза. Попрощавшись с Фостер, Романа почувствовала на душе неприятный холодок. Сидя над конвертом с приглашением, она не решалась его открывать. Прикрыла глаза, решив покопаться в памяти, чтобы понять, что делать. В сюжете её брат, граф Лорейн Фостер, был тем ещё гадом. Самое худшее — она лично ощутила на себе всю соль его характера. --- Когда Романа впервые открыла глаза в этом мире, она ужасно испугалась. Пару минут назад она была в школьном медпункте — и вдруг очутилась в стоге сена на поле. Слава всем богам, некоторые воспоминания этого хрупкого тела всплывали в её голове, и она нашла дорогу домой. Единственной семьёй на тот момент был только отец, но толку от него было мало. Денег при их ежедневной работе хватало лишь на то, чтобы не жить в полной бедноте. Об образовании и речи не шло. То, что раньше было для неё обыденностью, стало непосильной роскошью. Для шестнадцатилетней девушки это стало ужасным открытием. Прожить всю жизнь, корячась в поле, она не хотела. Поэтому сразу же наметилась в монастырь недалеко от деревни. Уж лучше монашкой, чем это! Когда она уже почти отчаялась с судьбой необразованной простолюдинки, в очередной раз молясь в храме, она познакомилась с маркизом Бернаром. На вид злой и гнусный старичок предложил ей спонсорство для образования. — Но почему? — не веря, спросила девушка. Он почесал шею, промычал себе под нос про просьбу сына и взглянул за спину. Там, немного поодаль, покраснев, стоял — как ей тогда показалось — сын рыбака. Как оказалось, Даниэль Смит, которого она вместе с его сестрой по вечерам обучала грамоте за небольшую плату, был внебрачным сыном маркиза. После того как его призвали на службу из-за дворянской крови, он попросил отца дать ей спонсорство, настаивая на её способностях. Как бы по-сумасшедшему это ни звучало, она согласилась. И вскоре уже училась в столичной академии. «Романа никогда тебя не забудет, миленький красавчик!» К сожалению, она поздно поняла, в какой новелле находится, и связалась с плохим человеком. Вследствие чего её завалили на заключительном экзамене из-за его связей. Знаете, кто был тем плохим человеком? Этот сукин сын — Лорейн Фостер. Тупорылый братец главной героини. Кто мог подумать, что он окажется таким уродом и выдворит её из академии? Когда-то она действительно думала, что они близкие люди. А он! Глубоко вздохнув, Романа достала из сумки другой конверт. Если бы её не выгнали, то полгода назад она бы уже сдала последний экзамен. По необычайному совпадению, сегодня утром она получила письмо от Лорейна с просьбой о встрече без возможности отказаться. От одной мысли об этом лицо начинало пылать от гнева. Самое раздражающее — за отказ её могли повязать за измену, ведь он был помощником принцессы. Даже то, что она принадлежит к духовенству, не спасёт. А ведь чтобы предотвратить любые встречи с ним, она специально отказалась от работ в столице в пользу управления монастырём в этом небольшом городе. Но даже так, всякий раз, когда она ездила в столицу по работе, он каким-то образом отлавливал её в коридорах зданий или на улицах и тут же тащил на своеобразное свидание. Она уже давно поняла: он получает особое удовольствие, капая ей на мозги. По-видимому, являясь редким по темпераменту человеком в этом мире, его нарциссичная натура полюбила дразнить её, выскабливая ложечкой мозг. Вспомнив, что уже двадцать минут должна сидеть в другом кафе, куда он её любезно пригласил, Романа приподняла уголок губ и вышла из здания, засунув в сумку приглашение на собрание. Неторопливо идя на место встречи, на полпути её остановили двое сложённых мужчин. — Мисс Романа Стрит, верно? Мягко улыбнувшись, один из них ответил: — Не волнуйтесь. Мы по приказу графа Фостер должны проводить вас. Она отступила назад, испуганно согласилась, разглядев на их одежде имперский знак. Видимо, он догадался, что она специально пошла долгим путём. Свернув на короткий путь, в сопровождении двух мужчин, её отвели к столику в дорогом ресторане. Страшная, предвещающая проблемы улыбка на лице Лорейна напугала её, но она всё равно неловко села напротив. Переведя взгляд с карманных часов на неё, он сказал: — А ты не торопилась. Опоздала на двадцать восемь минут. Вспомнив, что ей сейчас нужно будет изменить его намерение женить героиню, она пожалела, что назначила встречу с Дороти впритык с его. — Все девушки опаздывают на свидания, — недолго думая, сказала Романа. Зло усмехнувшись, граф закрыл часы и подозвал официанта. Пока она ждала, когда мужчина закончит заказывать блюда, вся её спина истекла потом. Зная этого психа, он просто так не простит ей опоздание и как-нибудь отомстит. Раздражаясь уже от одного его присутствия, она пыталась оставаться невозмутимой. «К чёрту. Это не так уж важно. Этот лицемер всегда и на всё обижается». Немного посидев в тишине, Лорейн задал вопрос: — Как у тебя дела? Казалось, чем больше она напрягалась, тем смешнее ему становилось. — Нормально. А у тебя? — неловко проговорила она и сжала губы. Лорейн быстро вытянулся на заданный вопрос, будто павлин, привлекающий самку. — Да вот, хочу создать свою информационную гильдию. Назову в честь принцессы. Отпив чая, услужливо налитого официантом, она поставила чашку на стол. — Ага... — Подождите. — Как? — Назову в честь Жаклин. Разве не так называлась организация, глава которой помогал главной героине?.. Некоторые люди в комментариях даже умудрялись считать неизвестного владельца этой организации третьим любовным интересом. Но вы хотите сказать, что этот человек был братом героини? Второстепенным злодеем? Глубоко сожалея, что не дочитала последние двадцать глав, Романа начинала проваливаться в пучину страха. Кто знает, чем закончилась оригинальная история, если главный столб, на котором держался сюжет, вдребезги разрушен? Выпрыгнув из своих мыслей, она уловила, что тема разговора перешла на его злодеяния, уже описанные в новелле. Этот козлина даже не стеснялся и рассказывал ей абсолютно всё, будто она была его личным дневником. Неужели ему так важно, чтобы кто-то знал о его тёмных делишках, даже если есть риск, что об этом прознают власти? Она повернула голову к окну и стала смотреть, как мужчина вдалеке запрягает повозку. Удивительно, но это казалось ей интереснее, чем его непрекращающиеся нахваливания самого себя. Видимо, её вяло поднятая бровь не посчиталась хорошей реакцией на его рассказ о всепротянутых руках его графства — он смутился. «Нарциссичный придурок». Глядя на смену его эмоций, в душе она ликовала. Позвал её, чтобы похвастаться и насытить свою гордыню? Катись к хренам! Уже готовая сослаться на важные дела в монастыре и уйти, она вдруг опомнилась и вспомнила просьбу Дороти. Повернув голову, посмотрела на раздражённого Лорейна, который понял, что ему больше нечего рассказать, но почему-то не стремился заканчивать встречу. — А как поживает твоя сестра? — Какая разница, что там с этой идиоткой? — быстро прорычал граф. Тут же осознав, что она впервые задала вопрос не из вежливости, он посветлел. — Ох, и недавно я заключил её помолвку с бароном Арчи. Видела бы ты этого мудака... Уж точно, они пара, созданная на небесах, — жестоко насмехаясь, говорил Лорейн. Романа понятливо промычала, не зная, как дальше развить тему, и выдала первое, что пришло в голову: — Всё ещё не могу поверить, что наши ровесники уже женятся и заводят детей. Ей захотелось зарыться в землю от стыда, как только она снова открыла рот. — Такими темпами я буду единственная, кто так и не женился. «А это тут при чём, идиотка!» — дала она себе мысленную оплеуху, густо покраснев. В этом мире не было каких-то сложных правил для монахинь — точнее, для тех, кто, как и она, доказав наличие образованности в столичном храме, был отправлен в разные части страны для управления. Главное было не делать то, что богиня не одобряет. А из-за постоянно переписывающихся священных текстов с лёгкой подачи правящей семьи эти запреты меняются при каждом новом внешнем конфликте. Но брак, что было для неё необычным, никогда не был запрещён для служителей богини. Подняв взгляд со стола, она встретилась с непонятным выражением лица Лорейна — у того со лба потек холодный пот. Его вечная высокомерная насмешка сменилась чем-то иным, будто он испугался. «Понятно, он уже заметил, какой бред я несу, и решил, что у меня поехала кукуха». Вдруг, нервно улыбнувшись, он со странной интонацией начал говорить: — Отец просто хочет поскорее увидеть внуков и настоял на проведении свадьбы кого-то из нас двоих. Иначе бы он не отдал мне место графа. Начав заикаться из-за её потемневшего лица, он продолжил: — Романа, не грусти. У нас ещё много времени! Не зная, почему он принял её безразличие за грусть, она с непониманием смотрела, как он взял её руку в свою. «Видимо, у них это семейное...» Вспомнив, как сегодня Дороти умоляла её уговорить не выдавать себя замуж, она и вправду загрустила — и это, наверное, стало слышно в её голосе. — Может, есть какие-то другие варианты, вместо того чтобы поспешно выдавать свою сестру замуж? Почувствовав, как Лорейн нервно подскочил на месте, она приподняла брови. «Чего это с ним?» Молча смотря на покрасневшие лица друг друга, казалось, воздуха в помещении становилось всё меньше. Расширив глаза, мужчина резко убрал свою руку от её. — Да ты с ума сошла! Испугавшись внезапного крика аристократа, Романа скорчила обиженное лицо. Она почувствовала себя любовницей, объявившей о нежелательной беременности. — Это слишком большая просьба для тебя? Конечно, отложить свадьбу, наверное, сложно, но не невозможно же. Да и она ни о чём толком не попросила. — Да не в этом дело. Тяжело дыша, он поднялся со своего места. «Если я остановлюсь сейчас, то будет ли это считаться попыткой помочь? Конечно нет! Романа, нужно идти до конца», — уверила она себя в сердце и продолжила: — Мы ведь не незнакомцы друг другу. Почему не хочешь послушать своего давнего друга? — Блять, Романа. — Он приложил ладонь ко лбу. — Какая муха тебя укусила? — Но... Казалось, это было его последней каплей. — Раньше нужно было думать, когда я предлагал! «О чём он вообще?» — подумав, что мужчина говорил о чём-то своём, она успокоилась. Отвернувшись, Лорейн, не оборачиваясь, покинул ресторан. «Он что, убегает от меня?» Оставшись сидеть в пустом зале, Романа сглотнула с чувством, будто её резко отшили. «Ну, главная героиня, я пыталась». С чистым сердцем идя к монастырю, она вдруг опомнилась. «А он случайно не подумал, что я предложила ему пожениться?» «Раньше нужно было думать, когда я предлагал!» Блять. В прошлом он и вправду это предлагал. Так уж случилось — главная героиня не совсем была права в том, что они с ним были хорошими друзьями. Они встречались, хотя друзьями были намного дольше, чем парой. По факту, его отец требовал свадьбы одного из них. Было неважно, кого именно. Неужели она только что предложила стать жертвенным ягнёнком вместо главной героини? Лорейн всегда был странным человеком — понять его мысли б ыло ужасно сложно. Она не могла понять, к чему ей теперь готовиться. К мести за оскорбление его чести или к полному игнорированию? Ох, как же она была наивна, думая, что всё так легко закончится.