Глава 13. Сара

«Бурю» Сара любила: как-то незаметно этот корабль стал для нее домом. Но даже любимый дом перестает радовать, если тебя запирают в нем насильно. Отец частенько наказывал так их со Скоттом, когда они попадались на очередных хулиганских похождениях. Это совершенно не походило на тюрьму: в их распоряжении были умная кухня и служба доставки, они даже могли играть в приставку, используя громадный экран в гостиной. Да и сами апартаменты Райдеров на Цитадели были нескромно просторными – особенно если сравнивать с крошечной квартиркой, которую они потом снимали на Земле. Но из-за невозможности покинуть родные стены те словно сжимались и давили на череп, будто тиски фиксатора для деталей. Ее каюту на «Буре» тоже нельзя было назвать тесной. Сара сперва даже робела от такой вызывающей роскоши, отвыкнув от нее за время службы. А сейчас мерила блестящий пол широкими шагами и понимала, что задыхается. Не от тесноты – от ярости, бессилия и унижения. «Сара, я обнаружил несанкционированное подключение к коммуникационным протоколам «Бури», – только что сообщил ей СЭМ по их внутренней связи. – Сигнал проходит через узел Нексуса. С вероятностью девяносто четыре процента исходящие разговоры прослушиваются, а исходящие сообщения перехватываются. Рекомендую ограничить использование стандартных каналов связи, если хочешь сохранять свои коммуникации в тайне от директора Танна». Сара со свистом выдохнула воздух сквозь зубы и заставила себя успокоиться. Ладно. Допустим, звонить и писать электронные письма она не может. Но она тут не одна! У нее есть друзья. В верности большинства спутников Сара даже не сомневалась. А Пиби была авантюристкой, обожающей приключения, и помогала не из лояльности, а из любопытства. И только Кора… С ней они все еще пребывали в состоянии холодного нейтралитета. Кора так и не простила ей смерть Алека и уведенный из-под носа статус Первопроходца, а Сара не смогла забыть упреки, кинутые в лицо в момент, когда она и так была разбита и несчастна. И последующие почти незаметные, но острые шпильки. Могла ли она на нее положиться? Сара предпочитала не рисковать. И возможно, делала этим пропасть между ними еще шире… Сара написала рукописные записки всем своим доверенным товарищам и предупредила о возможной слежке. Кто знает, вдруг «Буря» нашпигована микрофонами, просто им об этом никто не сказал? А еще попросила их побродить по Нексусу, послушать сплетни и попробовать найти союзников. И, если повезет, компромат на самого Танна. Ветру она прицельно отправила к Сид, вдруг та сможет что-то придумать со связью? А Драка – к Кеш. Раз та так его уважала, может прислушается к его словам и поверит, что на Кадаре все под контролем? … Или это она так думает, потому что увлечена главным трикстером этой планеты? Суви досталась самая важная и деликатная миссия: успокоить Скотта. Наверняка тот уже наслушался каких-нибудь отвратительных сплетен и бесится, а ему, с его перегруженной разморозкой нервной системой, волноваться нельзя. Невозможность увидеть брата вызывала у Сары приступы особо лютого бешенства. Когда ее команда, неестественно громко обсуждая походы по магазинам, покинула корабль, Сара вдумчиво обошла свою каюту со сканером и, убедившись, что «жучков» нет, засела за терминал. Ее интересовали файлы с Уставом и регламентами Инициативы. Вдруг получится побить бюрократа его же оружием? Спустя час Сара откинулась в кресле, потирая виски. Она знала военные уставы. Те были сухими, жесткими, но логичными. А этот был похож на спагетти: любое правило можно было обойти через три других, если знать, где тянуть. В двенадцати тысячах страниц каждое слово имело вес и каждое «если» тянуло за собой три «то». Штурм с разбега оказался не особо эффективным – она заплутала в определениях, перекрестных ссылках на разные пункты и подпункты и слегка ошалела от обилия однообразных словосочетаний. Наверное, нельзя смотреть на закон, как на врага. Нужно воспринимать его, как инструмент. А еще лучше – как агрегат, который можно разобрать на части и посмотреть, из чего он сделан и как именно работает. Разобрать! А ведь это отличная идея. – СЭМ, – позвала она. – Выдели все параграфы, где встречаются слова «отстранение», «полномочия Первопроходца», «временное ограничение», «единоличное решение директора». Текст на экране сжался, разбился на блоки и перегруппировался. Сара пробежала глазами по ключевым фразам, мысленно отмечая важное. – Дальше. Сгруппируй по смыслу: основания для отстранения, процедура, права отстраненного, апелляция. Блоки вновь перестроились. Теперь она видела не хаотичный свод правил, а карту. Логику, которую можно проследить. – Вот, – спустя несколько минут Сара ткнула пальцем в экран. – Раздел двенадцать, пункт девять: «Временное отстранение Первопроходца требует согласования с Советом». Совет не созывали. Танн действовал единолично. Это уже превышение полномочий. – Я не вижу ни протокола созыва Совета, ни распоряжения о его сборе, – подтвердил СЭМ. – Дальше. Найди, что считается «чрезвычайной ситуацией». Он наверняка попытается сослаться на это. СЭМ подсветил несколько абзацев. Сара пробежала их глазами и усмехнулась. – Угроза уничтожения станции, нападение враждебных сил, техногенная катастрофа… Мои переговоры с изгоями под это не подпадают. Он блефует. А теперь ей следовало выяснить, что делать с расследованием по поводу ее некомпетентности. И приказом о перлюстрации, конечно. Она поерзала, устраиваясь поудобнее, и вновь вызвала полный текст Устава. Работа отняла еще пару часов. Зато теперь у нее на руках имелись сразу несколько жирных козырей. Во-первых, приказ о прослушке, в нарушение Устава, не был согласован с главой службы безопасности. СЭМ подтвердил, что не обнаружил его в архиве. А во-вторых, расследование в отношении Первопроходца должна проводить комиссия, назначенная Советом. Танн не имел права назначать следователя единолично. Ну а в-третьих, он публично с ней ссорился. И это тянуло на конфликт интересов – директор Танн не мог заявлять о своей беспристрастности. Все его трепыхания по поводу расследования теперь выглядели напрочь незаконными. – И, если я передам эти данные Кери, и она их обнародует, будет серьезный скандал, – с удовлетворением кивнула Сара и потянулась в кресле всем телом. – Отлично. Не будем тогда спешить. Один скандал его не сломает. Мне нужна не просто свобода и лицемерное замятие конфликта. Мне нужно сделать так, чтобы Танн вообще не смел больше мне мешать! Подождем слушания, СЭМ. Может, моя команда найдет еще что-то? Эх, связаться бы с Первопроходцем Хайджером! Вдвоем воевать веселее... Но Лумонт Хайджер связался с ней сам. Драк, вернувшись с прогулки по Нексусу, буркнул, что Кеш подумает, сунул ей в руки датапад и утопал на кухню. Видимо, разговор оказался не самым легким. Может, все-таки не стоило смешивать семейные отношения и политику? Сару кольнул стыд. А потом она открыла файл на датападе, и ее сердце радостно застучало: «Первопроходец Райдер, я не получил ответа на свои письма. Подозреваю, что они не дошли. Я знаю, что вас отстранили. Это абсолютно незаконно, и я уже потребовал объяснений от Совета. Меня не пустили к вам, но это ничего не меняет. Вы не одни. Саларианцы помнят, что вы спасли наш ковчег, колонисты помнят, что вы дали им надежду. Я добьюсь, чтобы вас выслушали. Не отчаивайтесь. Хайджер». Сара тут же села писать на этом же датападе ответное письмо, вставляя в него цитаты из Устава. Если Хайджер ищет союзников, ему будет полезно узнать, где именно прокололся Танн. В конце она все-таки попросила его сохранять эту информацию в тайне. Пусть лучше она остается орудием шантажа, чем поводом для бунта. От письма ее отвлекла Ветра, которая с победной ухмылкой вручила ей другой датапад: – Здесь ключ шифрования. Сид создала для тебя защищенный канал. Теперь ты не будешь отрезана от мира! – Это не опасно для нее? – встревоженно спросила Сара. – Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то пострадал. – Риск небольшой, не волнуйся, – успокоила Ветра. – Сид поставила ключ на свой узел. Все, что отправлено с этим кодом, пойдет через служебные каналы. Их не проверяют. А если кто-то что-то заметит, она всегда может сказать, что это технические данные. У нее есть допуск, технические каналы – ее зона ответственности. Главное не превышать трафик, и никто ничего не заметит. Сара быстро ввела код, и ее омни-тул тут же мигнул входящим сообщением. Безымянным, конечно. – Ого! – удивилась Сара и открыла текст. «Слышал о твоих проблемах. Если нужна помощь – дай знать. Есть кое-какие ресурсы. Рейес». – Рейес, – прошептала она, чувствуя, как разом запылали ее щеки и уши. – Он хочет помочь! И быстро набрала ответ: «Помощь в таких делах никогда не бывает лишней. Спасибо! Я очень рада, что ты написал. Сара». А потом вздохнула и удалила последнюю фразу. Вдруг это просто деловая переписка? И проявление ее чувств – это снова какое-нибудь там давление? Рейес просто делится ресурсами, как союзник. Она поддержала его, он поддерживает ее – ничего личного, сплошная политика. От этих мыслей ей захотелось побиться лбом об стену. Ну почему все так сложно? Через пятнадцать минут комм снова мигнул: «Хорошо». «Хорошо». Одно слово. Не «скучаю», не «береги себя», не «напиши, как пройдет слушание». Просто «хорошо». Сара, вздохнув, убрала комм и заставила себя думать о другом. Например, о том, как размажет Танна на слушании. От Лиама Сара не ждала быстрых результатов. Но когда он вернулся под вечер, хмурый и немного навеселе, она поняла: новости все же есть, и плохие. – Люди устали, – сказал он, садясь в кресло. – Злы. Боятся. И не знают, кому верить. – Но ты нашел тех, кто готов нас поддержать? – Нашел, – Лиам помедлил. – Вопрос – готова ли ты их вести? И он рассказал, что абсолютно всех его собеседников, вне зависимости от их статуса, одинаково волновали две вещи: маленькие пайки и непрозрачные решения властей. Техники злились, что Танн экономит на запчастях, но требует результатов, как будто у них под рукой бесконечный запас ресурсов. Медики жаловались, что люди находятся на грани нервного истощения. Все полгода работали сверхурочно почти без выходных, без надежды и без внятной перспективы. И на здоровье это аукалось до сих пор. Многие так и не простили Танну кроганов и шепотом называли его палачом… – Тот пикет из-за очередей на выход из криостаза, который устроили в отсеке гидропоники, до сих пор вспоминают, – доложил Лиам немного встревоженно. – И как ты поругалась с Танном, чтобы дать добро на внеочередную разморозку. И как безопасники снова целились в своих. Не все на твоей стороне, кое-кто боится, что ты вызвала новый хаос. Но большинство думает, что ты поставила Танна на место. Им недовольны. И многие поддержат перемены. Но нужен лидер. Ты уверена, что хочешь им стать? Бунты редко заканчиваются чем-то хорошим… – На Кадаре получилось, – парировала Сара. – Получилось ли? Поживем, увидим. От мысли, что пацифист Лиам тоже сомневается в методах Рейеса, ей стало отчего-то грустно. А с другой стороны, самому Рейесу его одобрение не требовалось. Может, и ей этого не искать? Просто делать свое дело и не оглядываться на мнение других… Но ведь так можно остаться совсем без союзников – или превратиться в тирана наподобие Танна. И еще неизвестно, что хуже. Саре остро захотелось написать Рейесу. Спросить, как он? Как дела у Кимы, у Коллектива, у Порт-Кадары? Что говорят люди? Что теперь будет с пиратами и контрабандистами? И это даже не выглядело бы, как любопытство! Это информация, которая могла оказаться полезной! Ну и что, что среди этих вопросов главным был бы: «Как ты?». Она опять вздохнула и покачала головой. Сейчас не время. Потом, они непременно поговорят обо всем потом. А пока лучше написать Скотту. Суви немного его успокоила, но Сара знала своего чертова братца. Он виртуозно умел себя накручивать! Остаток вечера прошел в активной переписке. Скотти то преувеличенно бодро рапортовал об успехах на фронтах своего здоровья, ты сыпал дурацкими шуточками, то ныл, что его все бросили, и ему одиноко. И Сара то хихикала, читая его послание, то злилась, то судорожно подыскивала правильные слова – отвлекая от печальных мыслей брата и отвлекаясь сама. Пиби вернулась позже всех, и ее рассказ расстроил Сару окончательно. Она всегда была неравнодушна к науке, а по словам Пиби выходило, что Танн запрещает проекты, в смысле которых попросту не смог разобраться. Он не понимал научных формулировок, а ученые не умели объяснять по-человечески. «Кажется, им нужен переводчик», – подумала Сара. И добавила этот пункт в свой список. Еще одна гирька на весы некомпетентности самого Танна. А прямо среди ночи ее комм снова тихо пискнул входящим сообщением, и Сара чуть не подскочила от неожиданности. Письмо от Рейеса! Сердце застучало еще быстрее. Она открыла экран и начала читать, представляя, что слышит его голос: «Кое-что нарыл… Доказательства нецелевого использования ресурсов будут через пару дней. И еще, по мелочи. Я поговорил с Кандросом, объяснил, что главная теперь Кима… в общем, отправь к нему Кору. Он не слушает дипломатов. Ему нужен кто-то, кто говорит на его языке. И еще: он ценит сильных женщин. Не знаю, как это поможет, но имей в виду. С Кеш тоже договорился – расширим заправочную на Баккере. Ей это выгодно. Прости, остальное быстрее не выйдет. Держись. Рейес». Сара тихо рассмеялась. Отличная инструкция: «Кандросу нравятся сильные женщины, отправь Кору соблазнять его». Не слишком честно и этично, зато умно и действенно. Она перечитала записку еще несколько раз и покачала головой. И когда он все успел? У него же там своих дел хватает. Ее пальцы легли на клавиатуру и набрали: «Спасибо – и за помощь, и за совет! Очень по-шарлатански, но мне нравится. Береги себя. Сара». Сообщение ушло, и через минуту пришел ответ: «На здоровье. Прости, если разбудил. Спокойной ночи. Рейес». – СЭМ, а в Порт-Кадаре сейчас какое время суток? – запоздало спохватилась Сара. – Четыре часа утра, Сара. Ей захотелось поцеловать экран. Он не спит, думает о ней, помогает с ее проблемами! Сара быстро набрала: «И тебе спокойной ночи!». А потом долго лежала и то улыбалась в потолок, то жарко краснела, вспоминая, что происходило между ними той ночью на крыше администрации. И все же спала она плохо – ей опять снился проклятый флагман Архонта, и чужая рука, выдирающая ее сердце. Но адреналин гнал вперед. Ей предстоял разговор, который она откладывала слишком долго. Сразу после стремительного завтрака Сара отправилась искать Кору, все еще не представляя, какой тон ей выбрать. Она не была уверена, что Кора Харпер воспринимает ее всерьез. Часто казалось, что Кора просто делает вид, приняв ее командование. И как же до нее достучаться? Кора оказалась в их маленьком тренажерном зале, оборудованном в инженерном отсеке, и как раз заканчивала серию упражнений с грави-штангой. Сара подождала, пока она выключит генератор массы и вытрет лицо полотенцем, а потом сказала серьезно: – Мне нужно с тобой поговорить – как с профессионалом, чье мнение я уважаю. Кора подняла бровь, но ничего не сказала, только скрестила руки на груди. Ее лицо было полностью бесстрастно. – Кандрос сомневается в идее аванпоста на Кадаре, ты знаешь. Ты можешь назвать причины, почему он будет против? А потом – аргументы, которые помогут его переубедить. – И почему ты пришла с этим именно ко мне? – скептический вопрос был вполне оправдан. Сара и в самом деле нечасто с ней советовалась. На самом деле, ни разу. – Потому что вы похожи, – честно сказала она. – Вы оба военные, оба умны, оба полностью преданы своему делу, оба дотошны в мелочах и умеете их подмечать. Брови Коры взметнулись вверх: – Это был завуалированный комплимент? – уточнила она удивленно. – Может быть, – пожала Сара плечами. – В любом случае, комплимент вполне заслуженный. Кора усмехнулась и покачала головой: – Ты правда думаешь, что его можно убедить? Он будет спрашивать: а что, если Коллектив перестанет подчиняться? Что, если Кима – всего лишь глава преступного синдиката? Что, если ресурсов на Кадаре окажется меньше, чем мы думаем? – Кора задумалась. – Ладно. Допустим… Можно сказать ему, что аванпост – это разведбаза и форт в стратегически важной точке. Он поймет язык войны. Насчет синдиката можно сказать, что в Порт-Кадаре наконец-то появились правила, защищающие права торговцев. Нам это на руку. А чем зарабатывает Кима – не наше дело. И добавить про ресурсы. Железо, сера, платина, вода. А в ближайшей перспективе – сельское хозяйство. То, что Нексусу жизненно необходимо. И проще получать это через аванпост, чем добывать с боем или покупать. Это он тоже поймет. – Спасибо, – Сара с уважением кивнула. – А теперь я попрошу тебя о большем. Кора напряглась, ее взгляд снова стал подозрительным, но она промолчала. – Поговори с Кандросом, пожалуйста. Не как мой представитель, а просто… поговори. Как военный с военным. Услышь его. И попробуй сделать так, чтобы он услышал тебя. – Ты хочешь, чтобы я пошла к нему сама? – Кора прищурилась. – Раньше ты держала меня подальше от таких разговоров. Что изменилось? – Мне нужен не дипломат, – снова предельно честно ответила Сара. – Мне нужен тот, кто говорит на его языке. Это ты. Кора помолчала. Ее лицо оставалось бесстрастным, но в глазах опять мелькнуло что-то похожее на удивление. – Я не обещаю, что он изменит мнение, – наконец отозвалась она. – Я и не прошу. Просто поговори как равный с равным, без всякой политики. – Ладно, – Кора с сомнением кивнула. – Я поговорю. Не ради тебя – ради дела. Сара не стала спорить. Ради дела – так ради дела. Главное, что она согласилась. Когда Кора ушла, Сара заняла тренажеры сама. И задала себе такую нагрузку, что от тревожных мыслей не осталось и следа. Дело было не только в том, уломает ли Кора Кандроса. Но и в том, по-настоящему ли она будет его убеждать? Или просто выполнит приказ командира, чисто для галочки? Но когда Кора вернулась, ее глаза блестели: – Не знаю, убедила ли я его, но он меня услышал, – сказала она с непонятной усмешкой. – Это было очень плодотворный и… интересный разговор. – Спасибо, Кора, – улыбнулась Сара с облегчением. – Обращайся, – пожала та плечами. – Да, обязательно. Кора обернулась и посмотрела на нее испытующим взглядом. А потом кивнула и все-таки ушла.  Сара посмотрела ей вслед и впервые за долгое время подумала, что лед между ними может растаять. И для этого нужно всего лишь обращаться с Корой так же, как и с остальными в ее команде – не как с подчиненной и не как с соперницей, а как с равной. Может, это и есть то, чего Коре не хватало все это время? А ей самой не хватало этого восхитительного ощущения надежного тыла. Вся ее команда с ней заодно. И значит, вместе они справятся с чем угодно. Даже с Танном.