Глава 14. Сара

Следующий день тянулся бесконечно долго. Сара выучила найденные ею цитаты из Устава наизусть, поболтала со Скоттом, а потом решительно направилась в инженерный отсек, чтобы заняться амортизаторами «Кочевника». Работа, до которой все никак не доходили руки, должна была помочь ей перестать ежеминутно проверять комм: не пропустила ли она сообщение от Рейеса. Гил управился бы за пятнадцать минут – она копалась два часа. Но это было даже хорошо. Руки заняты, в голову не лезут мысли о Рейесе, о Танне, о дурацком слушании, которое может все разрушить. После того, как диагностика подтвердила, что переустановка выполнена без ошибок, Сара откатилась под капот и открыла панель доступа к двигателю. Здесь возни было меньше: просто заменить чип контроллера на новый, задать алгоритм и откалибровать. Гил оставил инструкцию, но половины специфичных терминов она не поняла. Пришлось действовать по наитию – принцип работы она все-таки знала. – Если я сейчас взорву вездеход, Гил меня убьет, – пробормотала она, вставляя чип в разъем. – Вероятность взрыва ничтожна, – бесстрастно ответил СЭМ. – Вероятность того, что Гил расстроится, гораздо выше. Сара усмехнулась: – Ого! Удачная шутка! Поздравляю, СЭМ. – Это не было шуткой, Сара. Но я внес твою реакцию в свою базу. Руки уже болели от непривычной работы на весу, спина затекла, а комм все молчал. Она начала думать, что Рейес забыл о ней… или что у него самого проблемы. Но вовремя себя одернула. Он обещал, а значит, справится. Все будет хорошо. Сара внесла правку в код и все-таки посмотрела на комм. Нового сообщения, разумеется, не появилось. Она уже закрепляла бронированную пластину на кожухе панели управления, когда коммуникатор все-таки пискнул. Сара вздрогнула, едва не стукнувшись головой о дно вездехода, докрутила болт, а потом выбралась наружу и развернула экран омни-тула. Архив с файлами сопровождало короткое сообщение: «Извини, что долго. Вот, что удалось найти. Рейес». Она выдохнула: – Я говорила, что он справится! – Ты не говорила, ты думала, – уточнил СЭМ. – Я зафиксировал превышение уровня кортизола и снижение вариабельности сердечного ритма. Это тревога, Сара. Она влияет на когнитивные функции. – Ну, теперь можешь зафиксировать, что она снизилась, – немного нервно рассмеялась Сара и запустила разархивацию. И, прежде, чем начать изучение, написала Рейесу: «Получила, спасибо! Читаю». Внутри ее ждал не стройный отчет, а несколько папок с россыпью файлов, сканов, заметок, копий накладных и складских учетов. Она вчиталась и тихо хмыкнула: накладная на списание двигателя шаттла, и в этой же папке ремонтный журнал без отметки о замене и оплаченный счет за работу. И везде – электронная подпись Танна. – Двигатель списали, деньги потратили, а старый так и стоит на месте? – пробормотала она озадаченно. До нее дошло, что именно прислал ей Рейес. Сара принялась листать дальше: расхождения в топливных отчетах. Двойные накладные на ремонт одного и того же отсека. Завышенные заявки на ремонт и техобслуживание. Приказы об ограничении доступа к отдаленным складам. А поверх всего этого списки внеочередных разморозок и нестыковки с распределением пайков. – Танн воровал ресурсы, тайком размораживал себе подручных и прикармливал их? – все еще недоумевая протянула она. – Это тянет на теневую структуру. Зачем она ему? В то, что Танн – обычный вор, Сара не верила. Скорее уж, параноик и трус, который набивает склады «на черный день», чтобы выступить потом в роли спасителя. Впрочем, она не настолько хорошо его знала, чтобы утверждать что-то определенное. Зато знала точно: эти файлы – ее главное оружие. И им следует распорядиться с умом. Сара усмехнулась и набрала новое сообщение: «Кажется, теперь мой черед шарлатанствовать? Надеюсь, справлюсь». Ответ пришел через пару минут: «Задатки у тебя есть, не сомневайся. Под меня же ты копала?». Она хихикнула уже в голос и быстро напечатала: «Все-то ты знаешь. Ладно. Буду думать, слушание завтра. Спасибо еще раз!» Ответ был коротким: «Удачи!». Вернувшись в свою каюту, Сара с ногами забралась на кровать и еще раз вдумчиво перечитала все документы. Если их обнародовать, Нексус точно вспыхнет, как пропитанная горючим ветошь. Но, что если Танн успеет ударить первым? Отнимет у нее статус Первопроходца, засадит под замок, а то и вовсе уложит в криосон на сотню лет? Сара сжала кулаки. У нее нет сотни лет. Архонт может в любой момент атаковать Нексус, и ему будет нечего противопоставить. Или подобрать-таки ключи к Меридиану, и вместо долгожданного дома они все получат выжженную пустыню. Значит, она должна действовать наверняка. Например, для подстраховки отправить защищенным каналом копии документов Хайджеру. Сара считала Хайджера союзником, но что она о нем знала? Только то, что он ей рассказал. И главный вопрос, который ее беспокоил: почему он сам настолько пламенно ее защищает? Неужели ей действительно встретился безупречный идеалист и рыцарь?.. Тогда Раека не сделала бы его своим преемником. Она была прагматиком, как и все Первопроходцы. Значит, и Хайджер – прагматик, а никакой не идеалист. Идеалистам в их работе не место. Вопрос только в том, насколько его прагматизм совпадает с ее интересами? У него явно есть какие-то свои резоны! И значит, она отправит ему только часть файлов. Другие части разделит между своей командой – как залог того, что они будут действовать сообща даже без нее. Если ее уберут, значит Танн еще хуже, чем о нем думают, и Нексус должен узнать правду. Она разбила файлы на четыре части, подписала каждый: «Для свидетеля. Использовать только в случае моего исчезновения или ареста», – и отправила Ветре, Лиаму, Джаалу и Хайджеру. А потом позвала в свою каюту Кору: – На «Буре» установлена прослушка. Можешь сказать об этом Кандросу? И о том, что Танн отдавал приказы без его согласия. Кора мгновенно подобралась, ее взгляд сделался цепким и острым: – У тебя есть доказательства? – СЭМ обнаружил подключение к коммуникационным протоколам «Бури». На этом датападе логи: дата, время, продолжительность, идентификатор узла, через который шел перехват. Это официальный узел связи, значит, у прослушки высокопоставленный «заказчик». Но приказа от Танна не было, СЭМ проверил. Кандрос – начальник службы безопасности, остальное раскопает сам. И еще, пусть заглянет в Устав Инициативы. Задержание Первопроходца без санкции совета незаконно, как и назначение ответственного за расследование. А мнения совета никто не спрашивал, правда? Если он захочет, может поделиться этим с Кеш и Эддисон, наверняка их это тоже удивит. Но я прошу, чтобы они приберегли эту информацию до слушания. Так будет эффективнее, а лишняя шумиха только навредит. Кора напряженно кивнула: – Скажу. Есть еще что-то, что мне следует знать? Сара на секунду замялась, а потом подумала, что ведь и ее отец не зря выбрал своей заменой именно Харпер, и призналась: – Мне помогли и с защищенной связью, и с поиском информации. У меня есть кое-что на Танна. Надеюсь, что с этим я смогу его прищучить – особенно, если остальные члены совета будут на моей стороне. В глазах Коры мелькнуло уважение, а потом она рассмеялась: – Я рада знать, что ты не сидела, сложа руки. Что ж, я присоединюсь к твоему заговору. Если мы смолчим, значит настоящий преступник окажется безнаказанным. Пойду, удивлю Кандроса. Сара осталась одна. Сердце колотилось. Она только что раздала оружие, которое могло уничтожить Нексус. Теперь оставалось только ждать. А спустя час ей пришло письмо от Хайджера. «Получил ваше послание. Даже в неполном варианте это отличный инструмент и для защиты, и для нападения. И, боюсь, вам придется его использовать. По Нексусу пошли новые слухи, которые касаются вас лично. Говорят, что вы продались кадарской мафии. Уже есть те, кто готов в это поверить. Уверен, что источник слухов – директор Танн, но доказательств у меня нет. Со своей стороны, работаю над нейтрализацией этих слухов через свои каналы. Пока без заметного успеха, но процесс идет. Однако думаю, вам следует предпринять ответный шаг. И теперь я знаю, что вы с этим справитесь. С уважением, Лумонт Хайджер». Дочитав, Сара с силой ударила по столу кулаком: – Да какого черта?! Готовы поверить, да?! Ну что за идиоты! – она злилась на них, на Танна, на себя – за то, что ей не все равно. Из глаз сами собой брызнули слезы, Сара вскочила и заметалась по своей каюте, пытаясь успокоиться. Получалось плохо – обида и злость толкались в груди, задевали ребра острыми краями. Зачем она лезет вон из кожи? Зачем рискует собой и подставляется под пули? Ради них? Тех, кто готов поверить любой гадости?.. Сара выдохнула сквозь зубы. А если это придумал не Танн? Если эти сплетни притащили какие-нибудь контрабандисты, которые видели, как они с Рейесом целовались прямо посреди города? Кто поверит во внезапную и нелепую любовь, если есть объяснение поинтересней? Она едва не взвыла – злость и обиду щедро приправило отчаяние. Ничего она не докажет. Никогда. Никому. Значит и пытаться не стоит. Она замерла, а потом выдохнула: – Ну уж нет… Он не дождется, я не буду плясать под его дудку! Решение пришло само собой: не как план, а как единственный способ выжить. Не защищаться – атаковать самой. Танн хочет попортить ей репутацию? Чудесно! Пусть попытается. Особенно после того, как она ввалится к нему в кабинет, и сама ухватит его за яйца… или что там у саларианцев вместо них? Все еще яростно сопя, Сара набрала код приемной Танна и, услышав приветствие секретарши, отрывисто бросила: – Это Райдер, Миррис. Сообщи, пожалуйста, директору Танну, что я хочу с ним поговорить. Наедине. Срочно. После совсем небольшой паузы Миррис ответила. И ее голос звучал немного смущенно: – Директор Танн ждет вас у себя через полчаса, мэм... Он просил передать, что предоставит вам сопровождение. Он сказал, что не хочет, чтобы какие-нибудь горячие головы причинили вам вред… – Передай директору Танну мою благодарность, – процедила Сара сквозь зубы и дала отбой. Подошла к кулеру, набрала полный стакан воды и выхлебала его залпом. А потом хрипло попросила: – СЭМ, мне нужно успокоиться. Думаю, протокол «Боевая готовность» сейчас будет в самый раз. Активируй. Сара почувствовала, как что-то изменилось внутри. Не резко, как укол или вспышка, а плавно, будто кто-то медленно повернул невидимый тумблер. Бешено колотящееся сердце успокоилось, забилось медленнее и ровнее. Потом ушла дрожь в руках. Дыхание, только что сбитое и поверхностное, само собой углубилось, подстроилось под какой-то ритм, которого она не задавала. Сара сделала вдох – и воздух вошел в легкие свободно и без усилий. Слух и зрение обострились, слезы, только что перцем жгущие глаза, высохли. Гнев остался, но он перестал раздирать тело изнутри, а превратился в холодную, острую, сфокусированную ярость. Как лезвие резотрона, возникшее в руке. – Протокол активирован в щадящем режиме, – сообщил СЭМ. – Эмоциональный фон стабилизировался, когнитивные функции не нарушены. Эффект продлится два часа. По истечении этого времени возможна легкая усталость. Рекомендую завершить переговоры до наступления утомления. – Завершу, – ответила Сара. Ее голос прозвучал ровно, с чужими жесткими интонациями. – Я не собираюсь с ним любезничать. До кабинета Танна ее проводили турианец и азари в униформах безопасников. Без винтовок наперевес, но со слишком красноречиво глядящими из креплений пистолетами. Сара вышла из «Бури» в столь же красноречиво гражданской одежде – мягких спортивных штанах и обтягивающей футболке, с обнаженными пустыми руками. Она видела, как обитатели Нексуса косились на их троицу, пока они шли к монорельсу, и знала, что породила новую сплетню. Кто-то опасливо отводил от нее взгляд, кто-то, наоборот, смотрел с сочувствием или тревогой. Один рабочий негромко, но отчетливо сказал: «Удачи вам, Первопроходец». Охранник-турианец рядом с ней напрягся, но промолчал. Сара не обернулась. Она смотрела прямо перед собой, но благодаря протоколу прекрасно слышала и шепотки, и сдавленные восклицания: «Ее арестовали за то, что она пыталась нам помочь? Это ужасно». «Танн избавляется от тех, кто ему не угоден!». «Если даже Первопроходца могут вот так увести… что будет с нами?» Танн сам вложил в ее руки детонатор от бомбы. В кабинет Танна ее впустили все же одну, несколько раз просветив сканером в приемной. Когда она вошла, Танн стоял к ней спиной, демонстративно разглядывая карту Элея на голографической панели, и не повернулся на ее шаги. – Добрый день, директор, – поздоровалась Сара. Сейчас вежливость была ее броней, куда лучшей, чем укрепленные пластины на боевом скафандре. Она прошла к столу для брифинга, отодвинула стул и села, уперев локти в столешницу. – Спасибо, что нашли время для разговора. Я хотела обсудить с вами несколько моментов, которые вызывают у меня вопросы. Танн обернулся и поглядел на нее с удивлением, словно ждал совсем другого начала. – Говорите, Райдер, – кивнул он с наигранной снисходительностью. – СЭМ зафиксировал несанкционированное подключение к коммуникационным протоколам «Бури». Логи показывают, что сигнал шел через официальный узел связи Нексуса, – ее голос оставался все таким же нейтральным, а на лице не дрогнул ни один мускул. Танн слегка нахмурился. Он был саларианцем, а те отлично умеют держать лицо. – Прослушивание было санкционировано в рамках расследования! А вот интонация оказалась ему неподвластна. В ней отчетливо сквозило раздражение, прикрывающее другую эмоцию – растерянность. Теперь, когда собственные эмоции не мешали думать, Сара видела это предельно четко. – Директор по безопасности Кандрос его не санкционировал. СЭМ не обнаружил в сети копии соответствующего приказа. – Вы не имеете права требовать от меня отчета! – с возмущением воскликнул Танн. Прекрасно. Она все же выбила его из колеи. Дальше будет легче. – Я имею право знать, почему мои каналы прослушиваются. Мы ведь оба действуем в одном правовом поле, правда? – Сара сделала короткую паузу и продолжила: – И на благо Нексуса. Мой долг – защищать Нексус. А значит, защищать и вас лично, директор Танн. Мне жаль, что между нами возникло недопонимание. Крупные темные глаза Танна сузились. Разумеется, он ей не доверял. Это было и не нужно. Но последняя фраза временно его обезоружила. – Именно желание защитить вас и мир на Нексусе объясняет мои действия. Дело в том, что ко мне попала информация, которая, если станет известна, навредит не только вам, но и всей станции. Я хочу вам помочь. И жду, что вы тоже пойдете мне навстречу. – О чем вы говорите, Райдер? – теперь он выглядел встревоженным. И совсем чуть-чуть напуганным. – О фактах, которые не должны попасть в чужие руки, и особенно – в руки журналистов. Отстранение от должности без решения Совета. Перлюстрация и назначение следователя без санкции Кандроса. А кроме того – списанные запчасти, фальшивые накладные на ремонт, полные припасов склады, которых нет в официальных отчетах… Мне продолжать? – Вы угрожаете директору? – сдавленно спросил Танн и тяжело оперся руками о стол.    – Ну что вы. Я здесь не для того, чтобы угрожать. Я хочу предложить выход, который сохранит вашу репутацию и позволит нам работать дальше. Вы можете объявить, что расследование не выявило нарушений, и отстранение снимается. Я просто вернусь к работе на благо Инициативы, а наши разногласия останутся в прошлом. – Я доложу Совету о вашем шантаже!             – Ваше право. Думаю, то, что они узнают, их заинтересует. Взгляд Танна заметался, а дыхание сделалось частым и загнанным: – У вас нет доказательств.             – К сожалению, есть, и весомые. Вот, например, накладные, – Сара быстро скинула файл с омни-тула на голографическую панель. – А это сводка неучтенных ресурсов… Документы растянулись на всю огромную поверхность, отчетливо сияя одной и той же электронной подписью.  – Прекрати немедленно, Райдер! Ты на Кадаре нахваталась этих трюков?! – Это хорошие трюки, – Сара пожала плечами. Ее дыхание оставалось все таким же ровным, а голос – спокойным. Она не ощущала ни злорадства, ни торжества, ни обиды, только холодную, тяжелую ясность. – Я уже говорила, но повторю: все мои усилия направленны только на одно – защиту безопасности Нексуса и колоний. Танн на мгновение прикрыл глаза, собираясь с силами, а потом резко выключил голопанель. – Я не поддамся на твой шантаж.  – Что ж, тогда до встречи на слушаниях, – она поднялась со стула. – Вы будете защищаться, я буду вынуждена нападать. Кого поддержит Совет? В худшем случае эти факты попадут в руки Кери, и о них узнает весь Нексус. – Сара покачала головой: – Я не хочу этого. Но мне нужно продолжить работать, а вы не оставляете выбора. Танн промолчал, его впалая грудь колебалась вверх и вниз от быстрого и неровного дыхания. Сара его не торопила, давая время все осмыслить. А потом негромко произнесла: – Я не прошу вас меня любить. Я прошу просто не мешать. А взамен я принесу вам выгодный союз. Кадара готова торговать с Нексусом – это ценные ресурсы и не менее ценные партнеры. Мы не в той ситуации, чтобы от такого отказываться. Танн посмотрел на нее долгим странным взглядом. А потом сухо сказал: – Я подумаю. – Думайте, – кивнула Сара. – Время до слушаний у вас есть. И, не оборачиваясь, зашагала к выходу. Сопровождающие поджидали ее в приемной, и все так же молча и неотступно проследовали за ней по станции до самой «Бури». Но по дороге совершенно не возражали, когда она останавливалась у магазинчиков или перебрасывалась короткими фразами с теми, кто решался с ней заговорить. – Первопроходец Райдер! У вас все хорошо? – то и дело с тревогой спрашивали ее. – Да, все под контролем, не переживайте, – спокойно отвечала Сара. На корабле она заново пересортировала полученные от Рейеса документы, так, чтобы без заминки выкладывать их по мере нарастания их абсурдности, и начала добавлять к ним маркеры и пометки с пояснениями. Но спустя час Сара почувствовала странный дискомфорт. Внимание до поры сосредоточенное и острое, как игла, стало рассеиваться, движения стали менее точными. А потом ее тело охватил озноб, да такой, что зубы застучали, а руки затряслись так, что стало сложно попадать по клавишам. Кажется, это была реакция на окончание действия протокола. – Щадящий, да? – спросила она с иронией, перебираясь на кровать. – А что произойдет после режима на всю катушку? Я просто вырублюсь на месте? – Я сумею довести тебя до безопасного места, Сара, – пообещал СЭМ. – Но для этого придется задействовать твои внутренние резервы. Именно так и случилось на флагмане Архонта. – И как же с этим справлялся отец, если он пользовался этой штукой так часто? – Алек выработал устойчивую привычку к выходу из протокола. Своего рода иммунитет. Сара сидела, обхватив колени руками, чувствуя, как дрожит ее тело. Как возвращаются и страх, и тревога, и неуверенность, почти перерастая в панику. Как грудь распирают подступающие рыдания. Ей хотелось закрыть глаза и сбежать от этой реальности хотя бы в сон. Но вместо этого она открыла комм и быстро набрала: «Я с ним поговорила. Смогла надавить, и он явно испугался… Но я не знаю, что будет дальше. Вдруг, я сделала хуже? Прости, если оторвала от дел. Я просто не знаю, к кому еще с этим обращаться. Сара». Ответ пришел через минуту: «Все в порядке, обращайся в любое время. Да, это пока не победа, но ты смогла его деморализовать. Теперь главное – не дать ему опомниться. Я подумаю, куда еще можно сейчас надавить. Если у тебя есть идеи и нужны еще ресурсы или контакты – пиши. Рейес». Сара тяжело вздохнула. Ни «как ты», ни «держись». Просто анализ. А чего она ждала? Это… это было так по-рейесовски. Она усмехнулась – тихонько, одними уголками губ. Потом набрала: «Спасибо. Идей нет, я просто устала. Спокойной ночи». И через пару минут получила новое сообщение: «Тогда ни о чем не думай и просто ложись спать. Завтра силы тебе потребуются. Спокойной ночи!». Сара невольно улыбнулась этому восклицательному знаку, свернулась на кровати калачиком и разрешила себе вместо ужасно сложной политической игры подумать о Рейесе. О его темнеющем от желания взгляде, о его чутких руках и ласковых губах. О том, как он смотрел на нее – как на главное чудо и самое большое сокровище. Тревога и паника в ее груди начали медленно оплавляться и таять, пока не исчезли совсем. А она грелась мыслями, что Рейес постоянно думает о ней и готов помогать всем, чем может, в любое время суток, и из Первопроходца Райдер, который несет на себе весь Элей, снова становилась просто Сарой. Глупой и влюбленной. И сама не заметила, как заснула. Проснулась Сара отдохнувшей и готовой ко всем испытаниям. Слушание было назначено ровно в полдень по времени Нексуса. Она остановилась перед дверью, глубоко вдохнула, прогоняя страх. Внутри было пусто и зябко. «Ты справишься», – сказала она себе. И вошла В зале для брифингов оказались одни знакомые лица – и весь совет Нексуса во главе с Танном, и Первопроходец Хайджер, и секретарша Миррис с планшетом для протокола, и следователь – капрал Барт Каммингс, назначенный Танном, скорее всего, за его исполнительность. Лиам болтал с капралом еще до отстранения Сары и других достоинств у него не заметил. Про Каммингса Сара уже знала, а вот присутствие Уильяма Спендера ее удивило. Вообще-то, это она вела против него следствие, и даже стащила шифратор из его комнаты. Правда, не смогла взломать его сама и отдала специалистам Кандроса. Спендер кражу, конечно же, заметил, и ничего доброго от него сейчас ждать не приходилось. Миррис дождалась кивка Танна и официальным тоном произнесла: – Начинаются слушания по делу о достаточности компетенций Первопроходца Райдер. Слово директору проекта «Инициатива» Джаруну Танну. Тот прокашлялся и начал: – Все мы знаем, что звание Первопроходца Саре Райдер досталось вопреки преемственности рангов и исключительно по воле Алека Райдера. Все мы испытывали сомнения в правомерности и целесообразности этого поступка. Слишком молодой и неопытный Первопроходец мог стать угрозой для исполнения нашей миссии. Однако она продемонстрировала находчивость, удачу и энергичность, которые принесли свои плоды. Поэтому я предлагаю считать доказательства некомпетентности Сары Райдер, собранные Бартом Каммингсом, ничтожными и восстановить ее в должности со всеми вытекающими полномочиями. Разумеется, если совет Нексуса сочтет мое предложение здравым. – Танн поглядел на собравшихся с тонкой улыбкой и сделал широкий жест рукой: – Последнее слово за советом. Сара нахмурилась. Танн все же нашел лазейку в их договоре и, судя по уверенному виду, не сомневался, что его предложение отвергнут. Кандрос, Эддисон и Кеш удивленно переглянулись. Кеш покачала головой и только приготовилась что-то сказать, как ее перебил Спендер: – Я протестую! Слушание не может быть отменено! Сара Райдер – преступница, сотрудничающая с кадарским криминалитетом, и изменница! Он вскочил с места, выхватывая из кармана датапад. Лицо его раскраснелось, голос дрожал от плохо скрываемой паники. Танн, который до этого смотрел на него с вежливым, но ледяным спокойствием, нахмурился. – Я попрошу вас объясниться, Уильям Спендер. – У меня есть доказательства! – тот выкрикнул это так, будто речь шла о спасении его жизни. Он подбежал к голографической панели и скинул на нее с датапада целую серию снимков. И на каждом были Сара и Рейес. В «Тартаре», на улице, в администрации по время вечеринки Слоан. Хм, а они отлично смотрятся вместе! – Вот! А это логи переписки Первопроходца Райдер с контрабандистом Рейесом Видалем. Они обсуждают поставки оружия и передачу секретных данных… На экран полетели строки сообщений. Кеш наклонилась, вглядываясь в них, Кандрос остался неподвижен, Эддисон сдавленно охнула. Сара почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Если Совет поверит этому проходимцу и призовет ее к ответу – ей конец. А если поверит, но промолчит – тоже конец, но медленный и унизительный. А Спендер листал свой датапад дальше: – А еще есть показания свидетелей – все это время Райдер шпионила в пользу Кадары! – Спендер, – голос Танна стал тише, но в нем появились угрожающие металлические нотки. – Откуда у вас эти «доказательства»? – У меня есть контакты на Кадаре, я забочусь о безопасности Нексуса, – Спендер не заметил ловушки, преданно пожирая взглядом Танна. Сара подавила нервный смешок. Все ее волнение улеглось, словно даже снимок Рейеса придавал ей силы. Ее голос прозвучал ровно, почти скучающе: – Во-первых, слежка за моей личной жизнью – это превышение полномочий. Во-вторых, эти «логи» – подделка. Рейес Видаль не контрабандист, а честный торговец. Правда, Кандрос? Тот с раздражением поджал мандибула, а потом сухо ответил: – У меня нет доказательств. Но это не значит, что я ему доверяю, – он бросил на Сару недовольный взгляд. Сара кивнула, словно не ждала от него других слов: – Мое деловое общение с Рейесом Видалем сводилось к обсуждению совместных действий против кеттов и торговых соглашений. А неделовое никого не касается. А что до «логов» – первая же экспертиза покажет, что это подделка. – Она с иронией посмотрела на Спендера: – А ваши «свидетели» – они кто? Преступники, которых вы сами тайно снабжали и ворованными запчастями, и информацией, господин Спендер? Он побелел. Но быстро опомнился и перешел в атаку: – Да вы не в себе, Райдер! Весь Нексус знает, что у вас была клиническая смерть и галлюцинации! Вы неадекватны! Это вы убили Первопроходца Раеку своим бездействием! Ваши обвинения – это попытка уйти от ответственности! – Это ложь! – с возмущением воскликнул Хайджер. – На корабле Архонта Сара Райдер действовала по обстоятельствам. Я просмотрел логи СЭМа! Сара тихо хмыкнула. Просмотрел логи, значит? – Моя адекватность подтверждена медицинским заключением, – парировала она, не повышая голоса. – Лекси Т’Перро, глава медицинской службы «Бури», и доктор Карлайл из «Гипериона» готовы это подтвердить. Танн поднялся. Его лицо было непроницаемо. – Достаточно, Уильям. – Он смерил Спендера долгим, тяжелым взглядом. – Вы обвиняете Первопроходца в измене, предоставляя сомнительные улики, и при этом сами находитесь под следствием по подозрению в коррупции и пособничестве изгоям. Ваше выступление неуместно. Вы не в том положении, чтобы бросаться такими словами. – Танн перевел взгляд на Каммингса. – Капрал, проводите мистера Спендера. Ему здесь не место. Спендер открыл рот, чтобы возразить, но Каммингс уже взял его под локоть. Он упирался, бросал на Сару полные ненависти взгляды, но его вывели. Сара еле подавила облегченный вздох. – Я предлагаю проголосовать, – Танн устало опустился в кресло. – Кто за то, чтобы закрыть слушание и восстановить Первопроходца Райдер в должности? Повисла тишина. Сара с тревогой посмотрела на членов Совета и не увидела в них сомнений – подготовительная работа дала плоды. Кеш кивнула – наверное, не хотела упускать свой шанс на расширение заправочной станции: – Я – за. Кандрос помедлил секунду, щелкнув мандибулами. Но, видимо, Кора все-таки до него достучалась, потому что он тоже сдержанно кивнул: – За. Эддисон вздохнула, поджала губы и выдохнула свое: «За». Сара знала, что ее поддержка – не подарок, а расчет. Но это было неважно. Главное, что они сейчас были на ее стороне. Ну а Хайджер не просто громко сказал: «За!», – но и послал Саре ободряющую улыбку. Танн поочередно обвел взглядом каждого. Его лицо не выражало эмоций, лишь глаза сверкнули гневом. Он-то рассчитывал на споры и продолжение слушания, но совет проголосовал быстро и единогласно. Пожалуй, это было можно счесть новым ударом по его авторитету. – Слушание закрыто, – произнес Танн ровно. – Первопроходец, вы возвращаетесь к своим обязанностям. Сара вежливо кивнула. Этот раунд оказался за ней. Но она прекрасно понимала, что говорить о полной победе еще рано. И все же первым, что она сделала, выйдя из зала для брифинга, – написала Рейесу: «Сработало. Спасибо! Ты очень помог. Сара». И через минуту получила ответ: «Знал, что справишься. Ты молодец! Пойду выпью в твою честь. Рейес». Сара тихо рассмеялась и быстро набрала: «Я буду гораздо счастливее, если ты в мою часть выспишься», – и отправила не перечитывая, чтобы не передумать. Ответа пришлось ждать целых пятнадцать минут: «Трудно заснуть, когда все время думаешь о тебе». Она вздохнула с блаженной и наверняка крайне глупой улыбкой, и пальцы настучали сами: «Я бы хотела быть сейчас рядом с тобой». После новой паузы Рейес ответил: «Я счастлив это узнать. Но заснуть эти слова не помогут, знаешь ли». И, прежде, чем она успела ответить, пришло новое сообщение: «Я тоже этого хотел бы. Очень».