Эпилог. В котором в Жеводане наступает мир, а красный цвет входит в моду

С тех пор в Живодане, наконец, воцарился долгожданный мир. Тот самый, о котором так долго мечтали измученные страхом крестьяне. Тучи, казалось, нависавшие над провинцией не только в небе, но и в душах людей, развеялись. Осенние дожди теперь мочили землю без зловещего подтекста, а зимние вь жюги выли уже не в унисон с волчьим воем. Слухи о маленькой, но несгибаемой девочке в красной шапочке, которая в одиночку, без ружей и свиты, а лишь с топориком и смекалкой, укладывает чудовищ в промежутке между завтраком и обедом, разнеслись по всей Франции с быстротой курьерских карет. В парижских салонах её историю пересказывали с придыханием, добавляя всё новые невероятные подробности, а в деревенских тавернах её имя произносили с уважительным придыханием, как имя святой. Мари и её бабушка, получив солидное вознаграждение от маркиза плюс выручку от «продажи» шкуры, зажили припеваючи. Их капиталы позволили не только обустроить с комфортом свою лесную избушку, но и помогать соседям. Бабушка расширила свою практику, выписав из Лиона новейшие медицинские трактаты, а Мари обзавелась целым арсеналом специализированных инструментов. Однако слава и богатство не вскружили им головы; они по-прежнему жили своей жизнью – суровой, практичной и полной достоинства. Феноменом невероятной популярности стали красные шапочки среди местных детей. Алая краска, которую когда-то привез заезжий торговец, быстро закончилась в лавках, и купцам пришлось срочно завозить новые партии. Каждый мальчишка, а заодно и многие девчонки, отныне мечтали не о рыцарских доспехах или шелковых платьях, а о таком же грозном и практичном головном уборе, как у Мари. Лес наполнился отрядами юных «охотников» в алых колпачках, которые с самодельными копьями и луками бдительно несли патрульную службу, выслеживая белок и зайцев с серьёзностью, достойной императорских гвардейцев. Правда, никому больше не удалось повторить подвиг Мари и добыть хоть что-то крупнее вороны. Но они очень старались, и их рвение не пропало даром. Благодаря этой постоянной, шумной и повсеместной деятельности юного ополчения, лес в Живодане волей-неволей превратился в самое безопасное место во всей Европе. Волки, некогда наводившие ужас, обладали тонким нюхом и крепкой памятью. Они быстро уяснили простую истину: запах красного сукна, особенно в сопровождении топота десятков пар детских ног и звонких возгласов, сулит одни лишь неприятности – силки, ловушки, а главное, полное отсутствие спокойной жизни. И потому предпочитали обходить владения юных защитников за десять миль, эмигрируя в более спокойные, пусть и менее кормные, департаменты. Что же до самой Мари, то её жизнь вошла в новую, спокойную колею. Но вопрос о её знаменитом головном уборе продолжал следовать за ней повсюду. И на вопрос «Почему у тебя шапочка красная?», заданный теперь уже с подобострастием и любопытством, она всегда, с невозмутимым достоинством и легкой усмешкой в уголках губ, давала один и тот же, ставший легендарным, ответ: – Потому что это цвет моей профессии. Цвет предупреждения для тех, кто плохо воспитан. Я, видите ли, специалист по перевоспитанию хищников. Волчьих и человечьих. И моя визитная карточка должна быть хорошо заметна.