Глава 49: Сходство

      Не так давно — а если быть точнее, пару часов назад — Винсента буквально швырнули в объятия Вельветт и Валентино. Кто его подтолкнул? Странный вопрос. Конечно же, Люта, которая на этот раз задумала ни много ни мало явиться из Рая без предупреждения и выяснить, что стряслось с Уильямом.       Поскольку она — как бы странно и неестественно это ни звучало — искренне за него переживала. К слову, она была далеко не единственной, кого донимало беспокойство. Винсент и сам, пожалуй, самым первым заподозрил неладное. Было бы глупо не заметить очевидное: раньше Уильям строчил ему сообщения по любому поводу и без, заваливая всяким ненужным хламом, а теперь внезапно воцарилось глухое безмолвие, совершенно нетипичное для рыжего певца.       Так что догадаться о какой-то беде было несложно — и дело явно пахло чем-то серьёзным… Вот только подробности оставались загадкой: сколько бы Винсент ни пытался связаться с исполнителем, тот упрямо не отзывался. Сообщения висели непрочитанными, а трубку никто не брал — каждый раз дело заканчивалось лишь гудками и автоответчиком, изрыгающим давно заученную фразу: «Перезвоните позже».       Его ладони медленно и механически подёргивали пуговицы на пиджаке, пока сам хозяин окончательно затерялся в своих мыслях.       Второй странность подметила Лоретта. Её с самого вечера, аккурат после ухода Уильяма, не покидало смутное, необъяснимое предчувствие — словно со дня на день обязана была стрястись какая-то чертовщина. Интуиция ещё никогда её не подводила, не подвела и теперь.       Позже исчезновение зафиксировала и Лют — но лишь после того, как Лоретта донесла новость, будто Уильяма экстренно вызвали обратно в Рай по каким-то техническим вопросам. Причина была, мягко говоря, смехотворной, а само оправдание звучало натянуто и крайне… странно.       Тень Аластора на этот раз предпочёл вообще не высовываться. И верно, в комнате, помимо самого Винсента, сидевшего на постели, ошивался кое-кто ещё, кто явно не обрадовался бы её присутствию, — уж точно не рядом с телеведущим. Так что у Тени просто не осталось иного выбора, кроме как тихонько сидеть и не отсвечивать.       Сэра писала, что в системе произошли некие сбои, кои необходимо срочно устранить. Вот только Люта тогда лишь выдала короткий истерический смешок — на миг ей показалось, что у неё даже глаз дёрнулся. Потому что… какие, блять, сбои?! Существуй они на самом деле, Винсент бы самым первым их засёк и исправил в ту же секунду, стоило им заглянуть в его поле зрения!       И подметил бы моментально! Стоило брать в расчёт, насколько он был дотошен… Так что Сэра следовало состряпать что-нибудь подостовернее — но, похоже, в этот раз ей просто повезло, ведь Уильям был… мм… немного слеп, когда дело доходило до распознавания лжи, намёков и многого другого.       Так что отговорка вышла примерно такой же рабочей, как теория плоской земли. Вот только пускай Уильям и был слегка — или даже не слегка — наивен, дураком он точно не являлся. Как он ухитрился не учуять подвох, оставалось для Винсента и Люты глухой загадкой.       Взор его безотчётно зацепился за интерьер и обстановку комнаты, в коей он находился. Обстановка была почти минималистичной. Одна большая кровать, по бокам — две тумбочки, на одной из которых сиротливо высилась пустая ваза, стояла пустая фоторамка и пара давно потухших благовоний.       Один платяной шкаф, который, тем не менее, был настолько огромным, что больше походил на дверь в отдельную комнату. Компьютерный стол с четырьмя мониторами, по бокам от которых высились две с виду простые прямоугольные колонки с неоновой подсветкой, а прямо перед ними покоилась клавиатура. Рядом валялся коврик для мыши с логотипом Троицы Ви. Возле стола также примостилась мусорная корзина.       Имелось здесь и несколько полок… Ладно, полок на самом деле было куда больше, чем несколько, но Винсент явно не собирался их сейчас пересчитывать. Удивительно другое: полки не пустовали — на них высились вороха папок, дисков, коробок и даже несколько стопок различных чертежей. Что бы там ни болтали чужие языки, а в плане технологий Воксу не было равных.       Сам себя не похвалишь — никто не похвалит.       Если оценивать комнату целиком, казалось, будто её оформили в стиле киберпанка — или, по меньшей мере, усердно им вдохновлялись. В этом не было никаких сомнений, точь-в-точь как и в том, что комната принадлежала Медиа-демону…       Догадаться было несложно — дельным бонусом шло панорамное окно почти во всю стену, откуда открывался шикарный вид чуть ли не на весь город. Винсент умышленно игнорировал маленькое компактное радио, стоявшее на полке, которое своим цветом, дизайном и повадками явно выбивалось из общего стиля комнаты… Точь-в-точь как белая ворона.       Но на долю секунды в его памяти всё же вспыхнули образы ещё двух точно таких же радиоприёмников. Один остался у него дома в Раю, второй — в его комнате в Отеле.       Раз уж мы помянули Люту, стоит добавить, что не так давно — но уже после её психологического срыва, во время коего она сподобилась вернуть свой истинный облик, а один телеведущий устроил ей целый киномарафон, чтобы она хоть немного пришла в себя, — она поведала на редкость интригующую вещь.       Вагата ничего не помнила. Она не помнила даже того, что ведал любой рядовой ангел в Раю, не говоря уже об экзорцистах. Чего именно она не помнила? О-о-о, ну например, свод правил, скомпилированный специально для зачисток Ада, обычный ангельский устав, регламент, законы — а вкупе с ними испарились и навыки: владение холодным и огнестрельным оружием, рукопашный бой и всё прочее.       Последнее оказалось для Люты куда более болезненным открытием.       Так что теперь, пожалуй, было куда легче разобраться во всей этой круговерти с памятью Вагаты Араны Бандерас, раз уж по на редкость паршивому стечению обстоятельств кто-то мог преспокойно стирать и перекраивать чужие воспоминания по собственному личному усмотрению — но мы, само собой, не станем тыкать пальцем в этого человека. Верно, Сэра? Поразительно, скольким душам она ухитрилась навредить своими попытками «помочь». Никто ещё не вёл точный счёт, но среди ныне известных жертв значилось уже четверо. Возможно, их было больше, но об этом пока ничего чётко известно не было.       Чисто теоретически, если порассуждать логически: неужели Вэгги была самой первой, на ком Сэра обкатала свою способность перекраивать чужое сознание…? Вот только вопрос — зачем? Если в случае с Воксом всё ещё можно было как-то обосновать, то с Вэгги…       Поток мыслей Вокса сокрушительно прервал резкий щелчок пальцев прямо перед его лицом. Виновницей этого порыва была Вельветт, коя теперь взирала на него с чётким недовольством. Да и кто бы обрадовался? Она всё это время торчала здесь, без умолку болтая и усердно перебирая ворох вещей ради самого Вокса, — только ради того, чтобы выяснить, что он её вообще ни черта не слушал!       — Алло, Винсент, Рай на связи, приём! — с лёгким раздражением окликнула его Вельветт, с явным удовлетворением наблюдая, как взор ангела наконец-то сфокусировался на её персоне. Бог весть, о чём он там так долго размышлял, — да и какая разница прямо сейчас. Главное — выдернуть этого трудоголика из лабиринта мыслей, который он уже ухитрился воздвигнуть в своей хорошенькой голове.       — Короче, дельное дело — я тут малость покопалась в шкафу и отыскала кое-что, что может тебе подойти. Потому что твой костюм… м-м… это просто кошмар. Я наотрез отказываюсь позволить тебе расхаживать в… — она на минуту оборвала свою речь, сугубо ради того, чтобы смерить брезгливым взглядом испорченную одежду и самого Винсента, после чего ядовито закончила: — …в этом.       Её взор намертво приковался к манжетам и рукавам, на которых уже успел осесть пепел, а по поводу общего измятого вида костюма она упрямо промолчала сугубо благодаря титаническому усилию воли. Но можете ни на грош не сомневаться: позже, скооперировавшись с Валентино, она устроит ему настоящий допрос с пристрастием по поводу того, какую, блять, дрянь он курил.       О том, что Вокс курит, догадаться было несложно. Если раньше у Вельветт ещё оставались какие-то сомнения, то теперь она была уверена на все сто. В конце концов, сейчас она просто не могла игнорировать этот въевшийся, паршивый запах табака. И как она только не замечала его раньше? Хотя… Скорее всего, Винсент курил не так уж и много, поэтому от него почти не пахло — они ведь редко оставались наедине.       Чаще всего с ними тусовался Валентино, который тоже был заядлым любителем табака — но куда более дорогого и элитного сорта. Судя по всему, именно из-за него Вельветт и проморгала такую вредную привычку у Вокса: аромат Вала, как и её собственный парфюм, попросту перебивали этот слабый сигаретный шлейф от самого Винсента.       Рай определённо дурно на него влияет, — брезгливо фыркнула про себя демоническая кукла, но вслух ничего не сказала. Она его больше ни за что не отпустит обратно на эти небеса — к чёрту их всех. Вельветт смахнула несуществующую пылинку с одежды, висевшей на вешалке, которую сама же сейчас и держала.       Окинув наряд взглядом ещё раз, она удовлетворённо ухмыльнулась, слегка вскинув подбородок, а затем повернулась к ангелу, сидевшему на кровати. Тот выглядел… потрёпанным — и это ещё мягко сказано.       Сам Винсент с явным сомнением разглядывал протянутый ему костюм. Тот слишком сильно напоминал шмот, который Вокс обычно носил на куче снимков и видео, что Винсент успел перерыть, когда искал информацию о своём прошлом «я».       Или, может, это был другой костюм, просто ну очень похожий на тот, что он видел.       Это был культовый прикид, но не в полном сборе — не хватало только тёмно-синего пиджака с голубыми неоновыми полосами и наплечниками. В остальном же здесь были тёмно-синие брюки, белая рубашка — или всё-таки светло-голубая? При этом мягком фиолетовом освещении разобрать было трудно. Ах да, имелся ещё и красный жилет в широкую чёрную полоску.       Оу… На спине даже были сделаны специальные прорези для крыльев. Это было на редкость мило с её стороны.       Она это сейчас серьёзно? — подумал Винсент, разглядывая чужую — и одновременно свою собственную — одежду со смешанными чувствами. Нет. Он, конечно, понимал, что Вельветт, как бывшая напарница его прошлого воплощения, безумно скучала по Воксу, но чтобы до такой степени? Хотя не ему её судить.       Тем не менее, Вельветт соизволила проявить великодушие и наконец оставила Винсента в покое, чтобы он мог нормально переодеться. Ей пришлось немного укоротить брюки, ушить рубашку и жилет — ведь как бы грустно это ни звучало, Винсент в своей ангельской форме был ниже ростом, чем когда-то Вокс. Раньше-то он своим ростом легко превосходил Аластора, а теперь…       Ладно, не будем о грустном. Кто знает, может, его рост ещё вернётся в «норму»?       В итоге Винсент остался один на один с одеждой, которую у него никогда не было ни малейшего желания натягивать на себя, — но и сил спорить об этом с Вельветт у него тоже особо не осталось. По сути, это был выбор без выбора. Но что поделать — такова жизнь.       По комнате разнёсся тяжёлый вздох, за которым последовали неспешные и даже неохотные движения. Это было… странно. Ткань оказалась приятной на ощупь — не жёсткой, но и не слишком тонкой, — и всё же было в ней что-то такое, что заставило его поморщиться.       Он мог бы простоять так гораздо дольше, бесцельно перебирая пальцами ткань рубашки, — время у него было, — но терпение двух конкретных Оверлордов было не безграничным, как и его собственное желание выполнять чьи-то инструкции.       Но в этот раз можно было пойти на небольшие уступки.       К тому же он и сам не собирался дальше расхаживать в шмотках, которые насквозь пропитались пеплом и сигаретным дымом, — он и так планировал переодеться, а тут ему подкатили готовый, чистый комплект. Который медленно, но верно снова погружал его в кризис собственной идентичности.       Во рту проступил неприятный привкус. Похоже, он опять прикусил щеку. Снова. Это уже начинало походить на зарождение новой, не самой здоровой привычки. У него их и так было две: трудоголизм и курение, — а теперь ещё и это.       Да просто… — у него даже сил на маты не осталось.       Вот до чего его довёл этот эмоциональный аттракцион Аластора и всех остальных. Ему явно слишком мало платили за всё это дерьмо… Выпишите ему уже кто-нибудь премию за всё это время, проведённое в здешнем цирке.       Дорогая, но безнадёжно испорченная ткань с шуршанием упала на кровать.

***

      Тем временем в одной из комнат отдыха в башне Ви вовсю обустраивались Вельветт и Валентино. Почему в «одной из многих»? Да потому что в их башне было несколько таких лаунж-зон, и у каждого из трёх демонов была своя собственная, обставленная строго в соответствии со вкусами владельца.       Но бывало и так, что они собирались в одной общей гостиной, которая выглядела как страшный сон дизайнера интерьеров — и это в лучшем случае. Сама комната представляла собой дикую смесь сразу нескольких стилей — короче говоря, полнейшая каша… Здесь совершенно несовместимые вещи ухитрялись как-то уживаться друг с другом, от античного стиля до лофта.       Споры, ссоры, конфликты и прочие синонимы к этим словам — всё потому, что никто из этой троицы никогда не желал уступать и до конца стоял на своём. В ход шло абсолютно всё, что попадалось под руку — столы, стулья, книги и многое другое. Единственной, кто никогда при этом не страдал, была Вельветт. Да Вокс скорее бы лично пошёл сдаваться ангелам-экзорцистам на убой, чем позволил бы кому-то обидеть Вельветт…       Валентино вальяжно развалился на диване в стиле рококо, закинув ногу на ногу. В одной руке он держал мундштук с сигаретой, а в другой — телефон, на который без остановки сыпался поток сообщений от контакта с ником «Пушистик» — по сути, он прямо сейчас занимался сразу несколькими делами одновременно. Ну а что? У него было четыре руки, и их тоже надо было как-то использовать.       Сам Валентино выглядел… непривычно. Его правая нога отбивала по полу быстрый и раздражающий ритм. Лицо было насупленным, а взгляд прикован куда-то за окно.       У Вокси депрессия, — эта мысль то и дело крутилась в его голове. Он и раньше замечал, что Вокс стал каким-то зажатым, а после недавних вылазок с этим малиновым ублюдком и вовсе превратился в комок нервов… Это стало особенно заметно сейчас, когда эта сумасшедшая экзорцистка, которую Вокс по какой-то неведомой причине звал другом, буквально швырнула его им в руки.       При мысли о ней Валентино плотно сжал губы и закатил глаза. Не то чтобы они были против того, что Винсента им так легко «сдали», — просто всё это выглядело на редкость странно…       Затравленный взгляд, этот вечно дёргающийся глаз, мелкие, но заметные электрические разряды, нервное постукивание пальцев по любой поверхности, до которой Винсент мог дотянуться, да ещё и его нынешний вид. Всё это порождало самые неприятные догадки и вопросы.       — Перешить костюм Вокса под его нынешние размеры было… — моль не успел закончить фразу, как его бесцеремонно прервали.       — …гениальной идеей, я знаю, — Вельветт даже не повернулась, чтобы ответить своему… другу? Да похер — они и сами уже толком не понимали, кем приходятся друг другу, так что сейчас явно не стоило в это вникать…       Демон-кукла продолжала мерить шагами комнату — сначала в одну сторону, потом в другую, — каждый раз косясь на цифровые часы. Она была на взводе, что, в принципе, не было таким уж открытием, потому что — вот сюрприз — сейчас абсолютно все были на взводе и переживали ничуть не меньше неё.       Всё должно быть идеально, да… Именно так.       Акулы, тем временем, были совершенно расслаблены и вовсю наслаждались жизнью. Им для счастья многого не требовалось — в конце концов, у них была еда, игрушки? Игрушки тоже имелись (если, конечно, можно назвать игрушками некоторых провинившихся сотрудников). И более того — их хозяин снова вернулся и скоро к ним присоединится!       А это был отличный повод для радости — они не видели его так долго, что успели знатно соскучиться. Они не виделись, к слову, целых пять дней, что, вообще-то, довольно приличный срок — и это не считая тех нескольких лет, скажем так… отсутствия в качестве Медиа-Оверлорда.       Разумеется, сильнее всех по Воксу скучал Shok.wav. Бедняга за всё это время ухитрился повидать Винсента всего дважды! ДВАЖДЫ! В то время как все остальные акулы крутились возле него чуть ли не каждый божий день… Из бассейна раздался громкий всплеск воды.       Тишина между двумя Оверлордами стояла вязкая, точь-в-точь как занудный и серый сон в первой фазе засыпания. Они вполне могли бы вести хоть какой-то диалог — да и тем для разговора у них хватало, — но ни один не желал начинать первым. Хотя обычно, дай им только волю слова, их невозможно было заткнуть ни на секунду. В этом плане Вокс был ничуть не лучше, если не сказать хуже.       Лёгкий гул кондиционеров, благоухающий аромат парфюма, едва слышные звуки голосов из телевизора, громкость которого была скручена на минимум, постукивание пальцев по экрану телефона при отправке сообщений, быстрые, но размеренные шаги, шикарный вид из окон на улочки Ада, где каждые пять минут что-то происходило — убийства, драки, поджоги… — всё это создавало свою уникальную атмосферу, которая раньше дарила уют.       Но сейчас, увы, это вызывало лишь раздражение и неуверенность. Всё было настолько через задницу. Это давило на сознание и напрочь лишало способности здраво мыслить. Приходилось туго: мысли путались, собираясь в один огромный снежный ком, который впитывал в себя все возможные варианты размышлений.       Примерно через час после разговора Валентино выключил телефон и отложил его на столик рядом с собой. Стакан виски так и остался стоять нетронутым на стеклянной поверхности, а пепел был аккуратно сброшен в пепельницу, выполненную в виде не совсем приличной фигурки, — подарок от одного из его бывших постельных партнёров.       — Вел, тебе не кажется, что Аластор мог скрывать что-то умышленно? В последнее время он выглядит чересчур самодовольным, — задумчиво протянул Валентино, подперев подбородок одной из рук. Вопрос был чисто риторическим, и ответа на него не требовалось.       Вельветт не успела ответить, хотя и собиралась, — ведь сейчас было уже попросту невозможно не замечать все эти тревожные звоночки в поведении не только Винсента, но и Аластора. К этому добавлялись и логичные сценарии, которые она уже успела выстроить в своей голове:

1. Винсент наконец-то вернул свою память, и именно поэтому Аластор теперь усердно пытается переманить его на свою сторону.

2. Аластор — обычный мудак, который просто решил поразвлечься.

3. Вариант, сочетающий в себе первые два пункта.

      Вельветт, естественно, не исключала и других возможных вариантов развития событий, но конкретно эти три казались ей самыми правдоподобными, так что пока они с Валентино рассматривали и воспринимали всерьёз только их.       И в этот самый момент в комнату отдыха не спеша вошёл не кто иной, как сам Винсент.

***

      Валентино и Вельветт сидели на краю огромного резервуара — именно резервуара, а не бассейна, потому что слово «бассейн» звучало слишком мелко для места, где жили акулы. Вода в нём была настолько прозрачной, что можно было разобрать всё до мельчайших деталей.       Shok.wav — гигантская полумеханическая акула — лениво нарезал круги у самой поверхности, его красный глаз тускло мерцал, пока хищник двигался по кругу.       Винсент устроился между Валентино и Вельветт, опустив ноги в воду. Тёмно-синие брюки он закатал повыше, чтобы не намочить, белая рубашка была с засученными рукавами, а жилета не было вовсе — по поводу чего Вельветт недовольно проворчала, но поделать ничего не смогла.       Валентино, что было на редкость на него не похоже, хранил безмолвие. Он откинулся назад, упершись руками в пол. Его взор скользил по воде, по акуле, по Винсенту — главным образом по тому, как Винсент усердно пытался поправить свои волосы. В итоге Вал не сдержался и всё-таки потянулся и коснулся волос телеведущего.       Вообще-то Валентино безумно нравилось, что у Вокси теперь есть волосы. Он считал это «милой» фишкой своего партнёра — точь-в-точь как крылья и нимб, парящий над его головой. Shok.wav подплыл ближе. Его огромная морда размером с небольшую легковушку показалась из воды, а красный глаз намертво приковался к Винсенту.       Плечи Вельветт на миг напряглись, но не прошло и пары минут, как она расслабилась. Не было причин дёргаться, что Shok.wav не признает собственного хозяина, — уж подавно теперь, когда Винс и Shok.wav уже виделись, и, похоже, акула давно выкупила и приняла своего владельца.       Так что в том, что Shok.wav не напал, не было ничего сверхъестественного. Хищник замер, и Винсент после минутного колебания протянул руку. Его пальцы коснулись холодной металлической кожи. Акула не шелохнулась.       Винсент повёл ладонью по её голове. Shok.wav медленно «прикрыл» свой глаз. Он ткнулся носом в его колено, совсем как здоровенный кот. Shok.wav всегда был ласковым и требовательным питомцем, когда дело касалось самого Вокса.       — Итак, каким вообще был Вокс? Прежде чем вы ответите, я хочу сказать пару слов. Да, я знаю, что мы с Воксом — две стороны одной личности. Но нет, я не помню никого из вас, как и сам Ад, — только некоторые из моих убийств, которые я совершил, когда ещё был жив. — На этот раз у Винсента не было ни малейшего желания дальше ходить вокруг да около, так что в этот раз было решено спросить прямо в лоб.       Сказать, что Валентино и Вельветт были в полном шоке, — это не сказать вообще ни хрена.