Бонус. Утро

Солнце пробивалось сквозь занавески тонкими полосками света, рисующими золотые дорожки на полу спальни. Майк открыл глаза и первым делом почувствовал тяжесть руки Уилла на своей талии и тепло его дыхания на затылке. Он замер, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить его. В голове с приятной медлительностью прокручивались события прошлой ночи. Жаркие шепоты в темноте. Губы Уилла на своей коже. То, как сильно, почти до боли, Уилл сжимал его бедра. То, как Майк летел в пропасть и рассыпался на миллион звезд. Щеки вспыхнули. Майк улыбнулся в подушку, чувствуя себя одновременно смущенным и невероятно счастливым. Из кухни донеслись звуки — звякнула кружка, зашипело что-то на плите. Кто-то уже встал. Дастин или Лукас. Майк прислушался. Уилл дышал ровно и глубоко — спал без задних ног. Осторожно, стараясь не потревожить его, Майк высвободился из объятий. В комнате было прохладно, печь за ночь почти прогорела. На полу валялась их одежда, хаотично разбросанная в пылу страсти. Майк подобрал первую попавшуюся вещь — это оказалась футболка Уилла, та самая, серая, с логотипом какой-то рок-группы. Она была ему велика, сползала с плеча, но была теплой и пахла Уиллом. Майк натянул её через голову, сунул ноги в тапки и, зевая, побрел на кухню, по пути взъерошивая и без того торчащие во все стороны волосы. На кухне было уютно и вкусно пахло кофе и поджаренным хлебом. Лукас стоял у плиты, ловко орудуя лопаткой, и переворачивал яичницу с беконом на большой сковороде. Услышав шаги, он обернулся. — О, проснулся один из... — Лукас осекся на полуслове. Он замер. Его взгляд медленно прошелся по Майку — от взлохмаченных волос до тапок на босу ногу — и остановился где-то в районе его шеи и ключиц. Глаза Лукаса расширились. На лице Майка застыло сонное недоумение. — Что? — спросил он хрипловатым со сна голосом. — Кофе сварил? Дай кружку. Лукас моргнул, быстро отвернулся обратно к плите и как-то слишком уж сосредоточенно уставился на яичницу. Его уши предательски покраснели. — Ага, — сказал он слегка охрипшим голосом. — Сейчас. Там в шкафчике. Майк пожал плечами, прошел к шкафчику, достал кружку, налил себе кофе из турки. Сделал глоток. Горячий, крепкий, то что надо. Он облокотился на столешницу, наслаждаясь уютным молчанием и ароматом утра. Лукас, не поворачиваясь, прокашлялся и произнес в пространство: — Знаешь... мы с Дастином уже и не надеялись, что это когда-нибудь случится. Майк поперхнулся кофе. — Что? — закашлялся он, стуча себя по груди. — Что случится? Ты о чем? Лукас обернулся. Теперь на его лице была неловкая, но совершенно искренняя улыбка. Он многозначительно кивнул куда-то в район собственной шеи. — Майк, ты бы в зеркало посмотрел. Майк уставился на него непонимающим взглядом. Потом перевел взгляд вниз, на себя. На огромную футболку Уилла, болтающуюся на его плечах. И тут до него дошло. Он резко задрал голову, пытаясь разглядеть свою шею. Ничего не увидел, конечно. Тогда он рванул к висевшему в прихожей мутному старому зеркалу. Из зеркала на него смотрел растрепанный Майк с кружкой в руке. Шея... боже, его шея! Она была похожа на поле боя. Темно-бордовые засосы разной степени свежести покрывали кожу от линии челюсти до самых ключиц. А на плече, там, где футболка сползла, отчетливо виднелся след от укуса — аккуратный такой полукруг зубов. Краска прилила к лицу Майка моментально. Он стал пунцовым, как помидор. До самого кончиков ушей. Он медленно, очень медленно повернулся к Лукасу. Тот стоял, прислонившись к плите, скрестив руки на груди, и с трудом сдерживал улыбку. — Так ты... выходит, вы знали? — выдавил из себя Майк, чувствуя себя полным идиотом. — Естественно, — фыркнул Лукас. — Серьезно, Майк? Вы двое с десяти лет ходите вокруг друг друга кругами, смотрите глазами, полными щенячьей преданности, и думали, что никто не замечает? Дастин еще два года назад делал ставки. — Ставки? — переспросил Майк, все еще пытаясь переварить информацию. — Ага. Я ставил на то, что ты признаешься первый на выпускном. Дастин говорил, что это будет Уилл, и раньше. — Лукас хмыкнул. — Похоже, мы оба проиграли. Вы просто взяли и... — он сделал неопределенный жест рукой, — ...сделали это. Майк закрыл лицо ладонью. Ему хотелось провалиться сквозь землю. Или в Верхний Тур, прямо сейчас. — Это так очевидно? — Братан, — Лукас подошел к нему и хлопнул по плечу, отчего Майк вздрогнул, — вы двое — ходячая мелодрама. Мы ждали этого момента годами. И знаешь что? — Что? — обреченно спросил Майк из-под ладони. — Мы рады за вас. Правда. Майк убрал руку и посмотрел на друга. Лукас улыбался — не насмешливо, а тепло, по-дружески. — Но есть одно "но", — добавил Лукас, и его улыбка стала хитрой. — Я, конечно, понимаю, любовь, страсть, все дела... Но, блин, Майк! Мы с Дастином спали буквально за стенкой! Тонкая перегородка! А вы там устроили... ну, судя по следам на твоей шее, что-то очень бурное. Майк густо покраснел снова. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашел слов. — И знаешь, чего я не ожидал, — продолжил Лукас, понижая голос до заговорщического шепота. — Я не ожидал, что Уилл так сорвется. Он же у нас тихоня, художник, весь в себе. А тут... — Лукас снова кивнул на шею Майка. — Боевые трофеи, чувак. Боевые трофеи. Майк почувствовал, как его лицо заливает краской уже в третий раз за пять минут. Он смущенно одернул ворот футболки, пытаясь прикрыть улики, но футболка была слишком велика и только еще больше сползла, открывая второе плечо с аналогичным "украшением". — Это... — начал Майк, — ну... я первый начал. Лукас удивленно поднял брови. — В смысле — начал? — Ну, в машине, — выпалил Майк и тут же прикусил язык, понимая, что говорит лишнее. — В МАШИНЕ?! — голос Лукаса взлетел на октаву. Он быстро оглянулся на дверь спальни, где все еще спал Дастин, и зашипел: — Вы сначала в машине, потом здесь, пока мы спим? Майк Уилер, ты ли это? Я думал, ты у нас романтик, письма пишешь, чувства бережешь! — Я и берегу! — возмутился Майк, но тут же смутился. — Просто... ну, он за рулем... это так... — Майк запнулся, понимая, что говорит какую-то ерунду. — В общем, не важно. Само получилось. — Само? — Лукас расхохотался, но тут же зажал себе рот рукой, чтобы не разбудить остальных. — Охренеть. Уилл Байерс, значит, за рулем превращается в зверя? Надо будет запомнить. — Ничего не надо запоминать! — зашипел Майк. — И вообще, чего ты пристал? Ты кофе варишь или подглядываешь? — И то, и другое, — усмехнулся Лукас, возвращаясь к плите. — Ладно, садись завтракать. И совет на будущее: если будете продолжать в том же духе, купите беруши. Нам с Дастином. Майк фыркнул, но послушно сел за стол. Лукас поставил перед ним тарелку с яичницей и беконом, пододвинул тосты. — Спасибо, — буркнул Майк, впиваясь вилкой в яйцо. — На здоровье, — Лукас сел напротив со своей кружкой. — А если серьезно, Майк. Я правда рад. Вы оба заслужили счастье. Особенно после всего, что было. Майк поднял на него глаза. В них читалась благодарность. — Спасибо, Лукас. — Обращайся. Но если обидишь Уилла, — Лукас сделал страшное лицо, — я лично тебя в Верхний Тур отправлю. Без дайсов. — Договорились, — улыбнулся Майк. Из спальни донесся шорох, а потом сонный голос Дастина: — Кто там на кухне? Завтрак готов? Чем это так вкусно пахнет? — Проснулся, — прокомментировал Лукас. — Сейчас начнется. — Только не говори ему, ладно? — попросил Майк шепотом. — Про... ну, про следы. Я сам. — Не скажу, — пообещал Лукас. — Но он не слепой. И у него зрение, между прочим, острее моего. Майк вздохнул и покосился на свою шею, которую даже футболка Уилла не могла полностью скрыть. — Черт, — пробормотал он. — Не парься, — Лукас отсалютовал ему кружкой. — Добро пожаловать в реальность, Майк. Ты теперь официально встречаешься с Уиллом Байерсом. И, судя по всему, секс у вас был что надо. — Лукас! — возмутился Майк, швыряя в него кусочек тоста. Тот ловко поймал его зубами и довольно захрустел. В комнату ввалился заспанный Дастин, натягивая на ходу свитер. — Что за шум? Драка? Тосты? Давайте сюда! Он плюхнулся за стол, налил себе кофе и только тогда поднял глаза на Майка. Повисла пауза. Дастин медленно прожевал тост, обвел взглядом шею Майка, потом его смущенное лицо, потом снова шею. — Ого, — сказал он с набитым ртом. — А Уилл, оказывается, тот еще хищник. Поздравляю, чувак! — Да заткнитесь вы оба! — простонал Майк, закрывая лицо руками. Из спальни донесся встревоженный голос Уилла: — Майк? Ты где? Майк поднял голову, переглянулся с друзьями, которые с трудом сдерживали смех, и крикнул в ответ: — Я на кухне! — Сейчас выйду, — отозвался Уилл. Майк обреченно уставился на дверь, понимая, что через минуту его смущение достигнет новой, еще более грандиозной высоты. Лукас похлопал его по плечу с видом бывалого мудреца. — Крепись, брат. Это только начало.