Вернутся к фанфику
Ревность к самому себе
18 февраля 2026, 21:51 Когда Дайсуке вновь оказался в клубе, он несколько удивился. Обычно, стоило ему сесть за столик, как через пару мгновений, словно из ниоткуда, возникала девушка в красном платье, как самый настоящий призрак.
В этот же раз стрелок за сигаретой и виски прождал добрые полчаса, но не просто не встретился со своей вечерней собеседницей, но даже не увидел нигде её подола в фирменном цвете.
«Странно», — подумал про себя мужчина, легко перебирая пальцами по стакану. Неужели они вчера так сильно перебрали, что у неё похмелье? Или, может, такси так и не добросило её домой?
Лёгкое беспокойство кольнуло в пальцах и стрелок устало вздохнул. После вчерашнего вечера он смог понять для себя всего две вещи: он правда не знал, что испытывает к Мэри, но точно знал, что испытывает к Арсену. Даже несмотря на то, что этот засранец был сейчас чёрт знает где и не звонил, это был его засранец. Неуправляемый, непредсказуемый, но до боли в груди и бесповоротно любимый. Высказавшись вслух, Дзиген в этом только в очередной раз убедился.
Так что Мэри всё ещё запутывала, её образ всё ещё мелькал перед глазами, отказываясь уходить, но вот сердце стрелка наконец соорудило прочную баррикаду и отказалось пускать туда никого и ничего, только если оно не будет иметь лицо, голос и манеру Арсена Люпена Третьего.
И вот, когда уже Дайсуке докурил очередную сигарету и собирался встать и уйти, появилась она. Алый силуэт скользнул вдоль танцпола и остановился рядом с его столиком. В этот раз в её руках была Маргарита, а в глазах — внезапный вызов.
— Скажите, вы со мной честны?
От такого начала диалога Дзиген не мало опешил, изогнув вопросительно бровь.
— А вы?
— У девушек такое спрашивать неприлично.
Блондинка высокомерно хмыкнула, поправляя золотую серьгу в ухе.
— От чего же? — растерянно спросил Дайсуке, теряясь в догадках почему его знакомая сегодня превратилась в стерву ни с того ни с сего.
— Вы ставите меня в неловкое положение. Потому что правдивый ответ будет бесчестным, а честный — неправдивым.
Мэри гордо подняла голову и отпила от своего коктейля. Она даже не села за столик, как обычно, из-за чего смотрела на сидящего в кресле мужчину с высоты своих кровавых каблуков.
— Вы снова всё усложняете, — пробормотал стрелок. — Неужели хотите сказать, что обманываете?
— Природа обошлась с девушками так, что им другого не остаётся.
Блондинка поджала губы и сощурилась, пронзив собеседника взглядом голубых глаз.
— Добиться чего-то силой, будучи женщиной, очень и очень сложно. Особенно от мужчин. Обман — единственное, что у нас есть в противовес. Обвинять же девушек в обманчивости попросту глупо: это как обвинять ежа за иголки.
Весь этот словесный фарс вызвал у Дзигена в голове кашу, которую он едва смог разгрести. Не ясно какая муха её укусила, но сегодня леди в красном определённо была не в духе или скорее в настроении поспорить и поупрямиться.
Дайсуке даже усмехнулся: знал он одного человека, который тоже обожал подобные «проверки на прочность».
— То есть вы мне лжёте, — заключил стрелок, вопросительно глядя на девушку.
— Я этого не говорила.
— Значит, говорите правду?
— И этого я тоже не сказала.
— Вас не понять, — вздохнул наконец мужчина, чувствуя, как его загнали в тупик. Ну почему люди не могут быть хоть чуть проще? Всё выдумывают и выдумывают новые способы измучить друг друга словами. Девушки в этом вопросе были особенно хороши.
— А в этом и суть. Вам не обязательно понимать меня, чтобы разделить со мной диалог. Равно как и мне не обязательно понимать вас, чтобы при этом вами интересоваться.
— Вы зря это говорите, — решил немного осадить собеседницу Дайсуке, но та его попросту проигнорировала.
— О, девушки никогда ничего зря не говорят. Вы же из своего револьвера зря не стреляете?
Блондинка заправила прядь за ухо и почти что насмешливо посмотрела на Дзигена. Тот лишь озадаченно глянул в ответ.
— О чём вы?
— Оружие женщин — это их язык. Уж для слов или для поцелуев — вопрос открытый, но факт есть факт: девушка им пользуется только по назначению.
— И сейчас его назначение довести меня до белого каления? — наконец не выдержал и съязвил Дайсуке.
Мэри обиженно поджала губы и с громким стуком поставила Маргариту на стол. Напоследок высокомерно хмыкнув, она развернулась и пошла в сторону танцпола. Гордо поднятая голова даже не повернулась в его сторону, и Дзиген удивлённо изогнул бровь, отпивая от стакана с виски. И как прикажете это понимать?
В следующий миг он увидел, как Мэри без стыда и совести положила руки на плечи какому-то юноше и что-то ему прошептала на ухо. Молодой парень с самоуверенным взглядом и блестящими в свете клуба золотыми часами на запястье тут же взял девушку за талию и повёл в танец.
«И по итогу все женщины одинаковые», — с досадой кинул про себя Дайсуке. Стоило лишь раз не угодить своенравной натуре, как она тут же пошла к другому. Стрелок её не держал, но всё равно было неприятно. Эти зацикленные сценарии из женских непостоянств ему уже порядком надоели.
Тем не менее, мужчина решил понаблюдать за танцующими. Виски он ещё не допил, а заниматься, в остальном, здесь и так было нечем.
Однако, стоило Дзигену сосредоточить взгляд на кружащейся в танце паре с алой партнёршей, как он с удивлением заметил, что голубые глаза то и дело посматривали в его сторону. Всего на миг, как будто мимоходом, но Дайсуке был слишком внимателен для того, чтобы списать это на случайность.
«Так вот значит, как? Тебе захотелось поиграть в ревность?»
Дзиген про себя невольно рассмеялся. Вроде бы умная девушка, а опустилась до таких несусветных глупостей.
Стрелок демонстративно отвернулся в сторону, отведя взгляд подальше от танцпола, и с наслаждением отпил виски. Периферийным зрением он заметил, как на лице блондинки промелькнуло форменное возмущение, и усмехнулся.
Впрочем, вскоре стало не до смеха. Как только музыканты окончили свою «танцевальную» партию, блондинка попыталась улизнуть от своего внезапного партнёра по танцам, но тот схватил её за запястье и не отпускал. Не было слышно о чём они говорили, но юноша всё сильнее распалялся, а Мэри только напряжённее сжимала губы, периодически всё ещё пытаясь высвободить схваченную руку.
— Ну же, детка, хватит играть в недотрогу, — усмехнулся парень, и потянул блондинку на себя.
— Отпусти её, — вдруг угрожающе сказал Дайсуке, в одно мгновение оказавшись рядом с девушкой, словно и не он сидел на другом конце клуба минутой ранее.
— А ты куда лезешь, старый хрыч? — тут же оскалился юноша, гневно фыркнув.
Вместо ответа, стрелок выхватил револьвер и уткнул его дуло в подбородок малолетнего выскочки. На удивление парень даже не вздрогнул, но по глазам было видно, что быть на прицеле доставляло ему мало удовольствия.
— Руки, — жёстко приказал Дзиген и едва кивнул в сторону схваченной девушки.
— Да с какой стати? Ты знаешь вообще, что я…
В эту секунду к парню подошёл мужчина бандитской внешности и прошептал ему что-то на ухо, постоянно при этом поглядывая на Дайсуке. Поразительно, но юноша понимающе кивнул и разжал руку.
Когда стальная хватка чужой ладони наконец ослабла, Мэри отошла к стрелку, потирая освобождённое запястье, а тот в свою очередь убрал револьвер назад за пояс.
— Так значит вот как выглядит пёс Люпена Третьего, — высокомерно хмыкнул юноша и скрестил руки на груди, оценивающе осмотрев японца с ног до головы.
Дзиген сурово посмотрел сначала на парня, а потом и на мужчину, стоявшего за его плечом. Судя по всему, мальчишка был далеко не просто хамоватым ублюдком, раз подобный человек ходит у него в шестёрках и докладывает о встреченных персонах.
— Значит и тебе не безразличны девушки? Неужели слухи врали? — не унимался молодой гангстер, ехидно ухмыльнувшись.
Дайсуке исподлобья посмотрел на собеседника, начав выжидающее сверлить его взглядом.
— Какие слухи…? — вдруг озадаченно спросила Мэри, заставив всех мужчин удивлённо к ней повернуться.
— Ну как же, детка. Слухи о том, что Дзиген Дайсуке только и делает, что чистит свой револьвер, да дрочит на своего босса, пока тот за стенкой долбит очередную сучку.
Справедливости ради, Дзиген услышанному даже не удивился. Слухами подполье полнилось от любого вздоха, а уж чем известнее личности, тем грязнее новости можно было услышать. Подобный фарс и бред стрелка нисколько не задевали, но ответить было надо. Всё-таки подобные оскорбления с рук спускать было нельзя.
Его опередили.
— Заткни пасть!
Послышался оглушительный шлепок и в следующую секунду парень уже ошарашено смотрел на воскликнувшую девушку, чей отпечаток ладони красным следом разгорался на его щеке.
— Да что ты себе… — начал было юноша, но вдруг осёкся.
Голубые глаза не просто пылали, они обжигали адским пламенем, вынесенным прямиком из преисподней. Гнев глубокий, всеобъемлющий, совсем неуместный для милого личика, отразился в тёмных зрачках. Даже у Дайсуке пошли мурашки по спине и встали волосы на затылке, что уж говорить о нерадивом американском щенке.
Парень с секунду обомлел, не в силах пошевелиться, и только после сделал неуверенный шаг назад и отвёл взгляд.
— Держи свою суку в узде, — раздражённо плюнул мальчонка, безуспешно попытавшись за гонором скрыть отразившийся в его глазах испуг.
Когда мужчины скрылись, Дзиген во все глаза уставился на свою знакомую.
Этот гнев… Это уже не походило на совпадение. Стрелок не мог ни с чем перепутать всеобъемлющую тревогу, которую трубили его инстинкты, стоило этим глазам блеснуть в холодной ярости. Так смотреть умел только он: безжалостно, неотвратимо, до дрожи в коленях и комка в горле.
Дайсуке невольно засмотрелся на разгневанный женский силуэт. В груди разлился знакомый трепет, почти граничащий с раболепием, и стрелок растерянно одёрнул себя. Эти чувства в нём умел вызывать лишь один человек. Так как такое возможно?
Мэри же обернулась на мужчину, в одну секунду потухнув, как ярко загоревшаяся спичка под дуновением ветра. Её выражение лица внезапно переменилось, словно от одного взгляда на стрелка в девушке что-то предательски надломилось. Отразившаяся в глубине голубых глаз боль, огорошила Дзигена до того, что когда блондинка внезапно сорвалась с места и выбежала за дверь клуба, он даже не сразу понял, что произошло.
***
Нет. Этого попросту не может быть. Арсен выскочил на улицу почти инстинктивно, в попытке сбежать от эмоций, которые с размаху хлестнули его по лицу, и лишь стена дождя заставила вора остановиться на крыльце. Было сыро, промозгло и громко от стучащих по спасительному карнизу капель, а тьма города угрожающе обступила со всех сторон, лишь немного разгоняемая фонарными столбами и светом вывески клуба. Сердце колотилось как безумное, своими ударами выбивая из лёгких воздух и заставляя мужчину почти задыхаться. Голова шла кругом и он обнял себя за плечи, стиснув их накрашенными ноготками до краснеющих следов. Люпен не знал, что и думать. Он всегда следил за слухами. За разными, начиная от добычи и заканчивая своей персоной, но вот что поговаривали о его товарищах его мало интересовало. В своём тщеславии он был уверен, что раз о нём не рискнут лишний раз высказаться плохо, то и его близкий круг будет удостоен того же. Как же он, сука, ошибался. Проблема была не только в услышанных словах. Да, малолетний поганец совсем не умел следить за языком, но, во-первых, он уже получил свою дозу унизительного страха в женском лице. Люпен мог бы с лёгкостью не просто освободить своё запястье, но и сломать парню руку, однако тогда весь образ посыпался бы на глазах, так что стрелок подоспел вовремя. Во-вторых же, вор его ещё найдёт. Наверняка заботливый мафиозный папочка не удержался и подписал золотые часы, подаренные сыну, не так ли? Люпен усмехнулся, выуживая из декольте полученную добычу и подтверждая свою догадку. Однако ликование длилось недолго и он вновь сник пуще прежнего. Как же до этого дошло? Арсен болезненно поморщился, вспоминая взгляд, которым Дайсуке посмотрел на него. Точнее не на него, а на Мэри. Это восхищение, этот трепет, эти тёмные преданные глаза, полные послушания — всё это должно было принадлежать только ему одному! Никакая блондинистая стерва не должна была и близко подобраться к этой искренности, которую Люпен хранил, как одно из своих главных сокровищ! И ведь он попытался это предотвратить! Мэри сегодня была несносна, немного глупа, обманчива и ветрена, одним словом, была такой женщиной, каких Дзиген на дух не переносил. Даже сыграла в ревность, чем стрелка обычно можно было рассмешить до сардонического раздражения. И всё-таки Арсен проиграл. Вместо того, чтобы просто оттолкнуть стрелка от Мэри, он сорвался и постоянно проверял реакцию партнёра, от чего тот понял правила игры и по итогу увлёкся только сильнее. Такой катастрофический провал, что хотелось сгореть от стыда в профессиональном плане. Шаги Дайсуке разрезали шум дождя, заставив девушку вынырнуть из размышлений. Стрелок прикрыл за собой входную дверь и встал рядом, тоже вглядевшись на щедро поливающий Лос-Анджелес апрельский ливень. Мэри тихо выдохнула и поёжилась от промозглого холода. Ещё недавно на улице было вполне тепло, но теперь сырость пробирала до костей, игнорируя тонкую ткань красного платья. Вдруг на стиснутые руками плечи опустилось что-то неимоверно тёплое и блондинка с удивлением обнаружила себя укрытой чёрным пиджаком. Арсен удивлённо посмотрел на стрелка, но тот лишь неопределённо пожал белыми от рубашки плечами и закурил сигарету. Знакомый запах Мальборо, отныне не смешанный ни с чем, кроме свежести дождя, ударил Люпену в нос. — Угостите сигаретой, — тихо попросила девушка, плотнее укутываясь в чужой пиджак. — Они же муж—… Ах да, «глупости», точно, — хотел был возразить Дайсуке, но тут же сам себя поправил и тихо усмехнулся. Как только сигарета оказалась зажата между двух алых от помады губ, Дзиген поднёс пламя бензиновой зажигалки, чья искусная позолота блеснула в свете своего же огня. — Красивая у вас зажигалка, — словно между делом заметила Мэри, удовлетворённо выдыхая табачный дым. — Подарите её мне на память, а? — Ни за что на свете, — покачал головой стрелок, пряча вещицу в карман. — Я заплачý. Блондинка настойчиво посмотрела на собеседника, но тот глянул с такой непреклонностью, что она поняла: зря старается. — Я скорее свой револьвер отдам, чем её, — отрезал мужчина и вновь вгляделся в серую пелену дождя. Арсен от такого заявления замер, почувствовав комок, подступивший к горлу. Конечно эта зажигалка была не совсем простой. Сделанная на заказ и доработанная самим Люпеном, она была его возлюбленному подарком. Одним из первых, который вор сделал, при этом согласовав его с пожеланиями самого Дзигена, что для их отношений по началу было редкостью. Так что совсем уж безделушкой это не было, но чтобы бывший наёмник согласился остаться безоружным, лишь бы не отдавать эту вещь — это в самом деле поражало. Внезапно Арсен почувствовал, как сердце предательски сжалось почти в точку, и он закусил губу, лишь бы не дать чувствам волю. — Поняла. Простите, что столько проблем вам приношу… Мэри потёрла раскрасневшийся от холода и влаги нос, а после вновь впустила в лёгкие ядовитый дым. Никотин чуть успокоил нервы, но глаза всё равно назойливо жгло. — Какие уж тут проблемы, — отмахнулся Дзиген. — Это вы ещё не видели, с чем я обычно сталкиваюсь. Девушка слабо усмехнулась, а вот Арсен внутри просто взвыл от беспомощности. Под «обычно» подразумевался сам вор и его выходки, в этом он не сомневался, и от того только сильнее утонул в чувстве вины. «Вот Мэри его так не мучает, а ты?» — подточило подсознание, окончательно утягивая Люпена в этот омут. В самом деле, любая затея, испытание или план вора были в стократ хуже, чем, всё, что успела сказать и сделать блондинка вместе взятое. Да в конце концов сама эта девушка тоже была лишь очередной игрой, которую Арсена чёрт дёрнул провернуть. «Вот только не надо на чертей всё сваливать», — вновь заявил голос по ту сторону и мужчина стиснул зубы. Да, он сам этого хотел. Хотел вновь утвердиться в том, насколько он хорош, убедиться в том, насколько отличителен. «Убедился?» — ехидно поддели изнутри, никак не унимаясь. Чёрт возьми, да, убедился. Убедился в том, что в очередной раз проверил на прочность человека, ближе которого у него никогда не было и не будет. Убедился в том, что может заиграться и приревновать возлюбленного к самому себе, начав творить абсолютные глупости. Убедился в том, что несмотря на всё вышесказанное и всё, когда либо вором сделанное, Дзиген всё равно оставался верен ему, что бы не случилось. Любой бы мужчина уже давно пал в страстные объятья красавицы в красном, но только не стрелок. Он выбирал вора даже не смотря на то, что выбирать предлагали, в сути своей, между одним и тем же. «И всё-таки без масок ты ему нравишься больше», — вдруг опять вставило свои пять копеек подсознание, но в этот раз ласково и вместе с тем пронзительно грустно. Внезапно мир стал размытым и нечётким. Люпен удивлённо утёр глаза ладонью и понял, что по щекам текут слёзы. Кто именно плакал сейчас? Арсен, чью грудь вина и любовь в равной степени разорвали на части, или Мэри, наконец понявшая, что ей абсолютно ничего не светит с мужчиной, который украл её сердце? Дайсуке такого поворота событий тоже не ожидал, о чём говорили полные растерянности глаза, сейчас почему-то не скрытые за полями шляпы. —Я… Я наверное пойду… — тихо пробормотала девушка дрожащим голосом, всё утирая солёную воду тыльной стороной ладони, уже почерневшей от потёкшей туши. — Я провожу, — вдруг ни с того ни с сего предложил стрелок, кивнув на пелену из дождя в добавок к ночной тьме улицы. — Вам одной будет опасно. «Это тебе со мной быть опасно!» — не выдержал про себя Арсен, сильнее стиснув в руках чёрный пиджак на плечах. Судорожно вздохнув, Мэри набрала в грудь воздуха и прежде, чем она бегом сорвалась с места и скрылась в уличном сумраке, сквозь слёзы прошептала: — Прощайте, mon cher.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!