Глава 71

             - Граждане Европейского Союза, я Лейла фон Брайгскау, один из великих магистров Ордена Черных Рыцарей понимаю вашу боль и вашу ярость, моя приемная семья тоже погибла в огне Фреи, я и тоже пылаю яростью, что бы уничтожить Императора Чарльза что ударил по городу таким оружием, Орден Черных Рыцарей методично пытается его убить и повергнуть Империю, и это будет сделано все Фреи будут дезактивированы, и больше человечество никогда не попадет под такой удар. – Вещала Лейла с экранов, это было довольно забавным зрелищем учитывая, что она с помощью Фрай разнесла парочку дальневосточных дивизий, и Белые Волки ударили как раз в стык Дальневосточной армии ЕвроБритании и захватила Иркутск, перерезая снабжение. Китайская Федерация отвечает фокусированием на одном фронте, Ли Синке бросил все силы на то что бы уничтожить вражеские войска на Севере, а вот Пакистанские и Индуские войска, вошли в Иран, что бы разорвать Британские силы на две части, если они доберутся до Каспийского моря то разрежут группировку на пополам, и войска Марибелл добьют изолированные анклавы ЕвроБритании и Британии.              Нападение на Пендрагон было подобно рейду Дулитла в другой вселенной с бомбардировкой Токио, показать что даже Пендрагон уязвим, большинство людей восприняли как попытку уничтожения Императора провальной, никто не знал и никогда не узнает, что Императора больше не было в Пендрагоне, и что фельджанданмерия развозит захваченные подпространственные передатчики по дивизиям, и активирует их согласно программы Сареха, ведь так приказал Генеральный Штаб и Император, и как только командиры дивизий видели весь Штаб, они предпочитали подчиняться. Если кто-то сомневался, его приглашали на аудиенцию с Императором, благо с помощью алкешей можно было быстро прилететь, и из кабинета Императора они уходили полностью уверенные в своих приказах.              - Европейский Союз, Китайская Империя и множество народов, созванные на последний Бой, Орденом Черных Рыцарей выбирают свободу, свобода — это больше чем просто жизнь. Если кто-то думает, что под властью Императора будет процветать то это глупость, вы все станете рабами, и не будет у вас никаких прав, помните вы потомки тех, кто казнили аристократов на площадях, и Британия это помнит! Она считает себя лучше, она считает аристократов высшей формой развития цивилизации. Вы не аристократы, а значит с вами можно делать все что угодно. Вспомните Японию, вспомните любую завоеванную территорию, вас лишат абсолютно всего. Или что вы думаете, что вас признают жалованным британцем, и вы сделаете какую-то карьеру? Не будьте глупцами, вся высшая власть в Британии уже распределена, у герцогов много детей, у виконтов много детей, у графов, лордов, баронов, много детей, и им все нужны места. Вам места в этой схеме нет и никогда не будет.              Лейла, подготовленная Сарехом к этой трансляции выглядела как настоящий политик, плюс часть аудитории обращала не на то что она говорит, а на то что у неё третий размер груди и как он плавно облегает форму Великого Магистра Черных Рыцарей, это тоже воздействовало на психику на определенному уровне, так же поставленная её речь была достаточно хороша.              Сарех готовил её как демократического правителя – смерть семьи Малькольм, гарантировал ей что у неё будет очень много денег. А так же он тут же развернул собственную интригу, используя остатки правительства Франции, а также постановления суда, о ускоренном признании дееспособности Лейлы как владельца активов семьи Малькольм и фон Брайсгау, с рядом ограничений в лице формирования определенного Совета, но финансирование и принятие решений критично для экономики, ведь Малькольм и фон Брайгау управляли огромным количеством активов, и что бы экономика не полетела в еще большее пике, нужно было действовать решительно, и Сарех прекрасно умел это делать.              Теперь перед гражданами ЕС выступала девушка которая имела активов на 100 млрд франков, и главное… что бы франк не улетел в крутое пике, и не обесценился до уровня юаня, или какой-то другой валюты которой только печку топить, ведь так выгоднее. А для этого нужно успокоить население и представить им победы.              Ведь паника скоро спадет, и людям захочется кушать – нужно будет возвращаться на работу, урон экономике будет просто колоссальный. Сарех любым способом спасал экономику, ведь это позволит жить не отдельным индивидам, это позволит жить всем.              - Орден и ваши правительства помогут вам, да мир вступил в новое время где безумцы с оружием массового поражения могут убить кого угодно, но важно не сдаваться, и решительно сражаться. Ведь только через победу у нас будет шанс на лучшее будущее. Отныне нет никаких бункеров, нет никаких способов что бы спастись, есть только Фрея. Всех нас могут убить, в том числе и меня, но я буду сражаться пока дышу, никто из Ордена не струсил, мы все сражались в первых рядах, это свидетельствует атака на Пендрагон все руководство Черных Рыцарей и наших элитных подразделений сражалось. Сражалось и побеждало Гвардию Императора Чарльза. Кто-то может сказать, что нет результата – есть. Мы можем долететь до Пендрагона на найтмерах. Можем и сделаем это если будет нужно, с Фреей, и покажем, что нельзя безнаказанно убивать людей. Пока что мы сосредоточены на уничтожения военных объектов, и войск Британии, ведь главное освободить как можно больше захваченной территории. Нанести поражение, и это важно, чем меньше у Британии войск, тем лучше.              И это действительно так было, чтобы воевать нужны были войска, опытные войска, и Орден уничтожил почти 200 тысяч британских войск за неделю, и это просто огромные цифры. Где столько добровольцев найти если они будут знать, что в них прилетит аналог ядерной бомбы? Пока слишком сильна паника, и сражения идут только теми ресурсами что есть. Этот момент важно использовать, для того что бы сокрушить Британию.              Самое важно это космическое превосходство, сейчас Лелуш отозвал большую часть космических сил Британии, чтобы переговорить с капитанами кораблей. В том числе для внедрения вирусов, которые смогут быстро переписать все протоколы. Самое высокотехнологичное оружие Британии кроме Фреи должно перейти под контроль Ордена Черных Рыцарей, впрочем, Сарех намеревался оставить эти корабли Лелушу, ведь для существования на нынешней Земле каждому государству понадобится сильная армия, у которой есть космические корабли и мощности для их производства. Для последующей добычи полезных ископаемых. Тут важна конкуренция, на самом деле Сарех подозревал что начнется технологическая сингулярность.              ЕС — это больше чем 27 стран, которые имеют собственные научные школы, а без аристократии в Британии взойдут десятки умов, особенно если Лелуш организует все правильно, как и систему инвестиций. Возникнет серьезная конкуренция, но у обоих стран огромный внутрений рынок, корпорации будут соперничать и оставлять самых сильных.              Возможно будет даже ситуация начала Интернета с крахом Даткома, только для космоса. Сначала тема будет перегрета, кризис, и останутся только самые сильные корпорации.              А самое главное – Орден, обладающий передовыми технологиями будет этим как раз заниматься, Кагуя Сумераги, как 6 Домов Киото активно сотрудничают с Орденом влившись в его члены, во имя долгой жизни и процветания. Конечно 250 лет они не проживут, но современные технологии дадут им дополнительные 20-30 лет, в зависимости от того, когда они начали процедуры, да что там члены клана Куруруги, тоже сотрудничают с Орденом, от чего Сузаку должен, наверное, словить сердечный приступ – ничего личного только бизнес.              Так же 10% от конфискованных активов евнухов отправились в хранилища Ордена за помощь Китайской Федерации. Сарех старался не упускать никаких возможонстей, для того что бы завести полезные связи и знакомства. Да и нужны деньги на те же политические компании.              - Мы будем сражаться, до самого конца. Победы или поражения. – Завершила свою речь Лейла. – Справедливость восторжествует народы мира будут свободны.              После этого экраны отключились. Хотя Сарех вообще выделил отдельного человека что будет просто методично спокойным голосом успокаивать народ, все же Лейла уже классом повыше, задача этого человека постоянно вести Информационно-Психологическую Операцию общий смысл такой – «Ударили Фреей, отлично минус одна».              Сарех просто не способен говорить такую дичь с серьезным лицом, а также у него нет времени успокаивать кучу народа, которые хотят устроить Фаллаут своей планете простой экономикой. А ведь никуда не девался кризис продовольствия, буквально все хотели, чтобы тут была Исара…              Ведь она была администратором галактической Империи с опытом работы в 400 лет. Которая могла бы разобраться со всем этим.              Все думали о том, что нужно какое-то мировое правительство создать, дабы все начало опять иметь смысл, и Земля пришла в норму, но нужно пережить 2018й год. Это будет, пожалуй, самым страшным годом в истории человечества.              

***

             Лелуш сидел в командной комнате, и использовал свои возможности для того что бы формировать уже свои гвардейские части, для того что бы члены Черных Рыцарей получили больше оборудования, в частности те подразделения что лояльны ему в частности Джеремия Готвальд, можно сказать он формировал тайную армию, и все генералы были уверены, что это приказы Императора.              По сути это была игра в шахматы за двоих, и теперь он изображал тирана-Императора, который хочет в ответ на покушения на себя организовать страшный террор. Многие войска получили приказы на ликвидацию аристократии, причем в большом количестве.              В целом атака шла по главам родов, и их личных войск, Лелуш от лица Императора Чарльза издал эдикт что теперь армия должна быть единоначалие и не должно быть никаких личных войск, ни у кого кроме Императора, по сути отменяя все договора что у герцогов может быть личный полк, а у барона личный батальон, все это теперь отменено, Британская Армия должна подавить все «мятежные» элементы, Лелуш подделывал подпись отца, уже несколько сотен раз, отдавая приказ об убийстве герцогов и графов, аресте экономистов, произошла полная заморозка вкладов население и принудительная конфискация всех активов «мятежных» аристократов в пользу казны, если какой-то банк не совершал быструю транзакцию, то военным на местам разрешалось расстрелять все руководство.              Цель Лелуша сделать Чарльза самым непопулярным политиком в истории, сделать так что бы Чарльз, которого еще вчера прославляли за уничтожение Парижа проклинали, проклинали так что бы стремились связаться со Шнайзелем и тот может сформировать устойчивую оппозицию, к власти.              С помощью компьютеров сделали точную модель Императора и вот пускали все речи Императора где он подтверждает свою легитимность и свои приказы делал отдел Ордена Черных Рыцарей.              Лелуш изолировал Интернет, по сути положив гражданскую систему связи, отменил всею программы по телевизору кроме новостей. И продолжал дальше усиливать свой террор.              - Можешь еще запустить Лебединое Озеро. – Предложила Сесилия.              - Зачем?              - Люди будут знать, что что-то не так, и это будет их еще раздражать. Дополнительный стимул. – Сесилия была очень иронична, она помогала ему со всем, например, ставить камеру. А еще как Лелуш он тоже записал видео, где Одиссей, Шнайзель и Гвиневра признают его Императором. А Лелуш на том видео гарантирует что вернет аристократам деньги и поместья, которые конфискует подлый Чарльз, в нарушении всех норм приличия.              Это была такая тактика – Чарльз отнимает все, Лелуш обещает вернуть 10% и уже выглядит как спаситель. Так же в Армии Британии введен новый протокол – все коды доступа Императора аннулированы, если они не идут через Пендрагон и не подтверждаются командующими 3х родов войск, в противном случае это фальшивка. Настоящий Чарльз уже пытался перехватить контроль из ЕвроБритании.              И тут Лелуш нанес еще один удар, в роли Чарльза он объявил Шин Хьюго Шианая презренным одиннадцатым что не достоин королевских милостей, что он убил эрцгерцога Хайленда, и что тот презренный узурпатор, и войска ЕвроБритании должны его убить.              Теперь и у Шианя проблемы, ведь обычно все что говорит Император закон.              - У тебя Лелуш очень сложная ситуация, по нашей легенде Император пережил покушение, лидер переживший покушение пользуется абсолютной поддержкой народа. А тут ты хочешь сломать систему и заставить народ тебя ненавидеть. Это сложная задача. – Сказала Сесилия.              - Я вот над ней активно думаю.              Сесилия смотрела на ряды экранов так, словно перед ней был не штаб, а сцена, на которой они вдвоём ставили чудовищно дорогой спектакль. На одних мониторах шли сводки о заморозке вкладов, на других — экстренные выпуски, где с лицом Чарльза говорили слова, которых он бы, вероятно, и сам не постеснялся, если бы окончательно утратил остатки политического инстинкта. Лелуш работал молча, быстро, с той сосредоточенностью, которая всегда появлялась у него, когда он переставал быть человеком и превращался в механизм по производству решений. Сесилия сидела на краю стола, покачивая ногой, и разглядывала его с насмешливым интересом, будто наблюдала за тем, как подросток пытается вручную устроить государственный переворот, не проливая лишней крови. Это даже вызывало у неё некоторое уважение.              - Ты бьёшь по деньгам, и это правильно, — сказала она наконец. — Но деньги вызывают злость не сразу. Сначала люди думают: «Это временно, наверху разберутся». Потом: «Наверное, так надо». А тебе нужно, чтобы они за несколько дней решили: старик окончательно сошёл с ума.              Лелуш оторвался от консоли и посмотрел на неё устало, но внимательно.              - Я уже заморозил счета, конфискую активы, уничтожаю политическую опору аристократии, обрушиваю систему связи, ссорю его с Шианем. Чего ещё не хватает?              - Унижения, — спокойно ответила Сесилия. — Не насилия, не крови. Унижения. Люди готовы терпеть страх. Иногда они терпят даже бедность. Но они очень плохо переносят, когда власть начинает обращаться с ними как с мусором и даже не скрывает этого. Твой Чарльз должен перестать быть суровым правителем и стать капризным старым чудовищем, которое само подрубает опоры своей власти.              Лелуш чуть сузил глаза.              - Конкретнее.              - Во-первых, налоги. Не массовые репрессии, а именно абсурдные поборы. Введи чрезвычайный “Имперский сбор на безопасность престола”. На аристократию — отдельный. На города, где произошли волнения, — карательный. На промышленников — обязательный военный займ. Не разоряй их до конца, это долго. Сделай хуже: заставь платить немедленно, в унизительной форме, под угрозой потери титула и привилегий. Пусть каждый герцог, граф и барон почувствует, что его не уважают, а просто доят.              Лелуш медленно кивнул. Идея ему явно понравилась.              - Это ударит по лояльности быстрее, чем аресты.              - Конечно. Арест — это трагедия. А побор — это оскорбление. Оскорблённый аристократ всегда опаснее испуганного. Особенно если ему оставить надежду на альтернативу.              - То есть на меня.              - Именно на тебя, — лениво протянула Сесилия. — Чарльз должен вести себя так, будто потерял всякое чувство меры. Например, пересмотреть иерархию титулов.              - Что?              - Объяви, что наследственные привилегии больше не гарантируют уважения. Что титул должен ежегодно подтверждаться “практической полезностью для Империи”. Пусть герцоги дрожат, что завтра их сравняют с баронами, а баронов — с простолюдинами. Старый порядок держится не только на богатстве, но и на предсказуемости. Убери предсказуемость — и они начнут искать нового гаранта своих прав.              Лелуш откинулся на спинку кресла и на секунду прикрыл глаза.              - Это хорошо. Очень хорошо. Он выглядит не реформатором, а именно сумасшедшим самодержцем, которому внезапно захотелось перетрясти всё государство.              - Да. И ещё — заставь его вмешаться в символы. Это всегда бесит сильнее, чем кажется. Император может отнять деньги, но если он начнёт издеваться над ритуалами, памятью, статусными привычками элиты, они воспримут это как личное оскорбление.              - Например?              - Запретить траур по погибшим аристократам без личного императорского разрешения. Отменить часть старых церемоний. Приказать, чтобы на официальных приёмах все титулованные лица являлись в унифицированной гражданской одежде “во избежание сословного тщеславия”. Пусть старые герцогини и графы поймут, что их заставляют выглядеть как чиновников средней руки. Это мелочно, мерзко и очень в духе сошедшего с ума тирана, который решил вдруг “навести порядок”.              Лелуш хмыкнул.              - Ты, кажется, получаешь от этого удовольствие.              - Я живу достаточно долго, чтобы ценить качественную политическую пакость, — ответила Сесилия. — Но ты ещё не добрался до главного.              Сесилия теперь вернула себе желание немного пожить, а если и умирать нужно уйти с качественным фейрверком, так что она использовала всю свою богатую жизнь, для того что бы просто развлечься. Что может быть лучше чем развлечься за счет самой могущественной Империи на планете.              - И что же главное?              Она наклонилась вперёд.              - Не заставляй Чарльза просто грабить. Заставь его выглядеть неблагодарным. Народ и аристократия могут простить многое, если им кажется, что жертвы замечают. Но если Император начинает говорить с ними так, будто они ему всем обязаны, а он им — ничем, тогда даже самые тупые начинают злиться. Пусть он выйдет в эфир и скажет, что покушение на него стало возможным из-за разложения аристократии, трусости военных, корысти банкиров и распущенности городского населения. Пусть обвинит буквально всех, кто его до сих пор поддерживал. Не угрожай — презирай. Презрение запоминается лучше страха.              Лелуш несколько секунд смотрел на один из экранов, где зацикленно шёл образ Чарльза.              - То есть он должен публично унизить собственную опору.              - Да. И обязательно так, чтобы у них остался выход. Если ты просто разозлишь их, они могут впасть в ступор. Но если в этот же момент появляешься ты, то есть Лелуш — вменяемый, спокойный, обещающий порядок, частичную амнистию, возврат части имущества и восстановление процедур — тогда их злость получает направление.              - Чарльз отнимает всё, а я возвращаю часть и уже выгляжу спасителем, — тихо повторил Лелуш, почти самому себе.              - Старый трюк, — пожала плечами Сесилия. — Работает уже несколько тысяч лет.              Он снова начал вводить команды, быстро, почти зло. На экранах одна за другой всплывали новые директивы, указы, проекты обращений.              - Хорошо. Значит, вводим чрезвычайный налог на безопасность трона. Переоценку титулов по “степени полезности Империи”. Временную отмену части церемониальных привилегий. Обязательную централизацию частных капиталов в пользу казны. И публичное обращение, где Чарльз обвинит аристократию, армию и народ в собственном покушении.              - Ещё лучше, — мягко добавила Сесилия. — Пусть он требует от аристократии публичных клятв верности в ускоренном порядке. Массово, срочно, унизительно. С обязательной видеозаписью. Те, кто горды, будут в ярости. Те, кто трусливы, — в панике. А те, кто прагматичны, начнут искать, к кому переметнуться до того, как старик окончательно утопит корабль.              Лелуш остановился и посмотрел на неё уже с явным интересом.              - Ты бываешь полезной.              - Иногда, — спокойно сказала она. — Но есть ещё один штрих. Очень важный. Не делай из Чарльза просто жестокого. Сделай его непоследовательным. Жестокость внушает страх. Безумная непоследовательность внушает ужас и недоверие. Сегодня он конфискует имущество одного рода, завтра — милует другой без объяснения, послезавтра — снова отнимает. Сегодня объявляет единоначалие, завтра возвышает какого-нибудь случайного фаворита. Люди должны понять, что правил больше нет. А когда правил нет, элиты всегда ищут нового хозяина.              Лелуш медленно улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у большинства людей по спине шёл холодок.              - Тогда он перестанет быть Императором в их глазах и станет угрозой самому существованию системы.              - Да, — сказала Сесилия. — И в этот момент ты уже не мятежник. Ты — последняя страховка от старческого безумия.              В командной комнате на секунду воцарилась тишина, нарушаемая только шелестом вентиляторов и тихими сигналами аппаратуры. За стенами уже начинал перестраиваться целый мир — офицеры исполняли фальшивые указы, банки дрожали, аристократы метались, пытаясь понять, что происходит, военные губернаторы искали связь с Пендрагоном и не получали ничего, кроме всё новых приказов, всё более абсурдных и оскорбительных.              Лелуш поднял взгляд на центральный экран, где застыло лицо Чарльза.              - Хорошо, отец, — тихо сказал он. — Раз ты хотел, чтобы весь мир дрожал перед тобой, я сделаю лучше. Я добьюсь того, что весь мир будет тебя ненавидеть.              Сесилия усмехнулась и, чуть наклонив голову, наблюдала, как он снова превращается в идеального игрока, который двигает фигуры обеих сторон сразу.              - Вот теперь, — сказала она, — ты действительно начинаешь быть похож на Императора. Кстати, стоит сказать, что у тебя стильная одежда, белая, это отражение от Черных Рыцарей? Может тебе все же стоило стать дизайнером, форма Черных Рыцарей, форма Зеро?              - Все же у меня должен быть хоть какой-то эстетический вкус.              Действительно у Лелуша было довольно стильная одежда, с внутренним символом, что Сарех назвал: «Оком Хоруса», и говорил, что это правильно, ведь они идут против Императора с дебильным планом.              На нём был наряд, который нельзя было назвать просто одеждой — это была манифестация власти, тщательно выверенная до последней линии. Белоснежный мундир облегал фигуру Лелуша с почти математической точностью, подчёркивая его худощавую, но напряжённую осанку. Ткань казалась слишком чистой для мира, в котором он жил — словно он сам стоял вне грязи и крови, управляя ими, но не касаясь.              Золотые элементы не были избыточными — они были демонстративными. Тонкие, но уверенные линии шли вдоль груди и плеч, сходясь в строгие узоры, которые напоминали не столько украшение, сколько знаки различия, понятные лишь тем, кто привык читать власть по символам. Они ловили свет и отражали его так, будто каждый жест Лелуша сопровождался тихим отблеском величия.              На груди и по линии воротника тёмные вставки создавали контраст, придавая образу глубину и строгость — как напоминание о том, что за этой внешней чистотой скрывается холодный расчёт. Центральный акцент — крупный красный камень, заключённый в золотую оправу, — притягивал взгляд, словно сердце всей композиции. Он казался не просто украшением, а символом — власти, крови, или, возможно, жертвы, которую этот человек уже принёс или ещё принесёт.              Как раз то что Сарех и назвал: «Оком Гора», «Око Хоруса», а ведь он еще никому не рассказал об Вархаммере.              Пояс, широкий и декоративный, с тем же рубиновым сиянием, замыкал образ, делая его завершённым — как если бы вся фигура Лелуша была заключена в рамки собственной роли. Ни одной лишней детали, ни одного случайного элемента — всё подчинено одной цели: внушать.              И даже в том, как он двигался в этой одежде, чувствовалась не просто уверенность — контроль. Будто сам костюм не сковывал, а, наоборот, дисциплинировал пространство вокруг него. Он не просто носил эту форму — он существовал в ней как её продолжение.              Это был не принц и не солдат. Это был человек, который уже примерил на себя трон — и сделал его частью своей сущности.              Его будущая личная гвардия отражала его представления о прекрасном, так что когда Лелуш взойдет на престол у него были гвардейцы из Ордена Черных Рыцарей, которые захотят поддержать своего командира на новом месте службы. А Готвальд станет командиром личных гвардейцев и охранников. Конечно это не будет – Золотым Легионом Сареха. Но достаточно компетентные.                     Форма его гвардейцев выглядела как продолжение самого Лелуша — не просто символ власти, а инструмент, в котором эстетика и функциональность были сплавлены в единое целое.              Основой служил строгий, почти аскетичный силуэт: тёмно-серый облегающий костюм, поверх которого спадал белый плащ с чёткими золотыми вставками. Но в отличие от парадной роскоши самого Императора, здесь каждая линия имела практическое значение. Ткань не была обычной — это был многослойный композит, внешне напоминающий текстиль, но по факту способный остановить осколки и пули малого калибра. Он не делал солдата неуязвимым, но давал те самые секунды, которые решают — выживет он или нет.              Головной убор сразу притягивал взгляд. Высокий, с острыми, почти геометрически выверенными линиями, он казался декоративным… пока не становилось понятно, что его козырёк — это не просто элемент формы. Внутри находилась интегрированная система HUD: прозрачный дисплей проецировал данные прямо перед глазами гвардейца — цели, дистанции, сигнатуры союзников, предупреждения об угрозах. Никаких лишних движений, никаких отвлечений — вся информация уже была там, где должен быть взгляд.              Под тканью головного убора скрывались активные наушники. Они отсеивали лишний шум боя, усиливали важные сигналы, выделяли голос командира даже в хаосе стрельбы и взрывов. Солдат не просто слышал — он получал отфильтрированную картину звука, превращённую в инструмент выживания.              Лица гвардейцев были закрыты масками — гладкими, минималистичными, без лишних деталей. Они защищали от осколков, пыли, частично от химических угроз, но главное — стирали индивидуальность. Перед врагом стояли не люди, а единый организм, без эмоций, без сомнений. Только глаза оставались открыты — холодные, сосредоточенные, подсвеченные отражением интерфейсов.              Руки защищали усиленные перчатки с тактильной отдачей — они позволяли работать с оружием, техникой и интерфейсами так же точно, как голыми пальцами, но без риска. Обувь имела встроенные стабилизаторы и усиление — чтобы держать равновесие даже при взрывах или резких манёврах.              И при всём этом — форма оставалась… красивой. Холодной, строгой, почти церемониальной. Белый и золото поверх тьмы создавали образ не просто солдат, а элиты, личной воли Императора. Они выглядели так, будто вышли не с поля боя, а с трибун истории — и в то же время были готовы в любую секунду превратить эту историю в кровь и пепел.              Это была не просто гвардия.              Это был инструмент власти, доведённый до совершенства.              Осматривая результат своих рук, Лелуш все же подумал, что у него возможно действительно есть какие-то художественные таланты, а также избыток свободного времени, чтобы нарисовать все это*.       (Приметка Автора. Вот что круто в Коде Гиаса это визуальная стилистика формы у персонажей. Она просто офигенная)              

***

                    Сарех же искал, место где производились Фреи, кто являлся главным ученым, Лелуш дал ему секретный доступ до дворца и до закрытых сетей Британии, и анализировал тысячи документов, на полную мощность использовал все что у него есть. Дело в том что Генеральный Штаб Британии не знает откуда Император взял Фрею, и это очень раздражало.              Император вылез в ЕвроБритании, и это означает что нужно давить ЕвроБританию, загонять того в угол, Лелуш отозвал флот Британии и остается только флот ЕвроБритании, оставался Шиань, который разом утратил поддержку аристократов после объявления сгенерированного нейросетью Императора, у него был только Орден Михаила, который начал сам карательные акции, и Шин Хьюго Шиань начал вести себя как Лелуш, то есть арестовывать аристократов и лишал их всего, Шианю было полностью все равно.              Однако сохранялся еще один анклав – Ближневосточный Анлак, где базировались крупные силы Британии, которые окружались со всех сторон. Время финальной битвы приближались, восставали целые города, Иран — это горная местность и можно подорвать мосты, прямо, когда идет там батальон, даже если все проверено.              Сарех передавал им взрывачатку основанную на наквадахе, и это по сути был взрыв маленькой капсулы в 20-30 грамм что обрушивали целые мосты. Начиналась полноценная партизанская война, и Аль-Фалим скорее всего станет тем человеком что сможет освободить свою родину без помощи иностранных сил, все от того что логистика страдает, Ближневосточный Анклав окружен со всех сторон.              Кольцо будет просто стягивается, как только флот перестанет исполнять приказы Императора, и, например, наносить удары по «мятежникам», то окажется что у Чарльза уже не будет никаких ресурсов, кроме Фрей, космической станции и ЕвроБритании, но Лелуш грамотно обвинил в убийстве эрцгерцога Хайленда Шин Хьюго Шианя.              Обычно правителей слушают, ведь правители не могут просто так обманывать, и значит у них есть какие-то доказательства.              Да, у Лелуша были доказательства – Черные Рыцари не убивали правителя ЕвроБритании, и это означает только одно – убийца кто-то другой. Хайленд был уважаем своими подчиненными и когда кто-то с авторитетом сказал, что «жалкий одиннадцатый» убил его заставляет начать восставать, а еще вперед пошли силы Финляндии с переброшенными силами Швеции, Балтийский фронт, Днепровский и Белорусский фронт, который активно начал обстреливать вражеские позиции.              Балканские части ЕС, в 20 километрах от Стамбула, и по сути сейчас у Чарльза осталась одна ЕвроБритания, одно государство, больше ничего нет, если он каким-то образом не сможет убедить всех что он тот, за кого себя выдает.              Одиссей, Гвиневра и Шнайзель поклялись Лелушу в верности как Императору, тот продолжает выходить на связь через радио. Создал дефицит информации как «Чарльз» и сейчас удовлетворяет эту информацию.              Используя армию не более чем инструмент для уничтожения ультралояльной Чарльзу части аристократии, которые были готовы воевать до победного, и вот сейчас их расстреливают. Войска уничтожаются, безжалости.              - Будь я сумасшедшим Императором где бы я разместил производство дезинтеграционного оружия… Хотя это спорное мнение, Нина буквально могла собрать эту ядерку в школе. – Говорил Сарех общаясь сам с собой, смотря на различные данные которые отображались на различных дисплеях. – Хотя я и есть сумасшедший Император и это был бы какой-то тайный бункер, возможно даже в Японии. Вполне реалистично, там очень много сакурайдата, и есть производственные возможности. Возможно, как раз в Академии Эшфорда остались какие-то данные о Фреи.              Действительно скорее всего на резервных компьютерных системах сохранились данные о Фреи, просто Сарех не ожидал многоступенчатого резервирования данных в обычной школе. Но Нина же получала уран-235, значит должна была быть какая-то отчетность. Все из-за внимательности Эшфорда к дорогим материалам, и так появилась дезинтеграционная боеголовка.              Сарех думал, что Шиань долго не продержится особенно когда Лейла захватила Иркутск и начала восстанавливать там демократическое правительство. В целом это может разразится как лесной пожар, люди знают о Фрее, и не хотят ставать её целью, особенно солдаты, они могут предпочти сдаться чем сражаться до конца, разведка Фернеза и других Орденов могут действовать.              Сарех намеревался выпинать всех британцев в Америку, из тех, кто не хочет остаться, и уже Лелуш будет их там переделывать… Ему понадобится много ресурсов для того что бы начать трансформировать Империю в что-то нормальное, и монархию с элементами демократии, слишком огромные ресурсы были сосредоточены у аристократии и сейчас Лелуш в образе Чарльза это отбирал методично. Потом вернет лишь малую часть и те уже будут счастливы, а главное у Лелуша будет поддержка Ордена Черных Рыцарей.              Сейчас нужно сосредоточится на самых слабых – Китайской Федерации, это одна из самых слабых сверхдержав, с другой стороны то что Китайская Федерация распалась имеет плюсы, позволяет усилить влияния Ордена в этих странах, особенно в Казахстане, Монголии, Узбекистане, Таджикистане, Киргизстане и в некоторых других странах.              Филиппины, Малайзии и других странах Юго-Восточной Азии. Распространение в Африке, ведь у этих стран есть потенциал, Сарех в прошлой вселенной сформировал с помощью своих агентов Африканскую Федерацию, которая стала в некоторой мере сильной региональной державой, что правила Африкой и обладала самой сильной армией на континенте.              Сарех попытается планировать на будущие. За счет просто гигантского количества ресурсов, после правления Британией Африкой там нужно много восстанавливать в частности количество населения. Не трудно рассказать, как британцы относились к чернокожему населению, конечно официального рабства не было, это было признанно экономически не рентабельным, однако… британцы не признавали азиатов за людей, а тут чернокожее население. Сегрегация не просто существовала, но и активно поощрялась. Чернокожее население, как и индейское население были дешевой рабочей силой, хотя… не было больше индейцев, ведь их ассимилировали.              И буквально только Сарех знал, что люди потеряли в плане культуры, но не позволял себе слишком долго об этом думать – исчезли сотни культур и это никак не повлияло на человечество.              

***

             - Шнайзель можешь объяснить, что происходит? – Спросила Гвиневра, которая уже была не в своем вычурном платье, они скрывались на одном из тайных баз Императора, куда прибывали найтмеры, и где находились элита Черных Рыцарей, Сузаку Куруруги и Корнелия. Так же Черные Рыцари пребывали секретными маршрутами. Пилоты оснащалась самыми передовыми найтмерами. Согласно приказу Императора самые передовые найтмеры должны будут сформировать отдельную армию. Во всяком случае это то что знали армейцы, и им приходилось разбираться с восстаниями с помощью подручных средств. Герцоги зная, что армия приходит только убивать пытается как-то апеллировать к Императору, сражаться или торговаться, но армии было все равно. У них был приказ Императора.              С той же холодность с которой они убивали японцев они убивали и британцев. Армия уничтожала частные армии с тотальной безжалостностью, не должно по результату этой операции вообще остаться без другой армии кроме одной – Армия Британии.              - Это очевидно сестра моя, Лелуш под образом Императора с помощью Гиаса уничтожает любую легитимную власть Императора, заставляя все больше и больше людей обратится к нему. После чего он отдаст толпе генералов, которые сейчас управляют армией, вот и все. Простой гамбит, Император кстати пытается перехватить управление, но все управление переводится на подпространственные передачи, как итог он не может вмешаться и остановить то что происходит. Последний его союзник Шин Хьюго Шиань может лишиться власти.              - Все наши завоевания могут исчезнуть под его правлением.              - Они больше не имеют никакой роли. – Сказал Шнайзель. – Космос — вот новая граница, рабочих можно купить за деньги, и Британия одна из самых технологических стран на планете. Мы вполне можем занять 30% рынка, может быть даже больше.              Одиссей же спокойно сидел и пил чай, ему то было все равно, на все что происходит благо теперь его никто не воспринимал как наследника и это хорошо. Личные силы основных детей Императора пребывали, но много было как раз Черных Рыцарей, которые старались не пересекаться с британцами и больше осваивать Винсенты, что бы в нужный момент начать восстание, которое способно будет «свергнуть тирана».              - Главное, что у тебя останутся твои ресурсы Гвиневра, вложишь их в что-то куда более существенное. – Сказал Шнайзель, который больше развлекался чем общался с сестрой.              Корнелия стала же довольно молчаливой. Бытие киборгом заставило её многое переосмыслить, особенно служение… Лелушу это противно, и у неё уже были собственные планы на то что можно сделать.              Лелуш не верил в Пакс Британик, и он намеревался стереть все что Британия делает Британию.              Некоторые члены фракции Одиссея и Гвиневры косились на смеющихся бывших Рыцарей Круга что резались в карты, особенно на Каллен Кодзуки, женщина которая должна казаться им настоящим демоном поднявшихся из ада, которая готова была уничтожать врагов десятками, она была одним из немногих людей что могли выполнить челлендж – уничтожить найтмеровский батальон в одиночку. Потопила несколько кораблей, уничтожила целые армии, и все это была 18 летняя девушка которая радостно сейчас смеялась играя в карты.              - Вам не кажется на нас косятся сказала. – Сказала Нонетта Энеграмм, бывший Рыцарь Девяти, кстати они играли в покер, и у них были даже фишки, вырезанные из картона, чем только нельзя заняться, когда становится скучно.              - Именно. – Сказал Джино. – Мы для них настоящие легенды, и пугала, особенно моя Каллен.              - Этим британцам лучше ко мне слишком близко не приближаться. – Каллен смотрела в свои карты. – Кстати где будем жить после всего этого, может в Японии?              - Я в Данию. – Сказала Моника. – Акито итак понятно будет жить в замке Брайсгау, и как настоящий феменист возьмет фамилию жены.              - Почему нет. – У Акито был идеальный покер-фейс. – Повышаю. Плюс Лейла будет идти в политику и лучше иметь немецкую фамилию чем японскую. Кроме того, мне эта фамилия никогда не принадлежала ведь моя мать изменяла с любовником.              - С такой точки зрения даже логично звучит. – Сказала Каллен, смотря в свои карты.              - Вы во время игры обсуждаете личную жизнь? – Спросила Аня, что сидела вместе с ними, благо никаких претензий к ней ни у кого не было, а вот Сузаку сидел где-то в засаде что бы наброситься на человека и начать проповедь. – Тогда во мне сидел призрак мертвой женщины. Повышаю.              - Это сложно будет переплюнуть, разве кроме того, что… Ах да наш Император и мой отец манипулировал разумом моей матери, а потом казнил всю её семью. И еще он хочет уничтожить все человечество. – Указала Моника.              - Это и так понятно. Давайте играть. – Раздраженно сказал Джино, ведь у него не было драматических историй.              Карты шуршали в пальцах, как будто это был не временный штаб на грани мировой войны, а какой-нибудь подпольный клуб, где у людей слишком много адреналина и слишком мало нормальной жизни.              Нонетта лениво бросила взгляд поверх карт на британских офицеров, стоящих у дальней стены.              - Они правда думают, что мы их сейчас всех перережем?              - Нет, — усмехнулась Каллен, не поднимая глаз. — Они думают, что если мы захотим — мы их перережем… и это самое неприятное.              - В целом они правы, — спокойно добавил Акито, аккуратно раскладывая фишки. — Колл.              - Ты умеешь подбодрить, — хмыкнул Джино.              - Я просто констатирую факт.              Аня сидела неподвижно, как статуя, но её глаза внимательно скользили от игрока к игроку.              - Люди в бою ведут себя предсказуемее, чем за столом, — произнесла она. — Там хотя бы ясно, кто враг.              - А здесь? — прищурилась Моника.              - Здесь каждый врёт.              - Это покер, — пожал плечами Джино. — В этом и смысл.              - Нет, — тихо сказала Аня. — Это привычка.              Каллен на секунду оторвалась от карт и посмотрела на неё.              - Ты сейчас про игру или про жизнь?              - Про вас.              Повисла короткая пауза.              - Жёстко, — протянула Нонетта. — Ладно, чтобы не было слишком философски… повышаю.              Она двинула вперёд фишки с лёгкой улыбкой, будто ей было всё равно — выиграет она или нет.              - О, наконец-то, — оживился Джино. — А то я уже думал, вы все играете как на похоронах.              - Мы буквально между боями, где можем умереть, — сухо заметила Моника. — Атмосфера располагает.              - Это не повод быть скучными.              - Это повод выигрывать, — спокойно ответил Акито.              Он сделал паузу, посмотрел на карты, затем на стол, затем — на лица.              - Колл.              Каллен медленно выдохнула.              - Вы оба слишком спокойные. Это подозрительно.              - Ты просто слишком эмоциональная, — парировал Джино.              - Я хотя бы живая.              - Я тоже, — ухмыльнулся он. — Просто умею это скрывать.              - Проверим, — сказала Каллен и двинула фишки вперёд. — Рейз.              Нонетта тихо присвистнула.              - Вот это уже интересно.              - Согласна, — кивнула Моника. — Начинается.              Аня не двигалась.              - Вы все сейчас играете не в карты.              - А во что? — спросил Джино.              - В контроль.              Акито слегка улыбнулся — едва заметно.              - Верно.              Он не смотрел на неё, но отвечал именно ей.              - Карты — это просто повод.              - Тогда зачем ты играешь? — спросила Аня.              - Чтобы понять, кто из вас сорвётся первым.              - Я не сорвусь, — сразу ответила Каллен.              - Уже сорвалась, — спокойно сказал он.              Она резко подняла взгляд.              - Повтори.              - Ты повышаешь не из-за карт, — так же спокойно продолжил Акито. — Ты повышаешь, потому что хочешь давить.              Тишина за столом стала плотнее.              - И что? — холодно спросила она.              - Ничего. Это работает… пока противник слабее.              Джино тихо усмехнулся.              - Ох, это сейчас было опасно.              - Он прав, — неожиданно сказала Моника. — Ты играешь как в бою.              - А ты нет? — резко повернулась к ней Каллен.              - Я играю, чтобы выиграть. А не чтобы доказать.              Нонетта откинулась на спинку стула.              - Боже, я обожаю, когда у элиты начинаются психологические разборки из-за картона.              - Фолд, — спокойно сказала она. — Я не настолько инвестирована в этот конфликт.              - Слабачка, — усмехнулся Джино.              - Выжившая, — поправила она.              Аня медленно положила карты на стол.              - Фолд.              - Серьёзно? — удивился Джино. — Ты же даже не попыталась.              - Я уже получила всё, что хотела.              - И что же?              - Понимание. Не стой на пути у голодного медведя, это может быть опасно. А еще это слишком забавно.              Остались трое: Каллен, Акито и Джино.              - Ну что, — сказал Джино, — теперь становится весело.              Он бросил взгляд на Каллен.              - Ты уверена?              - Абсолютно.              - Тогда… колл.              Все посмотрели на Акито. Он некоторое время молчал.              - Рейз.              Фишки тихо скользнули вперёд. Каллен замерла на секунду.              - Ты блефуешь.              - Возможно.              - Нет, ты рассчитываешь.              - Всегда. – Акито тут продемонстрировал свою относительно человеческую сторону просто играя в карты, а не сражаясь, нужно кстати найти обычные хобби. Ведь без войны, ему не будет что делать, да он останется в Ордене будет тренировать людей, но не более того. Командование его не прельщает, как и политическая карьера, может стоит даже подумать о том, чтобы заняться рыбалкой.              Она улыбнулась — резко, почти хищно.              - Тогда посмотрим.              - Колл.              Джино закатил глаза.              - Вы двое сведёте меня в могилу.              - Ты можешь выйти, — спокойно сказал Акито.              - Никогда. Мне пообещали, что если я выиграю, то мог рассчитывать на очень специфический секс. Так что у меня сильная мотивация. – Джино посмотрел сальной улыбкой на Каллен, которая была сосредоточена на своих картах.              - А если проиграешь?              - Тогда все будет стандартно.              - В общем ты не проигрываешь. – Заключил Акито.              Джино кинул фишки.              - Колл.              Карты открылись. Пауза длилась долю секунды — но в ней было больше напряжения, чем в бою. И затем…              - Чёрт… — выдохнул Джино.              Каллен сжала губы. Акито спокойно собрал фишки.              - Игра закончена.              - Нет, — тихо сказала Каллен. — Только началась.              Он поднял взгляд.              - Тогда в следующий раз играй не против меня.              - А против кого?              - Против себя.              За их спинами британские офицеры всё ещё наблюдали, не понимая, что страшнее — бой, в котором эти люди уничтожают армии, или спокойный стол, за которым они читают друг друга, как открытую книгу.              И, возможно, именно здесь было видно настоящее. Не на поле боя. А за столом, где нельзя спрятаться за бронёй найтмера. А так же личные взаимоотношения между элитой Ордена Черных, Рыцарей которые уже давно внесли себя в легенду, Олдрин и Орфей же спокойно спали, ведь, когда еще выдастся свободная минутка, Зи Диаен же играл в стратежку на своему телефоне, благо тут не было доната и можно было просто поиграть. Да и нервы полечить, после всего того что произошло за последние дни нужно было полечить нервы.              Хорошие нервы нужны для всех, ведь в противном случае можно слечь с психилогической травмой, итак после войны цены на психотерапевтов будут довольно большие, особенно среди детей что участвовали в бою.              

***

             Чарльз понимал, что теряет ресурсы, и у него отобрали Империю и сейчас у него был контроль только над Зоной 11, и бывшая Япония теперь стала одним из последних оплотов его планов, так же рядом находился остров Богов. Где был доступ в Мир Си.              Именно тут строилась станция и был запас Фрей, ведь рядом был сакурайдат.              - В Москве произошло восстание. – Сказал Шин Хьюго Шиань через систему связи.              - Понятно. – Сказал Чарльз. – Пусть все силы Ордена Михаила отступают в Зону 11, именно тут будет последняя битва, где мы можем уничтожить всех.              - Понял вас. – Согласился Шин Хьюго Шиань, после того как «Император» объявил о том, что Шиань убил эрцгерцога начались восстания, много восстаний, поддерживаемые аристократией, тот начал всех давить, однако даже фронтовые части стали бунтовать и сдаваться ЕС так как понимали, что уже нет никакого смысла сражаться.              - Не беспокойся Шин, ведь скоро наша боевая станция поднимется в воздух и уничтожит всех наши врагов, и все человечество.              Боевая станция была 500 метров в диаметре и 300 метров в высоту сравнимо с хаттаком. Там содержался запас Фрей и множество энергетических и кинетических орудий. Это была боевая станция, в которую были вложены множество ресурсов.              Она не выглядела как корабль. Корабли строят для движения. Это — для уничтожения.              Её корпус был сегментирован, разбит на массивные бронеплиты, каждая из которых могла выдержать попадание адронного заряда средней мощности. Между этими плитами проходили линии тусклого голубого света — энергетические каналы, по которым циркулировала мощность реактора, сравнимая с небольшой звездой. В некоторых местах они вспыхивали ярче, словно станция дышала.              Центральный блок представлял собой многогранную конструкцию, напоминающую кристалл, впаянный в металлический каркас. Именно там находился главный реактор и командный центр — сердце станции, защищённое несколькими слоями композитной брони и перекрытое щитами, наложенными друг на друга, как слои реальности.              Вокруг него располагались кольцевые уровни — не просто конструкция, а система обороны:              — Первый слой: автоматические турели ближнего действия, тысячи малокалиберных лазерных установок, способных превращать в пыль дроны, ракеты и даже лёгкие найтмеры.       — Второй слой: тяжёлые батареи — адронные пушки, встроенные прямо в корпус, с возможностью вести огонь по орбитальным целям и поверхности планеты. Их стволы были утоплены в броню и выдвигались только перед выстрелом.       — Третий слой: ракетные шахты, скрытые под сегментами корпуса. Сотни пусковых установок, способных за один залп насытить пространство таким количеством боеголовок, что любая система ПВО захлебнётся.       — Четвёртый слой: кинетические ускорители — массивные рельсовые системы, предназначенные для запуска снарядов на гиперзвуковых скоростях, способных пробивать даже энергетические щиты за счёт чистой кинетики.              Но главное было не это.              Щиты.              Станция не имела одного щита — она имела систему щитов.              Первый — внешний, рассеивающий, предназначенный для поглощения энергии и распределения её по поверхности.       Второй — плотный барьер, способный выдерживать прямые попадания адронного оружия.       Третий — локальные сегментные щиты, которые могли усиливаться в конкретной зоне, превращая отдельные участки станции в практически неуязвимые.       И, наконец, последний уровень — аварийный, который мог на короткое время накрыть весь центральный блок, превращая его в недоступную цель даже для концентрированного удара флота.              Эта станция не просто защищалась. Она пережить всех тех кто будет атаковать её.              Её двигатели — массивные, но скрытые в нижней части конструкции — позволяли ей медленно менять орбиту, уходя от прямых атак. Не быстро. Но достаточно, чтобы сбить прицел и заставить противника тратить ресурсы.              На её поверхности можно было различить ангары — огромные, утопленные внутрь корпуса. Оттуда могли вылетать десятки, сотни машин: найтмеры, дроны, перехватчики. Это была не просто платформа — это был узел войны.              И где-то глубоко внутри, за слоями брони, щитов и стали, находился склад.              Фрея.              Не одна. Не две. Десятки.              Каждая — как приговор.              Чарльз стоял перед панорамным экраном, наблюдая, как станция медленно закрывает собой часть Земли.              - Они думают, что загнали меня в угол, — спокойно произнёс он. — Но они лишь соберут все цели в одном месте. Так закончится их история, мы дадим им то что они так хотят – финальный бой, ведь дальше у них не останется ничего, и никто не останется никакого человека, я найду Коды и построю лучший мир.              Шианю было плевать на лучший мир, он хотел тоже даровать всем людям лучшим мир – безвременье смерти, когда не будет никого и ничего что может быть. Не будет на земле никакой разумной жизни.