Глава 9

Пробуждение было резким и дезориентирующим. Нил не узнавал ни постели, ни окружающей обстановки, что мгновенно вызвало волну тревоги. Тяжесть чужих рук, обнимавших его, лишь усилила напряжение. Куда, черт возьми, его забросил этот безумный Миньярд? Воспоминания о том, что произошло после того, как он потерял сознание в машине, отсутствовали, но это ничуть не успокаивало. Пульсирующая головная боль заставила Нила зажмуриться. Где он вообще находится? Попытка пошевелиться обернулась резкой болью в спине, и он замер. В ответ на это движение, чужая рука сжала его еще крепче. Повернув голову, Нил увидел спящего Никки. С трудом высвободившись из крепких объятий, Нил скинул Хэммика с кровати, и тот с глухим стуком приземлился на пол. Никки, явно не ожидавший такого пробуждения, резко сел и уставился на Нила, который сидел на кровати. – Нил, какого черта? – недоуменно спросил бета. – Заткнись, пока я в тебя будильник не кинул, – серьезно ответил Джостен, кивком указывая на прибор на табуретке. – Ладно, ладно, не кипятись. Что я тебе сделал? Вчера же нормально общались. – Я сказал заткнись, – повторил омега, вспоминая события минувшего вечера. – Он проснулся? – раздался голос из-за двери. Терпение Нила окончательно иссякло. Схватив будильник с тумбочки, он метнул его в вошедшего, который успел увернуться. Будильник с грохотом разбился о косяк. Переждав атаку, Аарон выглянул в дверной проем. – Где Эндрю? – спросил Ники, поднимаясь с кровати и подходя к Нилу. – Они с Кевином пошли за завтраком, – ответил Аарон. – Вряд ли Нилу сейчас до еды. – Тогда пусть смотрит. Главное, что не блюет. Ники заботливо коснулся плеча Нила. – Хочешь водички? Пошли. Нил раздраженно стряхнул его руку, но колени предательски подогнулись. После двух неудачных попыток удержаться на ногах, Ники обхватил его за пояс и помог выпрямиться. – Ну всё, всё. Я просто помогу тебе дойти до кухни, хорошо? Приставать не буду, обещаю. – Как будто у меня есть выбор, – огрызнулся Нил. – Как будто он у тебя есть, – пожал плечами Аарон и вышел первым. Ники проводил Нила на кухню, усадил за стол и поставил перед ним стакан воды. Горло горело, но Нил не притронулся к воде, лишь сверля Ники убийственным взглядом. Ники растерянно перевел взгляд на Аарона, который холодно, без тени сочувствия, наблюдал за Нилом поверх кружки кофе. Вместо того чтобы выпить, Нил выплеснул содержимое стакана на пол. – Детский сад, – фыркнул Аарон. Нил метнул в него стаканом. Аарон отразил удар, и стакан упал на пол, разбившись. Ники вздохнул. – Боже. Если хочешь, прими душ первым. Он отвел Нила в ванную и хотел что-то сказать, но Нил захлопнул дверь перед его носом и заперся изнутри. В уединении он дал волю гневу, полминуты проклиная собственную глупость, а затем загнал всю злость в дальний угол сознания. Сейчас она все равно не поможет, да и на вчерашние поступки никак не повлияет. Нил огляделся. На унитазе, задрапированном чистой одеждой, словно саван, покоился пакет для его вещей. Рядом с душем, стройным рядом, выстроились туалетные принадлежности, а из-под двери, как призрак, свисало свежее полотенце. Матовое стекло окна, втиснутое между зеркалом и душевой кабиной, надежно отгораживало его от мира, превращая ванную в подобие кокона. Но из всего этого убранства внимание Нила приковало лишь одно – окно. Ники предлагал дождаться Эндрю, но Нил не мог позволить себе безделье. Путь до Пальметто был долгим, а поездка в одной машине с этой компанией казалась ему самоистязанием. В застегивающемся кармашке бумажника, словно сокровище, хранилась пара запасных линз. Нил разорвал фольгу и вставил их в глаза. Затем сбросил клубную одежду, облачившись в джинсы и футболку, лежавшие на унитазе. Обе вещи легли как влитые. В этот момент воспоминание о том, как метко Миньярды и Хэммик определили его размер, снова всколыхнуло гнев. Он сгреб клубные штаны и лонгслив, затолкал их в унитаз, поглубже утопил в воде и захлопнул крышку. Затем, отдернув занавеску душа, включил воду на полную мощь, тут же задернув ее обратно. Шум хлынувшей воды почти поглотил щелчок открывающегося окна. Выбираясь наружу, ему пришлось извиваться, но отчаяние служило куда более действенной смазкой, чем любая другая. Наркотическое похмелье, все еще витавшее в легких, замедляло движения, но мозг Нила работал на пределе: бывало и хуже. Он выбрался за пределы квартала, двигаясь наугад, и, открыв бумажник, прикинул наличность. Быстрая привычка – носить с собой пару сотен на случай, если события примут худший оборот, и никакой под рукой не окажется папки. На обратную дорогу этого хватало с избытком. Выбирая самые широкие улицы, Нил в итоге выскочил на главный проспект. Всего пара кварталов – и вот уже такси, довезшее его до ближайшей заправки. В дальнем углу парковки, одинокий как перст, стоял старый телефон-автомат. Нил опустил несколько монет в щель и, ориентируясь на память, набрал номер Мэтта. После двух-трех гудков послышалось прокуренное, сонное «алло». Нил взглянул на часы: почти десять. – Мэтт, это Нил. Ты еще спишь? – Не-а, уже проснулся, – ответил Мэтт, зевая. – Где тебя носит? Я вчера не слышал, как ты вернулся. – Я в Колумбии. С Эндрю. – Ты… что?! – Сонливость как рукой сняло. В голосе Мэтта проскользнула тревога, и от этого Нилу стало еще хуже. – Боже, Нил, на хрена ты с ним поперся? Он… – Мэтт замолчал, а затем спросил: Ты как, в порядке? – В полном, – солгал Нил. Он постарался, чтобы голос звучал уверенно, но, видимо, Бойд думал о своем, потому как процедил сквозь зубы: – Убью его нахуй. На заднем фоне послышался женский голос, но слов разобрать не удалось. Мэтт, видимо, слегка отодвинул трубку от уха, потому как следующая фраза прозвучала тише: – Он в Колумбии. – О господи! – Донесся до Нила громкий, негодующий вскрик Даниэль. – У тебя точно все нормально? – переспросил Мэтт в трубку. – Я в порядке, – заверил его Нил. – Только у меня к тебе просьба. Очень возможно, что сегодня Эндрю захочет покопаться в моих вещах. Можешь не впускать его, пока меня нет? Буду тебе должен. – Да ну, о чем ты. Я же говорил, что пригожусь. – Спасибо, – поблагодарил Нил. – Ладно, буду выдвигаться. – Поосторожнее там, – предостерег Мэтт. – До скорого. Нил нажал на рычаг отбоя и набрал другой номер – Эбигейл. После нескольких гудков трубку сняли. – Да, это кто? – Эбби, это я, Нил. – Ох, Нил. Почему ты мне звонишь с незнакомого номера? Ты же с Кевином, мог бы попросить у него позвонить, – с тревогой спросила она. – Да, я с ним. Он сейчас занят, поэтому звоню через телефон-автомат, – объяснил он. – Как Белла? – С ней всё хорошо, не переживай. И, конечно же, скучает по своему брату. – Хорошо. Передай ей, что я скоро приеду. Нил нажав на рычаг отбоя, направился в ближайший магазин. Там он приобрел бутылку питьевой воды. Пока он бродил между стеллажами, его мысли снова и снова возвращались к недавнему телефонному разговору. Реакция Мэтта была красноречива. Очевидно, он сам пережил нечто подобное и прекрасно понимал, на какие уловки способен Эндрю в Колумбии. Именно это, вероятно, имел в виду Мэтт, говоря, что в прошлом году Эндрю "поставил его на место". Скорее всего, именно об этом шла речь между Эбби и Эндрю в день приезда Нила. Похоже, университетскому психологу пришлось работать с Мэттью после издевательств Эндрю. Возможно, Миньярд прислушался к ее словам и обошелся с Нилом более снисходительно, или же Нил избежал худшей участи благодаря вмешательству двух парней. Хотя, если бы Эндрю не появился вовремя, все могло закончиться гораздо хуже. Возможно, именно этот факт и стал причиной того, что Миньярд не стал подвергать его допросу. Напоследок Нил захватил пачку сигарет "Congress" и зажигалку, после чего расплатился за покупки. Кассирша любезно предложила воспользоваться телефонным справочником для вызова такси. В ожидании машины Джостен решил закурить. Эти сигареты он выбрал по рекомендации кассирши, которая нахваливала их как бюджетную альтернативу Marlboro, отмечая приятный сладковатый аромат табака. Хотя Нил и не был знатоком сигарет, эти ему пришлись по вкусу. Через пять минут подъехало такси и доставило его на ближайшую стоянку грузовиков у федеральной трассы номер 20, после чего уехало. Нил не стал сразу сигналить. Минут через пять-семь перед ним остановился черный пикап. Из машины вышел водитель – девушка, а точнее, его знакомая Оливия. – Привет. Я все думала, ты это или не ты. А оказалось, ты. Какими судьбами ты тут на трассе? – взволнованно спросила бета. – Просто... дела, – ответил он, не зная, что и ответить. Историю он даже ещё не придумал, уж неожиданно она здесь оказалась. – Дела? На трассе номер 20, в такой час? – Оливия подошла ближе, ее взгляд скользнул по его лицу, пытаясь уловить хоть что-то. - Ты выглядишь... неважно. Все в порядке?" – Да, все нормально, – ответил омега бете. Неужели со стороны он выглядит, так словно его камаз переехал? Это неприятно, а если Белла увидит его таким. – Ты куда едешь? – спросил он, возможно, именно сейчас он был бы рад, если бы она увезла его отсуда. – Я еду домой. Только что от родителей выехала, – ответила Оливия, ее взгляд все еще не отрывался от него. – Я могу тебя подвезти, если тебе куда-то нужно. Ты же не собираешься тут ночевать? – Если тебе не трудно, конечно. – Конечно, не трудно! Садись, – Оливия широко улыбнулась, и в ее глазах мелькнуло облегчение. Она открыла пассажирскую дверь пикапа. – Тебя до Пальметто довезти, да? Нил сел в машину, закрывая дверь. Он посмотрел на Оливию, которая уже завела двигатель. – Ага – сказал он, и это была самая честная часть его ответа. Поездка длилась не долго, так как Нил всё время спал, а бета даже его не тревожила.

***

– Мы почти приехали, – прошептала Оливия, и Нил открыл глаза. Впереди уже виднелся сам Пальметто. Он поблагодарил ее, чувствуя искреннюю признательность. Эта неожиданная встреча и помощь были именно тем, что ему сейчас было нужно. Он вышел из машины, ощущая прохладный воздух на лице. Оливия помахала ему на прощание. И он отправился в сторону квартиры Ваймака, размышляя о том, что ждет его дальше. Возможно Ваймак накричит на него из-за его беспечности. А так же он думал об Эндрю. Как далеко способен зайти Эндрю, если действительно считает его угрозой Кевину? Нил вовсе не собирался это проверять, но понимал, что бездействием только навлечет на себя еще больше проблем. Значит, надо выдать что-то среднее, что объяснит сразу все: деньги Нила, его внешний вид и пристальный интерес к Кевину. Все минуты, проведенные в дороге, Нил отшлифовывал придуманную полуправду. От подробностей, которыми он собирался поделиться, стыла кровь, однако, если Эндрю будет держать язык за зубами, Кевин Дэй так ничего и не разузнает и не вычислит Нила. К квартире он пришел в половине пятого. У него был дубликат ключа, который тренер настоял ему оставить, но всякий раз Нил все же постучался. Ваймак распахнул дверь с такой силой, словно хотел сорвать ее с петель, но при виде Нила ярость на его лице сменилась удивлением. – Где тебя черти носят? – выпалил он. – Эндрю дома давным-давно. Мне позвонил Мэтт – сказал, что ты не вернулся. – Я добирался другой дорогой. – Да ну? – Ваймак жестом указал на его разгоряченную кожу и промокшую от пота футболку. – Бежал, что ли? – На такси доехал, ну, и знакомая довезла, – ответил Нил. Ваймак схватил его за локоть и втянул в квартиру. Едва входная дверь захлопнулась, он набросился на Нила: – Ты совсем идиот? Нужно было позвонить мне! Мне, Эбби или старшекурсникам. Любой из нас приехал бы за тобой! – накричал он на омегу. Дэвид разозлился настолько, что начал испускать свой табачный феромон. Скривившись, Нил закрыл нос, дабы не чувствовать запаха. Увидев, что Джостен изменился в лице, Ваймак впал в ступор. Вспомнив, что говорила ему Эбби на днях, он ударил себя по лбу. – Извини, малой. Никак не могу привыкнуть к тому, что в команде есть омега, – виновато сказал Дэвид. Нил кивнул. Тот махнул рукой, демонстрируя крайнее недовольство, и потащил его за собой на кухню, где отпустил, буркнув: – Сядь, воды выпей. Нил подчинился. Ваймак вылетел в коридор и принялся гневно топать туда-сюда. На втором круге возле уха у него появился мобильный. Когда в трубке ответили, Нил не видел тренера, зато отлично слышал его разъяренный голос: – У тебя пять минут, чтобы привезти ко мне этого отмороженного придурка! Только посмей сказать «нет», и контракт Кевина полетит в мусорку, богом клянусь! Судя по всему, ответа Ваймак дожидаться не стал, потому что через несколько секунд уже вернулся на кухню с полотенцем и охапкой одежды. Все это он всучил Нилу. – Ты себя в зеркало видел? Марш мыться, пока я тебе шею не свернул! Нил пошел в ванную, закрылся на защелку, пустил чуть теплую воду и принялся смывать грязь и пот. Вещи Ваймака болтались на нем, как на жерди, но, по крайней мере, скрывали шрамы. Завернув грязную одежду в мокрое полотенце, он вышел из ванной, впервые за день чувствуя расслабленность, однако это ощущение испарилось, как только за стеной опять загремел негодующий голос тренера. Нил на цыпочках прокрался по коридору к гостиной. Эндрю молча стоял посреди комнаты; тренер честил его на все корки, меряя гостиную тяжелыми шагами. Судя по утомленному лицу, Миньярд так и не принял таблетки. Он стоял лицом к двери и, следовательно, первым заметил Нила. – Ну как, хорошо прогулялся? – спросил он, оборвав тираду Ваймака. Его холодный взгляд привел Нила в ярость. – На хуй пошел, – процедил он. Ваймак пощелкал пальцами перед носом у Миньярда, чтобы вернуть его внипотерпим – Не знаю, что у вас за терки, но закончатся они здесь и сейчас. Эндрю, кажется, мы с Эбби ясно дали понять, что повторения прошлого года не потерпим. – Это не повторение. – По интонации Эндрю Нил понял, что тема обсуждается не в первый раз. – Мы просто угостили его крекерами. Только благодаря им он и доковылял обратно. – Ты задолбал уже своими «просто»! О чем ты вообще думал, етить тебя в душу? – А вы о чем думали, когда брали его в команду? Нил решил вмешаться, прежде чем Миньярд озвучит одну из своих теорий. – Тренер, мне нужно переговорить с Эндрю наедине. Можно мы отойдем в ваш кабинет? – Нет, – отрезал Ваймак. – Не хватало еще, чтобы вы там глотки друг другу перегрызли. Пока все не уладите между собой, отсюда не выйдете. Нилу очень не хотелось так скоро использовать свой козырь, но выбора не было. Уповая на то, что Ваймак не знает немецкого, Нил, сменив язык, обратился к Эндрю: – Да что с тобой не так? Значит, Ники подкатывать ко мне нельзя, а тебе накачивать меня дурью против воли можно? Почему ты просто не оставишь меня в покое? Досада исчезла с лица Эндрю. Прошла целая вечность, прежде чем он ответил – тоже на немецком: – Вот те на. Разве не знаешь, что я не люблю сюрпризы? – Да насрать мне, что ты любишь. – И сколько же языков ты знаешь, бегунок? Нил проигнорировал этот вопрос: – Объясни, какого черта ты до меня докапываешься? – Я уже объяснил. И кстати, ты не ответил. – Я не крыса! Ты совсем больной на голову, если так считаешь. – Убеди меня. – Назови хоть одну причину, по которой я должен это сделать. – Помимо очевидных? – вздернул брови Эндрю. – Если я не получу ответов от тебя, то найду их сам. Начнем с твоих родителей? – Вперед и с песней, – фыркнул Нил, хотя внутри у него все похолодело. – Они мертвы. – Ты их убил? Миньярд спросил это абсолютно буднично, словно интересовался, который час. От изумления Нил надолго утратил дар речи. Как такое вообще могло прийти ему в голову? Потом, однако, Нил вспомнил, с кем имеет дело, и парировал: – По себе судишь? – У меня нет родителей, – небрежно отмахнулся Эндрю и в этом отчасти не лгал. Отца близнецы не знали, и из них двоих только Аарона воспитывала биологическая мать, тогда как Эндрю она сразу после рождения отдала под опеку. Тринадцать лет он провел, скитаясь по интернатам, и еще три – в колонии для несовершеннолетних преступников. Только после УДО мать пустила его на порог, а пять месяцев спустя погибла в автокатастрофе, и Нил очень сомневался, что Эндрю присутствовал на похоронах. – Я не убивал родителей, – сказал Нил и запнулся. Страх железной хваткой стиснул грудь, лишив его воздуха. Ложь, которую он состряпал на обратном пути в Пальметто, была вполне убедительна, но произнести ее вслух оказалось не так-то просто. Слова пришлось выдавливать силком, и Нилу оставалось лишь надеяться, что это придаст истории убедительности. – Они погибли… от рук семьи Рико. Эндрю пристально посмотрел ему в глаза. Нил нервно сглотнул, пытаясь избавиться от тугого комка в горле, и заставил себя продолжить: – Мой отец по мелочи работал на людей, которые имели связи с кланом Морияма. По большому счету, он был мелкой сошкой, но знал много имен и умел вести бизнес. У него были кое-какие дела в университете Эдгара Аллана – так, собственно, я и познакомился с Кевином и Рико. Тогда я еще не знал, кто они, просто радовался знакомству со сверстниками. Думал, мы подружимся… А потом отец начал борзеть и делать глупости – короче, воровать. Он прибрал к рукам бабки, которые Морияма передал его боссу. Но босс не успел добраться до отца: Морияма узнали об этом раньше и расправились с моими родителями. Я забрал все, что он наворовал, и смылся. С тех пор я в бегах… Нил не мог сдержать улыбки, в то время как Эндрю оставался невозмутимым. Его губы растянулись в непроизвольной, почти болезненной гримасе, которую он пытался скрыть, впиваясь ногтями в кожу рта. Но улыбка, казалось, приклеилась к лицу. – Хорошо, что Кевин меня не узнал, – пробормотал Нил. – Может, он меня и не помнит, но я его помню. Смотрю на него и вспоминаю родителей. Он – всё, что осталось от моей прежней жизни. Но если Кевин или Рико меня узнают, и это дойдет до моего отца, мне конец. Эндрю молчал так долго, что Нил забеспокоился, не испортил ли он все. Но Миньярд наконец пошевелился. Ваймак напрягся, готовый вмешаться, но Эндрю просто подошел вплотную к Нилу и остановился. – Тогда почему ты здесь? – спросил он. – Устал, – ответил Нил, стараясь придать голосу тоскливые нотки, хотя и без притворства. – Мне некуда бежать. Точнее, нам. Не думаю, что Белле нравится постоянно менять места. К тому же, я завидую. Кевин знает, каково это – ненавидеть каждый день и просыпаться в страхе, но у него есть ты, есть поддержка. Несмотря на все потери, у Кевина все еще есть многое, а я... – Нил запнулся, чувствуя отвращение к себе. – ...никто. И навсегда останусь никем. Эндрю силой отнял пальцы Нила от его рта и посмотрел на его открытое лицо. В его взгляде не было ни осуждения отца Нила, ни жалости к его родителям, ни радости от полученной информации, ни недоверия к его истории. Лишь мрачная, притягивающая, как черная дыра, напряженность. – Меня интересует только одно: как у тебя появилась сестра, если твои родители мертвы? Нил проклял Эндрю за эту мысль. – Белла мне не сестра, а дочь. Мне было 15, когда один мужчина воспользовался мной во время течки. Так она и появилась. Другие бы отказались от ребенка, но я не смог. – Нил посмотрел в глаза Эндрю, ожидая увидеть хоть каплю жалости, но увидел лишь пустоту, странное выражение в карих глазах. Усмехнувшись, он продолжил: Позволь нам остаться. – Оставайтесь, сколько сможете. Мы оба знаем, это ненадолго. – Перед матчем с «Воронами» мы исчезнем, – пообещал Нил. – Сейчас я выгляжу иначе, но риск, что семья Рико меня узнает, все равно есть. Я не могу этого допустить. – Какая невероятная жажда жизни у человека, которому и жить-то незачем. В следующий раз, когда у нас состоится такой же милый тет-а-тет, можем поговорить об этом поподробнее. – Лучше обойтись без следующего раза. – Ну ладно. Нил поколебался, затем спросил: – Кевину расскажешь? – Не задавай тупых вопросов. От облегчения у Нила чуть не подкосились колени. Он сделал медленный, судорожный вдох и закрыл глаза. Весь гнев и страх дня отступили, оставив лишь страшную усталость и пустоту. Пусть поездка с Эндрю в Колумбию обернулась кошмаром, пусть он предпочел бы никогда не говорить об этом вслух, но теперь, когда все было прояснено, с души Нила свалился тяжелый камень. Он убедил Миньярда оставить их в покое. "Лисья нора" будет им домом до матча с «Воронами». Они не были в безопасности, но они получили передышку, и этого было достаточно. – Идем, – сказал Эндрю на английском. Нил открыл глаза. – Куда? – К Эбби, за твоей сестрой. Она же у нее, – это звучало как утверждение, а не вопрос. – Ага. – Спасибо за душ, – сказал Нил тренеру. – Одежду постираю и верну в понедельник. Ваймак перевел взгляд с одного на другого, гадая, действительно ли они помирились. Он видел, как напряжение, висевшее в воздухе, начало рассеиваться, уступая место чему-то более хрупкому, но не менее реальному. Это было похоже на то, как после бури появляется радуга – не обещание полного спокойствия, но знак того, что худшее позади. Он посмотрел на Ваймака, который все еще наблюдал за ними с настороженностью. – Мы пойдем, – сказал Нил, его голос стал тверже. – Спасибо за помощь. Ваймак кивнул, его взгляд смягчился. Когда они вышли из квартиры тренера, Нил почувствовал, как легкий ветерок коснулся его лица. Он вдохнул полной грудью, ощущая свежесть воздуха, и впервые за долгое время не почувствовал в нем запаха страха. Только запах свободы. Пусть и временной. Машина домчала их до жилища Эбби гораздо быстрее, чем если бы они шли пешком. Едва оказавшись на месте, Миньярд, как обычно, без лишних церемоний вошел внутрь. Хозяйку дома и Беллу они застали на кухне. Те сидели за столом, полностью поглощенные своим занятием – рисованием. Первой их заметила Белла. Увидев отца, она радостно спрыгнула со стула и бросилась к нему, крепко обняв за ногу. – Ты долго, – обиженно произнесла она. – Прости, этого больше не повторится, – улыбнулся Нил дочери. – Не верю. – Смешно, даже твоя собственная дочь тебе не верит, насколько же ты заврался, – усмехнувшись на немецком, сказал Эндрю. – Заткнись, – шикнул на Миньярда Нил, переходя тоже на немецкий. Посмеявшись, альфа вышел из кухни и, видимо, из дома тоже. – Вижу, вы с Эндрю поладили, это хорошо, – наконец подала голос Эбигейл. – Этому не быть, – закатив глаза, сказал Нил. – Ну, что ж, мы пойдем, до свидания. – До свидания, Нил, Белла. – Пока, Эбби, – помахала Белла Эбби и пошла следом за отцом.

***

Должно быть, Ваймак все-таки позвонил Дэн, потому что в общежитии, а именно в коридоре, их ждала вся команда. Кевин, Аарон и Ники подпирали стену у двери своей комнаты; старшекурсники кучковались в центре, напротив комнаты девушек. Нил надеялся избежать расспросов и быстренько прошмыгнуть к себе, но, как только они с Беллой приблизились к старшекурсникам, Дэн схватила его за плечи и принялась ощупывать, проверяя, цел ли он. – Как самочувствие? – осведомилась она. – Отлично. – Эндрю? – окликнул Миньярда Кевин. Эндрю обернулся, задержавшись в дверях. – Я умываю руки. Теперь он ваша проблема. – С этими словами он скрылся в комнате. Аарон и Ники переглянулись и последовали за ним. Подозрительно покосившись на Нила, ушел и Кевин. Когда дверь закрылась, Нил повернулся к остальным. Дэн по-прежнему сердито хмурилась, а у Мэтта, кажется, чесались кулаки. Сет и Элисон, явно разочарованные мирным исходом, уже направлялись в комнату Нила, а Рене сверлила его испытующим взглядом. Не выдержав, Нил отвел глаза. – Ваймак сказал, ты добирался на такси, – сказала Дэн. – Но все равно хочется навешать тебе, конечно, за глупость, но тренер, как я понимаю, это уже сделал. – Урок усвоен, – сказал Нил. – В следующий раз позвоню и попрошу забрать меня. – Следующего раза не будет, – Даниэль тяжко вздохнула и почесала подбородок. – Идем. Все ввалились в комнату Нила. На столике в гостиной рубашками вверх лежали шесть карточных стопок – игра была прервана в самом разгаре; рядом громоздилась куча смятых банок из-под пива. Проходя мимо кухни, Нил мельком увидел Сета и Элисон, роющихся в холодильнике. Рене села за столик с картами, а Мэтт и Дэн проводили Нила и его дочь до спальни и остановились в дверях. Он подошел к сейфу, провел по дверце пальцами, подергал за ручку. На первый взгляд, сейф никто не трогал, но проверить его содержимое при посторонних Нил не мог. – Ты был прав, – сказал Мэтт. – Эндрю сюда ломился. – Мы ему помешали, – подхватила Дэн. – Не пустили дальше порога. – Спасибо, – произнес Нил. – Благодари Рене, – сказала Дэн. – Она редко принимает чью-то сторону. – Но, когда это происходит, все проблемы решаются гораздо легче, – прибавил Мэтт. – Эндрю она вроде нравится, – заметил Нил. – Они хорошо понимают друг друга, – сказал Мэтт, но развивать мысль не стал. – Мы не доиграли партию, присоединяйся. Заодно и голову прочистишь. В компании Эндрю и его дружков опухнуть можно. Нил кивнул, чувствуя, как напряжение постепенно отступает. Он был благодарен команде за их заботу, даже если она выражалась в такой грубой форме. Он знал, что они беспокоились о нем, и это было важно. Он посмотрел на Беллу, которая уже успела устроиться на диване и листать какой-то журнал. Она выглядела спокойной, и это успокаивало и его. – Я, наверное, лучше лягу пораньше, – вежливо отказался Нил. – День был долгий. – Тогда мы переместимся в нашу комнату, – сказала Дэн. Они ушли и закрыли за собой дверь. Выждав, пока голоса стихнут, Нил отпер сейф. Все лежало на своих местах. Закрывая замок, он обнаружил, что у него дрожит рука. Он растопырил пальцы, чтобы лучше их разглядеть, и вдруг ощутил отголоски этой дрожи в груди. Надежда была тревожным, вселяющим беспокойство чувством, но это ему, кажется, нравилось.