Первый выживший

Сознание возвращалось по частям. Первое, что осознал Билли — это абсолютная, кромешная тьма. Он не знает сколько времени прошло. Последнее что он помнит – это как он пожертвовал собой чтобы спасти ту девочку, Оди кажется, и свою сестру, Макс. И их друзей, хотя он их особо не знал и плевать. Где я? Что случилось? Он потрогал свою грудь, вспоминая как то существо созданное Истязателем разума проткнуло его, вонзив в него свое щупальце. Грудь была перебинтована и кажется не болела. Он не понимал, что случилось и почему он вообще жив. Кажется после того, как его связь с Истязателем разума оборвалась он должен был умереть. Но нет. Он лежит где то, с перебинтованной грудью, живой. Он подумал оглянуться, попытался приподняться на локтях, но резкая слабость скрутила тело, заставив его бессильно рухнуть обратно. Тело болело, хоть и не сильно, но ощущаемо. Тишина давила на уши. Ни шороха, ни дуновения ветра. И свет... Почему нет света? Даже в самой темной комнате луна или далекий фонарь находят лазейку. Но здесь не было ничего. Он чувствовал слабость. Его клонило в сон. Он пытался бороться с желанием провалиться в сонные мечты, но это было сложно, учитывая через что он прошел. Далее он уже не помнит, что случилось. Мысли путались, налипали одна на другую. Веки отяжелели. Он довольно быстро провалился в сон, не в силах бороться с собственным телом. _____________ В следующий раз очнулся он уже от того, что свет бил прямо по глазам. Билли зажмурился, но свет пробивался даже сквозь сомкнутые веки, заставляя глазные яблоки пульсировать болью. Он дернулся, рефлекторно пытаясь прикрыться ладонью, и тут же услышал тошнотворный лязг металла. Его приковали цепями. Холод стальным обручем стиснул правое запястье. Цепь. Не наручник – грубое звено цепи, холодное и тяжелое, опоясывало его руку. Билли дернул сильнее, и цепь ответила глухим звоном, больно впившись в кожу. Паника, до этого тихо тлевшая где-то в животе, взорвалась пожаром в груди. Он рванул левую руку — та же история. Лодыжки. Он не чувствовал их, пока не попытался свести ноги вместе. Холодный металл сковывал и их, не давая даже подтянуть колени к животу. По телу пробежала дрожь. На нем даже не было одежды. Разве что бинты прикрывали его тяжело вздымающуюся грудь. — Какого.. — пробормотал он. Он с трудом повернул голову. К счастью цепи сковывали лишь руки и ноги, шея была свободна. Взгляд заметался по помещению. Это был подвал или сарай. Стены из грубого, некрашеного камня, с которых сочилась влага. Вдоль стен стояли грубые деревянные стеллажи и столы. И на них... Билли показалось, что сердце остановилось. Инструменты. Пилы, щипцы, какие-то крюки, скальпели. Большая часть из них была в засохшей крови, бурой и черной. Некоторые были заляпаны свежей кровью. Рядом громоздились какие-то тряпки, обувь, пара старых фотографий в рамках, часы, детские игрушки. Будто кто то собирал их. Затем он заметил что на некоторых вещах была кровь. К горлу подступила тошнота. Ему захотелось закричать, завыть от животного страха, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип. И тут он услышал шаги. Тяжелые, шаркающие, они приближались откуда-то из-за двери, единственной двери в этом каменном мешке. Шаги становились все громче, все отчетливее. Цепь отчаянно зазвенела, когда Билли забился в попытке освободиться, вжимаясь затылком в жесткий матрас, словно пытаясь провалиться сквозь него. — Эй, помогите, кто нибудь! — он кричал, его голос дрожал. — Пожалуйста, я не хочу умирать! Ржавые петли двери издали душераздирающий скрип, и она, медленно, со скрежетом отворилась. Это был человек. По крайней мере по очертаниям. Он был огромен, под два метра ростом, сутулый и широкоплечий. Но когда глаза Билли сфокусировались на лице... Боже, какое это было лицо. Перекошенное, бугристое. Кожа имела нездоровый, пепельно-серый оттенок. Вместо волос на черепе торчали жидкие, грязные клочья. Черепная коробка была покрыта жуткими шишками и наростами, деформировав черты. Нос был расплющен, а рот... Рот представлял собой кривой оскал: тонкие, синюшные губы не прикрывали кривые, гнилые, похожие на обломки гнилушек зубы. Один глаз, мутный, навыкате, смотрел прямо на Билли, а второй заплыл и почти не открывался. На нем было рваное, грязное тряпье. В руке он держал топор. Тяжелый, рабочий топор, лезвие которого было густо измазано свежей кровью. Он, не говоря ни слова, тяжело прошел рядом. Билли сжался в комок, насколько позволяли цепи, ожидая, что удар топора обрушится на него в любую секунду. Но монстр лишь с глухим стуком положил топор на стол, поверх груды какого-то хлама. Потом оно повернулось. И посмотрело на Билли. В этот момент, под этим мутным, немигающим взглядом, у Билли вся жизнь действительно промелькнула перед глазами. Не чередой ярких картинок, а горьким сожалением о том, что он до сих пор жив. Существо медленно, тяжело ступая, двинулось к нему. Билли снова забился, цепь загремела оглушительно. — Какого хрена происходит, что тебе надо ублюдок?! — Билли захлёбывался слезами. Мужчина, если его так можно назвать, не ответил. Он подошел вплотную. От него разило застарелым потом, сыростью и гнилью. Билли сжался, ожидая удара. Но существо, к его ужасу, запустило дрожащие, узловатые пальцы себе в штаны и начало стягивать их с тощих, бледных ног. — Нет, нет, нет, нет — Билли отчаянно застонал. — Пожалуйста.. Слезы катились по его щекам, а тело дрожало как никогда ранее. Холодная, шершавая ладонь с силой ухватила его за бедро. Билли взвизгнул от ужаса и омерзения. Пальцы впились в кожу, оставляя синяки. Когда монстр начал входить, Билли закричал так, как не кричал никогда в жизни. Это была не просто боль – это было издевательство над всеми правилами этики и морали. Он выгнулся дугой, насколько позволяли оковы, и забился в агонии, но тяжелая туша придавила его к постели, не давая пошевелиться. Существо наклонилось. Билли почувствовал гнилостное дыхание на своей щеке и, когда мерзкие, влажные губы попытались прикоснуться к его рту, он из последних сил отвернулся, в попытке избежать поцелуя. — Не надо, пожалуйста — он всхлипнул. Но его тут же грубо схватили за челюсть. Пальцы, сильные и неумолимые, сдавили скулы, заставляя открыть рот. Он почувствовал, как в рот проникает чужой язык – скользкий, противный, с привкусом гнили и разложения. К горлу подкатила мощная волна тошноты. Билли замычал, давясь, пытаясь вытолкнуть его, но это было бесполезно. Он не щадил. Он двигался жестко, ритмично, со звериной грубостью. Каждый толчок отдавался в измученном теле Билли новой вспышкой боли. Мутант выходил почти полностью, чтобы тут же войти снова, на всю длину, заставляя Билли взвизгивать и задыхаться от слез. В такт этим движениям гремели цепи. Билли дёргался, пытаясь сбросить с себя эту тушу, но его мышцы сводило судорогой, а силы таяли с каждой секундой. Руки мутанта бродили по его телу – лапали грудь, сжимали бока, больно сдавливали ягодицы. Он целовал его спину, шею, плечи влажными, чавкающими поцелуями, от которых по коже бежали мурашки. Билли хотелось умереть прямо там. Хотя он понимал, что такие как он даже от мертвого не отстанут. Вероятно даже после смерти его не оставят в покое, измываясь над его трупом, пока тот окончательно не разложится. Казалось время остановилось. Он уже не понимал сколько времени прошло с момента как это началось. Он уже не кричал, лишь всхлипывал и скулил, дрожа от нарастающей боли. Мужчина подтянул его сжав бедра парня и ускорил темп. Он что то бормотал, но Билли уже не слышал. Он слышал лишь собственное сердцебиение и тишину, будто его мозг попросту игнорировал происходящее. Оно и к лучшему. Наконец, с противным, влажным хлюпаньем, он вышел из него. Билли почувствовал, как по внутренней стороне бедер потекло что-то теплое. Комната поплыла перед глазами. Ему казалось что ещё немного и он вырубится. Бедра горели нестерпимой болью, руки и ноги онемели от цепей и напряжения. Он прикрыл глаза, надеясь, что это конец, что мучитель сейчас уйдет.. Но вместо этого он услышал лязг металла. Цепи со звоном упали на пол. Билли не успел даже обрадоваться призрачной свободе, как его, словно тряпичную куклу, перевернули на живот. И снова он ощутил прикосновение шершавых рук к своим бедрам. — Пожалуйста.. хватит — его голос был хриплым и тихим. Сил кричать и плакать уже не было, глаза закрывались, а звуки вокруг притупились. Существо слегка раздвинуло ему ноги коленом и снова вошло. Так же грубо. Так же жестко. Сразу на всю длину. Билли лишь выдохнул беззвучный, сдавленный стон и вцепился побелевшими пальцами в грязную простыню. Мутант навалился сверху, придавив его своей тяжестью. От нехватки воздуха в глазах потемнело. Грубое лицо вжало его голову в матрас, Билли показалось, что он сейчас задохнется. Он захрипел, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха, но каждый вдох давался с неимоверным трудом. Билли не знает сколько времени прошло, но его вывели из транса грубо оттянув за волосы. Рванули вверх, заставляя его выгибаться, хватаясь за собственные кудри в попытке остановить мужчину. Мокрые, чавкающие губы прижались к шее, покрывая ее влажными, липкими поцелуями. Сзади раздался скрипучий голос от которого у Билли прошлись мурашки по телу. — Тебе нравится, сучка? — прошептал мужчина ему на ухо. — Как же мне повезло найти тебя, ты даже не представляешь. Билли зажмурился, ощущая как от этих слов его выворачивает сильнее, чем от физической боли. Слышать удовольствие в голосе этого недочеловека было омерзительно. Хотелось вырвать себе глаза и уши чтоб не иметь даже возможности его слышать или видеть. — Да пошел ты.. Билли замахнулся рукой и его локоть проехался прямо по челюсти мутанта, от чего тот отскочил назад, хватаясь за ушибленное место. Билли схватил довольно увесистую побрякушку, которая лежала рядом на тумбочке и бросил ее ему в лицо. Но сил встать почти не было, он попытался подняться, но тут же почувствовал чью то мертвую хватку на своей лодыжке. — Сука долбанная, куда собрался? — мутант был в ярости и сжав его лодыжку притянул его, хватая цепи с пола. — Отпусти, ублюдок, богом клянусь, выберусь из этой дыры и ноги тебе переломаю. — Билли взвыл когда холодный металл снова прикоснулся к коже, вызывая непроизвольную дрожь по телу. Он оглянулся в поиске чего либо что могло бы ему помочь, но к когда он заметил, что на полу рядом с кроватью лежит какой то осколок он уже хотел потянуться к вещице как его оглушили ударом. Он чувствовал как веки будто отяжелели, а тело начало обмякать и даже забыл про боль. — Всегда верещите, шлюхи, такую конфетку нельзя упускать. — мутант, едва напоминавший человека, усмехнулся и ушел куда то в сторону шкафа. Рядом на столе все также лежало окровавленное оружие. Теперь он заметил больше: лезвия, скальпель, садовые ножницы, циркулярная пила, топор.. список можно было бы продолжать, потому что стол там был не один, как и куча разных ящиков и коробок и бог знает, что они там хранят. Он слышал копошение, будто эта хрень искала что то конкретное, а значит и план у него уже был. И Билли должен был что то предпринять. Спустя ещё минут 10 после того, как тот покопался в ящиках пяти, а то и больше, он ушел куда то, бормоча что то под нос. Времени было в обрез. Он осмотрел цепи и заметил что одна из них была слабо намотана вокруг его руки. Он слегка подёргал рукой чтобы цепи не издавали лишних громких звуков и цепь начала скользить освобождая кисть руки. Он медленно вытянул руку и принялся освобождать остальные конечности из плена цепей. Когда он наконец закончил, он медленно встал, голова до сих пор слегка кружилась, не хотелось потерять сознание где нибудь прямо перед выходом. Он вспомнил про коробку со своими вещами где то в углу и тут же оделся в первые попавшиеся вещи. — Боже какого хера оно тут забыло? — тихо пробормотал он, направляясь к столу. Он на пробу слегка приподнял топор. Кажется не такой тяжёлый, вполне сойдёт для самообороны. За дверь было тихо. Никаких голосов. Никаких шагов. Ничего. Единственным, что нарушало тишину были лишь редкие шорохи, которые издавал сам парень. Он пнул дверь ногой, держа топор обеими руками. Впереди был коридор. Но не простой. Это будто было где то под землёй, вроде шахты или чего то подобного. Он огляделся, но никаких конкретных ориентиров, которые могли бы подсказать где выход не было. Где то издалека эхом отдавались голоса. Он прислушался, но разобрать слова было сложно, кажется они были далековато, но оно и хорошо. — Да что за хрень происходит.. — Билли шепотом заскулил. Ему хотелось спрятаться, забыться, умереть, но ему нужно было выбраться. Вряд ли он тут долго протянет, да и работать бесплатной шлюхой для мутантов переростков тоже не очень то хотелось. Но выбора особо не было и казалось даже, что все это сон, но судя по головной боли и усталости, это была самая что ни на есть реальность. Он прошел вперёд, разглядывая стены и редкие повороты, встречающиеся на пути. Он сворачивал пару раз, но казалось будто он ходит по кругу. Он не понимал как тут все устроено, хотя очень старался, правда, но боль в висках мешала сфокусироваться на чем либо дольше, чем на пару минут. Он решил заглянуть в одну из дверей и оглянулся когда дверь заскрипела. Он легко проскользнул внутрь комнаты и прикрыл за собой дверь, чтобы не привлекать внимание. Это было помещение явно больше прежнего, где его держали. Вокруг было несколько стеллажей с кучей вещей на них. Где то лежал какой то пыльный хлам, камеры, диски, сумки, видимо какие то походные вещи. На другом складировали какие то банки, в них была какая то жижа самых разных цветов, в ней кажется что то плавало, но он быстро прошел мимо, пытаясь найти что то более полезное в его ситуации. Затем он наткнулся на какой то большой сундук, на котором лежала чья то нижняя часть тела. Отрубленная. Кишки выпадали прямо наружу, падая куда то на пол. Кровь окрашивала часть ящика и стекая, образовывала лужу на полу. Билли чуть не стошнило. Его лицо исказилось в отвращении и страхе. Он попятился назад, руки уже не держали топор и тот с грохотом свалился на пол. Где то у стены в углу на крючке был подвешен женский корпус с отрубленными головой, руками и ногами. На нем была намотана колючая проволка, из под которой струйками застыла засохшая кровь. Затем он услышал крик, как обычно отдающийся эхом по коридорам. — Эта шлюха сбежала! — следом раздался грохот и хруст дерева. Кажется он сломал дверь. — Выродок, ты сказал, что связал его! — Я так и сделал, он снял цепи! — затем послышался шлепок, кажется кто то ударил его. Так ему и надо. Билли сжался, по щеке скатилась слеза. Если его найдут, вероятно его будут пытать, и ещё вероятнее лишат пары конечностей. Он в панике огляделся, слезы мешали обзору, замыливая зрение, но сейчас главным было хотя бы не попасться. Он спрятался где то в горе вещей за одним из стеллажей. Полки были завалены всякими игрушками, одеждой, по крайней мере тем, что от нее осталось, рюкзаками, и Билли даже не хотел думать откуда они здесь. Он услышал приближающиеся шаги, и его взгляд упал на топор лежащий посреди всего этого. Это бы сдало его быстрее, чем тот ботаник на контрольной в 5 классе за списывание. Его дыхание участилось, казалось будто его сердцебиение слышно даже за дверью. Дверь распахнулась и зажмурился, будто это поможет скрыть его из виду. Вдруг стало тихо. Слишком тихо. Затем послышался тихий скрежет острия топора по полу. Билли приоткрыл глаза и увидел как тот уродец рассматривает комнату держа топор, который Билли прихватил с собой чтобы не сдохнуть сразу, в руке. Рядом стоял ещё один. У него изо рта текла какая то белая жижа, напоминающая блевоту смешанную с гнилью. Билли нахмурился разглядывая их. Оба едва ли имели что то схожее с людьми и скорее напоминали чудовищ. Похоже они все такие. Затем один из них подошёл слишком близко к стеллажу, за которым Билли прятался, настолько, что ему пришлось задержать дыхание. Мутант рассматривал каждый угол с особой внимательностью и жадно облизывался. Хотелось бросить ему кирпич в лицо чтобы стереть эту ехидную ухмылку с его рожи. Лицом это никак не назовешь. Билли прижал ладонь ко рту, в попытке заглушить любые звуки, которые могли бы его рассекретить. К счастью мутанты вроде бы ничего не нашли, они встретились рядом с выходом. — Вряд ли он смог выбраться, вероятно засиживается где то, тварь. — Плевать, достанем и трубим ноги, чтобы в следующий раз неповадно было. — они посмеялись после этой фразы, но у Билли прошлись мурашки от одной мысли, что ему могут отрубить ноги. Вот так просто. Будто он какая то кукла. Мало было от изнанки теперь ещё и эти мудаки, ну прям сахар, а не жизнь. Мутанты вышли и он просидев ещё пару минут вылез из укрытия, однако один из чемоданов сзади него упал издавая громкий характерный хлопок пластика об покрытый деревянными досками пол. Он с паникой оглянулся на дверь. Он уже слышал как кто то направляется туда. Топот ног громким эхом раздавался по коридору и комнате из открытой двери. Билли быстро вернул чемодан на прежнее место и спрятался там же, не имея времени найти другое укрытие. В комнату забежал тот же самый утырок, с этой отвратной слизью стекающей изо рта по подбородку. Он огляделся и его взгляд замер прямо там где прятался их пленник. Он заметил его. — Долбанная шлюха! — крикнул уродец, направляясь прямо к нему. — Пожалуйста.. — Билли вжался спиной в чемодан, его голос предательски дрожал. Мутант схватил его за руку буквально волоча за собой как куклу и кинул его на пол посреди комнаты. Сзади уже слышались равномерные шаги. Они оба тут. Билли заскулил не в силах сдерживаться. Слезы лились ручьем, замыливая зрение, ноги стали ватными и он их почти не чувствовал, опираясь лишь на руки. — Умоляю, я не стану сбегать, прошу, не надо! — теперь все его тело дрожало, будто заставляя его выглядеть ещё нелепее. Мутант присел рядом и схватил его за волосы, оттягивая их, заставляя его запрокинуть голову. — Сучка, надо было тебе сразу нахуй ноги отрубить. — Билли тошнило. От запаха, от вида, от голода. Сзади подоспел второй уродец, держа в руках топор. Тот самый, который Билли забрал. Билли взвыл с новой силой, хватаясь за руки мутанта, сжимающие его волосы. Ещё чуть чуть и он бы их вырвал. — Нет, нет, нет, нет, прошу не надо, делайте что хотите, только прошу, не надо! — Билли бормотал что то себе под нос. Он почувствовал как хватка на его волосах ослабла, а затем его ударили головой об пол. Он чувствовал как теплые струйки крови текут по его лицу. — Умоляю, не надо, я все сделаю. — он сидел на полу, согнувшись от болит, не в силах даже поднять голову. Боль в голове усилилась. Сквозь шум в ушах он слышал обрывки фраз и немного звуков. Последним, что он почувствовал было то, что его заки нули на плечо, а затем он потерял сознание, не в силах сопротивляться усталости. Он всю жизнь шел бок о бок с отчаянием, и даже сейчас, этот момент не исключение.