Часть 3.1 Волнительное предвкушение перед новой встречей

Айзава Шота никогда не заявлял, что является добросердечным учителем. Он оставался скорее тем преподавателем, которого страшились все ученики. Даже те, кто не находился под его личной ответственностью и не состоял в геройском направлении. Так что он довольно сильно удивился, когда поздно вечером получил звонок от одного из учеников. Нет, Айзава выдавал свой второй номер телефона специально для таких критических ситуаций, но это не мешало ему встать в небольшой ступор. В любом случае, первостепенной задачей оставалась помощь студенту. Пусть и обернулось всё выговором Бакуго и серьёзным разговором с Токоями. Айзава, как и обещал парню, поднял тему наказания ещё до начала официального преподавательского собрания. Конечно же, многие были удивлены подобной ситуации, особенно тому, что жертвой ночного визита оказался тихий и спокойный Токоями, который никогда не вступал ни в какие споры и драки. Единственная ситуация, когда он не смог бы контролировать своё эмоциональное состояние и причуду, произошла в тренировочном лагере при нападении злодеев. А зная, что он пережил покушение ещё в торговом центре до лагеря, было бы лучше, чтобы подобные эпизоды с паническими атаками не стали для него постоянными. Конечно же, Яги Тошинори, он же герой номер один в отставке, выразил возражения по поводу более строгого наказания, ссылаясь на то, что Бакуго – эмоциональный молодой человек и не стоит быть такими резкими в плане наказаний. Айзава пожалел, что включил директору и присутствующим учителям запись их звонка с Токоями, в котором студент выражал свои мысли о проступке Бакуго и преуменьшал его действия. Но Яги ухватился за эти фразы и утверждал, что произошедшее – просто пустяк и никто не пострадал. – Мне плевать, пострадал ли Токоями или нет. Вернее сказать, я рад, что не дошло до драки в поздний час. Но отпускать Бакуго и позволять ему нарушать правила и не нести ответственности за это – нерационально и я не допущу этого. – Айзава-кун, Яги, не нужно споров. Я принял во внимание ваши рассуждения и пришёл к решению данного происшествия, – Незу сцепил свои лапы в замок, оглядывая всех присутствующих. – Бакуго понесёт наказание, но недельное отстранение вступит в силу при следующем же его провале. Ввиду окончания года отстранение не понесёт столь желаемого веса, каким бы ты хотел его видеть, Айзава-кун. С другой стороны, уборка общежитий до конца недели поможет привить ученику уважительное отношение к собственности нашей академии. Не сказать, что Айзава был удовлетворён таким итогом полностью, но возражений не имел. Тем более, что он не собирался выяснять с Яги свои методы работы со студентами. – Другое, что я хотел бы обсудить, связано с нашими вступительными экзаменами. Учителя невольно вздохнули. Уже на следующей неделе, пока студенты будут целый месяц на каникулах, в академии начнутся рекомендательные и общие вступительные экзамены в течение первой недели марта, а после этого – все необходимые проверки, рассылки писем, ответы и составление нового расписания. – В связи с нападениями и реакцией геройской комиссии… неужели и вступительные экзамены претерпят изменения? – Майджима содрогнулся от накативших мыслей о том, сколько роботов придётся чинить в этом году его классу поддержки. – Именно так. Но изменениям подвергнутся только способы подсчёта очков при практической части, – казалось, что с этими словами Незу, многие учителя выдохнули с облегчением. Ну, возможно все, кроме Майджимы. – И какой будет эта система и рабочая ли она? – Айзава мысленно вздохнул, представляя, что им предстоит вводить новые нелогичные переменные… – Теперь, помимо скрытых очков за спасение, у нас будут и штрафные баллы. Да, подобно тем, которые введены на экзамене на временные лицензии, – после небольшой паузы директор продолжил свою речь. – И предвещая ваши вопросы, я лично протестировал данную систему оценивания на записях прохождения экзамена в прошедшем году. Майджима-кун, до наступления практических экзаменов тебе предстоит обновить систему искусственного интеллекта подсчёта очков. Погрузчик застонал и упал лицом на стол. Благо, его шлем от геройского костюма лежал рядом, а не на его голове. Каждый из преподавателей мысленно посочувствовал ему. – Что касается результатов, при внедрении штрафов за причинение вреда другим экзаменующимся, за попытки саботажа, за неприемлемое и излишне агрессивное поведение, многие результаты претерпели значительные изменения, – никому в кабинете совещания не понравился взгляд, которым их одарил директор. – Какие именно результаты в итоге получились? – Ямада скрестил руки на груди, заметно насторожившись. – Самый яркий пример – Бакуго Кацуки, – Айзава ущипнул себя за переносицу. Конечно же, главный виновник собрания и здесь отличился. – При данной системе оценивания он не только не попал бы в десятку лучших, но и вряд ли бы прошёл на геройский курс. Его результат оказался на семнадцатой позиции, что без учёта четырёх рекомендательных мест ставит его в невыгодное положение для поступления на геройский курс. Айзава Шота постучал пальцем по столу, обдумывая результаты. Что бы ни задумал Незу, он лишь подливал сомнений в его мысли. Бакуго всегда оставался на высоких строках в его классе по чистым умственным и физическим показателям. И он согласен, что его резкое поведение не всегда можно классифицировать как неприемлемое. У каждого человека свои способы взаимодействия с другими людьми, Айзава знает это по собственному примеру. Но когда реакции студента начали переходить в активное презрение, которое прошлым вечером достигало критической точки… становилось тревожно. Бакуго явно улучшил своё поведение по сравнению с тем, что было в начале года, но произошедшая ситуация словно откатывала назад весь его прогресс и доверие учителей. А понимание того, что он мог в принципе не попасть в класс героев, наталкивало на размышления. Стоп. Если он не был бы на первом месте, то… – Если он оказался бы на семнадцатом месте при такой системе, то кто же оказался в топе? – Ямада читал мысли своего мужа, задавая вопрос, который крутился в его голове. – О, это хороший вопрос, Ямада-кун! – Незу, наоборот, тут же набрался энтузиазма. – При системе, когда саботаж других учеников наказывается, система очков за спасение приобретает дополнительные пункты, при которых очки, полученные при командной работе ранее незнакомых учеников, присваиваются всем в группе, а не только тому, кто непосредственно уничтожил робота. И, соответственно, сумма очков за спасение также растёт. Майджима Хигари мысленно ужаснулся, понимая, сколько работы ему предстоит внести в программы экзаменационных роботов. Каяма похлопала его по открытому плечу в знак поддержки. Им всем недоставало отдыха и полноценного сна. – На первом месте при обновлённой системе оценивания оказался кандидат под номером 6699! Имя экзаменуемого: Мидория Изуку! – Незу схватил пульт поблизости и включил экран, подключенный к его компьютеру. На экране высветился зажатый парень с неаккуратными пушистыми зелёными волосами, с опущенной головой и полной отстранённостью в тусклых зелёных глазах. – При подобной системе оценивания он бы заработал более восьмидесяти баллов! – Это же больше, чем набрал Бакуго, верно? Это разве не тот парень, который ринулся под ноги нуль-очкового робота в этом году? – Снайп внимательно разглядывал фотографию, вспоминая всех первокурсников, которых мог. Айзава же совершенно не обращал внимания на проектор с фото, а смотрел на стол и огромную стопку бумаг перед собой. К тому моменту, как он обратил внимание на экран, Незу переключил кадры на разговор Ямады с ученицей после практического экзамена. – Верно. Но, что любопытно, даже без подобной системы, он набрал самый высокий показатель за спасение в шестьдесят баллов в этом году, попав в топ-десять в общем списке и с выдающимися результатами на письменном тестировании. – Так почему же маленький слушатель не среди наших студентов?! – Ямада наконец вспомнил этого парня по Комори Киноко, которая подошла с просьбой отдать часть её баллов парню, что вытащил её из-под обломков здания и оказал первую помощь. Незу выключил экран. – К сожалению, после рассылки результатов он прислал ответ, в котором отказался от обучения по собственному желанию. Это его решение. Со своей стороны, я обязан отметить, что со следующего года мы все должны оказывать большее внимание командным проверкам и совместным тренировкам обоих геройских классов. Айзава-кун, Влад-кун, вашей задачей является внедрение дополнительных групповых тренировок без излишней конкуренции. Я доверю эту работу вам. Мезаши-кун, Яги, Куросе-сан, вы получите аналогичные указания и обновлённое расписание для геройских курсов и мероприятий. Снайп, Всемогущий и Тринадцать переглянулись между собой, а потом и с Владом и Сотриголовой. Новый учебный год уже представился им всем как особо напряжённый из-за резких перемен в привычной и отработанной системе занятий и практики. Остаток собрания прошёл довольно стандартно и без излишней головной боли. Классные руководители геройских курсов передали копии отчётов после экзаменов на лицензии, проходивших последние несколько дней. Всё же в этот период большая часть героев так же обязана проходить тестирование и различные практики для подтверждения собственной квалификации или для продления своих лицензий. Ученики третьего года получали свои первые постоянные лицензии, второй год проходил экзамены на другой площадке, а ученики первого года сдавали экзамены последние два дня: сначала класс В, а вчера и класс А. За последний год вся индустрия героев переживала непростые времена. Будь проклят Все За Одного и Лига Злодеев. Затишье после инцидента в Камино совершенно не нравилось ни комиссии, ни учителям-героям. Каждый день существовала опасность нападения, что добавляло ещё один постоянный уровень тревоги. И, конечно, на плечи учителей теперь легла дополнительная ответственность. Влад и Сотриголова пришли к решению провести показательный бой с выпускниками третьего года. Да, Влад снова вводил свои идеи соперничества между их классами, но в конце концов даже это отходило на второй план. Весь проходящий день Айзава не мог не наблюдать за Токоями. Парень, казалось, выглядел нормально, но время от времени словно отстранялся ото всех, пусть и продолжалось это недолго, чтобы вызывать беспокойство. Перед второй лекцией и приходом Большой Тройки UA он расспрашивал о поведении своего класса после экзамена, в основном слыша, как ученики полны энтузиазма или стремления к самосовершенствованию. Каяма заверила, что половина класса лениво выполняли задания по искусству и занимались своими делами или сидели в телефоне время от времени, но это не вызывает вопросов, ведь им это позволили. – Малыш Токоями успевал выполнять задания, пока его причуда проверяла телефон время от времени! А Шинсо-кун, кажется, смотрел видео с котами. У тебя в этом году весьма интересный класс, Айзава! – женщина усмехнулась и вышла из общего учительского кабинета, но сам Айзава так и стоял, немного сбитый с толку. В самом начале года ему приходилось со всей строгостью контролировать применение причуд среди своих учеников и вбивать им в головы, что их поступки и поведение всегда приводят к последствиям. Но Токоями… всегда немного отличался от остальных, если можно так выразиться. Айзава читал его досье, в котором содержалась информация по школьным годам и обо всех посещениях врачей. Его, как учителя, беспокоило, что большинство комментариев содержали в себе в основном сухие и обобщённые фразы. Одно замечание, что на первом году старшей школы парень сменил класс из-за напряжённых отношений между одноклассниками, несколько комментариев о том, как тот всегда остаётся отстранённым от всех, но групповые задания выполняются полноценно и никаких претензий учителя не имеют. Это частично перекликалось с тем, как Токоями вёл себя в классе, но в то же время у него есть близкие люди, и так или иначе он находился в небольшой группе, в которой его слушали и принимали. Одним беспокойством меньше. Но вот комментарии врачей с самого начала вызывали вопросы, как и его заметки о посещении психотерапевтов на разных этапах жизни. Комментарии начались с того момента, как Токоями исполнилось шесть лет, с отметками о том, как он «сваливает свои фантазии на свою причуду», продолжились в его восемь лет с неподтверждённым диагнозом, ещё несколько – в периоде между десятью и одиннадцатью годами, с заключением о небольшом асоциальном поведении без рисков и осложнений. С середины средней школы медсестра начала выписывать замечания о частых головных болях у парня, а учитель физкультуры дал комментарии, что мальчик заметно отстаёт от других по выносливости. Айзава не мог согласиться со всеми комментариями. Токоями, что можно заметить невооружённым взглядом, совсем не асоциален, как уже подметил Гончий в своей оценке психологического состояния после инцидента в USJ, Токоями больше предпочитал слушать остальных, чем говорить самостоятельно. Чиё как медсестра дала рекомендации добавить больше белков и сложных углеводов в его рацион, и студент уже к середине года начал чувствовать себя гораздо лучше, работал на пределе своих сил и даже стал выше, догоняя по росту Каминари и Аояму. Конечно, всё ещё немного тревожно, что его рост претерпевал такие изменения, но медсестра перед годовыми экзаменами заявила, что с организмом Токоями всё в полном порядке. Парень ранее не жаловался на своё состояние и большую часть информации Айзаве приходилось извлекать из наблюдений, но то, что он пожаловался на головные боли только после совета новоиспечённого друга… Оставалось надеяться, что такой дискомфорт не является для него постоянным, либо новая дружба даст ему позитивное влияние. Учителям приходилось следить за двадцатью учениками единовременно. В классе 1-А и без того хватало проблем: начиная с Аоямы и Каминари, которые продолжали испытывать дискомфорт от своих причуд, Тодороки, устраивающего бойкот в отношении половины своей причуды, заканчивая Кодой с его невербальными днями. В случае с Кодой это не было проблемой, но Айзаве, как учителю, следовало научить его тому, что, будучи героем, ему однажды придётся преодолевать своё состояние ради спасения других людей. Благо, что со временем такие эпизоды у студента начали сходить к минимуму. Асуи страдала от приступов ПТСР, связанных с нападением Лиги Злодеев, ведь оказалась в одном шаге от Шигараки при их первой атаке. Да и остальная часть класса так или иначе испытывала заметный дискомфорт после нескольких нападений. И это ещё не упоминался Иида, который всем своим видом показывал, к чему может привести излишняя упёртость и гнев. А это уже подводило к Бакуго и другим проблемам, которые предстояло решить в следующем учебном году. Пока у студентов проходят каникулы и месяц официальных стажировок, учителям предстоит не только наставлять новых первогодок, но и продолжать свою геройскую работу, что добавляло головной боли. По крайней мере, с новой системой подсчёта баллов, вероятно, будет не так много заносчивых новичков, которые не видят дальше своих причуд и розовых фантазий о героизме. С другой стороны, странно осознавать, что в этом году академия UA получила два отказа от самых выдающихся учеников: Йоараши Инаса, выступающий на рекомендательном экзамене, и этот неизвестный Мидория, если брать во внимание новую систему оценивания. Кто знает, что преподнесёт им новый учебный год.

***

Фумикаге проводил остаток недели с активным предвкушением предстоящих каникул. Целый месяц, когда они будут свободны от учёбы. Больше половины одноклассников уже обменялись новостями, что поедут к своим родителям на все выходные либо на большую часть месяца. По примерным подсчётам, в общежитии на постоянной основе остаются Шоджи с острова Кюсю, Кода, живущий в самом далёком от них регионе Тохоку, Сато из региона Тюгоку. Урарака и Асуи уедут всего на пару недель, как и Яойорозу с Джиро. А последняя неделя должна отойти на все необходимые собеседования тем, кому это нужно. Изуку за эти несколько дней уже успел занять своё место в их жизни с Акико. Утро не начиналось без пожелания хорошего дня, обед и перемены между занятиями проходили за незатейливым разговором в чате. Изуку несколько раз скидывал им фотографии из их класса, и Фумикаге с Акико даже получили запись от его одноклассников. Вернее, Хирото, заместитель старосты, перехватил камеру, пока Изуку записывал вид из общежития. – Хей, парни! Не знаю, получите ли вы сразу это сообщение, но от всего нашего класса передаю вам благодарности, что вы двое скрасили будни нашей Звёздочки Мидори! Он обычно как сгусток тревоги в скоплении людей, и мы рады, что у него появляются друзья. Поверьте, ему это чертовски необходимо, он не признается, но теперь каждый день улыбается как кот, укравший все сливки с кухни! – заместитель жестикулировал с особым энтузиазмом, пока бедный Изуку взвизгнул на заднем плане вне камеры. Фумикаге и Акико заметно смутились подобному заявлению, но и не могли не признать, что общество Изуку делало и их жизнь немного легче. Особенно для Акико. Тот с особой увлечённостью погружался в общение и обсуждения всевозможных тем, начиная с их с Фумикаге комнаты, согласовав это с братом, разумеется, заканчивая фотографиями животных и новостями о героях. И насчёт последнего, Изуку блистал как никто другой. Ближе к концу недели он начал терять своё привычное стеснение и с большим увлечением рассказывал либо о том, что уже находил о героях или о «горячих скандальных новостях», либо уходил в рассуждения об их подходе в сражениях или взаимодействиях с общественностью. Фумикаге спокойно вставлял свои рассуждения о героях и их причудах при подобных разговорах, пока Акико концентрировался на их костюмах и командной работе. Подобные незатейливые рассуждения здорово расслабляли. А как только Фумикаге вновь упомянул книги Эдгара Аллана По, Изуку в шутливой форме пообещал отдать ему две книги: «Ворон» и «Чёрный кот». Сказать, что Фумикаге удивился, узнав о подобных книгах его любимого автора в библиотеке такого солнечного парня – не сказать ничего. Фумикаге думал о том, что ему действительно не хватало подобного опыта с кем-то настолько позитивным и активным в разговорах, и кем-то, кто говорил с ним и Акико по отдельности. В пятницу их всех пригласили на выпускной третьегодок, где Ведущий Мик устроил даже не выпускной, а настоящую рейв-тусовку. Ученики второго года неловко танцевали, пока все третьегодки отрывались по полной. После речи Тогаты стену позади него разломили ученики поддержки, и он, с какими-то искрами вокруг тела, которым Фумикаге всё ещё не мог дать объяснения, отскочил в толпу под громкие аплодисменты. А после выпускного он позвал Фумикаге пройти с ним… Будет справедливо заметить, что вся ситуация и загадочность заставила Фумикаге и Акико заметно понервничать. Благо, уже присев со стаканчиками ароматного чая, семпай успокоил их и объяснил, что это всё только насчёт ближайших стажировок. – Знаешь, я ведь все три года стажировался у Сэра, а сейчас буду официальным работником под его началом! Так что у него есть возможность взять себе нового стажёра, и я подумал, что с твоей хорошей оценкой окружения ты мог бы подать заявку ему, а я готов передать ему это со своей рекомендацией! – семпай почти сиял с улыбкой на лице, словно не замечая нарастающего конфликта в глазах младшего студента. – Прошу меня простить, но я уже обговорил свои идеи с Хоуксом, и он согласился принять меня на официальную стажировку и продолжить оттачивать мои новые приёмы. Но я вынужден уточнить, у кого именно ты будешь работать? Я слышал об этом герое? – Фумикаге не мог отделаться от ощущения, что имя кажется ему знакомым. – О, поздравляю тебя! Стажироваться у героя номер три – большая честь и ответственность! – Тогата не слишком расстроился, что радовало. Но следующей фразой он обрушил на Фумикаге ведро ледяной воды. – Я проходил стажировки у Сэра Ночноглаза! Что-то не так? – Нет, прошу прощения, – Фумикаге поперхнулся и прочистил горло. – Просто тот, кто и навёл меня на размышления в тот день, собирался подавать заявку в агентство Сэра Ночноглаза, но до сих пор сомневается, что получит шанс получить место официального стажёра, ведь у него не было геройской стажировки до этого, а лишь работа аналитика. И с моей стороны неправильно забирать его место, которого он заслуживает, когда у меня уже есть планы. – Вот как! А ты хороший друг, Токоями! Если хочешь, я могу передать Сэру фамилию и имя твоего друга, если ты уверен в его компетентности! Фумикаге, с одной стороны, мог бы косвенно помочь Изуку получить столь желаемую стажировку. С другой стороны, Изуку уже упоминал в разговорах, что сам прокладывал свой путь как героя и намерен и дальше сражаться и получить столь желаемое признание за счёт собственных заслуг и усердия. Фумикаге не мог преуменьшить его усилия. Он был уверен, что Изуку предположит, что его просто недооценивают, и бросит Фумикаге и Акико за подобные действия. Но оставаться в стороне при такой возможности… – Могу я попросить тебя передать Сэру Ночноглазу, чтобы он присмотрелся к студенту из Сэйай? Я не хочу создавать о нём ложное впечатление или преуменьшать его заслуги просьбой дать ему стажировку. Но я так же не могу не отметить его высокие аналитические способности и его вклад в сражениях. – Конечно, Токоями-кун! И ты не просишь чего-то невозможного, не волнуйся так. Сэр – человек справедливый, пусть и весьма строгий временами! Я передам твои комментарии. – Премного благодарен. И ещё раз поздравляю с выпуском и получением звания героя, – Фумикаге поклонился в вежливом жесте. – Спасибо! И тебе удачи на стажировке! Будем же выдающимися героями! – С этими словами Тогата присоединился к остальным из Большой Тройки, оставив Фумикаге наедине с Акико. [Фуми, ты же скажешь Изуку о предложении Тогаты? Не оставляй его в неведении!] [Я предположил, что не стоит говорить ему об этом. Это будет звучать так, словно я недооцениваю его усилия и считаю, что без сторонней помощи он не получит стажировку, на которую рассчитывает.] [Ты же не дурак, Фуми. Расскажи ему и объясни всё сразу! Ты же помнишь, что такая скрытность в итоге приведёт к проблемам?] [Помню, Акико…] В течение жизни они с Акико уже не раз сталкивались с подобными ситуациями. Но в особенности Фумикаге подкосили его вторые отношения. Мало того, что он понял, что отношения с девушками его не слишком привлекают, так ещё и за один месяц Кудзуноха Юмэкуи несколько раз упрекала его в том, что он считает её слабой, хотя он сам просто хотел быть заботливым и вежливым парнем для неё. Его помощь не подразумевалась как попытка выставить её слабой, но подобные конфликты сыграли с ним злую шутку. Недавние слова Бакуго о том, что он «ставит себя выше его», вытащили наружу все болезненные воспоминания. [Изуку ведь не такой, как те люди, ты же тоже это видишь. И он постоянно говорит о критическом мышлении. Если ты расскажешь сейчас, то сразу поймёшь, следует ли тебе и мне оказывать ему помощь и дальше. А я бы хотел помогать ему чем-нибудь, чем смогу, я хочу знать, что он думает об этом!] [Верно. Прости, что сомневался, Акико.] [Не переживай. Я ведь знаю, чего ты боишься. Я тоже боюсь этого. Давай сразу разберёмся с этим…] С этим заключением уже через час, пока остальные студенты 1-А начинали сбор своих вещей перед скорым отъездом, Фумикаге и Акико написали Изуку сообщение с просьбой о звонке. – Доброго вечера, Фумикаге, Акико! Как прошёл выпускной третьего года? Я видел стрим, где музыка кричала на всю округу! – Изуку включил видеозвонок сразу, как только поднял трубку. Акико нравилось, что это позволяет лучше видеть эмоции их нового друга. – Вечера, Изуку, у меня ощущение, что в ушах до сих пор стоит звон. Это выглядело как вечеринка в клубе, а не обычная выпускная церемония, – подобное заявление Фумикаге заметно повеселило Изуку. – Ваши третьегодки тоже завершили обучение, верно? – Агась! – Изуку издал забавный звук, когда растянул шутливое согласие. – Но у нас всё стерильно, выпускной только для третьего года, остальных не пускают. Хотя, кто захочет, тот всегда пролезет! Лука подсоединил камеры в зале к нашей плазме в общежитии, так здорово смотреть, как семпаи радуются своим дипломам и лицензиям! – Твой одноклассник взломал камеры? И вас не наказали? – Акико не мог определиться, смеяться или ужаснуться. – Ха-ха, нет! И это часть его причуды, так что в каком-то смысле ему это идёт только на пользу, практика, сами понимаете. Нам всем стоит равняться на его хакерские навыки, но сейчас не об этом! Он зациклил весь прошлый день, заснятый на наши камеры в общежитии, и сенсей не сразу заметил неладное! Конечно, по телефону он сделал предупреждение, но когда пришёл к нам, то похвалил Омоти за его хорошие результаты в области кодирования. Он гордится нами… интересный он мужчина, хах. Помимо того, что за эту неделю Фумикаге узнал имя того беловолосого парня, он же Лука, он же Омоти Чаджи, он услышал от Изуку, что этот парень состоял в отношениях с тем самым заместителем Хирото. А ещё оба Токоями несколько раз пришли к выводу, что это не класс информаторов, а царство хаоса и абсурда. Взять хотя бы прошлую ночь, когда Изуку без предупреждения прислал им фотографию в три часа ночи: как он с компанией этих двоих парней зажгли несколько свечей на кухне, сидели в этой темноте и с самым серьёзным лицом ели спагетти с какими-то напитками. Он подписал это как: «Забавный факт. Эти двое могут устроить нашему классу случайные праздники. Лайт заявил, что сегодня день спагетти и не принимает отказов. Почему в этот раз только я из группы страдаю? Я подам жалобу!» А потом дополнил: «Хотя спагетти действительно вкусные… разве меня настолько легко подкупить?!» Акико смеялся как проклятый всё утро, а Фумикаге оказал дань уважения их созданной атмосфере. – Рад, что вы хорошо провели этот день, – студент UA всё думал, как же подойти к теме стажировок, но Изуку дал ему хорошую возможность. – У вас произошло ещё что-нибудь интересное помимо «тусовки»? – последнее слово он показательно взял в кавычки и посмеялся. С Ведущим Миком любой концерт мог сойти за дикий рейв. – На самом деле да. И это что-то косвенно касается и тебя, мой друг, – Фумикаге невольно взял паузу, когда Изуку заметно напрягся. – Это связано со стажировками. – Вы ведь уже решили пойти к Хоуксу, разве нет? – Верно, но наш семпай Тогата предложил дать рекомендацию для моей стажировки герою, у которого он стажировался, а теперь будет работать, – после уточнения о том, что именно этот семпай свалил всех в классе 1-А на тренировке в понедельник, Фумикаге продолжил. – Я, разумеется, сообщил о своих планах, но когда узнал, у кого стажировался Тогата, не мог… не попросить передать рекомендацию на «ученика Сэйай». Он не мог заставить себя поднять взгляд на Изуку. Он не хотел видеть того же отвращения или закатывания глаз, которыми его «награждала» Кудзуноха-чан. Но, как и говорил Акико, Изуку не был похож на остальных их сверстников. – Но… у кого он будет работать, что ты решил… поручиться за меня? – Изуку мило склонил голову набок, и его пушистые волосы, собранные в хвост, забавно перекатились на ту же сторону. – Да, я сказал, ты как ученик академии Сэйай заслуживаешь этого места, и я не мог проигнорировать твои навыки. Это агентство Сэра Ночноглаза. Парень в звонке тут же взвизгнул и прикрыл рот руками, тогда как оба Токоями передёрнулись на месте. Вау, что за реакция такая? Прежде чем Фумикаге успел бы испугаться, он услышал самое неподдельное счастье и шок со стороны друга. – Я даже и подумать бы не мог, что вы можете поручиться за меня! Спасибо! И даже хорошо, что ты упомянул только название академии, я не подведу и выложусь на все сто, если мою заявку одобрят и я смогу попасть на собеседование! – он забавно поджал руки к плечам и сжал их, вибрируя на одном месте. – Боже, я не знаю, как вас благодарить! Он… действительно радовался подобной помощи? Фумикаге несколько раз моргнул, переваривая информацию. – Прошу прощения, я не хотел выставить тебя беспомощным или нуждающимся в подобной рекомендации. Я уверен, что ты получишь место в этом агентстве даже без рекомендации. Но когда Тогата предоставил мне возможность высказаться… – Не глупи, Фумикаге! Ты не выставляешь меня беспомощным! – Изуку посмеялся, смахивая слезу с глаза после сильных эмоций. – Если бы ты действительно считал меня таким, то дал бы мне список самых сомнительных или отвратительных геройских агентств, специализирующихся на детективной работе. Поверь, я наслушался комментариев от людей, которые всегда считали меня беспомощным. Да ладно, даже моя мать всё ещё посылает мне подобные сообщения! Вот это – действительно указание на мою мнимую беспомощность. Ни ты, ни Акико не выставили меня таковым, и я искренне благодарен вам за такую помощь! С души Фумикаге сошёл тяжёлый груз тревоги и переживаний. – Что же там за сообщения такие? – Акико откровенно наплевал на привычные нормы о личном пространстве и зацепился за комментарии о сообщениях матери Изуку. – О, Инко просто написала мне о том, что: «Когда я не получу стажировку, я могу поработать стажёром в фирме, где работает она. Ведь в их компании принимают даже беспричудных». Как будто это не норма для остальных регионов Японии! Серьёзно, её уверенность в моей несамостоятельности иногда поражает! – он закатил глаза и сжал переносицу, напоминая то ли Айзаву, то ли Ведущего Мика. – Как она может так говорить? Это несправедливо к твоей работе! – Акико возмущался и надул губы… или клюв. – Поверь, это не самое худшее, что я мог бы услышать. Возможно я как-нибудь покажу вам одну книгу, которую брал в школьной библиотеке. Вот в ней действительно написаны одни из самых отвратительных комментариев о людях со слабыми причудами или без них. Фу. – Боюсь представить, что там написано… – Оставим это на будущее. В любом случае, как вы двое смотрите на то, чтобы встретиться послезавтра? Я как раз перевезу некоторые базовые вещи из общежития на время каникул и могу взять дополнительный блокнот специально, чтобы провести несколько тестов с вами двумя и начать поиск решения вашего сложного положения, если можно так выразиться. Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Акико уже и не помнил о тех словах Изуку. Вернее, помнил, но старался не думать о них, боясь того, что это может повлечь за собой. Если Изуку заявлял с такой уверенностью, что проведет тестирования, значит, у него уже есть план? – Правда, может понадобиться место, где мы сможем расположиться, вероятно, на какое-то время. Я бы мог предложить пойти ко мне, но, зная Инко, это всё приведёт к ненужной драме, а этого я не хотел бы в такой щепетильный момент. Но за последние пару дней я так и не придумал вариантов, кроме кото-кафе, которое слишком… публичное, наверное? – Эй, Фуми, как думаешь, тётя Сюзуме позволит нам остаться у неё? – Фуми не ожидал подобного вопроса от Акико. – Давай я напишу ей! – Акико, не стоит! Я не хочу беспокоить вашу семью! Я поищу ещё варианты, которые могут подойти, у меня выделен для этого весь завтрашний день! Но хаотичный брат уже включил свой мобильный и быстро печатал сообщение их тёте. И мысленные уговоры Фумикаге не торопиться с действиями не могли его переубедить. Это ведь оказался идеальный вариант – собрать в одной комнате всех, кто верил во вменяемость близнецов Токоями. – Я спросил, ждём ответа! Ой, Изу, ты должен попробовать её стряпню, она делает просто божественные булочки с мясом! – Акико театрально упал в обморок от воодушевления, чем повеселил брата и разрядил атмосферу для Изуку. – Не могу не согласиться с его аргументами. Не волнуйся, Изуку, оба-сан скажет, если будет чем-то недовольна. И она так рада тому, что у нас появился новый друг. – Полагаю, она прямо как мой папа, – он отвёл свои ладони от покрасневших от волнения щёк и кротко улыбнулся. Фумикаге с Акико уже заметили, что для Изуку отец – самый близкий человек, так же, как и тётя Сюзуме для них, но никаких особых подробностей про него не слышали, кроме того, что они с Изуку редко видятся. Пока они обсуждали место встречи и время, рассудив, что у них будет как минимум неделя до получения ответов от агентств и собеседований, Токоями Сюзуме уже ответила своим племянникам. – Она пишет: «Даже не спрашивайте, вам двоим и вашему другу я рада в любое время! Вы можете остаться на несколько дней, чтобы закончить все свои дела!» Фуми, мы можем устроить ночёвку! – Акико кружил по комнате, вызывая приступы хихикания у Изуку. Но вот Фумикаге заметно смутился, отчего его перья на лице немного распушились. Ни один из братьев не устраивал ночёвок в доме их тёти. Их комната в её квартире очень… личная для них и заметно отличалась от той, в которой они жили у родителей. Это словно пригласить кого-то заглянуть в их внутренний мир, скрытый от посторонних. Комната напоминала по обстановке их комнату в общежитии, но даже та не так сильно концентрировалась на их вкусах. Как бы то ни было, даже в академии они оба играли свою роль «замкнутого парня с кричащей причудой». В их же собственной комнате у тёти у Фумикаге стоял свой собственный книжный шкаф и стойка с гитарой и установкой. У Акико в шкафу собраны томики манги самых разных сортов и несколько настольных игр. Для них обоих стояла большая двуспальная кровать и множество других вещей, которыми они увлекались в разные периоды жизни. Начиная от коллекции Фумикаге из украшений и кулонов перед старшей школой и разных крафтовых оружий, которые собрал Акико в то время. Та же гитара обосновалась в их комнате во втором классе средней школы. В старших классах Фумикаге увлёкся мрачной эстетикой и начал вводить в свою речь архаичные речевые обороты, которые только сильнее выставляли его либо жутким, либо чрезмерно драматичным. Но он предпочитал и дальше уходить с головой в эту странную «театральность», чтобы избежать всех тех гнетущих мыслей, возникающих в его голове. Он и не подозревал, насколько сильно бежал от реальности все эти годы, раз только мысль о том, что кто-то, кроме их тёти, узнает правду об Акико, привела его в клинический ступор. – Не думаю, что останусь. Я не хочу врываться в ваше личное пространство! Я вполне смогу сходить к Инко и переночевать у неё, не беспокойтесь, – чувственность Изуку казалась Токоями просто безграничной на данный момент. – Я… я не против, чтобы ты остался с нами на вечер. Мы можем определиться, когда уже окажемся на месте, если тебя это устроит, – Фумикаге не хотел, чтобы его голос казался таким смущённым, но как будто его организм станет его слушать! – Х-хорошо! Но я никогда раньше не бывал в гостях у друзей. Поэтому простите, если я сделаю что-то не так! – как будто этого мало, он ещё и поклонился им под девяносто градусов! Именно на этом они и остановились. Теперь настало время Фумикаге убедить Акико перестать так паниковать и успокоиться самому. Потому что, чёрт, Изуку обязательно увидит их комнату, и оба волновались, что он подумает о них! Ах да, ещё стоило успокоить тётю, которая не переставала писать им сообщения с вопросами об их планах и о новом друге. Как будто они не делились с ней всеми новостями, связанными с Изуку. Но всё же, стоило ли им прийти к тёте завтра и убраться в комнате за день до встречи? Но и у Изуку на фоне в комнате всегда был лёгкий хаос, он вряд ли бы осуждал их за расставленные вещи… Почему так сложно подготовиться к встрече с другом?! Оба Токоями ещё даже не задумались о том, что это будет только вторая их личная встреча. Акико заявил с самым серьёзным лицом, что будет обнимать Изуку весь день и наверстает недостаток объятий за последнюю неделю. Фумикаге поперхнулся воздухом. Он, конечно, понимал это желание и голод по тёплым телесным контактам вроде объятий, но не стоит же заявлять об этом так резко! Токоями решили ответить тёте, пока та не надумала себе лишнего. В итоге Сюзуме целых полчаса по видеозвонку металась по комнате, проверяя, всё ли подготовлено к скорому визиту нового друга её любимых племянников. При этом на многие её вопросы у них не было вменяемого ответа. Откуда они могли знать, нравится ли Изуку соба? Они знали только то, что он вполне может пойти перекусить спагетти среди ночи, но не его предпочтения или аллергии! Даже Шоджи обратил внимание на то, как Токоями всё больше уходил в себя, что смущало птице-мальчика. Он не виноват, что так волнуется перед новым эмоциональным опытом! Он не упал в обморок – это уже счастье. А в гостях у тёти Сюзуме драматично падать на пол или быстро садиться куда-либо крайне опасно, всегда нужно проверять, не лежат ли на пути два кота. Ох, чёрт. Они совсем забыли сообщить Изуку о котах! Но, зная, что парень хотел сначала пойти для эксперимента в котокафе… он ведь не имел проблем с ними? Может, тётя отдаст их соседке на первый день, чтобы не перегружать ни себя, ни Изуку? В конце концов наступило воскресенье. С утра большая часть учеников уехала к себе домой, остальная половина либо ждала приезда родителей, либо подходящего поезда. А Токоями уже уехали на ближайшем поезде до города Симада, сразу же направляясь к тёте. Если бы их мать или отец узнали, что он снова отправляется к ней, поднялся бы серьёзный разговор, который ни один из Токоями не хотел решать в первый день их каникул. Изуку уже получил адрес ближайшего кафе, где они договорились встретиться. И судя по тому, сколько опечаток содержало последнее сообщение, Изуку невероятно волновался и повторял, что может уйти в любой момент, если не понравится их тёте. Что звучало абсурдно. Как Сюзуме могла отпустить первого полноценного друга и Фумикаге, и Акико? О нет! Изуку даже не подозревал, что его не оставят в покое как минимум целый день! [Фуми, не волнуйся ты так! Я тоже начинаю паниковать!] [Не вноси тьму в мои беспорядочные мысли, Акико…] [О нет, ты опять драматизируешь! Изуку подойдёт через пару минут, соберись!] [Тоже самое касается и тебя, к слову.] Справедливости ради, зеленоглазый парень появился в кафе в ту же минуту, явно запыхавшийся и покрасневший. На нём была надета чёрная водолазка, поверх которой красиво сидел красный вязаный жилет, и штаны по типу каррот с маленькой цепочкой сбоку около кармана. На ногах красовались широкие красные ботинки с белой подошвой. Распущенные волосы выглядели куда более чёрными и ухоженными, в ушах красовались те же красные ромбовидные серьги, а через плечо свисала большая сумка-почтальонка. В руках он катил небольшой чемодан, ровно как и Фумикаге, который решил сначала встретиться с ним, а уже после пойти к тёте. – Изу! – Акико не удержался и выпрыгнул из теней, подлетая к парню. – Привет! Рад снова увидеть тебя! – Изуку, благослови его бог, не упоминал имя Акико публично. Оба Токоями были благодарны ему. Он приобнял тело, сотканное из теней, и похлопал его по спине. – Приятно снова увидеть тебя, Изуку. Ты хочешь пойти сразу или взять чего-нибудь поесть? – Токоями поднялся со своего сидения, взяв с собой стаканчик коктейля с трубочкой. Он надел чёрные свободные штаны, чёрно-фиолетовую рубашку и чёрную кофту. На шее красовался неизменный красный чокер, а на ногах красовались чёрно-красно-белые кроссовки. – Я только возьму кофе, и мы пойдем, хорошо? Не хочу ещё больше задерживаться! Поезд и так пришёл на двадцать минут позже из-за каких-то технических сбоев! Хотя в нашем районе это порой и случается, но всегда невовремя, – он поморщился и опустил голову в отчаянном жесте. Бариста за несколько минут сварил столь желаемую порцию капучино с карамельной добавкой, и на этом двое, или же трио парней, направились к ближайшему многоквартирному зданию. Акико скрылся в тенях сразу после выхода из кафе, чем заставил Изуку грустно выдохнуть, а Фумикаге улыбнулся, что не он один расстроен необходимостью Акико прятаться в общественных местах. Чем ближе близнецы Токоями подводили Изуку к дому, тем сильнее они волновались. И, не успев толком постучать, все услышали торопливые шаги, чтобы через мгновение Фумикаге упал в объятия Сюзуме. – Фуми, дорогой, вы уже пришли! И где же мой драгоценный Аки? – женщина выглядела просто превосходно в свои тридцать пять лет, и в других ситуациях вполне походила на заботливую старшую сестру. Её угольно-чёрные волосы завязаны в высокий хвост, тёмно-красные глаза сияли счастьем и любовью. На руках от локтей до пальцев всё так же пушились небольшие пёрышки, а ноги, выглядящие как птичьи ниже колена, звонко клацали при ходьбе. Акико тут же обернулся вокруг неё со счастливыми криками. – Ой, а ты, наверное, Изуку? – Д-да, мисс Токоями? – бедняга замер на месте и покрылся испариной от волнения перед дорогим для близнецов человеком. Когда он ещё знакомился с родителями или семьёй своих друзей за последние лет пятнадцать? – Не нужно таких формальностей, милый, друзья моих любимых племянников для меня такие же драгоценные, как и они сами! Иди сюда, не стой в дверях! – и вот, новоиспечённый друг семьи оказался в нежных объятьях тёти, которая прижимала и его, и Фумикаге к себе с двух сторон, а Акико упал ей на плечи со спины и держался за её плечи. Воистину милейшая семейная сцена. Фумикаге глубоко вздохнул и потёрся пушистой щекой о её шею. На душе сразу стало так тепло и спокойно. По рукам разливалось приятное чувство, когда одной он обнял тётю, а второй – Изуку. Акико довольно урчал на другом плече тёти, а сама Сюзуме не могла не гладить своих племянников и их нового друга по головам. Изуку, немного помявшись, уже через несколько секунд успокоился и присоединился к мирному моменту, которого и ему очень не хватало. – Ну же, проходите и располагайтесь. Изуку, милый, прости, но из свободных мест у нас только диван, так что, если тебе неудобно, остаётся только комната Фуми и Аки… – тётя печально приложила ладонь к своей щеке. – Нет, не волнуйтесь! Я могу поспать и на диване. В нашем общежитии во время промежуточных и итоговых экзаменов мы с группой могли засыпать буквально на полу в общей комнате! Я не привередлив! Только попрошу прощения, если мне понадобится задержаться в ванной, – он неловко почесал себя по задней стороне шеи, дав близнецам вспомнить эту его привычку, замеченную ещё в тот день на экзамене. – Не стоит извиняться, обсуди всё с этими двумя. А сейчас располагайтесь и умойтесь, я уверена, вы все хотите отдохнуть после поездки! – Спасибо, тётя Сюзу! – Акико подлетел к гостю и схватил его за плечи. – Изу, идём, я покажу тебе весь наш дом! – Сюзуме посмеялась после этой фразы. Ей всегда было приятно, что близнецы считают её квартиру своим домом. – Акико, не нужно так его толкать… – Фумикаге закатил глаза на такое поведение брата, но при этом улыбался. Как давно он чувствовал такое умиротворение на душе? – Не волнуйся, Фумикаге, я не против! Акико полон энтузиазма, это здорово! – с этими словами и лёгким смехом Изуку поддался на толчки теневого парня и прошёл в ванную комнату. Сюзуме щурилась от улыбки на своём лице, с теплотой смотря на своих драгоценных малышей. Для неё они всегда будут милыми птенчиками, за которых она будет готова отдать свою жизнь. И наблюдая, как обычно скромный и серьёзный Фумикаге так напрямую забавляется с Акико, пока тот в открытую выражает свои мысли с парнем своего возраста, Сюзуме признавала, что это самое замечательное и драгоценное, что только можно увидеть. Но, как и близнецы, она волновалась предстоящими «тестированиями», о которых говорил Изуку. Напрямую она ничего не узнавала, но по рассказам Акико Изуку придумал несколько экспериментов и хочет провести их в контролируемой обстановке. Звучало волнительно, и трудно сказать, это от беспокойства за своих племянников или страха, какой результат они все в итоге получат. Благо сейчас эти трое юношей шуршали в ванной комнате со включённой водой и смеялись. Прямо в данный момент этого было более чем достаточно.