Часть 5.3 Странная академия и безумная семейка аналитиков

Акико быстро украл немного вкусностей из пачки и, судя по довольному взгляду, высоко оценил их. При этом он не расцеплял их руки, а, наоборот, прожигал взглядом своего брата, явно подталкивая его повторить подобный жест. Но Изуку прервал это соревнование проницательных взглядов и свободной правой рукой взял угощение, протягивая его Фумикаге. Тот чуть слышно, чтобы не прервать спокойный момент, поблагодарил его и принял угощение, позволяя себе почти лежать на его плече. Такой контакт уже казался ему более чем достаточным, несмотря ни на что. По колонкам в поезде разнёсся голос Ведущего Мика, но это, очевидно, проигрывалась запись его эфира за прошлую пятницу. А на этой неделе им предстояло дождаться позднего вечера текущего дня, прежде чем он выйдет в эфир с новым подкастом и музыкальной программой. – Меня удивляет, как у одного из ваших сенсеев, по сути, целых три работы, – Изуку медленным, почти ленивым движением повернулся в сторону колонок, расположенных в начале вагона, и немного нахмурился от своих мыслей. – Ты говоришь о Мике-сенсее? – Фумикаге взял ещё одну закуску, уже из новой, только что открытой пачки. – Мгм. Не могу представить, как он совмещает все эти дела. Тем более в самые загруженные месяцы обучения… Я понимаю, что его радио ведёт целая команда и он выходит в прямой эфир только по пятницам, геройская работа у него три дня в неделю, и явно есть полноценный выходной. Но всё же это нереальная нагрузка, разве нет? – В академии он редко упоминает свою геройскую деятельность. Иногда у него появляются небольшие пластыри на ладонях или явно першит горло в течение дня, но это бывает редко, если брать во внимание прошедший год. Хм, может, поэтому он зачастую не даёт нам заданий для самостоятельного выполнения? Наверное, сложно проверять целые пачки работ, учитывая ещё заботу о радиостанции. – И я об этом! Вот это тайм-менеджмент… хотел бы я в будущем быть таким же продуктивным, ха, – Изуку усмехнулся и откинул голову на спинку стула, прикрыв глаза. Странно думать, что через два года и после года отработки в агентстве они начнут самостоятельную работу в геройской или аналитической сферах. Кажется, что это настанет совсем скоро, но при этом им предстоит много работы над собой и непростое обучение – и это не считая всей необходимой практики, чтобы называться профессиональными героями. Фумикаге рассчитывал на работу в каком-нибудь агентстве; возможно, у Хоукса найдутся подходящие варианты, но на это нельзя рассчитывать слишком сильно. Как и на то, возьмёт ли он его на стажировку в следующие два или три года. Всё так неопределённо, что вызывает лёгкую тревогу, но, как ему говорила мама, если возникнут трудности, у него обязательно будет время, чтобы разобраться со всем. Вероятно, грубо и не совсем правильно думать о таком, но кто знает: может быть, прохождение стажировок у героя номер три даст ему небольшое преимущество в поиске других агентств? Ну, технически теперь Хоукс мог называться героем номер два в Японии. К чёрту эти ежегодные рейтинги. Акико совсем расслабился, залез в сумку Изуку и достал другие вкусности – засушенные мясные ломтики с солью и перцем. Изуку, честно говоря, взял их в последний момент просто потому, что ранее не пробовал много похожих вещей, и ему стало интересно, какие они на вкус. Кассир упомянула, что эти ломтики весьма специфичны, но кто не рискует, тот не находит новые любимые вещи в жизни. Когда Акико взял из пачки пару закусок и уже понёс к себе, Изуку дёрнулся на месте и быстро выхватил еду из руки друга, пока тот не успел осознать, что произошло. Конечно же, спустя пару мгновений Акико наигранно возмутился, а Изуку вернулся на своё место на плече Фумикаге, стараясь не хихикать над нелепостью происходящего. Почему он просто не взял мясо из пачки? Да кто бы знал! Так просто веселее, и раз Акико сам начал всю эту тему с передачей еды с руки, то пусть вкушает результаты своих действий, хе-хе! Иначе просто скучно, разве нет? Судя по глубокому вздоху и еле слышной усмешке, Фумикаге всё происходящее тоже казалось забавным. Он всё же взял ломтик мяса и медленно пожевал его, но, как только Изуку приподнял голову, то увидел весьма скептичный взгляд, каким тот пялился на оставшуюся половину снека в своей руке. Фумикаге смотрел так, будто этот несчастный кусочек мяса предал всё его доверие. Уморительное зрелище. Изуку не сдержал смешка. – Что такое, Фумикаге? Совсем не по твоему вкусу? – он широко улыбался, пока Акико всё ещё возмущался и подворовывал большую часть мяса из упаковки. Его право. К тому же, кажется, они понравились ему явно больше, чем его близнецу, хах. – Не совсем. Весьма… странно, – с этими словами он заметно прищурился и продолжал искать ответ на все жизненные вопросы у куска мяса. После этого он клацнул клювом пару раз, пытаясь окончательно распробовать съеденное, но тут же скривился и едва заметно высунул язык, будто пытался стереть с него весь вкус. – Это явно не моё… – Можно? – парень приоткрыл рот, всё ещё повернувшись к Фумикаге. Ему было интересно, что это за штука такая. Тот, поражённый неприятным для себя вкусом, даже не обратил внимания на то, как это могло выглядеть со стороны, и просто протянул руку к лицу друга, а сам встряхнул головой. – Хм? – Изуку немного вытянул шею и подцепил зубами мясо, быстро прожевав его. И понял реакцию парня в ту же секунду. – Иу, это должно быть настолько пересоленным? – Да ладно вам, вы просто не понимаете всей прелести таких закусок! – Акико нагло прибрал всю пачку себе, отвернулся от обоих парней и спиной упал на бок Изуку, будто тот стал его личной подушкой на оставшийся час поездки. – Всё? Теперь ты забираешь это себе? – скрыть своё веселье не получилось бы в любом случае, так что парень смирился с участью быть личной подушкой – что вчера вечером, что сегодня – и с нежностью опустил руку ему на лоб, потирая большим пальцем тёмные перья, которые за последние дни начали принимать более отчётливую форму. Теперь можно без зазрения совести перебрать несколько перьев на лице и макушке, а ещё его клюв выглядел более гладким, чем пару недель назад. Это выглядело здорово. Изуку надеялся, что со временем состояние Акико станет ещё лучше. – Вот и заберу, хм! – он гордо задрал голову, будто хотел скинуть руку Изуку, но, очевидно, ему до безумия нравилось уделяемое внимание. В этом можно было поручиться на сто процентов: достаточно взглянуть на то, как он размяк под мягкими движениями руки на своей голове. Ещё немного – и он начал бы вибрировать на месте от удовольствия. – Такими темпами ты разбалуешь его, – Фумикаге избавился от слишком солёного привкуса на языке и обратил внимание на происходящее слева от себя. Пусть он и говорил весьма иронично, но всё же не хотелось думать о том, что спустя две недели их время друг с другом сведётся к минимуму из-за расстояния, их общей занятости и прочих дел. И не хотелось думать, как это отразится лично на нём и его брате. Хотя Фумикаге даже не знал, кто из них двоих будет больше скучать по тактильным контактам: его брат или он сам. Возможно, всё-таки он… – Ты тоже хочешь? – Изуку сделал невинное лицо, увлечённый беззаботностью момента, и посмотрел в глаза Фумикаге. Но тот замялся, не зная, что ответить на такой вопрос. – Я бы с радостью, но у меня все пальцы в сахаре, – с этими словами он опустил голову на свою правую руку и с задумчивым взглядом лизнул подушечки указательного и среднего пальцев, упуская момент, когда на макушке Фумикаге вздрогнули все перья. – Хм, у меня же лежали влажные салфетки? Надеюсь, я не оставил их в чемодане, это будет ужасное упущение… Ага, вот и они! Победа! – Что ещё есть у тебя в сумке? – Акико с наслаждением жевал мясо, наблюдая за происходящим. Если кто-то мог подумать, что он просто поддразнит брата за его слишком очевидную реакцию на движение пальцев Изуку, то нет. Он собирался поддразнивать его и напоминать об увиденном ближайшие пару недель. – Честно говоря, в ней полно хлама и самых случайных вещей. Иногда я даже не знаю, откуда они берутся! Вот, например… – он вытер руки и заглянул в сумку, начав в ней шуршать. – Зачем мне чеки из магазина электроники за… за прошлый год? – он искренне удивился находке. – Или вот, скажи мне, откуда у меня мог взяться набор одноразовых столовых приборов? Они даже не распакованы! Где и когда я заказывал доставку еды, чтобы у меня оказалось подобное? Акико закашлялся от смеха, пока Изуку с искренним недоумением крутил в руках нераскрытую прозрачную упаковку с деревянными палочками, ложкой и салфетками. – Возможно, ты найдёшь это место по визитке на упаковке! – Акико с улыбкой указал на цветной стикер, наклеенный поверх пластика. – Смею предположить, что тайны твоей сумки останутся нераскрытыми, – Фумикаге не сдержался, и уголки его клюва изогнулись в лёгкой, нежной улыбке. – Верно… – непонятно, на что именно ответил Изуку: то ли на предположение о месте получения приборов, то ли на тайны своей сумки. Возможно, этот ответ адресован в обоим предположениям. Повеселившись от увиденного, троица немного отдохнула. Изуку опустился на сиденье и в полусонном состоянии потёрся макушкой о плечо Фумикаге. Тот совершенно не возражал и, даже наоборот, остался доволен происходящим. Акико всё ещё лежал на Изуку и медленно жевал несчастные закуски, наслаждаясь текстурой и ярким вкусом, хотя и признавал, что не стал бы есть подобное в будущем. Это хорошо, но только на один раз. Сам Изуку продолжал поглаживать одного парня по голове, а свободную и теперь уже чистую руку сцепил в лёгкий замок с рукой Фумикаге. Прекрасный и успокаивающий момент. На улице слепило дневное солнце, немного раздражая глаза, но даже это не могло испортить их настроение. Им нравилось ощущение близости друг с другом, даже если каждый решил сохранить свои чувства при себе. Всему своё время. Изуку чувствовал себя таким умиротворённым и довольным рядом с этими парнями, что едва мог держать своё беспокойное сердце в узде. Вместо этого он концентрировался на ощущении теней в перьях Акико, которые перебирал пальцами, на размеренном дыхании Фумикаге, на его руке, которая поправляла его собственные волосы… стоп, что? Фумикаге заправил выбившуюся прядь волос Изуку ему за ухо, рассеянно думая, выбьется ли та снова, как в один из первых их совместных вечеров, или останется на месте. Она осталась. Фумикаге усмехнулся и неторопливо поправил ещё пару прядей, даже если Изуку и ворчал на то, что его волосы не поддаются контролю, как бы он за ними ни ухаживал. Стало интересно, действительно ли это так или можно найти какой-нибудь способ укротить эти якобы непослушные локоны, переливающиеся тёмно-зелёным оттенком под лучами дневного солнца. Никто из них даже не пытался прокомментировать происходящее. Даже Акико воздержался от замечания о том, что его брат начинает слишком очевидно ухаживать за парнем – ведь зачем оно нужно? Если Фуми испытывал комфорт рядом с Изуку настолько, что позволял себе подобные действия, то это, наоборот, радовало. Акико, как и говорил ранее, искренне наслаждался тем, как Фуми наполняется счастьем, спокойствием и, чего скрывать, любовью. И с теплотой отслеживал свою собственную растущую привязанность. Да, может быть, это быстро пройдёт и спустя месяц новые чувства остынут, оставив после себя только тёплую и крепкую дружбу, но если можно насладиться тем, что происходит прямо сейчас, то они получат от этого момента всё, что только можно. Незаметно до их выхода оставалась всего одна станция, и стоило постепенно готовиться к выходу. Никто не дремал: Фумикаге и Акико успели немного помедитировать – один для того, чтобы лучше понять, как отстраниться от всего лишнего окружения, кроме двух ближайших к нему людей, а второй – чтобы чувствовать границы своего тела, наслаждаясь неторопливыми движениями Изуку. Руки Акико сегодня совсем не болели и оставались в более человеческом виде, как у Фуми: даже запястья выглядели аккуратными и утончёнными, а не широкими и небрежными. В то же время Изуку немного погрузился в свои мысли и строил варианты того, как объяснить всё своему сенсею. Пусть он и описал всё в общих чертах в письме, которое отправил ещё в понедельник, теперь потребуется рассказать все детали и распечатать сам отчёт. Но, сколько бы он ни репетировал, в конечном итоге ему придётся импровизировать в процессе. Как типично для него. Что ж, вот и настанет его официальный час позора перед новыми друзьями. Самое время. Они начали неспешно потягиваться, а Изуку забрал пустую пачку у Акико и закинул её в один из карманов своей сумки, которая уже полностью превратилась в маленький мусорный склад. Как только по громкоговорителю объявили нужную станцию, он потянул за собой близнецов и огляделся. Парни сразу начали смотреть по сторонам: всё же они впервые оказались в этом городе. – Итак, путь до академии займёт меньше получаса. Мы можем сразу закончить с делами и посмотреть, сколько у нас останется времени, чтобы зайти в общежитие. Что скажете? – Вперёд! – Акико заметно взбодрился, выудил бутылку яблочного сока из сумки и, выпив половину за несколько глотков, протянул её брату. Тот тихо поблагодарил его и кивнул Изуку в ответ на вопрос. В дороге, проходя мимо трёхэтажного здания, на первом этаже которого красовалась вывеска «Социальная столовая», Изуку заметил женщину: она помахала ему и окликнула его. Близнецы переглянулись, когда парень извинился перед ними и пообещал, что быстро поздоровается и они смогут продолжить путь. Со стороны он выглядел крайне довольным, когда подошёл к женщине, а та сразу же потрепала его по голове, вызвав у него недовольное ворчание в знак протеста. Выглядело это забавно. Дама что-то сказала Изуку, на что он ссутулился, почесал затылок и быстро кивнул в сторону близнецов. Женщина осмотрела их с ног до головы и улыбнулась. Меньше чем через минуту он поклонился ей, помахал на прощание и быстрым шагом вернулся к спутникам. – Можем идти дальше, – Изуку встал за близнецами, тихо подталкивая их вперёд. – Кем была эта дама? – Фумикаге не мог не спросить: слишком уж велико стало его любопытство. – О, это Сато-сан! Она вместе с мужем заведует этой благотворительной столовой. Как вы знаете, я помогаю в разных местах, когда выдаётся возможность. Она часто видит меня, учитывая, что это ближайшее к нашей академии место, а я проводил там почти все выходные. – Вот почему она сразу заметила тебя? – Да, хотя я не ожидал, что она сегодня будет здесь. Чаще всего она работает в своём кабинете, а муж контролирует большинство процессов в здании… Надеюсь, с ним ничего не случилось. Изуку задумчиво прислонил палец к верхней губе, будто стараясь прикрыть рот, когда мысли начали брать верх. Фумикаге некоторое время назад начал подмечать эту привычку. Он аккуратно взял Изуку за руку и опустил её вниз, переплетая их пальцы. Это было молчаливое напоминание о том, что ему не нужно беспокоиться о своём бормотании. Честно говоря, обоим близнецам эта деталь казалась весьма очаровательной. Оставшийся путь прошёл довольно мирно, но, когда начало виднеться здание академии, студент Сэйай начал внимательнее следить за окружением и чаще оглядываться по сторонам, что Фумикаге заметил, только всмотревшись в лицо парня. Со стороны тот начал напоминать героя на миссии – такой же собранный и осторожный. Но было крайне странно, почему подобное поведение включилось именно сейчас, хотя, казалось бы, разве он не воспринимал академию и общежитие как свою зону комфорта? Акико тем временем заворожённо разглядывал витрины ближайших магазинов. Словно поняв ход мыслей Фумикаге, Изуку немного расслабился и поспешил всё объяснить: – Не волнуйся, я просто не хочу, чтобы кое-кто проследил за мной по камерам, если он, конечно, тренирует сегодня свою причуду на ближайших объектах… – Изуку дёрнул головой наверх и в сторону. Проследив за его взглядом, Фумикаге увидел камеру наблюдения. Стало ли ему не по себе после услышанного? Немного. – О, не волнуйся, Омоти обычно просто проверяет границы своей причуды и не выслеживает никого из друзей намеренно. И он не будет следить за тобой, хотя мы и шутим по этому поводу. Но будет весьма неловко, если мои одноклассники узнают, что я сегодня могу прийти в общежитие, и тем более, что приду не один. – Хочешь устроить сюрприз? – в глазах Акико загорелся опасный огонёк, который всегда кричал о возможном хаосе в его мыслях. – Отчасти, – Изуку огляделся и, схватив парней под руки, ускорил шаг. До академии оставалось минут пять, не больше. – Пожалуйста, пусть моя удача повернётся ко мне лицом и никто из моего класса не будет бродить по академии во время каникул! С одной стороны, забавно, что Изуку бормочет это вслух с таким серьёзным выражением лица, с другой – вспоминая инцидент со злодейкой с бомбами, подобное поведение казалось оправданным. Изуку просканировал свой пропуск и прошёл сквозь ворота, потянув за собой близнецов. Прямо перед собой они увидели шкафчики для вещей и обуви: где-то стояло по два шкафчика в высоту, где-то – высокие и просторные варианты, вероятно, созданные для людей с разными мутациями и предпочтениями. На каких-то дверцах висели стикеры с заметками, наклейки и другие случайные вещи. На каждой дверце висел крупный замок. Изуку подошёл к правой стороне и дошёл практически до конца, прежде чем остановился у своей дверцы и открыл замок ключом. Он убрал сумку внутрь, взяв с собой только ноутбук. – Идем, Дефанк-сенсей уже должен ждать нас в своём кабинете! – Изуку прошёл вперёд, где близнецы увидели широкую лестницу, ведущую на второй и третий этажи. Но, к удивлению, по обе стороны от неё отходили два пути вниз. Изуку заметил их немой вопрос и усмехнулся: – О, это всего лишь вход в нашу столовую! Вопрос «почему их столовая находилась в подвале?» остался витать в воздухе. В коридорах стояла звонкая тишина, и даже от тихого голоса Изуку расходилось эхо. Очевидно, весьма странная затея – удивляться здешней архитектуре с подобным звуковым сопровождением. Поднявшись по лестнице, Изуку направился в правое крыло здания и пошёл вдоль закрытых кабинетов. Остановившись у одного из них, он поднял руку и простучал по двери в странном ритме, на секунду смутив этим близнецов, но в ответ они услышали несколько ровных стуков. Изуку улыбнулся и прошёл внутрь, жестом приглашая остальных следовать за ним. Фумикаге с Акико начали понимать, о каких «странностях» так часто говорил Изуку. Удивительно, что это касалось не только их класса, но, как видно, и учителей тоже. Или, может, именно от преподавателей и пошли эти странные знаки? – Сенсей! – стоя за спиной Изуку, Фумикаге и Акико не сразу заметили мужчину, сидевшего за одним из широких столов. Очевидно, этот кабинет служил местом для собеседований персонала академии, но сейчас близнецы куда сильнее интересовались человеком перед собой. Мужчина, одетый в чёрную водолазку и серые штаны, неспешно осмотрел их, как только они вошли. Его чёрные волосы, по структуре напоминающие дреды, собраны в высокий хвост, доходящий до плеч, и расходились в разные стороны. На спинке стула висела куртка из плотной на вид ткани тёмно-серого цвета с двумя белыми вертикальными полосками по бокам и на рукавах. Поверх штанов надеты высокие сапоги с толстой подошвой. Его серые глаза пристально изучали близнецов, что немного смутило их. – Ты здесь, Мидория, – ого, как непривычно слышать фамилию Изуку после стольких лет, проведённых бок о бок в неформальной обстановке. – И, как я понимаю, близнецы Токоями, да? – Верно, сэр, – Фумикаге поспешил поклониться, чуть дёргая брата за руку, чтобы тот повторил движение. Всё же тот не слишком привык к общественным нормам. – Нет необходимости в подобной чуши, поднимайтесь, – голос мужчины казался глубоким и низким, но при этом странно успокаивающим. Возможно, правильнее назвать это басом? На удивление, вёл он себя куда более непринуждённо, чем ожидалось. Неужели в их классе привычные уважительные поклоны считались глупостью? Ох, Иида точно сошёл бы с ума в этой академии. – Итак, я получил сообщение обо всей проблеме, но только в общих чертах. Я готов оказать поддержку при условии, что ты подготовил необходимые бланки, которые я выписал. – Да, у меня всё готово. Могу я воспользоваться принтером? – Изуку показал учителю свой ноутбук. – Дерзай, неугомонный. С этими словами учитель щёлкнул пальцами и указал ими в дальний угол кабинета, где на столе стояли два принтера, большой плоттер и резак для бумаги. Изуку направился к устройствам, начиная оставшуюся работу. Что звучало странно, так это подобное обращение. Это нормально? Да, их сенсей Айзава тоже звал всех в классе «проблемными детьми» или «адским сборищем», но это воспринималось как его странная, но уникальная фишка. Может быть, теперь она не настолько уникальна? – А вы? Расскажете, что же произошло у вас, раз вам понадобилось искать помощи этого безрассудного парня? – мужчина дважды стукнул пальцем по столу и быстро посмотрел в сторону своего ученика, удостоверившись в… чём-то. В этом жесте, однако, ни Фумикаге, ни Акико не чувствовали ни капли угрозы. Возможно, это один из тех странных знаков, которые Изуку упоминал между делом? – Я знаю, что одного из вас юридически не существует и вам нужна поддержка в составлении документов. Как назовётесь? Вопросы привели близнецов в небольшое замешательство. И с чего им начать? Они даже на сеанс к психотерапевту ещё не приходили как близнецы, чтобы понять, с чего вообще стоит начать. Акико, к великой радости, сообразил немного быстрее. – Меня называют причудой Фуми. Из-за меня его чуть не начали считать невменяемым, но было бы здорово быть полноценным человеком, а не скрываться, – просто, но в целом это описывало всю их позицию. Неплохо для начала. Дефанк хмыкнул и задумался. – Меня зовут Токоями Фумикаге. Мы дали моему брату имя Акико. Наши родители не воспринимают его как моего близнеца, и у нас нет других вариантов, где найти необходимую помощь. Нам повезло встретить Изуку, – Фумикаге нервно сглотнул под пристальным изучающим взглядом серых глаз. Изуку, стоящий у принтеров, быстро показал им двоим большой палец вверх и вернулся к своей работе. – Вы двое – сильные парни, – то, насколько резко и уверенно мужчина произнёс эти слова, заставило близнецов вздрогнуть. Они приготовились услышать что угодно… кроме похвалы. – Не бойтесь, мы разберёмся со всей бумажной волокитой. Если этот человек, – он указал большим пальцем в сторону их друга, – уверен в том, что говорит, а это редкое событие, то значит, вы точно получите все необходимые документы в ближайший год. Это… на удивление чёткое заключение. Оно казалось немного странным. Разве они не должны будут пройти какие-то тесты? Нечто более сложное и комплексное, чем то, что проводил Изуку? Не могли же их трудности с оформлением разрешиться вот так просто? Изуку распечатал весьма внушительную стопку листов и преподнёс их своему учителю, на что тот глубоко вздохнул и начал вчитываться в текст перед собой. То, что смогли разглядеть близнецы, смотря на листы сверху вниз, – это некоторые графики, схемы и фотографии с записей, которые Изуку сделал с их мамой на свои телефоны. К середине они разглядели фотографию какого-то эксперимента, на которой с десяток человек сидели в кругу с карточками. Мужчина быстро пробегал глазами по тексту, периодически возвращаясь к каким-то уже прочитанным пунктам. Трое парней стояли в сгущающейся тишине, но менее чем через десять минут мужчина сложил листы обратно в стопку и постучал ею по столу, выравнивая края. Шум сразу привлёк внимание остальных. – Что ж, полагаю, у тебя есть записи со всем тестированием и сравнение в программе? – Изуку кивнул на вопрос своего учителя. – Флешка с собой? – Вот, Дефанк-сенсей, – он вложил флешку на небольшой цепочке в руки мужчине. – Отлично. Я проверю всю работу ещё раз и передам её Лайзу и Доори. Для начала им двоим. Как только мы подтвердим чистоту твоего отчёта, мы составим все необходимые документы для оспаривания вашего ложного статуса причуды, заявления на повторную проверку обоих ваших причуд, прохождение медицинского осмотра и проверку твоей интеллектуальной подготовки, – Дефанк неспешно постукивал пальцем по столу и взял лист для заметок, чтобы записать основные пункты. – Это может занять до месяца или двух. Помните, ваша ситуация весьма нетипична, и вам, вероятнее всего, потребуется проходить проверки не один раз, если только изначально всё не будет заверено высококвалифицированными специалистами. Проблема начинается там, где профессионализм начинает конфликтовать со слепой верой. Мидория, ты занимаешься работой над их причудами? – Акико прогрессирует в контроле теней, а Фумикаге довольно быстро и уверенно развивает свою причуду ментального обмена. Я смогу расписать особенности их причуд, плюсы, недостатки и условности с прочими мутациями немного позже, когда ситуация станет стабильнее. – Хорошо. Помни, что может потребоваться найти квалифицированного врача, который заглянет за первоначальные постановления пятнадцатилетней давности. Вероятно, понадобится официальное обращение в государственную геройскую больницу, работающую со случаями особой важности. Для этого может потребоваться поддержка высокопоставленного героя, чтобы вашу заявку не затеряли в тонне прочих запросов. В любом случае, если вам удастся пройти полное медицинское обследование без кучи заполненных бланков, это будет большой удачей. Но имейте в виду, что это маловероятно и потребуется много терпения. Как ты знаешь, мы с другими героями здесь весьма скрытны, что не поможет вашей ситуации так, как хотелось бы, но мы сделаем всё возможное. Близнецы переглянулись, не веря своим ушам. Они ведь, по сути, здесь никто – просто случайные люди, и вот за них уже готовы поручиться? Даже не расспрашивая о куче нюансов? Разве была их жизнь когда-то такой лёгкой? Изуку, словно почувствовав перемену в поведении своих друзей, повернулся к ним, сменив строгий и серьёзный взгляд на более мягкий и нежный. И чёрт, это только подрывало их и так нестабильное состояние в данную секунду. Акико не мог осознать, что уже через год сможет обзавестись собственными документами, а Фумикаге не мог понять, как воспринять всю эту веру со стороны взрослых людей, которые так внезапно начали появляться в его жизни. Где они находились все прошлые годы, когда он отдал бы душу за то, чтобы его с Акико услышали? Почему именно сейчас? – Хей, Фумикаге? – парень вздрогнул, услышав своё имя и очнувшись от панического состояния. Когда он успел уйти в себя? – Вот так, дыши размеренно. Мы справимся со всем постепенно и найдём все необходимые бланки и подтверждения. Обещаю, я не бросаю свои задачи на полпути! – Верьте ему, – близнецы посмотрели на сенсея Дефанка. – В случае с этим парнем: он скорее расшибётся, но дойдёт до своей цели. И вы тоже присматривайте за ним, чтобы не слёг от усталости. Мы, учителя, не всегда будем наблюдать за вашими выходками, мелкие демоны, – последние слова он адресовал непосредственно Изуку, но смысл они уловили правильно. Что ж, преподаватель мог не сомневаться: Изуку не останется без должного внимания. – Значит, я смогу получить все необходимые бланки уже в первые недели после начала обучения, после стажировок? – Изуку увидел, как сенсей кивнул. – Отлично! Значит, у нас есть ещё около шести недель на другие дела! – Ближайшая работа ложится на нас. А вам самое время отдыхать. – Могу я спросить? – Акико дождался, когда Дефанк даст знак, что можно продолжить. – Почему вы даже не проверили нас? Меня… обычно никогда не воспринимают всерьёз. Я не понимаю. – Это норма в нашей работе, – по взгляду близнецов стало очевидно, что эти слова они поняли не совсем верно. Мужчина сделал быстрый вдох. – Наша работа полностью завязана на информации, а команды строятся на доверии. Даже если отчёт составляет ученик, едва ли перешедший на второй год, наша задача – выслушать все приведённые аргументы и разобраться в предоставленных фактах. Изуку составил полноценный отчёт со всеми необходимыми доводами. У него нет репутации человека, который станет подтасовывать факты. Даже если всё это окажется выдумкой, предстоит работа с подписанием множества форм в разных инстанциях, и в таком случае обман рано или поздно вскроется, но он бы и не пошёл на подобный риск. Не с его-то дотошным подходом, – он скрестил руки на груди и откинулся на стуле. – Так что скажите мне, зачем мне проводить однотипные скучные тесты, когда после твоего приступа тревоги стало очевидно, что твой брат явно не связан с твоим ментальным состоянием, а всё остальное расписано в отчёте? Всё уже очевидно. Если возникнет необходимость, вы всегда успеете пройти дополнительные тестирования в так называемой контролируемой среде, но это не будет сильно отличаться от того, что вы уже проходили. Можете расслабиться: вам не придётся нести это бремя в одиночку. Больше нет. – Спасибо вам! – Акико едва не заплакал и почти обнял этого человека, но остановился на полпути. К его счастью, Дефанк наигранно закатил глаза, поднялся и поднял руку, позволяя приобнять себя. Изуку улыбался, глядя на такую сцену, особенно когда Акико слабо похлопали по спине. А после этого и Фумикаге получил небольшое подбадривание в виде пары хлопков по плечу. Молчаливая, но уверенная поддержка, которая им была так необходима. После этого оба брата начали осознавать, что всё вокруг действительно происходит с ними и это не их «глупые фантазии». У них появился близкий друг, вероятно, новая влюблённость, и к тому же появились люди, готовые понять их ситуацию и помочь. Дефанк говорил правильные вещи. Стало гораздо легче, когда их тайна принадлежала не только им и их маме. Приятно, когда есть те, кто готов протянуть тебе руку помощи… – Токоями, отсканируй свой паспорт, и вы можете идти. Решайте всё постепенно и помните про отдых. Выполнив указание, троица попрощалась с мужчиной, вышла из кабинета и вернулась в холл со шкафчиками. Изуку убрал свой ноутбук в сумку и защелкнул замок, пока близнецы всё ещё осознавали происходящее. – Это действительно происходит… – Фумикаге всё ещё не мог прийти в себя. Благо, что это приятный шок, а не накатывающая тревога. – Да. Всё прошло даже лучше, чем я ожидал. Думаю, если бы не необходимость оставить подписи под своими доводами, я мог бы отправить отчёт по электронной почте, и нам бы даже не пришлось ехать сюда. Но, по крайней мере, я могу забрать одну из своих толстовок из общежития. – Что за толстовка? – Акико сразу же заинтересовался, прижавшись к спине Изуку. Он испытывал почти болезненную необходимость обнять его, чтобы выразить всю свою благодарность. – О, это мерч Хоукса. Я подумал, как будет забавно, если ты появишься перед своим наставником в одной из самых ужасных по дизайну толстовок из всей его линейки. Всё бы отдал, чтобы увидеть его лицо. Фумикаге поначалу поёжился, представив, что он появится в цветах своего наставника. А потом вообразил эту немую сцену, где Акико предстанет перед Хоуксом в одежде с изображением героя. И, честно говоря, это начало его веселить. Если всё будет так, то он в деле и пронесёт толстовку на ближайшую встречу. Но как только он озвучил своё согласие, Изуку засмеялся: – Вы не представляете уровень этой вещи! Как только вы её увидите, то поймёте мою реакцию, но скажу так: Кадзивара у нас известен тем, что его выбор вещей ещё хуже, чем у меня! И он гордится этим! Каждый раз, когда он появляется в своих нарядах в классе, у Хирото случается микроинфаркт. Это настоящее преступление против моды. К сожалению, подобное описание вещи только раззадорило Акико, а Фумикаге лишь убедился в своём желании устроить сцену перед Хоуксом. Они даже не удивлялись уточнению, что одноклассник Изуку появляется в академии в своей одежде. Фумикаге и Акико уже прошли через это потрясение ещё на третий день знакомства с Изуку, когда им прислали фото с урока, на котором пара учеников, попавших в кадр на фоне, и сам Изуку сидели не в белой форме, а в футболках или толстовках. Тогда-то и выяснилось, что в их академии разрешена свободная форма и большинство учеников приходят в том, в чём им удобно. Объяснялось это тем, что учащиеся должны концентрироваться на обучении, а не на том, насколько «идеально» выглядит их одежда. Ведь когда голова не забита дискомфортом, легче сосредоточиться на действительно важных вещах, так как информация и концентрация в их деле крайне важны. А форму они надевали зачастую по важным поводам: например, при получении лицензий, объявлении результатов или на выпускной. Было бы здорово, если бы и в UA существовало подобное разрешение на ношение свободной формы, но что есть, то есть. UA просто обязана держать планку, и по итогу все более-менее известные геройские академии придерживались строгих правил. Если так подумать, то это зачастую действительно не имело смысла – разве что для того, чтобы создать вид, будто они важнее, чем может показаться на первый взгляд, и поддерживать мнимую дисциплину в академиях. Парни прошли к пятиэтажному зданию. Фумикаге подумал, что оно кажется немного меньше их общежития, но всё ещё смотрится внушительно. Со второго этажа до последнего на стенах слева и справа виднелись боковые стороны балконов; над широкими дверями у входа на всех этажах располагались большие панорамные окна, но с такого ракурса Фумикаге не мог разглядеть ничего, что могло бы находиться внутри. У каждого окна висели длинные шторы в пол. Когда они вошли, их встретила весьма просторная прихожая. Слева находилась небольшая гардеробная с двадцатью настенными вешалками и четырьмя широкими раздвижными шкафами с зеркалами на каждой второй двери. Справа стояла длинная закрытая обувница, служившая разграничением между зоной для переодевания и игровой зоной. В этой зоне парни сразу услышали музыку и увидели девушку перед большим телевизором, бодро танцующую в VR-шлеме с какими-то палочками в руках. На экране рос счётчик комбо, а в углу виднелась надпись игры «Beat Saber». На диване позади неё сидели девушка с растрёпанной тёмной причёской и весьма крупный парень с короткими белыми волосами. Они явно болели за неё и громко подбадривали, перекрикивая музыку. – О, Момоко опять погружена в свою игру? Интересно, где остальные? – Изуку пробормотал это скорее близнецам. Очевидно, что его одноклассники пока не заметили гостей. В этот момент её игра подошла к завершению, и она взвизгнула, когда высветилась надпись о новом рекорде. Они тихо переобулись. По лестнице, что находилась прямо напротив входа – метрах в десяти или чуть больше – Фумикаге не славился высокой точностью в определении расстояний, – начали спускаться люди. – Мидо! – по лестнице вниз, перепрыгивая через ступеньку, пробежал парень среднего телосложения с чёрным каре и в мешковатой зелёно-коричневой одежде. Близнецы заметили, как его уши, ещё секунду назад выглядевшие как обычные, удлинились и опустились вниз, став похожими на смесь ушек кошек и кицунэ из мифов, но при этом на них не оказалось ни шерсти, ни даже пуха. Это его причуда? За ним по лестнице спустились двое: один с бледно-голубыми вьющимися волосами, а второй с короткими русыми, собранными красным ободком; его улыбка издалека напоминала улыбку Серо. В руках они несли по два стаканчика с разными вкусами мороженого. – Дзюносукэ! Шираи, Кадзивара, привет! Двое человек, сидевших на диване, обернулись на шум, и на их лицах появилась тихая радость от встречи с другом, а девушка за игрой поспешила стянуть с себя шлем, но запуталась в проводах. – Кого мы видим! Что, ты всё-таки не покинул нас навсегда? Мы что, зря устраивали вечер траура? – голос парня с необычными ушами, Дзюносукэ, звучал мягко и с большой долей веселья, когда он театрально приложил ладонь к груди. Девушка на диване скромно помахала рукой и получила подобный жест в ответ. – Вы не пригласили меня на траур? Я оскорблён, – Изуку наигранно нахмурился и быстро приобнял подбежавшего к ним парня. Девушка перед экраном, Момоко, наконец одолела несчастный шлем и провода и увидела происходящее. Она тут же расхохоталась, заметив Изуку и близнецов. – Боги, Мидори! Пфха-ха! Кха, ты это серьёзно? Я не могу поверить! – она в буквальном смысле свалилась на пол, на колени. Изуку закатил глаза и, кажется, смутился, пока ни Фумикаге, ни Акико, ни кто-либо ещё из присутствующих не понимал, что вызвало такую реакцию. – Ты ведь не можешь быть серьёзен? Так вот кто стал главной причиной того твоего фанатизма? – Момоко, не неси глупостей! – он заметно покраснел, пока остальные переводили взгляд с него на подругу и обратно. – Нееет! Ни за что! Ты просто так не отвертишься! Я не верю своим глазам! – Момоко закашлялась, и её голос на секунду сорвался. Девушка рядом с ней соскочила с дивана и аккуратно похлопала её по спине. Только сейчас Фумикаге заметил странную бандану в её растрёпанных волосах. – Спасибо, Кикути, сахарок. Но я не могу осознать это! – О чём ты, Момо-чан? – Кадзивара, который своей улыбкой напоминал Серо, удивлённо наклонил голову и, поставив мороженое на столик неподалёку от дивана, упёр руки в бока. – Я что-то упускаю? Половина присутствующих пожала плечами или покачала головой. Близнецы переглянулись. Момоко продолжала хохотать, а Изуку простонал и присел на корточки, спрятав лицо в ладонях. «Серьёзно. Что происходит?» – Боюсь, я вынужден спросить, в чём причина вашего смеха. Не сочтите за грубость, – Фумикаге неловко поклонился, думая о том, не поздно ли приветствовать всех в комнате. Акико всё ещё не знал, как ему вести себя, и нервно теребил край своей новенькой толстовки. – О мой… кха-кха! Ты просто прелесть! – девушка смахнула слёзы с глаз и села на пятки, восстанавливая дыхание. Кикути, сидящая рядом, не убирала руку с её спины. – Разве Мидори ещё не проговорился? Или он решил скрывать это ото всех? – она заговорщически подвигала бровями вверх и вниз, глядя на Изуку. – Это совершенно не связано, Момо-чан! Почему ты так реагируешь? – но, если судить по его реакции, это ещё как связано. Что бы там ни показывали. – И поэтому ты так отрицаешь это? – она придерживалась того же мнения. – Ты буквально привёл двух парней с птичьими лицами! И что насчёт того, что ты нашёл то аниме ровно после спортивного фестиваля? А ну давай, признавайся, я не хочу быть единственной, кто понимает всю комичность твоих действий! Фумикаге не знал, быть ли ему оскорблённым тем, что первое, на что она обратила внимание, стала его мутация, или порадоваться, что у них нет вопросов к Акико, парящему рядом. И что за уточнение про фестиваль? Что Изуку сделал после того события, что привело девушку в такой смех? Аниме? Как это связано? – Момоко, просто объясни, пожалуйста… – Акико едва услышал нежный голос девушки рядом с Момоко, настолько тихо она говорила. – Вы не поверите. Я разгадала главный фетиш нашего Мидори! – Никакой я не фетишист! Фу! – Изуку буквально вскочил и выкрикнул это, удивив, по-видимому, не только близнецов. Его лицо покраснело до самых ушей. – Боги, почему ты говоришь это таким образом? Чёрт возьми, нет! – он закрывал лицо ладонями и предплечьями, едва ли не завязывая руки в узлы. Дзюносукэ и Кадзивара начали истерично хихикать. Парень с короткими белыми волосами, сидящий на диване, скептически приподнял бровь. – Ну ладно, значит, я разгадала твой типаж! – Момоко почти победно ухмыльнулась. – Никакой это не типаж, не говори глупостей! – Что за типаж?! – Акико, к великому сожалению своего брата и несчастного Изуку, начал интересоваться подобной темой. А как его винить? Речь шла о вкусах парня, который ему нравился, – он просто обязан был услышать как можно больше, пока есть возможность! – О, вы двое, значит, не в курсе? – Момоко похихикала, выждав паузу. – Он что-нибудь говорил об аниме, которым так увлекался после просмотра спортивного фестиваля UA? – увидев, как близнецы переглянулись и отрицательно покачали головами, она прыснула от нового приступа хохота. – О! Вы просто не представляете, что упускаете! Сейчас увидите… Изуку почти подбежал к ней и попытался выхватить телефон из рук, но его за плечи притянул к себе парень с голубыми волосами. Шираи, кажется? – Мидория, не стоит стесняться своих предпочтений. Мы всё равно будем на твоей стороне, – после этого совета Изуку опять спрятался за ладонями и простонал от разочарования. – Это вовсе не предпочтения. Это просто совпадение! Я не вру! – он резко опустил руки, позволяя им безвольно свисать вдоль тела. – Не могу поверить, что первое впечатление, которое сложится у них о вас, будет о том, как вы коллективно позорите меня! – Пока она в поисках доказательств, может, вы двое представитесь? Кажется, вы уже услышали, как зовут почти каждого из нас, будет честно и нам знать, как к вам обратиться! – Дзюносукэ внимательно посмотрел на гостей в общежитии. Близнецы только сейчас заметили, что и Момоко говорила о Фумикаге и Акико как о «двоих», и сам Изуку не пытался скрыть присутствие второго Токоями. А теперь и этот парень спрашивал их обоих. Довольно приятный опыт. – Токоями Фумикаге. Приятно познакомиться с вами. Надеюсь, мы пройдём прекрасный путь во тьме, – не только ведь одноклассникам Изуку вести себя излишне пафосно? Если судить по улыбкам на их лицах, они придерживались того же мнения. – Токоями Акико! Так что же там за типаж? Изуку, ты нам ничего не говорил! – У меня нет типажа, абсолютно точно. Нет, – для пущей уверенности он показал большой крест руками, подняв их перед собой. Увы, ему сейчас никто бы не поверил, даже при желании. – Масатоси Масима. Рад познакомиться с новыми друзьями Мидории, – парень, Масатоси, поднялся с дивана и протянул Фумикаге руку для рукопожатия. И повторил жест для Акико. Момоко в это время продолжала искать что-то в своём телефоне, периодически заправляя за ухо пряди волос, что так и лезли на лицо. Фумикаге не мог перестать рассматривать её необычную причёску. Большая часть волос чуть ниже линии челюсти была явно осветлена до жёлтого оттенка, концы на некоторых прядях выкрашены красным, а на затылке половина волос доходила до пояса и была выкрашена в розовый. Всю розовую часть она заплела в лёгкую косу. Наконец, она завершила свои поиски и сверкнула фиолетовыми глазами в их сторону. – Вот, посмотри на главного героя аниме, которое Мидори засматривал до дыр спустя месяц после фестиваля! «Рубеж Шангри-Ла»! И только попробуйте сказать, что вы не видите закономерности! На протянутом экране она включила постер упомянутого аниме. Полное название выглядело как «Рубеж Шангри-Ла: Любитель игрошлака бросает вызов топ-игре». Уже звучит как полный абсурд. Но то, кто именно изображён на обложке… Фумикаге понял реакцию Момоко в ту же секунду. Акико тоже, учитывая, что он взвизгнул и рассмеялся в голос. На постере красовался главный герой аниме: чёртов парень без рубашки, в голубых шортах, с клинком в руках – что уже иронично, учитывая любовь Акико к подобным вещам, – с кулоном на шее, который понравился Фумикаге, и… с головой птицы. С птичьей головой! Чёрт возьми! Что там говорила девушка? Изуку нашёл это аниме после спортивного фестиваля, да? Чёрт, Фумикаге просто молился на своё «явно нейтральное» выражение лица, стараясь успокоить эмоции. В отличие от Акико, который сразу сложил все точки воедино и хохотал. Что ж, теперь Фумикаге явно не стоит беспокоиться о своей внешности, по крайней мере, на какое-то время – точно. В описании указано, что героя зовут Санраку – кандзи, обозначающие «солнце» и «лёгкость». С каждой деталью всё становилось всё ироничнее. Если Изуку действительно нашёл этот сериал после того, как увидел их с Акико на фестивале, и был фанатом… Фумикаге не выдержал и закашлялся, пытаясь замаскировать приступы смеха и собственное смущение. Его непривычно яркая влюблённость сейчас явно мешала оценить ситуацию на трезвую голову. Он просто не был готов признаваться самому себе в своих желаниях: в том, что ему хочется попасть в момент, когда в его жизни появится человек, который не будет смотреть на его мутацию с такой привычной долей скепсиса или, того хуже, явным отвращением. Он просто не мог сказать, как хочет однажды услышать, что его мутация кому-то может понравиться. В то же время Акико искренне радовался увиденному. Если Изуку заметил и заинтересовался ими ещё тогда, восемь месяцев назад, то, как ему казалось, у них с братом есть вполне реальные шансы завладеть его вниманием ещё сильнее. Ну разве Изуку не очарователен в своём наигранном отрицании того, что он явно неравнодушен к ним? До жути милый. Боги, Акико хотелось укусить его от переизбытка собственных эмоций. Рядом с ними Изуку трагически протянул имя девушки, умоляя её просто выключить телефон, в то время как остальные его одноклассники наконец увидели экран и присоединились к хохоту и веселью. – Мидори, я просто не могу поверить, что, как только мы отпускаем тебя на экзамен и ты оказываешься в одиночестве меньше чем на час, следующее, что ты делаешь – приводишь в свой круг друзей двух парней, выглядящих почти так же, как герой этого аниме! Твоя удача наконец-таки повернулась к тебе, а не против тебя? – Изуку вздохнул, закатил глаза и уставился на Кадзивару. Тот лишь шире улыбнулся своей треугольной улыбкой. – Не смотри на меня так! Я не верю, что это всё простое совпадение. Это точно знак. А вот какой – мы разберёмся в процессе, ха-ха! – Просто… оставьте это, умоляю. Мне просто нравится смотреть это аниме, оно весёлое и расслабляет мозг. – Изуку старательно избегал взглядов обоих Токоями. Ну, это явно временно. До восьми вечера, вернее до семи тридцати, чтобы осталось время дойти до станции, у них оставалось около трёх часов свободного времени. – Ладно, я пощажу тебя, – Момоко выдержала паузу, пока Изуку выдохнул с облегчением. – Пока что. Он вздрогнул и сжал пальцами переносицу. Его уши всё ещё пылали красным. Это выглядело очаровательно, по мнению близнецов. – Вот уж спасибо… – Ну так что, надолго ты с нами? – Масатоси словно подтянул к себе одно из ведёрок с мороженым – вероятно, своей причудой – и передал его Кикути. Та заправила растрёпанные угольно-чёрные волосы под белую повязку и поблагодарила его. Мило. – На пару часов. Я хотел забрать письмо и одну из своих толстовок, раз уж всё равно заходил в академию. Ну, знаете, всякая глупая бумажная волокита… – но руками он сделал странные дёрганые движения, на которые одноклассники сразу же обратили внимание. Даже если они не шелохнули головами, их глаза сосредоточились на его руках. К концу предложения они едва заметно кивнули. – Понимаем. Тогда не будем мешать тебе, – Шираи неспешно прошёл к дивану, открывая своё мороженое. – Но я хотела спросить насчёт твоих волос. Краска оказалась хуже, чем мы ожидали, да? – Момоко протянула руку к голове Изуку и перебрала пальцами несколько его прядей, собранных в высокий хвост с того момента, как они переобулись при входе. Акико старался не поддаваться странному порыву, который кричал, чтобы он отодвинул руку девушки от Изуку. – Да, к сожалению. У тебя есть краска другой фирмы? – Изуку посмотрел наверх, будто хотел разглядеть свою причёску. – Мгм, на этот раз должна держаться минимум три месяца! Могу сразу покрасить тебя, чтобы ты не парился в ближайшее время, – тем временем Масатоси с остальными парнями листал на экране разные фильмы. У кого-то намечался день кино? – Я не против, мне бы это не помешало. Фумикаге, Акико, вы не против, если Момо-чан покрасит мои волосы, прежде чем мы поедем обратно? – Изу, ты красишься? – Акико удивило скорее то, что чёрный – не его натуральный цвет. Изуку кивнул в ответ, но возражений не последовало. К тому же Момоко ему нравилась хотя бы тем, что благодаря ей он с братом узнали интересную тайну Изуку, которую никогда бы не услышали без неё. – Тогда вперёд, обновлять имидж! – Был бы у меня ещё этот имидж. С этими словами четверо неспешно поднимались на верхние этажи. По пути девушка забрала своё фисташковое мороженое. Фумикаге на каждом этаже отмечал ящики у стен, какие-то растения или небольшие деревья, множество постеров и табличек, прикреплённых к дверям комнат. Странно, что в их общежитии никто не клеил ничего на двери снаружи… они даже не думали о таком, предпочитая обустраивать пространство исключительно изнутри. Интересная разница в подходах. Пока что этот класс выглядел куда дружнее, чем их 1-А в UA. Ну, теперь уже 2-А. Они остановились на четвёртом этаже, когда Момоко быстрым шагом направилась в конец коридора. По обе стороны коридора располагались по три двери – итого шесть комнат, начиная с третьего этажа. На втором, в отличие от остальных, находились только две комнаты: слева и справа от лестницы и лифта. Как объяснил Изуку, эти помещения принадлежали старосте и её заместителю. Момоко открыла дверь своей комнаты слева по коридору. Точнее, если смотреть со стороны входа, это была правая половина общежития. На двери был приклеен плакат какой-то панк-группы, на ручке висела карточка с надписью «Осторожно, автор глухой», а рядом стояла маленькая тумбочка с небольшим кактусом. Специфично, но по-своему уютно. Она прошла в комнату и жестом дала понять, что гости могут войти. Фумикаге внутренне вздрогнул, вспоминая день переезда в общежитие, когда девушки устроили показ и соревнование комнат. Всё ещё странный опыт – вот так бродить по чужим комнатам, тем более по женским. Взгляд цеплялся за пастельные тона стен и мебели: нежно-бежевые стены, голубые шкафы и кровать. На стенах – множество плакатов, похожих на тот, что висел на двери. На рабочем столе рядом с кроватью стояли несколько баллончиков с краской для граффити. Пёстрые цвета плакатов и краски резко контрастировали с основными цветами комнаты. Довольно красиво. Акико отбросил неловкость и продвинулся вперёд, заинтересовавшись баллончиками. – А рисовать такой краской трудно? – он поднял один из них, кажется, с розовой краской, и немного потряс, улыбаясь забавному дребезжащему звуку. – Не то чтобы. Скажем так, в граффити свои правила и очень высокая зависимость от погоды. В скейтпарке неподалёку разрешается красить асфальт и площадки, главное, чтобы работы не содержали неприличных или жестоких изображений, – Момоко открыла ящик стола и перебрала две или три бумажные упаковки с изображением волос на этикетке. Она остановилась на чисто чёрной краске и подошла к Изуку. – Чего стоите? Давайте, проходите! Я не пойду на этот проклятый пятый этаж! Фумикаге вздрогнул: комната Изуку находилась как раз на пятом этаже. Девушка сделала кавычки пальцами, но произнесла это так естественно, что возникли опасения: не является ли это пренебрежением или формой травли? – О, точно, вы двое ведь не знаете. Расслабьтесь и не смотрите с таким скепсисом. Это одна из наших шуток, да, Мидори? Расскажешь, с чего всё пошло? А пока садись на стул в ванной, сейчас мы быстро тебя закрасим! Когда он расположился в белоснежной ванной комнате, сняв свою жёлтую кофту и завязав её на поясе, чтобы не испачкать, Момоко быстро достала пластиковую миску, раскрыла упаковку краски, вынула из неё перчатки и кисточку, а затем накинула на плечи Изуку какую-то тряпку, которая явно использовалась не впервые, но закрывала плечи и всю спину. Она аккуратно развязала его хвост и пальцами разделила волосы на две половины. Когда дошло дело до смешивания компонентов в миске, Изуку начал объяснять ситуацию: – В общем, волей случая в начале года я заселялся куда позже остальных, поэтому в распоряжении остался только пятый этаж. Но я не против, это не слишком большая проблема, да и вид с балкона мне нравится. Но через полгода, когда у нас произошла замена между классами, как я уже рассказывал, каким-то образом все ученики на пятом этаже, кроме меня, попали под смену класса, плюс ещё один человек на четвёртом. Изуку и Момоко переглянулись и хихикнули. – Вот тогда Шираи и выдвинул свою теорию, что он должен был оказаться на четвёртом этаже, а весь пятый подвергся бы «замене», как проклятый. Но волей случая Мидори оказался аномалией, и всё пошло не по плану судьбы, ха-ха! С тех пор ходит шутка о проклятом пятом этаже и удаче Мидори. Это уже стало именем нарицательным. – То есть его «удача» настолько непредсказуема? – Акико захихикал, вспоминая все прошлые совпадения. – Вы даже не представляете. Мы иногда говорим, что на самом деле он не проклят или что-то в этом духе. Знаете ли, в шутках так или иначе есть доля правды, и не хотелось бы, чтобы один болван действительно воспринимал себя как ходячее бедствие. Момоко намазала кожу вдоль линии роста волос и на шее кремом и начала красить корни, распределяя краску по прядям. На последнем утверждении она пару раз тыкнула кисточкой по его макушке, чтобы добавить веса своим словам. Тот опустил плечи в поражении. – Мы тут все в какой-то мере ходячие бедствия, но друг за друга уничтожим любого. И мы вобьём ему в голову новые установки о важности любви к себе. Она долго смотрела то в глаза Фумикаге, то на Акико. В её взгляде так и читалась просьба: «Позаботьтесь о нём, когда нас нет рядом». – Хоть мы и не являемся частью вашей группы, мы преследуем схожие цели. – Вот и отлично. Слышал? – она ещё раз ткнула кисточкой по волосам, вызвав у него смешок. Это было весьма щекотно. – Мы приведём твоё состояние в порядок. Как и ты приводишь наше. И даже не начинай свои речи о том, что ты ничего не делаешь. Иначе я тебе усы нарисую. Воистину самая страшная угроза. Изуку рассмеялся и начал уверять, что будет молчать. – Не слишком ли хлопотно переселять учеников между общежитиями каждые полгода? – Фумикаге всё ещё хранил в себе много вопросов, но старался не засыпать ими студентов Сэйай. Всё же это не его дело. Но любопытство наказуемо. – У одного из наших учителей причуда «перемещения» вещей. Он может сложить любую вещь, кроме живых объектов, в двумерное состояние и переместить едва ли не целое общежитие за один день. А так как высота стен везде одинакова, все шкафы и встроенная мебель переносятся с почти идеальной точностью. Как-то так! – Изуку явно нравилось болтать о причудах, которые его окружают. От него буквально исходил восторг, из-за чего Момоко хватала его за голову, чтобы он не крутился на стуле и краска наносилась равномерно. – Интересные у вас учителя! Хотел бы я поучиться здесь, – Акико меланхолично улыбнулся, но спустя несколько секунд явно взбодрился. – Вот увидишь, Изу, когда я получу документы, я буду учиться изо всех сил! – Я не сомневаюсь, что ты будешь замечательным учеником и героем, Акико! – он тепло улыбнулся, а Момоко наигранно закатила глаза. – Боги, хватит флиртовать, вы трое, я чувствую себя лишней! – девушка рассмеялась, когда Изуку пискнул на стуле. Но, что удивительно, на этот раз он ничего не отрицал. Фумикаге это показалось весьма любопытным. – Я всё ещё не простил тебя за публичное унижение моих увлечений! – он надул щёки. – Ой, да ладно, они там увлечены боевиками, забудут об этом уже к следующей неделе, – на это Изуку скептически приподнял бровь. – Ладно, может быть, и не забудут, но поддержат. – Твоя правда. Девушка полностью закрасила волосы, натянула ему на голову шапочку, находившуюся в коробке с краской, и засекла время на телефоне. Теперь оставалось подождать около десяти минут. – Хотите поесть? Мы с утра запекали утку. Ещё много осталось, – она прищурилась в сторону близнецов и ухмыльнулась. В это же время она взяла своё, уже подтаявшее, мороженое. – Я бы не отказался. Кто готовил сегодня? – Изуку поднялся со стула, убрал свою импровизированную накидку и вымыл миску из-под краски. Девушка уже выбросила весь мусор, взяла с собой бальзам для волос и прошла к выходу из комнаты. Они согласились, что смыть краску можно в ванной комнате на первом этаже. – Масатоси. Ему помогала наша незаменимая Накамото! – после её слов Изуку тихо прошептал, что Накамото – их староста. – Эй, Токоями, вы двое ведь поедите с ним? Нет проблем с уткой или перцем? Аллергии? – Нет, аллергии не имеем. Касаемо утки… – он трагически выдохнул и сжал переносицу под предательский смех Акико. – Честно говоря, мне кажется, что если я ещё раз услышу вопросы касаемо моего отношения к птице в блюдах, то у меня начнётся нервный тик… – Фе, если кто-то не понимает разницы в мутациях или не знает, что существуют хищные или всеядные птицы, то это их проблемы. Насколько нужно быть неграмотным, чтобы не понимать подобных нюансов? Или люди настолько не имеют понятия о личностных границах? – Изуку обернулся к девушке. – И я не про тебя, Момо-чан. – Ха-ха, я знаю, расслабься! – она почти игриво подтолкнула его локтем в руку. Изуку выглядел слишком забавно в этой шапочке на голове. Они неспешно спустились и прошли в кухонную зону на втором этаже, в левой части общежития. Довольно просторно и уютно, в светло-серых тонах. Между зоной отдыха и кухней была возведена стена, вдоль которой стояли два длинных стола, каждый из которых вмещал по пять человек с каждой стороны. Рядом со стеной одной из комнат – судя по описанию студентов, комнаты старосты – стояли два больших холодильника типа French Door. Как только они устроились и разогрели утку с овощами, из комнаты вышла девушка. Серые волосы с белыми прядями ниже плеч, подстриженные неравномерно, но стильно. Очень худое телосложение; Фумикаге даже на расстоянии заметил чуть впалые синие глаза и слишком чёткие скулы. Она подошла к холодильнику, набрала на тарелку немного овощей и включила чайник. Момоко покачала головой. – Накамото, тебе стоит поесть немного больше. Ты едва ли что-то съела за завтраком, – староста тихо вздохнула, услышав нравоучения подруги. – Хорошо, я попробую. Могу я попросить тебя побыть со мной? – Момоко немного нервно посмотрела на неё. Парни неловко переглянулись. – Конечно, ещё спрашиваешь! – с куда большим энтузиазмом на тарелке Накамото появилось немного мяса, а в чай были добавлены молоко и сахар. В приятной тишине все пятеро пообедали, хотя на дворе день постепенно сменялся вечером. Чистое небо неспешно приобретало тёплые золотые оттенки. Акико разглядывал пирсинг на коже старосты: один на левой брови, два кольца в хряще на левом ухе и одно на правом. Во время еды что-то клацнуло у неё во рту, и, когда она высунула язык, стал заметен ещё один прокол. Как выяснилось позже, после расспросов Акико по пути домой, Накамото посоветовала Изуку хороший салон, где он в этом году и сделал свои проколы в ушах. Но прямо сейчас, то ли пообедав, то ли поужинав, Изуку ненадолго спустился на первый этаж, сказав, что скоро вернётся. Ему стоило срочно смыть краску, а он ещё не успел выпить свой напиток. Девушки посмеялись над включившимся у него хаосом, когда он соскочил к лестнице. Близнецы остались за столом, немного неловко ковыряясь в еде. – Точно, сейчас, – Накамото ненадолго встала из-за стола под лёгкие протесты Момоко, но вернулась через минуту или две уже с конвертом. – Вот, передай его Мидории. Иначе он так и не вспомнит об этих бумажках. Я желаю вам всем продуктивных стажировок. – Благодарю вас, – Фумикаге кивнул головой, когда она махнула ладонью. – Не стоит, это моя обязанность, – сказала Момоко, придвигая к себе тарелку с почти доеденными овощами. Девушки закончили быстрее и прошли в комнату старосты, перекинувшись парой слов с близнецами, а те продолжили ждать Изуку за столом. Честно говоря, было даже странно, что никто из них не испытывал неловкости, оказавшись, по сути, в новой компании с незнакомыми людьми. Но жаловаться они не собирались. Оглядевшись, Фумикаге заметил график на одном из холодильников и множество магнитов и заметок на втором. На кухонном столе лежало множество самого разного чая, стояла большая кофеварка и несколько разных добавок, по типу сиропов или зефира. В этом здании явно был не один любитель сладкого. Изуку вернулся довольно быстро, но всё равно извинился за задержку, даже если для этого и не было причин. Братья внимательно рассмотрели его обновлённый цвет волос – глубокий чёрный, без того зелёного оттенка, который ранее так упорно мерещился под прямым светом. Изуку выглядел очень довольным своими волосами, что было весьма здорово. Акико подлетел к нему, обнял со спины и показал конверт с заявкой на стажировку. Кончик его клюва уткнулся в ещё немного влажные кудри, и он едва держался, чтобы не словить одну из прядей и не потянуть её. Это ведь считается поцелуем в птичьем стиле? Когда Акико осознал свои мысли, он заметно смутился и издал немного нервный звук. Фумикаге тоже заметил этот жест и, признаться честно, немного удивился. Его брат редко проявлял такую форму привязанности, даже с ним. Он мог вспомнить несколько моментов, когда брат делал что-то подобное. Самые первые такие ситуации он помнил плохо, ведь тогда они оба находились на грани эмоционального раскола и жаждали чего-то терапевтического или успокаивающего – чего-то, что могло бы оградить их от болезненной реальности. Акико по-семейному прочёсывал клювом его перья, стараясь унять боль в душе и показать свою заботу. Фумикаге проглаживал своими пальцами тени на его лице, будто пытаясь повторить действия, которые ощущал на себе. Это нельзя сравнить с медитацией, но что-то в подобных действиях успокаивало и приводило в чувства обоих парней. Позже это переросло в быстрые трепания по голове, если требовалось без слов выразить свою заботу, как, например, в тот момент, когда Фумикаге растрепал перья Акико после своей панической атаки в общежитии после экзамена. Но перебрать перья или потрепать их – это нечто семейное. Братское. Но вот так потянуть и прижаться к макушке… выглядело куда более чувственно. – Акико? – Изуку всё ещё избегал смотреть им в глаза, но не игнорировал – вовсе нет. Братья, смущённые произошедшим, не решились ответить. Фумикаге лишь надеялся, что Изуку не свяжет все детали воедино, хотя бы в этот раз. Это было бы слишком неловко. – Всё в порядке? – Так… теперь ты покажешь свою толстовку? Я хочу устроить Хоуксу сцену за то, как он обращался с Фуми на первой стажировке. Насколько она «плоха»? Ура, он сумел тактично сменить тему! И да, он немного злопамятный. Волновало ли его это? Чёрт возьми, нет. Акико – настоящий источник хаоса, и он будет оправдывать этот титул на все двести процентов. Все должны это знать. Изуку улыбнулся подобному энтузиазму, стараясь не прокручивать в голове внезапное действие парня. К собственному смущению, ему хотелось, чтобы Акико повторил это хоть разок.