Глава 10. Флэшбэки в Shadowbringers. №2 - Гостиничный номер в Кристариуме, ЛэйкЛэйнд и Купо-перфоманс.

Я прикрыла глаза, позволяя новому воспоминанию захлестнуть меня, и послушно повела Тётю Марту и Рику дальше по болезненным закоулкам моего прошлого. Я тихо продолжила: - Комната в гостинице Кристариума встретила меня звенящей тишиной. Едва за мной захлопнулась дверь, как остатки сил покинули меня окончательно. Воин Света была совсем не в порядке. Мои дрожащие пальцы с огромным трудом справлялись с застежками робы Белого Мага. Ткань, пропитанная засохшей кровью и пылью, казалась удушающим панцирем. Я безжалостно сбросила её прямо на пол, следом полетели и мои любимые дырявые кеды - ноги гудели так, словно я только что обошла пешком весь Первый Осколок. В одной бельевой рубашке я бессильно присела на стул и дрожащей рукой потянулась к своему дневнику, лежавшему на прикроватном столике. Голова раскалывалась, но я боялась забыть. То ускользающее видение … нечеткие очертания величественного мира … Я закрыла глаза и лихорадочно принялась калякать на пожелтевших страницах обрывки образов, вспыхивавших на сетчатке. Гарь. Едкая дымка. Какие-то невероятно высокие, величественные башни из белого камня. Янтарные глаза, полные невыносимой боли. И небо … падающее ... горящее небо, раскалывающееся на огненные куски. Я горько вздохнула, на мгновение прижав холодную ладонь к пылающему лбу. А когда отняла руку, торопливо записала под набросками слова, которые до сих пор жгли мне душу: «Странное падение в космическую бездну чужой души … Одиночество. Боль. Вернуться к этому позже, когда будут силы ... ». Да, позже … Когда я смогу дышать. Отложив дневник обратно на столик, я побрела в ванную комнату. Горячий душ в тот вечер стал моим спасением. Я стояла под струями обжигающей воды, крепко зажмурившись. Вода легко уносила физическую грязь, но она была бессильна против прОклятого Света, осевшего в моей груди. Стоило мне на секунду закрыть глаза, и я воочию видела сквозь веки, как в моих венах пульсирует это ядовитое, тошнотворное сияние. Избыток поглощенного Света Пожирателей Грехов ворочался внутри меня, как хищный паразит. Он медленно выжигал эфирные каналы, заставляя мышцы болезненно подергиваться от мелких судорог. - Я не хотела больше ни о чем думать - со вздохом произнесла я, уставившись в окно на мирный пейзаж Миста - В голове вертелась только одна мысль: скорей бы лечь в постель. Точно не сейчас … Нет сил об этом думать. Никаких. Просто доползти до кровати. Меня начало крупно трясти прямо там. Кое-как справившись с очередным приступом паники, я выключила воду. Наскоро, кое-как вытерлась полотенцем и натянула своё домашнее белье - короткий хлопковый топик и шортики с дурацкими, весело ухмыляющимися муглами. Я вернулась в спальню, собираясь заняться физическими ранами. Нужно было хоть немного, насколько это вообще возможно, подлечить себя перед сном. Я тяжело вздохнула, закрыла глаза и подняла руки, концентрируя лечебную магию. Ладони мгновенно окутало мягкое, лазурно-зеленое сияние исцеляющего заклинания. Магия послушно скользнула по телу, стягивая края ран. Но это было лишь каплей в бескрайнем море. Моя магия Белого мага хорошо справлялась с физической болью, но она была бессильна против того, что сидело глубже. Избыток Света внутри продолжал нещадно жечь. И в этот момент ткань реальности вокруг пугающе истончилась. Пространство номера не изменилось, но вдоль позвоночника пробежала волна жара, сменившаяся ледяной дрожью. Между мной и ним натянулась невидимая, вибрирующая струна - этот резонанс пробил брешь в моей эфирной защите, соткав призрачный ментальный мост. Это было иррационально, но я кожей чувствовала его присутствие. Его леденящий душу эфир коснулся моего разума. На секунду я подумала, что это просто фантомное эхо в моей голове. Но когда я испуганно обернулась, всматриваясь в самый тёмный угол комнаты у окна ... Там, скрытый густыми ночными тенями, опираясь спиной о стену и скрестив руки на груди, стоял он. Эмет-Селк. Мужчина не издавал ни звука. Янтарные глаза Ассиана пронзительно горели в темноте, фиксировав каждый мой шаг, каждый вздох и то, как я лечила себя магией. - Кого он хотел увидеть? - с горькой усмешкой спросила я, глядя на свои руки - Величественного Воина Света? Палача Пожирателей Греха? Но вместо грозной Героини в сияющих доспехах Эмет-Селк созерцал уставшую обессиленную девушку с мокрыми розовыми волосами, одетую в дурацкий топик с летающими зверятами. На долю секунды в его взгляде промелькнуло глубокое ошеломление, смешанное с экзистенциальным шоком. Его брови взлетели вверх, а взгляд на пару секунд беспомощно замер, сканируя нагло улыбающегося помпонистого мугла у меня на груди. Он страдальчески вздохнул и картинно приложил пальцы к виску.  - Я, конечно, знал, что у современных людей полностью отсутствует чувство прекрасного - его бархатный голос прозвучал тихо, почти шёпотом, но яд в нём так и кипел - Но это ... Что на тебе надето? Что это за летающие недоразумения с помпонами? Ты решила добить меня ментально? Я испуганно замерла, прижимая, ещё светящиеся лазурной исцеляющей магией ладони, к своей груди. В ушах до сих пор стоял его шёпот: «Хочу увидеть, как ты сломаешься ... ». Он лениво отлепился от стены, шурша полами своей мантии, и по-хозяйски направился к глубокому креслу у камина. Ассиан устроился в нём с максимальным комфортом, закинув ногу на ногу и картинно откинув голову на спинку. Всем своим видом он показывал, что покидать эту комнату в ближайшее время не собирается. Я стояла посреди номера, абсолютно ошарашенная, пытаясь прикрыться руками. - Ты … ты что творишь?! - мой голос сорвался на сиплый крик. А глаза округлились до предела - Нельзя просто так приходить к чужим людям ночью! Выходи отсюда сейчас же! Эмет-Селк театрально вздохнул, устремив взгляд куда-то в потолок, словно общался с умственно отсталой. - К «людям»? - он выделил это слово тонной сарказма, плавно взмахнув кистью руки - Какое поразительное самомнение. И кто тебе сказал, что вы для меня - люди? Так, недоделанные осколки. К тому же, напомню, я Ассиан. Пространственная магия - моя стихия. Если я захочу войти, никакая дверь меня не остановит. Так что побереги свои связки, они тебе ещё понадобятся, когда ты начнёшь выть от избытка Света. Он снова опустил взгляд на меня, и его глаза хищно сузились, задерживаясь на моих открытых плечах и шортах. - И вместо того, чтобы кричать, лучше бы накинула что-то более … приличное - он брезгливо повёл плечом, указывая подбородком на мою одежду - Наблюдать Воина Света в компании этих пучеглазых крылатых свиней - сомнительное удовольствие для моих эстетических чувств. Я пришёл убедиться, что ты ещё не развалилась на куски после сегодняшнего, а вижу … это. Я сердито топнула босой ногой по ковру. - Муглы - милые! - буркнула я, всё ещё отказываясь верить в абсурдность происходящего - И это моя комната! Уходи немедленно! Эмет-Селк лишь издал издевательский смешок, поудобнее перехватывая полы мантии. - У тебя на редкость удобное кресло для этого убогого мирка. Эмет-Селк скользнул взглядом по комнате. Его внимание привлёк деревянный столик рядом с креслом. С саркастичным «хм» он протянул свою длинную руку и демонстративно, кончиками пальцев, подцепил лежащую там тетрадь в потрёпанном кожаном переплёте. Мой дневник. Моё сердце ушло в пятки. Там было всё: мои пугающие мысли о прОклятом Свете, мои страхи, мои панические атаки после битв и ... первые, ещё сумбурные строчки о том, что я почувствовала на площади, когда наши души соприкоснулись. - Положи на место! - пискнула я. - Надо же, какая ценность - Эмет-Селк приподнял бровь, вальяжно откидываясь в кресле и начиная медленно, с особым садистским удовольствием перелистывать шуршащие страницы - Писанина смертных. - Не смей читать! Отдай! Я сделала пару стремительных шагов по ковру, протягивая руку, чтобы вырвать дневник из его пальцев. Эмет-Селк даже не шелохнулся, лишь насмешливо прищурился, наблюдая за моим приближением. Он явно наслаждался моим возмущением. Но гравитация Кристариума, очевидно, имела на меня личные планы. В самый ответственный момент, когда до кресла оставался всего шаг, босая нога предательски запуталась в завернувшемся крае пушистого ковра. Равновесие, и без того хрупкое из-за гудящего в венах Света, мгновенно покинуло меня. Воздух со свистом вырвался из лёгких. - Ойёёёй! - только и успела выдохнуть я. Вместо того, чтобы гордо выхватить дневник, я на полной скорости полетела вперёд. Прямо на сидящего в кресле древнего Ассиана. Всё произошло за долю секунды. Дневник вылетел из его рук, шлёпнувшись на пол. Полы мантии Эмет-Селка взметнулись тёмным облаком, когда моё непутёвое, пахнущее лавандовым мылом тело, сокрушительным снарядом врезалось прямо в него. Раздался Бум. Кресло жалобно скрипнуло. Я эпично растянулась прямо поверх мужчины, уткнувшись носом куда-то в изгиб его шеи и ключицы. Мои мокрые  волосы растрепались, полностью закрыв нам обоим обзор, а ладони в панике упёрлись в его крепкую грудь. Одна моя нога нелепо зависла над подлокотником кресла. В комнате повисла тишина. Эмет-Селк полностью замер. - Ты ... - его голос прозвучал так, словно из него выбили весь воздух. В нём смешались шок, ярость и какая-то пугающая, хриплая беспомощность - Ты совсем дурная?! Он перехватил мои запястья, но не спешил меня скидывать. Я попыталась неловко сползти с него, но собственное тело окончательно отказалось подчиняться. Из-за резкого движения прОклятый Свет внутри моих вен отозвался новой вспышкой тошнотворной боли. Перед глазами всё поплыло, мышцы сковало судорогой слабости, и я беспомощно рухнула обратно, оставаясь лежать на его груди. В этот момент меня накрыл настоящий тактильный шок. В моей жизни никогда не было отношений. Я никогда ни с кем не была так близко, никогда никого не обнимала, кроме мимолётных дружеских приветствий с Наследниками. А сейчас я буквально вжималась всем телом в мужчину. В древнего, пугающего, невероятно сильного Ассиана. Я кожей чувствовала жёсткую ткань его мантии, ощущала очертания его крепкой груди под своими ладонями и то, какими горячими были его пальцы, сжимавшие мои запястья. От него пахло озоном, ночной прохладой, дорогими чернилами и старыми книгами. Мужчина продолжал держать меня за запястья, но хватка изменилась. Жесткое напряжение в его пальцах медленно сменилось чем-то другим. Наш ментальный мост искрил и плавился - его древний эфир, холодный и отстранённый, сейчас бушевал, как штормовое море, откликаясь на мою панику и смущение. - Какое … катастрофическое отсутствие координации - прошептал он. В его голосе больше не было яда. Бархатный тембр звучал глухо, почти растерянно. Янтарные глаза потемнели, всматриваясь в моё пунцовое от стыда лицо, а затем его взгляд медленно опустился ниже - туда, где я тяжело и часто дышала, утыкаясь в него топиком с муглами. Он заставил себя шумно выдохнуть, и этот тёплый воздух опалил мою шею, заставив вздрогнуть. - Ну и чего ты разлеглась? - его ворчание вернулось, но теперь оно звучало как слабая попытка спасти остатки своего пафоса - Сама прибежала, сама упала, а теперь решила использовать меня вместо матраса? Живо поднимайся, пока я не стёр тебя из этого измерения вместе с твоим ковром. Но вместо того чтобы грубо сбросить меня на пол, его ладони медленно скользнули от моих запястий чуть выше по предплечьям, осторожно, почти бережно подталкивая меня вверх, помогая моему ослабевшему телу вернуть хоть какую-то опору. Кое-как, цепляясь пальцами за его широкие плечи и сгорая от стыда, я перевалилась через подлокотник кресла и сползла на пол. Ноги были ватными. Я уселась прямо на ковёр, поджав под себя колени и пытаясь натянуть края коротких шорт как можно ниже. Эмет-Селк медленно поднялся с кресла. Он демонстративно и очень тщательно расправил складки своей роскошной мантии, словно смахивал с себя невидимую пыль ( или фантомное тепло моего тела ). Его движения были сдержанными, а янтарный взгляд казался тёмным и глубоким, как грозовое небо. Он наклонился, изящным движением поднял с пола мой многострадальный дневник и несколько секунд молча держал его в руках. Наш ментальный мост всё ещё вибрировал, натянутый до предела. Я улавливала, как внутри него бушует ураган из раздражения, растерянности и ... чего-то древнего, тоскливого, что упрямо тянулось ко мне. Шагнув ко мне, он бросил тетрадь прямо мне на колени. - Забирай своё сокровище! И впредь прячь его получше. Читать чужие глупости - сомнительная трата моего времени. Он отвернулся и сделал шаг в сторону, где пространство уже начало идти тёмными эфирными трещинами, открывая портал. Но перед тем как переступить черту, Эмет-Селк замер. Он обернулся через плечо, окинув меня долгим, нечитаемым взглядом с головы до ног - задержавшись на растрёпанных волосах, лице и, наконец, на дурацком мугле на моём топике. Уголок его губ дёрнулся в едва заметной усмешке. - Знаешь ... из всех Осколков, что мне приходилось созерцать, ты, пожалуй, самое нелепый и хаотичный. Сплошное недоразумение. Постарайся не убиться о собственную кровать. Тёмное пламя портала взметнулось и опало, поглотив его. Комната снова погрузилась в тишину. - А на следующее утро - тихо продолжила я - я решила, что лучший способ не сойти с ума от ночного визита и выжигающего вены Света - это занять себя работой. Я вызвалась помочь госпиталю Кристариума. Я вышла далеко за ворота города, в Лэйклэнд. Там, в низине у корней огромных древних деревьев, между мшистыми камнями росла лавандовая арника - ценный ингредиент для сильных лечебных зелий. Я ползала на коленях, бережно срезая хрупкие стебли и складывая их в небольшую плетеную корзину. Моя роба Белого Мага уже через полчаса сего занятия была безнадежно угваздана грязью, а кеды насквозь промокли от утренней росы. Я была полностью сосредоточена на поиске очередного фиолетового бутончика, пока внезапно длинная тень не накрыла мой куст арники, закрывая от меня солнце. - Воин Света в естественной среде обитания напоминает усердного крота, отчаянно пытающегося аннигилировать местную флору - раздался сверху до боли знакомый, тягучий голос. Я замерла и медленно, с трудом разгибая затекшую шею, подняла голову. Эмет-Селк стоял прямо надо мной, вальяжно заложив одну руку за спину. На его бледном лице застыло выражение глубочайшего скепсиса, с которым он созерцал мои манипуляции с растениями. Я со вздохом выпрямилась, поднимаясь с колен и изо всех сил отряхивая испачканные ладони от сырой земли. - Подкрадываться к человеку, занятому делом - это как минимум плохо, Эмет-Селк - сердито буркнула я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо - Если ты не заметил, я собираю целебные травы для раненых и больных в Кристариуме. Это называется «помощь», если ты вдруг окончательно забыл значение этого простого слова за свои эоны лет. Аскиан сделал один плавный шаг вперед, бесцеремонно сокращая дистанцию между нами. Его высокомерный взгляд скользнул по моей заполненной корзинке, а затем снова вернулся к моему лицу. Он изучал меня так пристально, словно пытался разгадать сложнейшую эфирную загадку. - Помощь? - с тихим смешком переспросил он, и в его голосе прорезался привычный яд - С моей точки зрения это выглядит как абсолютно пустая, нерациональная трата драгоценного времени. Твои «чудодейственные» припарки лишь временно стабилизируют дефектные, расколотые структуры этих несчастных существ. Он резко вытянул длинный палец, указывая прямо на зажатый в моих пальцах цветок арники: - Зачем ты это делаешь, Сапфира? Зачем ты с таким упорством пачкаешь руки в этой грязи ради тех, кто в масштабах вселенной уже через короткое мгновение превратится в очередной безликий пепел истории? - Потому что это «мгновение» - их единственная, драгоценная жизнь! - я сердито вскинула голову, прямо и открыто посмотрев в его глаза - Знаешь что, Эмет-Селк? Может быть, кто-то просто слишком долго прожил на этом свете, раз окончательно перестал чувствовать разницу между обычной грязью на руках и живым теплом в сердце! И я не боюсь испачкать руки в грязи для того, чтобы помочь страждущим! Ассиан внезапно резко наклонился ко мне, снова бесцеремонно вторгаясь в моё личное пространство. Он не коснулся меня физически, но я мгновенно почувствовала, как меня окутал его эфир - будоражащая смесь грозового озона. В ту же секунду между нами снова с треском проскочил невидимая искра. Та необъяснимая, глубинная связь, которая против нашей воли заставила нас обоих судорожно замереть на месте, едва дыша. Он смотрел на меня в упор. Смотрел так, словно перед ним было сложнейшее космическое уравнение с бесконечным количеством неизвестных, которое он отчаянно пытался решить. - Это крайне утомительно для моего наблюдения - наконец резко отрезал он, словно насильно обрывая эту звенящую нить резонанса. Эмет-Селк стремительно развернулся и пошел прочь по цветущему склону Лэйклэнда, привычно припадая на одну ногу. Уже почти скрывшись за холмом, он картинно, демонстративно взмахнул рукой на прощание, даже не оборачиваясь. А я осталась стоять с цветком арники в руке, растерянно уставившись ему вслед. *** Отрывки флэшбэков в лесах Рак-тики. В дюйме от моей ноги в землю вонзилась стрела с чёрным оперением. - Только этого не хватало … - прошептала я, замирая на месте. Из теней, словно духи леса, начали выходить Хранители. Высокие, грациозные, с натянутыми луками. Нас окружили очень быстро. Танкред мгновенно положил руку на рукоять клинка. - Поразительно! Констатация того, что уровень гостеприимства в этом лесу стремится к абсолютному нулю - раздался ленивый голос за моей спиной. Эмет-Селк стоял, прислонившись к замшелому стволу, и с видом скучающего критика рассматривал наконечники стрел, направленные в нашу сторону. - Созерцать, как «Героиню» превращают в подушечку для иголок представители местной фауны - продолжил он, картинно поправляя свою тёмную мантию - это зрелище, полное иронии. Сапфира, ты ведь не собираешься аннигилироваться прямо сейчас? Это вопиюще нарушит мой график наблюдений. Нужно было как-то доказать, что мы - живые, разумные и ... очень нелепые для монстров. - Уууу! КУПО! - выпалила я. Тишина, последовавшая за этим, была просто сокрушительной. Хранители замерли, их лица дрогнули в едином порыве недоумения. Танкред, который уже приготовился к героическому рывку, прикрыл лицо ладонью, издав звук, похожий на предсмертный стон: - Сапфира, что ты творишь!? - прошипел он сквозь зубы, не оборачиваясь - Мы сейчас станем мишенями, и станет совсем уж не смешно, когда нам придется их убить! Похожий стон донесся из тени за моей спиной. Эмет-Селк, который до этого момента с интересом наблюдал за потенциальным конфликтом, театрально закатил глаза и с силой прижал ладонь к лицу, соскользнув пальцами по переносице. - О, ради всего Святого... - выдохнул он, и в его голосе было столько вселенской усталости, сколько не набралось бы во всех осколочных мирах - Я официально аннигилирован уровнем твоей нелепости. «Героиня» спасает свою жизнь, подражая летающему меховому недоразумению с помпоном. Он сделал шаг в сторону, подальше от нас, словно пытаясь показать Хранителям, что он не имеет к этому «Купо-перформансу» никакого отношения. - Административное замечание - проворчал он, глядя на Хранителей, которые всё еще пребывали в шоке - Констатация факта: Пожиратели Грехов уж точно не обладают таким извращённым чувством юмора. Они бы просто напали на вас, а не пытались бы довести до ментального паралича своим бредом. Жители леса медленно начали опускать луки. Кажется, мой план (каким бы дефектным он ни был) сработал: ни один Пожиратель Греха не может быть настолько... странным. Предводительница Хранителей окинула меня взглядом, в котором читалось глубокое сомнение в моей адекватности, но лук всё же тоже опустила. *** Лесные стражи окружили нас уже не как врагов, а как подозрительных пленников. Нас повели вглубь поселения, к их старейшине. Танкред шел впереди, демонстративно не глядя в мою сторону, его спина буквально излучала «тотальное неодобрение». - Ууууу, Купо! - внезапно раздалось прямо над моим ухом. Я вздрогнула и чуть не споткнулась о корень древнего дерева. Рядом, сохраняя самое саркастичное выражение лица, вышагивал Эмет-Селк. - Перестань! - рявкнула я. - Почему же? Я лишь провожу лингвистическую калибровку твоего успеха - он лениво повел ладонью - Я видел падение цивилизаций, аннигиляцию целых звёзд и рождение новых миров, но ничто из этого не подготовило меня к тому, что решающим аргументом в дипломатии станет… ЭТО. Ты понимаешь, Сапфира, что теперь в моих архивах ты официально числишься как «Героиня с помпоном»? - Это был манёвр отчаяния! - оправдалась я, пытаясь спрятаться за розовыми прядями волос. - Констатация факта: это был манёвр, достойный палаты для душевнобольных - он вдруг наклонился ближе, и его глаза хитро сверкнули - В следующий раз, когда нас окружит армия врага, напомни мне подготовить тебе крылышки и красный шарик. Если «Купо» спасает от стрел, то представь, что сделает танец муглов под моим административным надзором. Танкред впереди издал ещё один мучительный вздох. - Эмет-Селк, отойди от неё сейчас же, а не то я официально подам запрос на твою «аннигиляцию» из этого похода - бросил он через плечо. Эмет небрежно отмахнулся: - Твои угрозы так же скучны, как и попытки Сапфиры быть серьёзной! *** - Я пришел убедиться, что твой Хаос не издает лишних звуков в этой благословенной лесной тишине - он лениво оттолкнулся от дерева и сделал шаг ближе - Скажи мне, Сапфира, ты уже отрепетировала своё «Купо» для завтрашнего похода? Я могу помочь с калибровкой тональности. На мой взгляд … твоему исполнению не хватало… драматизма. Больше отчаяния в голосе, меньше смысла в глазах - и Хранители официально признают тебя своим новым божеством. Я сердито поправила растрёпанные волосы. - Это было эффективно! Старейшина нас приняла. - Приняла, потому что сочла тебя вопиюще безобидной в своем безумии - он наклонился ниже, и я почувствовала холод, исходящий от его эфира. Я сделала паузу в рассказе, задумчиво гладя Силли. - Вот жеж индюк - сердито сказала Рика. - Что было дальше, Сапфи? - Тётя Марта с нетерпением качнула головой.