Ники, " Я никогда не..."

      Третий курс в Пальметто начался шумно. В команду победителей резко нагрянул наплыв новичков. В команду пришли аж сразу пятеро, хотя если учитывать, что этот год последний для старшекурсников, то новичков не так-то и много. Тяжелее всего оказалось влить новичков в их команду. Лисы вместе пережили слишком много дерьма, которое их сильно сплотило, и как в особенности их отношений посвятить новеньких, никто не знал.       Как-то так получилось, что все первокурсники скучковались, не сильно активно выходя на контакт со старшими. Основную инициативу проявляли две девушки, Лана и Айла. Ричард не особо стремился к общению вне тренировок. Говард быстро попал под влияние Джека, невольного лидера их компании, и именно в последнем была самая главная проблема. Джек умело сочетал в себе худшие черты Сэта и Эндрю под таблетками, единственное, что на людей не бросался. Парень оказался страшным гомофобом, страдал мизогинией и нездоровым фанатизмом к Кевину. Ну и стремился везде и во всем быть лидером, уступая лишь Кевину.       Больше всего доставалось Дэн и Ники. Девушка-капитан была в понимании Джека чем-то возмутительным, и тот, не скрываясь, шутил о её положении, но у той был Мэтт, готовый заступиться за любимую. С Ники было сложнее. Шумный, открытый гей, который красится, ярко одевается, часто пошло шутит или флиртует. Кажется, Ники был квинтэссенцией всего, что Джек не любил, и цапались они соответствующе. Позже, когда тот узнал, что Нил и Эндрю пара, попытался и их начать принижать, но Эндрю по-прежнему был достаточно угрожающим, чтобы сделать это. Он был не против заступиться и за кузена, но Ники сказал, что справиться сам. Какой-то мелкий гомофоб вовсе не был большой проблемой после всего, что тот пережил.       Подобный раскол не самым благоприятным образом влиял на команду и её сплоченность, а это дерьмово сказывалось на игре команды. Дэн как ответственный капитан всё же решила провести мероприятия на сближение. С трудом Лисы смогли вырвать победу в прошедшей игры, и была объявлена общекомандная пьянка. Все перваши там присутствовали и вроде как даже втягивались. Кто-то предложил сыграть в «Я никогда не», и затею поддержали. В игру, конечно, вошли не все.       Началось все даже по-стандартному весело и просто, без особых проблем и каверзов. Но постепенно накал страстей начинал расти. Джек своими вопросами явно нацелился на дискредитацию Ники. Если вопросы по типу «Я никогда не любил свой пол», на который между прочим выпило шесть членов команды, и «Я никогда не ношу макияж и вызывающие шмотки» можно было стерпеть, то следующую подколку, вырвавшуюся изо рта Джека, Ники терпеть не стал. — Я никогда не поступал в университет, когда мне было за двадцать, и то при помощи братьев, и не являюсь громким проблемным идиотом. — Стопка Ники особо громко ударила по столу, а взгляд потерял свои игривые нотки. — Я никогда не отказывался от ответственности и в твоем возрасте взял под опеку двух трудных подростков, ипотеку и работал на трех работах, оставив свою лучшую жизнь, любовь и незаконченный колледж в Германии ради тех, кого почти никогда не знал, но был лишь уверен в том, что я им нужен и не должен позволить им попасть в руки своих ебанутых религиозных родителей, и при всем при этом сам только недавно вышел из тяжелой затяжной депрессии. Так что не тебе судить меня, то, как я выгляжу, как себя веду и с кем встречаюсь. Сначала переживи хоть половину того, что вынес я в твоем возрасте, кусок неблагодарного дерьма, и тогда мы поговорим.       Ники залпом осушил стоявшую рядом рюмку Аарона и вскинул фак в сторону Джека, в комнате повисло напряженное молчание. Даже многие Лисы порой забывали, что Ники старше практически всех в команде, а благодаря легкому характеру он легко вписывался в компанию людей на несколько лет младше себя самого, компенсируя все те годы молодости, потраченные на опеку. Даже близнецы пилили Ники одинаковыми взглядами тихого уважения. Джек выпал в осадок, Ники никогда не давал такой ярый отпор, да и не раскрывал своё прошлое, потому таких подробностей никто из новичков не знал. — Так держать, чувак, давно пора было сделать это, уважуха! — Мэтт широко улыбнулся и отсалютовал бутылкой пива. На лице Ники снова расцвела яркая улыбка, он отзеркалил жест, игриво подмигивая. — Ну и чего все скисли? Продолжаем, Лана, милая, теперь твой ход.