Надежда на спасение

Шторм так и не обрушился, но море изменилось навсегда. Поутру рыбаки вернулись с пустыми сетями, их привычные течения сменились, гоня косяки рыб дальше на юг. Слухи в гавани Лианмора шептались о гневе морских богов, тогда как во дворце говорили о чужом, неведомом вмешательстве. В тронном зале Морского Совета, под сводами, помнящими шелест солёных ветров, объявили о помолвке, скрепляющей союз с Северным королевством. Через несколько дней в Лианмор должна прибыть принцесса Сэрин, суженая наследника престола. Когда зазвучало её имя, Хван Хёнджин, наследник, не дрогнул. Он стоял безупречно спокойно, слишком спокойно. — Этот союз укрепит нашу торговлю и флот, — вещал адмирал Крейн, его голос, резкий, как скрип корабельных снастей, эхом отражался от стен. — Сейчас нам как никогда важно продемонстрировать стабильность. После недавнего происшествия слухи о морских духах распространяются быстрее самого яростного ветра. — Народ в страхе, — вторила ему одна из фигур, закутанная в тяжёлую парчу, — а страх разрушает экономику быстрее любого шторма. Хёнджин понимал. Нестабильное море означало крах торговли. Крах торговли — падение власти. А если правда о русалке… если она выйдет наружу, это будет уже не легенда. Это станет поводом для беспощадной охоты. — Слухи утихнут, — произнёс он ровно, взгляд его, холодный, как морская гладь в безветрие, остановился на советниках. — Я лично выступлю перед народом. Совет удовлетворённо кивнул, приняв его слова за знак покорности. Они не ведали, что в разуме принца звучал другой, куда более настойчивый голос.

🌊🐚🪸

Глубоко под водой тревога ощущалась острее. В Храме Песни кораллы, обычно сияющие мягким лазурным светом, потускнели, приняв оттенок серого пепла. Течение в центральной впадине, словно обезумев, текло вразрез с вечным ритмом. Верховная Певица, чья мантия переливалась перламутром, стояла перед глубинным разломом, где тьма клубилась, густая и непроглядная, как сама вечность. — Он проснулся, — беззвучно шевельнулись губы одной из старейшин. Морской Страж не был существом в привычном понимании. Он был силой, инстинктом границы, пробуждающимся, когда миры слишком близко соприкасаются. И сейчас он чувствовал эту зловещую связь. Ёнми стояла на краю леса из гигантских ламинарий, чьи гибкие стебли колыхались под невидимым течением. Трещина на её хвосте, когда-то едва заметная, теперь стала шире, а тонкая линия, мерцающая бледным, потусторонним светом, напоминала о себе каждый раз, когда она думала о нём. Каждый раз, когда его имя слетало с его губ, глубина вибрировала отзываясь. — Ты должна прекратить, — её голос, тихий, как шёпот волн, прозвучал в ответ на предостережение старейшины её рода. — Клан Хэсон отвечает за Песнь Течения. Если граница рухнет, позор ляжет на твою кровь. — Я не разрушала границу, — парировала Ёнми, в её глазах отражалась синева подводного мира. — Я лишь спасла жизнь. — Ты спасла наследника, — прозвучал ответ, словно приговор. Это было хуже, куда хуже.

🌊🐚🪸

Тем временем, в городе, окутанном утренним туманом, начали происходить странности. Вода в колодцах приобрела солоноватый привкус. Ночью на берег выбрасывало мёртвых медуз, чьи тела были испещрены зловещими тёмными узорами. Собаки, глядя на бескрайнее море, протяжно выли, словно чувствуя надвигающуюся беду. Хёнджин стоял на балконе дворца, когда до него донёсся низкий, утробный гул. Он исходил не с поверхности, он шёл изнутри земли, из самой глубины мироздания. Словно что-то огромное, непостижимое перевернулось в бездне. Его пальцы невольно сжались в кулаки. — Ёнми… — прошептал он, имя повисло в воздухе, словно немой вопрос. В ту ночь она не собиралась подниматься. Она знала — чем чаще они встречаются, тем сильнее становится импульс, разрушающий хрупкое равновесие. Но море, неумолимое, толкало её вверх. Не мягко, но настойчиво, словно направляемое неведомой рукой. Когда она показалась в бухте, Хёнджин уже ждал. Сегодня он выглядел иначе. Сдержаннее. Холоднее. — Мне объявили помолвку, — сказал он без предисловий, словно бросая камень в спокойную воду. Ёнми не вздрогнула. Её взгляд, глубокий, как океан, встретил его. — Я уже слышала. Наступила пауза, наполненная невысказанными словами. — Это ради союза, — добавил он, голос его был спокоен, как поверхность озера. — Ради власти, — поправила она, в её тоне прозвучала горечь. Он шагнул ближе, его лицо, освещённое лунным светом, казалось высеченным из камня. — Если я откажусь — Совет поднимет флот против глубины. Они уже подозревают магию. Вода вокруг неё напряглась, словно предчувствуя беду. — Они не готовы к войне. — Они и не знают, что это будет война. Где-то внизу снова раздалась вибрация, на этот раз сильнее, ощутимее. Море внезапно резко отступило от берега, обнажив полоску влажного, переливающегося песка. А затем, с рёвом, вернулось, тяжёлой, обрушивающейся волной. Ёнми резко обернулась к глубине. Впадина пульсировала. — Он чувствует нас, — прошептала она, её голос был едва слышен. — Морской Страж. Имя повисло между ними тяжёлым эхом. — Это из-за связи? — спросил Хёнджин, в его голосе звучала тревога. Она медленно кивнула. — Когда хранительница Песни Течения соединяется с человеком, баланс меняется. Море считает это угрозой. Он приблизился ещё на шаг, его глаза, полные решимости, встретились с её. — Тогда мы найдём другой путь. — Какой? — Я не знаю, — честно ответил он. Вода у её хвоста треснула тихим светом. Ещё одна, тонкая линия. Он увидел. —Это ухудшается. — Да. — Скажи, как это остановить. Ёнми смотрела на него долго, словно пытаясь запомнить каждая черту его лица. В её глазах плескалось море, бездонное и полное загадок. — Есть один способ, — тихо произнесла она, — но он опаснее всего. Он не отвёл взгляда. — Скажи. — Если я отдам часть магии… я смогу выйти на сушу. Ненадолго. Понять твой мир. И, возможно, изменить Песнь так, чтобы граница не разрушилась. Он замер, его дыхание участилось. — Ты станешь человеком? — Не полностью. На три дня. Наступила тишина, странная, зловещая. Море вокруг них стало необычайно спокойным, словно затаилось перед бурей. — И цена? — спросил он, его голос был напряжён. Она не ответила сразу. Где-то в глубине гул усиливался, словно бездна пробуждалась ото сна. — Боль. И риск потерять больше, чем хвост. Волна мягко коснулась его ног. Он медленно кивнул, его взгляд, полный решимости, остановился на её лице. — Тогда я буду рядом, что бы ни случилось. Ёнми посмотрела на него так, словно пыталась запомнить его навсегда. — После этого пути назад может не быть, принц. — Главное, чтобы с тобой всё было хорошо. В глубине Бездна откликнулась, и на мгновение вода вокруг них стала абсолютно чёрной, словно в ней отразилось самое начало времён. Граница продолжала истончаться, и теперь они оба знали — следующий шаг изменит всё.