Часть 3

Перси просыпается, чувствуя под пальцами знакомое одеяло и ощущая в воздухе запах моря. Открыв глаза, он видит чистое, розово-голубовато-серое небо, и когда он превращается в существо, песок перемещается вместе с ним. «У тебя всё ещё течёт слюна во сне». «Аннабет!» — восклицает Перси, быстро приподнимаясь и протягивая к ней руку. Аннабет смеется и переплетает пальцы с его — это единственная форма контакта между ними в этих снах. «Привет, Умница. Давно тебя не видел». «И чья это вина, Мозгошлёп?» — ласково спрашивает Аннабет, поднимая обе брови и постукивая указательным пальцем под глазом. «Какие мешки под глазами». «Да». Он проводит свободной рукой по лицу. В последнее время он делает это довольно часто. «Не очень-то хочется спать». Причина не произносится вслух — каждый полубог прекрасно знает, что такое кошмары. Он задается вопросом, снятся ли ей кошмары в Элизиуме, и подумывает спросить, но понимает, что это, вероятно, не настоящая Аннабет, и обсуждать ее смерть с этой, живой версией ее личности — слишком тяжело для Перси. «Что-нибудь конкретное?» — спрашивает она, внимательно разглядывая его и сжимая его руку. Он закрывает глаза и выдыхает. Похоже, ему все равно придется об этом рассказать. «Прошёл уже год. Знаешь». Она крепче сжала его руку, и когда он снова открыл глаза, её взгляд был полон ярости, а брови почти соприкасались. «С тех пор». «Перси», — тихо произнесла она. «Я скучаю по тебе». Эти слова вырываются у него изо рта, незваные и без его разрешения. «Скоро твой день рождения». Она поглаживает большим пальцем тыльную сторону его ладони, и он дрожащим голосом вздыхает. «Я тоже скучаю по тебе, Перси». Она тоскливо смотрит на море, уголки её губ приподнимаются. «Здесь время течёт по-другому. Но не так уж и по-другому». Она на секунду бросает на него взгляд, а затем снова переводит его. «Ты выглядишь так, будто постарел на пару десятилетий». Перси неожиданно громко рассмеялся и резко повернулся к ней. «Эй!» Она смеется ему в ответ, и ее улыбка заставляет его растаять на месте. «Я познакомился с несколькими детьми». «Дети?» — Она снова подняла брови. — «В лагере?» «Ой, я забыл тебе сказать». Он выпрямляется и теребит кольцо на своей цепочке с надписью «Лагерь». Она с любопытством наблюдает за ним. «Я переехал. Из Нью-Йорка. Сейчас я в Джерси. В Готэме». Ее лицо помрачнело. « Нью-Джерси? Почему?» Он фыркает. «Хирон так сказал. А ты знаешь, что Бэтмен существует на самом деле?» Аннабет смотрит на него. Взгляд её говорит: «Ты что, идиот?» Ему так не хватает этого взгляда. Никто не умеет так, как она. «Перси, ты серьёзно?» «Да, я знаю, правда? Но я его видел. Прямо вживую, в соседнем здании». «Нет, я имею в виду…» Она поворачивается к нему лицом, с недоверием глядя на него. «Конечно, он настоящий. Ну же, Перси. Величайший детектив в мире? Лига Справедливости?» Он просто смотрит на нее пустым взглядом. «Ты имеешь в виду команду супергероев, которые никак не связаны с богами и регулярно спасают Землю от смертельной опасности, некоторые из которых — чертовы инопланетяне ?» — Перси смотрит на неё в ответ. «Это неправда!» «Да, это правла! Мозгошлёп!» Она выглядит так, будто готова была бы сильно ударить его по руке, если бы могла. Небольшие преимущества этого странного мира сновидений. «И один из них — полубог. Но, несмотря ни на что, да , Бэтмен существует. Просто Бэтмен , а не тот самый Бэтмен». Он качает головой и размахивает рукой в ​​воздухе. «Да ладно! Да ладно. Не по теме. В общем, я живу в Криминальном переулке и нашел трех маленьких-полукровок. Ну, они нашли меня. А потом… последовали за мной в темный переулок. А потом я купил им блины. Э-э…» Аннабет снова смотрит на него. Между словами «Криминальный переулок» и упоминанием детей расстояние между ее бровями и линией волос продолжает сокращаться. «Перси». «Послушай, они не оставляли меня в покое», — настаивает он. «Одна из них уже знала, кто я. Ее отец… ну, она, наверное, наследница или что-то в этом роде. А Марго, ей, наверное, лет семь, и я на 99,9% уверен, что она сестра Нико! Что…» Он делает глубокий вдох. «Нехорошо. И я не знаю, что с этим делать». Долгое время после его слов воцаряется тишина, и он очень надеется, что она использует это время, чтобы подсказать ему план, а не для того, чтобы отточить словесную критику. Аннабет откидывается назад, опираясь на руку, и с нежностью смотрит на него, улыбаясь. Перси, вопреки своему желанию, улыбается в ответ. «Что, Умница?» «Ты всё тот ​​же магнит для неприятностей, каким был в 12 лет, Мозгошлёп», — говорит она ему сквозь смех. Она качает головой и приходит в себя. «Ты собираешься позвонить в лагерь?» Перси открывает рот, а затем закрывает его. «Я… не знаю», — говорит он, нахмурившись. «У Алекса и Сэнди есть родитель, который может принять за них это решение. Ну, может быть, не у Алекса скоро. Марго… это Аид , Аннабет, и я собираюсь рассказать Нико, но думаю, это должно остаться в секрете. Я не знаю. Я понимаю, что сейчас все немного по-другому, но…» «Да, всё ещё. Из-за клятвы», — вставляет она, кивая, и над ними воцаряется тишина. Затем: «Ты её заберёшь». Перси запинается. «Я не могу!» Она просто смотрит на него, а затем снова кивает. «Ты бы все равно это сделал», — говорит она будничным тоном. «Нет!» — Да. Кажется, это неизбежно. — «Я думал, ты отговоришь меня от этого!» «Посмотри мне в глаза, — твердо говорит она, встречая его взгляд, — и скажи, останавливало ли тебя это когда-нибудь раньше». Он резко закрывает рот рукой и отводит взгляд, слегка нахмурившись. — Да ладно, — проворчал он. — Но тут есть одна проблема, хотя мне и страшно даже говорить об этом. Есть один парень, э-э, Человек в красном шлеме…» «Красный Колпак?» «Да, откуда ты знаешь?» — продолжает он говорить, когда она открывает рот, чтобы ответить. — «Он думает, что я злой или что-то в этом роде. И совершенно справедливо не позволяет Марго следовать за незнакомцем домой. Поэтому я просто буду заходить к ней в переулок каждый день. Наверное, несколько раз в день». Он стонет. — « Я что, извращенец?» Аннабет смеется и снова сжимает его руку. «Ты не извращенец. Ты просто хороший, Перси. Я верю в тебя». Вокруг нее цвета бледнеют. Шум моря начинает затихать, каждый прилив становится все тише, пока единственное, на чем он может сосредоточиться, не оказывается Аннабет. Ее волосы уже начинают седеть. «Я не готов прощаться», — грустно говорит он. Она улыбается ему в ответ, такая же грустная. Ее лицо начинает медленно бледнеть. «Я люблю тебя, Мозгошлёп. Держись подальше от неприятностей». Ее улыбка исчезает, и он видит только ее глаза. «Я люблю тебя, Умница», — говорит он издалека. «И кроме того…» Он, моргнув, просыпается в своей квартире, его не покидает фантомное ощущение руки Аннабет. Он думает об их разговоре, о лагере, а затем, наконец, о Марго и детях. «Неудачи, кажется, всегда меня находят», — говорит он пустой квартире. 12 июля, Парк-Роу, Нью-Джерси, 1 год П.Т. Сегодня день рождения Аннабет. Перси ужасно спал прошлой ночью, поэтому он в несколько угрюмом настроении, когда бродит по переулку к дому Сэнди, затем к квартире Алекса, после чего возвращается и прочесывает территорию между зданиями в поисках Марго. Это стало для него чем-то вроде новой рутины, и он начинает испытывать сильное чувство защиты по отношению к этим проклятым детям. На третье утро, когда он совершил свой обход, его заметили, поэтому дети стали ждать его у окна или прямо перед домом. В другое время дня и ночи они его не замечают, зато он просыпается от кошмара и время от времени заглядывает в дом (через окно!). Он проходит мимо дома Сэнди и избегает прикосновений благодаря её отцу, который маячит у неё за спиной. Пожилой мужчина машет ему рукой, и он лениво поднимает руку в ответ, прежде чем двинуться дальше. Но у дома Алекса ему не повезло. Десятилетний мальчик (как он узнал четыре дня назад. Он также узнал, что Сэнди тоже десять, а Марго на самом деле семь с половиной , спасибо большое) выбегает из дома и врезается ему в ноги с такой силой, что чуть ли не свалил бы с ног любого другого мужчину. Перси же регулярно играет с адской гончей; если бы Алекс не обхватил своими тощими ручками ноги Перси и не схватил его за джинсы, он бы отскочил и упал на асфальт. «Привет, малыш», — говорит он. Он треплет Алекса по волосам и поднимает его с земли, сажая себе на бедро, как маленького ребенка. «Как твоя мама?» Алекс протягивает руку и откидывает ему волосы назад. Он слегка улыбается, а Алекс обхватывает его лицо ладонями и радостно смотрит ему в лицо. «Привет, Перси!» — кричит он прямо в лицо Перси. Перси моргает, слегка съёживаясь. «Мама сегодня очень устала. Она не может встать с постели, потому что у неё болят кости. Но она всё равно здоровается!» Малыш Гермеса (Перси в этом почти уверен) вертится у него на руках, и он послушно отпускает его на пол. «Передай ей привет от меня», — говорит он, слегка забавляясь этой игрой в «испорченный телефон». «Сегодня нет школы?» «По пятницам нет занятий», — напевает Алекс. Перси кивает. «Отлично, чувак». Он протянул кулак, и Алекс толкнул его своим, отдергивая руку с громким звуком взрыва. «Я иду искать Марго. Держись подальше от неприятностей, но у тебя есть мой номер». Он вспомнил о своем телефоне на следующий день после встречи с этими маленькими сорванцами и дал им маленькие листочки бумаги со своим именем и номером, чтобы они передали их родителям и запомнили. Сэнди очень гордилась песенкой, которую сочинила, чтобы запомнить. Честно говоря, Перси тоже. «Пока, Перси!» — кричит Алекс, поправляя штаны, и мчится обратно в свою квартиру, захлопнув за собой дверь. На этот раз Перси фыркает от смеха. «Черт возьми. Даже летающие ботинки не нужны», — пробормотал он, засовывая руки в карманы и начиная поиски Марго. Риптайд лег ему в руки, как старый друг. Вскоре он замечает вторую тень. Перси и так в плохом настроении, к тому же сегодня день рождения Аннабет . Разбираться с этим ему не доставляет удовольствия, поэтому он отказывается признавать присутствие незваного гостя и начинает поиски в самых популярных переулках Марго. Он успел осмотреть три из них, прежде чем то, что его преследует, выходит наружу. «О». Он моргает. «Человек в красном шлеме. Ты совсем не тот, кого я ожидал». Человек в красном шлеме выходит из тени таким образом, что это выглядело бы несколько угрожающе, если бы Перси не оказался перед… множеством разных людей, если подумать… «Это Красный Колпак», — раздраженно говорит Человек в Красном Шлеме. «Хорошо», — говорит Перси, рассеянно оборачиваясь и направляясь к следующему укрытию. Он стоял в Пантеоне богов, так что в Олимпийском тронном зале определенно собрались очень влиятельные люди. «Что вы ищете?» — спрашивает человек в красном шлеме. И вот он, Кронос и его братья. Великаны. Мойры. «Эй», — говорит Человек в красном шлеме, жужжа, как муха. «эй?» Следующий переулок пуст. Перси вздыхает. Гея, очевидно. Никс. Тарт- «Эй!» Красный Шлем протягивает руку, возможно, чтобы схватить его за руку, а может, просто чтобы похлопать. Перси делает плавный шаг, уступая ему дорогу, и смотрит прямо на него. «Может, ты сможешь мне помочь?» — говорит он. Человек в красном шлеме раздраженно вскидывает руки. «Я ищу ту девочку с прошлой недели. Марго? Она сказала, чтобы ты ее проверил». И она была права. Несколько раз на маршрутах Перси чуть не попадал в поле зрения Человека в красном шлеме. «Я разместил её возле пересечения улиц Пайн и 2-й», — говорит Шлем. «Там есть пара человек, которые всегда присматривают за ней». Перси поворачивается в ту сторону. «Ты передумал», — замечает он. Он не может удержаться от того, чтобы подлить масла в огонь. Шлем идёт рядом с ним. «Я за тобой следил. Думаю, с тобой всё в порядке», — говорит он Перси. Перси предпочитает игнорировать намёк на то, что за ним следили, и, возможно, до сих пор следят. «Шлем», — говорит он бесстрастно, прижимая руку к сердцу. — «Твое одобрение для меня всё. Так в чём же дело? Главарь банды…» « Криминальный авторитет…» «Любит детей… нет, не любит. Любит детей… хм… Очень оберегает юных обитателей переулка. Как там дела?» Шлем молчал, но чувствовал на себе его злобный взгляд. Перси невольно улыбнулся. «Шлем, ты сейчас приносишь мне массу радости. Спасибо, мне это было нужно». «Красный Колпак. Колпак », — шипит Шлем, словно сжимая зубы. — «Было лучше, пока какой-то надоедливый подросток не начал ползать по моему переулку». «Хорошо. Ты понимаешь, что я имею в виду, когда говорю «ризз»?» Шлем отшатывается, словно Перси только что плюнул ему в лицо. «Да. Не может быть, чтобы ты был намного старше меня, приятель». Шлем снова молчит. Перси определенно победил в этом споре. Когда они переходят улицу Пайн, Перси на секунду оглядывается по сторонам. Чувствуется… что-то неладное. Не то чтобы это место выглядело намного хуже, чем любая другая часть Боуэри, но он чувствует что-то ужасное. Но здесь нет ни Монстр-пончика, ни Титанов, идущих по тротуару, ни Эмпус, наблюдающих из витрин магазинов. Перси в Готэме. Перси в безопасности. Но именно это чувство поддерживало его в живых. И он знает, что что-то не так. Он извивается, выискивая что-нибудь необычное, отчаянно надеясь увидеть какое-нибудь явное проявление враждебности. Ничего. Единственная странность на этой улице в том, что она пуста в пятничное утро. «За тобой кто-то охотится, парень?» — настороженно спрашивает Шлем, пристально разглядывая Перси своими яркими линзами. «Всегда», — бездумно произносит Перси, прежде чем нахмуриться. — «Но сейчас у меня очень плохое предчувствие. Здесь небезопасно для Марго. Найдите её где-нибудь в другом месте». Он направляется ко второй улице с новой целью, слыша, как Шлем быстро следует за ним. «Это самое безопасное место в переулке для неё», — парирует Шлем. «Не для неё », — говорит Перси, и его голос звучит мрачнее, чем он хотел. Он откашливается. «Может, у тебя есть база, куда ты мог бы её отвезти?» «Эй, парень? Криминальный авторитет. Не няня. Я не собираюсь держать шестилетнего ребенка рядом с боевыми патронами». Перси замедляет ход у входа в переулок, и Шлем указывает на дверь, скрытую в тени. Он делает шаг вперед и стучит в дверь сложным набором звуков. «И что ты имеешь в виду, „для нее “?» «Ей семь с половиной», — поправляет Перси. «И…» Дверь распахивается, и Марго вываливается наружу, направляясь прямиком к Перси. Он даже не позволяет ей врезаться ему в ноги, как это сделал Алекс; он перехватывает ее, подхватывает на руки, и ее крошечные пальчики упираются в воротник его рубашки под капюшоном. «Перси!» — кричит она, прежде чем кто-либо успевает что-либо сказать. В её голосе слышится ужас. «Здесь чудовища!» Перси резко поднимает голову и пытается заглянуть внутрь через щель между дверью и дверным косяком. Краем глаза он видит, что Шлем делает то же самое. «Внутри?» — резко спрашивает он, перенося вес на одну руку и свободной рукой выковыривая Риптайда. «Везде», — прошептала она, уткнувшись ему в плечо. «Знаю, дорогая, знаю», — бормочет Перси, снова оглядываясь и снова ничего не находя. «Я тоже их чувствую», — тихо добавляет он, надеясь, что никто этого не услышал. Линзы шлема, которые были прикреплены к его лицу, опускаются к ручке. «Не оставляй меня», — умоляет она его, отстраняясь, чтобы посмотреть ему в глаза. Она еще не привыкла к душу, хотя, похоже, кто-то хорошенько протер ей лицо влажной салфеткой. Ее глаза большие, слезящиеся и полные страха. На долю секунды она действительно очень похожа на Нико, несмотря на явное различие в чертах лица. «Боги», — игриво фыркает Перси, засовывая Риптайд в рот и говоря сквозь него, чтобы убрать чёлку с глаз Марго. «У вас у всех щенячьи глазки? А?» Он подбрасывает её, и она устало хихикает, снова кладя голову ему на плечо. Он выходит за дверь и снова останавливается на углу улицы Пайн, где ощущение зла немного отступает. Тем не менее, он вонзает коготь себе в сердце, а затем выталкивает его наружу. «Привет», — говорит он Марго. — «Что скажешь насчет похода в библиотеку?» Она оживляется у него на руках. «Сегодня день рождения моей подруги, поэтому я хотела бы пойти в парк, потом в библиотеку, а потом за мороженым. Что думаешь?» «Мороженое!» — щебечет она. Возможно, она слишком большая, чтобы носить её на руках, но он слишком напряжен, чтобы отпустить её. Он всё ещё чувствует ползание, словно ему нужно быть готовым бежать, и, скорее всего, он не успокоится, пока они не вернутся в его квартиру. «Хочешь сначала помыться?» — предлагает он. Она тихонько радостно восклицает, и он улыбается. Шлем, стоя позади Перси справа от него и едва попадая в поле его зрения, спрашивает: «Что это за ручка?» Перси смирился с тем, что весь день проведет в компании двух теней и семилетней девочки на руках, хотя сегодня день рождения Аннабет, и ему очень хочется вырубить Шлема и избавиться от него. Риптайд все еще легко перекатывается между его пальцами. «Безопасность», — говорит Перси, хихикая про себя над раздраженным молчанием Шлема. — «Ты собираешься ходить за мной весь день?» «Я с этой дамочкой», — только и говорит Шлем, что ужасно раздражает, потому что на самом деле с этой дамочкой Перси . Он говорит это не ради собственного душевного равновесия, к его неблагодарности. Он идёт следом за Перси, излучая раздражение, которое, по мнению Перси, незаслуженно. Да и Шлема здесь тоже не хочет видеть . Им потребовалось чуть меньше получаса, чтобы добраться до квартиры Перси, где он поставил Марго перед дверью ванной. Шлем стоял в коридоре. «Ох, чёрт... чёрт. Не знаю, есть ли у меня для тебя одежда», — понимает Перси. Шлем фыркает. Перси поворачивается и идёт в свою комнату, понимая, что двое его любопытных гостей восприняли это как приглашение пройти за ним. Он рад, что меч Аннабет спрятан. Перерыв комод, он находит рубашку, которая когда-то принадлежала… Лео? Хейзел? Он приобрел её где-то после падения Геи, но до того, как вернулся домой к маме. Это самая маленькая рубашка из всех, что у него есть. Он находит старые шорты Аннабет, тяжело сглатывает, поворачивается и показывает их Марго, которая стоит прямо за ним. Из дверного проёма Шлем пассивно осматривает комнату. «А как насчет этого, — мягко говорит Перси. — Может, ты примешь душ, я брошу твою одежду в стиральную машину, ты будешь носить это, пока все не станет чистым, а потом сможешь забрать это обратно?» Это решит проблему с нижним бельем и носками. «Хорошо!» — Марго выхватывает одежду из его рук и протискивается между одним из массивных бедер Хелмета и дверным косяком. «Полотенца в шкафу в ванной!» — кричит Перси. Он слышит, как дверь ванной захлопывается, открывается примерно через 15 секунд, а затем снова захлопывается. Шлем оглядывается через плечо в сторону ванной, смеется, исчезает и возвращается с кучей грязной одежды. «Где твоя стиральная машина?» — протяжно спрашивает он и отходит в сторону, позволяя Перси провести его по коридору, через гостиную, на кухню, где другая дверь ведет к установленным в квартире стиральной и сушильной машинам. Хелмет свистит. «Знаешь что, отличное жилье, парень». Перси слегка улыбается. «Спасибо, чувак». Он проходит в гостиную, но внезапно задумывается о Нико. «Э-э, можешь идти на кухню, на диван, куда хочешь. Я пойду позвоню в свою комнату». Шлем начинает складывать одежду, затем коротко смотрит на Перси и ничего не говорит. Перси воспринимает это как согласие и закрывает за собой дверь своей спальни. Повернувшись к фонтану Тайсона, он разворачивает двух гиппокампов друг от друга, создавая мелкий туман. «Ирис, о богиня радуг, — шепчет Перси. — Прими мое подношение». Он бросает драхму в туман, и она многообещающе мерцает. «Покажи мне Нико ди Анджело». Постепенно вырисовывается картина. Нико сидит, скрестив ноги, в оранжево-коричневом вельветовом кресле, которое, честно говоря, является преступлением против человечества. На плечах у него вязаный красный плед, и он листает книгу, явно не читая. Его взгляд постоянно мечется в сторону чего-то за кадром. «Нико», — тихо говорит Перси. Нико подпрыгивает примерно на полметра в воздух, ругается и роняет книгу. За кадром Перси слышит смех Уилла. « Перси?! » Нико выпрямляется. «Тсс!» — Перси бросает взгляд на закрытую дверь и размышляет, останется ли хоть какой-то разговор приватным. Он указывает на ухо, а затем жестом показывает на дверь, и Нико кивает. «Привет». « Я собирался позвонить позже сегодня вечером », — говорит Нико мягким голосом, как всегда в последнее время (пока не становится другим). « Как проходит твой День независимости 12 июля? » Он намеренно не уточняет значение этой даты. Перси тяжело сглатывает. «Ах, ну, знаешь. Сегодня иду в библиотеку. Там карнавал, но…» Он смотрит на колено Нико, затем мимо сообщения Ирис на фонтан. «Не могу». Он делает глубокий вдох и снова встречается взглядом с Нико. «Но есть, э-э, еще кое-что!» Глаза Нико, прежде серьезные, сужаются от подозрения в ответ на его тон. « Почему ты так сказал? » — спрашивает он, приближаясь к сообщению от Айрис. «Ха-ха-ха, забавная история», — начинает Перси, оглядываясь. «Так ты знаешь свою сестру?» Он морщится. Неудачное начало, учитывая, что они оба знают, что у Нико было больше одной сестры. Нико жестом руки говорит: «Давай уже». «Я нашел еще одну». Наступает долгая тишина. Нико падает на экран смерти. Затем он взрывается. «Что?!» — он вскакивает. « Уилл! » " Что!? " « Сколько ей лет? » — спрашивает Нико, наклоняясь ближе и широко раскрытыми глазами глядя на Перси. « Сколько кому лет? » — спрашивает Уилл из-за кадра. « Новая сестра. Перси?» «Ей семь с половиной лет», — с гордостью говорит Перси. «И ей негде остановиться, так что я, возможно,…» « Перси, скажи мне, что ты не собираешься взять ребенка под свою опеку », — говорит Уилл, с ужасом глядя на Нико, который появляется в кадре. «Ну что ж», — начинает он, не зная, к чему это всё ведёт. « Думаю, ему это пойдет на пользу », — заявляет Нико, явно обращаясь к Уиллу и игнорируя Перси. «Эй», — говорит Перси. « Дорогой », — говорит Уилл с недоверием в голосе. — « Перси даже за собой ухаживать не может. Посмотри на эти мешки под глазами ». Они оба синхронно поворачиваются, зловеще разглядывая его чертовы мешки под глазами. Какое лицемерие со стороны Нико. «Эй!» — на этот раз громче протестует Перси. Но его снова игнорируют. « Но семи с половиной летний ребенок его совершенно измотает. К тому же, Перси отлично справляется с детьми. Он же вожатый! » « Достаточно хороши, чтобы отказать щенячьим взглядам? » — задаётся вопросом Уилл. « Ну, если это важно … » — уклончиво замечает Нико. «Извините!» — почти кричит Перси. «Привет, здравствуйте, это мой любимый кузен, тот, кто финансирует эту чушь, какого черта. Я сам о себе позабочусь! И скажу «нет» щенячьим глазкам!» Он лжет, разводя руками и размахивая ими. Оба смотрят на него мертвыми взглядами. «В общем, Марго!» Лицо Нико смягчается. « Красивое имя», — тихо говорит он. Уилл нежно прижимает загорелую руку к бледному лицу своего парня. Нико отталкивает её. «Я сейчас в Готэме…» « Нью-Джерси? » — недоверчиво восклицает Нико. « Разве Бэтмен там не живёт? » — одновременно задаётся вопросом Уилл. Перси вздыхает. «Знаю, мне не следовало здесь быть, это кощунство по отношению к моим нью-йоркским генам. Старый конь сказал, что это против нашего мира. Эй, откуда ты знаешь, что Бэтмен настоящий?» « Что, чёрт возьми, такое человек-летучая мышь ?» — спрашивает Нико. «Бэтмен, очевидно, существует, Перси. Боже, я совсем забыл, что ты был слишком занят тем, что напивался в школе, чтобы обращать внимание на уроки истории » . «Эй, я отлично слушал лекции мистера Бруннера!» — оправдывается он. «Древнегреческий язык был моим любимым предметом». Нико и Уилл закатывают глаза, когда их изображение начинает мерцать. « Заедем через пару дней », — кричит Нико, когда сигнал пропадает. Затем он оказывается перед пустой стеной. В конце коридора он слышит, как распахивается дверь ванной. «Всё готово!» — кричит Марго. Перси выходит из своей комнаты и видит, как Марго смотрит на Шлема, волосы падают ей на глаза. «Как ты себя чувствуешь?» — спрашивает Перси, и она резко оборачивается и с грохотом бросается к нему. «Лучше», — говорит она. — «Здесь нет чудовищ». «Это чистая правда», — соглашается он, пощипывая её за нос, прежде чем поднять на руки и пройти мимо Шлема. «Нам нужно подождать твою одежду, но потом мы сможем начать свой день, хорошо?» Он усаживает её на диван. Шлем стоит позади него, пока Перси открывает холодильник и морщится, глядя на его содержимое. «Что за чертовщина», — говорит Шлем, когда Перси закрывает дверь и переходит к своим кухонным шкафам. Он находит коробку с хлопьями Cheerios и отдает их Марго, пока Шлем рытся в остальной части кухни. «Что за чертовщина, — повторяет он, подходя к Перси. — Твоя кухня пуста!» «Честно говоря, — устало говорит Перси, садясь на стул в столовой, — я не ожидал гостей». «Эй, умник, тебе тоже нужно поесть», — огрызается Шлем, скрещивая руки и чувствуя странное напряжение. Это очень в духе Люка. Перси быстро отводит взгляд. «Я ем», — защищаясь, говорит Перси, но слишком поздно. Марго смотрит на него и предлагает коробку хлопьев. «Нет, спасибо, Марго». Она пожимает плечами и снова начинает выкладывать хлопья себе на колени, а затем есть их по одному. Очень мило, но и очень неэффективно. «Всё, — говорит Шлем, расправляя руки. — Я готовлю завтрак. Есть аллергия?» Он указывает на них обоих, и когда они пожимают плечами, он поворачивается и выходит за дверь, не сказав больше ни слова. «Ух ты, — говорит Перси. — Он очень серьезно относится к завтраку». «Это самый важный прием пищи за день», — сообщает ему Марго. «Предательница», — бормочет Перси, и она хихикает. =============== Худ возвращается через 10 минут после того, как Перси кладёт одежду Марго в сушилку, и застаёт их обоих за раскрашиванием картинок на полу. Он на мгновение останавливается в дверном проёме, рассматривая их обоих, прежде чем пройти внутрь и запереть дверь за собой. Он бросает на стол полиэтиленовый пакет с тремя пенопластовыми коробками. «Зубы, похожие на костяные яблоки», — говорит Джейсон, указывая на сумку. Марго смотрит на него и откладывает свой карандаш. «Нет, это же блинчики ! » — настаивает она, вставая и спотыкаясь направляясь к столу, где Джейсон принес ей блинчики. Что ж, великие умы мыслят одинаково. Перси заканчивает раскрашивать свою рыбку и встает, чтобы размяться. Раскраски и мелки — это подарок от Афины, который она получила в подарок на переезд. Конечно же, они на морскую тематику. Он не очень-то умеет держаться в пределах контура. «Блинчики?» — спрашивает Перси, подходя и принимая свою пенопластовую коробку. Шлем кивает и достает свою коробку, следуя за Марго обратно на ее место на полу и садясь рядом с ней. Перси присоединяется к ним, отодвигая раскраски в сторону. Перси начинает задумываться, как же Шлем вообще будет есть, когда тот с тихим шипением снимает шлем . На нем все еще маска, но она не скрывает большую часть его лица. Перси с любопытством и завуалированной ностальгией разглядывает белую прядь в его волосах. Он снова переводит взгляд на свои блины. «Хорошая рыбка», — говорит Шлем, кивая на свою раскраску. Перси, пальцы которого уже почему-то липкие от сиропа, ухмыляется. «Спасибо. Его зовут Джон». Шлем наклоняет голову в его сторону. «О, меня зовут Келли! Меня зовут Келли», — серьезно говорит им Марго, набивая рот блинчиком. Перси бледнеет. «Почему именно Келли ?» — простонал он. Хелмет усмехнулся. «А почему бы не Сьюзен ?» «Бывшая девушка?» — спрашивает он. «Черт возьми, нет, она меня съест». В прямом смысле слова. «Ты ругался матом», — обвиняет Марго. Перси вскидывает руки, а Шлем смеется. —-------------------- Они прибывают в парк около часа дня, когда солнце уже прошло свою зенитную высоту. На улице неестественно хорошая погода. Перси остается в своей толстовке и берет с собой рюкзак, а Марго настаивает на том, чтобы надеть его самую маленькую куртку (черную куртку на молнии с логотипом какой-то гранж-группы на спине, которую Талия оставила в его домике давным-давно), чтобы она сочеталась с его курткой. Шлем, который оставляет свою кожаную куртку в квартире Перси (что является зловещим обещанием), то появляется, то исчезает из поля его зрения по парку. Он расстилает принесенное им одеяло на траве (не свое покрывало — с ним он бы не справился) и, чередуя наблюдение за Марго с созерцанием вершин зданий, рассекающих небо, и воспоминаниями о дне рождения Аннабет до всего этого фиаско с Люком, достается Перси. Когда Марго становится слишком жарко, играя на детском поле, Перси берет куртку на руки. Он смотрит на красное ведро на голове Шлема и задается вопросом, насколько сильно оно нагревается на солнце. «Перси!» — зовет Марго с качелей. — «Иди покачай меня!» Он стонет, вставая, берет одеяло и куртку Марго и запихивает их обратно в рюкзак. Он немного покатал Марго на качелях, после чего они отправились в библиотеку. Перси потерял из виду Шлема, но в библиотеке, рядом с красочным детским отделом, стоял крупный мужчина в капюшоне — настоящем капюшоне, — так что Перси мог сделать собственные выводы. Он повёл Марго к ярким полкам, прищурив глаза и отчаянно пытаясь прочитать названия книг. «Где твой друг?» — спрашивает она его, когда он уже почти дочитал «Гарри Поттера и...». "Что?" «У твоей подруги сегодня день рождения», — замечает она. «Я собираюсь встретиться с твоей подругой?» Перси смотрит ей в глаза, устремленные непреклонным взглядом, а затем отводит взгляд в сторону, вглубь зала. Он не утруждает себя чтением надписи на табличке, но видит портрет Юлия Цезаря. «Нет. Она, э-э…» — Перси делает паузу, не зная, как продолжить. — «Ее звали Аннабет. Ее больше нет». «Она умерла?» — торжественно и серьезно спрашивает Марго. Перси кивает. «Да, дорогая, она умерла», — соглашается он хриплым голосом, заправляя ей волосы за ухо. Они снова начинают рассматривать названия книг, но он вспоминает, что она, вероятно, тоже не умеет читать, и остаются еще минут десять, просто гуляя и наслаждаясь атмосферой, после чего уходят. «Какой была Аннабет?» — спрашивает Марго по дороге в магазин мороженого. — «Когда она умерла?» «Она была самым умным человеком, которого я когда-либо знал», — грубо говорит он. «Она могла прочитать книгу за час, а потом сидеть и объяснять мне, почему она ужасна. Она проектировала невероятные конструкции и каким-то образом знала все необходимые расчеты. И она была бесстрашна. Она всегда меня поддерживала. Она была жестокой воительницей. Она умела обращаться с мечом, но вы бы видели ее с кинжалом Люка». Он качает головой, вспоминая время, которое он проводил между врагами посреди битвы, просто поглядывая на нее и наблюдая за ее боем. «Она умерла год назад, в июле». Марго кивает, и он открывает ей дверь в магазин мороженого. «Кто такой Люк?» — спрашивает она, когда они подходят к бару самообслуживания. Он подумывает проигнорировать ее вопрос и берет для нее небольшой стаканчик. «Выбери вкус», — наставляет Он. «Люка тоже нет». «У тебя есть живые друзья?» — спрашивает она, хмурясь. Он хмурится в ответ. «Да», — многозначительно отвечает он. — «А теперь выбери вкус». Она указывает на ваниль. Он наполняет ее чашку и протягивает ей, чтобы она несла. «Могу ли я встретиться с кем-нибудь из них?» Он берёт свой стакан и наполняет его сорбетом из голубой малины. «Ну что ж». Они поставили мороженое на весы, и он протянул кассиру 20 долларов. Затем они сели за столик. Он вернул Марго куртку, так как кондиционер работал на полную мощность. «Мой кузен Нико и его парень Уилл очень хотят с тобой познакомиться. Они приедут через несколько дней». Марго выпрямилась. «Это кузина, а не подруга», — говорит Марго. Затем она понимает вторую часть фразы. «Они приехали в гости?» Она звучит восторженно, и Перси смеется. «Я так же взволнован, как и ты», — обещает Перси. «Я не видел Нико и Уилла с тех пор, как... э-э, с прошлого сентября». Он наклоняется ближе. «Вы с Нико отлично поладите. Он такой же жутковатый, как и ты». Понимает ли Марго, что имеет в виду Перси, — неважно, потому что её волнение уже ощутимо. По дороге домой Шлем снова появляется — Марго, кажется, его не замечает, но Перси с трудом может не чувствовать на себе взгляды. Когда он входит в квартиру вместе с ней, Шлем уже внутри и лениво разваливается на диване, без красного головного убора. «Чувствуй себя как дома», — сухо замечает Перси. Марго хихикает и бросается в ванную. Он смотрит ей вслед, качая головой. Дети и их бесконечное стремление как можно быстрее куда-то добраться. Нико точно такой же; Перси уже видел, как он перемещался между комнатами с помощью теневого перемещения. «Так что ты собираешься делать с ребёнком?» — спрашивает Шлем. Его тон, на удивление, не враждебный. Вместо этого в нём сквозит лёгкое любопытство. Руки у него за головой, далеко от оружия. Перси почти расслабляется, удобно расположив руки в карманах. «В идеале, конечно, нужно ее покормить», — говорит Перси, намеренно оставляя без ответа вопрос Шлема о его долгосрочных планах (или о планах на вечер, как угодно). «Есть какие-нибудь рекомендации по доставке еды на дом?» Шлем вздыхает, садится и вытягивает свои (огромные) руки над головой. «А может, я приготовлю тебе ужин по особому случаю?» — предлагает Шлем с какой-то иронией в голосе. Перси останавливается. «Особый случай?» — повторяет он. Невозможно было пропустить участие Шлема во всем, что связано с греческой культурой, богами и мифами, верно? «День рождения твоего друга», — говорит Шлем. Ага. Он был в библиотеке. «Ты не очень-то умеешь быть незаметным или притворяться дураком, правда?» — говорит Перси, разжимая пальцы вокруг Риптайда и проходя мимо Шлема вглубь квартиры, к своей комнате. «Ну, когда тебя разоблачили, какой смысл в скрытности?» — парирует Шлем. Он встаёт и направляется на кухню. Пока он держится подальше от Перси, тот к нему равнодушен. Он переодевается из джинсов в пижамные штаны и оставляет шорты Аннабет, которые она носила раньше, у закрытой двери ванной, чтобы Марго могла переодеться. Шлем суетится на кухне, словно живет с Перси, уверенно разогревая… что-то на плите. Что странно, потому что этим утром у Перси не было ни клочка еды, кроме американского сыра и кочана гнилого салата. И, конечно же, горчицы. «Откуда ты взял еду?» — спрашивает Перси, пытаясь разглядеть что-нибудь за шлемом в кастрюле. Однако его тело слишком широкое, и в конце концов Перси сдаётся и плюхается на спинку дивана. «Сходил за продуктами. Пожалуйста», — хмыкнул Шлем, помешивая свою смесь. Марго вышла в шортах Аннабет и забралась на диван, сложив руки на коленях. Перси внимательно посмотрел на неё. «Итак, — тихо спрашивает он её. — Какой план? Хочешь найти другое место для проживания, или ты хочешь…» — Я хочу остаться с тобой, — перебивает его Марго, умоляюще глядя на него большими каре-черными глазами. Он поднимает бровь. «Значит, тебе нужно чем-нибудь себя занять, когда ты не в школе, да?» — говорит он, взъерошивая ей волосы и оглядывая свою внезапно опустевшую квартиру. «И, наверное, немного одежды…» Перси не может поверить, что у него только что появился ребенок. Просто так. Спустя месяц жизни в Готэме. Он почти слышит, как Аннабет смеется над его болью. Мозг из водорослей. Шлем разносит им тарелки, и, о чудо, это паста. Перси проглатывает свою порцию, как пылесос, и просит добавки (а потом и третью). Марго тоже съедает свою довольно быстро. Перси начинает задумываться о стоимости продуктов для растущего подростка и растущего малыша. Шлем тоже допивает свою миску, а Перси даёт Марго ещё одну раскраску (на тему акул), после чего собирает посуду и несёт её к раковине. Шлем просто стоит там, наблюдая за Перси, прислонившись спиной к стене и склонив голову так, как он всегда это делает. «Что?» — резко спрашивает Перси. Марго слегка вздрагивает. «Какой следующий шаг?» — спрашивает Шлем, слегка склонив голову в сторону Марго. «Она останется у нас ночевать, — говорит Перси. — По просьбе. На неопределенный срок». «Хорошо». Хелмет замирает и вздыхает. «Как ты собираешься записать её в школу? Кто будет присматривать за ней, пока ты на работе? Ты зарабатываешь достаточно, чтобы содержать ребёнка? Твой образ жизни достаточно безопасен, чтобы позволить себе ребёнка?» Перси моргает. «Они были у вас наготове», — говорит он, нахмурив брови. «Это, к сожалению, полезный список, который я, к сожалению, часто использую, уверяю вас», — бормочет Шлем. Что бы это ни значило. Перси рассматривает свой список. «Ну, думаю, я могу себе это позволить», — размышляет Перси. «Скоро я привлеку к этому своего кузена. Я… не знаю насчет школы. Ты хочешь сказать, что в Готэме нет системы для бездомных детей?» Он пока игнорирует вопрос безопасности. Не то чтобы жизнь Марго стала безопаснее без него, наверное. Теперь у нее есть полубог, который присматривает за ней, — а Перси не новичок ни в обращении с мечом, ни в драках, — она в большей безопасности, чем раньше. Шлем смотрит на него сквозь белые линзы своего домино, его рот — плоская, нечитаемая линия. Перси предполагает, что он выражает большую часть эмоций бровями и глазами, которые неудобно скрыты от его глаз. — Вроде бы да, — задумчиво отвечает Шлем. — Я, наверное, найду тебе кое-какие ресурсы, если ты действительно настроена серьезно. Он отталкивается от стены, поднимает свой шлем со стола и надевает его на голову. Выходя за дверь, он машет рукой через плечо и исчезает в ночи. Перси запирает дверь за собой, и Марго встречается с ним взглядом, когда он смотрит на нее. «Как драматично», — серьезно говорит он ей. Она мрачно кивает. Он недолго ждёт, прежде чем отвести её в свою комнату и уложить спать. До дальнейшего уведомления он может посидеть на диване. Перси не слышит звука фонтана, смотрит в потолок своей гостиной и отчаянно пытается заснуть.