Chica Bomb

***

      В кафетерии торранского отдела СДС сидел темнокожий молодой человек с короткой стрижкой, окрашенной в два цвета: розовый и голубой. На герое плотный чёрный костюм, разноцветные перчатки и ботинки (в соответствии со своими сигнатурными цветами), на красивых карих глазах — голубые пластиковые очки. Через какую-то минуту-другую в помещение вошла женщина… Боже, что это была за женщина. В офисе её звали не иначе, как «огонь-баба». В принципе, так её и звали (и зовут). Почти.       — Фламбэйба, детка! Ты была в нашем священном месте?.. — молодой человек сразу же заулыбался. На пластиковый столик поставили два бумажных стаканчика с кофе. Надпись на держателе гласила: «Кафе Кактус».       — Ты сегодня тоже пострадал, Призм. Так что вот, вкусняшка. — в голосе дамы был слышен явный акцент. Со своим лучшим другом Призмом она всегда была обходительна и мила, почти мурлыкала. Он один не выносил ей мозги по поводу и без. В отличие от некоторых…       — А ты сама как?.. Ну, после сегодняшнего?.. — аккуратно поинтересовался Призм, с великим удовольствием отхлебнув кофе из своего стаканчика.       Подруга тяжело плюхнулась на соседний стул, её большая грудь весело подпрыгнула наверх и тут же приземлилась… Призм уже давно перестал бурно реагировать на подобное зрелище. Один раз, конечно, был случай, когда подруга решила спасти его, да случился курьёз с костюмом, и вывалились эти шикарные груди на всеобщее обозрение. Призм упал в обморок от их вида. Так они были хороши (и сейчас такие же).       — Я когда-нибудь убью эту сучку Робин. — тихо прорычала Фламбэйба. Чуть помолчав, она резко ударила кулаками по столу, чем сильно напугала Призма. Стаканчик с кофе тоже испуганно подпрыгнул. — Она послала меня на нефтянку пожар тушить! Сука, она издевается надо мной! Я блядский Торранс спасла!       — Она ещё не выспалась по-нормальному. — прохладно отметил Призм.       — Да сколько можно, блядь, это терпеть, ёбаный рот?! Мы отдыхали неделю! НЕ! ДЕ! ЛЮ! А эта сучка продолжает измываться! Что я ей сделала вообще?!       Глаза цвета карамели стреляли молниями; густые чёрные ресницы, даже без туши, выглядели просто бесподобно; хоть и сгорели как-то вместе с бровями в ходе одной стычки в «Крипто-Найт»… На лоб с небольшими морщинами упала чёрная прядка, точно антенна. Волосы Фламбэйбы — ещё одна её гордость, как и грудь. Спасибо генетике!       — Наверное, просто существуешь. Учитывая вашу историю… — Призм слегка покачал головой по сторонам, закатил глаза. — Удивлён, что ты ещё жива осталась тогда.       — Я сучка живучая, малыш. Я же прошла афганскую войну. — тут же притихла героиня, гордо заулыбалась. — Где только не была… А эта Мехаблядина только и делала, что жопу свою костлявую в костюме просиживала.       — Да не костлявая у неё жопа, Бэйба.       — Ты её трогал? — и тут же подруга напряглась, вытаращила глаза на Призма как ястреб, увидевший добычу.       — Трогал, но глазами. Я же не извращенец. — слегка усмехнулся он.       — Все вы, мужики, одинаковые… — помотала головой Фламбэйба. — Как думаешь, есть кто у этой сучки? — она схватилась за стакан с кофе и отпила пару глотков. Призм пожал плечами.       — Не, вряд ли… Инвизипоц сказал вроде, что Робин его вежливо отшила. А Блейзер сам отвалился.       — Вот это новости!.. Уж на что я мужиков не воспринимаю, но Блейзеру даже я бы дала… Ну, будь я на грани жизни и смерти. — протараторила вполголоса героиня, ещё немного хлебнув кофе. Капучино с корицей. Такой вкусный делают только в «Кактусе».       — А мне бы дала? — весело рассмеялся Призм.       — Ты мне как брат. А брату я могу только хуй откусить. — миленько улыбнулась Фламбэйба, хитро при этом прищурилась. Молодой человек тут же напрягся всем телом и начал таращить глаза. Раздаётся задорный женский смех, прямо как у чайки.       — И я тебя люблю, Челси…       — А я как тебя люблю, Элвис! — и оба ещё немного посмеялись.       В кафетерий тем временем тихо прошла высокая девушка в ярком жёлто-голубом костюмчике из резины. Длинные рыжие волосы завязаны в высокий хвост, на больших серо-голубых глазах — синие очки для плавания. Призм тут же обратил внимание на новое лицо. И затем быстро спрятал взгляд в своём стаканчике с кофе. Фламбэйба заметила это и следом же откинулась на стуле, чтобы посмотреть, кто зашёл. Груди закономерно подпрыгнули, но не так активно, как в предыдущий раз.       — Здороваться не учили? — грубовато спросила огненная героиня. Девушка резко подскочила на месте от испуга, нервно покосилась… — Лицо попроще, Водогёрл, и люди к тебе потянутся.       — П-привет, Призм и… Флам… бэйба! Не хотела… отвлекать! — с улыбкой промямлила Водогёрл. Она держала в руках контейнер с кусочками дыни и клубники. Молодой человек лишь промычал, мол, «и тебе», и уткнулся в телефон.       — Ты-то хоть не пострадала сегодня? — Фламбэйба быстро оглядела молодую героиню, всю мокрую от своей суперспособности.       — Н-нет, обошлось… А ты?.. Слышала, беда была… — Водогёрл говорила тихо, почти бормотала. Её глаза бегали по полу и стенам, пока Фламбэйба смотрела на неё в упор, в лицо.       — Это был пиздец. — чётко произнесла героиня. — Спасибо Мальборо был близко, так бы и откинулась к пёздам кошачьим… Робин где знаешь?       — Н-нет, мы сегодня… не виделись. — грустно вздохнула девушка, открывая крышку контейнера. Достала пальчиками в перчатках пару кусочков дыни и направила в свой рот. Начала лениво жевать…       — Можно попробовать? — мягко, аккуратно спросил Призм. Водогёрл будто током ударило в этот момент.       — ДА! ДЕРЖИ! — неожиданно вскрикнула она и с перепугу всучила огненной героине свой контейнер. Секунда, и водной героини след простыл. Фламбэйба загоготала во весь голос под смущённый мат Призма: «Где мои сорок баксов?!»

***

      Курилка в торранском отделе СДС появилась недавно, по просьбе одной конкретной личности. И Блонд Блейзер, как главный менеджер, не смог отказать… Мехавуман. А сейчас просто Робин Робертсон. Потому что… по уши втюрился. Ещё когда впервые увидел её, словно подбитую птичку, противостоящую целой толпе грабителей. Но то было уже три недели назад. Сейчас Робин в безопасности… Но по-прежнему неприступная, подобно скале. И всё такая же обаятельно манящая своей изящной фигурой… В отделе Робин ласково звали (и зовут) «зарянкой» и «птичкой»… Птичкой, что избила своего архиврага до полусмерти, ага. И пальцы ещё кому-то откусила. А кому-то и отрезала… Такая вот она, бессердечная и гордая Мехавуман. Не дающая себя в обиду и не дающая… Ну, опустим этот момент.       «Коннор, я знаю, что ты здесь», — голос Робин усталый, с небольшой хрипотцой, но тем не менее чарующий, ласкающий слух. В курилке тут же возникла фигура невысокого смуглого молодого человека в порванной чёрной майке с узкими бретельками и драных джинсах. Фиолетовая рубашка перекинута через левое плечо. Тёмные волосы-иголки торчали во все стороны. Вишнёвые глаза смотрели на девушку-диспетчера с лёгкой игривостью. Между пальцев правой руки торчала сигарета с фильтром, почти потухшая.              — Чем могу помочь, лейтенантка Дэнни? — промурлыкал герой, тут же отлип от стены.       — С кнопкой? — Робин показала пальцем на сигарету в руках коллеги. Он кивнул. — Дай. — и молодой человек полез в карман за пачкой. Достал одну трубочку и протянул диспетчеру. Тонкие, покрытые шрамами и царапинками пальчики потянулись к нагрудному карману синей офисной рубашки (вечно не застёгнутой до конца) и достали маленькую бензиновую зажигалку. Громкий щёлк, затем возник огонёчек.       — Во-хоу! Не знал, что у тебя такая есть. — слегка посмеялся Коннор. Робин не обратила на этот комментарий никакого внимания. Жадная затяжка… — Давно ты не курила, мать… — тихо добавил он.       — Две недели. — констатировала Робин, выдыхая дым наверх, прямо себе под нос. — А ты чего?       — Да чёт соскучился тоже… Ёбнутая смена была какая-то, не находишь?       — Если бы кто-то в самом начале не перепутал две ёбаных улицы, то всё было бы просто прекрасно. Я про тебя говорю, Инвизипоц. — серьёзно сказала Робин, вперив мрачный, холодный взгляд на героя. Он всё ещё улыбался, но теперь глядел в маленькое окошко с открытой форточкой. — Опять посрался с Мальборо?       — Блядь, да откуда ты всё знаешь? — с ухмылкой выдохнул Коннор.       — Я обязана всё знать. Ну так что? В чём дело? — и снова Робин сделала затяжку, но небольшую. Она заметила, с каким взглядом герой осматривал её в моменте. Слишком нежным и влюблённым. Не терял надежды. Настолько отчаянный. Должно быть, после принятой на себя пули Коннор стал ещё смелее обычного; и подумал, что уж за спасение жизни Мехавуман наконец ответит ему взаимностью. Только не учёл многих факторов.       — На тусовке не поделили бутылку виски, слово за слово, подрались… Ну, ты знаешь. — тихо зашептал Инвизипоц. Рискнул: руки легли на изящную, тонкую талию Робин, а она никак пока не среагировала, и это вызвало смешанные чувства в глубине груди. Боль постучалась в лёгкие, вдалеке замаячил очередной приступ астмы… — Да и если уж говорить серьёзно, то…       — Робин, вот ты!.. Где…       В курилке уже стояла высокая и мощная фигура мужчины в геройском костюме с алым кристаллом в груди. Золотые волосы до плеч, испуганные голубые глаза, что хлопали от недоумения… А потом стали серьёзными, мрачными. Робин преспокойно повернула голову в сторону нового лица и приветственно помахала рукой. «Я тебя отстраню за харассмент, Инвизипоц», — тихо прорычал Блонд Блейзер. Коннор тут же поднял руки и снова прилип к стене. Секунда, и он стал невидимым. Главный менеджер Супергеройской службы закатил глаза, когда что-то прозрачное толкнуло его в плечо и скрылось из виду. Робин тем временем докурила сигарету до половины, раздавила её кончик о днище стеклянной пепельницы у подоконника и как ни в чём не бывало села на складной чёрный стульчик в углу.              — Что-то случилось, Блейзер? — без интереса в голосе спросила диспетчер Я-команды.       — Да ничего особенного, просто хотел узнать… — герой прошёл в курилку и закрыл за собой дверь. — Как ты себя чувствуешь после отпуска. Как работается?       — Тяжело. — призналась Робин, вперив уставший взгляд в лицо Блейзера. Слишком милое, сияющее позитивом и всем самым светлым в этом жестоком мире. Не чета ей, по-прежнему полудохлой птичке, живущей в серой каменной каморке-клетке. — Да и ребята неохотно справлялись. Не надо было на неделю нас отпускать. Трёх дней бы хватило.       — Ну, я рассудил иначе. — слегка развёл руками менеджер, натянуто улыбнулся. — Всё-таки ты и Я-команда спасли наш город… Да весь Лос-Анджелес! Три дня отдыха — слишком мало, тем более для такой заслуги.       — Твоя правда. — холодно заключила Робин. И тут же скрестила руки на груди, заметив, как взгляд мужчины ласково прошёлся по её стройным ногам в боевых шрамах. — Что-то ещё хотел узнать, Мэттью? — она сказала это так проникновенно, что Блейзер невольно дрогнул всем телом от испуга… или чего-то иного…       — Н-нет, это всё, хе-хе! Пожалуйста, не расстраивайся из-за неудач на смене! Потом будет лучше!.. Всё, ухожу! — мужчина даже поклонился в пояс, после чего быстро юркнул прочь из курилки.       Робин тяжело вздохнула и закатила глаза под потолок. Стоило ей в первый же день после отпуска прийти в чулках и слегка подкрасить рыжие ресницы чёрной тушью, так и началось это преследование с мужской стороны офиса. Одно осталось неизменным: комментарии Фламбэйбы. «Сучка Робин в здании! У-у-у, так ещё и в чулочках! Ты смотри, потом заебёшься от мужиков ссаными тряпками отбиваться!» — так сказала огненная героиня перед сменой. «Ты же знаешь, Мехаблядь, что я ненавижу нефтянку! Ещё раз это произойдёт, я сожгу к ебене матери твои реснички и волосы! Слышишь меня, блядская ты ведьма?!» — так орала она же после ситуации с пожаром на нефтеперерабатывающем заводе. Свободных героев не было в моменте, но надо было срочно кого-то отправить; абонент так и сказал: «Пришлите кого угодно, только помогите!» Ну Робин и послала. Фламбэйбу. У которой кисмесис с нефтянкой…       Дверь в курилку открылась резко, безапелляционно. Вот она, героиня всего Торранса, во всей своей красе. Пышногрудная, немного алая в лице… «Огонь-баба». Мехавуман встала со стула и подумала про себя в моменте: «Да, мне надо ответить за свой проёб». Правда, каким образом?.. Робин встала со стула, готовясь к словесной атаке и битве взглядов. Они уже проходили это.       — Сучка Грейнджер плачется без тебя в подсобке, а ты тут торчишь. — прохладно протараторила Фламбэйба, подойдя почти вплотную. Взгляд напряжённый, но не озлобленный.       — Я попросила Гермиону отдохнуть без меня. — устало проговорила Робин; невольно поставила руки на бока. — Зачем пришла?       — Ты сама знаешь зачем, Ро-Ро. За объяснениями. — чуть нахмурилась Фламбэйба. — Я жду. — ах, как прекрасна женская проницательность. Так даже проще. Диспетчер тяжело, немного страдальчески выдохнула через нос…       — Водогёрл была занята тушением пожара в другом месте, остальных я тоже отправила по заданиям. Абонент просил кого угодно прислать. Ты одна была свободна. Так понятно?       — То есть, ты отдавала себе отчёт, что отправляешь меня, — огненная героиня нехорошо заулыбалась, в её карамельных глазах точно бесы плясали, — на объект, полный горючего. Меня, блядь! — элегантные длинные ноготочки (с огоньками, конечно же) щёлкали друг о дружку при шевелении пальцами; на правой ладони, правда, всего лишь три…       — Да. — кивнула Робин. — Потому что доверилась тебе. Твоей смекалке… Да и после того, как Мальборо освободился, я отправила его к тебе. Он же помог?       — Постфактум. — серьёзно заявила Фламбэйба. — Ты пиздец как ошиблась, сучка.       — И я признаю это. Понятно? Да, проебалась. Больше такого не повторится. — жёстко ответила Робин, поглядев на героиню напротив исподлобья. Та непоколебима и холодна.       — Я жду волшебное слово, сучка. — Робин закатила глаза. — Ты имеешь право выёбываться таким макаром, почему я не могу?.. Хорошо, раз ты молчишь, тогда давай по-другому… — Фламбэйба раздвинула свой глубокий вырез в стороны. Наружу выглянули розовые бусинки сосков. — Потрогай, извинись.       — Я не буду трогать твою грудь, Фламбэйба. — Робин мельком глянула на груди и тут же подняла глаза наверх.       — Да ладно тебе, Мехавошь, не стесняйся. — героиня подёргала бровями. — Я знаю, что ты хочешь этого. Нас пока никто не видит.       — Это харассмент. — несмотря на холодный голос, лицо Мехавуман начало неистово краснеть, предавать её. И как Фламбэйба только узнала вообще?..       — Я дала согласие. — невозмутимо ответила Челси. — Ты бы знала, сколько эти красавицы жизней спасли!.. Не ломайся как целка, Ро-Ро!.. Это твой единственный шанс остаться сегодня целой и невредимой. Одноразовая акция. — и она широко заулыбалась; но тоже начала краснеть до алости, до дыма… Но разум Мехавуман возобладал над мимолётной похотью, возникшей из-за такой провокации.       — Челси, я прошу у тебя прощения. Я постараюсь больше не отправлять тебя на пожары без поддержки. Хорошо?       Где-то далеко раздался грохот, будто что-то упало. Робин тут же вздрогнула всем телом, а Челси резко натянула борты костюма и скрыла соски. «А-а-ай», — послышался тихий, слегка дрожащий девичий голос. Диспетчер и пламенная героиня испуганно переглянулись и шепнули в унисон: «Гермиона». И выбежали вон из курилки.       Водогёрл случайно поскользнулась и упала с лестницы. Челси понесла девушку на руках (и неважно, что мокрая) до лазарета. Обработали ушибы мазью. Робин успокаивала Гермиону, пока Фламбэйба ходила туда сюда и переписывалась с Призмом. Но потом остановилась перед пострадавшей. И без возражений предложила свою помощь, прямо на глазах Мехавуман: «Если хочешь поплакать, то вот тебе моя грудь», — схватила изувеченной ладонью рыжую макушку с хвостиком и впечатала алое и мокрое миловидное личико прямо в свой кливидж. Гермиона, к удивлению дам, не стала возражать, лишь промычала что-то и шумно задышала.       Робин смотрела на это действо с нескрываемым… она не знала, как точно описать своё состояние. Возможно, была лёгкая ревность вперемешку со злобой. Челси игриво улыбалась и поглядывала на неё, показывала кончик языка. В карамельных глазах явно читалось провокационное: «Тоже так хочешь? А хуй тебе с маслом, сучка Робин. У тебя был шанс, и ты его проебала!»       Уже уходя из лазарета, проводив взглядом Водогёрл и Фламбэйбу, что после такой мощной моральной поддержки преспокойно начали обсуждать что-то им одно известное, Робин тяжело выдохнула и впервые поймала себя на моменте сомнения: «А может быть стоило… подыграть?..» Она ведь и правда… хотела… да, это отвратительно, пошло, но такова реальность; надо было молчать и не напиваться в тот день; это всё Инвизипоц виноват. Мехавуман прикусила нижнюю губу и пошла в сторону лестницы. Работа не ждёт.