Невеста для Избранного

— Ты уверена, что это хорошая идея? — Да, Герми, я уверена. — Трисс поправила выбившуюся из прически девушки прядку волос и отступила на шаг назад, критически оглядывая дело рук своих. — Нет, порода в тебе всё таки виднеется, как ни крути. Отдать тебя леди Малфой на каникулы и никто не усомнится, что перед ним леди из благородного рода. — Малфоям? Может, не надо? — Хватит бояться. Вы же нормально общаетесь с Драко? — Но его отец… — Люциус боготворит жену, а потому если она согласится тебя обучать — даже не пискнет что-то против. Нарцисса урождённая Блэк, темперамент вашей семейки уже притча во языцех. — Но я же спокойная! — Сказала мне девушка, которая прокляла Уизли! Гермиона фыркнула, бросая взгляд в зеркало. Отраженье сияло белоснежной кожей, чуть подкрашенные ресницы подчеркнули и без того большие глаза. И на голове вместо привычного «взрыва на макаронной фабрике» был упорядоченный хаос. За те дни, сколько они прожили на одной территории, Трисс смогла привести в порядок не только внешность Грейнджер, но и отчасти мозги, потому как оказалось, что под копной кучеряшек оказалась и гора комплексов.

Ретроспектива

Второй день после переезда, перед отбоем

— Герми, можно с тобой поговорить? — Заходи! — Трисс толкнула дверь и вошла в комнату, с улыбкой наблюдая, как Гермиона старательно складывает пергаменты с домашней работой. — Ты что-то хотела? — У меня к тебе немного странный вопрос. Ты вообще за собой не ухаживаешь? Гермиона, которая начала было вставать со стула, рухнула обратно. Мама всегда ей говорила, что главное в человеке душа, а не внешность. И потому многочисленные баночки-скляночки с уходом игнорировались, косметику девушка считала чем-то не стоящим внимания, вещи подбирались по схеме «не маркое и скромное». Её жутко злило, что общая душевая в девичьем общежитии была буквально забита стойками с косметикой — в маленькие тумбочки и сундуки просто не влезало всё, что заказывали юные ведьмочки. Ну и конечно, вечно прихорашивающихся с утра Патил и Браун она считала недалёкими квочками, что заботятся только о внешнем, забывая о внутреннем. Сама Гермиона обходилась расчёской, зубной щёткой и пастой. Вместо геля для душа и шампуня был кусок мыла, зелья данного направления она успешно игнорировала уже вот четвёртый год. — В человеке главное душа! — Ага, и чистая попка. — Трисс присела на краешек кровати и скептически посмотрела на Гермиону. — Ну, рассказывай, откуда у тебя такие мысли? После сбивчивого рассказа девушки, Мёрк только вздохнула. — Вот так и возникают у людей глубинные комплексы, которые только усугубляются с возрастом. — У меня нет комплексов! — Если бы у тебя их не было, ты бы не злилась так на девочек, которые этот аспект не игнорируют. Гермиона озадаченно моргнула — с такой стороны она этот вопрос не рассматривала. Пока гриффиндорка осмысливала жизнь, Трисс успела вызвать эльфа и дать ему инструкции. Услышав только окончание фразы, Гермиона тут же взбунтовалась: — Не надо этого! — Надо. Считай это частью обучения. — Но… — Герми, ты леди! А леди должна уметь за собой ухаживать. — Не хочу! — Тогда предлагаю пари. — Трисс усмехнулась уголком губ, заметив азарт в глазах Гермионы. — Ты полностью доверяешься мне сегодня и, если тебе не понравится твоё отражение, то я больше не поднимаю этот вопрос. — Согласна! — Через пятнадцать минут иди в купальню. Естественно, сними одежду. Можешь надеть купальник, если сильно стесняешься. Гермиона против воли покраснела, но кивнула. Мёрк, старательно пряча победную улыбку, отправилась в свою комнату — ей надо было связаться с матерью и кое-что у неё попросить. Через оговоренный срок Гермиона толкнула дверь, которая вела в купальню, которая была сравнима по размерам с ваннами старост. Небольшой бассейн, две отдельные душевые, два открытых шкафчика для всего необходимого. В воздухе витал аромат апельсина и чего-то освежающе-травяного, свет горел непривычно ярко. Трисс, одетая в довольно строгий купальник — спортивный топ и шорты — кивнула Гермионе на каменную лавку, установленную около бассейна. — Садись и расслабься. Больно не будет. — Тут Трисс задумалась и едва слышно хихикнула. — Ну, разве что когда брови будем выщипывать. Мёрк боялась, что гриффиндорка будет сопротивляться изо всех сил, но та была внезапно послушной и молча уселась на лавку, сбросив халат прямо на пол. Следующий час Гермиона внимательно слушала лекцию по уходу, попутно удивляясь, что о многих вещах она попросту не знала. Трисс загнала её в бассейн и сейчас занималась тем, что опиливала ногти, тихо ругаясь на девушку. — Ну вот ты зачем ногти грызёшь, а? Как маленькая! — Когда нервничаю — не могу удержаться. Мёрк фыркнула и потянулась к очередному пузырьку, попутно шлёпнув Гермиону по свободной руке, когда та попыталась коснуться лица. — Не трогай ещё десять минут! — Трисс, это пятая маска! — Всего лишь третья, чего ты преувеличиваешь? — И что, ты так каждый вечер? — Нет, каждый вечер у меня умывание и одна маска. Такие комплексы только перед выходом в люди. — Мёрк аккуратно обработала зельем очередной ноготок. — Это ты ещё не видела, как моя матушка готовится. Она за двое суток до начинает есть только овощи и пить особый коктейль, который пахнет тухлыми яйцами. А в вечер перед мероприятием она закрывается в ванной не меньше чем на пять часов. У нас есть эльф, который занимается только помощью в такие дни — так вот её матушка уматывает просто до того, что Шенти потом трое суток отсыпается. — Ужас! — Привычка. Когда были сделаны все нужные процедуры с лицом и волосами, Трисс научила Гермиону заклинаниям, которые облегчат укладку и сушку волос. К зеркалу гриффиндорка подходила с опаской и странной надеждой. — Ой… — Вот тебе и «ой», милая. Нравится? — А как ты… Волосы…? — Правильный уход и заклинания творят чудеса. Ты же ведьма, Герм! Тьху, может тебя Мио называть будем, а? «Герми» звучит как-то не очень. — Да хоть горшком зови… — Девушка неверяще ощупывала своё лицо и волосы. — А это надолго? — На неделю где-то хватит. А так — смотря как будешь поддерживать всё это. Я тебе первое время помогу, потом сама уже разберёшься. Через день после этих событий Трисс ввалилась в комнату Гермионы, увешанная пакетами и нагруженная коробками. Оказалось, девушка решила сделать сюрприз и заказала для подруги новый гардероб. — Трисс, это же дорого! — Не дороже денег! Меряй давай! Одну из коробок девушка тут же отставила в сторону, что вызвало подозрения у Гермионы. Но Трисс так многозначительно зыркнула на неё, что шатенка тут же пошла на попятную и сунула носик в один из пакетов. Подарок превзошёл все ожидания: Трисс собрала несколько образов на повседневную носку, на выход и даже на торжество. Примерив одно из платьев на вечер, Гермиона чуть не разревелась. Она ощущала себя Золушкой, которая наконец встретила свою крёстную фею. Однако Мёрк быстро пресекла это, просто сунув в руки расчувствовавшейся девушке ту самую коробочку. — Мёрк! Я тебя убью! — А только что рыдала! — Трисс со смехом выскочила за дверь и подперла её плечом, радуясь, что открываются они наружу. — Тот красненький на потом оставь, маленькая ты для него ещё! — МЁРК!

Конец ретроспективы

Сегодня должны были прибыть представители двух школ-участниц, так что Мёрк расстаралась с внешностью Гермионы по полной. В прошлые разы гриффиндорка нарочно «рушила» всё, что они делали, чтобы не привлекать внимания. Но сегодня подруга смогла её уговорить на то, что пора прекратить изображать из себя обычную заучку и показать всем, что она ещё и девушка, причём симпатичная. — В конце концов, тебе надо начинать нарабатывать репутацию! А встречают, как мы все знаем, по симпатичной мордашке. Идём? — Ага. Гермиона заметно нервничала, но послушно направилась за Трисс, то и дело одёргивая рукава новенькой шёлковой мантии. В гостиной факультета сидела Джинни, которая не оставляла попыток подколоть Грейнджер, и Браун с Патил. Сплетницы уже получили «по зубкам», а потому осторожно присматривались, всё больше понимая, что не просто так новенькая возится с зубрилкой. — Смотрите, Мёрк купила своей собачке новый ошейник! — Оскорбление имел бы куда больший вес, не разглядывай Джинни наряд Гермионы с жадной завистью. — Как в роли питомца, Грейнджер? — Тебе такая «хозяйка» даже во влажных снах не светит, Уизли, так что утри слюни, мантию мне испачкаешь. Вздёрнув подбородок повыше, Гермиона прошла мимо однокурсниц, будто невзначай поправив волосы и показав новенькие серёжки с магическим жёлтым топазом. Подруги вышли за двери, а Джинни продолжала клокотать ненавистью. Патил и Браун переглядывались, прекрасно понимая, что общение с Уизли надо завязывать, если не хочется остаться аутсайдером. — Нет, вы видели? Да что она такого делает в постели Мёрк, раз та… — Хватит, Джин! — Лаванда поморщилась. — Во-первых, какие бы отношения их ни связывали — это не наше дело. Во-вторых я сомневаюсь, что они вместе. Тут скорее вассалитет или патронаж. У Гермионы не те амбиции, чтобы стать постельной игрушкой… Окончание «в отличии от тебя» повисло в воздухе, но Уизли даже не заметила неловкого молчания, продолжая пыхтеть от злости. День пролетел со скоростью снитча и вот вся школа стоит во дворе, готовясь встречать гостей. Мёрк, оглядев толпу вокруг себя, молча достала палочку и начала накладывать на младшекурсников Согревающие чары. К ней присоединились Поттер, Грейнджер и близнецы, следом подтянулись Лонгботтом и даже Браун. Джинни и Рон демонстративно стучали зубами, но даже не коснулись своих палочек, что вызывало недоумённые взгляды у всех окружающих. Ну ладно если помогать не хотите, но о себе-то почему не позаботиться? Когда все перестали стучать зубами, вдруг раздался чьи-то выкрики: — Летят! — Это что, драконы? — Летучий дом! Трисс подняла голову и улыбнулась, глядя как на снижение пошла огромная карета, запряжённая крылатыми конями исполинских размеров. В Мёрк-холле были две конюшни — одна для магических пород, вторая для магловских. И именно в последней девушка пропадала чаще всего, отдавая предпочтение тяжеловозу-клейдесдалю вороного окраса. Французы же предпочли абраксанских жеребцов, которые сейчас нервно косились на толпу восторженных детей, не прекращая всхрапывать время от времени. Из кареты выскочил юноша столь прелестный, что женская часть Хогвартса замерла от восторга. Не обращая внимания на восторженные вздохи, юноша выдвинул ступеньки и отошёл в сторону, не забыв вытянуть руку в сторону. Из кареты показалась директриса школы Шармбатон — статная великанша в алой мантии. Номинально оперевшись на руку ученика, она вышла на улицу и внимательно осмотрелась. Взглядом наткнувшись на Дамблдора, директриса улыбнулась. И Трисс готова была поставить пару сотен золотых на то, что великанша очень желала бы увидеть старика в гробу. — Мадам Максим, добро пожаловать! — Мсье Дамблдор. — Грассирующие нотки, проскальзывающие в глубоком контральто заставили Трисс вздрогнуть. — Мои ученики. Огромная ладонь очертила небольшую, буквально в двадцать человек, группу. Французы жались друг к другу, вздрагивая от порывов холодного ветра. Максим, заметив это, перевела взгляд обратно на Дамблдора и попросила провести их внутрь. Но то ли это мешало планам старика, то ли ещё что, но просьбу великанши просто не услышали, продолжая восторгаться конями и расписывать, как Хагрид о них хорошо позаботится. Понимая, что сейчас директора начнут разборки, забыв об учениках, Трисс снова достала палочку. Согревающие чары были отправлены в сторону шармбатонцев, к девушке присоединились всё те же Гарри, Гермиона и остальные. Одна из девушек вздрогнула, почувствовав действие заклинания и закрутила головой, пытаясь понять, кто же был настолько любезен. И наткнулась на улыбку Мёрк. — Merci, mademoiselle. — Девушка подошла к гриффиндорцам. — Флёр Делакур. — Беллатрикс Мёрк. Как вам Англия? — Холодно, темно и ощущается нехватка горячего супа! Трисс рассмеялась, краем глаза отслеживая диалог директоров. Мадам Максим уже переходила на повышенные тона, тогда как Дамблдор только улыбался в бороду, не заметив, как французы тихо-мирно пригрелись «под крылышком» Мёрк. Они с Флёр обсуждали новые веяния моды в мантиях, когда водная гладь Чёрного озера пошла рябью. Разговоры тут же смолкли. Дурмстранг появился куда эффектнее французских коллег — огромный корабль, похожий на призрака из глубин, выплывал из воронки неспешно, словно красуясь. Северяне добрались от озера до замка довольно быстро, минут за десять. Закутанные в тёплые плащи с меховым подбоем, они были похожи на заблудившихся медведей. Во главе строя шёл мужчина в белом пальто и огромной шапке. Опираясь на посох, он подошёл к Дамблдору и с явным наслаждением расцеловал того в обе щёки. Трисс едва не зашипела, когда столкнулась взглядами с директором Дурмстранга. Но мужчина быстро отвёл глаза в сторону. — Дамблдор, мой старый друг! — Профессор Каркаров! Рад видеть. Пойдёмте внутрь? — Виктор немного простыл, так что да. Толпа вокруг заволновалась, внимательно разглядывая ученика, которого Каркаров обнимал за плечи. Гарри с удивлением понял, что это знаменитый Виктор Крам, ловец болгарской сборной по квиддичу. Уизли за их спинами едва не визжали, словно бешеные фанаты. Трисс вздохнула. Гермиона покачала головой. И только Флёр непонимающе моргала, пока её не окликнула мадам Максим.

***

В Большом Зале произошла небольшая заминка с рассадкой гостей. Потому как французы, вместо того чтобы усесться за предложенный им стол Рейвенкло, дружно направились к гриффиндорскому. Мадам Максим удивлённо моргнула, но спорить не стала — кто-то из учеников успел ей шепнуть, что именно гриффиндорцы согрели их, тогда как сами они до этого не сразу додумались. Куда большее было удивление, когда и часть северян расселись там же, у львят. Трое парней заняли места напротив Беллатрикс Мёрк, не особо вслушиваясь в гневные вопли своего директора. Каркаров, быстро поняв, что только роняет свой авторитет, гневно зыркнул на Трисс и ушёл, бурча себе что-то под нос. Дамблдор радостно подхватил его ругань — Светлейшему Мёрк уже встала костью поперёк горла, даром что месяц только отучилась. Но радость радостью, а надо было поприветствовать гостей. Трисс устало вздохнула, пододвигая к себе тарелку с ужином. Взяв в руки вилку и нацелившись на кусочек курицы, девушка вдруг замерла. И, осторожно положив прибор на край тарелки, подняла взгляд на одного из дурмстранговцев. — Виктор, нельзя так пристально смотреть на человека. — Ты моя подруга. — Это не отменяет того, что я человек. — Мёрк усмехнулась. — Чего ты от меня хочешь, Вик? — Услышать «привет»? — Ну, привет. Доволен? Я могу поесть? Издевательски улыбнувшись, Трисс схватила вилку и яростно воткнула зубчики в несчастный кусок птицы. Ей в принципе было не особо комфортно сегодня по вполне объективным причинам. Мало того, что на облюбованном ей месте начинало собираться всё больше людей — к Гарри и Гермионе присоединились близнецы — так ещё и пристальное внимание директоров не добавляло настроения и аппетита. «Заигрывания» Крама стали последней каплей. Флёр, безошибочно учуяв раздражение девушки, отвлекла северян разговором. В этом ей активно помогли близнецы, обожающие Крама. Мёрк ела, не поднимая глаз, медленно и вдумчиво пережёвывая каждый кусочек. Её не отвлёк даже хохот гриффиндорцев, когда Рон не смог и двух слов связать, стоило одной из француженок к нему обратиться. Мимо неё прошло и то, что к преподавателям присоединились двое мужчин, почти карикатурно различных между собой. Отвлёк её от мыслей только голос Дамблдора. — Торжественный миг!— Дамблдор огляделся, улыбаясь, словно ему вручили тонну лимонных долек. — Турнир вот-вот будет открыт. Перед тем как внесут ларец, я хотел бы коротко объяснить правила нынешнего Турнира. Но прежде позвольте представить тем, кто не знает, мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества. С места встал мужчина в строгой мантии. Худощавый, невысокий даже по сравнению с Дамблдором, он, тем не менее, выглядел более чем солидно. Цепкий взгляд тёмных глаз, аккуратно подстриженные усы — весь его вид буквально кричал о том, что перед смотрящим человек, мягко говоря, строгих нравов. —...А также Людо Бэгмена, начальника Департамента магических игр и спорта. Бэгмену достались щедрые аплодисменты, наверное благодаря его славе загонщика, а может, просто потому, что вид у него был куда приветливее. На фоне строгого Крауча Людо выглядел как школьник-переросток. Широкоплечий и высокий, с любовно наеденным животом, но школьник. — Мистер Бэгмен и мистер Крауч будут судьями состязаний. Ларец сюда, пожалуйста. Завхоз, который до этого момента прятался где-то, тут же появился около профессорского стола. Под руководством сквиба домовики толкали постамент, на котором стоял старинный, богато украшенный деревянный ларец. — Итак, нас ждут три тура состязаний, основаных исключительно, — Трисс заметила, как ехидно блеснули глаза директора и насторожилась, — На школьной программе. Чемпионам предстоит продемонстрировать владение магическими искусствами, личную отвагу и умение преодолеть опасность. Три чемпиона, по одному от каждой школы. Чемпион, набравший во всех турах самое большое число баллов, становится победителем. Участников Турнира отберёт самый беспристрастный из нас — Кубок огня! Дамблдор вынул волшебную палочку и стукнул по крышке ларца три раза. Крышка медленно, со скрипом открылась и из недр ларца выплыл Кубок. Грубая резьба, тёмное дерево, в целом ичего примечательного — если бы не пляшущие внутри него синеватые языки пламени. — Желающие участвовать должны разборчиво написать свое имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — сказал он. — Кубок будет выставлен в холле, а завтра вечером будут выбраны достойнейшие из достойных, которые примут участие в Турнире Трех Волшебников. Зал загалдел, когда Дамблдор отдельно подчеркнул то, что участвовать могут только достигшие семнадцати. Трисс же гипнотизировала Кубок, пытаясь понять, что же её настораживает во всей этой ситуации. — И последнее: желающие участвовать в конкурсе, примите к сведению — для избранных в чемпионы обратного хода нет. — Голос Дамблдора пресёк все возмущения. — Чемпион будет обязан пройти Турнир до конца. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя. Надо ли говорить, что хоть кто-то отнёсся к словам директора серьёзно? Гриффиндорцы возмущались, хаффлпаффцы им вторили, хоть и не так громко. Рейвенкло обсуждали юридическую сторону запрета. И лишь стол Слизерина был погружён в тишину. Как только Дамблдор сказал, что пора готовится ко сну — даром что до отбоя была ещё куча времени, Трисс поняла, что пора быстро линять отсюда. Но скрыться в коридорах ей не удалось — Крам будто на запах шёл, а потому нагнал её быстро. — Белль, что происходит? — Юноша крепко, но осторожно сжал предплечье Мёрк. — Я тебя обидел? — А разве нет? — Тогда объясни, что я сделал не так. Мёрк гневно выдохнула, глядя на Виктора. Все пять лет, сколько она училась в Дурмстранге, Вик был её опорой и защитой. Даже Каркаров не рисковал делать гадости, если поблизости находился Крам, что уж говорить об учениках. Что именно сподвигло его взять под крыло поступившую девчонку — никто не знал, даже сама Трисс. Но она была благодарна за это, даже учитывая то, что часто заступничество Крама не помогало. В мрачных замках всегда хватало тёмных закоулков, куда не проникает взгляд защитника… — Если ты считаешь, что не отвечать на письма и игнорировать блокноты это нормально, то катись к… Каркарову! — Что? Я не получал твоих писем. — Виктор вдруг смутился. — А блокнот у меня забрала тётя. Я тайком писал тебе несколько раз, но ответа не было. Поэтому подумал, что ты… — Что я решила прекратить общение? Виктор кивнул, не переставая хмуриться. Его родня была против общения с Беллатрикс, но почему именно, так никто парню не объяснил. «Нельзя» и всё. Девушка вдруг как-то обмякла, моментом перестав быть похожей на колючего ёжика. Крам, заметив эту перемену, осторожно потянул Мёрк на себя, заключая подругу в объятия. — Рад тебя видеть, бельчонок. — Я так скучала, Вик. — Трисс крепко обняла друга, с каким-то странным наслаждением вдыхая знакомый запах. — Значит, опять родители? — Угу. Ничего, вернусь — разберусь. Я пошёл им на уступки с этим мордредовым квиддичем, пусть и они что-то сделают. — Опять будешь угрожать, что бросишь карьеру? — И брошу, если упрутся. Мне всё равно ни тепло, ни холодно от этого занятия. — Не надо. Тебе же нравится летать. — Мне нравится именно что летать, а не гонять, как умалишённый, за крылатым куском золота. Мёрк тихо рассмеялась, освобождаясь от объятий Виктора, который очень неохотно разжал руки. Улыбаясь, девушка посмотрела в лицо друга. Чуть привстав на цыпочки, она осторожно отвела прядь волос от лица юноши. Сбоку послышалось неловкое покашливание. Трисс скосила глаза в сторону и едва сдержала ухмылку, заметив горящие глаза Поттера. Рядом с ним мялась Гермиона. — Трисс, прости, я пыталась его удержать. — Ничего, Мио. — Девушка повернулась к Виктору боком и, положив руку ему на плечо, перевела взгляд на гриффиндорцев. — Позвольте представить, мой хороший друг — Виктор Крам. Виктор, это Гарольд Поттер и Гермиона Грейнджер. Виктор пожал руку Гарри, обозначил поцелуй на ладошке Гермионы и неловко улыбнулся. Поттер чуть остыл после того, как Трисс представила болгарина как друга. Он сам себя не понимал, но, когда увидел обнимающуюся пару, был готов проклясть Крама самым страшным заклятьем, которое только знал. Благо, что знал он не так много. Трисс же с каким-то садистским удовольствием отметила, что ревность, пусть и неосознанная, на Поттера влияет куда лучше всех нравоучений. Вон как загорелся, аж спина выпрямилась, плечи расправились, манеры прут, как каша из горшка. Сдержав улыбку, девушка предложила прогуляться по замку, показать гостю окрестности, пока их не загнали обратно на корабль. Но мечтам не суждено было сбыться — едва они подошли к выходу, как Виктора окликнул один из однокурсников. — Крам! Тебя директор ищет! — Чтоб ему икалось… — Юноша поджал губы и вздохнул. — Сейчас опять будет морали читать, что невместно мне со всякими общаться. — Да забей, Вик. Вы тут надолго, так что варианта у тебя всего два. Либо не реагировать, либо прекратить общение со мной. — Не дождётся, старый хр… — Виктор! Как бы не хорохорился Крам, но при звучном голосе своего директора голова всё-таки чуть вжалась в плечи. Парень, казалось, ссутулился ещё сильнее, хотя больше уже было некуда. Ребята повернулись к шагающему к ним Каркарову, каким-то неосознанным движением закрыв собой Виктора. Каркаров аж чуть притормозил, особенно когда заметил взгляд Трисс. — Мисс Мёрк. — Профессор Каркаров. Как поживаете? — Прекрасно, особенно когда на нервы не действуют всякие мелкие мошки. — Мне казалось, насекомые к вам вообще не приближаются. У вас довольно специфичный вкус на духи, знаете ли. Каркаров, который отродясь не признавал парфюма, гневно запыхтел. Он открыл было рот, чтобы высказать всё, что думает, но замер, глядя поверх голов подростков. Трисс пятой точкой почувствовала, что вечером ей будут высказывать очень неприятные вещи. — Игорь Каркаров собственной персоной. — Мистер Снейп… — Мёрк, Поттер, Грейнджер! Идите в башню, если не хотите нарваться на отработку. — Но до отбоя ещё два часа! Зельевар мстительно прищурился и Поттер почувствовал себя, как в старые добрые времена, флоббер-червём. Голова Избранного чуть склонилась, признавая молчаливо поражение. Подхватив «своих» дам под локотки, он тихо попрощался с Виктором и поволок девушек в сторону гриффиндорской башни.

***

— Чует моя задница, что будет какая-то подстава. — Мёрк с мрачным лицом размазывала яичницу по тарелке. — Помяните мои слова! — Трисс, ты мало похожа на Трелони, так что не надо нам тут знаков судьбы. Мио сделала глоток чая и снова уткнулась в книгу. Это осталось единственной привычкой, которую Трисс так и не смогла искоренить. Гарри ощущал примерно то же самое, что и Мёрк, только он с обречённостью принимал это знание. Он и на пушечный выстрел не стал приближаться к Кубку, но заметил в холле толпу учеников, среди которых были и близнецы Уизли. — Ой… Ребят, что это с вами? Трисс, услышав лёгкие истеричные нотки в голосе Гермионы, отвлеклась от терзания яичницы и подняла взгляд на усаживающихся за стол близнецов. Пару раз моргнув, девушка помимо воли хихикнула, сразу же зажав себе рот рукой. Грейнджер сидела красная до корней волос, то и дело надувая щёки и изо всех сил сдерживая смех. Потому что Уизли щеголяли бородами, которым позавидовал бы сам Дамблдор! Минуты три все стоически держались, но когда Джордж умудрился запутаться руками в бороде уже не выдержали и над столом раздался громогласный хохот. Благо, что близнецы даже не думали обижаться и только посмеивались вместе со всеми. Они трагическим шёпотом пожаловались, что Зелье Старения, которое они сварили, не сработало. — Точнее сработало, но не так. — Фред почесал в седом затылке. — А мадам Помфри выгнала нас, сказав, что сами виноваты. — Может, побриться? — Не помогает. Смотри! Джордж достал палочку и, направив кончик на своё лицо, шепнул заклинание бритвы. Им обычно пользовались крайне редко, поскольку оставалась куча проплешин, но именно это и нужно было Уизли. Кусок бороды шлёпнулся на стол, но на гладкой коже тут же начали пробиваться новые волоски. Джордж развёл руки в стороны, как бы показывая, что он тут бессилен. Трисс, уже успокоившись, сунула руку в сумку, которую невесть зачем взяла с собой субботним утром. И вытащила небольшую коробочку, в которой что-то перекатывалось. Две горошины легли перед близнецами на стол. Посмотрев на них, а следом на Мёрк, Уизли разве что по лбу себя не хлопнули. — И как мы не догадались? — Безоар! — Не факт, что поможет. — Пресекла лишнюю радость Мёрк. — Но попробовать стоит. А то Дамблдор обзавидуется и подавится лимонной долькой! Все дружно хмыкнули, понимая, что на такое чудо надеяться не стоит. Близнецы быстро закинули противоядие в рот и уставились друг на друга, ожидая невесть чего. Прошло минуты три и Уизли скуксились, не замечая каких-то изменений, когда бороды вдруг посыпались, словно листья с Дракучей Ивы по осени. Волосы, правда, просто вернули свой медно-рыжий оттенок, оставшись той же длины, как и выросли. — Эх, а я так хотела посмотреть на лысых Уизли! — Мёрк хмыкнула и достала из сумки две обычных чёрных резинки для волос. — Только стричь не вздумайте. Вам идёт. — Благодарим… — Миледи… — За комплимент! Трисс покачала головой, глядя, как близнецы ловко стягивают волосы в низкие хвосты. Им и правда шло, особенно когда парни, используя друг друга словно зеркала, чуть подровняли причёски, обрезав несколько прядей покороче. После завтрака, понаблюдав издалека за дружно промаршировавшими к Кубку северянами и прилетевшими, словно бабочки на огонь, французами, гриффиндорцы дружно направились на улицу. По пути к ним присоединились Малфой, Нотт, Забини и Паркинсон. Уже у входа догнали толпу Крам и Делакур. Мёрк не сдержала грустного вздоха, но решительно затолкала своего внутреннего интроверта поглубже. Студенты решили устроиться около Чёрного озера, благо погода радовала последними тёплыми деньками. — Нутти! — Трисс улыбнулась появившейся домовушке. — Принеси пожалуйста пледы. Не на камнях же сидеть… Эльфийка появилась спустя минут десять, нагруженная не только одеялами, но и двумя большими корзинами со снедью. Стихийная прогулка медленно превращалась в пикник и все были только за. Делая глоток лимонада, Поттер вдруг громко выругался. — Уверен, что быть мне Чемпионом! — Но ты ведь несовершеннолетний! Хор прозвучал почти стройно, так что Трисс даже немного удивилась. Близнецы и Гермиона грустно вздохнули, чем озадачили слизеринцев и гостей. Понимая, что далеко не все в курсе, что происходило за годы учёбы Поттера здесь, Мёрк в двух словах объяснила, как к таким выводам пришёл Гарри. — То есть как это, василиск? — Флёр готова была рвать и метать. — Тебе же… Ты же… Petit! — А кого это волнует? Крам молча покачал головой, подсовывая на тарелку Трисс кусочек торта. Француженка возмущалась ещё пару минут, но стихла под взглядом Гермионы. — Ты можешь быть прав, Гарри. — Мёрк пожевала губу. — Но надеюсь, до этого не дойдёт. Главное помни, что я говорила вчера. Поттер кивнул, грустно улыбаясь. Вчера, когда он завёл девушек в башню, Трисс потащила его в их покои и, закрывшись заклинаниями так, что магия начала трещать от переизбытка, дала краткую инструкцию. Его спасением могло стать то, что он частично эмансипирован, так что просто так договор с ним никакой не заключишь. Особенно такой, как с Кубком — или сдохни, или иди воюй. Но от переживаний это не спасало и, расслабившись, парень попросту не сдержался. Всё чаще ему хотелось ощутить поддержку — и он её получал. От Гермионы, ставшей довольно чуткой к проблемам друга. От близнецов-шалопаев. Да что там, даже Малфой, приходя на занятия, завуалированно и сдержанно, но старался приободрить парня. Трисс же внушала спокойствие одним своим видом. Флёр вдруг ойкнула, внимательно всматриваясь в глаза Мёрк. Девушка непонимающе изогнула бровь, глядя на француженку. Крам тоже чуть наклонился вперёд и тихо выругался. — Белль, у тебя… — Делакур нервно икнула, неосознанно жестами показывая на свои глаза. — Это… — Да что там такое? — Трисс достала палочку и сотворила перед собой зеркало. — В Бога ду́шу мать! У неё всегда были странные, даже для мага, глаза — на почти чёрной радужке будто разлилась полупрозрачная красная лужица. С возрастом красный становился всё ярче, но сейчас глаза стали тёмно-алыми, словно венозная кровь. «Ещё два года до того, как проснётся Наследие… Так почему же? Мордред, придётся вечером связываться с мамой!» Сняв с пальца одно малоприметное колечко, Трисс что-то поколдовала над ним и, когда снова его надела, глаза стали почти нормальными. Развеяв зеркало, девушка внимательно оглядела сидящих и хмыкнула. — Вы что, ранних признаков Наследия никогда не видели?

***

Ужин поражал великолепием, как и в прошлый вечер. С удовольствием присоединилась к трапезе даже Трисс, которая всё это время предпочитала то, что приносил ей эльф. Когда все насытились, а тарелки исчезли, с места встал Дамблдор. Сияя восторгом и предвкушением, директор хлопнул в ладоши, привлекая внимание к своей персоне. — Кубок вот-вот примет своё решение! Как только будут определены Чемпионы, я прошу их пройти в комнату, примыкающую к залу. Там вам зачитают инструкции к первому туру. Старый волшебник чуть притушил свет, создав гнетущую атмосферу, которая только подчёркивалась синими языками пламени, что вырывались из Кубка. Вдруг огонь вспыхнул красным, выплёвывая первый кусок пергамента. Ловко поймав его, Дамблдор подслеповато прищурился и произнёс первое имя: — Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам! Зал взорвался криками. Болгарин же досадливо поморщился, но встал с места и, ссутулившись, направился к указанной комнате. Едва он скрылся, как Кубок снова полыхнул. — Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур! Снова крики, мадам Максим, забыв о приличиях, громко свистнула в два пальца, оглушив сидящего рядом с ней Флитвика. Француженка улыбнулась откровенно нервничающим гриффиндорцам и ушла, не забывая махать рукой всем вокруг. Трисс вдруг почувствовала, как резко высохли губы. Нервно облизнув их, девушка гипнотизировала Кубок, ожидая последней, третьей вспышки. «Только не Гарри… А если и он — то пусть успеет произнести разрыв. Но лучше бы вообще не он! Пусть будет Диггори, Флинт, да хоть миссис Норрис! Только не Гарри, только не Гарри…» — Чемпион Хогвартса… — Голос Дамблдора дал петуха от удивления. — Кхм, прошу простить. Чемпион Хогвартса — Беллатрикс Мёрк!