Невеста для Избранного

— Трисс, вот ты совсем или чуть-чуть? — Дядя, не волнуйся. Никто ничего не понял, я думаю. — «Думаешь»? Нет, Трисси, ты не думаешь! — Снейп гневно уставился на племянницу. — Тебе ведь столько вариантов предложили, почему ты выбрала именно этот? — Он самый безопасный — раз. Два — надо показать всем, что со мной надо считаться. — Тебе всего четырнадцать! Даже если ты сейчас выдашь уровень Мерлина, прокатишься верхом на хвостороге и уткнёшь Дамблдора головой в пол Большого Зала — тебя всё равно никто не воспримет всерьёз! Авторитет нарабатывается годами, Трисс, его не завоевать одним показом возможностей! Девушка поджала губы, отворачиваясь от дяди. С одной стороны она была полностью довольна своим выступлением. С другой — мужчина был абсолютно прав. Но, Мордреда в постель Дамблдору, как же приятно было! И ошарашенные взгляды зрителей, и собственная сущность, довольно урчащая где-то в груди из-за того, что ей наконец дали волю. — Тебе сильно повезёт, если старик не найдёт информацию о произошедшем. А он может, Трисси. У него огромная библиотека в распоряжении и сколько ещё он вытянул из мэноров мы не знаем. Утихни хотя бы на время, пожалуйста. Именно в этот момент нагрелся медальон связи, который девушка не снимала никогда. Вытащив его из-под рубашки, Трисс обречённо вздохнула, но всё-таки активировала руну ответа. — Привет, мам. — Трисси, змейка моя ненаглядная, это что такое было? Я получила воспоминания от Северуса! Зельевар чуть усмехнулся — после головомойки от матери Трисс точно успокоится, перестав дёргать Альбуса за бороду. Снейп конечно сомневался, что старик сможет сделать что-то опасное и угрожающее жизни племянницы, но стоило перестраховаться. — Мам, только ты не начинай! — В каком смысле «не начинай»? Трисси, я для чего тебе прислала новую мантию? Чтобы ты на первом же этапе показалась всем в непонятном костюме? — Снейп поперхнулся воздухом, услышав эти слова. — Так, солнышко, на следующее испытание только посмей выйти непонятно в чём! Ты себе там имя зарабатываешь, а не в бирюльки играешь, между прочим! — М-м-м… А тебя не смутило, как именно я прошла испытание? — А должно? Милая, это часть тебя, как можно возмущаться? — В голосе Примроуз было слышно неподдельное удивление. — Подожди! Неужто Север на тебя ругался? — Он и сейчас смотрит на меня так, будто хочет одновременно и отравить, и розгами отлупить. — Сев, даже не думай! Давай я не буду тебе напоминать, что с тобой было после подавления наследия! — Роуз, но… — Я знаю, о чём ты беспокоишься. Не волнуйся, он не найдёт, что это было. Нет такого в книгах, друг мой, только легенды, которые рассказываются в семье. Зельевар обречённо закатил глаза, но от Трисс послушно отстал. Примроуз нарочно надавила на болезненные воспоминания. Тогда Северус свалился в горячке прямо посередь Мёрк-холла и если бы не давние курсы целительства, которые проходила Примроуз, его бы вряд ли откачали. Но леди сначала облегчила симптомы, а когда докопалась до причины — устроила зельевару глобальную головомойку. Не спасло даже то, что Северус старательно пытался изображать умирающего. «Северус Тобиас Принц-Снейп! Даже если ты сейчас сдохнешь, я найду некроманта, призову твою душу и всё равно договорю!» — примерно так выразилась Примроуз, не забывая обтирать зельевара прохладным полотенцем. Тогда-то он и узнал, что все его недомогания из-за подавленного — блоками и психикой — наследия. С помощью молчаливого целителя, спешно найденного шамана и чьей-то матери, он смог частично принять наследие в почти тридцать лет, что считалось невозможным. Но если целитель и вправду был удивлён, то шаман только загадочно сверкал глазами и очень внимательно следил за бегающей по дому Мёрк маленькой Трисс. Тряхнув головой, зельевар вернулся в настоящее и недовольно зыркнул на девушку, которая уже закончила разговор с матерью насчёт нарядов на Святочный Бал. — Дядя, ну не дуйся. — Трисс осторожно, словно прикасалась к дикому зверю, положила ладонь на предплечье мужчины. — Я знаю, что ты беспокоишься. Обещаю, что не буду больше так явно демонстрировать свои способности. — Не обещай того, чего не сможешь выполнить. Зельевар усмехнулся, приобнимая племянницу за плечи. Они ждали гриффиндорцев, чтобы начать тренировку, но ребята почему-то задерживались. Ввалились в Выручай-комнату все вместе, сгибаясь от смеха. Драко шёл за ними, снисходительно поглядывая на «гриффиндурков» и явно копируя мимику отца. Трисс с Северусом переглянулись, но решили дождаться пояснений от самих опоздавших. — Ой, не могу… — Мио вцепилась в одного из близнецов, чтобы не упасть. — МакГонагалл решила устроить тренировку по танцам! — И это вызвало у вас приступ неконтролируемой истерии? — Ха-а-а… Нет, младшие Уизли вызвали! — Мио покосилась на Джорджа. — А, точно. — Что «точно»? — Вспомнила, что уточнений не надо. Вы же не Уизли. Близнецы дружно усмехнулись и отвесили шутовские поклоны. Малфой закатил глаза, усаживаясь в кресло. Он уже даже не удивлялся — просто устал. Но не мог не признать, что с появлением Трисс в Хоге стало куда веселее. Да и что уж говорить, видимо, только семейке Мёрк под силу было всколыхнуть то болото, в которое превратилась магическая Англия. — И что там Уизли? — Мёрк непонимающе моргнула. — Чего они устроили? — О, Трисс, поверь мне, даже Гарри — искусный танцор по сравнению с Роном! Там такое дерево, что МакКошка расшипелась! — Мордред, кто ты такая и куда ты дела нашу вежливую Мио? Посмеиваясь, девушки дружно ушли переодеваться. Накануне они обе решили, что на балу будут в платьях, а не в классических мантиях, так что стоило потренироваться не наступать на длинные юбки. — Мне жутко повезло, что я с тобой одного роста, Белль! — Да вам вообще со мной повезло, Мио. — Девушка остановила подругу и поправила подол. — Самое главное, что совы быстро доставили туфли. Не то ломать нам с тобой ноги на балу, хоть привыкнуть успеем. Когда они вышли из небольшой подсобки, которую Трисс добавила в Выручай-комнату, парни замерли. Конечно, это были не те платья, которые прибудут к балу, но тоже стоящие внимания. Малфой чуть нервно выдохнул, скользнув взглядом по фигуре своей партнёрши. Талия, подчёркнутая корсетом, будто стала ещё тоньше. Вырез «лодочкой» обнажал плечи девушки, мягкая шёлковая вуаль одновременно скрывала декольте и выделяла хрупкие ключицы. Из той же вуали был выполнен низ платья, множество в меру пышных юбок сделали Гермиону похожей на диковинный цветок или какую-то лиану… Поймав ехидный взгляд гриффиндорки, Драко поперхнулся. «Хищный цветочек, однако». Мёрк выглядела не хуже подруги. Чёрное платье также было корсетным, но шнуровки не было видно. Гладкий шёлк корсета и юбки сочетался с тончайшим батистом, накидка из которого прикрывала откровенный вырез на спине. Девушки, чуть морщась, медленно «плыли» к партнёрам, привыкая к не самой удобной обуви. И это ещё Мио отговорила Трисс от заказа туфель на четырёхдюймовой шпильке! — Вы так и будете стоять? — Снейп отвесил Драко и Гарри по затрещине. — Не заставляйте дам ждать, олухи! Парни, отмерев, наконец, направились к девушкам. Близнецы стояли рядом с зельеваром, с улыбками поглядывая на танцующих.

***

Через две недели почти каждодневных тренировок Поттер, наконец, перестал напоминать дерево. То ли помог разговор с Северусом, то ли он всё-таки смог перебороть себя, но за неделю до бала парень начал танцевать нормально. А Трисс буквально пылала раздражением всё это время. Одной из причин такого настроения девушки был… Грюм. Которого с какого-то перепугу отпустили из Мунго, сняв все обвинения в неадекватности. В Аврорате его, слава Мерлину, не восстановили, но Дамблдор принял старого психа на ту же должность преподавателя ЗоТИ для старшекурсников, полностью игнорируя возмущения родителей, Попечительского Совета и остальных «власть имущих». Примроуз примчалась в Хогвартс вместе с четой Малфоев на разборки, только вот и это ничего не дало. Альбус действовал в рамках закона, а в справке из больницы зеленоватым по жёлтому было написано «адекватен». Так что, скрипя зубами, старшим магам пришлось отступить. Зато деткам был выдан полный карт-бланш на устранение старика. Но Мёрк пока запретила его трогать, тем более, что бывший аврор вёл себя на редкость разумно. Даже не бросался на всех с криками о бдительности, уроки вёл строго в рамках программы. — До Святочного три дня, Трисс. — Знаю, Мио. Нам ещё с тобой в Малфой-мэнор идти, не забыла? — Такое забудешь… — Грейнджер передёрнула плечами. — Это обязательно? — Да. — Ты сама не своя последнее время. Гриффиндорка села рядом с подругой, заглядывая в красноватые глаза. Трисс криво улыбнулась, потирая висок. За последние дни она уставала так, что проваливалась в сон сразу, едва голова касалась подушки. Хотя нагрузка была совершенно обычной. Просыпалась она ничуть не отдохнувшей, потому что ночам её тревожили непонятные, полные смутной опасности сны. Единственное, что она помнила из них — расплывчатая фигура, что смотрела на неё красными глазами. Причём угроза шла не от этого видения, а от чего-то другого, но Мёрк никак не могла ухватить направление. — Просто… Много всего, сама знаешь. — Мёрк, врать ты не умеешь. — Гермиона чуть поморщилась, глядя на совершенно не устыдившуюся подругу. — Надеюсь, если что-то произойдёт, ты не будешь молчать. — Не буду, Мио. Обещаю. С сомнением глянув на соседку-наставницу-подругу, гриффиндорка поднялась с диванчика и направилась в свою комнату — спать хотелось невероятно, а завтра первыми стояли спаренные Зелья. Трисс же осталась сидеть в их небольшой гостиной, задумчиво глядя в камин. Она бы наверное просидела так до самого утра, но вдруг завибрировал амулет связи, который она никогда не снимала. — Мам? — Трисси, зайка, ты где? — В комнате. Точнее, в гостиной. — Мио уже спит? — Вряд ли, но она у себя. — Намёк был понятен и Трисс, поднявшись, направилась в свою комнату. И демонстративно произнесла вслух заклинание, запечатывая дверь. — Что-то случилось? — Милая, я сейчас пришлю эльфов. Один тебя прикроет, второй переправит домой. — Мам? — Давай поговорим лично, хорошо? — Ладно. Эльфы появились бесшумно. Один из них тут же начал ворожить, копируя магическую составляющую Трисс. Как только он закончил, второй протянул девушке свою лапку и комната опустела — эльф скрылся за невидимостью, внимательно отслеживая, не постучат ли незваные гости. В Мёрк-холле её уже ждала обеспокоенная мать. Если бы Трисс не знала все её реакции, она бы и не заметила волнения — столь прекрасно Примроуз владела лицом. Рядом с леди Мёрк стояла Нарцисса Малфой. Безумно расстроенная, с покрасневшими глазами. Было видно, что леди уже вдоволь наплакалась, да и сейчас держала себя в руках кое-как. — Леди Малфой, мама. — Трисс едва заметно дёрнула головой, приветствуя женщин. — Что-то произошло? — Мы нашли Сириуса, милая. Заметив, как вздрогнула на этой фразе Нарцисса, девушка чуть нахмурилась. И, подхватив гостью и мать под локотки, отбуксировала их в одну из ближайших комнат. Там, усадив нервную блондинку в кресло и вызвав эльфа с напитками, Трисс уселась на диванчик, внимательно глядя на мать. — Судя по всему, там всё не так гладко, как я надеялась? — Он безумен, Трисси. — Нарцисса рвано выдохнула, сдерживая слёзы. — Почти всё время проводит в анимагической форме, а когда становится человеком — ведёт себя как животное. Не узнаёт меня, никого из своего окружения. Даже говорить разучился. — Агрессия? — Нет, ни капли. Колдомедик только развёл руками, сказал, что такой регресс личности видит впервые и не справится с лечением. Трисс, сцепив пальцы в замок, задумалась. Молчание явно затягивалось, когда младшая Мёрк наконец отмерла. И, внимательно посмотрев на мать и Нарциссу, вздохнула. — Предлагаю обратиться к дяде. — Но он терпеть его не может! — Примроуз всплеснула руками. — Ты же знаешь всю историю. — Знаю, но больше вариантов у нас просто нет. Мы не сможем найти толкового менталиста в Англии… Трисс едва ли не зубами скрежетала, про себя костеря Министерство и Дамблдора, которые загубили целую научную ветвь и заставили талантливых людей покинуть страну. — А где Сириус сейчас? — Здесь, в красной гостевой спальне. — Не боишься, что сбежит? — Трисс встала с кресла одним тягучим, нехарактерным для её порывистой натуры, движением, и это заметила Примроуз. — Пойду посмотрю, насколько всё плохо. — Трисси, ты как себя чувствуешь, а? — Замечательно, мам. Да, слишком рано, я в курсе. Но со мной вечно всё идёт не так, как надо, ты же помнишь. Девушка, усмехнувшись, покинула гостиную. А Нарцисса, чувствуя себя глупенькой школьницей, непонимающе посмотрела на Примроуз. — Не смотри на меня так, Цисси. — Леди Мёрк вздохнула, наливая им обеим вина. — Как хорошо, что у тебя Драко не скороспелка, как моя зараза. — Неужели наследие? Рано ведь! — Ты это Трисс скажи. А точнее её организму. Ох, не завидую я Дамблдору, если он ей решит на мозолях потанцевать…       

***

      

      Трисс осторожно заглянула внутрь комнаты, стараясь не напугать больного. И удивлённо моргнула, заметив огромного чёрного пса, который бегал за испуганным эльфом. — Блэк, фу! — Пёс затормозил всеми лапами, которые проскользили по гладкому паркету, одновременно с этим поворачиваясь к девушке. — Плохой пёс! Домовик наконец додумался исчезнуть с тихим хлопком. Вздохнув, Трисс оглядела комнату, плотно закрывая дверь — не хватало ещё, чтобы пёс сбежал.        У окна лежало порванное одеяло, из которого маг, отдавшийся инстинктам, пытался сделать подобие гнезда. Постель стояла нетронутой, словно её только что перестелили. Пёс, внимательно посмотрев на вошедшую незнакомку, шумно вдохнул, принюхиваясь. И, решив, что человек опасности не несёт, отошёл к окну, укладываясь на одеяло. Положив голову на лапы, Блэк умильно прижал уши к голове, а его хвост отбивал неизвестный ритм по полу. Медленно подойдя к псу, Трисс присела перед ним на корточки, заглядывая в глаза. Что она надеялась там увидеть — она и сама не знала. Сириус не знал её, не мог знать. Но в собачьих глазах мелькнула какая-то странная тень. — Сири, тебе надо прийти в себя. — Пёс наклонил голову вбок, слушая голос человека. — Ты нужен Гарри. Тихое бурчание Трисс решила принять за звуки согласия и понимания. Правда, это не дало ей ни единого ответа на вопрос, как же умудрился так себя довести Блэк. Ведь в том году, спасаясь от Министерства и дементоров, он был вполне себе человеком. А этим летом вдруг пропал, подняв на уши Дамблдора и всех остальных. — Что же с тобой случилось, Бродяга? — Пёс что-то профырчал, будто жаловался на кого-то. — Уж прости, не понимаю. И тут Трисс осенило. Сев в позу полулотоса перед псом, девушка глубоко вдохнула, мысленно прося помощи у самой Магии — чтобы получилось. И тихо запела, глядя в глаза пса. Если над стадионом тогда неслась колыбельная, то сейчас в песне слышался плач, тоска по любимым и Зов. Блэк зачарованно глядел на девушку, чьи волосы чуть шевелились в такт звукам. Не переставая петь, Трисс вдруг едва заметно улыбнулась. Потому что взгляд пса стал меняться. И она усилила нажим, вкладывая в песню всё, что только могла.        Она не теряла близких, не могла знать, как болит разорванное на клочки сердце, но почему-то могла найти те самые ноты, что затрагивали саму душу анимага, решившего остаться псом навечно.        Трисс почти досуха себя выжала, когда на месте худого, огромного пса оказался мужчина — такой же худой, даже тощий. И который смотрел на неё грустными глазами. — Привет, Блэк. — Здравствуй… — Мужчина встряхнулся по-собачьи. — Зачем? — Ты нужен Гарри. Ты помнишь, кто это? — Конечно. — Бледные губы тронула слабая улыбка. — Сохатик… Но нельзя. И мне нельзя быть человеком, особенно рядом с Гарри. — Расскажешь, почему? — Директор. Он обманул всех, обманул меня…        Выходя из комнаты, где уже спал, напоенный зельями, Блэк, Трисс искренне была уверена в двух вещах. В том, что у неё явно прибавилось седины, и в том, что одну бородатую суку мужского пола надо обезвреживать.              

Ретроспектива

После фееричного полёта на гиппогрифе Сириус, как и планировал, поселился на Гриммо. Клювокрыла он благополучно пристроил в одной из комнат, сам же начал плавно сходить с ума.        Альбус на все просьбы Блэка посодействовать в его оправдании, либо менял тему, либо делал вид, что вообще сделать ничего не может. После пары громких ссор с директором Сириус… Запил. Он опустошал погреба Блэк-хауса, почти не выходя из комнаты. Кричер, как бы он ни выкручивал свои уши, против прямого приказа никогда не лорда, но когда-то наследника, пойти не мог. А тут ещё Блэк запретил домовику сообщать кому-либо о его, Сириуса, состоянии. Древний эльф едва вместе с ним с ума не сошёл, когда в дом вдруг пришёл Альбус. Который в приказном порядке велел напоить Сириуса Отрезвляющим и накормить.        Когда откровенно страдающий Блэк смог сгрести себя в кучу и спуститься в гостиную, директор почти потерял терпение. А потому разговор пошёл на повышенных тонах и начался с требований к блудному псу.        Требовал Альбус, ни много ни мало, а чтобы Блэк устроил крестнику эмоциональные качели. Игнорировал большую часть писем, писал только то, что одобрит он, Великий Светлый, а ещё Блэку надо было старательно подталкивать мальчишку к бунту. Только вот пропитые мозги вдруг решили заработать и Сириус, выслушав требования, только покивал, соглашаясь. И, едва Дамблдор покинул дом на Гриммо, решил сбежать подальше. Потому что ушлый старик имел слишком много рычагов давления, в том числе и работающие закладки, а терять доверие крестника, которое даже не успел заработать, Блэк не хотел.              

Конец ретроспективы

— То есть ты… — Трисс вздохнула, приваливаясь спиной к стене. — Сириус, ты идиот. Ты мог обратиться к… Да к той же Нарциссе! — Знаю. Но тогда это показалось лучшим выходом. — Ладно. Главное, что мы тебя нашли. — Кстати, а как? — Поиск по крови. — Девушка умолчала о том, чья именно кровь использовалась в ритуале. — Я могу быть уверена, что ты не будешь больше делать глупостей, Блэк? — Постараюсь. — Отдыхай, Сириус. Советую не спорить с мамой. — Не собирался даже. Мне ещё извиниться бы надо перед ней и Нарси… Усмехнувшись, Трисс встала с пола и, не удержавшись, потрепала мужчину по вихрастой голове. Как бы она ни старалась, Сириус не воспринимался как взрослый человек. Младший брат — да, ровесник — с натяжкой, но сойдёт. Но в мыслях девушка всё-таки понадеялась на то, что воспитание леди Малфой и Мёрк смогут подопнуть развитие Блэка в сторону роста.        Потому что если это не сработает — Блэку не поможет уже ничего.              

***

На следующее утро Трисс вела себя, как ни в чём не бывало. Вместе со старшими дамами они решили пока не будоражить Гарри и Мио, сообщая им о найденном Блэке и его состоянии.        Потому что Гарри снова умудрится накрутить сам себя и всех вокруг, а Мио вообще дебютировать со дня на день, нечего нервировать девушку почём зря. Примроуз клятвенно пообещала поставить Блэка на ноги и начала исполнение обещания с того, что мужчину силком отправили в Румынию, в основной дом семьи. Там его уже ждал вызванный семейный колдомедик, приглашённый менталист из гильдии и армия домовиков. Всем было приказано не спускать глаз, лечить, не взирая на протесты пациента и докладывать ежедневно. Судя по прогнозам, мозги Блэку должны будут вправить к лету, тогда и можно будет устроить встречу, к тому же гриффиндорцы уже всеми руками и ногами были за проведение каникул в Мёрк-холле.        Так что девушка спокойно наслаждалась привычным завтраком, когда услышала за спиной знакомое постукивание дерева о камень. Спина Трисс напряглась, но Грюм прошёл мимо.        Напротив Мёрк рухнула Гермиона, успевшая заскочить в библиотеку с самого утра и взявшая очередной талмуд «для лёгкого чтения». Трисс мимоходом порадовалась, увидев название книги — «Бытовые заклинания для леди благородных родов» и вдруг перевела взгляд на Грюма, который как раз доковылял до стола преподавателей. — Трисс? — Да? — Девушка внимательно осмотрела фигуру бывшего аврора, но так и не смогла понять, что же её насторожило. — Что ты хотела? — Ты планируешь медленную смерть Грюма? — Нет, просто… Тебе не кажется, что он странный? — Он псих! — Нет, я не про это. Он какой-то другой. Гермиона непонимающе изогнула бровь, но всё-таки присмотрелась к мужчине. Тот как раз расхохотался над шуткой, которую ему сообщил Дамблдор. Скривившись, гриффиндорка пожала плечами и вернулась к завтраку и чтению.        Трисс же сделала себе пометку приглядеться к Грюму повнимательнее. Что-то её точно насторожило, только вот что именно? В этом надо разобраться.        Она вернулась к завтраку, перестав обращать внимание на мужчину. Виктор спрашивал у неё какую-то глупость, когда она почувствовала на себе взгляд. Внимательный, даже прожигающий, но на удивление не фонтанирующий неприязнью или негативом. Тем больше было удивление девушки, когда она поняла, что взгляд принадлежит именно Грюму, который, заметив, что в гляделках участвуют двое, отвернулся к Дамблдору. — Белль? — Да, прости, Вик. — Трисс чуть вымученно улыбнулась, теряясь в догадках, что же происходит. — Нет, я не могу тебе рассказать. По крайней мере, не здесь. — Кстати, я хотел спросить кое-что! — М? — Пойдёшь со мной на бал? Гарри поперхнулся тыквенным соком, Мио умудрилась уронить на страницу кусок омлета и, гневно ругаясь на саму себя, принялась очищать жирное пятно с бумаги. Флёр, которая так и сидела с ними, в отличии от остальных дурмстранговцев, что покинули Виктора, посмотрела на болгарина с явной жалостью. — Прости, Вик, но у меня уже есть партнёр. — Трисс перевела взгляд на Поттера и улыбнулась. — Но я оставлю тебе танец. — Я подозревал, но надеялся на лучшее. Вздохнув, больше притворно, чем по настоящему, болгарин улыбнулся Поттеру. И тот, вдруг поняв, что Крам не претендует на Трисс именно в качестве партнёра, улыбнулся ему в ответ.        Заметив, как Вик глянул на Гермиону, Трисс едва заметно качнула головой, когда встретилась взглядами с давним другом. И тот скуксился уже по-настоящему, тихо под нос пробурчав что-то о слишком резвой молодёжи.        — Мистер Крам? Болгарин вздрогнул, услышав за спиной девичий голос. Трисс удивлённо округлила глаза, а Гермиона, подняв взгляд на подошедшую, чуть заметно скривилась. — Простите, мисс, не имею чести быть знакомым с вами… — Меня зовут Луна, Луна Лавгуд. — Подождите, я достану пе… — Нет, нет, я не за этим. — Девушка наклонила голову чуть набок, глядя на Виктора. — Твои мозгошмыги в такой панике бегали по залу, что я не смогла удержаться и подошла к тебе сама. Пригласишь меня на бал, мистер Крам? Мёрк вдруг чуть прищурилась и едва заметно повела носом. Лавгуд моментально среагировала на это, улыбнувшись совершенно открыто и, поморщившись, тряхнула головой. Никто не понял этой пантомимы, но, глядя на растерянно-восхищённую Трисс, Виктор принял решение в доли секунды. Встав из-за стола, он по всем правилам этикета поклонился и, обозначив на костяшках Лавгуд поцелуй, улыбнулся девушке. — Почту за честь быть вашим партнёром на Святочном Балу, мисс Лавгуд. Мы сможем встретиться перед ужином, скажем, в библиотеке? — Лучше во дворе, в пять после полудня. Я хочу поискать лечурок. Кивнув с совершенно царственным видом, Лавгуд развернулась на пятках и направилась к столу Рейвенкло. Мёрк удивлённо хмыкнула, заметив, что в волосы девушки воткнута волшебная палочка.        Пара минут ушла на то, чтобы сидящие за столом и в целом весь Большой Зал пришёл в себя после такого финта. Полоумная Лавгуд сама пригласила Крама! На бал! И он согласился!        — Кто-нибудь из вас знает эту Лавгуд? — Трисс не отводила взгляда от блондинки, что устроилась на краешке стола воронят. — Какой курс? — Как и мы, четвертый. Но она ненормальная! — С чего ты это взяла, Мио? — Говорит о всяких странных существах, вечно витает в облаках, ходит то босая, то с этими редисками в ушах… — Мио, что я говорила о благословениях Магии? — Что они бывают разными и не всегда хорошими. — А теперь включи свои хвалёные мозги. Услышу, что снова называешь Лавгуд ненормальной — выпорю на правах патрона. Гермиона тихо ойкнула, тут же осознав, о чём говорила Трисс. Быть благословлённым такой силой, как сама Магия — тяжкое бремя даже для взрослого. А уж если его удостоился ребёнок, он явно будет иным, чем все остальные. — Трисс? — Крам наклонился к девушке через стол. — Что ты учуяла? — Видящая, Вик. И не скрывается, ищет, кто поймёт. Взгляд болгарина моментально стал хищным, словно он снова оказался на поле в поисках снитча. Только вот нынче главный приз не имел крыльев, зато обзавёлся копной светло-пепельных волос, голубыми глазами, подёрнутыми потусторонней поволокой и мечтательной улыбкой.        После завтрака гриффиндорцы с четвёртого курса дружно направились к кабинету ЗоТИ. Но у самых дверей их встретил аврор Отис. Заметив недовольное лицо мужчины, Трисс поняла, что грядёт подстава.        — Простите, ребят, но по распоряжению директора четвёртые курсы Гриффиндора и Слизерина отправляются на обучение к профессору Грюму. — Не было печали, так Мордреда накачали! — Трисс скривилась, но послушно развернулась в другую сторону. — Пошли, будем практиковать Непростительные! — Мисс Мёрк, вы знаете правила! — Конечно, профессор Отис! — Главное? — Не попасться! Ответом ученикам, которые все, без разбора на факультет, подобрались и стали серьёзными, словно шли на бой, стал громогласный смех аврора.        В аудиторию заходили осторожно, едва ли не по стеночкам — и все смотрели на Грюма, который стоял, прислонившись бедром к столу. Старый аврор внимательно смотрел на учеников, не скрывая предвкушающей улыбки.        — Мёрк, на помост. Издевательски улыбнувшись и поклонившись, девушка послушно направилась к возведённому посреди зала помосту для дуэлей. Ученики равномерно распределились на стороне, где стояла Мёрк. Даже Уизли, который явно не любил Трисс, достал палочку и направил её именно на Грюма. — Угомонитесь, детишки. Сегодня будем разбирать защитные невербальные. Мёрк нападает, я защищаюсь. Непростительные и запрещённые на территории Англии не использовать, остальное — на ваш вкус, мисс Мёрк. — Как скажете, профессор. Скиндитурус! — Заклинание, направленное в деревянный протез, отскочило в моментально поднявшийся вокруг помоста барьер. — Импедимента! Экспульсо! — Что за детский сад, Мёрк? Аврор тихо ворчал, с лёгкостью отражая атаки. А Трисс входила в раж. Заклинания становились всё изощрённее, переходя на невербальные и даже беспалочковые, которые девушка посылала с левой руки. Грюм подобрался, но отражал всё более чем успешно. — Стоп! Трисс послушно остановилась, успев удержать себя на грани срыва в боевой транс. Старый аврор, усмехнувшись… Зааплодировал. Девушка недоумённо моргнула.        — Сейчас мы имели удовольствие наблюдать отличное владение боевой магией. Для четверокурсницы, разумеется. Но для ученицы, пусть и бывшей, но Дурмстранга — слабовато, Мёрк. Я ожидал большего. — Я использовала только разрешённые, как вы и сказали, профессор. — Похвальное рвение, Мёрк. Так, студенты! — Грюм спустился с помоста, внимательно глядя на учеников. — Разбиваемся на пары, пока — по желанию. После наблюдения я скорректирую, назначив подходящих партнёров. Один атакует, второй защищается. Услышу вербальную формулу — отправлю к Хагриду, чистить загоны соплохвостов. Вручную! Четвёртые курсы Слизерина и Гриффиндора зашумели, быстро находя себе соперника. Ещё больше шума поднялось, когда Малфой объединился с Грейнджер, Поттер с Паркинсон, а к Мёрк шагнул Нотт. Но Грюм молчал, а потому всё быстро стихло. Рон, образовавший пару с Браун, непонимающе косился на друзей.        Занятие прошло на удивление спокойно, если не считать то и дело взлетающие тушки учеников. Прекрасно понимая, что Грюм просто так словами не бросается, студенты предпочитали словить заклятье, но молча.        — К следующему занятию эссе на тему, почему одни чары можно применять невербально, а другие нет, два фута. Мёрк, задержитесь. Остальные свободны. — Идите. — Мёрк внимательно смотрела на профессора, гадая, что её ждёт. — Встретимся на обеде. Студенты, покидающие зал, смотрели на Грюма с подозрением. Ещё слишком свежи были воспоминания о том, как этот самый аврор без зазрения совести проклял такого же ученика, как и они сами, обрёк его на страшные мучения. Мёрк, конечно, недолюбливали, особенно гриффиндорцы. Но и такой участи ей никто не желал. Всё-таки зал опустел, пусть и куда медленнее, чем класс зельеварения, например. Трисс держала палочку в рукаве, скрестив руки на груди и внимательно смотрела на Грюма. — Клянусь своей магией, сутью и кровью, что не собираюсь причинять физический вред мисс Мёрк сейчас и в любой миг своей жизни. — Интер-ресный поворот. Маг чуть усмехнулся, когда увидел направленную на него палочку с огоньком готового сорваться заклинания. Мёрк внимательно смотрела на мужчину. — И кто же вы, сэр? — Аластор Грюм. — В таком случае я Моргана во плоти. Повторю, кто вы?        Мужчина усмехнулся, расслабляясь. И Мёрк вдруг расслабилась вместе с ним, потому что угрозы не чувствовала абсолютно. Словно и правда маг перед ней был её родственником.        — А что если я скажу, что я ваш дедушка, мисс Мёрк? — Не знала, что призраки могут принимать Оборотное. — Вместе со спокойствием к Трисс вернулась и язвительность. — Я точно знаю, что у меня жива только одна бабушка и та на другом материке. — Вот как… Значит, Роуз не в курсе до сих пор… Мужчина задумался, будто на миг позабыв о том, что Трисс ещё стоит в зале. Но встрепенулся, глядя на девушку со столь нетипичной для Грюма ехидцей в единственном глазу. — Интересно, а директор в курсе, что вы вовсе не тот, за кого себя выдаёте? — Он думает, что всё контролирует, как и всегда. Но годы безнаказанности и всеобщего поклонения притупили разум гениального планировщика. — Значит, вы знакомы достаточно давно, чтобы знать его другим. Мне уже интересно кто вы, дедушка. — Думаю, перед нашим официальным представлением тебе и матушке стоит кое-что узнать. Гоблины с удовольствием помогут, но рекомендую сделать всё на каникулах. Мы с вами встретимся, я думаю, перед началом учебного года, если захотите, конечно. Маг развернулся к Трисс спиной, совершенно её не опасаясь. Склонившись над какой-то шкатулкой, он достал из неё свиток и какой-то кулон. — Это нужно будет передать гоблинам. — Палец указал на свиток, а потом и на кулон. — А с помощью этого сможете со мной связаться. — Вы и правда считаете, что я собираюсь что-то брать у вас и тем более что-то передавать матери? — Ты слишком любопытна, Беллатрикс, так что не удержишься. К тому же, я дал клятву, если помнишь. — Да, вот только там упоминался только физический вред. Откуда мне знать, вдруг на кулоне проклятие, влияющее на разум? — Умная девочка. Но я не стал упоминать вред ментальный или моральный поскольку не хочется чтобы меня раскатало по миру, знаешь ли, если знание о настоящей родне слишком сильно тебя потрясёт. Клянусь, что эти вещи не нанесут вреда тебе или твоей семье. Хмыкнув, Трисс подошла к столу с другой стороны и, предварительно проверив свиток и кулон заклинаниями на всякую гадость, спрятала их в сумку. Маг только улыбнулся, глядя на такое недоверие. — Вы будете и дальше преподавать? — Нет, сегодня же вечером Аластор Грюм исчезнет. Ну, и я вместе с ним. — Просто исчезнет? — О, нет, не просто. После того, что я откопал в этом помойном ведре, которое почему-то называется его мозгом, в живых его оставлять глупо и недальновидно. Я слишком долго искал свою семью, чтобы старый пердун сломал все мои надежды своими планами. Иди, Беллатрикс. Друзья будут волноваться. Задумчиво глянув на мужчину, Трисс медленно кивнула и направилась к выходу. У самых дверей она приостановилась, через плечо бросила взгляд на стоящего мага, но промолчала. — Какая красавица выросла… — Губы Грюма растянулись в нежной улыбке, которая смотрелась на лице аврора совершенно чужеродно. — А Роуз наверняка ещё краше… Вспомнив о чём-то, маг вдруг посуровел и поднял взгляд к потолку. Если бы сейчас кто-то видел его из тех, кто прекрасно знает замок, он бы понял, что Грюм ненавидяще смотрит в сторону директорской башни. — Ничего, Альбус, ничего. Я с тобой ещё поквитаюсь, мой давний друг.