Влюбить, а не влюбиться

      Утро нормальных людей наверняка начинается с противной трели будильника или негромких слов на ухо о том, что пора вставать. Но явно не как у Джея.       — Джей, — проговорил Сонхун, толкая того в плечо уже раз десятый за две минуты. — Джей! Джей, проснись!       Парень что-то невнятно пробурчал, откидывая чужую руку назад и укрываясь тяжёлым одеялом с головой. Такая реакция Паку не понравилась. Он сделал всё, что мог, терпел, как мог, но сейчас совсем не время ворчать о каких-то пяти минутах сна.       Вместо очередного толчка в плечо друг бесшумно стащил со стола телефон, хитро ухмыляясь и надменно осматривая силуэт под тёмным одеялом.       — Ой, а тебе Чонвон написал, — специально игривым тоном произнес тот, невзначай включая телефон и вправду удивляясь смс-кам от следователя.       Реакция Чонсона не заставила себя ждать. Он резко стянул одеяло с головы и буквально вырвал из рук Сонхуна новомодный гаджет, включая и сонным расфокусированным взглядом пялясь на экран.       — Понятно, значит какой-то Чонвон тебе дороже, чем я, — он по-актёрски состорил личико и сложил руки на груди, отворачиваясь в сторону. Сначала его с недовольством пнули в бедро, а после двух минут молчания последовал резкий удар.       — Хватит, Хун, — прохрипел Пак спросонья, откладывая телефон на кровать и массажируя глаза пальцами. — Мы вчера договорились списаться ночью, а он так и не написал.       — Кинул тебя даже на общение, — закатил глаза младший, не давая и рта раскрыть второму для каких-то оправданий. — Почему ты с ним так мягок? Просто взять и...       — Сонхун.       На парня смотрели уже не сонные глаза. Они были пропитаны лёгким недовольством от витающих в атмосфере слов, которые остались при хозяине. Ему до ужаса не нравилось то, как ведёт себя друг по отношению к Чонвону. Опять же, его цель — следователь, — а цель Пака неизвестна. И он в праве сам решать, что делать с жертвой и как отвести его от дела.       — Может он устал и поэтому не написал. Ничего страшного в этом нет, — выдохнул Джей, прекращая терроризировать второго взглядом. Он привстал на локтях, а после и сел на кровать, запуская пятерню в чуть синеватые волосы и массажируя их корни. — Раз ты разбудил меня, то произошло что-то плохое, так ведь?       — Верно, это вправду плохая новость, — проговорил Пак, вставая с кровати и направляясь к выходу из комнаты. — Когда приведёшь себя в порядок, то приходи ко мне.       Ему кивнули в спину и вновь плюхнулись на кровать, раскинув руки в стороны. Если его лично разбудил Сонхун, то, значит, вправду произошло или до сих пор происходит что-то нереальное. Но на сообщения Чонвона надо ответить сразу, поэтому в руках уже находился телефон с открытым чатом. Как он и предполагал — парень уснул, потому и не написал.       Через пару минут Пак неспеша поднялся с кровати, совершенно не жалея о сказанном предложении прогуляться вечером.       Утренняя рутина и завтрак были неизменны, и потребовалось на них не больше двадцати минут. Сонхун всё это время сидел в комнате, что-то читая в телефоне. Рядом лежал включённый ноутбук, ждущий пока им воспользуются. Совсем скоро Джей с тихим стуком вошёл в комнату, перебирая все возможные варианты страшных событий.       — Новость страшная и она касается твоего Чонвона, — отложив телефон, произнёс он и взял в руки ноутбук.       — Он не мой, — теперь пришла очередь старшего закатывать глаза на слова друга. Последний нашёл нужную статью и пропустил слова мимо ушей, разворачивая экран к Паку.       — Посмотри, что теперь висит в интернете, — карие глаза сфокусировались на статье и какой-то чересчур знакомой фотографии. Сонхун не стал сразу говорить, кто это, надеясь, что он сам всё вспомнит. — Сегодня утром, пока ты спал, Чонвон сделал ориентировку на Кан Минё.       Чонсон молчал несколько минут, обдумывая последнее предложение. Как обычно, когда он спокойно спит, в мире происходит какой-то пипец.       — У меня есть два вопроса, — протянул парень. — Откуда ты знаешь, что ориентировку разослал Чонвон и кто такая Кан Минё?       — Эх, я надеялся, что ты сам вспомнишь слова отца, — хотя Сонхун не был удивлён, Джей крайне редко слушает того. — Кан Минё — это наша первая жертва, которую нужно в скором времени убить. Мне позвонил твой отец и сказал, что нам на первый раз всё приподнесут на «золотом блюдечке». То есть он опять позвонит нам и скажет куда подъезжать, чтобы «поговорить» с ней.       Чонсон запоздало кивнул, всматриваясь в фотографию молодой девушки. На вид ей было не больше тридцати лет. Чёрные волосы, словно самая настоящая смола, были коротко подстрижены и отчего-то блестели на фото. В тёмно-карих глазах виднелся озорной огонёк, который принадлежал почти что всем молодым девушкам. Белоснежная кожа, ровные и тонкие брови, чуть пухлые щёки и алые губы. Минё напоминала куклу, которую обычно требовали девочки в магазинах с множеством игрушек. Но что-то было в её взгляде.. зловещее и хитрое что ли?       — Ладно, — он потер переносицу пальцами, расставляя всё по полочкам, хотя было очень сложно после осознания о скором её убийстве. — Но с чего ты взял, что это Чонвон разослал ориентировку?       — Потому что здесь даже слова от него написаны, — и снова Джей печётся об этом следователе. Бесит уже. Кем приходится ему эта выскочка, чтобы спрашивать и уточнять каждую деталь? Никем. Чонвон не более, чем пустое место.       Но Пак почему-то только пожал плечами и отвёл взгляд в сторону. Теперь он сомневался по поводу своего приглашения на прогулку.       — Ты хоть понимаешь что это означает? — Озвучил свои мысли Сонхун, перечитывая довольно короткую статью.       — Конечно. Полный пиздец.       Получается, Чонвон теперь в курсе кого искать, и охота на девушку уже началась. Множество мыслей роились в голове у парня, отчего казалось, что она просто взорвётся.       Начиная с того, что следователь сто процентов вынюхает след Минё и поймает с поличным. И он даже не сомневался в чужих способностях, особенно после адреналиновой и чересчур эмоциональной погони на байках, которая теперь снится в самых ужасных кошмарах. Как парень вообще сел за руль, если толком то и не знает, как управлять такой махиной? Об этом Чонсон узнал случайно, когда Чонвон разболтался в ресторане.       После были размышления о том, как бы не попасться в цепкие лапы вместе с девушкой. Им нужно найти и прикончить её раньше, чем до неё доберётся Ян, а это задачка не из лёгких, если учитывать все его прошлые достижения. А если ещё и вспомнить неожиданную встречу на выставке, то становится даже жутко от мыслительных процессов следователя. Неужели они с Сонхуном настолько примечательны?       И следующая проблема-цель — это какой-то космический способ разузнать о плане Чонвона. Джей знаком с ним от силы два дня, и он не уверен, что тот станет рассказывать про свой план действий. Тем более, вчера Ян соврал, что его не было на выставке, хотя это не особо играло роль в диалоге.       Но теперь Паку оставалось только ждать ответа на приглашение погулять по ночному городу. И он надеялся, что будет положительно, ведь всё равно хотелось встретиться со следователем. Слишком давно его глаза не видели кошачьи карие, что так безотказно въелись в сознание своим ярким огнём бурлящего адреналина.

***

      С самого утра у Чонвона намечался очень эмоциональный и крутой день. Сначала его разбудил звонок от Рики, у которого откуда-то оказался его номер телефона, с восклицаниями, что тот самый главарь самостоятельно пришёл в участок сдаваться. Тогда парень будто ошпаренный вскочил с тёплой постели и в спешке начал собираться на работу. Кое-как он натянул белоснежную рубашку, чёрные брюки и тёмное пальто, не успев уложить волосы.       Когда же запыханная и помятая фигура Яна оказалась в комнате для допросов, то кошачьи глаза в удивление расширились. Надо же, и вправду сам пришёл... Но что-то внутри ему подсказывало и тихо нашептывало, что он оказался тут неспроста.       — Пропустите его, — приказал охранникам Рики, когда те встали у него перед носом. Но они немедленно отступили и так же молчаливо проводили следователя взглядом.       — Ты так быстро прибежал, неожиданно, — с лёгким удивлением в голосе произнёс тот, присаживаясь на стул напротив подозреваемого. Чонвон только ухмыльнулся, наспех снимая пальто и вешая его на железную спинку.       — Как не лететь на крыльях счастья к вам, — всё так же с усмешкой проговорил он, усаживаясь на холодную железяку и выуживая из кармана диктофон, ведь блокнот со всеми записями был в кабинете. Взгляд остановился на мужчине, сидевшего с опущенной головой и с цепями на запястьях. — Если такое происходит.       Тот ничего не говорил и глаз не поднимал, слишком понуро смотря в стол. Да уж, обычно самостоятельно приходят с более охотным настроением. Но Чонвон не стал больше тянуть, поэтому, тыкнув на красную кнопочку записи, начал допрос.       — Утро доброе, мистер..       — Мистер Хэ, капитан Ян, — проговорил тот с режущей уши хрипотцой. Он наконец поднял взор и столкнулся с изучающими карими напротив, а следом и до мурашек ледянящими чёрными омутами.       — Мистер Хэ. Как мне уже известно, то вы пришли самостоятельно, — мужчина кивнул, но взгляд отвёл, не смог выдержать зрительной пытки. — И вас никто не заставлял.       Предложение больше было сказано для собственного подтверждения, но оно не оправдалось. Пришедший слишком запоздало кивнул, что заставило дальше сомневаться. Конечно же у Чонвона была догадка, что его отправила сюда ещё одна «вышка», дабы себя не сдавать. Очень умно с её стороны, но кое-кто ещё вчера проболтался про дела их главаря. Мужчина, который сейчас сидел перед ним и даже не пытался продолжить диалог, больше по убийствам действовал.       — Раз так, то сначала я задам вам вопросы, на которые вы обязаны ответить, — тот кивнул, и Ян продолжил, вспоминая прошлые размышления и подготовленные вопросы.       — Насколько мне известно, то у вас есть двое подопечных. Это так, мистер Хэ?       — Так, всё верно.       — И вчера один из них, Хэ Вон, сказал, что это не вы послали их на кражу рубинов. Так ли это, или он врёт?       Мужчина ничего не ответил. Его светлые глаза забегали по собственным прикованным рукам. Но следователь никуда не торопился, как и криминалист, который во все глаза смотрел на уверенного старшего и слушал редкий голос с каплей жёсткости.       — Повторяю вопрос. Это вы послали их на ограбление или кто-то другой?       — Это я! — Резко и слишком громко воскликнул он. Казалось, что даже спокойные охранники подскочили на месте. Пальцы на руках мужчины от чего-то скрутились и мелко затряслись. Хэ попытался их спрятать под ничтожно короткую растянутую рубашку, но ничего не вышло. И конечно же такое не осталось без внимания Чонвона. Тогда подозрения стали только увеличиваться, но почему он так резко ответил, оставалось загадкой.       — Хорошо, в таком случае я даю вам протокол и чистый лист, — чуть помолчав и хорошенько подумав над дальнейшими действиями, протянул несколько бумаг парень. — Сначала чистый лист, где пишете всё, что знаете об ограблении и даёте показания. После подписываете протокол и отдаёте мне.       Хэ кивнул, но к ручке не притронулся. Руки ведь по-прежнему были в заточении цепей, и намекал, чтобы хотя бы одну освободили. Он наконец посмотрел в глаза следователю, и тот заметил обильное покраснение белка в них. Выглядело при всём концепте, поведение и действиях очень ненадежно. Но может мужчина просто плохо спал или наоброт.       — Снимите цепь с правой руки, — проговорил Чонвон охраннику, вставая с места и пряча диктофон в карман. Парень посмотрел на Рики и кивнул головой в сторону выхода. — Как только закончит дайте знать, — договорил он молчаливому охраннику перед тем как покинуть прохладное помещение. Интересно, поблизости вообще есть батареи или только в кабинетах установлены?       Двое вышли в предбанник, в котором почему-то отсутствовало освещение, но и без него было довольно светло. От сидящего и быстро пишущего на чистом листе Хэ, отделяло тонированное стекло и прекрасная шумоизоляция. Теперь они могут говорить без опаски, что кто-то подслушает их.       — Сейчас только десять минут девятого, чего он так рано пришёл, — посмотрев на экран блокировки, выдохнул Чонвон. От глаз не скрылась пара сообщений от Джея, которые остались на потом.       — Я бы на твоём месте радовался, что вообще пришёл, — отчего-то невесело усмехнулся Рики, протискивая руки в карманы тёмных штанов. — Так ещё и сам.       — Главное, чтобы не написал ничего лишнего или неправильного, — он облокотился о холодную стену, запрокидывая голову назад, и слегка поёжился. Но после нескольких секунд добавил. — Или его тоже на три лишних года посадят, а пять лет уже точно есть.       Нишимура ничего не ответил, неотрывным взглядом сверля пришедшего через стекло. Хорошо, что он не видит криминалиста, а иначе бы испугался такому остервенению в глазах.       Между двумя повисла тишина, но она была на удивление не давящей на продолжение разговора. Чуть расслабленный взор Чонвона упал на стоящего к нему спиной Рики. Ему кажется или у парня весь гардероб из чёрных вещей состоит? Вчера пришёл только в тёмных джинсах и рубашке, сегодня же полностью в чёрном. Оверсайз худи с небольшим, но растянутым капюшоном и широкие штаны, а на ступнях кроссовки на низкой подошве. Хотя нельзя было сказать, что подобный стиль не подходит Рики, даже наоборот. В таком он выглядел более серьёзно что-ли, но со слов Джейка, который уже успел с ним поближе познакомиться, криминалист был совершенно другим. Весёлым и даже наивным, хотя на работе пытался быть самой серьёзностью. И у него отлично выходило.       — Как я понимаю, ты вообще не уходил с работы, раз так быстро оказался здесь,— больше для негромкого смеха произнес Ян. Нишимура только ухмыльнулся,но уже с более дружелюбным прищуром.       — Почти угадал, — он развернулся на пятках и второй увидел слабую улыбку. — Дела были, поэтому и пришёл рано.       Парень подошёл к нему и тоже облокотился о стену, но голову не закидывал назад, продолжая следить за Хэ. Тот всё ещё писал на листе, изредка поднимая взволнованный взгляд на охранника, который стоял почти что напротив.       — Ты ведь тоже заметил его тремор в руках? — Отчего-то шёпотом спросил Рики, чуть наклоняясь в сторону следователя. Мысленно тот выдохнул, понимая, что Нишимура довольно внимательный и теперь обсудить предположения можно и с ним.       — Конечно, и резкую смену голоса тоже.       — Мне тоже сначала показалось это странным, но.. может он просто переволновался? — Немного задумчиво предположил он, поправляя пряди волос рукой. — Тем более, будь бы я на его месте, то точно наложил бы в штаны от твоего голоса.       — Это комплимент? — Ян негромко засмеялся, не думая, что реально может кого-то пугать своей интонацией. Нишимура улыбнулся и кивнул, но через минуту все смешки стихли.       Может Чонвон вправду слишком много думает и уже видит намёки там, где их нет? Возможно, но почти что малиновые белки глаз ему очень не нравились. Но такую маленькую деталь он оставил при себе, предпочитая после самостоятельно всё обдумать.       Времени на написание протокола и чистосердечного признания ушло чуть больше двадцати пяти минут. После написания мужчину также отвели в открытую камеру к двоим подопечным. Чонвон забрал два листа и ушёл к себе в кабинет, прощаясь с Нишимурой.       Рики ушёл к себе в кабинет, где толком и не успел разложить вещи и документы, которые брал с собой в общежитие. Вчера ему не удалось сделать так много, как хотелось бы, так как постоянные восклицания и переговоры соседей мешали. Даже когда он говорил быть чуть потише, двое замолкали, но всего-то на ничтожные пару минут, за которые парень смог только вчитаться в два предложения. Сегодня ему также предстоит работать с бумажками, но их осталось относительно немного, что взаправду радовало.       Яркий свет ударил в привыкшие к полумраку глаза Нишимуры. Он наугад хлопнул по стенке сверху, в поисках выключателя, — не попал. Хлопнул снизу и попал четко в цель, но через мгновение перед ослепшими глазами стояла фигурка недовольного Сону в белоснежном халате и перчатках.       — Поаккуратнее с техникой, — с заметным укором проговорил тот, поправляя санитарные голубые перчатки. А после с усмешкой добавил, уходя в лабораторну. — Всё же не у себя в кабинете находишься.       И хорошо, что хитрый лис ушёл, ибо он тоже столкнулся с ледяными чёрными омутами, но они бы навряд ли напугали его. Как же Рики бесят подобные подколы от Кима, просто словами не описать. Только если нецензурными, но это совершенно другой разговор.       Но, казалось бы, надо либо привыкнуть, либо перестать говорить самому на эту тему. Но ни первое, ни второе не привлекало внимание японца. Проще было просто забить на розоволосую бестию под рукой, занимаясь своими не менее важными делами.       И криминалист вправду старался не замечать мельтешащего поблизости парня, но он как назло находился слишком близко. Когда Нишимура стоял за столом и разбирался с бумагами, оставляя всегда ненасытному пространством Сону едва не половину стола, тот всё равно приближался. Становился слишком близко и уже залезал на территорию второго, якобы невзначай раскладывая длинный вывод из анализов плоти какого-то трупа.       Тогда стажёр готов был взорваться от таких действий в свою сторону. Ему пришлось перебазироваться на стол в самом первом кабинете, который и так был забит макулатурой. Зато без компании Кима, отчего работа стала идти в разы быстрее и спокойнее.       И Сону за закрытой дверью лишь горько усмехнулся, проверяя уже надоевшие анализы. Но никто и никогда не узнает, что именно говорили лисьи глаза, пока на пухлых губах рисовалась, смешанная с грустью, победная улыбка.

***

      Чонвон вновь переслушал запись с недавнего допроса и понял, что записывать в блокнот со всем важным совершенно нечего. Но самое сладкое в виде протокола и чистосердечного признания он оставил на потом, и это потом на удивление быстро пришло.       Его руки спешно взяли два листа и первым начали проверять протокол. Подпись поставлена где надо и слова написаны там же — всё правильно. После перед глазами оказался полностью исписанный неровным почерком А4 лист.       Читая слово за словом, Чонвон понимал, что этот Хэ наплёл какую-то чушь. Не может же он одновременно быть рядом со зданием, где произошло ограбление и у себя дома? Конечно же, нет. Он сделал грубую опечатку в начале текста и в конце, отчего доверие к словам пропало почти что насовсем. И слова Вона вызывали большее доверие, чем эта писанина. И всё же парню казалось, что в его самостоятельном приходе было что-то не чистое. Но он и не мог пригласить того на повторный допрос лишь из-за личного подозрения, так как не знал всей правды истории. Хотя, может быть и Вон обманывает его. Но в любом случае, даже если и так и сразу двое врут, то им хорошим концом это не обернётся. Можно просто забыть про какие-то дополнительные несколько лет в колонии, а вспомнить о жёстком дополнительном наказании от суда.       Когда же Ян хотел положить лист на протокол, то кошачий взор упал на одно криво написанное имя. Кан Минё.       Оу.       Это ведь та самая девушка, о которой говорили двое заключённых в открытых камерах, верно? Абсолютно верно.       Сегодня, после недолгого допроса с Хэ, что-то дёрнуло Чонвона заглянуть в комнатку к охраннику, который мог предоставить записи с камер видеонаблюдения. Вообще, парень не хотел заниматься скучным просмотром, но ему буквально пришлось ломать глаза на грёбаные пиксели из-за собственной тревожности внутри. И именно тогда он услышал ещё раз имя Кан Минё. Следователь и ранее слышал его, но только из уст Рики, который позвонил ночью, пока он пытался найти зацепку на самостоятельно пришедшего главаря. Стажёр упомянул её имя и сказал, что она звонила на телефон Вона буквально перед Хэ.       Тогда Чонвон не особо понял, что именно имеел ввиду тот и просто поддакивающе угукал, будучи погружён в давнешние статьи о каком-то мужчине. Капля информации и море воды ему не помогли, а если бы он уделил внимание Нишимуре, то сейчас бы не недоумевал какого чёрта в первых новостях висела ориентировка на ту самую Минё, так ещё и с подписью его. Странно, очень странно и парень пообещал себе разобраться с этим чуть-чуть позже.       Что касательно исписанного листа, то Ян просто не видел смысла что-то переписывать в блокнот, ведь не верил и половине слов. Вместо этого он перекинул запись с диктофона на компьютер, поместив в папку с красными байкерами. Да уж, теперь это название было слишком расплывчатым и несуразным. Один из байков стоял в отдельном помещении, чего-то ожидая, а двое не появлялись уже больше двух дней. Такое вообще возможно? — усмехнулся про себя следователь, всё-таки оставляя прежнее название и открывая переписку с Джеем.       Пак написал ему с предложением прогуляться сегодня, и Чонвон с радостью согласился. Вроде бы сегодня нет никаких сверхъестественных планов или отчётов, поэтому положительный ответ незамедлительно был написан и отправлен. Правда время он не сказал, ведь не знал, когда закончит он и Джей, но оставил этот вопрос на потом.       Только отложив телефон на другой угол стола, как до ушей донеслись два слабых стука в дверь. Через секунду в кабинет заглянула светлая макушка Джейка. Ян улыбнулся и без сопротивлений впустил того к себе. Кинолог уже по привычке опустился на стул рядом со столом, отчего-то тяжело вздыхая.       — Утро доброе, Чонвон-а, — протянул парень и зевнул себе в ладони, после потирая глаза.       — Кто-то не выспался? — Не в укор посмеялся Ян, осматривая откуда-то взявшиеся мешки под глазами. Второй только устало кивнул и прилёг на свою руку, прикрывая глаза.       — Я слышал от Рики, что к тебе добровольно сдаваться пришёл кто-то, — пробурчал Шим, пытаясь привести себя в дух. — Правда или этот гадёныш врёт?       — Правда-правда, — с розовых губ следователя не сходила улыбка, а только расцветала с каждым словом. Тот почему-то всегда действовал на него радостно что ли, отдавая частичку позитивного настроения. — Вот только я не уверен, что он сказал мне всю правду.       — В каком смысле? — Джеюн тут же развернул голову к Чонвону, внимательно слушая.       — Он написал, что сначала был в том же здании, где и Шик с Воном, а после сказал, что дома отсиживался. Слишком подозрительно, поэтому я ему не верю, — признался он, смотря на лжепризнание на столе. — Так ещё и без меня объявили ориентировку на какую-то девушку Кан Минё.       — Из этого можно сделать вывод, что тебе просто нельзя спать, — слабо посмеявшись, проговорил Шим, отлипая от руки и потягиваясь. Но через секунду он словил на себе не очень довольный взгляд Яна. — Но если по-серьёзному, то надо спросить у Хисына про ту девушку. Только он может разослать ориентировку на людей без твоего ведома, Рики бы не смог, у него так-то и полномочий нет.       — Хисын? — Чонвон не особо понял при чём здесь директор, если он только решает материальные или чуть-чуть другие проблемы. Но пререкаться с Джейком не стал, просто отметил, что сегодня нужно зайти к нему.       — Да, но я думаю к Рики тоже надо зайти, — произнес парень, вновь закрывая рот, зевая. — Только если он ещё живой остался.       Ян вопросительно вздёрнул брови, как бы спрашивая, что случилось.       — Сону с утра какой-то не такой ходит и второй не лучше. Просто постучись перед входом, вдруг у них снова разборки будут, — кинолог встал со стула и неспеша направился к выходу, но в метре от него остановился и развернулся с подозрительно хитрой улыбкой. — Или что другое.       Шим оставил Чонвона размышлять над последним предложением. Что он хотел сказать? Может, то, что Ким скоро не выдержит и пропишет Нишимуре кулаком по челюсти за все издёвки? Или, может, наоборот, но парень видел только смешки от последнего в сторону первого.       Но ему всё-таки надо было сходить к двоим обречённым, и все мысли про их отношения остались на втором плане. Теперь Яну хотелось больше уделить внимание Джею, который уже второй раз зовёт его на свидание. Но на этот раз, кажется, свидание-прогулка, и следователь в душе искренне этому радовался. Прошлые слова старшего о том, что он может не беспокоиться за деньги всё равно не утешили. Теперь его очередь платить за прогулки.       Чонвон вышел из кабинета и неспешным шагом направился к Рики. По совету Джейка парень постучался, и ему в то же мгновение разрешили войти.       — Снова привет, не занят? — Спросил он, заходя в довольно тусклый кабинет с белыми стенами. В глаза сразу же бросились горы бумаг на столах обоих. За одним из них сидел стажёр, что-то быстро черкая на документе, пока Сону, скорее всего, был в лабораторной.       — Нет, но мне дописать надо, — не поднимая головы, ответил Нишимура. — Что-то случилось?       — Можно и так сказать, — чуть подумав, протянул Чонвон, останавливаясь рядом с парнем. — Ты ведь помнишь, что вчера говорил мне ночью по звонку?       — Вроде бы. Кажется, что-то про девушку рассказывал, которую нашёл в звонках телефона того брюнета.       — Кан Минё, верно? — Ян подтолкнул японца к правильной мысли, надеясь, что он сможет ещё раз рассказать про неё. Всё же надо знать, на кого объявлена ориентировка с собственной подписью.       — Да, Кан Минё! — Как-то слишком громко воскликнул Рики, откладывая лист с какими-то буквами в сторону. Теперь их взгляды встретились, и тот поубавил свой пыл, понимая, что радоваться вовсе нечему. — По твоим ответам я понял, что ты устал, и не стал всё рассказывать.       — Поэтому ты поговорил с Хисыном, и он объявил её в розыск, так? — Задал вопрос Чонвон, чуть наклоняя голову вперёд. Японец почему-то отзеркалил движение, но после со вздохом встал с места.       — Да, я сказал Хисыну о своей находке, но больше ничего не делал, — оправдался Нишимура, подходя к столу Кима. Теперь ему стало интересно посмотреть, что за ориентировка объявлена на девушку.       Парень подошёл вплотную к столу и наклонился, дабы разблокировать ноутбук. Но перед этим, закатывая глаза, выпрямился, вспоминая слова о запрете прикасаться к технике.       — Сону! — Крикнул он, приоткрывая белоснежную дверь за холодную ручку.       Оба затаили дыхание, из-за чего было слышно только шуршание листов и едва слышимый смешок из дальней комнаты. Но последнее услышал только японец. Он вновь закатил глаза и хотел было проматериться, но не смел при Чонвоне, не хотелось показаться с другой стороны. Осталось только повиноваться одному из правил Кима.       — Сону-хён! — Буквально прорычал Нишимура, не замечая, в отличие от Яна, красных кончиков ушей. Зато он услышал более громкий и едкий смешок, который заставил кровь в жилах закипать от злости и всей ситуации. Но второй, наоброт, ничего странного не видел, кроме странной реакции криминалиста на обращение «хён».       — Что такое? — Для одного игриво, а для другого обычно крикнул Ким, выходя из комнаты со всеми приборами. Его лисий и до безумия хитрый прищур столкнулся с чёрными зрачками, что смотрели уж слишком безразлично в него.       — Можно я ноутбук на пару минут заберу? — Пытался более спокойно выразить свою просьбу Рики, сжимая один кулак.       — Можно, Рики-я.       Вот же чёрт. Как же повезло ему попасть в компанию с таким назойливым старшим. Он был уверен, что Чонвон бы не стал допытывать его с обращением. Ещё и окончание это «Рики-я»..       А Сону словно специально так сладко протягивал и смаковал слова на языке, но почему-то замечал подобное только Рики. Интересно, почему? Может, потому что второй сам того хотел?       Нишимура молча включил ноутбук и ввёл в браузер запрос про Кан Минё. И вправду, ориентировка висела с подписью Чонвона.       — Я не знаю, в каком случае надо объявлять человека в розыск, — протянул он, почесывая голову и снова заправляя тёмные волосы назад. — Но Хисын решил по-другому. В любом случае, я никакого отношения к нему не имею, — указывая пальцем на ориентировку, заключил японец.       — Хорошо, спасибо, — задумчиво произнес Чонвон. Больше парню ничего не надо было от криминалиста, поэтому он направился к выходу, в кабинет директора. Но перед дверью остановился, медленно открывая, а после поворачиваясь ко второму.       — Не убейте друг друга, ладно?       Всё же он заметил с какой интонацией говорили оба. Парень со вздохом кивнул и вернулся обратно за свой стол. Какое Нишимуре вообще дело до этого Сону? Верно, никакого... просто он слишком раздражителен и прилипчив со своими фразами и условиями, что очень бесило. Это ведь их кабинет, а не его лично.       Чонвон тем же временем оказался на третьем этаже, направляясь к Хисыну. Он не хотел спрашивать про Минё у стажёра, поэтому решил направиться к главному. Следователь поздоровался с секретаршей, и та разрешила войти в кабинет. Но на всякий случай его пальцы два раза постучались в дверь.       — Войдите! — Послышалось изнутри, поэтому Ян сразу же зашёл, кланяясь и здороваясь. На лице Ли расцвела лёгкая улыбка, а глаза чуть изогнулись и стали похожи на полумесяцы. Второй заметил, что лицо напротив не выглядит настолько уставшим, поэтому тоже чуть улыбнулся в знак приветствия.       — Я знал, что ты зайдешь, — признался тот, чуть покачиваясь на стуле и смотря в глаза Чонвона. — Увидел ориентировку, верно?       — Да, но я не пойму, почему там якобы от меня слова написаны, — пояснил он, присаживаясь на стул напротив. — Я даже понятия не имею кто это, ведь информации о ней в интернете нет.       — Это и глупому понятно, что какой-либо информации о ней не будет в сети, — усмехнулся Хисын, начиная что-то печатать в ноутбуке. — Она ведь управляющая некоторыми ограблениями в одном из самых популярных районов.       Чонвон даже не заметил, как тонкие брови вздёрнулись вверх, а щёки покрылись лёгким румянцем от своей же глупости. Чёрт, он ведь даже не предположил, что Кан может быть управляющей частью беззакония по грабежам. Но Ли в ответ лишь хмыкнул от реакции следователя.       — Я вижу, как твои глаза на лоб полезли, поэтому скажу, что здесь ты бы никак самостоятельно не узнал про неё, — мужчина чуть развернул экран в сторону второго. — У меня есть связи в одной огромной архивной организации. Оттуда я и узнал, кто такая Минё.       Кошачьему взору предстал хорошо сохранившийся документ о девушке, чьё имя уже прозвучало не менее пяти раз за день. И вправду, подобную информацию можно найти только в архивах и то не в каждых.       Было сказано, что ей на данный момент двадцать пять лет, и она ни разу не состояла в браке. Но такое Чонвона совершенно не интересовало, поэтому он перешёл в нижние строчки, где затрагивалась тема о судимости и других важных вещах. Кан побывала на пяти судах и абсолютно на все попала из-за подозрения в соучастии кражи и также пять раз была оправдана невиновностью. Пять раз, не один и не два.. выглядело максимально подозрительно. Помимо всего были строчки о том, что она нигде не работала, только училась в школе и в университете, после отправившись в свободное плавание. В семье была прописана только мать, отца не было, как и братьев, сестёр.       Да уж, досье довольно скучное, но зато информативное в плане судимости. Если Чонвон не ошибался, то у него есть доступ и к записям с камер судов, поэтому он отметил, что может после пересмотреть те дни, что были указаны в документе.       — Честно признаться, то я совсем не ожидал, что ты поймаешь тех двух, — произнес Ли, не зацикливая внимание на документе и разворачивая ноутбук к себе. — Я отправлю тебе информацию по почте. Можешь подробнее изучить досье, а про ориентировку не волнуйся. Все звонки будут поступать не тебе, а в специальный отдел. После уже они скажут куда направляться, если что-то важное.       — Хорошо, спасибо огромное, — с искренней улыбкой проговорил Ян. Теперь в голове всё встало на свои места и можно было работать дальше.       — Это я должен благодарить тебя, ведь не поймай ты двоих ребят, мы бы сейчас ничего не знали и не имели при себе, — директор сказал правду, но парню не хотелось зацикливаться на достигнутом. Ему предстояла ещё куча подобной работы, потому расслабляться смысла не было. — Можешь идти, заглядывай если что.       Парень кивнул и спешно ретировался с кабинета, направляясь в свой. Ему было очень интересно посмотреть ещё раз, но уже более детально ориентировку и досье на Минё. Вдруг он найдёт что-то новое?       Как и говорил ранее Хисын, не получится узнать что-то стоящее о девушке из простого интернета. И вправду, на что он надеялся? Наверняка на божью помощь, но это уже другое. Часы пробили двенадцать, когда Чонвон сел за анализ всей работы, всех допросов и чистосердечных признаний.

***

      Джей получил смс от Чонвона в районе восьми часов утра, и был искренне рад, что сможет с ним увидеться сегодня. По всем прогнозам на день погода была относительно хорошей — немного ветренно и облачно с редкими солнечными просветами. Время он не стал определять, написав, что сможет забрать его в любое, ведь сегодня выходной. Но выходной у него буквально каждый день, но ему не обязательно знать это. Пока что.       Чонсон бы не сказал Сонхуну о том, что едет с Чонвоном гулять, но тот сам всё выпытал. Просто он «слишком подозрительно» улыбался, смотря в телефон и что-то печатая, хотя на самом деле на тонких губах появилась еле заметная ухмылка.       И он совсем не ожидал услышать после словесного избиения своего поступка последующие слова:       — Тогда я еду с тобой.       — Что? — Чонсон не особо понял ход мыслей друга, поэтому с неким возмущением спросил. Что надо Сонхуну на его свидании с Чонвоном? В голову приходили только самые странные и страшные мысли.       — Наверняка с ним будет Джейк-и, — ох, точно. Джейк. Бедный парень, ведь если Пак сказал, что кому-то не поздоровится, то на следующий же день тот будет лежать в больнице. Но на этот раз он не был так уверен в чужих словах, хотя и причин сомневаться не было.       — Наконец-то он поплатиться за свои грехи в клубе, — голос Пака звучал неимоверно сладко и одновременно раздражительно. Создавалось ощущение, что тот реально натворил плохих делов, а не просто убежал со встречи, оставив на губах лишь один поцелуй. Но и это не мешало Джею думать, что он не сможет и голос повысить на Шима.       Но ему оставалось только кивнуть и продолжить просмотр дорамы за чашкой кофе, в ожидании скорой встречи.       Ближе к трем часам Чонвон ответил, что закончит сегодня, как и положено графику, в восемнадцать. Правда парню пришлось сказать, что они будут гулять исключительно пешком, объясняясь, что в машине некие поломки и придётся добираться на такси в крайнем случае. Ему ответили, что ничего страшного в этом нет и прислали милый смайлик с серым котом. Он невольно улыбнулся, но мгновенно закусил внутреннюю часть щеки.       Как только Сонхун узнал о точном времени встречи друга с выскочкой Чонвоном, то сразу же побежал выбирать себе образ. Гардеробы обоих были по бо́льшей части схожи, только у Чонсона лежали простые футболки, майки и толстовки. У него они тоже присутствовали, но больше всё-таки было классических костюмов, пиджаков, брюк и рубашек.       Но надевать свой повседневный костюм вовсе не хотелось: не хотелось предстать перед Джейком в классическом. Долго его глаза бегали по стопкам и вешалкам с одеждой, выбирали и отбрасывали вариант на пол, из-за чего на нём образовалась гора якобы не нужных вещей. На белоснежной мраморной и теплой плитке была скомкана белая шёлковая рубашка, белая простая рубашка, белая с крапинками рубашка, бежевая, небесно-голубая... Оказывается, Пак тот ещё шопоголик.       И наконец, спустя наверное минут пятнадцать, парень нашёл то, что искал. Чёрная рубашка, сделанная из чистого и самого натурального шёлка, идентичного цвета костюм, состоящий из пиджака и длинных брюк. Но Сонхун не был бы Сонхуном без своих страстных изюминок в каждом образе. Пиджак не простой, а довольно открытый вверху, из-за чего виднелись острые белоснежные ключицы и яремная впадина. После с его рёбер ткань распределялась на две части, обтягивая хрупкую талию и завязываясь сзади на едва видимый бант. На стройные ноги легли тёмные брюки, специально пошитые на его размеры, дабы обтягивать исключительно бедра и ляжки. Сзади, ближе к колену, ткань была свободной и едва не волочилась по полу из-за длины. Но Паку было удобно, и это самое главное.       И именно поэтому на косящийся взгляд Джея ему было по бо́льшей части всё равно кристаллически поебать.       — Ты долбанулся такое одевать? — Первое, что услышал парень в свой адрес. Да уж, не такой комплимент он хотел получить.       — Нет, это ты ебнулся одевать подобную безвкусицу на свидание со своим Чонвоном, — закатывая глаза ответили ему, косым взглядом осматривая образ Пака.       Тот же послал его далеко и надолго средним пальцем, надевая сверху новую кожанку, обвешанную разными цепочками и наколками. Он обладал своим вкусом в одежде, поэтому не разделял мнение Сонхуна. Простая чёрная водолазка, обтягивающая в нужных местах, к примеру, в подкаченных мышцах, едва видимых кубиков пресса и груди. На ногах сидели простые брюки кофейного цвета с серебряной бляхой и тусклым ремешком.       Нормальный прикид, что ему не понравилось? — недоумевал в мыслях Чонсон, выходя из дома и закрывая его на ключ, пока друг уже садился в машину. Он мог объяснить свои слова в его сторону тем, что необязательно появляться перед человеком, которого видишь в жизни только второй раз, в своих самых горячих образах. Но того не переубедить, поэтому разговора про одеяния друг друга не заходило.       — И что же вы будете делать? — Спросил Пак, выезжая из гаража на широкую дорогу. Небо за лобовым стеклом было полностью во власти светло-серых облаков, которые не давали и просвету солнцу. Из-за этого казалось, что время гласило не без десяти минут шестого, а приблизительно три часа.       — Погуляем просто, ничего такого не будет, Хун, — выдыхая на тон и острый вопрос от друга, который уже ходил по лезвию ножа, точнее, на нервах Чонсона. Что же он так привязался к нему и свиданию? Это ведь даже не его жертва, так в чём проблема?       Тот ухмыльнулся на интонацию на слове в предложении, прекрасно понимая, какой смысл оно несёт. Хотел было ещё пошутить, но не посмел и рта раскрыть, заметив на себе озлобленный взгляд, потому продолжил жать на газ с поджатыми губами. В такие моменты старший почему-то напоминал дикого орла, готовящегося придушить свой будущий ужин на месте.       — Мне больше интересно, что ты будешь делать с Джейком, — с укором проговорил тот, переставая сверлить взором профиль друга. Уголок его губ дёрнулся вверх, когда глаза заметили покрасневшие кончики ушей. Он прекрасно знал, что тому не по себе от подобных переглядок и применял этот запрещенный очень редко.       — Ничего существенного, — с искривленной улыбкой произнес Пак, сверкая недобрым огоньком на дорогу. — Просто поговорим, и он скажет, что был неправ, а потом посмотрим.       Джей лишь усмехнулся настолько уверенным словам друга, но предпочёл не показывать это на внешность. Правда, Сонхун всё равно ничего и не увидел бы, ведь всё внимание было переключено на дорогу.       Через десяток минут парни уже стояли возле участка и теперь младший мог в полной мере понять чувства второго рядом со зданием. Оно буквально источало зловещую и пугающую ауру, намереваясь рано или поздно принять их внутрь, посадить в тюрьму и... Но они до сих пор, уже как год, ходят безнаказанными. Да уж, всё-таки надо быть осторожнее, чтобы не загреметь в подобное место.       Его взгляд невольно упал на Джея, который словно на иголках сидел. Он по своей давней привычке дёргал ногой, покусывая и без того измученные губы. Но теперь парень мог понять, почему друг так нервничает. И хотел верить в то, что волнение вызвано не встречей с Чонвоном, а близким нахождением с участком. Слишком непривычно сидеть рядом с тем местом, где по-хорошему должен оказаться, а сейчас гуляешь на свобо...       Мысль Сонхун не успел закончить, так как массивная железная дверь в участок открылась с неприятным скрипом. Конечно же оттуда появилась одна ожидаемая фигура и одна неожидаемая. Чонвон и Джеюн. Точнее, последний был просто неожиданным, поэтому Сонхун приятно удивился судьбоносной встрече, пусть и рядом с таким отвратительным заданием.       Чонсон едва ли не вылетел с машины, распахивая дверь сильным толчком ладони и сталкиваясь ногами с асфальтом. Дверь за ним с хлопком закрылась, от чего второй вздрогнул, но через секунду не смел и пошевелиться. Более того, он даже дышать не смел. За спиной Чонвона хвостиком шёл Джейк в форме.       Чёрт.       Теперь пришла очередь Сонхуна выпрыгивать с машины и с неподдельным интересном направляться к парню.       — Привет, Джей-хён! — Довольно громко воскликнул Ян, подходя к Паку с широкой улыбкой и уже красными щеками от прохладного ветра, низко кланяясь. Тот не мог сдержать улыбки и отзеркалил движение, а после и слова.       Но следователю показалось, что собственное имя специально так сладко и тягуче произнесли. Хотя он был вовсе не против.       — Мы вроде бы не определились, где будем гулять, — начал Джей, рассматривая чёткие черты лица парня, что сейчас с таким энтузиазмом смотрел на него, кивая после предложения. Если говорить честно, то он соскучился по кошачьему взору и уже привычному фирменному огоньку. — Хочешь куда-нибудь сходить?       Только Чонвон открыл рот, в попытке ответить, как совсем близко раздался звонкий шлепок обо что-то. Оба резко повернулись в сторону шума, но эмоции, которые застыли на их лицах, оказались совершенно разными. Ян замер с искренним удивлением, непониманием и почему-то смехом в глазах. Пак же только закатил глаза, сложив руки на груди. Блять, ну вот кто тянул Сонхуна распускать руки при второй встрече с Джейком.       — Эй! — Только и смог воскликнуть тот, прикрывая левую щёку от сильного удара кинолога. Парень прекрасно помнил, что хоть одно малейшее грубое прикосновение к его коже останется ещё на неделю, если не на две, заметным синяком или же красным пятном. Он непонимающе выглянул из под светлой челки на ошалевшего Джеюна, громко воскликнув. — Больно вообще-то!       — Не надо было руки распускать и такое говорить! — В тон ответил Шим, совершенно не чувствуя на себе какую-то вину. Он сразу узнал «красавчика-блондина-из-клуба», но только после увесистой пощёчины по лицу. Что же, теперь ему придётся объясняться, что за чёрт вселился в него.       — Бить тоже необязательно, — уже более спокойным голос произнес Пак, выпрямляясь в спине и становясь выше кинолога на несколько сантиметров.       — Это я ещё не бил.       — Это я ещё руки не распускал.       Джейк злобно зыркнул на него и в ту же секунду резко развернулся и попытался ретироваться к себе. Но Сонхун схватил его за запястье, оттягивая назад и вновь ловя на себе раздражённый взгляд.. и он бы соврал, сказав, что ему не нравились подобные гляделки.       — Чего тебе? — Джеюн знал, что прозвучало слишком грубо, но не боялся последствий. Что ему может сделать Пак? Абсолютно верно, ничего.       — Давай поговорим, — начал парень и второй понял, что застрял надолго. Но неимоверный голод в желудке не желал ждать, напоминая о себе неприятными спазмами. Сонхун же, не увидев негативного ответа в свой адрес, продолжил. — О клубе. Почему ты убежал?       — Потому что дела срочные появились, — быстро и учтиво парировал он, вырывая запястье из крепкой хватки и гордо вздергивая голову вверх, якобы показывая, что он уж слишком занятой человек.       — В пол первого ночи?       — Конечно.       — И какие, к примеру? — Сонхун тоже встал в позу, складывая руки на груди и смотря на парня «свысока».       — Например, съебаться от такого настойчивого парня, как ты! — Резко воскликнул Джеюн. Если играть актёра, то играть нужно до конца. И Джей с Чонвоном могли узреть личное кино, даже не думая идти на прогулку в ближайшие пять минут.       — Я даже ничего не хотел с тобой! Просто посидеть, пообщаться, а ты..! — Кинолог слишком наигранно склонил голову вниз, но Пак вовсе не замечал театральности в чужих действиях.       Все мысли о разборке с Джейком мгновенно испарились. На их место пришло колкое чувство стыда за самого себя. Чёрт, а ведь вправду.. хотел ли такого сладкого поцелуя тот? Или он реально просто хотел посидеть и пообщаться? А если бы Сонхун поступил по-другому, то они бы сейчас могли разговаривать в другом тоне или даже месте.       — Извини? — Почему-то такое простое слово давалось ему с трудом и вопросительным голосом. Хотя, он и не часто им пользовался, обычно извинялись перед ним.       И ответили Сонхуну громким молчанием. Карие глаза Джеюна, которые сейчас сверкали обидой и одновременно интересном, говорили сами за себя. Он должен извиниться ещё раз.       — Извини, я правда не подумал, когда начал лезть к тебе... — теперь парень чувствовал себя ещё хуже. Ну вот кто тянул его за язык в буквальном смысле. Он ведь мог спокойно общаться или просто обнять его за талию, но нет.       Но в его голове мгновенно родилась ещё одна идея, которую Пак поспешил сказать:       — Но я могу загладить свою вину походом куда-нибудь с тобой, — уже с ухмылкой предложил тот.       — Сегодня не получится, — снова слишком быстро ответил Шим, даже не успев полностью осознать, кому и чему отказал. На вопросительный взгляд напротив только пожал плечами, отвечая. — Дела не ждут.       Сонхун разочарованно опустил взгляд, и Джеюн начал потихоньку удирать в сторону своего дома, но его уже во второй раз схватили запястье, оттягивая назад. Боже, тебе ведь сказано, дела у меня — закатывая глаза в мыслях произнес он, когда на самом деле хотелось просто вмазать по белоснежной коже ещё раз.       — Оставь номер, Джеюн-и, — прошептал Пак, вновь распуская руки. Одна из них легла на узкую талию, которая отчётливо выделялась из-за ремешка на тёмно-синих брюках.       Парень нервно сглотнул и замахал головой из стороны в сторону, прекрасно ощущая, чужую грудь прижатую к своей спине.       — Ну пожалуйста-а, — будто ребёнок тянул тот, не убирая ладони с талии. Чонвон и Джей в то же время уже стояли с попокорном в руках, ведь такого зрелища нельзя увидеть в самом качественном кино.       И почему настолько прилипчивые парни достаются именно Шиму?       — Записывай, гадёныш.       Именно с такими словами Сонхун проводил Джейка счастливым взглядом и горячими ладонями от тепла чужого тела.       Теперь его не волновал ни раздражённый взгляд друга на себе, ни пощёчина, которая моментально перестала жечь. Он спокойно развернулся на пятках и на радостях запрыгнул в машину, хлопая дверью. Через секунду она завелась, и парень уехал восвояси.       Удивлённый и раздражённый взгляд Джея проводил тёмную машину. Теперь его внимание было приковано исключительно к Чонвону. Тот в свою очередь стоял с раскрытым ртом от экшена, что развернулся перед двумя прямо сейчас. Разве они не попали в сопливую дораму? Хотя, если бы и попали, то Джей взял бы его за руку, а не просто стоял и пялился на его профиль во все глаза.       — Так вот какие «поломки» у тебя с машиной, — хитро хмыкнул Ян, поворачиваясь к Паку и замечая, что изучающий взгляд карих глаз вправду был прикован к собственной персоне.       — Типа того, — нервно посмеялся он, не в силах отвести взора от кошачьего. В голову какого-то чёрта заползли зудящие мысли о том, что парень до безумия соскучился по взгляду напротив. Они вцепились в его и без того истерзанное сознание своими длинными коготками, без сожаления терзая ими же изнутри и сладко шепча то, о чем он должен напрочь позабыть.       Малейшее проявление чувства скуки за кем-либо — постоянные мысли о человеке.       К сожалению, у него действовало именно это правило. И оно бесило своего хозяина до жуткой ненависти к себе же. Больше всего на свете Чонсон боялся привязанности к человеку, и речь шла не о простой заинтересованности, а о реальной и страшной привязанности, когда ты буквально готов всё время человеку уделять. Этот страх появился в первые серьезные отношения подростковой жизни. Тогда партнёрша просто бросила юношу в пропасть собственных чувств, которые с каждой секундой всё хлеще и хлеще затягивали на тёмное дно. Именно тогда, в шестнадцать лет, парень также в первые попробовал сигареты.       На удивление, едкий и ядовитый дым утешал лучше, чем сладко-ложные слова от партнёрши о преданности и долгой любви на ухо. И именно тогда Пак понял, что более не хочет иметь серьёзных отношений с кем-либо. Они могли также просто бросить его на дно своих чувств, оставляя перед ним только пачку красных сигарет от Marlboro.       И, как оказалось, пачка сигарет бывает дороже, чем человек.       — Хён?       Одно только слово Чонвона вернуло его обратно в реальность из отвратных воспоминаний из прошлого.       — Пошли, Чонвон-а, — с лёгкой улыбкой произнёс он, будто секунду назад не упал в пропасть прошедших событий. Глаза Чонвона моментально озарились огоньком предвкушения прогулки, потому он быстро закивал головой и направился в сторону улицы.       — Я знаю здесь неподалёку парк есть, — объяснил свои уверенные шаги он, пряча руки в карманы пальто. — Можем погулять в нём, если хочешь.       И пусть Джей совершенно недавно размышлял на тему привязанности к человеку, его интуиция, которая, к слову, нечасто подводила, и чувства подсказывали, что Чонвон для него взаправду не более, чем знакомый. Конечно же ему надо сблизиться с ним и как можно скорее, но всему своё время.       — Конечно, с тобой хоть на другой конец города, — без капли стеснения, даже с усмешкой, произнес тот. Уголки губ следователя только смущённо дёрнулись вверх, отчего Пак победно ликовал внутри.       Но сейчас вовсе не время расслабляться. Ему также хотелось извиниться за маленькое враньё про машину.       — И за враньё про поломки машины прости. Просто Сонхун хотел встретиться с Джейком, поэтому..       — Да я уже понял всё, не извиняйся, — улыбка с симатичного лица Яна не сползала и грозилась задержаться до конца прогулки, то и дело цепляя на себе внимание других глаз.       Парк, о котором говорил Чонвон, оказался не таким уж маленьким. Даже наоборот, он был большой и просторный, поэтому пару часов прогулки уже обеспечены. Приближалась зима, а это значит, что большинство деревьев уже должны стоять голыми, с опавшими наземь листьями. Но пара глаз чаще всего видели всё ещё одетые в ярко-оранжевый костюм деревья. Всё же дожди и сильные ветра никак не повлияли на неё, поэтому пока что можно любоваться оставшейся красотой.       — Раз ты так рано вышел с работы, по сравнению со вчерашним, то сегодня дел было немного, да? — Как бы невзначай спросил Джей, продолжая неспешную ходьбу по парку. Если младший прятал ладони в карманах своего тёмного пальто, то он свободно ходил и без карманов.       Пак успел заметить, что Чонвон тот самый тип людей, которые мёрзнут даже от самого малейшего холода, поэтому его можно было увидеть только в пальто и наверняка тёплых брюках. Но парень всё-таки немного ошибался.       У второго никогда не мёрзли ноги со ступнями, а вот руки практически всегда были ледяными. Иногда обладателю подобной странности казалось, что ладони мёрзнут не от температуры на улице или в доме, а буквально не из-за чего. Да, это и вправду странность.       — Можно и так сказать, — протянул следователь, не особо понимая, чего от него хотят услышать. Скорее всего, Джей ожидал услышать какими делами он обычно занимался или чем именно сегодня занимался.       — Я видел на сайте ориентировку на какую-то девушку, — да уж, если Чонвон не хочет говорить о делах на работе сам, то он поможет ему. — Она в розыске, верно?       — Верно, а что? — Парень повернул голову в сторону второго, смотря чётко в глаза, будто пытался вычитать в них расплывчатую правду начала диалога про работу.       — Просто интересно стало, — пожал плечами Пак, всё же проигрывая в гляделках и отводя свои глаза в сторону. Почему же кошачий взгляд настолько пронзителен и красив? Но он не в силах долго смотреть, ведь ощущал, как буквально плавиться под ним, пока кончики ушей понемногу покрываются румянцем.       — Как я понял, то ты знаешь о недавней краже рядом с участком, — конечно же он знал, ведь был буквально соучастником.       — Кто же не знает новости, особенно такие, — как можно спокойнее и с усмешкой на губах произнес Джей. Да и в любом случае, с чего вдруг Чонвон подумает, что он и есть тот самый грабитель на красном байке?       — Это да, но я не об этом, — следователь на пару мгновений склонил голову вниз, рассматривая свои кроссовки на массивной подошве и чёрные лакированные туфли второго. Неужели он всегда одет, будто с иголочки? У парня невольно навязывался вопрос про бизнес. Быть может Пак работает моделью, потому так роскошно и сногсшибательно выглядит?       — Ты вчера сказал, что работаешь на отца с бизнесом, — объяснил Чонвон, затрагивая тему с работой. Что же, прошло время холодеть джеевским ладоням. — И та девушка в ориентировке тоже бизнесом занимается, но нелегальным. Ты случаем таких не знаешь?       Быть умным — значит притвориться глупым в нужный момент.       — Нелегальным это..?       — Я не в смысле того, что ты занимаешься подобным, просто вдруг у отца твоего связи есть такие? — Чонвон понял, что сморозил какой-то бред Джею и лучше было бы просто молчать или сразу перевести на другую тему.       — Даже не знаю, Чонвон-а, — и вновь он сладко и долго протянул неформальное окончание к имени. — Я не отрицаю таких связей, но не думаю, что отец с ней или ними дела ведёт.       Следователь задумчиво кивнул, отмечая, что Пак никак негативно не ответил на подобный вопрос и в принципе на тему про работу. Тогда, может ли он рассказывать свои успехи или происшествия на ней? Скорее всего, нет, ведь они знакомы то пару дней. Но ему не хотелось думать о дальнейших взаимодействиях на желанной встрече, поэтому Ян оставил все размышления на потом, отдаваясь в руки хорошему настроению и приятному бархатному голосу Джея.

***

      Как оказалось, Чонвон уже знал почти что всё о девушке в розыске, поэтому рассказал бо́льшую часть, тем самым помогая и Джею.       Конечно же, такая помощь осталась на его совести, и парень буквально чувствовал, как готов сдаться на месте. Сдаться в двух смыслах, во-первых, следователю в холодные ладони, а во-вторых, бросить весь план к чертям и просто насладиться прогулкой. Но всё наслаждение перекрывало сразу и напрочь липкое чувство обмана и лжи, которое было проявлено к Яну. Паку было вправду жалко его, ведь такая красивая и добрая фигурка не должна была попасться на пути «злого» антагониста.       Но под милой улыбкой розовых губ и маленькой ямочкой на щеке Джей терялся. Взаправду, почему такой красивый следователь попал именно в его руки? Это, скорее всего, неведомая удача и больше для первого. Будь бы Сонхун главным героем, то тело уже нашли бы где-нибудь в лесу под высокими и тёмными деревьями. Жуть, не правда ли?       Верно, это полная жуть и Пак не в силах был представить подобного, тем более, поступить так.       Все не очень весёлые размышления были прерваны негромким чихом Чонвона рядом. Он прикрыл нос рукой и немного отрешённо поморгал пару раз, боковым расфокусированным взглядом замечая обеспокоенные карие глаза.       — Сильно замёрз? — Побеспокоился Джей, уже думая, как согреть парня. На на ум пришла только идея долгих объятий, но она сразу же была откинута куда подальше.       — Нет, просто чихнул, — тот поспешил убрать буквально красные от мгновенного холода ладони. Но и такое быстро движение не скрылось от внимательного взора.       Такое невинное поведение и отчего-то умоляющие глаза насмешили его. Пак вспомнил, что совсем недалеко, в десяти минутах ходьбы, есть кофейня, в которой вправду вкусное кофе и другие напитки. Но он так же помнил мимолётные слова Яна о том, что не хотел сегодня никуда заходить, по типу забегаловок. Быстро и спонтанно было приятно решение самостоятельно купить пару стаканчиков с тёплым кофеином.       — Чонвон-а, мне надо отойти на минут пятнадцать, — начал Чонсон, замечая непонимание в других карих глазах. — Я быстро, ты пока посиди здесь, хорошо?       — Хорошо, — чуть помедлив ответил он, присаживаясь на лавочку рядом. Когда же тот в спешке начал отдаляться, то ему крикнули вдогонку. — Только быстрее! — Парень развернулся и с улыбкой кивнул, реально ускоряя шаг.       И вправду, Джей вернулся через пятнадцать минут с двумя тёмными стаканчиками кофе в руках. Он подошёл к Чонвону со спины, протягивая карамельный латте с двумя ложками сахара, пока в левой руке остался свой чёрный и терпкий кофе без крупинки сладости.       — Хён... — снова слегка помедлив произнес младший, забирая неожиданный, но приятный презент от парня. Последний сел рядом, замечая, что теперь обе чонвоновы ладошки покоятся на тёплом стаканчике. — Я же говорил, сегодня без затрат.       Кошачий уверенный взор столкнулся с улыбающимся, хозяин которого заметил, что губы у Яна только кажутся тонкими и маленькими. Во время лёгкой и незначительной обиды тот, честно, непроизвольно надул их, сводя ровные брови к переносице.       Как же он был похож на сердитого кота, просто не передать словами.       — Для тебя ничего не жалко, Чонвон-а.       Ну вот что за чёрт? Парень смущённо отвёл глаза, рассматривая чёрную водолазку, что натянулась в районе солнечного сплетения. Просто к его имени добавляют окончание «а», что странного?       Во-первых, подобным образом Ян не реагировал на зов от Джейка и Сону. Второй, к слову, повадился говорить «Вон-а». Во-вторых, почему Джей так тягуче сладко тянул имя?       Может, потому что самому Джею нравилось такое обращение к следователю? Или может из-за странной, но не менее приятной и яркой реакции окончание «а», которое будет прикреплено к его имени.       Первым всё-таки к согревающему напитку прикоснулся Чонвон. На удивление латте не было слишком приторным, как ожидалось, а в меру сладким. Пак попал чётко в цель и ликовал внутри, делая два больших глотка чёрного классического кофе.       После он не слышал каких-либо возмущений от второго, поэтому принял молчание на такую тему зелёным светом. А виновник постоянных мыслей молчал, потому что не хотел говорить. Прекрасно вышло, не так ли?       Двое гуляли довольно долго, и время успело перевалить за половину девятого. Они не договаривались до какого-то времени окончания, но, видимо, сама судьба решила намекнуть, что им пора по домам.       Когда Джей и Чонвон вышли с парка под захватывающий разговор про обсуждение галактики и домыслов существуют ли инопланетянины, второго, как навигатор, понесло в сторону своего многоэтажного дома. И заметил он, это только когда в расслабленное поле зрения попала знакомая обшарпанная лавочка и такого же состояния мусорка.       — Это твой дом? — Спросил Пак, чуть задирая голову вверх и смотря чётко на десятый этаж. В голове всплыли отрывки того как они поднимались наверх. И, конечно же, Чонвон ничего не помнит.       — Да, но я даже не заметил, как пришёл сюда, — с искренним удивлением произнёс тот, в сотый раз за вечер изучая профиль рядом. В мыслях снова промелькнула мысль, что с такого вида он похож на кота. Только чёткая линия челюсти, ровный нос и слегка выпирающий кадык можно было не отнести к кошкам.       — Если хочешь, то можем ещё прогуляться, — с воодушевлением предложил следователь. Ему хотелось вдоволь насладиться компанией Джея, ведь он буквально чувствовал, что в ближайшие дни не сможет с ним встретиться. — Тут неподалёку есть ещё один парк...       — Ты разве не замёрз? — Произнес тот, наконец переводя взор на Чонвона. Последний что-то невнятно ответил, пряча свой от пристального напротив.       От такой милой и даже невинной картины на лице парня проступила слабая улыбка. Он подошёл чуть ближе и остановился на расстоянии вытянутой руки, пытаясь словить взгляд, но не решаясь вторгаться в личное пространство.       — Чонвон-а, я не хочу, чтобы ты заболел, поэтому самостоятельно отправляю тебя домой, — Пак не ожидал, что на его лице появится улыбка, тем более, вправду искренняя. Кончики ушей и чуть острые скулы младшего неожиданно, но медленно окрасились пунцовым цветом.       — Раз уж так, то я тоже отпускаю тебя домой, — едва не шептал Ян, чувствуя, как буквально плавится под заботливым взглядом карих глаз.       Второй уже хотел просто помахать рукой на прощание и произнести «до встречи», как его с неожиданной силой потянули за локоть назад. Парень неловко обнял его под подмышки в надежде после просто убежать к подъезду, но немного не рассчитал и чужие силы. Джей так же неловко положил ладони на талию, что была сокрыта под тёмным пальто.       — Теперь точно до встречи, — нервно усмехнулся он, не желая чувствовать, как чужие руки пропадают со спины. Следователь только улыбнулся и вправду быстрыми шагами направился к подъезду. Когда массивная железная дверь открылась, он на прощание помахал рукой и скрылся в тусклом свете холодного подъезда.

***

      — И чего мы так улыбаемся?       Нахальная улыбка и сверкающие глаза в полумраке второго этажа не могли невольно бесить. Но сейчас у Чонсона слишком хорошее настроение, поэтому ему не в падлу ответить в похожем тоне и с похожим намёком.       — И чего мы так за Джеюн-и хватаемся?       — Про него ни слова, — прорычал Сонхун, складывая руки на груди и переводя взгляд куда-то в сторону. В мыслях Пака появились только две догадки такого поведения.       Первая — Джейк не отвечал на смс, если тот вообще писал, или же просто не хотел общения. Вторая — ему просто не понравился взаимный подкол от друга.       И стоило Паку только подняться на второй этаж и встать рядом с парнем, как тот, словно ошпаренный, отпрыгнул на два шага назад, стыдливо бегая взглядом по фигуре напротив.       — Только давай без вопросов «почему не избил, как обещал»! — Воскликнул он. Джей честно пытался не рассмеяться в лицо такому громкому заявлению.       — Ты и не говорил, что побьёшь его..       — Не нагнетай, а? — И всё-таки Сонхуну надо было идти в актёры. Он закатил глаза и слишком болезненно положил руку на сердце. — И без тебя плохо!       Пак тихо посмеялся, но ни в коем случае не обиделся. Понимал, что ему просто нужно время, чтобы пообижаться.       Сам же он ретировался в комнату, тихо закрывая дверь и останавливаясь за ней же. Сегодня было так хорошо и спокойно на прогулке. Именно на прогулке, не в компании Чонвона. Хотя с ним тоже было спокойно и так приятно общаться, пусть Пак и знает его от силы три дня, но зато чуть больше, чем знает это сам парень. Взаправду редкий и удивительно красивый голос успокаивал, и тот даже не заметил, как бо́льшую часть общения молчал, вслушиваясь в оживлённую и эмоциональную речь следователя. И кошачьи глаза тоже невольно успокаивали, а когда-то смущали, где-то тревожили своим ярким огнём.       Странно, не правда ли? Чонсон знает Чонвона совсем немного, но чувствует, что у них много общего. Конечно же это было заметно и по непрекращающимся разговорам, но если и этот фактор опустить. Есть множество тех, которые нравятся двоим, но они пока что не были озвучены, но в скором времени точно будут.       Но Пак опять-таки решил не зацикливаться на таких мелочах и решил раньше лечь спать. Но перед этим принял горячий душ и прочитал пару страниц детектива, про который Ян сегодня тоже говорил.

***

      Утро началось с ужасной новости, связанную с Кан Минё. Джей снова встал позднее, чем Сонхун, отмечая, что в последнее время режим сна вовсе сбился. Но на этот раз он очнулся не от толчков в бок, а самостоятельно.       Но вылетел из комнаты под давящими тревожными мыслями, которые проснулись вместе с ним. Парень вышел на кухню и попал чётко в цель. Под «целью» имелось ввиду местонахождение друга. Тот сидел за столом и допивал, кажется, остывший малиновый чай. Его любимый малиновый чай, когда Чонсону было плохо только от одного глотка. Приятные и на удивление свежие нотки малины витали в воздухе, но они не раздражали.       Пак приземлился с тяжёлым выдохом напротив, громко зевая и прикрывая глаза.       — Ты сегодня рано, — произнес Сонхун, смотря на циферблат телефона. — Только десять.       — И тебе доброе утро, Хун, — вяло ответил он. Ему было так лень говорить, всё что крутилось в голове, но и его никуда не торопили.       — Ничего не произошло пока я спал? — Более менее сформулированный вопрос. Между двумя повисла тишина. Но она не предвещала ничего хорошего, пятой точкой сердцем чувствовал Пак.       — Отец твой звонил. Мне уже кажется, что я его сын, а не ты, иначе почему он всё время мне звонит? — Друг пожал плечами за вопрос, отмечая, что лучше бы старший не был ни его, ни второго родственником.       — Сегодня мы встречаемся с Минё.       Блять? Почему в последнее время тайминг в жизни Джея присутствует везде? Он же буквально вчера гулял с Чонвоном и они, хоть и немного, но поговорили о Кан Минё. Конечно же парень знал её имя, а следователь не стал говорить. Но почему всё так быстро и резко?       — Вечером в восемнадцать мы должны быть возле этого здания, — Сонхун показал нужное место, как фото, которое прислал ему отец.       — Это же самый дорогой клуб, верно?       — Может, ведь наша Минё ведёт бизнес по драгоценным камням и денег предостаточно.       Вот это совпадение. Шикарное, не так ли? Быть может этот Джи Мин просто хочет отомстить отцу за какие-то споры в прошлом, невольно, а может и специально, завлекая двоих в это болото. У Чонсона конечно были предположения, что крала всё не Кан, а её подчинённые, и все размышления подтвердились.       Если девушка на свободе, то её преспешники в тюрьме, и Чонвон обо всём знает. Но знает ли Чонвон о том, где Минё может находиться в данный момент?       Чёрт, вот и ещё одна загвоздка. Быть может парень уже знает о ней, и где её искать? Даже если знает, то поедет он в тот же клуб и не дай бог увидит там Чонсона и Сонхуна с ней.       — Знаю, о чем ты думаешь, Джей — негромко произнес друг, открывая вторую конфетку в красной упаковке. — Про то, как не попасться Чонвону?       Тот лишь кивнул, вставая с места и подходя к аппарату, которое готовило кофе. Ему срочно нужен чёрный молотый и почти что самый крепкий.       — У меня есть одно предположение, куда могли пропасть твои две полароидные фотографии, — пятое слово он специально выделил интонацией, с опаской продолжая.       — Возможно, они у Чонвона.       Вода, что до этого была во рту старшего, каплями вылетела из него на тёмную плиту. Чего? Как это его фотографии у него могут быть?       — Давай просто порассуждаем, — затараторил Пак, объясняя свои слова. — Когда ты потерял свою первую фотку с ночным небом на том самом месте?       — Когда мы крали красные алмазы.       — Вот, а тогда ещё был тот старпёр на месте Чонвона. Потом мы приехали домой, и ты не обнаружил снимок. И это значит, что ты либо выронил его где-то, либо выронил, но уже рядом с местом кражи.       Точно, и как он сам не догадался? Получается, что и второй тоже был у Яна. И если бы не давнёшняя привычка Пака надевать перчатки на руки перед осмотром снимка на ляпы, то он бы уже пил воду за решёткой. Получается, они с Сонхуном были настолько близко к провалу и тюрьме?       — Но я придумал кое-что, — вновь начал друг. — Если мы не заберём их обратно, а наоборот будем специально оставлять на месте?       — Зачем? — Между парнями повисла тишина, заставляющая думать о том, что имеет в виду младший. И тут Джея осенило.       — Что ты хочешь ему сделать? — Он развернулся лицом к Сонхуну, складывая руки на груди и с укором смотря в карие глаза.       — Всего лишь лёгкую головоломку, — эти самые глаза загорелись ярким пламенем, который явно исходил из самого ядра ада. Вот почему Сонхун такой?

***

      С разговора на кухне прошло достаточно много времени. Джей уже начал собираться на столь отвратное мероприятие, как тихое убийство, так ещё и молодой девушки. Интересно, почему же так много юных дам подаются в криминал? Скорее всего, из-за острой нехватки денег, но возможно была и другая сторона монеты.       Сонхун уже был готов и ждал внизу, на первом этаже. Он не стал сильно наряжаться, ведь Кан ему не особо понравилась, да и повода не было. Именно поэтому на нём сидела чёрная шёлковая рубашка и такого же цвета брюки. Сверху простой пиджак и ни единой белой частицы. Они ведь буквально на похороны идут. В похожем прикиде вышел и Чонсон, только на нём была бордовая рубашка, а не тёмная.       — Ты взял фотографию? — Задался вопросом парень, замечая, что глаза напротив стали ярко-янтарного цвета. После он заметил и тонкие, облегающие ладони, аккуратные перчатки. Неужели Пак так боится замарать руки? Но они ведь даже трогать её не будут.       — Всё при мне, но я отдам тебе твою пару перчаток, когда сядем в машину.       Через пару минут они уже садились в машину. Водителем вновь стал Сонхун, но перед этим он надел чёрную ткань и был приятно удивлён её удобности. Такая лёгкая и не оставляющая после себя следа — прекрасно.       Через ещё мгновение на задней стороне фотографии появился странный, изогнутый символ, написанный специальной ручкой, которую видно исключительно под ультрафиолетом. Да уж, Чонвону придется постараться, чтобы найти зацепку на ней, но Сонхун уверен почти на все 100%, что он догадается.       Так даже интереснее.       — Нам отдадут или мы должны сами взять? — Джею даже не стоило упоминать название, как ему сказали, что уже всё готово. Осталось просто приехать и сделать грязное дело.       Навигатор показывал здание в двадцати минутах от их дома. Дорога до клуба прошла в молчании, но они чувствовали помимо собственного волнения чужое. И странно было ощущать переживания Сонхуна, ведь парень не всегда волнуется, особенно при убийствах. Именно из-за этого хорошего качества два подобного рода беззакония были на нём. Сегодня же они вдвоем должны совершить кровопролитие жертвы.       Они и не заметили, как оказались возле высокого двухэтажного здания. Казалось, что оно стало в разы выше и будто темнее, потускнело из-за будущих событий. Но двое предпочли не замечать столь странного явления. И зашли парни не с главного входа, а с заднего, из которого выходили и заходили только по важными делам. Конечно же фамилия Пак была распространена, но имя отца нет, поэтому их без лишних слов пропустили.       — Куда теперь? — Выдохнул Чонсон, смотря на уже затуманенное и большое, нет, огромное пространство.       Вдалеке еле-еле виднелись очертания бара и двух бегающих шейкеров, которые делали заказы уже выпившим посетителям. В помещении приглушённо горел неоновый свет, и его в принципе можно было бы вовсе выключить. От двух больших диско шаров отходили яркие блески, которые попадали теперь, как на двоих пришедших, так и на остальных. По посетителям, что танцевали на просторном танцполе, было видно всё веселье и крепость алкогольных коктейлей.       — Наверх и до последней двери, — ответил Сонхун, прочитав в чате смс от отца. — Она уже ждёт нас.       Пак удивлённо отвёл взгляд от разглядывания других людей, смотря на друга. Музыка грохотала из колонок, будто самый мощный гром средь бело дня, но это не мешало парню слышать речь второго.       — В смысле ждёт?       — Ну, мы практически... на заказ?       Тогда глаза второго расширились ещё больше. Какой нахуй на заказ? Они типа проститутки или что? Но отрицать подобного извращения тоже нельзя, ведь это уже была идея отца.       Чонсона уже начинало воротить от всего, что происходило здесь и от дальнейшие событий тоже. Он поспешил взойти на второй этаж, дожидаясь секунду, чтобы друг успел за ним. А сверху помещение казалось в три раза больше. Скорее всего, своё дело делали кучки посетителей, что расползлись по всем укромным уголкам и большой танцпол. Но парень не мог не заметить при всём этом роскошность заведения. Почти что все были одеты, словно с подиума или хотя бы с одной брендовой штучкой, по типу сумочки или ожерелья. И даже на втором этаже отчётливо чувствовался запах дорогих коктейлей самых разных вкусов и даже чьих-то духов.       Когда же двое подошли к двери, то все ранее услышанные запахи смешались воедино и встали где-то в районе горла. Джею стало неимоверно сложно дышать, ведь он чувствовал, как буквально давится едкими химикатами, которых по сути то и не было.       — Не будь с ней груб, а иначе получим мы, — последнее, что успел произнести Сонхун, как дверь в заветную комнату сама отворилась.       За ней стояли двое охранников, которые оценивающим и мимолётным взглядом поняли кто пришёл. Они кивнули и встали по обе стороны от двери, открывая вид на приглушённый свет в комнатке. Посередине стоял красный бархатный диванчик, рядом кофейный столик, на котором уже стоял длинный бокал с чем-то внутри. Самой девушки не было видно, но когда парни зашли и настороженно осмотрелись, то поняли где она.       Минё стояла у открытого окна, смотря на вечерний пейзаж сверху, и курила сигарету. Джей сразу уловил вишнёвые нотки, пока Сонхун морщил нос от столь неприятного запаха. Обычно такие сигареты курили девушки и в очередной раз предположение подтвердилось.       — О, вы пришли? — Минё обернулась и оценивающе осмотрела двоих. На её пухлых и ярко накрашенных губах нарисовалась хитрая улыбка.       Теперь Чонсон с уверенностью мог сказать, что она вправду похожа на куклу. Всё те же большие глаза, естественно большие губы и миловидное личико. Но наряд говорил совершенно о другом. Первое, что сильно бросалось в глаза — колье на открытом декольте. Украшение явно было сделано руками мастера, а иначе бы оно не было настолько тонким. Крохотные осколки драгоценных камней лежали на светлой коже, отливая синим цветом, пока на стройном и слегка худощавом теле сидело красное обтягивающее платье. Оно даже до колена не доходило, из-за чего взгляд невольно падал и на ноги.       — Добрый вечер, нуна, — Сонхун без колебаний поклонился и дёрнул за кончик пиджака друга, чтобы тот тоже повторил.       — Добрый.. Сонхун, верно? — Она подошла к парню, когда тот выпрямился и второй удивился её росту. Она была ниже друга буквально на пару сантиметров, как и его самого.       — А ты Чонсон, да? — Он лишь кивнул. Рот не открывался, а язык не поворачивался отвечать.       — Чего зажатые такие! — Вдруг воскликнула Кан, из-за чего двое едва не подпрыгнули. Девушка мимолётно коснулась руками их бедер, уходя к маленькому бару возле окна. — Сейчас я, Кан Минё, вас быстро расслаблю.       Джей посмотрел умоляющим взглядом на Сонхуна. Но тот лишь выдохнул, прекрасно понимая и зная, что первому такое общение не нравится. Но что уж поделать, если надо?       Вот именно, осталось только смириться. Это и сделали парни, но у Чонсона выходило очень тяжело.       Скорее всего, стоило начать с того, что друзья вправду оказались проститутками. Чонсону трудно было мириться с этой мыслью на протяжении часа, поэтому больше всего хотелось вмазать по кукольному личику Минё, а не ждать, пока настанет время подсыпать в алкоголь нужный препарат.       После продолжить надо было действиями в её сторону и от неё. Видимо, девушка добивалась их полной «свободе от мыслей», чтобы самостоятельно сделать всё нужное. Её желания были настолько прозрачны, что двоим становилось тошно. Казалось, что чужие руки уже побывали везде, где можно и облапали везде, где можно и даже нельзя. Да уж, теперь Джею оставалось только выкинуть или сжечь вещи, ведь на них остались опечатки пальцев.       Это ужасно. Неимоверно ужасно, когда девушка лезла едва не в штаны, невинными глазами смотря на другие. Спасибо хоть не к нему, но второго тоже было жалко. Он пытался отодвинуться подальше, убрать назойливые чужие ладони, которые нарушили личное пространство больше пяти раз, но не мог. Кан сама лезла, разворачиваясь к Чонсону спиной и, о боже, блять, едва не открытой задницей.       Парню до безумия хотелось блевать от такой извращённой и грязной картины. Теперь понятно, почему у неё так много связей и денег на руках и в кармане. Минё была слишком покладистой и прилипчивой. Это ужасно бесило.       Но последней каплей стало, когда её уже расслабленное внимание переключилось на Чонсона. Тот спокойно сидел и думал, что выпрыгнуть с окна не такой уж и плохой вариант, как ледяные ладони коснулись собственного колена. Реакция не заставила себя долго ждать, но она была совершенно другой. На ранее более спокойном лице парня появилось презрение и прозрачное омерзение. А рука Кан не остановилась там, медленно поднимаясь вверх к бедру.       Сонхун прекрасно понял, что за пиздец произойдет, если та продолжит лезть к другу, поэтому решил действовать.       — Нуна, вам принести какого-нибудь коктейля с бара?       Мгновенная реакция и девушка жертва переключилась на Пака.       — Сонхун-и.. закажи мне голубую лагуну, — обладателя имени вымораживало такое обращение, поэтому он поспешил скрыться за дверью, взглядом обещая скоро вернуться.       Но ничего сверхъестественного не произошло за его отсутствие. Минё просто встала с диванчика подошла к окну, чтобы покурить. Она предложила и Джею, но тот отказался, хотя самому хотелось, но курить с ней, да ещё с одной сигареты... Нет уж, спасибо.       Он бы лучше с Чонвоном поделился.       Сонхун вправду вернулся быстро и принес лишь один удлиненный и специально утончённый бокал под подобный вид алкогольных напитков, держа в ладони с перчаткой. Тогда-то она и вернулась на диван, сладко благодаря за услугу и выпивая два больших глотка.       На моменте, когда её алые губы докоснулись краешка бокала, то двое пристально стали наблюдать за побочными эффектами. Но сначала на прозрачном стекле остался след от ярко-красной помады, а после Минё вдруг понесло в разговор. Говорила только она, поочерёдно смотря на парней.       Чонсон доверял Сонхуну в убийствах и смертельных препаратах больше, чем себе. Верно, последний подсыпал девушке яд. Именно поэтому две пары глаз неотрывно смотрели на неё, чему персона несказанно радовалась.       Знала бы она на самом деле из-за чего на неё выжидательно смотрят.       — И вот! Тогда она начала.. — последовал громкий кашель из чужого горла. Девушка попыталась продолжить монолог, но не могла.       Из горла были слышны только противные булькающие звуки, которые для неё не сулили ничего хорошего.       Через мгновение Кан начала хвататься ледяными от страха руками за собственное горло, непроизвольно сдавливая и самостоятельно душа себя. Сонхун и Чонсон одновременно встали со своих мест и разошлись по разные стороны комнаты. Оба слышали ужасные звуки, что издавала та на пограничном состоянии со смертью.       Минё же теперь было не до двоих, поэтому она с грохотом свалилась на пол, ударяясь затылком о кофейный столик, по-прежнему держась ладонями за шею. Двое прекрасно видели, как закатываются чужие глаза от нехватки кислорода, как ноги под побочными эффектами сворачивает в судорогах и как в чужой глотке начала буквально закипать тёмная кровь.       Тогда-то Сонхун и сорвался с места, подбегая к ошарашенному Чонсону и хватая его за запястье. Полароидная фотография ночного неба упала прямо рядом с оголённым бедром девушки. Он потянул со всей силы фигуру на себя, пока янтарные глаза не могли перестать смотреть в жалостливо-молящие карие уже умирающей жертвы.       Чонсон помнит только то, как вылетел из комнаты и согнулся в паре шагов от двери из-за рвотного позыва. Ему было так противно от себя, что хотелось просто вырвать своё сердце, которое стучало с неумолимой скоростью о, казалось, хрустальные рёбра и остаться прямо здесь, на этом тёмном полу.       Его колени коснулись ледяного пола, голова опустилась вниз, а руки в лихорадке задрожали. Тогда Сонхун и вдарил второму ладонью по лицу. Он потянул того вверх и ещё раз ударил по щеке, отчего чужая голова повернулась влевую сторону, а громкий звук шлепка эхом распространился по второму этажу.       Не время опускать руки и блевать от увиденного. Самое время удирать со всех ног, пока и ему плохо не стало.