Влюбить, а не влюбиться

      На следующий день Чонвона ждала большая стопка документов. Среди них были и с двумя вчерашними жертвами — Бон-Хва и Ким Виён. Вчера следователь не успел проверить бумаги, которые отдал Хисын, поэтому всё осталось на сегодня. Зато на доске были написаны два новых символа под словом «находки».       Числа «15» и «30» не давали расслабляться Яну ни на секунду. Шестерёнки в голове двигались с усиленной скоростью и приводили примеры их использования.       Во-первых, две цифры можно подставить как два ближайших числа в календаре. То есть, в один день будет грабеж, а в другой — убийство. А может — наоборот или всё сразу. Нельзя судить по расплывчатым догадкам будущие события. Он забрал у них байк, чтобы они перестали грабить выставки и прочее раз за разом. Однако преступники стали проворачивать более кровожадные дела. При этом ещё и абсолютно чистые, без единой незапланированной улики.       Чонвон стоял перед доской, вдоль и поперёк расписанной его догадками. Он попросту не мог держать в голове все возможные ключи к разгадкам, их образовалось слишком много.       Во-вторых, пятнадцать и тридцать можно использовать как время. Возможно, в 15:30 какого-нибудь дня двое байкеров совершат последнее чистое убийство и скроются в неизвестном направлении... Но и это предположение звучало слишком мечтательно. Следовало поймать преступников, а не ждать, пока они сами уйдут, закончив дела. Поймать двоих голыми руками — не в счёт фотографии-находки — равносильно гнаться за рысью на своих ногах.       Чонвон усиленно размышлял над двумя числами и ощущал, как голова в прямом смысле начала дымиться. Негромкий стук в дверь отвлек от очередной переработки всей информации.       — Утро доброе ранним пташкам, — в кабинет нагрянул Джеюн, сверкая синяками под глазами и яркой, как всегда, улыбкой.       — Доброе и поздним пташкам, — в подобной манере ответил Чонвон, едва заметно ухмыльнувшись.       Вошедший встал рядом, молча разглядывая масштабное отображение всех событий на доске. Он каждый раз забывал, что у друга одно из самых сложных заданий и поэтому ходить к нему просто поболтать не было времени.       — Так что у тебя там с Сонхуном? — Махнув рукой на доску, он сел за стол. Шим приземлился рядом, начиная рассказ.       Следователь, выуживая из папки нужные листы, внимательно слушал и кивал на отдельные фразы.       — Я решил его проверить, нажать на больное место, так сказать... — продолжал парень, — когда дождь сильный пошёл, то я сказал, что за тебя переживаю, а он взял и уложил меня на себя! Как в фильме, прикинь! У него такие руке сильные, я сначала даже испугался. А потом он просто спросил про интерес в общение.       — А ты что? — Чонвона взволновало, что в небольшой перепалке была задействована его персона.       — А я сказал, как думаю: интересен, но сильно мешает навязчивость. Всё равно знаю, что ударить меня не поднимется рука, — на губах нарисовалась хитрая ухмылка. Ян в ответ улыбнулся, не понимая, как Джеюн спокойно сказал такое в лицо на первом адекватном свидании.       На его бы месте следователь всё-таки немного боялся бы Джея. Как-никак, а встречаются они второй раз в жизни. Вдруг бы он преследовал другие цели? Кто знает, однако кинолога подобное ничуть не остановило. Шим просто был везунчиком по жизни, поэтому и не получил по лицу.       Размышлял над словами Сонхун недолго, душив Джеюна ледяным взглядом. Что-то страшное скрывалось в глазах напротив, будто притаились до лучших времён.       Только парень перевёл внимание на лифт позади, как на чужих губах уже нарисовалась ухмылка. Ему показалось — может и нет, — что у Пака некий фетиш на вид его фигуры сзади? Иначе нельзя объяснить по-другому постоянные взгляды, пока он стоит к нему спиной.       — Допустим, Джеюн-и, — слишком сладко, даже приторно протянул Сонхун, почему-то прикусывая нижнюю губу. — Но если бы я не был таким навязчивым, по твоим словам, то ты бы не увидел такой прекрасный вид и не..       — Я не про это.., — выдохнул Шим, понимая, что ситуация у них сложная. Второй хмыкнул в ответ, отворачиваясь к панорамному окну и снова думая о чём-то своём.       — В общем, ни слова мне не перечил, — заключил кинолог, не пытаясь вчитываться в документы на столе. Чонвон запоздало кивнул, зависая на одном из предложений.       — Я нашёл его, — восторженно прошептал он, раз за разом бегая глазами по тексту. После парень резко встал с места, забирая телефон, ключи и документ. — Извини, мне срочно нужно кое-куда съездить, чуть позже поговорим!       Шим не успел и звука издать, как следователь выбежал из кабинета, позабыв пальто. Тогда он тяжело выдохнул, потому что времени у друга на простые разговоры взаправду нет. Кинолог неспеша встал со стула, ещё раз посмотрел на доску и вышел с кабинета, переворачивая недавно найденную табличку на красное «stop!». Яну нравилось забирать себе в коллекцию никому ненужные, затерянные предметы.

***

      В это же время Чонвон сидел в полицейской машине, подогревая салон и осматривая дорожки через лобовое стекло. Людей ходило по улице немного, хоть и участок был рядом с жилым районом. Поблизости часто встречались пожилые или совсем молодые жители, которые приходили в соседний сектор по не особо криминальным делам. Тот участок тоже принадлежал Хисыну, если память не изменяла следователю.       Честно сказать, то Ян вообще плохо разбирался во всяких директорах, заведующих, уж слишком много времени уходило на бумажки. Главное, что не его забота принимать людей с потерянным кошельком или забытой сумочкой. Собственные дела намного масштабнее и запутаннее.       Парень развернулся на полупустой парковке и выехал на главную дорогу. Сейчас его путь лежал к одному из банков. На его территории находился нужный архив с документами.       Ян хотел бы дослушать пересказ свидания Джеюна с Сонхуном, но одна строчка из личных дел Бон-Хва зацепила внимание. «Заключение сотрудничества, взаимопомощи и обеспечения финансов с банком...» и именно в это место он сейчас направлялся. Хисын не стал бы давать на руки следователю бесполезные бумажки, особенно какие-то договоры. Вдруг Чонвон сможет с их помощью откопать что-нибудь стоящее?       Здание с архивом находилось в пятнадцати минутах езды от участка, поэтому он добрался быстро. По приезде оказалось, что территория и сама постройка была очень маленькой. Хорошо, что хоть парковка была не занята полностью.       Чонвон быстро припарковался, проверил карманы и вышел из машины. Он открыл дверь в задние и про себя удивился такой компактности главного помещения. За высоким столом и стеклянными окошками пришедших людей принимали две девушки. Ян направился к одной, которая сидела слева и что-то печатала в компьютере. На бейдже слева написана была одна фамилия «Чхве».       — Добрый день, — произнёс он, привлекая внимание работающей. Через секунду её изучающий взгляд оказался на очередном клиенте.       — Я без записи, но у меня срочное дело. Следователь Ян Чонвон, — он предоставил своё удостоверение и после кивка головой, убрал обратно в карман.       — Что именно вас интересует? — Уточнила девушка, что-то выглядывая в зрачках напротив.       — Меня интересует заключение договора двух банков, — Чонвон протянул ей документ, который забрал со стола. На нужное предложение был наклеен стикер, поэтому она сразу же нашла то, что надо. — Вы ведь можете показать мне официальный документ или его ксерокопию?       — Конечно, пройдёмте за мной, — ответила Чхве, вставая с места и выходя в коридор.       Следователь послушно направился за работницей, отмечая, что пусть здание и маленькое, зато комнат предостаточно на один коридор. Пришли они к железной двери, на которой висела надпись «Вход только для сотрудников!». Тогда он остался снаружи, ожидая девушку.       Чонвон облегчённо облокотился о стену и прикрыл глаза. Голова потихоньку начинала болеть, мысли превращались в одно большое месиво. Ему совсем не в тяготу уследить за каждой из них, схватить за хвост и поставить на свою полку, но как-то надобности нет. Скорее всего, он уже привык к суматохе и в жизни, и в работе, и в голове.       Была ещё одна причина, по которой не хотелось рассортировывать свои мысли — это Джей. От одного только имени, малейшего и обжигающего воспоминания, хотелось ярко улыбаться во все тридцать два зуба. Ему так хорошо спалось прошлой ночью, после встречи, экстремальной прогулки под дождём и тактильности в конце. Ян ощущал, как пылающие теплом ладони оберегали его во сне. И он бы нагло соврал, сказав, что и по сию секунду не ощущал пылкий след суховатых губ на своих, уже расплывшихся в улыбке. Парню было хорошо только от одного воспоминания с какой осторожностью относились к нему. Джей, кажется, боялся даже неправильно выдохнуть, вдруг ненароком спугнул бы такой прилив тактильности.       — Я в праве дать вам только ксерокопию, — из собственных размышлений его вывела Чхве, которая протягивала несколько бумажек в чужие руки. — Вы ведь хотите забрать документ с собой?       — Да, — ответил Чонвон, снова выходя в приёмную комнату, где его встретили пару посетителей.       — Распишитесь и можете идти, — она протянула листок и ручку. Ян же бегло прочитал какую-то очередную важную бумажку, оставил подпись и с гордостью вышел из здания. Вот и первая зацепка, которая, наверное, поможет немного в раскрытии дела.

***

      Всё-таки сон — это не всегда что-то хорошее и помогающее отдохнуть. Он может прийти в обличие ужасного кошмара, чего-то странного и непонятного, а может все события будут происходить с каким-нибудь человеком в определённый период времени. И в эту ночь Чонсон увидел третий вариант сновидения.       Когда он открыл глаза, то увидел перед собой телевизор, невысокий торшер, кофейный столик, но всё это не находилось в его доме.. Пак обнаружил себя полусидящим на мягком диване в квартире Чонвона. Тихо хмыкнув, он покрутил ладонями перед лицом, ощупал ноги, ощущая себя в осязаемом сне. Кажется, после встречи со следователем у него будут налаживаться отношения со сном, иначе реальный рост в улучшении графика жизни нельзя не отметить.       Однако совсем скоро Джей понял, что осязаемые сны не всегда заканчиваются или продолжаются чем-то ожидаемым.       Сначала он думал, что сейчас придёт Ян, усядется рядом с каким-нибудь вкусняшками, прижмётся ближе, как обычно любит делать, опустит голову на плечо, может ногу закинет на его две. Но Пак явно не ожидал увидеть, спустя мгновение, перед собой, сидящего на своих коленках, Чонвона. Он выглядел точь в точь, как вчера у него дома: футболка, штаны, волосы так же уложены, даже глаза блестят хитрым огоньком один в один!       И если сон осязаемый, то движениями управляет он сам, но без его инициативы руки потянулись к изгибам тела рядом. Правая ладонь опустилась на талию и с заметной силой сжала, но Джей никогда не позволял себе вольности в плане резкости к объекту своей любви, тем более зная, насколько парень напротив чувствителен. Во власти джеевских пальцев оказалась нежная словно бархат кожа, которая отдавала жаром через чёрствую ткань. Левая же ладонь почему-то легла на бедро, тоже сжимая, но не с прежней силой.       Пак прекрасно ощущал, как собственные кончики ушей горят румянцем, но они запылали ярким пламенем, когда совсем близко послышался негромкий сдавленный стон. Его карие глаза округлились, а голова моментально поднялась вверх, глядя точно во влажные кошачьи полумесяцы. Чонвон смущался не меньше, только сейчас не прикрывался ладонью, не прятался в его плечо.       Не прошло и двух секунд, как Джей оказался прижат мёртвой хваткой на груди к спинке дивана. Голова неприятно ударилась о твердую поверхность, начиная потихоньку болеть, но это не мешало наслаждаться сном. Розовые и мягкие губы впивались в его, совсем не неумело, как было в реальности, а очень даже неплохо. На этот момент парень закрыл глаза, покорно отдаваясь во власть ладоней, перебравшихся на шею, и душащему комфорту происходящего.       Однако, когда Ян вдруг стал слишком сильно давить, в попытках стянуть майку через голову, ошарашенный Джей отстранился, замечая на себе полный разочарования взгляд. Он попытался что-то объяснить, но слова путались, сливались в один невнятный каламбур. Единственное, что было им услышано — это негромкое и до ужаса страдальческое «Почему?».       — ..вон!       Чонсон подскочил на кровати, протягивая одну руку вперёд, будто пытаясь кого-то нашарить в утренней тьме высоких штор и тёмных стен. По шее и спине стекал ледяной пот, одежда липла и становилась второй кожей, глаза бегали по комнате в попытке ухватиться за малейшую деталь из квартиры Чонвона. Ему на долю секунды показалось, что кошачьи глаза смотрели отовсюду и всё с той же обидой. Горло пересохло напрочь, из-за чего Пак сильно закашлял, хватая кислород носом и открытым ртом.       В конце он рухнул на кровать спиной, не понимая, что за чертовщина только что произошла. Недокошмар с эротическим посылом или Пак ошибается? И в следующую секунду кончики ушей снова окрасились в румяный цвет. Осколки снов накатили с новой силой, пока руки и ляжки горели невидимым огнём.       Он чувствовал Чонвона рядом.       Как по волшебству к нему на телефон пришли смс. Чонсон не хотел смотреть, но интуиция подсказала, что лучше взять гаджет в руки. И вправду, написал следователь. Вон-и 11:32 Доброе утро! Не знаю спишь ли ты, но мне так хотелось написать тебе Узнать, как дела, что снилось

Вы 11:32 Доброе, я не сплю. Сегодня у меня работа.

Вон-и 11:33 Точно, я совсем забыл До скольки сегодня работаешь?

Вы 11:33 Наверное, до пяти или шести. Хотел встретиться?

Вон-и 11:34 Угадао Ой, угадал я имел ввиду Чуть позже напишу, а то сейчас за рулём

Вы 11:34 Ты умеешь водить машину? Не прочитано

      Ну что за идиотские вопросы Чонсон пишет ему? Он несильно хлопнул себя по лбу, закрывая глаза и откладывая гаджет в сторону.       Ему тоже хотелось встретиться, только «работа» мешала увидеть друг друга. Парню надоело чувство душащей совести в груди, когда из губ или в форме смс изображалась ложь. Пак чувствовал, как буквально тускнел изнутри, когда говорил враньё в кошачьи, блестящие счастьем и надеждой, глаза. Он ощущал, как сердце постепенно покрывалось тонким хрусталём, словно от очередной лжи оно с дребезгом разобьётся.       Раз за разом Чонсона преследовали навязчивые и угнетающие мысли, от которых тот сбегал в ванную. Там умывался, чистил зубы, менял пижаму на домашнюю одежду. Затем выходил на кухню и видел либо одну, либо вторую картину, третьего не было дано.       Сейчас за столом сидел Сонхун, но ни кружки с чаем, ни привычных печенек рядом не обнаружилось. Он что-то быстро печатал в телефоне, не обращая внимания на пришедшего.       — Выспался? — Но спустя минуту сзади послышался вопрос.       — С трёх раз догадайся, — раздражённо кинул за плечо Чонсон. Неужели именно сегодня всем прикипело спросить его про сон?       — Неужто что-то страшное приснилось, и ты испугался? — Всё-таки сарказма у Пака необъятное количество.       — Нет, но... Не кошмар, но тоже странно, — друг сел напротив с чашкой кофе в ладони. На завтрак сегодня кофеин и купленный вчера ужин от Сонхуна.       Ответа не последовало, поэтому Чонсон подумал, что словесная перепалка закончена. Но только он поднёс к губам чашку, глядя на светлое небо за окном, как ему неожиданно прошептали:       — Что, Чонвон приснился?       Добрая часть ещё горячего кофе выплеснулась на губы и футболку от резкости слов. Снова перед глазами предстала аккуратная фигурка Чонвона, обрамленная светом торшера. В довольно интимном образе — Чонсон уже сидел весь красный от малейшего воспоминания сна — неожиданно всплыла какая-то блестящая штучка на запястье следователя.       — Так и знал, — выдохнул Сонхун, оглядывая друга. — У тебя на лице всё написано. Даже я не такой простой и наивный, как ты.       — Кто бы вякал, ухажёр хренов, — гневно прошептал Пак, уходя в комнату, чтобы сменить кофту.       Вот кто его просил рот раскрывать? Ещё и стирать одежду придётся теперь. Пак выбрал первую попавшуюся вещь, а через секунду хотел завыть протяжным воем. На спине футболки красовался принт большого серого кота, который самодовольно сидел и глядел на часы на своей лапе, думая, что сейчас самое время спать. Всё было бы хорошо, если бы не постоянные ассоциации Чонвона с котом. Разрезы глаз, аккуратный нос и даже некоторые повадки в поведении, к примеру: еле слышное шипени во время негодования.       Ян даже каким-то образом пробрался в его гардероб, овладев первой и наверняка не последней вещью. Но делать было нечего, поэтому Чонсон покорно надел её и снова направился на кухню. В груди появилось отчётливое ощущение надвигающегося события, которое не предвещало ничего положительного.

***

      Время не настенных часах перевалило за пять вечера, когда основная и самая большая часть работы была завершена. Чонвон просмотрел все документы, нашёл женщину, директрису банка, с которой и был заключен договор на взаимопомощь. В дальнейшем ему предстояло следить за её передвижением и другими связями, ведь она могла быть такой же пешкой в делах байкеров.       Сейчас же следователь сидел за столом и делал гимнастику для глаз. Казалось, что ещё немного и они сначала высохнут, а после выпадут от монотонного чтения. Но кто же тогда будет расследовать дело и любоваться Джеем?       Джей! Точно! Ян совсем забыл ему позвонить. Так загонялся с бумажками, что не брал телефон в руки, поэтому и оставил его без звонка. Тогда было решено отложить поход к криминалисту и судмедэксперту. Набрав номер парня, он приложил гаджет к уху.       Не прошло и пяти гудков, как на другом конце трубки послышалось:       — Привет, Чонвон-и.       — Привет, хён, можешь говорить? — Задал вопрос он, замечая, что голос у второго снова усталый, будто сонный.       — Конечно. Ты ведь знаешь я всегда свободен для тебя, — издёвки не послышалось, поэтому в ответ прозвучало тихое «знаю».       — Как у тебя день идёт? — Чонвон поднялся со стула, обходя стол.       — Да как обычно, — кажется, Пак махнул рукой, ведь чаще всего в разговоре так и жестикулирует. — Отчёты эти, постоянные перепроверки. Лучше расскажи, как у тебя дела.       — У меня тоже ничего особенного. Только в архив съездил за кое-чем и вот закончил осмотр документа, — следователь подошёл к доске и ещё раз внимательно осмотрел маленькую цепочку происходящих событий. — Нашёл одного человека, который раньше заключил контракт с убитым. Слишком долго объяснять.       В ответ молчание. Однако оно не было замечено Яном. Размышления о будущих действиях байкеров снова заполонили всю голову.       Но вот Джей молчал не из-за задумчивости, далеко не по этой причине. Он вдруг осознал, что пусть человек убит, то связи и важные документы остались в доступе, особенно для полицейских. По этому поводу сердце в груди забилось с учащённой скоростью, а промолвить слова он и не смог. Такая логичная и одновременно шокирующая мысль заставила забыть о звуках и жизни вокруг.       Перед глазами лежал труп Бон-Хва с разлитым кофе из чашки по правую руку. Было слишком мерзко от себя и своих действий, но.. это ведь его работа?       — Но рассказать могу при встрече, — игривым голос произнёс Чонвон, снова вынимая Пака из болота размышлений. — Ты ведь сможешь сегодня выйти на прогулку?       — Конечно.. смогу, — протянул Пак. Разум кипел от всего происходящего, но говорить-то надо было. — Хотя, почему сразу гулять? Можем в кино сходить, если хочешь.       — Было бы неплохо, только я не знаю, что сейчас в прокате, — парень опустился на маленький диванчик.       — Я поищу и скину тебе несколько вариантов с временем сеанса.       — Отлично, тогда жду! — Чонвон улыбнулся и зачем-то щёлкнул пальцами, как обычно это делал Джей. Надо же, уже пристроился и повадки перенимать, остался стиль в одежде и манеру речи украсть — комбо получится.       Двое попрощались, завершая звонок. Следователь сразу же встал с места и направился к выходу из кабинета. Всё-таки никто не отменял ежедневной проверки двух соседей по кабинету. Честно сказать, он всё ещё не верил, что они смогли наладить общение. Больше двух месяцев с их призрения не прошло, но с примирения прошло ещё меньше.       Тем же временем Рики стоял за длинным металлическим столом, вдоль и поперек исследуя три полароидных фотографии. Ему было очень интересно узнать к чему же приведут Чонвона и в какой-то части его такие загадки. Он вообще поражался, как первый мог выследить цепочку всех действий по трём убийствам и снимкам.       Но больше парня тревожило не это, а то, что Сону сегодня весь день бегал в нижнюю лабораторию и выполнял там какую-то работу. Мало того, что Нишимура не видел его всё рабочее время, так ещё и запретили туда ход только ему. То есть Чонвон, Хисын и Джейк свободно могли спускаться на нулевой этаж, а он как истукан сидел на первом этаже, мечтая услышать хотя бы голос Кима.       Рики казалось, что Сону затеял такое специально, только понять не мог зачем. А может и просто потому, что работа у него там сложная и с трупами связана, а стажёр не выносит приторный запах.       Во время очередных размышлений дверь в кабинет отворилась и в неё вошёл, к сожалению, не Ким.       — Ты один что ли? — Чонвон оглядел все помещения, удивлённо глядя на Нишимуру.       — Как видишь, — фыркнул тот, — Сону учапал вниз. Если нужен он, то можешь идти.       — Вы что опять поссорились? — Теперь на него смотрели с недоумением.       — Нет, но он запретил мне ходить к нему вниз. Я видел его за день только три раза! — Возмутился японец, всплескивая руками вверх и закатывая глаза. — Я обижен на него.       — Серьёзно? Я-то думал ты не будешь слушаться, — Ян взял в руки последнюю полароидную фотографию и ещё раз осмотрел в руках.       — Не получится, Сону может разозлиться, что я не слушаюсь его и хожу где вздумается.       Нишимура склонил голову вниз, не замечая тихого шороха в двери, зато следователь услышал. Повернувшись назад, ему предстала картина улыбающегося Кима, который зашёл очень вовремя. Они пересеклись взглядами и улыбка переползла на чонвоновы губы.       — Так что, сегодня я.., — Рики не смог договорить свою мысль, ведь увидел лаборанта, который направлялся к ним.       — Надеюсь не помешал светским беседам, — произнес он, проходя мимо и слишком подозрительно глядя на стажёра. Тот в ответ нахмурил брови, не зная, что же услышали чужие уши.       — Нет конечно. Я вообще пришёл сказать, что нашёл одного человека, за которым следует немного понаблюдать, — Ян прекрасно понимал, что сейчас он в роли третьего лишнего, однако рассказать про своё достижение надо было. — Возможно, через неё мы сможем найти след на дальнейших жертв байкеров.       — С чего такие выводы? — Поинтересовался Сону, перебирая какие-то бумаги на противостоящем столе.       — С того, что Бон-Хва, тот у кого ты яд нашел, имел связи с Чон Рюри. Она же тесно общалась с Кан Минё и Ким Виёном. То есть три человека с одним и тем же контактировали, вдруг она станет следующей?       Соседи по кабинету смотрели на следователя округленными глазами от выводов. Она была логичной, но сложной для их понимания. А Чонвон, зная, что больше не следует задерживаться, развернулся и с наилучшими пожеланиями ушёл восвояси.       Здесь Рики хотелось сказать: зачем приходил, чего хотел... Они ведь не будут следить за женщиной, которой, наверное, всё равно на смерть одного из выгодных помощников.       Однако теперь появилась другая причина для беспокойств. Японец ощущал на себе пристальный взор Кима, не скрывающего своей бдительности. Он чувствовал, что если повернётся и посмотрит в ответ, то просто взорвётся от стеснения. Парень не заметил с какого момента начал так смущаться, но думать об этом именно сейчас не самое время.       Тогда Нишимура развернулся к столу, продолжая рассматривать улики, но только зря время тратил. Сону сам подошёл к нему, бесшумными шагами и негромким дыханием напугав. Он стоял прямо за спиной, готовясь воплотить свою до ужаса странную тактику.       — Я не против, если ты будешь заходить ко мне в нижнюю лабораторию, — в действительности шептал Ким. — Мне просто не хотелось, чтобы ты видел мерзкие картины с телами.       Рики же стоял спиной, вростая в белоснежный кафель ногами и краснея щеками, ушами, даже шеей. Его всегда смущал шёпот, особенно за спиной, особенно от Кима. Голос второго звучал в разы мягче и будто ласково. Из-за этого же казалось, что холодные молочные ладони обнимут за талию или прикоснутся к спине. Нишимура не знал, чего ожидать, поэтому заметно напрягся.       — И, нет. Мне незачем тебя ругать, ведь сам дал волю ходить вниз, — кончики ушей вспыхнули красным огнём.       Почему такие простые слова звучат сейчас совершенно по-другому? От Сону всё стало звучать слишком смущающе, слишком мягко, слишком.       Но отошёл от транса стажёр только после ухода лаборанта. Тогда он остался наедине с бурлящими и занимающими мыслями.

***

      Сегодня явно какой-то всемирный издевательский день над Чонсоном.       Он, как и обычно, просто лежал, читал детектив и подходил к концу очередной главы, как вдруг в разуме снова всплыл образ ночного и прекрасно кошмарного Чонвона. Парень попытался продолжить чтение, но это не особо получалось. Всё внимание было сконцентрировано на какой-то блестящей штуке на руке Яна.       „Ведь если мы не можем повернуть время вспять, так почему бы нам не повторить то же самое в настоящем?“       Время... Точно, время!       Пак аж на кровати подскочил, опуская книгу меж ранее сведённых ног. У Чонвона на правой руке были часы!       Но зачем ему часы, если телефон всегда рядом? Но тогда зачем ему приснился он с красивыми и очень подходящими к нему часами? Может... Числа на полароидных фотографиях означают время! 15:30 — часы — Чонвон.       Да Чонсон чёртов гений! Он теперь знает, как немного помочь следователю в разгадке дела, пусть и косвенным путем. Так ещё и приятный сюрприз устроит в качестве стильных и новомодных часов. Они безусловно подойдут к постоянным деловым образам парня. Особенно прекрасно на его тонкие и светлые запястья ляжет такая же изящная и элегантная оправа часов.       До встречи с Чонвоном было не более четырех часов, поэтому собираться и ехать в бутик за сюрпризом следовало бы прямо сейчас. Хотелось ещё аккуратно запаковать аксессуар.       Пак не из медлительных, поэтому за пять минут быстро собрался в ежедневный костюм, состоящий из рубашки и джинс. Он предупредил опешившего от спешки Сонхуна и, накидывая сверху кожанку, вышел из дома.       Сев в машину, Чонсон включил излюбленные и уже заученные песни. Торговый центр находился в десяти минутах езды дома. Там же, находился один из дорогостоящих бутиков. Он и сам время от времени покупал нужные вещи, поэтому стал одним из запоминающихся гостей.       Ему хотелось подарить Чонвону не просто дорогой и банальный подарок, а то, что тот будет носить каждый день, вспоминая его и мило улыбаясь.       Пак приехал к торговому центру даже раньше, чем ожидал. Пришлось конечно поездить по парковке в поисках свободного места. Вскоре он оказался внутри здания, ещё раз вспоминая путь до бутика.       Компании людей или же просто спешащие на втором этаже снували взад и вперёд, но никто так и не зашёл в магазин. Даже никто внимания не обратил на стеклянную дверь, только на прозрачные витрины с колье и серьгами глазели.       — Добрый день, — возле входа его встретила консультанша. Чонсон в ответ кивнул, медленно проходя по рядам с товарами и осматривая новинки.       Появились новые подвески, духи с экзотическими ароматами и многое другое, но интересовали его только наручные часы. Они были в конце бутика, выложенные двумя рядами под специальное стекло.       — Вам что-нибудь подсказать? — Произнесла из-за спины та же девушка.       — Нет, благодарю. Я сам выберу, — Чонсон начал осматривать внешний вид и качество приглянувшихся часов. Симпатичных было три штуки, но выбор оказался намного сложнее, чем ожидался.       Первый кандидат, который мог бы оказаться на запястье следователя отошёл на второй план. Цвет слоновой кости конечно красивый, но в варианте постоянного ношения мозолил глаза. Остались только классические белые и чёрные. Но выбор пал всё-таки на первые, они выглядели визуальнее будто легче и красивее. Да и тёмные цвета не особо подходили Чонвону, ведь кожа у него светлая. Поэтому и часы должны быть столь же светлыми и аккуратными.       Пак не смотрел на ценник, знал, что написаны круглые цифры, а на карте в разы больше за недавнюю работу. Вторая девушка за кассой, за которой продавались маленькие сумочки пробила товар и указала на терминал. Чонсон оплатил и уже представлял, как красиво будут смотреться новые часы на ручке Чонвона. Осталось только переждать оставшийся вечер и немного ночи, чтобы встретиться с парнем.

***

      Рабочий день следователя закончился ровно в семь. Он доброжелательно задержался, желая ещё немного подумать над загадкой от байкеров. Дома ведь ждёт небольшой отдых и подготовка к свиданию с Джеем. Тот, как и обещал, скинул пару вариантов кино и обоюдно решено было пойти на триллер-приключения. Чонвону так-то всё равно на какой фильм идти. Главное, что с Паком можно время провести.       Примерно в семь он вышел с участка и заметил впереди слишком знакомую копну бледно-розовых волос. Оказывается, Сону сегодня шёл домой не один, а вместе с Рики. Чонвон раньше не видел пути стажёра в квартиру или дом, подозревая, что живёт он в общежитии при университете. Ему остался отучиться последний год в ВУЗе и тогда парень выйдет на полную работу в их участке.       Ян так же не знал, где живёт Ким, но Нишимура, наверное, решил проводить его до дома. По-другому объяснить медленное шествие по дорожке и невесомые прикосновения во время диалога нельзя. Чонвон был рад, что двое поладили и начали вместе время проводить. Они вместе и на обед ходили в компании Джеюна. Куда-куда, а уж от Шима не денешься, особенно во время обеда.       Но сегодня Чонвон скушал на обед пару маленьких булочек и запил всё холодным чёрным чаем, который сделал из воды с кулера и заварки от Сону. В принципе нормальный обед, да и живот не урчал от голода, как у многих бывает. Ещё и врать Джею не надо, ведь тот сто процентов спросит рацион питания следователя.       По приходе домой было уже семь двадцать. Джей забирает его у подъезда без пятнадцати десять, поэтому времени ещё навалом. Ян успевает и покушать, и волосы помыть, сделав уход для них, и убраться в комнатах. В общем, переделал всё, что мог и хотел.       После прилёг на диван в гостиной и с еле заметной ухмылкой вспомнил недавние события, вновь связанные с Паком. В тот вечер было так непривычно слышать томные вздохи на простые поцелуи и лёгкие касания через футболку. Но сейчас он не намерен погружаться в прошедшее время, желая повторить, а не вспоминать.       Из немногих вариантов проёбов времени он выбрал посиделки перед телевизором за просмотром развлекательных шоу.

***

      Чонсон сидел за рабочим столом и уже час пытался красиво оформить коробочку, в которой лежали часы. Он не придумал ничего более красивого, как перевязать такую же белоснежную коробочку бордовой лентой. Единственная проблемка была в неумении нормально расположить бант по середине. Он жил своей жизнью и опускался, как пожелает, заставляя Пака нервничать.       Парню хотелось, чтобы подарок вышел красивым и запоминающимся для Чонвона.       Так хотел и так старался, что просидел над коробочкой полтора часа. Ужинал он поздно, быстро пожарив два яйца и порезав салат из огурца и помидора. Сонхун тоже пришёл на кухню, но поздно, когда порция уже была на тарелке. Тот хмыкнул, подходя к чайнику и наливая себе тёплой воды для чая. Чонсону казалось, что друг наполовину состоит из чая и быстрых перекусов по типу двух конфет или печенек.       Двое немного поговорили, обсуждая дела на завтрашний день и пришли к выводу, что снова поплывут по течению. Сонхун узнал, что собеседник намылился на свидание с Чонвоном и снова едко-пошло пошутил, из-за чего был сослан в ссылку в свою комнату. Пак только нахмурился, не понимая, что смешного в каких-то до ужаса тупых и пошлых шутках, по типу не заднем ряду один другому в штаны залезет. Видимо, у того недостаток внимания от Джеюна.       Но он ещё не знал куда собрался Сонхун и кто велел идти на засекреченное место.       Паку казалось, что время тянется невыносимо медленно, однако заветная половина десятого наступила. Он заранее выбрал образ и мигом переоделся в тёмные широкие брюки и белую водолазку, рукава которой доходили до самых запястий. Повседневная одежда, а сверху ещё тёмно-синяя ветровка, под стать чуть потускневшим волосам, и массивные кеды на ноги.       — Я ушёл! — Крикнул Чонсон и вышел из дома, направляясь к машине. Ему не хотелось брать симпатичный следователю байк.       По заученной дороге он приехал быстрее, чем думал. Написал Чонвону, что уже ждёт под подъездом и старательно запрятал подарок в маленький бордачок рядом с рулём.       Вскоре вышел и сам следователь, одетый в совершенно другую одежду. Привычное тёмное пальто, а под ним бежевый и наверняка тёплый свитер с джинсами кофейного цвета. Ещё не сев в машину, он начал чему-то улыбаться.       — Вечера доброго, — с такими словами Ян запрыгнул на переднее сиденье, мгновенно приблизившись к Джею. Застал его врасплох быстрым поцелуем в щёку, сразу отодвигаясь обратно.       — Доброго, — в тон ответил парень, выжимая газ для движения машины.       — Я всё никак не привыкну к твоим переменчивым приветствиям, — признался Джей, вставая меж двух машин и ожидая зелёного света на светофоре.       — А стоило бы, — посмеялся Чонвон, глядя на чужой профиль. В какой раз он удивился некой аристократичности во внешности: ровная линия челюсти, прямой нос и тонкие розовые губы. — Им нет конца.       Пак хмыкнул, нервно вытирая вспотевшую ладонь о брюки. Парень так давно не делал сюрпризов, разве что Сонхуну на день рождение. Мозг постепенно кипел, грозясь взорваться, но это не проблема. Главное, чтобы Ян ничего не заподозрил в подарке, ведь время на часах остановилось чётко на 15:30.       Дорога до кинотеатра была довольно долгой, но это только на руку двоим. Джей послушал, что происходило на работе у Чонвона, а тот в свою очередь сделал то же самое, удивляясь множеству отчётов. Старший тоже удивлялся. Однако следователь ни слова не произнёс про найденные цифры на полароидных фотографиях. Наверное, ему не положено говорить подобное, всё-таки документы важные, а Пак выступает в роли третьего лица.       По приезде в кинотеатр оказалось, что людей на триллер-приключения собралось немного. Пришедшие отдали куртки в гардеробную, забрали номерки и пошли к небольшому ларьку с попкорном. Пак считал, что просмотр кино без сладостей не просмотр, поэтому купил два средних стаканчика карамельного и солёного попкорна. Ян был только рад получить сладкий презент и встать в очередь в зал. Всего-то человек десять или пятнадцать на большой зал в пятьдесят сидений.       Джей показал два электронных билета, которые просканировали, и первым пропустил Чонвона. Внимание естественно привлекла большая плазма, по бокам которой висели массивные колонки. Сверху же виднелось маленькое окошко, откуда воспроизводился фильм.       — У нас предпоследний ряд, Чонвон-и, — произнёс рядом Пак, махнув рукой вперёд. — Я на последний билеты не брал, потому что там слишком громко и прожектор ярко светит.       Ян кивнул и последовал за Джеем. Места и вправду оказались хорошими, даже если человек сядет на передний ряд, то голова не будет мешать просмотру.       Парни сели на мягкие поверхности и стали ожидать сначала невыносимо громкой рекламы, а после начало кино. Они ещё пару минут поговорили об уже заезженной теме любимых жанров и фильмов, а после замолкли при включении экрана. Как оказалось, Джей довольно давно хотел пойти на сеанс именно этого кино, ибо сюжет очень захватывающий.       Кто зачем пришёл, а вот Чонвон явно не для полноценного просмотра. Ему больше нравилось класть то голову на крепкое плечо, то руку на предплечье, обтянутое приятной тканью. Так же интересно было смотреть на нулевую реакцию во время воровства солёного попкорна. Джей не был в силах отвечать на ожидаемый грабеж, как и на тихое злорадное хихиканье, и хрумканье.       Ему как-то по барабану было, уж очень картинка на экране завораживала. В то же время Чонвона манило привлечь к себе заветное внимание.       На их ряду больше никого не было, как и на заднем, а кино и вправду интересное. Почему тогда зрителей мало? Но следователь так и не смог сконцентрироваться на сюжете и множеству персонажей. Он просто просидел пару часиков, чтобы отдохнуть в компании Джея. С ним даже в кино было спокойно, где громкий звук и скримеры через каждые пятнадцать минут выскакивают.       В конце, конечно же, всё закончилось хорошо и все герои остались живы. Главная пара обрела долгожданное счастье, а все злодеи потерпели проигрыш. Джей, весь взбудораженный, на эмоциях от просмотра, начал ещё в зале говорить про свои впечатления. Ян всё внимательно слушал, кивал и уверенно что-то отвечал на критику.       Под подобные речи двое вышли с здания, накидывая куртку и пальто. Прошедший дождь оставил после себя след в виде нейтральной погоды и холодного ветра. А у Чонвона уже ладони замёрзли, не успели дойти парни до машины.       — Но меня очень бесит тупость главной героини! — Воскликнул Джей, включая печку в салоне. Он аккуратно взял чужие запястья в свои руки и поднёс к маленькому обогревателю, будто Ян сам не мог этого сделать.       — Она просто стоит на месте, когда все остальные бегут! — Взмахивал руками он, глядя чётко в кошачьи глаза напротив. — Из-за неё погиб мой любимый герой.       — Она и вправду тормоз какой-то. Не будь того парня рядом, то героиня бы на первых минутах померла, — согласился Чонвон. В памяти осталась только сцена побега из разрушающегося здания, о которой сейчас шла речь.       Второй согласно кивнул, но не смел отвести взора от глаз напротив. Уж слишком притягивали его шоколадные зрачки и розовые губы.       — Так, я.. о чём я, — он замялся, понимая, что с полуминуты пялился на Чонвона, пытающегося сдержать смех. — Тебя до дома довезти или пойдем куда-нибудь погулять?       — Лучше домой поехали, — ответил парень, посмотрев на время и оценив свои силы. — Чаю там попьём.       Джей радостно угукнул, заводя машину. Ладони всё ещё потели от осознания, что скоро настанет время дарить сюрприз. Больше всего было интересно, понравится он или нет. Если нет, то тогда придётся идти обратно в бутик и возвращать, оставляя пару батареек на крайний случай.       Время, когда сеанс закончился, перевалило за половину двенадцатого, однако ни первому, ни второму спать не хотелось. Чонвон просто надеялся, что завтра не будет сползать с кровати от усталости, как слизняк с мокрых поверхностей.       По дороге в квартиру у пары завязался непринуждённый разговор. Он затрагивал все темы понемножку и помогал отвлечь внимание следователя, пока Джей схватил подарочную коробочку и спрятал в карман куртки. Затем они поднялись по лифту и вновь пришли к квартире Яна. Паку всё ещё было не по себе от осознания, что второй впускал в дом того самого байкера, которого ищет вот уже.. два месяца. Казалось, что прошло так мало времени со знакомства...       — Вешай куртку и проходи за мной, — произнёс Чонвон, поманив рукой. Парень послушно сделал то, что сказали и последовал в ванную комнату. Пусть он и знал где она находится, но был совсем не против экскурсии.       — Тебе какой чай заваривать? — Спросил Чонвон, вытирая руки о бежевое полотенце, висевшее рядом с раковиной.       — Я вообще больше кофе люблю, — ответил Джей, заглядывая в другие глаза через стекло. — Но если у тебя его нет, то я буду тот, который ты заваришь.       — Чего же сразу нет, — хмыкнул парень, вспоминая в каком из шкафчиков лежал растворимый кофе. — Будет тебе «кофи-и».       Пак посмеялся и пришёл за Яном в уютную кухню. Приятный и тусклый свет не мозолил глаза, а особый антураж придавал высокий торшер. Он стоял рядом с небольшим шкафчиком, где, наверное, хранилась какая-то красивая посуда на особые случаи. Атмосфера мега домашняя, а Чонвон в плюшевом свитере очень подходит ко всему антуражу.       Тот поставил чайник кипятиться и две чашки на столешницу. Ян повернулся к старшему лицом и улыбнулся, вспоминая место, на котором он сидел в прошлый раз. Рядом с его, только по правую сторону, и также глядя на него счастливыми глазами.       — Тебе с сахаром делать? — Спросил заранее парень.       — Нет, не люблю сладкое, — тогда чужие брови в вопросе изогнулись, прося объясниться. — Я в принципе не пью ни чай, ни кофе с сахаром, потому что не нравится мне.       — Я в прошлый раз тебе две ложки положил, вроде бы нормально, — протянул Ян. Внезапно торшер на секунду мигнул, а после продолжил освещать комнату. В голове пронеслось, что стоило бы заменить старые батарейки.       — Это неважно, — Джей махнул рукой, улыбаясь, — теперь ты почти знаешь мои предпочтения.       — Что это значит — почти? Рассказывай всё! — Шуточно повысил тон следователь, отворачиваясь к чайнику, чтобы разлить кипяток по чашкам.       — Если так хочешь знать, то у меня дома есть кофемашина и я пью только с неё. Растворимые не очень насыщенные, — признался парень, на что получил только тихое цоканье и сдавленное «гурман». Он посмеялся на короткое бормотание.       Чонвон сел рядом, как в прошлый раз, и поставил чашку перед руками Джея. В ходе больше слышалось монолога, чем диалога. Оказалось, что парню нравится фруктовый чай или на крайний случай сойдёт и чёрный. И то, что из конфет он больше любит либо молочный шоколад, либо белый, горький терпеть не может. И то, что клубника в шоколаде его первая любовь. И то, что в детстве он случайно сломал зуб о тангулу и больше не кушает её.       Всё это Пак сохранил в своей памяти и решился на отважный поступок. Тогда Ян вновь предложил посидеть в гостиной. Он сослался, что забыл телефон в куртке и быстро ушёл в коридор, внимательно проследив походку уставшей фигуры до гостиной.       Он достал из кармана коробочку и, тяжело выдохнув, посмотрелся в маленькое зеркальце. Пак не готовил никаких речей, решаясь положиться на свою импровизацию.       Когда он зашёл в дверной проем, то оценивающе осмотрел обстановку и не смог не задержать взгляда на расслабленной фигурке Чонвона. Тот лежал на диване со скрещенными ступнями и руками за головой, как довольный кот после вкусного ужина. Но любоваться таким домашним и тихим следователем не дали, заметив внимательный взгляд. Ему приглашающе хлопнули по пустому месту рядом.       Пак кивнул и прошёл внутрь, только немного странным образом. Лицом к Яну, а руки за спиной держа, словно что-то скрывая.       — Что у тебя там? — Спросил парень, мигом усаживаясь на диване. Второй хитро ухмыльнулся, не желая раскрывать секрет раньше времени.       Ладони похолодели от нервов, пока другие уже сминали ткань домашних штанов. Джей сел рядом с Чонвоном, развернувшись лицом. Его движение отзеркалили.       — Я недавно понял, что общаемся мы почти два месяца и вот-вот наступит маленькая круглая дата, — начал Джей, почти не импровизируя. — Решил, что это неплохой повод подарить тебе кое-что.       Однако долго не сумел продержаться. Пак раскрыл руки и бережно протянул светлую коробочку с аккуратно перевезянной бордовой лентой. Чонвон замер на пару мгновений, не веря своим глазам. Он даже взглянул в глаза напротив, словно искал какого-то другого объяснения в красиво упакованном презенте.       Джей, увидев слишком прозрачное сомнение в кошачьем взгляде, самостоятельно вложил коробочку в ладошку младшего, зачем-то кивая.       Открой — прошептал он одними губами, из-за чего смущённый Ян залился румянцем по самые кончики ушей. Он поджал ноги под себя и наконец начал потихоньку открывать. Сначала аккуратно потянул за бордовый бант, развязывая. Чонвон прикрыл глаза, открывая верхнюю часть подарка. В следующую секунду они широко распахнулись от удивления.       Перед ним, в собственных руках, на красной бархатной подушечке покоились белоснежные аккуратные часы. Они были столь красивы и аккуратны в плане изделия, что следователь даже дар речи потерял.       Глаза его метались от драгоценного подарка к лицу Джея и обратно.       Два месяца. Два месяца, как они общаются и встречаются, а Пак решил подарить такой роскошный для Чонвона презент. Внезапно руки вытянулись вперёд, и часы теперь смотрели на первичного хозяина.       — Я не могу принять, хён, — проговорил Чонвон, не зная вообще что говорить и делать в таких ситуациях.       — Тебе не понравилось? — Обеспокоенно произнёс Джей, кладя свои ладони под низ чонвоновых. — Хочешь сам выберешь другие?       — Да нет же, я не могу принять, потому что.. это слишком дорого.       Парень не мог смотреть в глаза напротив, однако пришлось. Тогда послышался негромкий смех и хватка на руках оказалась слабее. Пак тихо смеялся, вспоминая кое-какую особенность — для него это не было проблемой. Ян не очень любит дорогие подарки. Он стеснялся когда за него платили или совершали что-то со словами «сам оплачу», как в их первую трезвую встречу.       — Чего ты смеёшься! — Возмущённо воскликнул следователь, однако дальше не посмел и звука издать.       Его внезапно прижали спиной к дивану, откладывая часы на кофейный столик рядом. Чонвон запутался, почему-то полностью краснея, при виде Джея сверху. На него смотрели совсем не огорчённые глаза, а, наоборот, такие счастливые. Он вдруг приблизился к пунцовым ушам, медленно поглаживая большим пальцем запястье.       — Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя некомфортно из-за моих сюрпризов, — прошептал Пак, едва не касаясь губами мочки. — Мне давно хотелось подарить тебе что-нибудь значительное, чтобы запомнилось и носилось тобой каждый день.       Чонвон чувствовал, как горячее дыхание с каждым словом всё сильнее заставляет краснеть.       — Я хочу, чтобы ты, глядя на часы, вспоминал меня и улыбался.       Сердце вместе с дыханием замерло, пропуская редкие биения.       — И совсем неважно сколько стоили они. Просто прими частичку моей огромной любви к тебе.       Джей внёс в последнее предложение нежность и ту самую часть настоящих, искренних чувств к Чонвону. Он отпустил одно запястье, аккуратно положив руку под свитер, очерчивая пальцами поясницу.       Пока Ян пытался связать хотя бы пару слов и ответить взаимностью, Пак оставлял на ровной линии челюсти смазанные поцелуи. Этими движениями он окончательно смешал все мысли в кашу. Тогда второй решил оставить признание на потом, отдаваясь в потрескавшиеся губы и тёплые руки.       Джей, словно услышав мысли, перешёл наверх, пальцами руки вычерчивая круги внутри ладони. Губы его поймали в плен вторые, утягивая в плавный и тягучий поцелуй. Чонвону так хотелось сказать то же самое и также красиво, однако на данный момент он мог только целовать в ответ.       В объятиях Джея всегда было тепло, даже жарко. В поцелуях Джея всегда присутствовало немыслимое волшебство и далёкий привкус чего-то горького, наверное, кофе. А сам Джей готов был раствориться прямо на груди у Чонвона, ощущая, как самый нежный и долгий поцелуй растекается сладостью по венам.       Им было так хорошо рядом друг с другом. Они не хотели отстраняться, всё ближе и ближе прижимаясь, трогая сначала поверх футболки, а после и под ней пылающую кожу, начиная глубже дышать от долгих поцелуев. Глаза Яна закрыты всегда во время таких прелюдий, когда в то же время Пак умилялся красоте лица рядом. Первый старался отдавать взаимностью на действия в свою сторону, будто на пробу прикасаясь дрожащей рукой к телу.       Джей не хотел прерывать тактильности, продолжая осыпать сначала пунцовые щёки, чуть вздёрнутый нос, лоб и немного волосы, после опускаясь к шее. Чонвон чувствовал лёгкое головокружение, пока собственные пальцы проводили линии по спине и пояснице парня.       Наверное, Пак слишком увлёкся, зацеловав все открытые участки тела, даже успел к запястьям прикоснуться мокрыми губами, но его мягко оттолкнули. Это было для Чонвона слишком смущающе, поэтому двое просто продолжили обниматься. Диван уже не казался узким, как ранее.       — Так ты примешь мой подарок? — Едва запыхавшись, спросил Джей. Голова покоилась на груди, а уши слышали неравномерный стук сердца о рёбра.       — Что за вопросы такие, хён, — голос у Яна вдруг стал глубоким. Он ни разу не слышал такой тон.       — Конечно приму, — мягкое прикосновение опустилось на чуть жёсткие окрашенные волосы. — Но что ты хочешь в ответ?       Пак недолго размышлял. Ничего ему не надо, кроме.. любви в ответ.       — Только давай без твоих подкатов и соблазнов.       — Тогда молчу дальше, — шептание в ответ: «так и знал». — Шучу, мне нужна от тебя взаимность и любовь.       Чонвон в ответ хмыкнул и показушно оставил поцелуй на волосах. Джей счастливо улыбнулся и только крепче сжал тонкую талию под свитером.       Честно, то пара в подобном положении и заснула бы, однако время время не стояло на месте. Громкие 00:20 гласили настенные часы в гостиной. Пак нехотя произнёс, что ему пора домой. На заманчивое предложение остаться у Чонвона на ночёвке, он ответил — пока не время. Тот согласно кивнул, понимая, что просто хотел продлить момент с тёплыми объятиями и иногда смазанными поцелуями.       — Напиши, как домой приедешь, — произнёс следователь, глядя на неторопливые сборы Пака в коридоре. Тот кивнул и натянул на ноги кеды.       Ян надеялся, что понял взгляд на себе правильно и, молча приблизившись, легко поцеловал в губы. Ему ответили взаимностью и, помахав рукой и обворожительно улыбаясь, скрылись в сгустке подъе́здной темноты.       Чонвон ещё несколько минут стоял напротив двери и напрасно пытался скрыть улыбку. Он был нескончаемо рад быстрому сближению с Джеем. Если двоим было комфортно и хорошо друг с другом, то смысл беспокоиться из-за быстрого сближения. Можно сказать, что Ян практически полностью доверяет Паку и разве это плохо в их случае?       Он прошёл в спальню и забрал все нужные вещи, чтобы быстро обмыться и пойти спать. Всё-таки завтра рано вставать на работу.

***

      Чонсон вышел с подъезда и весь счастливый сел в машину. Ему очень не хотелось уходить от Чонвона, но он и не посмел бы оставаться на ночь. Он был совсем не против такого доверия, но совесть с каждым разом ощущалась в груди острее, чем наточенный кинжал.       Пак завёл машину, а после въехал на пустую дорогу. Хотелось рассказать всю правду Яну, признаться, что он и есть тот самый злосчастный байкер, который перебил приличное количество людей. Но как же абсурдно тогда будет выглядеть вся ситуация. Он попросту не мог представить фигурку Чонвона при раскаянии в содеянном, боялся подумать, что их шифр, придуманный чёртовым Сонхуном, разгадается и всё самостоятельно вскроется. Тогда уже лучше усложнить всю головоломку до невозможности и хотя бы попытаться перенести главное убийство во времени, а может и в дне.       Совсем недавно отец Пака сообщил, что в каких-то его документах он расписал точные даты убийств и даже время. То есть в каком-то из месяцев Сонхун и Чонсон должны убить первого человека, затем второго. Но была одна странность — это одиночные имена над двумя следующими жертвами. Чонсону не хотелось думать, что его и друга вновь разделят по каким-то своим заданиями.       Однако он не знал, что Сонхун уже приступил к отцовскому заданию.       Сегодня, ближе к вечеру, парню написал один важный контакт, как «Господин Пак». Сообщение очень странного содержания. Фотография какого-то здания и две парковки рядом: боковая и задняя. Под ними только загадочное — позвоню через пятнадцать минут, адрес сам найдёшь.       Пак свёл брови к переносице, не особо понимая, зачем искать что-то по одному нормальному и двум смазанным изображениям. Но отправитель смс сам ему позвонил через обещанные пятнадцать минут.       — Добрый день, Сонхун. Джея рядом нет? — Сразу спросил мужчина, шурша документами в телефон.       — Добрый, нет рядом, но могу позвать,— Сонхун даже с кровати встал, но, как оказалось, напрасно.       — Не надо. Я отправил лично тебе сообщение с тремя фотками. Не вздумай что-нибудь рассказать Джею, — нотки угрозы слышались в голосе, но второго просто так не запугать.       — Мне звонил твой отец пару часов назад и сказал, что им срочно следует поменять место жительства. Ты, наверное, в курсе, что его повысили и выдали жильё рядом с работой?       — Знаю, но какое это отношение имеет ко мне? — Сонхун с утра переписывался с отцом и первым узнал о скором переезде оставшейся семьи.       — Большое отношение. Он сказал, что забирает тебя на пару дней или на неделю. Какие-то бумажки подписать и дом показать новый, а ещё старый тебе завещать.       — Чего? Мне дом? — Тот аж завис на пару секунд. Неужели такой мелочный человека, как его отец вдруг решил отдать дом в руки сына?       — Я не знаю, но это не важно! — Воскликнул вдруг Пак. — Я звоню тебе по другому поводу. В общем, в течение дня скину тебе координаты, по которым должен приехать ровно полночь.       — Слушай меня внимательно, потому что это очень важное задание, с которым ты справишься. Тебе надо будет убить одного человека. Её кабинет расположен в здание на втором этаже. У чёрного входа встретит тебя одна девушка и отведёт к нужному кабинету, а там самостоятельно закончишь. Камера уже выключены, я позаботился об этом.       — Подождите, то есть я один буду действовать? — Сонхун не особо догонял всю ситуацию и ход мышления собеседника.       — Я ведь сказал, что один. Джею ни слова, а иначе сам знаешь, что будет, — нервно повторился Пак. Не хотелось ему объяснять почему нельзя говорить сыну, зато мог прикрыться скорыми событиями. — Ты ведь скоро уедешь, поэтому я решил, что проще одному действовать.       — Хорошо, я понял вас, — выдохнул парень. Через пару секунд звонок оборвался.        Уставший взгляд смерил пол и свои босые ноги, которые чуть покраснели от холода. Да уж, Сонхун точно не ожидал такого задания на ближайшее время. Так ещё и дом этот.. сколько же мороки будет с бумагами, а он их не любит. Придётся сказать Чонсону только про отъезд, а Пак может сам расскажет дальнейший план.       Парень услышал, как снизу друг воскликнул, что уходит и хлопок двери. Он вдогонку кивнул, словно силуэт друга стоял рядом и глазел на него. После посмотрел на часы и мигом отвёл взгляд.       Чонсон так зачастил со свиданиями. Да и принципе со встречами с Чонвоном. Этот следователь везде уже пролез, везде свой след оставил, даже успел побывать в сердце друга. Иначе тот бы не убегал из дома так поздно и часто.       Сонхун снова встал с кровати, но не собирался выходить из комнаты. Он знал, что Пак уже взрослый, сам справится в случае чего, поймёт когда следует остановиться в подобных фиктивных отношениях. По-другому язык не хотел поворачивается назвать.       Встречаться со следователем, который охотится на тебя уже какой месяц — просто фиктивные отношения. По плану следовало просто задержать полицейского, постараться отстранить от дела, но никак не начать встречаться. И отговорка эта про индивидуальную часть плана слишком хреновая, чтобы верить.       Сонхун просто хотел верить, что Чонсон не допустит оплошностей во время его отлучки. Не наваляет неисправимых ошибок, после которых придётся расплачиваться очень долго.       Но беспокойство за друга всё ещё присутствовало.       Пак просто не хотел снова увидеть такого Чонсона. Того, кто просто дни напролет лежал в постели и глядел в одну точку, изредка вставая, чтобы хлебнуть хотя бы воды, после возвращаясь в маленькое убежище. Того, кто отказывался есть днями и погружался на все двадцать четыре часа в свои мысли, не выходя на контакт неделями. И того, кто в день выкуривал по пачке сигарет, если не по две.       Сонхун нашёл его в таком состояние и вытянул из дерьма, поставил на ноги, потеряв множество своих сил. Чонсон обязан перед ним многим, но первый не посмел пройти мимо парня, который буквально блевал кровью и остатками сигарет, выживал на оставшиеся силы и пару сотен купюр. Он бы потратил их на никотин, если не на что похуже, если бы не нынешний друг.       За короткое время они успели сблизиться и стать, наверное, первыми и последними лучшими друзьями друг для друга. И страшнее всего было увидеть Чонсона в подобном состоянии ещё раз. А самое главное, что подобному образу жизни подействовала первая чёртова любовь. Сонхун не знал, как можно так загоняться из-за чувств к человеку. Не могут же они быть столь сильными после расставания, чтобы выливаться в подобное.       Время на месте не стояло во время размышлений. На часах стукнуло без двадцати двенадцать и тогда парень начал одеваться. Чёрная утеплённая толстовка и тёмные широкие штаны. Не хотелось как-то наряжаться на мрачное событие, так ещё и одному.       Координаты он нашел заранее, поэтому дорогу посмотрел. Если взять байк, — иначе никак, потому что Чонсон забрал машину — то выйдет примерно пятнадцать минут езды.       Паку всё ещё было обидно, что именно его байк оборудовал следователь (опять он!), а новый не скоро сделают. Друг договорился с одним из работников магазина или чего-то другого, чтобы один красный байк был специально сделан быстрее. Но когда это «быстрее» приедет оставалось в неизвестности.       Сонхун выбрал белый байк и, сев на него, открыл навигатор. Он знал, куда ехать, поэтому гаджет в карман, а руки на руль.       По дороге к зданию голова была совершенно пуста. Ни единой мысли на отдельные темы. Наверное, Пак всё-таки не столько стрессоустойчив, чтобы перебивать людей буквально два раза на неделю. Ему хватило прошлого извращенца, горло которого перерезано не случайно. Иначе кто сразу в штаны лезет, увидев симпатичное лицо? Парень даже имени его не помнит.       Но сейчас дело другое. Он уже подъехал к «Х» месту, удивляясь, как такая новая техника не гремела при высокой или средне-высокой скорости. Припарковался Сонхун на задней стоянке, ведь по бокам была слишком открытая местность. Его и вправду встретила девушка возле чёрного входа. Она молча курила, наверное, понимая, что сейчас сопроводит убийцу к жертве.       — Пак Сонхун? — Задала вопрос незнакомка, выкидывая бычок под ноги и топча его. Подняв глаза, парень не увидел ничего кроме зелёных радужек и чёрных зрачков. Никаких эмоций, только безразличие.       Сонхун кивнул и тогда сопровождающая открыла дверь, заходя внутрь. С первой секундой он почувствовал, что что-то не так. Будто сейчас что-то пойдет не по плану. Сердце даже немного закололо от странного предчувствия. Она с удивительной лёгкостью поднялась на второй этаж и подождала пока поднимется пришедший. Молча указав на нужный кабинет, девушка будто испарилась. Её не оказалось ни рядом, ни на первом этаже.       Сонхун тяжело выдохнул и медленными беззвучными шагами направился к двери. На этот раз он не взял с собой яд или другой порошок. В кармане штанов тяжестью давил недавно купленный перочинный ножик. Господин Пак сказал, что он может просто заявиться в кабинет и прихлопнуть Чон Рюри, без каких-либо прелюдий.       Когда же дверь беззвучно распахнулась, то никаких удивлённых вздохов не последовало. Сонхун специально встал немного за поворот, чтобы в случае чего оценить картину перед нападением. На него из кабинета мрачными глазами смотрела темнота. Тогда он вытащил ножик из кармана и медленно вошёл в помещение. Странное предчувствие его не обмануло.       Чон Рюри, которая должна была быть убита Сонхуном, лежала без сознания на своём рабочем столе. Парень ничего не понял, да и в темноте не разглядел. Включил свет, одним махом попадая по включателю. Жалюзи закрыты, а шкафчики и одна тумба открыты. Оттуда видно всё, но сейчас волновало состояние девушки, а не бумаги какие-то.       — Мертва что ли...       Только и смог промолвить Пак, как вдруг в поле зрения попала пачка таблеток и стакан воды. Сама коробочка была полностью опустошена, а стакан воды стоял рядом с ледяной рукой. На нём были перчатки, поэтому он аккуратно попытался нащупать пульс, но так и не нашёл. Девушка уже мертва. Видимо самостоятельно решила уйти, иначе таблетки рядом по-другому не опишешь.       Тогда Сонхун поспешно вынул из кармана полароидную фотографию, на которой уже были изображены высокие деревья, и положил рядом с головой Чон. Затем он выключил свет, закрыл дверь и вышел из здания.       Чонсон бы позавидовал столь быстрому делу, но думать об этом некогда было. Парень завёл байк и решил сказать о неожиданном везении господину Паку уже завтра утром. Он даже раньше друга приехал домой, поэтому, быстро поставив технику в гараж, оказался уже дома.