Как падали с неба кометы

                    Дома пахнет мандаринами, когда Чонгук возвращается в свою квартиру и, прихватив орущего Кошмара, валится на кровать. Юнги подорвался рано, потому что ему нужно закончить некоторые дела и навестить родителей перед работой - сегодня смена в клубе. Чонгук планировал составить ему компанию, но после вчерашнего планы изменились. Он катастрофически не выспался, его душа и тело измотаны, но, благодаря стараниям старшего, он хотя бы не заболел. Кот вырывается, завёрнутый краем одеяла, чтобы обезвредить когти, но смиряется с участью "обнимашки" спустя время. Глаза слипаются, мама тихо разговаривает с кем-то по телефону и гремит посудой. Она обрадуется, что её сын будет встречать Рождество дома.              Наверное, он проспал бы всё на свете, если бы не осторожный стук в дверь и лохматая голова Юнги с красными от мороза щеками и носом, заглядывающая в узкую щёлку.              - Можно?              Кошмар наконец вырывается из объятий и спрыгивает с кровати, вальяжно виляя хвостом из стороны в сторону и пронзительно глядя в кошачьи глаза их нового гостя. Он двигается медленно, принюхиваясь, и останавливается у двери.              - Да, входи, - Чонгук садится, закутываясь в одеяло словно в кокон, - осторожнее, он может тебя покалечить.              Старший вопросительно смотрит на него, а потом на кота.              - Добрый вечер, - обращаясь к коту, - Наслышан о вас, - Юнги приоткрывает дверь чуть шире и протискивается боком, чтобы не задеть его, а потом двигает компьютерное кресло ближе к кровати, устраиваясь напротив. Только сейчас Чонгук замечает в его руках небольшой пакет. - Эм, - он прокашливается, будто смущаясь, и протягивает его младшему. - Это тебе.              Внутри оказывается чёрный шарф крупной вязки, длинный и тёплый, с бахромой на концах. Чонгук улыбается, обматывая его вокруг шеи.              - Ты вечно нараспашку, и я подумал, что.. В общем, с Рождеством, - он прячет взгляд и удивлённо охает, когда Чонгук порывисто обнимает его, стискивая в крепкой хватке. - Ну-ну, парень, ты же мне кости переломаешь.              - Спасибо, - младший всё ещё улыбается, когда выпускает его из объятий и шлёпает босыми ступнями к шкафу, чтобы достать единственный подарок, не считая подарка родителям, который он приготовил для Юнги. Весь месяц он откладывал деньги с подработки в тренажёрном зале, и теперь очень волнуется, протягивая большую коробку, без сомнений, лучшему другу. - Я не успел его упаковать, не думал, что мы увидимся так рано.              Юнги смотрит на него, как на сумасшедшего, приоткрыв рот и не спеша забирать подарок.              - Чонгук, это слишком, - он промаргивается, и всё же забирает его к себе на колени.              - Ну, знаешь, теперь тебе нечем прикрыть свою работу в офисе, - Чонгук усмехается, вспоминая, как Юнги расхваливал кофемашину на работе, как единственное, что держит его там. - Она не такая большая и навороченная, но для твоего любимого американо сойдёт. Я рискнул сам выбрать капсулы для тебя, они тоже в коробке.              - Она очень дорогая, - опускает голову вниз, чтобы скрыть увлажнившиеся глаза.              - Это меньшее, что я хотел бы сделать для тебя.              Особенный момент разрушает Кошмар, который ставит лапу на ногу Юнги (когда он успел подобраться так близко?) и мило мяукает, будто его подменили (рождественское чудо?).              - Ого! - Чонгук расширяет глаза и тянется к коробке, чтобы спустить её на пол.              - Что происходит?              - Тшш... Не спугни.              Задержав дыхание, они наблюдают за тем, как кот на пробу трётся о ногу старшего, а потом одним прыжком оказывается у того на коленях, притаптывается и звучно шлёпается на костлявые бёдра.              - Что мне делать? - В голосе Юнги паника.              - Попробуй потрогать его. - Чонгук рыщет телефон в вещах, когда Кошмар начинает громко мурлыкать от лёгких поглаживаний. - Боже, мне нужно это сфотографировать.              - Если бы твой телефон работал, ты бы знал, что я хочу зайти.              Младший всё же находит разрядившийся телефон в куртке, скинутой на пол, и молча пялится на него.              - Я поговорил с Джином. Клянусь, я не знал обо всём этом, иначе бы вправил ему мозги. - Ещё минуту в комнате слышится лишь умиротворённое мурлыканье. - Я пойму, если ты не захочешь это обсуждать.              - Я хочу, - наверное, впервые за долгое время Чонгук действительно понимает, насколько важно выговариваться тому, кому можешь доверять. - Ночью я наговорил ему много плохого, но я не жалею. Я думал, что он принимает меня за равного.              - Так и есть.              - Нет, - Чонгук перебивает его, не дав закончить мысль. - Он считает, что я не способен сам принимать решения, раз поступает так. Он не должен был вмешиваться.              - Да, не должен был. Иногда мы совершаем глупости, думая, что заботимся о дорогих нам людях.              - Его мнимая забота привела к тому, что я чуть не удавился, - он пытается сохранять спокойствие и снова закутывается в одеяло, будто прячась от проблем.              - Спорно.              - Что? - Чонгук не верит своим ушам.              - Все эти месяцы ты переживал кризис ориентации, а не безответную любовь. Если бы Чимин признался тебе в своих чувствах ещё летом, к чему бы это привело? Тебе понадобилось время, чтобы свыкнуться с мыслью, что тебя могут привлекать парни.              Это правда. Сложно представить, как бы отреагировал Чонгук. Вероятно, он вывалил бы на него кучу неуместных обвинений. Может быть, сбежал. Давился бы ненавистью не только к себе. Спился бы гораздо раньше. Или же мысль о том, что на расстоянии четырёхсот километров примерно то же испытывает ещё один парень, помогала бы ему быстрее принять себя.              - Это не оправдывает Джина.              - Я не собираюсь его оправдывать, но тебе нужно выслушать его. Джин сам должен объяснить тебе свой поступок.              - Я не хочу его слушать, - Чонгук мнёт край одеяла влажными ладонями, всё ещё злясь на брата.              - Тебе нужно остыть. Дай себе и ему время, но знай, что он очень волнуется за тебя. Это Джин разбудил меня ночью и истерически просил тебя забрать. Пришлось писать Чимину, чтобы узнать, где вы расстались.              - Прости, - он опускает взгляд, - Кажется, я никогда не перестану быть обузой для тебя.              - Давай ты перестанешь думать об этом и извиняться. Я не делаю ничего из того, что не хочу делать, - Юнги отвлекается на телефон, печатая кому-то сообщение. - К слову, не один Джин завалил мне какао после вчерашнего, - он заканчивает и откладывает гаджет на полку у кровати, когда Кошмар мягко трогает его лапой, лишившись внимания.              - Если ты о Чимине, то мне всё равно, - Чонгук не признается, но ему льстит, что блондин, вероятно, переживает за их прошедшую встречу. Как и не признается в том, что ревнует, когда его кот обхаживает незнакомца вместо несчастного хозяина.              - Можешь мне помочь?              - Что нужно сделать? - младший выпутывается из одеяла и с готовностью смотрит на друга.              - Сними пожалуйста лапшу с ушей, у меня руки заняты, - он хмыкает, закусывая щёку изнутри.              Чонгук закатывает глаза.              - Он уже всё решил.              - Я бы не был так в этом уверен, - Юнги перемещает на всё готового кота чуть выше, укладывая к себе на грудь, и кладёт на него голову. Кошмар ластится к его щеке (с ума сойти), кажется, растекаясь в лужу (Юнги, верни кота).              - Опять ты включил его, - он складывает руки на груди, всем видом выражая недовольство.              - Кого? - наконец удостаивает его взглядом Юнги.              - Мин-я-буду-говорить-загадками-Юнги.              Старший смеётся, сверкая чёрными глазами.              - Ты просто не замечаешь очевидных вещей.              - Хочешь сказать, что я ещё и глупый? - Чонгук не сердится на него, он наслаждается их шутливыми перепалками, принимая каждую улыбку Юнги за личную победу.              - Хочу сказать, что иногда ты подвержен эмоциям больше, чем разуму. Это нормально в твоём возрасте. Точнее, в любом возрасте. Ну, мы же люди, знаешь.              - Хён, вырубай это.              В этот раз Юнги смеётся громче, Кошмар мяукает, влюблённо моргая и, кажется, улыбаясь (предатель).              - Ладно. Суть в том, что Чимин не признался тебе тогда, потому что Джин запретил ему, и тот согласился, что так будет лучше. Смекаешь? - Чонгук отрицательно мотает головой, Юнги тяжело вздыхает. - Что изменилось сейчас? Я не знаю подробностей вашего разговора, но почему он решил всё же вывалить на тебя всё это?              Чонгук задумывается над его словами, вспоминая, что хотел задать Чимину этот вопрос, пока разговор не ушёл в иное русло.              - То есть ты хочешь сказать, что...              - Что вы, очевидно, не договорили, - перебивает его Юнги. - Я не хочу заниматься подстрекательством и, правда, не хочу вмешиваться и тем более давить. Я хочу, чтобы ты был счастлив, чтобы продолжал жить полной жизнью. Всё должно стать понятным.              - Я больше не смогу, хён, - он вздыхает и падает на подушки, бегая глазами по белому потолку. - Вчера, когда я встретился с ним.. Нет, каждый раз, когда я вижу его, внутри творится что-то страшное. Я чувствую слишком много всего, мне сложно оставаться разумным и не поддаваться всем этим эмоциям, про которые ты сейчас говорил.              - Чонгук, тебе девятнадцать. Не требуй от себя слишком многого. Может быть, тебе наоборот стоит выключить голову, дать волю желаниям, сделать или сказать именно то, что ты хочешь.              - Что ты имеешь в виду? - младший поворачивает к нему голову, перекатываясь на бок.              - Чимин сказал, что влюблён в тебя.              - Да.              - Что ты ему ответил?              Он задумывается, и по мере того, как весь их диалог выстраивается в хронологическом порядке, его глаза расширяются всё больше.              - Я... боже, я обвинил его в том, что он ничего не сделал. Что он бросил меня, - Чонгук закрывает лицо руками, кажется, догадываясь, к чему ведёт старший.              Юнги кивает и закусывает губу.              - Приходи сегодня в клуб.              - Я решил остаться с родителями, - он уже не так в этом уверен.              - Тогда подумай о том, что бы ты почувствовал, если бы был на его месте. Если бы признался в любви, но получил лишь обвинения в ответ. Если бы спустя месяцы сомнений и борьбы всё же решился на такой шаг. Просто представь это, Чонгук. У тебя есть ещё несколько часов.       

***

             Время после ухода Юнги проходит как в тумане. Он принимает душ и убирается в комнате, упаковывает подарки родителям и прячет их под рождественской ёлкой. Мама заканчивает последние приготовления, когда стрелка близится к полуночи, а отец только возвращается с работы уставшим, но воодушевлённым. Чонгук любуется ими, красивыми и улыбчивыми, помогает сервировать стол и подбирает рождественский плейлист.              Когда они все вместе поднимают бокалы с шампанским и отсчитывают последние секунды, что-то щёлкает внутри вместе с первыми хлопками салютов за окном, песней Марайи Кэри на фоне и тёплыми поздравлениями в уютной гостиной. Необъяснимая сила тянет его из дома, заставляя быстро расцеловать маму и обняться с отцом, влезть в первые попавшиеся ботинки и, схватив куртку, выбежать на улицу. Всё вокруг горит тысячами огней, залпы салютов оглушают, толпы людей выкрикивают слова любви и чокаются соджу. Он не успевает замёрзнуть прежде, чем запрыгивает в такси, и за баснословные деньги мчит по ночному городу к клубу. Волнение и тревожность не дают спокойно сидеть на месте, он мечется по салону машины, разглядывая праздничную суету через замёрзшие окна.              У клуба настолько много людей, что Чонгук теряется, пытаясь пробиться ко входу. Он слишком торопится, нервничает и немного паникует, когда очередная компания парней преграждает ему путь, предлагая выпить. Из этого месива его выдёргивает громкий голос, и "рука помощи" буквально тащит его подальше к тротуару и запаху крепких сигарет.              - Не думал, что ты будешь тут, - Тэхён как всегда сдержан и опрятен, смотрит пронзительно, затягивается сигаретой и выдыхает дым в противоположную от Чонгука сторону.              Наверняка он в курсе событий, произошедших накануне, иначе навряд ли бы сделал такой вывод. Чонгук может не скрывать от него своих намерений, но говорить о них прямо всё же не решается.              - Мне нужно попасть внутрь.              - Чимина там нет.              У Чонгука нет запасного плана, он был уверен, что встретит Чимина в клубе, и теперь не знает, что ему делать. Разве что встреча с его лучшим другом немного упрощает задачу.              - Где он?              Тэхён смеряет его взглядом, проходится языком по зубам и делает последнюю затяжку, избавляясь от истлевшей сигареты в ближайшей урне.              - Что ты собираешься сделать?              - Разве я должен отчитываться перед тобой? - Чонгук вспоминает все рассказы Юнги, и как бы ни хотел, не может проникнуться к этому человеку симпатией. Он понимает, что это слишком субъективно, но знания о Тэхёне ограничиваются его высокомерием, употреблением наркотиков и предательством парня, который его очень любил.              - Передо мной необязательно. Может быть, перед Юнги?              Неужели их с Юнги отношения выглядят как романтические? Почему и Тэхён, и Чимин задают все эти вопросы?              - При чём тут Юнги?              - При том, что если ты собрался морочить голову им обоим, я не буду в этом участвовать. Они не заслуживают этого.              По сути они были свидетелями лишь одного их взаимодействия. Чонгук напрягается, чтобы вспомнить, о чём они говорили тогда. Это сложно, потому что он был слишком потерян в тот вечер. Кажется, они обсуждали очередную ночёвку? Юнги говорил, что купил для него какие-то вещи, а потом заступался за него, когда Тэхён попытался влезть. Чёрт. Наверное, это действительно могло вызвать вопросы. Вместе с этим он делает ещё одно заключение:              - Ты переживаешь за Юнги?              - Не твоё дело.              - В любом случае, я никогда бы не поступил с ним так, как ты.              Тэхён сжимает челюсти, вены на его лице и шее будто вздуваются от напряжения, а кулаки сжимаются в карманах кожаной куртки. Он выглядит так, будто титаническими усилиями сдерживает себя от драки. Впрочем, ради Юнги Чонгук не прочь в неё ввязаться, но ради него же не будет этого делать.              - Ты ничего не знаешь, - спустя время отвечает Тэхён.              - Я знаю достаточно.              - Что? Юнги всё рассказал? Рассказал, каким я был слабаком и трусом? Как не смог отказаться от того, что годами вытаскивало меня из депрессии? Даже то, что я на коленях вымаливал его прощение и как потасканный пёс обивал порог его дома, чтобы он принял меня назад? Как он выгонял меня снова и снова, лишая единственного смысла в жизни? Ты ничего не знаешь о моей судьбе, не знаешь, что к этому привело и как каждый день я боролся с самим собой. Ты. ничего. не знаешь, - он шумно выдыхает, создавая облако пара, и отворачивается в сторону, рассматривая проезжающие машины.              Чонгук действительно не знал того, что он всё же пытался измениться и вернуть Юнги. В этом сложно разобраться, но, как и сказал Тэхён, это не его дело. Они с Юнги взрослые люди, чтобы решить всё самим. Возможно, в этот момент Чонгук немного меняет свое мнение о Тэхёне, после этой гневной тирады он чувствует сожаление к этому человеку. Должен ли он извиниться?              Тэхён отходит на шаг и останавливает такси, уже открывая пассажирскую дверь. Чонгук прокашливается, привлекая внимание, и ловит злой взгляд.              - Между нами нет ничего..такого. Юнги мой единственный друг.              Старший буравит в нём дыру, а потом закатывает глаза, просит водителя подождать и хлопает дверцей, облокачиваясь на неё спиной и складывая руки на груди - ждёт продолжения.              - Прости меня. Я немного на взводе сейчас. Я думаю.. - он осекается, прокручивая в мыслях разговор с Юнги несколькими часами ранее, вспоминает его слова о том, что он всё ещё любит Тэхёна. - Не уезжай. Я думаю, тебе нужно рассказать Юнги свою версию. Он знал о твоей депрессии? В смысле, можешь не отвечать, это же не моё дело, - он дёргает язычок молнии на куртке, хоть как-то скрывая тремор рук. - Я не знаю, как сказать тебе то, что хочу, не ляпнув лишнего, но, может, тебе стоит поставить себя на его место? Предложить и ему то же самое?              Водитель такси несдержанно сигналит о том, что время ожидания вышло, и Тэхён, до этого стоявший как вкопанный, снова открывает дверь авто.              - Это такси должно отвезти меня к Чимину. У тебя есть три секунды, чтобы сесть в машину вместо меня.              Чонгук срывается с места.              - Он не пришёл из-за меня? - озвучивает он последний вопрос. Тэхён придерживает дверцу такси, когда Чонгук усаживается в него.              - Водитель знает адрес. Я скину тебе номер квартиры в смс.              Когда такси везёт его в незнакомый район, Чонгук думает лишь о том, что Чимин уезжает уже завтра.              И о том, что он ещё ни разу в жизни не признавался в любви.