Dominant

Человек с розовой кляксой на голове машет Тэхену из дальнего угла помещения, привлекает внимание к себе. Ким раздумывает над тем, стоит ли ему вообще подходить к этому чудику, и спустя некоторое время все же решается на эту авантюру, начиная уверенно идти в сторону слишком активного парнишки. Розоволосый не унимается до тех пор, пока Ким не опускает его руку насильно, попутно присаживаясь рядом. — Че свалил вчера? — бесцеремонно спрашивает он, не удостаивая Тэхена приветствием. — И тебе здравствуй, пес. Чимин — глист в кимовой заднице, очень вертлявый, неспокойный, то и дело выползающий глист, нарушающий спокойное течение жизни доминантной омеги. Недавно глист покрасил свои волосы, они сейчас яркого розового цвета, теперь все смотрят на Чимина, как мухи на говно, а если он идет рядом, то смотрят и на Тэхена. Принадлежность к группе беспозвоночных, однако, не лишает Пака внешней привлекательности и некоторого необъяснимого шарма, ему присущего. К этой омеге многие тянутся, эту омегу хотят, даже если ведет она себя, мягко говоря, паршиво. Таких Пак Чиминов называют обычно непостоянными, необязательными, но очень любвеобильными людьми. На первые вечеринки Кима тащил именно он, спаивал тоже он, за что потом неохотно расплачивался бесплатной доставкой до самой кровати. Чимин остепенился, конечно, по сравнению с поведением на первом курсе. В его жизни стало немного меньше алкоголя и беспорядочных половых связей, потому что со второго года обучения он является другом и невольным заместителем старосты потока. Приходится присматривать за первашами, заниматься общественной работой и выбираться на отдых только в свободное от дел время. — Ты такая мразина, Ким Тэхен. Вчера выбрались первый раз за три месяца. Три, мать его, месяца! У меня таких перерывов в отношениях с алкоголем со школы не было, а ты просто свалил в закат к одиннадцати! Кто здесь пес, а!? Пак слишком громкий сегодня, даже для себя. Тэхен откидывает голову назад, опираясь ей на стену, раздвигает ноги и максимально расслабляется. Все подтянутся минут через пять, тогда и можно будет начать отмечать. Сейчас есть время придаться короткому релаксу, мешает этому только глист сбоку. — Пес здесь ты, — Ким отвечает невозмутимо. Ему почти полностью все равно, да и кормить Чимина оправданиями не хочется. — Я заехал к Гугу. — Ты об этом Гугу болтаешь с момента нашего знакомства, Тэ. Сам не заебался еще? — надутый вид Чимина свидетельствует о глубокой оскорбленности. — Перестань изрыгаться в мою сторону. — Если ты вечно рассказываешь про альфу, то почему приезжаешь постоянно с бетой, который не похож на совершеннолетнего? Сесть хочешь, да? Буду присяжным и брошу тебя в камеру точно так же, как и ты меня со вчерашней попойкой! Тэхен считает до десяти. Ему нужно вести себя прилично, нельзя бить Чимину морду просто потому, что он дурак и не следит за своей речью. Тэхен выше этого, он староста потока, он тут папочка, в конце концов. — Человека, с которым я приезжаю, зовут Чон Чонгук. Подумай об этом. Долго размышлять Паку не приходится, выводы он делает довольно быстро. После осуществления несложного мыслительного процесса лицо омеги искривляется, чтобы выразить крайнее удивление, Чимин просит сказать фразу еще раз, дабы окончательно удостовериться, что ему не послышалось, а потом прикрывает рот ладонью, словно только что всю правду узнал о каком-то из всемирных заговоров. — Он разве альфа? — Не разве. Альфа. Ким искренне надеется, что тупых вопросов не будет и объяснять ситуацию Чонгука не придется, но Чимин моментально рушит все его надежды. — Он вообще нихера на альфу не похож. Пак бесцеремонно наклоняется к другу, обнюхивает его шею, откуда исходит наиболее насыщенный аромат, и недовольно хмыкает. Он чувствует только легкую примесь чего-то цитрусового, почти неуловимый оттенок, едва ли выбивающийся из-под насыщенного, сильного запаха дыни Тэхена. — Ну расскажи, блин, че ты молчишь, а? Интересно мне. Альфа, запаха которого на тебе толком и нет, да еще и пахнет он чем-то непонятным… Ты что в таком нашел? Ты вообще знаешь, какого тебе альфу надо? Сильного, очень сильного! Потому что ты сам любого альфу трахнуть можешь, Тэхен, тебе вот такие варианты вообще не подходят. — Слушай, не завалишься — я тебе пропишу. Чимин послушно заваливается, потому что очень не хочется получать по красивому личику (у них с Тэхеном уже было так разок, но по пьяни). Пак осознает свои ошибки, тихонечко извиняется раза три, иногда мельком поглядывает на Кима, проверяя его состояние, чтобы тот от злости не взорвался. Да, переборщил, нажал слишком сильно, виноват. Интереса от этого меньше не становится. Несколько минут изворотливый червь выжидает, на месте ему все еще не сидится. У Тэхена есть какая-то интересная информация, а он ей не делится. В таких случаях тяжело сохранять самообладание. Заметить нетерпение Чимина совсем не трудно. — Да, он альфа, — Тэхен звучит устало. Пак все равно не отстанет от него до тех пор, пока не узнает все, что ему интересно. — А запах? — Запах есть, не такой сильный, как у всех остальных, но есть. Мандаринами пахнет. Чимин протяжно мычит, выговаривая осторожное «вот оно что», и вновь затыкается на короткий срок. Невидимый поток чужих мыслей давит на Тэхена. — А почему такой слабый? Он ведь альфа, но совсем не похож. Я таких редко видел, они обычно побольше, на тебя похожи… Тэхен не любит, когда его сравнивают с альфами. Он не альфа и никогда им не будет. Сила и хорошая физическая форма не могут отнести его к другому вторичному полу. У Чонгука точно такая же история, но со своими коррективами. Альфы могут быть разными. Кима привлекает вот такой. Немного неуклюжий, скромный, милый, с тонкой душевной организацией. Ему нравится Чон Чонгук, а не альфы из спортзала, не боксирующие машины для убийства. Чонгук — его идеальный вариант. В нем все прекрасно, Тэхен его любит с ног до головы, и любовь эта очень многогранна. Сложно отделять заботу на уровне с семейной от внимания, проявляемого омегой по отношению к альфе. Ким с такими сложностями живет уже много лет, с того момента, как у него началась первая течка. Гугу был тогда слишком маленьким, он до конца даже сейчас не вырос, поэтому старший ждет. Очень долго ждет. — У него еще гона не было, запах только полгода назад появился, — объясняет омега, воспроизводя любимое личико лучшего друга перед собой. У Чонгука шрам на щеке, появившийся еще в детстве из-за недосмотра Тэхена, взгляд олененка и щеки хомяка, но сам он похож на кролика, хотя уже давно запрещает называть себя так. — Тогда он точно несовершеннолетний… — Совершеннолетний. Вздох Кима звучит тяжело. Чимин с сочувствием поджимает губы. — И что, прямо чувствуешь, что тебе именно его надо? Это же странно, вокруг огромное количество альф, большинство из них на тебя посмотрит точно. Отвечать не хочется. Тэхен отмахивается, чудику бесполезно объяснять. Киму повезло встретить человека, от которого нет желания уходить уже много лет, но повезло встретить рано, слишком рано. Почти пять лет разницы порой сказываются на их общении. Тэ боится задушить младшего своей заботой, однако и позволить ему творить черт знает что тоже не может. Чонгук взрослеет чуть позже остальных. В данный момент он на рубеже, который перешагнет после гона. Киму осталось дождаться только этого, потом можно будет выстраивать план по завоеванию сердечка маленького альфы. Дается ожидание тяжеловато. Несколько раз Тэхен уже порывался позвать юношу на свидание, едва ли не сделал это совсем недавно, стоя у дверей аудитории на другом этаже. «Погоди, еще рано», — раз за разом твердит он сам себе, стоит только навязчивым мыслям вновь поселиться в голове. — Чувствую, — внезапно отвечает омега. — Он сегодня спал на моей груди, а я в очередной раз понял, что не смогу видеть его с другой омегой или бетой. Это все уже, край. Я давно считаю его своим. Чимин давится воздухом. Подобных откровений от друга он не слышал раньше. Часть накопившихся эмоций Тэхен выплескивает в разговоре, ему становится легче, когда о его чувствах узнает другой человек. — Почему? — Сегодня во сне он меня звал, — говорит Тэ с улыбкой. — А потом… — заминка затягивается, увеличивая и без того растущий интерес Пака. — Я только отвернулся, он поцеловал меня в затылок. Глаза Чимина округляются и выпячиваются невероятно быстро, омега охает, едва ли не сползая по скамье прямо под парту, и смотрит на Тэхена неверящим взглядом. — В смысле… Он хотел тебя пометить во сне? Ким пожимает плечами. Ему очень нравится об этом думать. — Ты ему нравишься, — убежденно выговаривает Пак, разрушая оставшиеся крупицы чужого сомнения. — Знаю. Тэхен знает все гораздо лучше вездесущего Чимина, симпатию Чонгука он замечает достаточно давно, постепенно углубляющиеся чувства тоже. Поэтому и игнорировать эти чувства ему гораздо тяжелее.