Dominant

Дом буквально стоит на ушах. Чонгук неосознанно вносит в это свою лепту. Он пытается увернуться, закрыть свое лицо руками, раз за разом сглатывая слюну, смешанную с кровью от разбитой нижней губы, и молится всем известным богам, чтобы его избиение побыстрее закончилось. Сил у громилы хоть отбавляй, Марк ее не жалеет. Даже старшекурсники боятся его оттаскивать, просто глазеют, снимают на видео, уткнувшись в свои телефоны. Майя пытается дернуть своего бойфренда, мертвой хваткой за него цепляется, виснет на спине, но повлиять на него никак не может. Чонгук стонет от боли, когда начинается серия ударов по животу. Кажется, еще немного остается до образования рваной дыры в передней брюшной стенке. Юношу разрывает от боли, бросает в жар, выворачивает наизнанку с каждым новым ударом. Глаза Туана изредка зловеще поблескивают, амплитуда его движений становится все больше, а крики окружающих усиливаются, смешиваясь с галдежом где-то позади. Чонгук почти ничего не слышит, у него вместо звуков непонятное месиво, из которого уловить можно только четко произнесенное имя Тэхена. Альфа списывает это на воображение. Тэхена здесь нет. И, к сожалению, не будет. *** — Я их всех, сука… — Тэхен взрывается уже в машине, не дожидаясь приезда на место. Чимин блокирует двери на время поездки, он совсем не может предугадать, что этому пришибленному сейчас придет в голову. — Каждого, кто снимает это дерьмо, каждого выпотрошу! Рычание доминантной омеги оказывается слишком громким, Пак из-за него вздрагивает и вдавливает педаль газа в пол, дабы лишний раз не бесить друга. — Дотронешься до них — тебя в шею гнать из вуза будут, — напоминает он, с трудом не отвечая на гневный взгляд Кима своим. — Они Чонгуку и тебе ничего не сделали. Тэхен хрустит костяшками, разминает руки. Будь у него способность телепортироваться, честное слово, от Туана уже давно ничего не осталось бы. Забыть измученное лицо Чонгука не выходит, перестать проецировать его перед собой тоже. Раздражающее все нутро чувство жгучей ненависти, готовности совершать по-настоящему страшные поступки переполняет омегу. Трудно будет не сорваться с тормозов на месте происшествия. — Тебе придется разбираться с Туаном. — Сам знаю, завались, пока я еще трезво мыслю, — Ким за словом в карман не лезет, ему не до констатации фактов. Чонгук в опасности. Чонгука избивают прямо сейчас, а он даже доехать до него за пару минут не может. — Если он сломает Гугу что-нибудь, я сломаю его блядскую жизнь. — Ты не оттащишь его так просто. Он альфа. — Я доминантный. — Он альфа, Тэхен, ваши силы равны. Пока ты будешь пытаться обезвреживать его в одиночку, он вмажет твоему Гугу еще пару сотен раз, особенно когда узнает, что Чонгук с тобой водится. Придумай что-то другое, прикажи кому-нибудь, блять, начать разнимать их сейчас. — Никто из этих ссыкунов не решится на него лезть, сам же видишь! — Тогда думай, Тэхен, не кулаками. — Не беси меня! Ким ударяет по внешней поверхности двери у пассажирского сиденья и нетерпеливо ерзает на месте. Пак просит подождать еще немного, взывая к терпению омеги, заодно приговаривая, что обязательно выставит парню счет на кругленькую сумму. Элементы пейзажа за окном все быстрее сменяют друг друга, Чимин максимально ускоряется, слегка сбавляя только на поворотах, и оповещает о скором прибытии за несколько секунд. Первым из автомобиля выбегает Тэхен, на полной скорости мчащийся ко входу в дом. Друг, на ходу блокирующий машину, идет следом, тоже торопится. Нельзя распоясанного Кима бросать в аквариум с крупной наживкой. Проблем потом не оберешься. Тэ идет туда, откуда слышится шум, быстро преодолевает коридор и влетает в гостиную, расталкивая всех столпившихся у входа. Чимин доходит с опозданием в секунду, но успевает одернуть Кима, вовремя схватив его за руку, моментально сжимающуюся в кулак. Зрелище не из приятных. Тэхен вскрикивает, окликивает озверевшего альфу, побуждая его обернуться. Вниз смотреть Ким не может. Видеть Чонгука, обездвижено лежащего на полу, плюющегося кровью, непроизвольно роняющего слезы на испачканный красным ковер, просто невозможно. Ким рефлекторно пытается выдернуть свою руку из хватки Пака, дернуться вперед и заняться Туаном даже при свидетелях, избить его до полусмерти, оставить инвалидом на всю жизнь, но внезапно меняет решение. — Не используй силу, — Чимин оказывается в состоянии повлиять на ход чужих мыслей. Ким дергается в последний раз, вытаскивает руку из плена и остается на месте, вызывая всеобщее недоумение. Он закрывает глаза, с щемящим от боли сердцем выслушивая хриплые и уже почти неслышные стоны Чонгука, а затем делает глубокий вдох и выпускает феромоны. Впервые за много лет Ким Тэхен использует ударную дозу своих феромонов осознанно. В комнате моментально воцаряется тишина. Чимин отходит на несколько шагов назад, закрывает дверь, за которой находится коридор, на ключ. Никто не выйдет отсюда раньше дозволенного. Марк замирает, не теряя былую пылкость взгляда. Занесенная для нового удара рука медленно опускается, неверящий в реальность происходящего Чонгук боязливо открывает глаза и самостоятельно отползает от остолбеневшего альфы. Югем подхватывает его, тащит назад, старается усадить на место и осмотреть, сотню раз извиняясь перед пострадавшим. Чон не отвечает. Он не понимает, что происходит. — Прости меня, Чонгук, пожалуйста, прости… Я не знал, не думал, что так выйдет! Его не должны были пускать сюда, правда, я не знаю… Тэхену хочется кинуться к младшему, самостоятельно удостовериться в том, что с ним все в полном порядке. Разум подсказывает очевидное. Чонгука нужно будет срочно везти в больницу. После таких побоев он точно не остался невредимым. Марк поворачивается к омеге, под действием феромонов которой находится, и шипит, выражая всю ненависть, в нем накопившуюся, а сделать ничего не может. Ким подходит ближе, смотрит на него сверху вниз, хватает за подбородок, грубо поднимая чужую голову, и заглядывает в темные, отражающие только гнев глаза. Желание сломать ровный нос увеличивается пропорционально количеству секунд, проведенных вблизи от Туана. — Жалкий обмудок. Я отправлю тебя и твою сучку за границу Сеула, чтобы вы сгнили вместе и больше никогда не притрагивались к моему, — Ким нагибается, сталкивается с альфой лбами, угрожающе продолжает, — моему человеку. Я давал шанс тебе, Марк Туан, и твоей конченной девушке тоже, но ты решил им не пользоваться. Что ж, будь по-твоему. От легкого толчка альфа валится на пол безвольной куклой. Теперь Тэхен больше не уделяет ему внимания. Югем боязливо отшатывается от Чона, стоит только Киму присесть рядом, и опускает голову, в очередной раз прошептывая что-то о своей вине. Слушать его нет ни времени, ни необходимости. — Гугу, — омега аккуратно прикасается к коленке младшего. Опухшие глаза альфы с трудом и болью открываются, фокусируются на говорящем. — Надо поехать в больницу. — Хен? — Хен. Нужно вызвать полицию.