Грешное желание даровало мне крылья

Каждый в этом мире имеет право на одно желание, которое может выполнить лишь их ангел-хранитель. Многие тратят его на глупости, что в конечном итоге приводит к слезам и огромным душевным оврагам, эта история посвящена мальчику, который перевернул всё представление о людях всего парой слов, слетевшей с его уст. Белые стены, потолки, простыни — всё это уже настолько въелось в обыденность, что Чимин и не замечает, как пролетают минуты, часы, дни, недели, месяца. Он просто смирился, закончив препираться и бороться. Смотря в окно, выходящее на территорию сада онкологического отделения, парень думает лишь об одном — поскорее бы увидеть Юнги, чтобы тот хоть немного развеял пасмурность его мыслей. Как вдруг в стекле он видит отражение знакомого силуэта, который медленно приближается к нему и приобнимает со спины за талию, мимолётно целуя в висок. — Я услышал твой зов, сокровище, — проговорил ангел, ощущая дрожь, исходящую от тела Чимина, несдержанным потоком мурашек. — Сегодня заходили родители, они пообещали, что смогут отвезти меня на побережье, полюбоваться закатом, — задумчиво произнёс в полуулыбке парень, рассматривая в окне трепещущие перья на крыльях его хранителя. — Эта новость — чудесна. — Я и не спорю, но их лица…ох…они выглядели настолько измученными и выгоревшими, что я попросту… — Ч-ш-ш-ш, твои анализы значительно улучшились, всё будет хорошо, вот увидишь, — повернув Чимина лицом к себе и широко улыбаясь, заглядывая в голубизну глаз напротив, пролепетал Юнги, заправляя за ушко парня прядку его тёмно-каштановых, сияющих в свете, бьющего в окно, солнца, волос. — Я верю тебе… — кутаясь в объятьях ангела и укладывая голову ему на плечо, вдыхая запах свежести, вечно исходящий от мужчины, произнёс Чимин, медленно засыпая. — Зря, маленький мой, очень зря, — смахнув внезапно появившуюся влагу с глаз, подхватывая парня под колени и укладывая на койку, произнёс хранитель, оставшись услышанным только белыми стенами палаты. Немного понаблюдав за, погрузившимся в крепкий сон, Чимином, Юнги взял со столика красивую перьевую ручку и небольшой листочек, принимаясь выводить аккуратным почерком буквы, с надеждой поведать то, что в глаза сказать он не в силах. «Сокровище, помни, что у тебя есть ещё одно желание и…» На минуту ангел окунулся глубоко в свои мысли, но всё же, закончив излагать накипевшее, свернул бумагу в трубочку, пряча под подушку парня и мгновенно испаряясь, успев напоследок оставить лёгкий поцелуй в уголке пухлых, но бледных губ, которыми обладала причина его мучений и душевных терзаний. *** — Сынок, вставай и одевайся, через полчаса прибудет поезд, он высадит нас на побережье Жёлтого моря в Инчхоне, — прошептала мама Чимина, ласково поглаживая того по голове, пальцами перебирая пушистые пряди. — Уже встаю, мамуль. Красивая, роскошная женщина средних лет, сумев разбудить соего соню-сына, подхватила сумочку-клатч, покидая палату и давая парню время привести себя в порядок. Спустя всего каких-то 10 минут, Чимин уже стоял у зеркала в полной боевой готовности, но, невольно пройдясь по своему отражению взглядом, поник. Мертвенно-бледные губы, впалые осунувшиеся щёки, глаза, под которыми располагались тёмные видимые мешки, так и смотрели на него, выдавая все прелести прогрессирующей глиобластомы, что стремительно завладевала его мозгом. Вдруг, вспомнив слова Юнги: * — Всё это временно и поправимо…*, — парень слегка натянул улыбку, покидая помещение и трепетно приобнимая за плечи маму, отправился с ней на перрон, где их уже должен ждать отец. *** — Привет, папуль, мы уже тут, идёмте занимать места… — приободряюще улыбнувшись, сказал Чимин, ретируясь внутрь их вагона. Ехать пришлось от силы минут 40, но даже не смотря на это, у всех уже успели затечь конечности, требуя хоть малейшей разминки, поэтому выбравшись на воздух, семья быстрым шагом направилась к воде. К превеликому несчастью уже сутенело, поэтому закат долго ждать не пришлось, идя вдоль берега и любуясь видами, Чимин зачарованно прошептал, останавливаясь и не отводя от горящего диска, который прятался за водной гладью, глаз: — Море так вкусно пахнет… — казалось Минни был счастлив, казалось никакое желание, оставшееся у него, не могло заменить сегодняшний вечер, но ощутив фантомное прикосновение к плечам, понял: его настоящее счастье хоть сейчас и не здесь, но с ним, в каждой клеточке, мысли, вдохе. — Мам, пап, я вас так сильно люблю. — И мы тебя, солнце, кстати, мы сняли номер в отеле на ночь, поэтому пока пойдем на регистрацию вон к тому зданию, — указывая на многоэтажку вдалеке, осведомил, приобнимая сына, отец, — а ты, если хочешь, можешь ещё погулять. Согласно кивая, Чимин снова перевёл свой взгляд на море и, дождавшись ухода родителей, бросил в пустоту: — Юнги-я, ты здесь? — Да, сокровище, я рядом… — послышалось из-за спины. Резко разворачиваясь на месте и заглядывая в глаза своему ангелу, Минни широко растянул губы в пусть и измученной, но улыбке. — Я тебя так люблю… — Я тебя тоже, — целуя в уголок губ, прошептал Юнги, боясь нарушить, царящую вокруг них, атмосферу покоя и уединения — уже придумал на что потратишь своё желание? — Да — И на что же? — Я… — на мгновение парень замешкался, — помнишь, ты говорил, что хранитель вправе переступить правило небес, ради подопечного, который воистину заслуживает этого? — А ещё я тогда сказал, что у меня есть расписка о разрешение на этот шаг. К чему ты клонишь? — Так вот, я хочу знать точную дату своей смерти, и даже не пытайся отмахнуться, я знаю: ты видишь её. — Маленький мой, подумай хорошо, пожалуйста, — на грани отчаяния пролепетал ангел. — Я уверен в сказанном, — всё же рискнув посмотреть в глаза напротив, выпалил Чимин, но увидев необузданную бездну боли в омутах, замолчал. — Минни, давай немного повременим, я не готов тебе сказать то, что ты требуешь. — Хорошо, я понимаю… Ты останешься со мной сегодня ночью, или уйдёшь? — Останусь, сокровище. Нежно припав к губам напротив, ловя судорожный вздох, промолвил Юнги. Ангел медленно посасывал нижнюю губу парня, слегка задевая зубами, свои руки хранитель удобно умостил на талии Чимина, пока языком очерчивал покорно приоткрытый ротик. Аккуратно проникнув внутрь, Юнги нежно, без какой-либо пошлости исследовал ровный ряд зубов, вновь поглощая трепетный стон парня. Спустя считаные несколько минут этой шалости, Чимин чмокнул Юнги в нос и быстро убежал в сторону отеля, куда ранее направлялись его родители. *** Плотно поужинав и приняв горячую ванну, Чимин расправил постель и залез на кровать, с головой зарываясь в пуховое одело… *Интересно, а Юнги скоро придёт? * — Я уже тут, как и обещал, — послышался над ушком хриплый шепот сразу же, как только тело ощутило присутствие чужого жара. Хранитель нежно прикусил мочку, порозовевшего от смущения, ушка и поцеловал в чувствительное местечко за ней. — Юнги! — тут же взвизгнул Чимин, неистова краснея. — Что ты делаешь? — А не видно?