Ты найдешь меня в Тэгу

      После свидания с Чимином Юнги думал, что готов свернуть горы, до момента пока не нашел маленькую синюю коробочку в своем пиджаке, которую успел проклясть уже пару сотню раз. Он был готов провалиться под землю от стыда и нелепости ситуации, потому что был уверен, что положил ее вовнутрь букета. — Я полный идиот, — сказал он, присев на низкий пуфик в прихожей. — И как мне теперь отдать ее Чимину? Он решил позвонить ему, опасаясь, что разбудит, но дарить браслеты на втором свидании не хотел. Юнги считал этот жест особенным для первого свидания, потому что соединял две одинокие души, встретившиеся впервые, но полюбившие друг друга навсегда. Поэтому набрал Чимина в надежде, что тот не обрушит на него конец света за то, что его оторвали от сладкого сна. — Малыш, ты еще не спишь? — осторожно спросил Юнги. — Любимый, нет. Я только вышел из душа. У тебя случилось что-то? — взволнованно ответил Чимин. — У тебя парень полный идиот с памятью, как у рыбки. Мне необходимо приехать к тебе сейчас. — Сейчас? Приезжай! Сколько у меня есть времени привести мою квартиру в божеский вид? — пошутил Чимин. — Я буду через час. Схожу в душ, — ответил Юнги и положил трубку.       Через час, как и обещал Юнги, он уже стоял перед домом Чимина, снова чувствуя небольшое покалывание в теле от волнения. В первую же ночь после свидания он напросился к любимому в два часа ночи без объяснений, но был рад, что Чимин быстро согласился. Юнги опустил голову на руль, собираясь с духом хотя бы выйти из машины, но вдруг услышал раздражающий звонок телефона. — Мин, два часа ночи. Ты где бродишь? — спросил Чонгук обеспокоенно. — Чон, не поверишь, но я забыл отдать парные браслеты Чиме, поэтому снова поехал к нему. — Кажется, кое-кто совсем потерял голову? Ну любовничек, удачи. Сегодня тебя не жду, — пошутил Чонгук и бросил трубку. Юнги просидел в машине еще некоторое время, пока не услышал скрип открывающейся двери и вздрогнул, увидев Чимина в милой персиковой пижаме с маленькими медвежатами и мягких тапочках. В этот момент Юнги улыбался так, как не улыбался, кажется, никогда — увидеть своего любимого таким домашним и милым было его мечтой. Чимин стоял на улице, облокотившись на дверь и обнимая себя руками из-за холода. Забыв о всей тревоге, Юнги выбежал из машины, толкая Чимина в подъезд. — Глупыш, ты зачем вышел в этой тонкой пижаме на улицу! А если заболеешь? — спросил Юнги, взяв Чимина за ладонь, чтобы хоть как-то согреть его маленькие ручки. — Мин-и, я же на секунду. Просто увидел машину и решил тебя встретить, — ответил Чимин, опустив глаза. Юнги резко почувствовал вину за то, что повысил голос на любимого. Все что он хотел — защитить Чимина от всего плохого в этой жизни, включая болезни и даже мелкие простуды, но боялся перегнуть палку. Видимо не зря. Он подошел к Чимину еще ближе, и когда их лица оказались в одном сантиметре друг от друга, нежно прикоснулся к его подбородку и двумя пальцами приподнял свое любимое лицо, чтобы посмотреть в глаза Пака. Приблизившись, Мин поцеловал без страсти, но очень глубоко, стараясь показать все свои чувства. Юнги положил ладони на щеки Чимина, легко поглаживая их большими пальцами, и почувствовал, как тот расслабился в его руках. Чимин, приподнявшись на носочки, чтобы быть ближе к предмету своей страсти, обнял его за шею, углубляя их поцелуй и разрешая Юнги исследовать себя внутри. — Прикоснись ко мне, Мин-ни. Я разрешаю, — тихо сказал Чимин и протянул свои руки к рукам Юнги, чтобы положить их на свои бедра. Стена, что сдерживала Юнги каждый раз, когда он прикасался к любимому, рухнула в один момент после этих слов. Прорычав, он крепко сжал бедра Чимина и поднял его на руки, а когда почувствовал, как Чимин обнял его ногами — совсем потерял контроль. Резко открыв дверь в квартиру и кое-как сбросив ботинки, Юнги прошел вглубь, неся его на руках. Увидев кровать, он нежно положил Чимина и, навалившись на него, перешел от губ к шее, кусал и облизывал ее одновременно. Чимин изгибался под страстью Юнги, обвивая его талию своими короткими ножками, и чувствовал, насколько тот возбужден. Руки Юнги на пару с губами гуляли по телу Чимина, принося ему огромное удовольствие. Юнги приподнялся и, увидев недовольный взгляд Чимина, который надул губы, быстро снял с себя футболку и резко укусил того за нижнюю губу, услышав самый прекрасный стон в своей жизни. Он расстегнул его рубашку и перешел к соскам, оттягивая их зубами и засасывая вновь. Чимин тяжело дышал под телом Юнги, чувствуя безмерное удовольствие от осознания, что его ласкает именно он. Тогда Чимин решил пойти дальше и протянул руки к ремню на штанах Юнги, чтобы расстегнуть их. — Малыш, куда торопишься? Я еще не распробовал тебя до конца, — спросил Юнги, тяжело дыша. — Милый, я не могу больше терпеть, — жалобно ответил Чимин. Юнги встал с кровати, чтобы скинуть с себя джинсы, но замер, увидев самую красивую картину в своей жизни — на кровати лежал покрасневший с опухшими губами и прикрытыми глазами Чимин с раздвинутыми ногами. Опустив взгляд ниже, он увидел возбуждение Чимина и облизнул губы — так сильно он хотел его попробовать. Взяв Чимина за руку, он приподнял его, чтобы посадить на свои колени и быть друг к другу еще ближе. Электрический ток прошелся по всему телу Юнги, когда он неожиданно потерся своим членом о член Чимина и застонал тому в губы. — Юнги, пожалуйста, — сказал Чимин в поцелуй.       Мин улыбнулся и, следя за каждым движением Чимина, опустился ниже, к торсу, начал целовать каждое место, начиная от шеи и спускаясь ниже к пупку, проводя дорожку из поцелуев прямо к резинке пижамных штанов. Он зацепил штаны возлюбленного вместе с трусами и, смотря в глаза, в которых видел неприкрытое возбуждение, медленно стянул их вниз. Увидев этот, как посчитал Юнги, самый идеальный член в своей жизни, твердый налитый кровью и показывающий каждую венку, он взял его в руку и большим пальцем прикоснулся к головке, которая, казалось, пульсировала от дикого желания. Юнги видел, как извивался Чимин, когда он нежно водил рукой по стволу члена, и слышал стоны, которые ударяли током по его собственному члену, но он не мог остановиться ублажать любимого, поэтому решил пойти дальше и медленно, с языком опустил рот на головку Чимина и резко засосал ее. Чимин вздрогнул и выгнулся в спине, почувствовав губы Мина на себе, и начал искать его руки, чтобы ухватиться хоть за что-то. Поборов рвотный рефлекс, Юнги опускался ниже и ниже, плавно поднимая голову и облизывая языком его головку. Чимин не понимал, куда себя деть, потому что это был первый минет в его жизни, который вызывал дикие горячие ощущения внизу живота и миллион звездочек перед глазами. Он стонал долго, громко и очень сексуально. Юнги просто вело от каждого звука, доносящегося изо рта Чимина, и, когда Мин добавил к языку свою руку, активно надрачивая ствол его члена, Чимин не выдержал и застонал во весь голос. Чимин тяжело дышал и пытался открыть глаза, кое-как он нашел лицо Мина и, взяв в свои руки, поднял его к себе, глубоко поцеловал. Он целовал Юнги с огромным желанием и благодарностью за все, что он для него сделал. Скинув свои пижамные штаны и представ перед Юнги полностью обнаженным, он увидел, с какой любовью Мин рассматривал его, будто пытаясь запечатлеть увиденное под самыми веками. Чимин еще раз его поцеловал, улыбаясь Юнги прямо в губы. Он чувствовал, как тот вцепился в его бедра, поглаживал их, и снова касался шеи и сосков. Мин начал двигать бедра Чимина на своих коленках, чувствуя как тот дрожит, передавая эту дрожь ему. — Милый, у меня сейчас сердце выпрыгнет от того, как сильно я тебя хочу. Разверни и просто трахни, — сказал в губы Чимин, окончательно снося тормоза Юнги.       Юнги положил Чимина на спину, вытянув его во весь рост по длине кровати. Он в очередной раз разглядывал, как прекрасно выглядело небольшое пухлое тело в тусклом свете фонарей с улицы. Мин поймал размытый взгляд Чимина, еще раз проверяя готовность к последнему шагу с его стороны. Но тот был настолько спокойным и возбужденным, что все сомнения и страхи отступали на второй план. Хотелось трогать, целовать, любить. Мин огляделся вокруг, пробегая глазами по небольшой спальне. — У меня в шкафу, в нижнем ящике, — сипло прошептал Чимин, указывая взглядом в нужную сторону. Юнги поднялся и кое-как из кучи нижнего белья выудил небольшой тюбик, уже выжатый наполовину, из-за чего мужчина хитро улыбнулся — Чимин оказался не таким уж и скромным, когда оставался один. Вернувшись в кровать, Юнги помог возлюбленному согнуть ноги в коленях и аккуратно ввел первый палец, предварительно смазав его прохладным гелем. Растяжка заняла не так много времени, Чимин действительно оказался маленьким чертенком в самом прелестном теле. Когда три длинных пальца Мина уже свободно входили на всю длину, Чимин начал особенно сильно ерзать на простыне, едва ли не выпрашивая у Юнги, чтобы тот уже перестал тормозить. Мин, в последний раз прощупав мягкие стенки, вытащил пальцы и придвинулся ближе, приподнял бедра Чимина и, придерживая их на весу, медленно проник на всю головку. Чимин сипло пискнул, задышал быстрее, ощущая, как липкий пот выступил по всему телу. Юнги натягивал его на себя, входил до самого лобка, пока, наконец, не оказался в возлюбленном на всю длину. Он начал наращивать темп, выстраивая не самую быструю скорость, пока Чимин стонал и просил большего. Юнги и сам был едва ли не на грани, каждый раз ощущая, как стенки Пака натягиваются на его член, как тот потными ладонями пытается притянуть парня поближе, как шепчет слова любви и верности. Та ночь для обоих стала по-настоящему важной, Юнги и Чимин не один раз помогали друг другу вознестись, прочувствовать крепкую любовь всеми внутренностями, узнать, каким должно быть слияние двух тел на самом деле.

***

      «Как сладко из его уст звучит мое имя», — думал Чонгук, весь вечер прокручивая в голове момент, когда Тэхен впервые произнес его имя. Приехав домой после бурного дня, он отправил Юнги на свидание с Чимином, а сам закрылся в своей темной комнате и зарылся под одеяло. Все его мысли находились в одном месте — в классе рядом с Тэхеном, его плечами и смущением. Когда он дотронулся до него в первый раз, Чонгук подумал, что Тэхен оттолкнет или отбежит, но он просто вздрогнул и вовсе не потому, что испугался. Чонгук замечал, как Тэхен смотрит на него и с каким интересом рассматривает, замечал, как его тело реагировало на мимолетное касание. В этот момент ему казалось, что это навсегда запечатлелось в его памяти, наполнив все его органы теплом. Чонгук хотел действовать, хотел сближаться с Тэхеном, но кроме совместных пар чего-то общего у них и не было. Куда преподаватель может позвать студента? В музей? Он ломал голову о том, как лучше подойти и что сказать, чтобы это не испугало Тэхена, и придумал только одно — он пригласит его выпить кофе, ведь это нейтральная территория, и, может, Тэхен смягчит свои тиски отстраненного парня и пойдет навстречу?

***

      Тэхен уже несколько часов пытался написать хоть какую-то мелодию к словам, которые ему отдал Чонгук. Только вот, кроме сцен, где он седлает Чонгука на той парте, а потом изгибается под ним, тяжело дыша от тысячи прикосновений, ничего не лезло в голову. Перед глазами стояли только те бедра и сильные руки, протянувшие лист со стихами. — Я так больше не могу, — выдохнул Тэхен, потирая переносицу и набирая номер Чимина. — Чим, ты где? Может встретимся? — спросил он. — Я с Юнги… — ответил Чимин, после чего Ким услышал, как эти двое начали целоваться. — Чимин, постыдились бы! — Лучик, прости, пожалуйста. Мин-и сейчас привезет меня к тебе, — сказал Чимин. На самом деле, Тэхен даже не злился на друга за эти внезапные причмокивания в трубку и пропадания Чимина на долгие сутки. Он никогда не видел его таким счастливым и был благодарен всем богам, что Юнги не оказался паршивым парнем, иначе бы он точно дал ему в нос. Тэхен любил Чимина и, когда он, как маленький ребенок, впервые получивший подарок, подбежал к нему за одобрением, сразу согласился: один только взгляд Юнги на Пака говорил о его глубоких чувствах и намерениях. Чимин Лучик, я у подъезда. Откроешь?       Тэхен пулей выбежал из квартиры, так как невероятно сильно соскучился по другу за эти долгие дни. Они никогда не расставались на такое время и всегда были на связи, но не сейчас. — Тэхен! Как я рад тебя видеть! — Чимин подбежал к нему и заключил в крепкие объятия. — Чима, ты меня сейчас задушишь! — сказал Тэхен, обнимая друга в ответ. — Привет, Юнги. — Ну привет, лучик, — пошутил Юнги, протянув руку Тэхену. — Приятно познакомиться с семьей Чимина. Обещаю любить и оберегать этого сорванца. — Я не сомневаюсь, иначе отхватишь по носу. И я не шучу! Не смотри на то, что я такой худой — сил у меня достаточно, — сказал Тэхен, пожав руку в ответ. Они еще долго разговаривали, обсуждая не только дружбу с Тэхеном, но и его личную жизнь. — Не поверю, чтобы человек в двадцать два года оставался девственником! — воскликнул Юнги, почувствовав на себе две пары злобных глаз. — Шучу, шучу. Тэхен, это круто, что ты такой внимательный к себе и своим чувствам. — Спасибо, герой-любовник. До чего Чимину с тобой повезло, — язвительно ответил Тэхен и обратился к Чимину. — Чим, держи ключи. Уже холодает, нам пора домой. Юнги крепко поцеловал Чимина глубоким поцелуем в губы и нежным коротким в нос, а потом резко остановил Тэхена, чтобы попросить его номер телефона. Зачем он был нужен ему, Тэхен не понимал, но отказать любимому друга не смог. — Расскажешь, что произошло? Я переживаю за тебя, — спросил Чимин, заметив, как Тэхен достает кружки для какао с зефиром. — Помнишь, я рассказывал тебе о незнакомце, который спас меня на дороге и которым оказался наш новый преподаватель? — спросил Тэхен, на что друг активно закивал. — Я не знаю, как сказать… Короче, я в полной заднице, Чим. Кажется, он мне нравится и очень сильно. Я не могу перестать думать о нем и ждать, когда он сделает шаг навстречу. Он не может его сделать, потому что наш статус этого не позволит. Я не буду спать со своим учителем только потому, что он меня возбуждает до стояка в штанах каждое утро и каждую ночь. Но я не могу… Чим, мне тяжело. Меня тянет к нему магнитом. Чимин удивленно наблюдал за воплями Тэхена, который наворачивал круги по комнате, и вдруг осознание током ударило все его тело — он забыл рассказать Тэхену самое главное. — Тэхен, стой. Остановись, пожалуйста, и присядь. Вся эта суматоха с Юнги закружила меня, и я забыл рассказать тебе одну очень важную вещь… — тихо сказал Чимин, наблюдая за реакцией друга. — Ну… Юнги он… Он друг Чон Чонгука. То есть Чонгук и Юнги лучшие друзья, практически семья, как мы с тобой. Услышав признание Чимина, Тэхен замер, не издавая ни звука. Он не мог открыть рот, чтобы что-то сказать или пошевелиться. Тэхен не мог поверить своим ушам и, пытаясь прокрутить эти слова Чимина в своей голове, смотрел в одну точку, пока друг пытался дозваться до него. — Лучик? Ответь, пожалуйста! Я тут, с тобой. Чего ты замер? — кричал Чимин, тряся Тэхена за плечи. — Это не конец света. Может быть, мы с Юнги поможем вам сблизиться? — Нет, Чим. Чонгук — мой преподаватель и точка. Нам нельзя быть вместе хотя бы эти последние месяцы, в которые я, вероятнее всего, не сдержусь, если вы с Юнги заделаетесь нашими свахами, — остановил друга Тэхен. — Но почему, Тэ? До окончания универа осталось всего два месяца! А если кто-то другой попытается пристать к Чонгуку? Что тогда? — Если это случится, значит, нам не суждено быть вместе, вот и все, Чим-ми. Мы не можем быть вместе не только из-за университетского статуса. Вспомни, кто моя мать — алкоголичка с двадцатилетним стажем, а отец — изменщик, истязающий ее всю мою жизнь. У меня нет как таковых целей на жизнь, и я не успешный бизнесмен из Сеула. Черт, да я был там только один раз за всю свою жизнь. Я уверен, что Чонгуку не нужна такая обуза в роли любимого человека. — Но почему ты забываешь о нас с Юнги? Посмотри на нашу пару. Да мы не так долго вместе, но разве ты не видишь, как быстро мы нашли общий язык? Юнги не важен мой статус, мое образование и цели на жизнь — ему важен я, мои чувства и переживания, — спорил Чимин. — Может быть, они с Юнги полные противоположности? Чонгуку надоест мое присутствие в жизни, и он выкинет меня на улицу, сам найдет себе успешного мальчика, удовлетворяющего его в постели. Я даже не спал ни с кем ни разу, — тихо ответил Тэхен. Забыв про какао, друзья просидели молча почти весь вечер. Тэхен думал о том, что происходит, и не понимал: когда его жизнь стала сложнее, чем была прежде? Ему было страшно от мысли, что платоническая влюбленность в его преподавателя может перейти во что-то большее, и это принесет много боли. Поэтому он решил закрыться от нее, отдалиться от Чонгука, попытаться забыть о нем и засунуть свои чувства глубоко внутрь, а позже закрыть их на ключ.

***

Юнги Малыш, как вы? Что обсуждаете?

Чимин

Пару дней назад Тэхена спас на дороге незнакомец. Этим незнакомцем был Чонгук.

Мин-и, Тэхен влюбился в него, но решил не идти дальше.

Юнги Любимый, о чем ты говоришь? Чон не рассказывал ничего…

Чимин

Милый, попробуй выведать у Чонгука информацию. Я не дам Тэхену загубить свою жизнь из-за тупых принципов.

Юнги был вне себя от злости, получив сообщения от Чимина. То, что Чонгук не рассказал ему, что спас кого-то — пустяки. Он его обманул, даже глазом не моргнув. Юнги чувствовал, как злость и обида закипают внутри и разливаются по всему телу. Ему нужно поговорить с Чонгуком и услышать объяснения. — Чон, ты ничего рассказать не хочешь? — громко спросил Юнги, хлопнув входной дверью. — Я тебе не изменял, клянусь, — пошутил Чонгук, подняв две руки вверх, но увидел недовольный взгляд друга. — Что-то произошло? — Когда ты собирался рассказать о том, что произошло той ночью, когда ты типа «потерялся в трех фонарях»? — язвительно спросил он. Чонгук чувствовал обиду в словах Юнги, но не понимал, откуда тот все узнал. Неужели их кто-то видел? Если это так, то об этом узнает весь университет, и тогда Тэхен точно никогда не подпустит его к себе. Чонгук испугался. — Не понял… — Кажется, ты упустил пару моментов того вечера. Кого ты встретил? Провожал до дома? — давил Юнги на друга. — Но откуда?.. — Чимин рассказал. Удивлен? Я тоже был удивлен, узнав что ты, моя семья, впервые за нашу дружбу меня обманул. Честно, не ожидал. Я, конечно, не истеричка, но это неприятно, Чонгук, — с обидой сказал Юнги. — Мин, все не так. Выдохни и дай объяснить, хорошо? — Чонгук подошел к другу и обнял его, чувствуя напряжение внутри. С одной стороны, он был рад, что их с Тэхеном никто не увидел, но с другой — как Чимин вообще узнал о том, что произошло? Юнги продолжал молчать и сверлить взглядом друга, ощущая неприятную обиду внутри. Он никогда не истерил на пустом месте, но обман самого близкого человека обжигал ребра внутри и создавал большой ком в горле. — Буквально сегодня я собирался рассказать тебе всю историю, которая гложет меня с приезда в это место и того злополучного вечера, перевернувшего мою жизнь. Я встретил одного парня. Это произошло прямо около того круглосуточного магазина за углом. Он был слабый, шел очень медленно. На самом деле я подумал, что это призрак какой-то, пока фонарь не осветил его красные волосы. Я подбежал к нему вообще не думая, и успел словить. Тогда я и увидел его самые красивые глаза на свете. Он был похож на котенка, которого бросили на улице. Я предлагал ему помощь, но он отказывался и тогда я решил довести его до дома сам. Юнги, он буквально дрожал в моих. Я пытался успокоить его, брал в свои руки, придерживал. У него очень мягкая кожа и такие волосы… Он, как огонек, кажется, вызвавший во мне пожар. Я не переставал думать о нем с той самой встречи, поэтому решил заявиться к нему… И не поверишь, что случилось. Он мой студент, Юнги. Когда я увидел его красную макушку за дальней партой, не мог осознать, что это правда происходит. Я гребанный препод человека, в которого, кажется, влюбился, — рассказал Чонгук, замечая, как глаза Юнги становятся еще шире. — Это вся история. А, мы ведь с ним и песню новую пишем по настоянию Хоби. — Я рад, что любовь сносит тебе крышу, но когда ты вообще решил, что это тебе нужно? Почти семь лет ты не встречался ни с кем, а только трахался с какими то мальчиками из клуба, не чувствуя привязанности ни к кому. А тут заявляется студент, ради которого ты забил на все свои принципы. Что в нем особенного? — спросил Юнги. — Я не знаю, Мин. По началу мне было интересно, что случилось с ним. Я хотел помочь, но, наблюдая за ним каждый день, я начал чувствовать нарастающее тепло внутри, которого не чувствовал ни к кому с ее смерти. Не понимаю, будто сердце само его выбрало, как по судьбе, в которую я не верил до того момента. Все в моем теле кричит, что он особенный, что я должен быть с ним и только для него… — Чон, я тебе расскажу одну вещь, но реагируй спокойно, хорошо? Я знаком с Тэхеном. Мы виделись буквально полчаса назад, когда я отвез Чимина к своему брату. Тэхен — брат Чимина, не кровный, но брат. Они живут вместе с момента, когда мать моего парня нашла Тэ в крови рядом с его пьяной матерью в глубоком детстве и усыновила его. Чонгук смотрел в лицо Юнги, пытаясь осознать, что тот только что сказал. Ему было больно даже думать о том, какое детство было у Тэхена. Чону хотелось забить на все правила, забить на то, что они даже не друзья, приехать к нему и не отпускать. Ему никогда не был важен статус любимого человека или его прошлое, но он не думал, что судьба его возлюбленного может быть такой и действовать на него так. В этот момент Чонгук сжал свои кулаки от злости и обиды за Тэхена. Он понял, почему Тэхен не подпускал к себе, не рассказывал о своем прошлом и смущался от каждого проявления тепла в его сторону. — О чем бы ты сейчас не думал, не делай этого. Вы не близки настолько, чтобы ты бежал к нему и расспрашивал о всех его тревогах, обещая счастливую жизнь. Несчастливая любовь Тэхену точно не нужна, Чон. Если ты правда чувствуешь то, о чем говоришь, начни действовать медленно, не наседая, чтобы не спугнуть. Скажи «спасибо» своему самому лучшему другу за то, что он вовремя взял его номер телефона. Не для тебя, конечно, но видимо он тебе пригодится. Чонгук глупо улыбался, смотря на Юнги. Он никогда не сомневался в их дружбе и всегда знал, что Юнги будет за него в любом случае. Он с благодарностью напрыгнул на Юнги и крепко обнял его. — Юнги, ты самый лучший друг на свете, знаешь это? Спасибо, что ты со мной, — сказал Чонгук. — Это тебе спасибо за то, что ради меня согласился приехать в этот город и помог встретиться с человеком, которого я люблю и который любит меня, — ответил Юнги, обняв друга в ответ. Чонгук с улыбкой смотрел на дисплей телефона, любуясь цифрами с названием «мой огонек» и раздумывая, что делать дальше. Но уверенность в нем возрастала с каждой секундой, потому жизнь приближала его прямо к Тэхену.