Ты найдешь меня в Тэгу

      На следующий день Чонгук приехал в университет за час до начала пар, чтобы увидеть Тэхена и поговорить с ним хотя бы об их совместном проекте. Он сидел в машине и внимательно наблюдал за всеми студентами, приходящими на учебу, выслеживая любимую красную макушку, но, когда заметил ее в толпе сотни учеников, поник, как черная дыра — Тэхен шел под руку с Намджуном, смеясь и что-то активно обсуждая. Вся уверенность, которая сочилась из каждой клеточки его тела утром, исчезла моментально. Он смерил взглядом их пару, стоявшую недалеко от парковки, и еле сдерживался, чтобы не набить морду Намджуна. Чонгук чувствовал боль и обиду от происходящего, хотя понимал, что Тэхен не принадлежит ему, но что-то внутри сильно обжигало ребра, заставляя закипать злость все больше. — Черт, да кто он такой? — тихо сказал Чонгук, опустив голову на руль. Он пытался успокоиться, потому что не имел права реагировать таким образом, но сдерживать себя было крайне тяжело. Посмотрев еще раз в их сторону, Чонгук увидел Чимина, который подошел к Тэхену и Намджуну, но пытался увести Кима от него. Чонгук немного успокоился, увидев реакцию Чимина на этого парня — значит, они точно не встречаются. Сделав глубокий вдох, Чон вышел из машины и направился в сторону Чимина и Тэхена, но, увидев испуганный взгляд второго, остановился — Тэхен отвернулся и быстрым шагом скрылся в толпе за дверью университета. Юнги Ну как успехи? Вы встретились?

Чонгук

Он убежал, сразу как увидел меня. Причем с таким испуганным взглядом, будто я маньяк какой-то

Юнги Друг, а кто сказал, что будет легко? Я не знаю, что в голове у Тэхена, но роман с преподавателем явно не входил в его планы.

Чонгук

Мин, меня бесит, когда ты прав!

      В своих мыслях Чонгук просидел полдня, проверяя завалявшиеся работы студентов. Он пытался вспомнить, какое его действие могло напугать Тэхена и заставить бегать от него по всему зданию, начиная от парковки и заканчивая даже столовой: на обеде Тэхен, взяв сок и кимпаб, пулей вылетел из помещения под руку с Чимином, когда встретился взглядом с Чоном. — Всем здравствуйте. Сегодня у нас пробник экзамена по сольфеджио, — сказал Чонгук, смотря прямо в глаза Тэхену, и заметил, как тот смущенно и незаметно улыбнулся. Чон посчитал этот знак своим успехом и расслабился еще больше — Тэхен определенно чувствует что-то к нему и судя по улыбке, это «что-то» положительное.       На протяжении всей пары Тэхен исподлобья наблюдал за Чонгуком, который нервно крутил ручку в своих сильных руках. Он помнил каждое слово, которое накануне сказал Чимину, помнил, что пообещал больше никогда не думать о своем преподавателе, не представлять его губы на своей коже, что пообещал не ждать от Чонгука шагов и не идти навстречу самому, помнил, что дал слово даже не упоминать его. Но одного Тэхен не учел — его сердце никому ничего не обещало и при виде Чонгука билось так, будто его носитель пробежал километров двадцать, и тянулось к предмету своей страсти, нуждаясь в его объятиях. Чонгук наблюдал за каждым движением Тэхена, замечая насколько тот тревожен — можно сказать, что он чувствовал эту тревогу на себе. Он сидел на своем месте перед классной доской с невыносимым желанием подойти и успокоить или потрясти за плечи и спросить, в чем дело. Все это время Тэхен смотрел на лист бумаги в надежде написать хоть что-то под давлением самых прекрасных глаз, которые он видел в своей жизни. Он чувствовал, как с каждым ответом на тест его тревога увеличивалась, потому что он не мог сосредоточиться. Чтобы успокоиться, Ким начал протирать потные ладони о свои брюки, касаться ребер, чтобы унять ноющую боль, и глубоко дышать, что давалось тяжело. Когда терпеть стало невыносимо, он резко встал, отдал листок прямо в руки Чонгуку и, забрав все свои вещи, выбежал из аудитории.       Чон замер, не успев даже взять Тэхена за руку, чтобы остановить. Он понимал, что не может сделать это при всем классе, но был готов забить на все правила, пока не увидел взгляд Чимина, полный сожаления и беспокойства. Смотря прямо на Чонгука, он жестом двух пальцев показал, что хочет выйти за Тэхеном и получил положительный ответ. Пак подошел к Чону, чтобы отдать тест, но почувствовал, как он его остановил. — Чимин, найди его и успокой. И прошу, скажи мне, как он, — тихо попросил Чонгук. — Юнги все рассказал? Хорошо, преподаватель Чон. Я попрошу своего парня Вам написать, — ответил Чимин и тепло улыбнулся Чонгуку, который неожиданно для себя сразу ему поверил. ***       — Тэхен, ты где? Милый, отзовись, пожалуйста, — просил Чимин, бродя в поисках Тэхена среди кабинок туалета по всему университету, и когда наконец-то нашел, то увидел его, сидевшего на полу и обнимающего свои колени. Он был спокоен — вся тряска уже давно прошла, осталась лишь пустота в груди после выброса накопившихся эмоций. На свежую голову Тэхен понимал в чем проблема — его платонические чувства вперемешку с благодарностью к Чонгуку начали перерастать во что-то большое. — Расскажешь, почему ты убежал посреди пары в туалет и сидишь на этом грязном полу? — осторожно спросил Чимин и взял Кима за руку. — Глаза Чонгука на меня давят. Он смотрит на меня не как на студента, и это заставляет биться мое сердце быстрее, потому что я не понимаю, зачем он это делает, — ответил Тэхен, спрятав лицо в колени. — Тэ, ты не думал, что Чонгук может чувствовать к тебе то же самое, что и ты после того вечера? Мне кажется, что это возможно. — Этого не может быть, Чим-ми. Он мой преподаватель. Он взрослый состоятельный владелец музыкальных студий. И не смотри на меня так. Да, я наводил справки… — Тэ, ты меня удивляешь! Кого ты слушаешь: разум или сердце? Ты не усидишь на двух стульях — придется выбрать сторону, потому что это метание рано или поздно сожрет тебя. Посмотри, что с тобой происходит, ведь твои панические атаки участились. Ты не слушаешь свои желания, а пытаешься гнуть линию недоступного парня, принципиально делающего себе больно. Только ты виноват в том, что сейчас чувствуешь. Не Чонгук, который глаз с тебя не сводит, а только ты, — сказал Чимин другу. Ему было неприятно от того, как они с Тэхеном разговаривали, потому что не любил быть с ним черствым и прямолинейным. Но он хотел счастья для друга. Тэхен молчал, пытаясь переварить слова Чимина и ответить хоть что-то. Он понимал, что Чимин прав и пойти навстречу чувствам — правильный вариант независимо от того, как на это отреагирует Чон. Только вот собственная неуверенность в себе, которая оглушительно кричала, что ему будет больно, что Чонгук рано или поздно бросит его, что он его преподаватель и что Тэхен «не особенный», не давала этого сделать, но немного выдохнуть точно стоило. — Хорошо, Чим-ми, ты прав. Я делаю себе больно и делал это всю жизнь, потому что виню каждого в том, какой я сейчас. Но я тебя люблю, поэтому прислушаюсь, — ответил Тэхен, зарываясь в объятия Чимина, которые вмиг его успокоили. — Поднимай свою сексуальную задницу и пойдем поедим. Тебе нужно набраться сил перед занятием с Чонгуком, — бодро сказал Чимин и помог Киму подняться. — Точно, занятие. Может, мне его отменить? — спросил Тэхен. — Лучик, ты отменил уже три занятия, но не написал ни-че-го. Ты хочешь в лужу сесть на выпускном? — Ладно-ладно, ты прав, — ответил Тэхен, направляясь в столовую.       Чимин достал телефон и написал короткое сообщение Юнги. Он чувствовал, что уже очень сильно соскучился, и желал повторить ту замечательную ночь, когда полностью обнаженным оказался в руках любимого, чьи поцелуи до сих пор ощущались на коже. Чимин Любимый, скажи Чонгуку, что с Тэхеном все хорошо. Он, кажется, решил снять тиски недоступного парня

Юнги

Солнце, мне стоит ревновать?

Чимин Глупый, я люблю только тебя. Передай ему, а то я обещал! ***       Чонгук выдохнул, только когда увидел на дисплее сообщение Юнги о том, что Чимин смог успокоить Тэхена. В какой-то степени он ощущал вину за происходящее — если бы он не смотрел, не следил, не пытался притронуться, может быть, Тэхен был бы спокоен. Его разум кричал о том, что их отношения могут быть обречены, что у Тэхена другие мечты и желания и что, как сказал Юнги, роман с преподавателем не входит в список его желаний. Но он входил в список Чона, поэтому он и не думал останавливаться. Из мыслей Чонгука выдернул внезапный стук в дверь его кабинета, что было странно — на часах полпятого вечера, и обычно университет пустеет к этому времени. — Чонгук, к вам можно? — спросил знакомый голос. Чонгук резко повернулся и заметил в дверях красную макушку и две пары глаз, смотрящие прямо в его. Тэхен выглядел очень хорошо… Нет, он выглядел прекрасно, из-за чего Чон потерял дар речи и удивился, что увидел сейчас именно его. — Тэхен? Заходи, конечно. Я думал, что ты снова отменил наше занятие, — сказал Чонгук, подойдя ближе к Киму. — Я… я хотел. Мне нездоровилось, ну, как и все прошлые дни. Но один близкий человек испугал меня, что я плюхнусь в лужу и надо мной будут смеяться, если не напишу хоть одну ноту к вашему тексту, — ответил Тэхен и улыбнулся. Чонгук был готов упасть на колени перед этой улыбкой в форме сердца и просить все высшие силы мира помочь ему влюбить Тэхена в себя. Он не мог поверить, что после недели ожидания и поисков Тэхена по всему учебному заведению, этот парень, из-за которого по телу Чонгука разливалось тепло, стоял прямо перед ним и спокойно с ним разговаривал. — Знаю, что из-за меня мы пропустили целую неделю занятий и я ничего не смог написать без Вашей помощи… — Тэхен говорил смущенно, пытаясь выдавить из себя то, что боялся сказать. — Но не хотели бы Вы выпить кофе со мной? То есть позаниматься в кофейне за углом. Там подают очень вкусный кофе и мой любимый с карамелью. — Ты любишь карамельный кофе? — вопрос сам вырвался из уст Чонгука, который был на седьмом небе из-за того, что услышал секунду назад. — Точнее карамельное яблоко. Оно сладкое, приятное и совсем не горькое. Ненавижу горький кофе, — ответил Тэхен. — Я тоже ненавижу… — тихо сказал Чонгук. — Дашь мне забрать вещи? Держи ключи от машины. Просто тыкни на эту кнопку и услышишь ее среди всех других. Тэхен взял ключи из рук Чонгука и, случайно коснувшись его, замер на несколько секунд. Он и не предполагал, что касаться кожи Чона будет так приятно. Чонгук взял руку Тэхена в ответ и поглаживал ее, смотря тому в глаза. Так они простояли какое-то время, пока Чонгук не напомнил, что ему нужно забрать вещи.       Тэхен выбежал из класса на ватных ногах, ощущая, как тяжесть в груди, преследовавшая его всю неделю, исчезала. Неужели так на него действовал Чонгук? Он держал ключи от машины Чона, покручивая их в руках, и чувствовал, как хочет сближаться с ним. Он чувствовал, что хочет, чтобы Чонгук был рядом, когда ему тяжело, это помогло бы унять всю боль, которую он ощущал. Тэхен улыбался, как дурак, понимая, что они вместе едут в кофейню пить его любимый, и, кажется, не только его, карамельный кофе. Получается, Чонгук та еще сладкоежка? Он хотел знать больше. На парковке Тэхен, как и сказал Чонгук, нажал на кнопку разблокировки и услышал «дзынь» в конце череды преподавательских машин рядом с местом, где тусуются все студенты. Конечно, они с Чимином тоже любили это место, в котором всегда встречались с Намджуном, хотя вел он себя в последнее время очень странно: брал Тэхена под руку, провожал с университета домой, даже писать стал чаще. Но почему машина Чонгука стояла здесь вдали от других? Он пошел на звук и ахнул: перед ним стояла черная BMW, о которой сам Тэхен мог только мечтать. — Нравится? — спросил Чонгук, подойдя к Тэхену со спины, и заметил, как тот вздрогнул от неожиданности. — Чонгук, Вы меня испугали… Да, очень, — мешкаясь, ответил Тэхен. — Садись на переднее сиденье, — подтолкнул Тэхена Чонгук, встретившись с его удивленными глазами. — Только не говори, что ты хотел сесть на заднее. Тэхен, мы что в школе что ли? Запрыгивай давай. Чонгук подбежал к пассажирской двери, чтобы помочь Тэхену сесть в машину, и взял того под локоть, а потом за руку. Сердца обоих бились с такой силой, что были готовы выпрыгнуть из груди и соединить две половинки в одно целое. — Спасибо, — сказал Тэхен, схватив Чонгука за большой палец, но сразу отпустив. Он пытался остановить себя, пытался перестать притрагиваться к Чонгуку и искать повод для этого. Ему нужно было просто пообедать с ним, не показывая своих чувств. — Так, поехали? Ты пристегнешься? — спросил Чонгук, улыбаясь. Он наблюдал за тем, как старательно и очаровательно Тэхен пытался застегнуть ремень безопасности, высунув кончик языка. Чонгука будто парализовало, ударило током во все органы из-за желания прямо сейчас поцеловать эти губы и почувствовать этот язык внутри. — Тэ, давай я помогу? А то провозишься до завтра, — осторожно спросил Чонгук, наклонившись к лицу Тэхена, который опустил голову, чтобы увидеть, куда засунуть этот чертов ремень. — Д-да, спасибо, — все, что успел ответить Тэхен, прежде чем потерять дыхание — лицо Чонгука было буквально в миллиметре от его, а любимые оленьи глаза смотрели на его губы. Тэхена вело от того, как Чонгук облизывал свои губы, но он смог остановить себя прежде, чем поцеловал своего преподавателя прямо на университетской парковке. Чонгук понимал, что он не должен так делать, но не мог остановить себя. Он хотел большего, хотел прижать Тэхена к этому креслу, хотел распустить свои руки по худому телу и собственнически говорить о своих чувствах. Но Тэхен студент, а это преподавательская парковка. Чонгуку хоть и было наплевать на свое положение, потому что он попрощается с этим местом уже через два месяца, но на положение Хосока — нет.       Дорога до кофейни заняла всего десять минут, но по ощущениям обоих она длилась целую вечность. Тэхен то и дело пялился на сильные руки Чонгука, крепко держащие руль, и отводил взгляд, когда тот смотрел в ответ. Ему казалось, что он был готов просто вцепиться в Чонгука и оседлать его на водительском кресле, забив на все правила. Всю дорогу что-то внутри него просило рассказать, что он чувствует, чтобы прекратить мучительные гадания о том, что может ответить Чон, но сам рот Кима отказывался говорить. Он мог только смотреть и пускать слюни на серьезного Чона, профессионально крутящего руль и слушающего Chase Atlantic, что Тэхен был удивлен услышать, ведь обожал эту группу еще со школьных времен. — Ты про эту кофейню говорил? Кофе здесь и правда отличный, — ответил Чонгук, снова наклонившись к Тэхену, чтобы растегнуть ремень, и выбежал из машины, чтобы открыть дверь. — Я и сам могу открыть дверь, — сказал Тэхен. — Кто-то говорил, что ему нездоровится! — пошутил Чонгук и направился в сторону кофейни. Только сейчас Тэхен заметил, как идеально черные джинсы сидели на бедрах Чона, обтягивая все желанные им места. Чонгук шел уверенно и с высоко поднятой головой, что в очередной раз зацепило Тэхена: он выглядел идеально буквально со всех сторон. — Чего задумался? Проходи, медвежонок — обратился Чонгук к задумавшемуся Тэхену и нежно взял его под локоть. Тэхен пытался скрыть удивление и улыбку, опустив голову — он еще никогда так не радовался милому прозвищу, как сейчас. — Извините, но почему «медвежонок»? — спросил он. — Потому что ты немного неуклюжий и ходишь, переступая с ноги на ногу, — пошутил Чонгук. Пара села за самый дальний столик в помещении, чтобы побыть в тишине. Хоть Тэхен и хотел понять, что чувствует он, а что Чонгук, но работу сделать было необходимо. — Тэхен, тебе кофе с карамельным яблоком? — спросил Чонгук, не понимая для чего Тэхен полез в сумку. — Чем занимаешься? — Подождите, я карточку найду, — ответил Тэхен, зарывшись в своей глубокой сумке, где можно было найти буквально все: начиная от носков и заканчивая пластмассовыми приборами. — Тэхен, подними свою красную макушку и посмотри на меня, — сказал Чонгук и притронулся к его плечу. — Убери свой милый кошелек в сумку и подумай, что ты будешь кушать. Если не решишь, я закажу на свой вкус. Тэхен удивленно смотрел на Чонгука, желая прямо сейчас обнять его. Никто кроме Чимина так не ухаживал за ним и не пытался помочь. Он словил себя на мысли, что даже если чувства к Чонгуку не взаимны, то он хотя бы почувствовал, что это, когда за тобой ухаживают. Хоть и всего раз в жизни. — Я не буду кушать, Чонгук. Спасибо большое, — ответил Тэхен и опустил голову.       Через несколько минут Чон подошел к их столику, неся в руках поднос с большим куском клубничного бисквитного торта. — Я заметил, что ты на обеде часто берешь клубничное пирожное, а они тут самые вкусные на районе, — сказал гордо Чонгук, смотря на впереди сидящего Тэхена, похожего на котенка. — С-спасибо большое, но не стоило… — Еще как стоило, Тэхен. Обед был четыре часа назад. Покушай хотя бы ради меня, — ответил Чонгук, присаживаясь рядом. Тэхен чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, смотря на сидящего рядом Чонгука, который касался своей коленкой его, и рассказывающего о своей жизни. Тэхен узнал, что Чонгук учился в бизнес-школе, что у него нет семьи, а только лучший друг, который кстати является парнем его брата; узнал, что замдиректора Хосок уговорами заставил его приехать в Тэгу и что он готов попробовать все сладости в этом районе. Все время, пока они сидели в пустой кофейне, они шутили и смеялись, иногда легко притрагиваясь друг к другу. Только вот одной темы они все же старались не касаться — вечер, когда Чонгук и Тэхен впервые увидели друг друга, даже не подозревая, чем для них это обернется.       Будучи полностью погруженным в работу над их будущей с Чоном песней, Тэхен не заметил, что его телефон разрывался от звонка уже в третий раз. — Тэхен, кажется, твой телефон сейчас взорвется. Ответь, вдруг тебя потеряли, — сказал Чонгук, указывая на мобильный, лежащий на кресле рядом с сумкой. — Извините… — сказал Тэхен, собираясь отойти, но увидел на дисплее «Мама». Он не двигался, смотрел в телефон и не знал, что делать. Тэхен чувствовал, как тревога возрастала в груди каждый раз, когда мелодия звонка начинала играть снова. Ком в горле, который Тэхен еле сдерживал, пытался выйти наружу. Чонгук резко вскочил со своего места, подошел к Тэхену и взял его за плечи, нежно поглаживая. Он пытался унять панику, которая невооруженным глазом читалась на лице Тэхена, и передать ему свое спокойствие. — Тэхен, что случилось? — спросил Чонгук, подняв голову Тэхена двумя пальцами. — Мама… она не должна звонить. Я просил ее не звонить мне больше, — ответил Тэхен, чувствуя, как наворачивались слезы. — Дыши глубоко, а как будешь готов ответить, возьми трубку. Я буду рядом и тебе нечего бояться, — сказал Чонгук. Когда Тэхен услышал, что телефон перестал звонить, то успокоился. Может быть, она ошиблась номером? Или опять напилась и звонит, чтобы попросить денег? Но телефон зазвонил вновь. — Алло? Не понял, как это в больнице? Но что с ней случилось?! В какой больнице? Я сейчас буду, — ответил он и бросил трубку. — Чонгук, мама, она в больнице. Мне нужно к ней. Я могу уйти? Чонгук смотрел на Тэхена, которому, казалось, адреналин и страх настолько ударили в голову, что он не мог здраво мыслить. Он правда собирался ехать в одиночестве к человеку, одно имя которого на дисплее привело его в ужас? Чонгук не мог отпустить его одного, он хотел быть рядом, поэтому, даже не раздумывая, решил поехать вместе с Тэхеном. — Тэхен, я поеду с тобой и прошу не спорить со мной, — резко сказал Чонгук и, оставив щедрые чаевые официанту, вышел из кофейни. Тэхен бежал следом за ним, не понимая, зачем Чонгуку нянчиться с ним и тем более ехать к его матери в больницу. — Я могу сам добраться. Вам незачем еще больше тратить свой вечер на меня и мои проблемы, — громко обратился он к Чонгуку, но резко остановился, столкнувшись с его спиной. — Запомни одну вещь: когда я с тобой, я не трачу время, а проживаю счастливые минуты, лишенные печали и страхов, — ответил Чонгук и, подойдя к машине, открыл дверь для Тэхена. Ким пытался осознать смысл слов, только что сказанных Чонгуком, но переживал за свою мать. Он хотел расставить все точки, хотел, чтобы Чонгук объяснил каждое свое действие по отношению к нему, но понимал — сейчас не время, да, и будет ли оно потом?       Всю дорогу до больницы они ехали молча под тихую музыку из динамиков машины. Тэхен не представлял, в каком виде увидит свою мать, переживал о том, как она будет общаться, и гадал, в каком она состоянии. Он надеялся, что Чонгук просто высадит его на парковке и уедет. — Приехали, — разрушил тишину Чонгук. — Спасибо, что довезли. Обратно я доеду, не переживайте. До завтра, — сказал Тэхен, собираясь выйти из машины, но крепкая рука остановила его. Когда он повернул голову, то встретился с вопросительным взглядом Чонгука. — Тэхен, я пойду с тобой. Ты мой студент, и я обязан убедиться, что с тобой все будет хорошо, — низким голосом сказал Чонгук, доведя Тэхена до мурашек по всему телу. Еще одно слово, и Чонгуку пришлось бы собирать его по частям. Они вместе вышли из машины и направились в сторону больницы. Тэхена трясло, потому что он боялся, что Чонгук увидит его прошлое, то, что он пытался скрыть от всех и о чем знал только один дорогой для него человек — Чимин. — В какой палате находится Ким Юн Джин? Я ее сын Ким Тэхен, — спросил он сонного администратора. — Десятая палата на втором этаже, — указал направление администратор. Тэхен медленно пошел в сторону лестницы, специально оттягивая момент, когда он зайдет в палату и увидит мать. Он давал себе обещание не возвращаться в свое прошлое, убежать от него, от кошмаров и панических атак. Ему было невыносимо больно вспоминать свое детство и окунать в него Чонгука, которого даже практически не знал, но хотел удержать рядом. — Мам? Это Тэхен, — сказал он, чувствуя, как кто-то толкает его в середину палаты. Чонгук с успокаивающей улыбкой зашел следом за Тэхеном, закрыв дверь. — Но Вы… — Тэхен? Это правда ты? — слабый женский голос послышался с больничной кушетки. — Это я, мам, — тихо ответил он, боясь смотреть на свою мать. Подняв голову, он увидел ее лицо полностью в царапинах, ссадинах и с фингалом под глазом; ее губы опухли, а около носа Тэхен заметил плохо стертую засохшую кровь. — Кто это с тобой? — спросила она. — Госпожа Ким, я его парень. Меня зовут Чон Чонгук, — не задумываясь, ответил Чон и взял Кима за руку. — Вы кто?.. — удивленно вскрикнул Тэхен, чувствуя, как Чонгук переплел их пальцы.