karaoke's boys

Весна. Середина апреля. Солнце уже достаточно согрело землю, так что можно было смело выкидывать все тёплые вещи. Все потихоньку становится зеленым, живым. Иногда температура доходила до 20 градусов и было жарко, как летом. В такие дни Минхо любил гулять по городу и искать для себя что-нибудь интересное. Минхо жил и учился в Кимпхо. Ему безумно нравился этот город: архитектура, места для развлечений, люди. Последние ему нравились больше всего. Он любил проводить время со знакомыми, веселиться, общаться. Но настоящих друзей у него не было. Это странно, ведь он буквально чистый лист, на котором можно нарисовать какие-то свои каракули. Но парень действительно одинок, сколько бы он не пытался познакомиться с людьми. Чаще всего он проводил с ними время в университете: парень учился на факультете дизайна и интерьера, и ему приходится много взаимодействовать с одногруппниками. Ему не очень нравится это направление, то есть, ему интересно узнавать что-то новое, но его душа лежит к чему-то другому. И это «что-то» другое — музыка. Минхо живет в одной квартире со своим старшим братом — Мином. Он старше его на 4 года и уже работает в банке. Братья часто проводят вместе время. Они через всё проходят вместе. Минхо не боится спрашивать какого-то совета у брата, а тот ему всегда помогает. Весна. Чудесная пора для исцеления. За три месяца снег стал мерещится в глазах, а холод словно вжился в кровеносные сосуды. За эту зиму и у Минхо, и у Мина, были потери. Тяжелые потери, которые легли замоченным гипсом на сердце, и засохли. Поэтому оба так хотели весны: хотели исцеления. Хотели поменять свою жизнь и жить счастливо. Хотели забыть и начать все заново. И они оба прекрасно справлялись, несмотря на те трудности, которые им пришлось преодолеть. Минхо в целом очень общительный человек: он любит болтать обо всем, шутить, дразнить. Он любит делиться, ярко показывать свои эмоции, хоть иногда ему становится за это стыдно. Он любит слушать, поддерживать, заботиться. Но никто не хочет принимать эту поддержку и заботу. Словно люди настолько усложняют свою жизнь, что не хотят иметь дело с дейсвительно хорошим человеком — Минхо. Все будто пытаются что-то доказать, но доказывать, по сути, нечего. И поэтому Ли всегда остается один. Один, со своими внутренними переживаниями и надеждой на весеннее исцеление. Один, как одинокий тюльпан, который единственный среди своих товарищей остался жив и продолжил цвести своей красивой душой.

***

Солнце беспощадно палило своим ярким светом и обжигало всю землю. Ощущение, будто сейчас середина лета, какое-нибудь 15 июля, самый разгар жары, но вот в календаре был только апрель. Минхо непринуждённо и легко шагал по улицам Кимпхо и искал место, где он бы смог скоротать время. Сейчас у него выходные дни, поэтому он может свободно тратить время на то, что ему хочется. Парень шел, разглядывая вывески зданий, словно он не знал их наизусть. Но среди этих ярких вывесок магазинов и кафе появилась новая, скромная табличка с надписью «Караоке». Ли безумно любил караоке и любил музыку. Когда-то он даже хотел стать певцом, но постоянно откладывая занятия по пению, совсем оставил это дело. Теперь это было лишь его хобби, занятие по душе. Вывеска с этой надписью обрадовала парня, и тот сразу зашел в здание. Здание было небольших размеров. Внутри было приятно, все предметы интерьера выглядели гармонично между собой. Людей было много: все толпились, не давая вдохнуть свежего, раскалённого воздуха и пройти к нужным им местам. Ли подошел к сотруднику, который выглядел очень счастливым и постоянно улыбался, показывая свои ямочки на щеках. — Здравствуйте! Сколько стоит час? — Здравствуйте. 7 тысяч вон, — парень улыбнулся и отвел взгляд на входную дверь, которая часто открывалась и закрывалась, впуская или выпуская посетителей. — К сожалению, сейчас нет свободных мест. Может, вы хотите к кому-нибудь присоединиться? Минхо смотрел в глаза сотрудника и не знал, что делать. Он слышал звуки песен из кабинок, забитых людьми, и решил, что это отличный повод познакомиться с кем-то. — Эм, а вы можете сказать, в какой кабинке находится один человек? — Да, сейчас, — парень посмотрел в компьютер и что-то быстро начал искать глазами. — Кабинка номер 11. Туда только что зашел один парень. Минхо оплатил час караоке и направился к двери с нужным номером. Его одалело волнение и накрыли сомнения насчет того, что он сейчас сделал. А вдруг тот парень хочет побыть один? Вдруг Минхо ему не понравится? Вдруг у них будут разные вкусы и они не смогут вместе петь? Все волнения ушли, когда Ли подошел к кабинке и услышал знакомую мелодию. Она звучала так же по-весеннему непринуждённо, как Минхо шел по улицам и думал о том, что этот сезон — весна — действительно исцеляет. — Привет. Парень, находящийся в кабинке номер 11, испуганно, но с радостной улыбкой, посмотрел на вошедшего Минхо. Он абсолютно не ожидал того, что кто-то зайдёт к нему и потревожит его пение. Парень поставил песню на паузу и встал с пола, глупо смотря в глаза Ли. — Я... Не было свободных мест, и мне предложили прийти к тебе. Эм... Ты не против? — О, нет, нет, конечно, — парень заволновался и начал топтаться на месте. В этот момент Минхо заметил, как у него покраснели щеки. — Точно? — Да, — замявшись, но с детской уверенностью произнёс парень. — Спасибо большое, — Ли прошел в кабинку, которая была с размером в небольшую комнатку, что делало ее очень приятной и комфортной. — Меня зовут Минхо, а тебя? — Я Джисон. Парни глупо смотрели друг на друга и не знали, как продолжать разговор. Внутри Ли все перекручивалось. Он впервые чувствовал неуверенность перед незнакомым ему человеком, словно тот как-то влиял на него. — Я слышал, что ты пел «Our way out», — произнес на ломанном английском Ли. — Я очень люблю эту песню. Споём? — Ох, — Джисон еще больше покраснел от такого предложения и от того, что Минхо подошёл к нему и взял из его рук пульт, тем самым соприкоснув их руки. — Я тоже очень люблю ее. Джисон больше ни слова не мог сказать незнакомцу и лишь смотрел на то, как Ли берет второй микрофон и садится на пол рядом с Ханом. Минхо только делал вид, что не стесняется и не волнуется, но на самом деле внутри его души сейчас бушевал торнадо из чувств и эмоций при виде этого краснеющего парня, и сам невольно ощущал, как его уши становятся горячими. Джисон немного постоял и сел рядом с парнем. Он слышал запах его парфюма и ощущал какое-то тепло, исходящее от его тела. Джисон не смотрел на него, но он чувствовал его взгляд на своем лице. — Готов? — Да. Минхо включил песню и они стали петь. Так, словно они лучшие друзья с детства. Они не стеснялись показывать свои ошибки и свой сломанный голос. Некоторые части пел только Минхо, некоторые — только Джисон. Ли удивился, насколько у парня хороший вокал. Он не выглядел как тот, кто занимается пением, но его вокал действительно был стабильным. Минхо смотрел на то, как Хан поет, и не мог оторвать свой взгляд. Вены на его шее взбухли и придавали ещё большей уверенности парню. Песня закончилась, парни выдохлись и неловко посмеялись. — Твой вокал такой хороший, — посмотрев на покрасневшего Джисона, произнёс Ли. — Я учусь на музыкальном направлении, — парень опустил свой взгляд и стал перебирать ткань своих черных шорт. — Это... Здорово, — Минхо вдруг вспомнил, как он тоже когда-то хотел стать певцом, хотел учиться вокалу и разным техникам, но жизнь решила сделать все по-своему. — Я раньше тоже хотел заниматься вокалом. Я очень люблю музыку. — Почему хотел? — парень как-то резко спросил это, не подумав, отчего после ему стало стыдно. — О, прости, если не хочешь говорить — не говори, — Джисон еще больше покраснел и отвел свой взгляд на черную ткань. — Все в порядке. Просто... Как-то не сложилось. Здесь нет какой-то тайной причины или секрета. Время прошло, и теперь пение это лишь хобби. — Хорошо, — немного подумав и сделав для себя какие-то выводы, сказал Хан. — А ты где-то учишься? Или... Джисон, когда впервые увидел Минхо, не сразу понял, ровесник тот ему или нет. Он выглядел как-то неопределённо, поэтому сомнения о его учебе заставили парня ещё больше покраснеть. — Я учусь на дизайнера интерьера, — грубо отрезал Ли, но после снова принял непринуждённый вид. — Мне это совсем не нравится. Я хочу отдаться музыке... но это навряд ли получится. Парни немного помолчали, каждый думая о своем. Для Минхо было обычным делом открываться и говорить о своей неприязни к учебе. Он уже много раз говорил это разным людям, но те, словно находясь в какой-то оболочке своих интересов, не слушали его и не хотели слушать. Ему было больно от этого, но он, наступая на одни и те же грабли, продолжал говорить об этом, ведь надежда на хоть что-то не покидала его никогда — Почему ты считаешь, что у тебя не получится? — вдруг спросил Джисон, нарушая их неловкую тишину. — Что? — Минхо сделал вид, что не расслышал, но на самом деле ему хотелось еще раз услышать от него эти слова. —Почему ты думаешь, что у тебя ничего не получится в музыке? Музыка такая... разная? И она принимает всех, кто хотя бы как-то уделяет ей внимание. Она разная и принимает всех. Она тоже любит, если любят ее. И я вижу, что ты искренне ее любишь и хочешь посвятить себя ей. Так, почему бы не попробовать? Что тебе мешает отдаться музыке? — Я не знаю... — Минхо был в полном замешательстве от таких слов парня. Он действительно продолжил разговор, а не стал, как все, говорить только о своих проблемах? — Я думаю, тебе стоит попробовать. Сходить на занятия, или, как сейчас, ходить в караоке. Ты любишь музыку — музыка любит тебя. И если тебе не нравится дизайн, почему бы не уйти оттуда? Джисон говорил это на полном серьёзе, твёрдо уставив свой взгляд на лице Минхо. Он был уверен в своих словах. Уверен в том, что тому действительно нужно попробовать себя в музыке. Солнце спустилось к горизонту и теперь светило прямо в лицо парням. Минхо, зажмурившись, смотрел на Джисона и не знал, какие слова использовать для ответа. — Это всё так... Странно, — начал он, опустив свой взгляд на ноги. Волнение и еще какое-то чувсто подкрадывалось к его горлу, заслоняя проход воздуху. — Спасибо за слова. Я обещаю, что подумаю над этим. — Хорошо, — Джисон отвел взгляд и посмотрел на экран. — Споем еще что-нибудь? Ли радостно посмотрел на парня и его взволнованные глаза ответили «да» вместо слов. — Ты знаешь эту песню? Джисон набрал «Killing me — Conan Gray». — О! Не поверишь, но знаю, — Минхо восторженно посмотрел на песню и уже не мог удержаться спеть ее — Я рад, — улыбнувшись, ответил Джисон. — Тогда включаю. Хан включил песню и снова звуки музки разнеслись по всей комнатке. Голоса смешивались воедино, делали переходы из одного в другой, и снова сплетались как нити. «I wanna die, but you keep me alive, You're killin' me, you're killin' me» Джисон пел просто прекрасно. Минхо на мгновение забыл, что они лишь незнакомцы, которым не суждено больше встретится. Сейчас они поют, срывая голос, свои любимые песни, но это только сейчас. Потом этого не будет. Или будет? — Это превосходно, — запыхавшись, произнёс Джисон. — Ты хорошо поешь. — Да? — сказал Ли, кошачьими глазами посмотрев на Хана. — Спасибо. Но мой английский очень плохой. — Это всего лишь дело опыта. Парни молчали. Внутри Минхо была какая-то борьба. Он не понимал, почему он чувствует себя так неуверенно перед ним. Всегда, при любых обстоятельствах, Ли чувствовал лёгкость перед людьми, умел заводить разговор и разгонять неловкость. Но сейчас что-то изменилось. Что-то не давало ему чувствовать себя так же непринуждённо, как и раньше. Будто Джисон давил на него своим телом и душой, не давая вздохнуть. Будто все, что делал Джисон, было для него новым, и он не понимал, почему он так делает. Почему он не забил на его откровения, как до этого делали все? Почему он продолжил общаться, когда до этого люди ограничивались лишь базовыми фразами, чтобы отвязаться от Минхо? В конце концов, почему он так влияет на Ли, что у того краснеют уши, и он не может нормально соображать? Для Минхо Джисон был другим. Абсолютно другим человеком. Он отличался от всех людей, которых он встречал раньше. Он чувствовал, что парень смог бы нарисовать какой-нибудь красивый рисунок на том чистом листе, который представлял из себя Ли, а не те каракули, которые обычно черкали на нем люди. Это грело его душу, но одновременно делало больно: они всё еще оставались незнакомцами. Сейчас пройдет этот несчастный час караоке и они разойдутся по домам к своим мыслям и жизни, как раньше. Ничего в их душах не изменится, они не разгадают тайну человечества и не откроют восьмое чудо света. Все будет как обычно. Как прежде. Вот только Минхо этого не хотелось. Ему вдруг захотелось познакомить Джисона с его братом, захотелось прогуляться по его любимым местам, захотелось рассказать о себе еще больше. Но он понимал, что это только его мечты. Понимал, что когда они выйдут из этого здания, они больше не встретятся. Мир не так тесен, чтобы встречаться каждый день с ним, как хотел Минхо. Или же тесен? — Слушай, — спустя действительно долгое время сказал Джисон. — Наверное, это неправильно, но я хочу дружить с тобой. Что? Внутри Минхо все снова начало перекручиваться между собой. Чувства, эмоции, мысли: все словно попало в какую-то безумную карусель. Он не смог выговорить и слова. Минхо лишь смотрел своими кошачьими глазами на парня и не знал как сказать: «Да, я тоже этого хочу», когда в его голове была каша из самых разных ощущений. Это было впервые, когда ему предложили стать друзьями, а не он. Постоянно, наступая на одни и те же грабли, Ли знакомился, предлагал дружить, и чувствовал боль. Боль, которую ему причиняли люди самым разным способом, начиная с простых: «Нет, сейчас я не хочу заводить новых друзей», заканчивая жестокими: «Я не хочу дружить с таким как ты», указывая на его наивность и ветренность. И каждый раз Минхо шел дальше. Продолжал искать своих людей в кафе, среди одногруппников, на улице. Но все было тщетно. Новые люди и знакомства для него как глоток свежего воздуха, который, попадая в легкие, разрывал их на части. — Что? — опомнился Минхо. — Друзьями? Джисон смутился, словно сказал что-то не то, но он ещё не знал, насколько правильным было это предложение. — Ээ, прости. Мне не нужно было этого... — Я тоже хочу, — перебил его Ли. — Я хочу, чтобы мы были друзьями. Парни смотрели друг на друга. Минхо видел, как мышцы на лице Хана немного дрожали. Ли сам немного дрожал от волнения, хотя старался не показывать этого. — Так, мы теперь друзья? — Да, — улыбнувшись и чувствуя разливающееся внутри его души тепло, произнёс Минхо. Внутри парня была буря самых разных эмоций, но среди них выделялась безумная радость и благодарность. Он не думал о том, что Джисон мог его предать или сделать больно. Он другой. С самого начала Минхо чувствовал, что Хан — его человек. Его друг. И теперь, если все пойдёт как в сценарии какого-нибудь клишированного фильма, они будут хорошими, понимающими друзьями. Оба искренне надеялись на это, отбрасывая из сценария все пути с неприятным концом. — Споем еще что-нибудь? — улыбаясь, спросил Джисон. — Я бы хотел... поболтать. Минхо все еще оставался неуверенным перед ним, с трясущимся сердцем и каруселью из чувств на душе. — О, хорошо, — Джисон пододвинулся чуть ближе, тем самым уменьшая расстояние между ними. — О чем хочешь поговорить? — Мне интересно то, как ты пришел к музыке. У тебя с детства это? Или как? — Ох, — Джисон, видимо обожая эту тему для разговора (тема музыки), сел поудобнее и стал рассказывать. — Я с самого детства любил музыку. Любил сочинять разные песенки, стишки, и все в этом роде. Но, понимаешь, в детстве ты никак не можешь достойно реализовать свои способности, поэтому я просто продолжал слушать Элвиса Пресли, учился играть на гитаре и даже ходил с родителями на выступления певцов, которых я уже не помню. Когда мне было 16 я написал свою первую песню — Close. Тогда родители подарили мне технику для звукозаписи, и я так воодушевился! Я записал эту песню и показал ее своим друзьями, и им очень понравилось. С тех пор на той аппаратуре я записывал песни: написал около 5 или 7. Всем, а главное мне, очень нравилось. Я отдавался музыке днем и ночью, иногда даже уроки прогуливал. После школы я поступил в университет на музыкальное направление, и теперь я пишу песни в специальной студии. Там я познакомился с еще более крутыми композиторами, чем я: с Чаном и Чанбином. Они всегда помогают мне при записи, но я стараюсь все делать сам. И вот, с тех пор как я поступил в этот университет, почти каждый день отдаюсь музыке и ее написанию. Такая незамысловатая история. Минхо слушал на одном дыхании, не отводя свой взгляд от парня. Ему нравилось в нем все: лицо, родинки, то как он говорил, то как он сидел. Для него все было таким другим, и ему хотелось больше узнать его и понять. Ли не заметил, как Хан закончил говорить, и еще некоторое время глупо смотрел в его глаза. — Эй, все нормально? — спросил Джисон, заметив, что Минхо бездвижно смотрит на него. — О, да, — словно очнувшись от глубокого сна, ответил Минхо. — Мне нравится твоя история. Я рад, что ты смог себя реализовать. Это круто. — Да, спасибо, — немного смутившись, произнёс Джисон. — Я чувствую, как музыка дает мне исцеление. Что-то типа витаминки, понимаешь? Я очень люблю музыку. Минхо улыбнулся такой искренности парня. Его сердце затрепетало от этих слов Хана, словно он не просто рассказал историю из жизни, а поделился самой откровенной вещью, которой никогда ни с кем не делился. — А ты? Что ты можешь рассказать о себе? — спросил Хан, явно недовольный тем, что говорят только о нем. — Ну, в целом, ничего интересного, — замявшись, что совсем не похоже на него, произнес Ли. — Я тоже всегда любил муызку. Любил ее слушать. Любил искать что-то новое и находить в этом свое. Но, как ты уже знаешь, я пока не связал свою жизнь с музыкой. Меня занесло в дизайн, просто потому, что не было выбора. Я никогда не любил что-то одно: я люблю все и сразу. Мне нравится взаимодействовать с людьми, общаться с ними, помогать, но также я люблю узнавать что-то новое, то, что пригодиться мне в жизни. У меня ко всему есть интерес, вот такой я, — Минхо посмотрел на парня, который, не отрывая своего заинтересованного взгляда, смотрел на Ли. — Я живу в одной квартире со своим старшим братом — Мином. Он хороший и всегда помогает мне. В целом, это все, что я могу сказать. В воздухе летала какая-то недосказанность. Джисон чувствовал, что Минхо что-то не договаривал, что-то скрывал от его души, но не стал давить и расспрашивать. Всему свое время. — Мне нравится, что ты все любишь, — начал Джисон, снова трогая черную ткань шорт. — На самом деле, я стремлюсь к этому. Я хочу попробовать себя в разных сферах, хочу познакомиться с разными людьми и получить разный опыт. — Как осьминог? — Как осьминог, — Джисон улыбнулся и посмотрел прямо в глаза парня. — Можно спросить? — немного подумав, произнёс Минхо. — Да, конечно. — Почему, когда ты сказал, что хочешь дружить со мной, еще сказал, что это может быть неправильно? — Ох, — совсем не ожидая такого вопроса, смутился Джисон. — Просто, мы только познакомились. Буквально 40 минут назад, — Хан отвел взгляд на часы, чтобы посмотреть сколько времени. — Но, если честно, я сразу почувствовал, что мы можем стать хорошими друзьями. У нас схожий вкус в музыке, мы понимаем друг друга и наш разговор почти плывет. То есть, проще говоря, я почувствовал, что между нами есть какая-то связь. Глупо, верно? — Хан с ухмылкой посмотрел на Минхо, ждав ответа. — Абсолютно не глупо, — ответил Ли. — Не глупо, потому что я чувствую то же самое. Хотя, обстоятельства, при которых мы познакомились, действительно глупые. — Да, согласен, — посмеявшись, сказал Джисон. — Так вот, из-за того, что мы совсем недавно познакомились, я боялся, что это будет слишком неправильно. Боялся, что тебе вообще не нужны сейчас новые друзья, но, к счастью, я не ошибся. — Да, не ошибся, — Минхо смотрел на свои ноги и тихонько улыбался. — Спасибо, что ответил. — Эй, да не за что. Парни снова молчали, но прежней неловкости вовсе не было. Им было комфортно. Джисон перебирал черную ткань, а Минхо крутил кольцо на большом пальце. Их тишину прервал сотрудник, который зашёл в их комнатку. — Эм, извините, но ваш час прошёл. Желаете продлить? — парень с ямочками на щеках говорил это, но его никто не слушал. — О, нет, мы уходим, — ответил Джисон, вставая с пола. — Сейчас мы выйдем. — Хорошо. Сотурдник вышел из комнатки, оставив парней наедине. Джисон не знал, почему он так ответил, даже не посоветовавшись с Минхо, но тот ему ничего не сказал. Он встал с пола и поправил свою одежду. — Минхо, — впервые Джисон произнёс его имя. — Скажи мне свой номер телефона. Минхо глупо хлопал глазами и не понял, что от него требуют. — Что? — Эм, — заметно смутившись, Хан опустил свой взгляд. — Ты... Можешь дать мне свой номер телефона? — О, конечно, — оживился Ли и продиктовал номер. Парни молча вышли из кабинки, прошлись по коридору и вышли из здания. На улице их встретил красивейший багровый закат. Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, расправляя в разные стороны свои лучи. — Как красиво, — произнёс Джисон — Не то слово, — ответил Минхо, смотря на лицо Хана.