Лучшие из худших крови

— Каркаров уже просто затрахал. Вечно недоволен, да и ещё и этот Поттер. "Старый хрыч специально отдал второе место мальчишке", " Тебе нужно стараться лучше", "Почему ты не на первом?"... — возмущался в Большом Зале Крам после второго испытания, налегая на куриные ножки. Алексис сидел рядом. Его кое-как уговорила Рикарда, чтобы они побыли все вместе, втроём хоть чуть-чуть. Пока Виктор в красках описывал свои ощущения и происходящее там, Рика почувствовала на себе взгляд. Пробежав по соседним рядам взглядом, она не заметила кого-то, кто смотрел бы на неё. Однако за столом Гриффиндора на неё таращились сразу несколько человек: девочка с озера, великий Гарри Поттер и какой-то рыжий парень, внешне похожий на близнецов, а из-за них как раз выглядывали Фред и Джордж. Как только они поняли, что Сворд смотрит на них, отвернулись, обсуждая что-то между собой. Рика фыркнула, возвращаясь к еде.

* * *

Стемнело. Девушке не спалось, потому она сидела сейчас не в каюте, а на борту корабля, разглядывая звëзды, озеро, горы, замок. Тишина обволакивала, заставляя забыться. Звук волн, бьющихся об берег и корабль, успокаивал, придавал атмосферности. Песок вдали зашуршал, оповещая о ком-то, кто тоже не спал в эту безоблачную ночь. Рикарда перевела взгляд туда, откуда издавались шаги, прищурилась. — Дамблдор? Что он делает здесь в ночи? — она нахмурилась, поднимаясь с дощатого пола. Сворд спустилась с корабля, оставляя на нём всё переживания – вдруг её заметят?,–и тоже зашуршала по песку. Её шаги были более лёгкими, потому и звук отличался, был более приглушëнным и тихим. Огляделась. У самой кромки воды стояла фигура, облачëнная в синевато-голубую мантию до пола. С плеч спускались длинные седые волосы, которые на макушке были прикрыты шапочкой в цвет одежды. Подопечная Дурмстранга остановилась от старика в паре шагов за его спиной. — Ночь – самое прекрасное время суток. Можно увидеть звёзды и планеты, которые скрыты от наших глаз в другое время, однако всё так же существуют. — Дамблдор повернулся к Рикарде. Его лицо было плохо видно, ведь луна осталась за спиной мужчины. Зато лицо Рикарды освещалось очень даже хорошо. — У вас с дедом очень похожие глаза, мисс Гриндевальд. — спокойно улыбнулся директор Хогвартса, подходя ближе. — Спасибо. Брюнетка не стала скрывать свой цвет глаз, даже наоборот – сделала это специально. — Как вы узнали? — без капли удивления спросила Рика, твëрдо стоя на месте. — Про вашего деда? О, это было довольно просто, учитывая, сколько мы были с ним знакомы. — в глазах Дамблдора, кажется, промелькнула настольгия и лёгкая грусть, но быстро скрылась за той же вечной маской таинственности и доброжелательности. — Когда же увидел ваши глаза, мои догадки полностью подтвердились. — Вас не интересует, что с ним сейчас? Как прошли все эти годы? — Рикарда выглядела сосредоточенной и хмурой. Не один раз она представляла себя диалог с давним знакомым её дедушки. — Иногда незнание даëт нам больше спокойствия и благополучия, чем осведомлённость. — снова эта завуалированность и фразы, не дающие абсолютно ничего. Девушка сжала губы в тонкую полоску, отводя взгляд в сторону. Луну скрыла первая за эту ночь тучка. — Когда мне было года 4, мою маму убили прямо у меня дома. Я была в соседней комнате. Одна. — в груди зародился ком, заставляющий тяжелее дышать. Дамблдор внимательно слушал. — Через несколько лет после этого вы закрыли моего деда в Нумергарде, и я осталась совсем одна. Выживала несколько недель, питаясь крошками из-под стола после того, как нормальная еда закончилась, пока дед не нашёл способ связаться с внешним миром. И тогда меня забрали в Дурмстранг. Всю жизнь до этого года я пробыла там, взаперти, иногда посещая тюрьму деда с Каркаровым. — Рика подняла взгляд, смаргивая наступающие слëзы. — И всё это время я искала убийцу моей мамы. Знали бы вы, сколько людей я подозревала, некоторых даже пытала. Но моим главным подозреваемым всегда оставались вы. — выделяя последнее слова, едко закончила свой рассказ она. На скулах девушки заиграли желваки, и та наконец посмотрела на директора. Старик в лице не особо поменялся, прибавились лишь задумчивость и совсем слабое сочувствие. — И вы хотите узнать, не я ли послал убить вашу маму. Или же убил собственными руками. — он вздохнул, поглаживая свою длинную бороду. — Боюсь, вы ошиблись с этим предположением, мисс. К сожалению или счастью, это был не я и не кто-то из моих подопечных. Сожалею, что так произошло, и вы остались одни. И это всё, что ему было сказать? В Рикарде закипел гнев, а вместе с ним пошли и слëзы. Разноцветные глаза заблестели, руки сжались в кулаки. — Я всë знаю. Знаю, что вы любили его, считали не просто другом, соратником, а потом и врагом. Вы любили его как мужчину. — голос ломался, но это не мешало ей повышать тон. — И вся ваша любовь к нему – то безразличие, которое я слышу сейчас? Вся ваша доброжелательность – это безэмоциональные слова сочувствия? — в порыве эмоций девушка подскочила ближе, сжимая мантию пожилого волшебника обеими руками. — Кто вы такой, чтобы лишать меня семьи? Кто вы, чтобы говорить о глазах моего деда, о моей матери и обо мне? Кто вы, чтобы так просто отмахиваться от всего, что произошло? Дамблдоо оставался спокойным, и Сворд это чрезвычайно бесило. Мужчина положил руку на её, похлопывая успокаивающе. — Вы правы, теперь я не являюсь кем-то близким для вашей семьи, однако всё же имею право сожалеть вам и вашей утрате. — обычно старик собирал нужные слова с лёгкостью, но сейчас почему-то замолк на пару секунд, запнулся. — Моя любовь и доброжелательность всегда были искренними, тем более что ваш дедушка был долгое время мне дорог. Но наши пути разошлись уже давно, и теперь это лишь воспоминания. Возвращаться в прошлое не за чем, если оно не влияет на наше будущее. Пальцы стали слабеть на мантии, но всё ещё не хотели её отпускать. Дамблдор аккуратно убрал чужие руки, заглядывая в глаза девушке. — Мисс Гриндевальд, мне правда жаль, но уже ничего не изменить. Дайте знать, если я могу вам чем-то помочь. А сейчас идите спать, уже поздно. Не думаю, что ваш директор обрадуется, не застав вас утром на завтраке или занятиях. — старик поджал губы, кивая, и пошёл прочь в сторону Хогвартса. Рикарда опустилась на песок. Сердце стучало глухо в груди, отдаваясь в ушах. Внутри осталась пустота. — И что я ждала от этого разговора? Что хотела услышать? — брюнетка зашептала сама себе, глядя в одну точку. — Хотелось бы мне, чтобы он оказался тем, кого я ищу столько времени? Или я просто ждала большей вовлечённости, сочувствия? — она вздохнула, качая головой и сжимая её тонкими пальцами. Зубы заскрипели. Впервые за несколько лет Рика заплакала. Не от физической боли, нет. Заплакала по-настоящему. Со слезами и всхлипами, содрагаясь всем телом и жадно вдыхая воздух. — Сука...