Король мёртв, да здравствует Король!

Джинни Уизли.

      Снег медленно покрывал деревья и улицу словно пушистое одеяло. Я наблюдала в окно, как неторопливая зима пыталась утянуть нас в свои объятия – она не знала о готовящихся переменах, её они не тревожили. Мне бы и самой хотелось превратиться в этот чистый снег, слиться с ним, стать одним целым, тихо ожидая весеннего солнца, которое растопило бы меня тёплым касанием, очищая от того, что засело глубоко внутри.       Но вместо этого я чувствовала себя исписанным чернилами пергаментом, что держали над свечой – помятым, в разводах. Края уже начали тлеть, закоптив бумагу, отчего буквы разобрать становилось всё сложнее. В конце концов бумага сгорит окончательно и осядет на белый снег чёрным пеплом.       -Мы тебе под ёлку положили подарок. – я подняла глаза, встречаясь в отражении с робко улыбающимся мне Гарри.       В последние дни он держался ото всех обособленно, погрузившись в свои раздумья. Можно было лишь догадываться как сильно его тревожил тот груз ответственности, что вновь на него возложили. Мне бы хотелось сказать что-то обнадёживающее, что мы обязательно со всем справимся, вот только я и сама не знала верила ли в это.       -Вы нарядили ёлку? – дежурный вопрос, но так у меня хотя бы была возможность скрыть страх, который за бессмысленными разговорами прятать всегда получалось лучше.       -Не мы, – Гарри кивнул на Малфоя. – А он.       Облокотившись на дверной косяк и скрестив на груди руки, Драко выглядел так, словно этот день для него ничем не выделялся. Его расслабленная поза казалась настолько естественной, что я так и ждала, когда он начнёт наливать себе кофе, затем раскроет газету, предварительно сделав кому-нибудь пару едких замечаний, и приступит к неспешному чтению дурацких статей об инфляции и том, как сохранить свои деньги, вложив их в гоблинские шахты. Словно и не было этого ожидания надвигающейся бури.       -У Грейнджер, как оказалось, проблемы со вкусом. – ухмыльнулся он, поймав мой взгляд. – Ваша староста на физическом уровне не может обойтись без красно-золотых цветов. Пришлось брать всё в свои руки.       Мне не хватало его. В последнее время все разговоры сводились исключительно к Хогвартсу и Лорду, и Малфой за ними потерялся – стал серьёзнее, молчаливее, но сейчас он будто вернулся к себе прежнему. Уверена, он и ёлку превратил в кричащий слизеринский ужас. Нам назло.       Глупо, конечно, но я позволила себе на секунду представить, как бы мы вместе праздновали под ней Рождество. Не сумбурно, в тайне и спешке, а как это обычно бывает: раскрывали бы подарки, смеялись, потягивали глинтвейн, танцевали под весёлую рождественскую музыку.       Наверное, никогда ещё я себя так не обманывала.       Мою резкую перемену в лице заметил Гарри. Он сделал ко мне шаг, но мимолётно взглянув на Малфоя, тут же остановился.       -Совсем забыл: нужно запрячь фестралов – мадам Помфри хочет отослать часть лекарств в Шармбатон. – он умел быть ненавязчивым.       Я часто наблюдала то на себе, то на Драко его пристальный взгляд, но он ни разу не задал мне ни единого вопроса, хотя, в отличие от большинства, уверена, давно уже всё понял.       Когда Гарри покинул комнату, Малфой неторопливо подошёл ко мне, и безразлично стал всматриваться в пейзаж за окном. Ему было всё равно, что там происходило, взгляд устремился куда-то дальше, вглубь собственных мыслей. Но спустя пару минут, засунув руку в карман, он достал небольшую коробочку, перевязанную изумрудной лентой, и протянул её мне:       -С Рождеством, Джинни.       Изумлённая, я вскинула брови.       -Но… Гарри сказал мой подарок под ёлкой.       -Это маленькое к нему дополнение.       Осторожно забрав коробку, стараясь не касаться его руки лишний раз, я открыла крышку и увидела перчатки с переливающимися чёрными чешуйками.       -Из драконьей кожи. – с придыханием произнесла я, завороженно поглаживая кончиками пальцев грубую ткань. – Получается, под ёлкой метла?       -Последней модели.       А значит стоила огромных денег. Зная, насколько Орден старался быть экономным, легко догадаться, из чьего кармана была заплачена большая часть.       -Я не могу их принять. – возвращая подарок, я даже не подняла глаза. – У меня для тебя ничего нет.       -Есть. – заявил он, проигнорировав мой жест. – И ты знаешь что.       С момента, как он забрал меня в Паучий Тупик, я только и делала, что сторонилась его. Он злился, но я не могла иначе. Моя магия больше меня не слушалась, я не контролировала её. Даже чувствуясь в кончиках пальцев, она всё равно не поддавалась, только хаотично вырывалась наружу, заставляя меня каждый раз думать только о том, что я снова могла причинить ему вред.       -Ты не можешь избегать меня вечно. – Малфой протянул руку, будто в доказательство своих слов, но я тут же отстранилась. С тяжёлым вздохом он опустил её обратно. – Зачем ты это делаешь? – я молчала, вцепившись теперь в подарок, как в спасательный круг. – Даже не даёшь до себя просто дотронуться.       -Потому что это не просто. – выпалила я, глядя под ноги. – На прошлой неделе я во сне подожгла собственную кровать, чуть не спалив дом. А до этого убила невиновного человека, всего лишь подумав, как бросаю в него заклинанием. И тебе боль причинила. Я не знаю на что способна.       -Джин, – он чуть склонился, пытаясь поймать мой взгляд, но я упорно отводила его в сторону. – Посмотри на меня. Пожалуйста, посмотри. – немного выждав, я всё же исполнила просьбу, чуть не задохнувшись от нахлынувших тут же эмоций — было невыносимо видеть его таким. – Мне всё равно, что ты сделала. Я не боюсь тебя.       -Но боюсь я. – фраза, которую старалась не произносить вслух, наконец была мной озвучена.       Я понимала, что своим поведением лишала нас не только возможности попрощаться, но и поблагодарить его. За чувства, что он сумел во мне открыть. За шутки, которые искренне меня смешили. За то, что оказывался рядом в моменты, когда мне нужна была помощь.       Среди бесконечной череды погибших, предателей и поражений, Малфой вдруг стал тем, кто напомнил мне, что даже в самые тёмные времена место было и для чего-то по-настоящему хорошего.       Но всё это съедал мой страх, и с каждым днём я замыкалась в себе всё сильнее.       -Многие из нас делали что-то, чего не желали, но это не значит, что ты теперь должна нести на себе груз вины за то, что от тебя даже не зависит. – его слова заскребли в груди, ведь случившееся – последствие моих решений. Гермиона предупреждала меня, а я…       -Я тратила магию не чувствуя меры. Мне придётся расплачиваться.       -Нами. – практически выплюнул он. – Не оставляя выбора мне.       Звучало жестоко даже для него.       -Не надо так.       -Как? – в нём чувствовались гнев и обида. – Через несколько часов я уже буду с Грейнджер ждать Лонгботтома в Запретном лесу, и, чёрт возьми, Джин, я не хочу думать, что даже не смог тебя обнять на прощание. Не забирай у меня это.       Меня затошнило от самой себя. Я так часто злилась на Билла за то, что он постоянно принимал за меня решения, прикрываясь благими намерениями, а теперь делала то же самое, только хуже.       От мысли, что мы могли с Драко больше не увидеться, стало тяжелее дышать.       Уронив на пол коробку, я обхватила его за лицо, и встав на носочки, потянулась к нему всем телом, впиваясь отчаянным поцелуем. Я даже не заметила, в какой момент во рту появился привкус соли.       -Не смей стать моим воспоминанием, Малфой. – процедила я со злостью сквозь слёзы. – Не смей умирать. И другим не разрешай.       -Даже сейчас хочешь, чтобы всё было по-твоему? – с насмешкой спросил он, покрывая меня быстрыми поцелуями.       -Я серьёзно. Пообещай.       -Постараюсь.       -Нет. – замотала я головой. – Пообещай, что вернёшься.       Мне было плевать, что я требовала невозможного. Малфой ведь самый хитрый слизеринец, он обязательно что-нибудь придумает. Должен был.       С нежностью заглянув мне в глаза, Драко мягко вытер большими пальцами дорожки от слёз, но в нём самом я увидела столько печали...       Он не мог пообещать. Никто не мог.       -Если ты умрёшь, я… я воскрешу тебя и… и… – из груди вырвался даже не крик, а вой.       Я думала, что научилась прощаться, но сейчас ощущала, будто из меня пытались вырвать кусочек сердца.       Стоять в этом доме, ожидая вестей, в то время как мои братья, друзья, Гермиона и Драко могли навсегда остаться погребены под стенами Хогвартса, становясь очередным отрезком истории, казалось мне самой огромной ошибкой за всю мою жизнь. Из-за этого порт-ключ, ведущий во Францию, потяжелел в кармане в несколько раз.       -Ненавижу Францию. – всхлипнула я, заикаясь.       Он ласково погладил меня по голове и сильнее прижал к себе, целуя в висок.       -Со мной полюбишь.       Мне хотелось в это поверить. Хотелось представлять, как мы будем есть с ним дурацкие круассаны, гулять по Елисейским Полям, подшучивать над французской речью, передразнивая акцент на манер Флёр. Хотелось, как самому настоящему туристу, тыкать пальцем в горгулью Нотр Дама и восхищённо открывать рот, пока Драко закатывал бы глаза и цокал, делая вид, что не понимает моего восторга, ведь для него это всё так обыденно, но на самом деле внутри он бы радовался, потому что именно такой реакции и ждал.       Мне всего этого хотелось.       -Не отпускай меня. – призрачно пронеслась в голове мысль.       -Не отпущу.       Но через три часа Драко покинул Коукворт.       В опустевшем доме мне оставалось лишь ждать, когда мир изменится окончательно.       А ведь я так ненавидела ждать.

Гермиона Грейнджер.

      На Хогвартс неспешно опускался сумрак. В большинстве окон уже показались танцующие огоньки от зажжённых факелов, а с моего ракурса они казались сотнями звёзд, отражаясь в поверхности Чёрного озера.       Я и забыла каким замок бывает красивым.       Невольно в голове стали всплывать события прошлого, вызывая мимолётную улыбку. Словно ожившие картины, они напомнили мне о моих прежних мечтах, о том, каким я видела будущее, каких высот хотела достичь.       Кем бы я стала, не будь войны?       -Я тоже задавался этим вопросом. Был уверен, что министром магии, но сейчас уже сомневаюсь.       -Прекрати читать мои мысли.– бросила я в наигранном осуждении.       -А разве не такой был план?       -А разве мы уже вступили в бой?       Малфой издал смешок в свойственной себе манере.       На самом деле я буду по этой манере скучать. Даже если всё закончится нашей победой, не думаю, что у нас с ним появится возможность по-приятельски посидеть за чашечкой чая. Конечно, я сделаю всё от себя зависящее, чтобы он хотя бы избежал Азкабана, может удастся занять его каким-нибудь делом на благо общества, в качестве наказания за служение Лорду, но погрязнув в делах Министерства, которые на меня точно обрушатся, вряд ли наши пути будут часто пересекаться.       А мне бы хотелось. Уже даже не странно признавать, что я к нему привыкла.       -Мне стоит беспокоиться? – парень подозрительно прищурился. – Так смотришь на меня, будто вздумала прощаться.       Часть меня уже давно со всеми попрощалась, только я об этом молчала.       -Когда мы встретились в Кэчпоуле, я искренне надеялась тебя убить. – вспомнила я без капли иронии. – А сейчас твоя смерть меня бы расстроила. Ты, конечно, тот ещё змеёныш, но…       -Только попробуй, Грейнджер.       -... я считаю тебя своим другом.       -Твою мать! Ты всё-таки прощаешься.       Стало даже забавно. За столь короткий срок мы умудрились неплохо друг друга узнать, чего не смогли за шесть лет обучения. Ирония, не иначе.       -Я всё равно скажу.       -Ну, естественно. Зануда. – подойдя ближе, Малфой заложил за спину руки, чуть наклонился, и растянулся в улыбке. – Слушаю.       И вдруг шутливость куда-то пропала.       Прочистив горло и выпрямив спину, словно готовилась произнести официальную речь, я заметила, что и Драко стал немного серьёзнее.       -Для начала, хочу поблагодарить тебя за помощь Ордену. Если бы не ты, мы бы к цели шли гораздо дольше. И спасибо, что вопреки предвзятому среди Фениксов к тебе отношению, и не слишком дружелюбному началу, ты всё-таки не ушёл. Я, если честно, ждала именно этого. А ещё я хочу сказать спасибо лично от себя. За себя. Ты оказался тем, кто… – я поджала губы, подбирая правильные слова. – Кто знал обо мне то, чего не знал даже Гарри. И Джинни. И Рон. Но я не жалею. Жалею только, что эта часть тебя открылась мне слишком поздно и в не самых приятных условиях, но, с другой стороны, если бы не они, ты бы так и остался для меня Пожирателем, заслуживающим смерти в сарае Кэчпоула. Спасибо, что дал возможность узнать тебя лучше.       Малфой несколько секунд смотрел на меня ничего не говоря, но когда открыл рот, чтобы что-то ответить, его прервал звук трансгрессии, забирая на себя всё внимание.       -Змея мертва. – чуть запыхавшийся Невилл протянул меч, с лезвия которого стекала густая тёмная кровь. – Крестраж уничтожен.       -Ты молодец.       Обхватив рукоять, я почувствовала тяжесть артефакта, но дело было не в его весе, а в том, кому он предназначался.       Мы долго обсуждали, что делать с полученной информацией из Омута Памяти, и я была готова к финальному решению, но сейчас, когда это решение неумолимо приближало к своему исполнению, сомнения стали одолевать с огромной скоростью.       Смогу ли? Шёпот в голове цинично убеждал, что если бы у Тео был выбор, он бы тоже выбрал пасть от моей руки, но так ли это на самом деле?       Со стороны купола послышалось множество взрывов и небо осветилось яркими вспышками.       Пора.       Я достала записку и наспех вложила её Невиллу в нагрудный карман куртки. В недоумении он нахмурился, но не давая ему возможности хоть что-то понять, я заключила его в объятия.       -Ты замечательный друг, Невилл. – голос предательски дрогнул. – И я тебя очень люблю.       В лёгкой растерянности он обнял в ответ.       -И я тебя.       Мечты о будущем посещали не только меня. Я помнила, как мы проводили вечера в гостиной Гриффиндора, корпя над учебниками: я – над заклинаниями, Невилл – над растениями с целительными свойствами. Мало кто знал, но он хотел стать учителем травологии.       Профессор Лонгботтом… Ему бы пошло.       Пройдясь вниз по его руке и коснувшись ладони, я вложила в неё маленький, но очень важный предмет.       -Ты много для нас сделал. Для меня. И я возвращаю долг. – нехотя отстранившись, я набрала в лёгкие побольше воздуха и затараторила на одном дыхании: – В записке адрес. Слизнорт позаботился, чтобы даже при самом плохом исходе вас не нашли. Только что Малфой закрыл сюда обратный проход, поэтому прошу: не пытайся вернуться. Порт-ключ перенесёт тебя прямо к дому, она уже ждёт.       -Гермиона?       -Надеюсь мы ещё когда-нибудь встретимся. Передай ей, что я скучаю. – и отсекая его дальнейшие возражения, я выдернула ленту.       И пусть ситуация для нас лучше не стала, ведь каждый человек был на счету, я чувствовала облегчение.       Если кому и исполнять свою мечту, то это должен быть Невилл.       -Осуждаешь? – спросила я, глядя на пустое место, где только что стоял друг.       -Нет. Он заслужил.       -Все заслужили.       -Но всех спасти ты не сможешь.       Остриё меча, будто компас, указывало в сторону замка. Стекающая с него на белый снег кровь Нагайны в полумраке казалась совсем чёрной, больше похожей на нефть. Змея так долго являлась крестражем, что тёмная магия отравила всё её существо.       Ждало ли Тео то же самое?       -Кингсли с аврорами разрушили купол! Идём! – позвала Анджелина.       Малфой протянул мне руку:       -Готова?       Посмотрев в разорванное заклинанием небо, я сжала рукоять ещё крепче.       -Да.       И Драко повёл меня вперёд.       Тут же картина сменилась летящими в разные стороны проклятьями, криками, первой кровью и первым погибшим, но главным правилом Малфоя было – бежать. Бежать не оборачиваясь. Кого бы не убили, кому бы не потребовалась помощь, это всё просто фон. Жуткий, тлетворный, но фон.       Анджелина и Виктор поначалу с лёгкостью отбивали приближающихся к нам егерей и оборотней, но от количества противника силы их стали постепенно заканчиваться. Атаки давались всё сложнее, а когда в обороне пробили брешь, убив одного из охраняющих нас авроров, я почувствовала в спину мощный толчок, и если бы не успевший подхватить меня Драко, я бы упала.       -За нами гонится Мальсибер. — мысленно сообщил он, не давая мне времени отдышаться, и в полуобороте выпустил из палочки Адское пламя, накрывая им сразу нескольких преследователей.       Вот только Элладор его избежал – он исчез.       Я точно знала, что это невозможно: Орден проверил – на Хогвартсе антитрансгрессия, но тогда как?       -Очередное изобретение старшего Нотта. Вопрос в том, кто из Большого Зала ещё успел выбраться.       Нарушив правило, я начала вертеть головой, в попытке найти конкретного человека, но увидела только всполохи огня и таявший снег, превращающийся в грязные реки: Чарли с земли управлял драконами, которые под собой всё сжигали. Тело его вновь светилось рунами, создавая вокруг сверкающий щит, и каждое заклинание, что в него попадало, исчезало, не долетая до цели, растворяясь в древней магии с жутким шипением, будто попавшая на раскалённые угли вода.       А рядом с ним я заметила Пэнси Паркинсон, варьирующую между десятком Пожирателей Смерти.       Двинувшись дальше, вглубь событий, нас встретили дементоры. Невероятное количество дементоров. Ни в прошлой битве за Хогвартс, ни в Министерстве, ни в Азкабане, ни даже на берегу озера, когда чуть не погиб Сириус, я столько не видела. Словно осиный рой, они кружили над нами, спускаясь чёрной воронкой к земле.       Не останавливаясь, Драко бросил в них несколько тёмных заклятий, но смог их только замедлить.       Нужно вызвать Патронус.       Не успела я разомкнуть наши руки, чтобы исполнить задуманное, как перед нами из ниоткуда выросла мужская фигура.       -Куда-то спешишь, куколка? – лицо Мальсибера озарилось предвкушающей улыбкой. Он как долго не евший пёс смотрел на меня, будто видел самое желанное лакомство. Переведя взгляд на Малфоя, его улыбка стала шире. – Надо же. Трусливый щенок обрёл яйца.       -Бомбардо! – выкрикнула я, вскинув палочку, но мужчина атаку отбил.       -Ах ты сука!       Я почувствовала накрывающий меня купол, а в следующее мгновение в него попал разряд магии, мощным порывом отбросив Драко на несколько футов.       К счастью он успел амортизировать.       -Очередной предатель крови. – брезгливо посмотрев ему в след, Мальсибер вновь сосредоточил внимание на мне. – Вот мы и встретились, грязнокровка. Успела соскучиться?       Я была готова вступить с ним в бой. Сжимая в одной руке меч, в другой – палочку, мне было всё равно каким из оружий бить первым, гнев умещался в обоих, но из-за моей спины к Пожирателю пролетел синий луч, и тот, пошатнувшись, ошарашенно уставился на его отправителя.       -Беги дальше! – крикнула появившаяся Дафна Гринграсс. – Я его отвлеку.       Меня охватила паника.       Она не сможет. Мальсибер слишком силён.       -Уходи! – мой голос тонул в какофонии звуков. – Я сама справлюсь. Лучше помоги Малфою. – и не дожидаясь ответа, я выставила между нами барьер.       Махнув мечом, надеясь сбить Пожирателя с толку, я следом бросила заклинание.       -Ты чересчур предсказуема. – предугадав атаку и разбивая выставленное мной Протего, мужчина сразу же кинул режущим. Задел бедро, но лишь порезал штаны, однако разорванные края задымились, словно их подпалили. – Перед атакой слишком сосредоточена, а перед защитой – ноги ставишь в одном и том же положении. – он усмехнулся. – Оказывается, даже от Паркинсон был прок.       Я понятия не имела откуда Пэнси знала такие подробности моего стиля ведения боя, не припоминала, чтобы она так уж хорошо просчитывала его в дуэльном клубе. Разве что однажды, но то была лишь случайность, да и так давно.       -Значит, придётся тебя удивлять. – процедила я, заканчивая фразу проклятьем.       Всполохи света, несколько незначительных попаданий в его щит, но всё без толку. Я пыталась сыграть на опережение, но всякий раз била мимо.       -Почти, грязнокровка. – для него это было забавой. Мальсибер знал, что я слабее, а помочь мне было некому.       Я выдыхалась.       Бросив мне в ноги магические путы, Пожиратель издал победный вопль, когда я, потеряв равновесие, упала на одно колено. Он двинулся на меня, но вдруг замедлился — ненадолго, — однако мне этого хватило, чтобы подняться.       Воспользовавшись необъяснимой случайностью, я подобралась к мужчине ближе, и сделав мечом подсечку, нацелила на него волшебную палочку:       -Бомбардо Максима!       Его голова взорвалась, разлетевшись ошмётками в разные стороны, оставляя на снегу кровавую кашу. Переводя дыхание, я смотрела на неё с чувством удовлетворённости.       -Я всегда считал, что в бою ты прекрасна. – раздался позади до боли знакомый голос. – Но война для тебя не место.       Ноги словно приросли к земле. Будто тело противилось давать мне возможность увидеть того, кто стоял за спиной.       Столько времени я лелеяла в себе надежду, что не стушуюсь, смогу сделать всё правильно, но всякий раз заканчивался слезами беспомощности. И вот, когда нужный момент настал, мой страх обнажился, не позволяя даже обернуться.       И меч стал значительно тяжелее.       -Почему ты не сказал? – слишком долго я хранила в себе этот вопрос, ища подсказки в воспоминаниях, но так ни к чему и не пришла.       Возможно сейчас ответ уже был не важен, но…       Нет. Он был важен.       -Потому что ничего бы не изменилось.       Вокруг словно выключили весь звук.       Это нечестно. Если он изначально знал, чем всё закончится, тогда зачем?       -Но всё равно подпустил к себе. – почти прошептала.       -И сделал бы это вновь.       Я обернулась.       Остались только мы двое и меч между нами, остриём упирающийся в грудь Теодора.       Мне захотелось взвыть.       Тео всегда был безмолвным, беспристрастным наблюдателем, которого влекла человеческая слабость. Его не трогали чужие судьбы, он не придавал смерти значения, для него всё шло своим естественным чередом, но своим появлением я словно нарушила весь выстроенный им порядок.       Всё, что он прежде презирал в людях, стало доступно ему самому: он презирал предательство, но предал Лорда, считал глупостью самопожертвование, но заключил с Аберфортом Непреложный Обет.       И причиной всему этому стала я.       А теперь я должна пронзить его сердце мечом, чтобы дать людям свободу.       От подступающих слёз его образ стал расплываться.       Тео с тоской смотрел на меня так внимательно, будто старался запомнить во мне каждую деталь.       -Заключи со мной сделку, Гермиона. – неожиданно произнёс он. – Закончим войну и начнём строить новый мир. Лучше того, что построили до нас. Ты станешь новым министром магии, Поттер – главой Аврората. Если захочешь, мы освободим всех эльфов магической Британии. Наш союз положит конец геноциду и рабству.       Его речь звучала так воодушевляюще, но сколько в ней было правды?       -А кем станешь ты?       Я знала ответ, но мне нужно было, чтобы он его произнёс.       Однако Тео молчал.       -И что будет с теми, кто не согласен идти в твой новый мир?       -Они останутся в старом.       -Умирать?       Его глаза потемнели, но снова он не ответил, хотя молчание и было ответом.       -Ты ведь не хотел власти. – я старалась зацепиться хоть за что-нибудь, понять, что изменилось в нём, почему передумал. – Ты хотел свободы, но власть её отнимает.       -Свобода – это удлинённый поводок, львёнок. – повторил он свои же слова. – Но в моём случае, я теперь могу выбрать его длину.       -А я своего?       -У тебя его не будет.       Откуда-то послышался восторженный крик, напоминая, что мы были здесь не одни. А следом от замка пронёсся луч света, в котором я распознала Патронус Гарри – знак, что Волдеморт повержен.       Бузинная палочка сработала.       Я застыла. Теперь всё зависело только от меня.       Тоже это понимая, Тео опустил взгляд на лезвие, затем улыбнулся и тихо сказал:       -Ты же помнишь, львёнок? Чуть ниже и левее.       Моя рука дрогнула, а из горла вырвался злой обессиленный крик.       Я не могла. Должна была, но не могла.       С каждой секундой вес меча болью отдавал во всём теле, и в конце концов я не удержала его и он упал, мягко коснувшись снега.       -Не могу. – мой шёпот прозвучал почти что беззвучно, теряясь в доносившихся голосах.       Мгновение – и артефакт исчез.       Я ощутила безмерную пустоту, в которой осталось место лишь для разочарования. В себе.       Приблизившись, Тео почти невесомо коснулся пряди моих выбившихся волос, но его взгляд привлёк кто-то за моей спиной.       А мне уже было всё равно, что за ней.       Я лишила нас победы. Лишила надежды.       Но вдруг всё озарилось ярким свечением, и ранее восторженные крики сменились испугом. Найдя в себе силы, я обернулась и увидела тлеющих словно бумага дементоров. Их разбросало в разные стороны огромным Патронусом, за светом которого стояла Джинни.       -Уведи её.– резко кому-то скомандовал Тео.       Я не успела ничего осознать, как почувствовала хватку на своей руке.       -Прости, Грейнджер.       И Малфой перенёс меня в Паучий Тупик.

Пэнси Паркинсон.

      Всё в дыму и огне, грязный снег и повсюду лишь трупы.       Джинни обрушила свою силу не только на врага, но и на нас.       Я брела по полю, хотя вернее сказать – кладбищу, в попытке отыскать знакомые лица. И я находила их, но все они были мне безразличны, я искала Чарли. Или Драко. Или Тео.       Снизу донёсся глухой чавкающий хрип, и посмотрев под ноги, я увидела захлёбывающегося собственной кровью Корбана Яксли. Половина его лица была обуглена, виднелась кость.       Ему не выжить.       Что я чувствовала? Было ли мне его жаль? Я не понимала. Страх за действительно важных мне людей притупил все иные эмоции.       Мужчина с надеждой протянул ко мне руку, но я прошла мимо, даже не облегчив его участь быстрой смертью.       Идя всё дальше, по пути мне попадались горы тел. Нескончаемое множество: оборотни, егеря, Пожиратели и авроры. Над землёй стоял мерзкий смрад горящей человеческой плоти, от которого слезились глаза.       Вдалеке я заметила, как к виадуку небольшими группами стали стекаться люди, но присмотревшись, не увидела никого из Ордена.       Неужели все погибли?       Последнее, что я запомнила перед тем, как Хогвартс накрыла волна древней магии, был Патронус Поттера — он сообщал, что Лорд пал. А дальше – появившаяся из ниоткуда Джинни, яркая вспышка, падающий замертво с неба дракон, и темнота.       Не знаю, как я выжила, но очнувшись, не увидела больше сражения. Ничего не увидела, только смерть.       Дойдя до ещё одной “братской могилы”, я обнаружила возле неё сидящую на снегу крупную фигуру. Она была мне знакома – Гойл. Он что-то держал на руках, склонившись, прижимая к груди.       -Грег, ты в порядке? – я не сразу узнала в том, кого он обнимал, ещё одного хорошо мне знакомого человека.       Только приблизившись, поняла по длинным белым волосам, что Грег держал на руках тело Дафны. Мёртвое тело.       Из моей груди вырвался немой крик, и я зажала рот рукой.       -Она стояла слишком близко. – не поворачиваясь, сказал парень охрипшим голосом. – Я не успел.       Одежда на нём тлела прямо на коже. Всё тело было в ожогах и ссадинах, а с рук стекала кровь на белоснежные волосы.       Опустившись перед Дафной на колени, я долго вглядывалась в её опалённое огнём лицо, не веря, что это она. В ней было почти не узнать старшую наследницу Дома Гринграсс.       -Уходи, Пэнс. Для тебя здесь больше ничего нет.       -Орден выиграл. – неуверенно сказала я, сама не понимая, что это означало. – Всё закончилось.       Гойл усмехнулся и поднял на меня наполненные печалью глаза.       -Всё только началось.       По полю прошлась волна магии и отовсюду зазвучал грудной голос:       -Вы видели, что произошло. – я замерла. – Мы заключили с Орденом союз, но месть оказалась для них важнее. Оглядитесь! Мы желали справедливого суда, но Ордену не нужна справедливость! Ему нужно отмщение!       Я встала, и словно ведомая чьей-то силой направилась к виадуку.       На каменной возвышенности из куска отвалившейся стены стоял Антонин Долохов, прислонив к горлу волшебную палочку, а позади него – Нотты, Забини, Гестия Кэрроу, Джон Долиш и закованные в цепи Беллатрикс Лестрейндж, Амикус Кэрроу, Кингсли Бруствер и… Чарли.       Мою грудь сдавил страх.       -Применив древнюю магию, которую Орден взращивал все эти годы, он хотел истребить нас! Каждого волшебника! Но только сплотившись вокруг нового лидера мы сможем дать врагу отпор! – Антонин обернулся. Я заметила, как его взгляд остановился на Тео. – Только новая сила позволит нам противостоять этому злу!       Крики поддержки наполнились яростью. Люди кивали, соглашаясь с ним, но я не сводила глаз с Тео.       Почему он молчал? Почему позволял Долохову говорить всё это? Он же знал, что его слова – ложь.       -Но несмотря на вероломство Ордена, мы будем справедливы! Мы не хотим строить новый мир на пепелище! – мужчина кивнул в сторону закованных в цепи, и несколько Пожирателей выволокли на середину самодельной сцены Беллатрикс и Кингсли. – И мы докажем это! Накажем виновников войны обеих сторон!       Он даже не дал никому из них последнего слова. Взмахнул палочкой, и оба пленника упали замертво.       В ужасе я посмотрела на Чарли. Он стоял на коленях, истекая кровью, и будто почувствовав моё присутствие, поднял голову и нашёл меня взглядом в толпе.       -Беги. – прочла я по его губам.       -Убить предателя! – тут же выкрикнул кто-то, указывая на него пальцем.       -Казнить!       -Убийца!       -Осквернитель крови!       В успокоительном жесте Долохов приподнял руку.       -Мы решим судьбу каждого виновного! Костлявая рука Смерти, что сжалась на наших шеях по прихоти Гарри Поттера – Избранного мальчика, желающего узурпировать власть, больше не сможет нас душить! Он хотел избавиться от несогласных путём своей близкой подруги Джиневры Уизли, но мы отстояли право на жизнь! Отстояли право на будущее! И мы накажем каждого, кто хотел нас этого права лишить!       Голова закружилась, а живот скрутило тугой верёвкой.       Чарли потянули за цепь, как собаку, словно всем на потеху, но неожиданно Тео вышел вперёд.       -Нам достаточно смертей. – произнёс он без особых усилий. Чтобы его услышать, все тут же затаили дыхание. – Людей, что вы видите, ждёт справедливое наказание – их ждёт Азкабан.       Зачем он это делал? Чарли ведь ни в чём не виноват, почему его судят?       Продвинувшись ближе к сцене, я остановилась, привлекая внимание тех, кто на ней находился.       -Мисс Паркинсон. – с улыбкой произнёс Долохов, заметив меня. – Пришли с повинной?       Я почувствовала, как толпа оживилась, желая хлеба и зрелищ. Но они их не получат.       У меня не было сил спасти Чарли, я не знала, что могу для него сделать, но решение возникло настолько спонтанно, что я даже не успела его до конца осмыслить.       -Король мёртв. – язык мой жгло ядом, а горло обвила раскалённая плеть. – Да здравствует Король! – и под тяжёлым взглядом Тео, я склонила голову.