Троица

— Ты точно уверен? — неловко спрашивает Руслан, сжимая футболку на чужих плечах. Даня навис сверху, обдувая горячим дыханием шею, в то же время проводя холодным пальцем по контуру летучей мыши. Бровь сама ползет вверх, а взгляд стремится на сложное выражение лица Руслана. Тот хмурится, кусает губы, жмурится и при этом всем выглядит донельзя серьезным в своем вопросе. Даня вздыхает обреченно, закатывая глаза. — За последние полчаса ты спросил это, м-м-м… Прости, я не математик — дохуя. Прекрати ты, а. Сказал, что они ушли — значит, ушли. Руслан все равно недоверчиво смотрит в светлые глаза, но, замечая добрую улыбку, расслабляется. Да, с чего это Дане врать ему? Он всегда был строг в вопросах, которые волновали Руслана, так что поменялось теперь? Отъезд этих мудаков, — вот, что. Если бы он был литератором, описал бы на десять страниц свое облегчение, когда рыжий наркобарон с гриллзами и часами «как ваша халупа» — Руслан из принципа не называет его по этой глупой кличке; ну серьезно? Нил? — разбудил их вонью водного из ванны и хриплым голосом сказал: «Мы погнали, короче». Будто два огромных, рыжих, глупых, несмешных, идиотских камня с души упало, ей-богу. Прошло только часов десять с их неожиданного — но такого желанного — уезда из их скромной квартиры, что Руслан все еще не до конца понял, какой джек-пот им выпал. Даня проводит кончиком носа по скуле, отгоняя все неприятные мысли. Да, он готов утонуть в любых ощущениях от его Дани, пока не слышит, не чувствует и не видит рядом еще двух таких же. Он неловким движением перебрасывает свои руки на плечи Дане, поглаживая их, спускаясь к предплечьям, пощипывая сквозь ткань кожу, впервые, наверно, ощущая такое удовольствие от обычной, казалось бы, прелюдии. Больше никто не будет напевать мелодии, услышанные из секс-шопа и западные «да вы такие треки не вкурите никогда, щеглы». Не будет и приколов с пропадающими носками, потому что Данилке очень нравилось надевать разные и ходить с ехидной ухмылкой перед братьями, гогоча: «Ха, придурки! Разные носки — к смерти матери!». Никто не расскажет ему за чашкой — у Руслана — кофе, у остальных, зачастую — виски — о проебах его парня в детстве. Он хорошо запомнил, как громко смеялись эти двое, вспоминая, как создали аккаунты в Тиндере, и пока у Даниила и Данилки мэтчей было больше десяти за день, у его Дани — ни одного. Всё, закончилось… — Алло, не пропадаем, — прикусывая чужой кадык, шепчет Даня. Руслана как током пробило. Точно, все. Больше этого ада не будет. Он прикрыл глаза, тяжело вздыхая и расслабляясь. Зарывается пальцами в медные волосы, тянет на себя и удовлетворенно улыбается, чувствуя чужую улыбку на коже. Громкий звук скрипящей двери вынуждает их испуганно обернуться. — Еба-а-ать. — Вас и на полдня оставить нельзя! Уже потомство плодите, животные? Сука. Говорила мама — не каркай. Даня мигом слезает с Руслана, ошарашенно поворачиваясь на два знакомых голоса. Видит два тела со скрещенными на груди руками и самыми гадкими ухмылками. Глаза у обоих, как всегда, пылают чем-то нетрезвым. — Вы что тут делаете? — хрипло спрашивает Даня. Руслан закрыл глаза со стыда, сжимая губы в тонкую нить. Как хорошо, что они раздеться не успели… Данилка улыбается шире и щебечет: — Пока до аэропорта ехали, остановились найти пыхнуть. — И нас наебали с координатами. — Ага! — И мы проебали рейс. — Ага! Измученный стон Руслана заставил двоих стоящих громко смеяться.

***

Когда он просыпается, Дани рядом не обнаруживает. Сразу берет телефон в руки, в надежде на сообщение от парня. Он не вытерпит целый день с вот этими… И каково было его облегчение, когда Даня в коротком смс успокоил его, сообщив, что дома появится он к вечеру. «Хорошо, что не сутки. Хорошо, что не пятидневка», — как молитвой проскочило в его голове. Руслан устало выдохнул, решая, что выходить к ним на кухню — а он слышит бурчание западного репа — не будет. Прикрыв глаза, он надеется на дополнительные пары, смены, планёрки — что угодно, лишь бы появляться дома только на поспать. Он не заметил, как дрёма забрала его в свои лапы. Зато хорошо осознал момент, когда проснулся прижатый между двух тел, слыша хриплый гогот на ухо. — Помнишь, когда меня взяли в твою путягу по ошибке? — шепчет, — Руслан фыркнул на эту мысль: они правда стараются его не разбудить? — голос Даниила. В ответ протяжное согласное мычание, и он продолжает: — Нас когда мусора накрыли, я к тебе в общагу приехал и спать улегся. — И? — Что «и»? Не помнишь, придурь? На меня ночью твоя телка залезла, умоляя уделить ей внимания. — Да завались ты, — бурчит Данилка, вспоминая, как брат хвастался своими похождениями. — Я-то оперативнее буду. Ей, наверно, никогда такого охуительного секса не перепадало. Всю ночь… — А сейчас нахуя это вспоминать? — шипит Руслан, пытаясь встать. Но две пары рук прижимают его обратно к кровати. Парни удивленно смотрят на проснувшегося Тушенцова. Местный наркобарон начинает громко смеяться, пока Данилка с серьезным выражением лица и поднятым пальцем важно поясняет: — Вот зачем, — и тычет в лицо экран телефона, на котором был снимок двух братьев и спящего Руслана. Данилка улыбался лучезарно, показывая два пальца, как какая-то маленькая девочка, а Даниил косо смотрел в камеру, слегка ухмыляясь. — Наш работяга знает об этой истории. — Ага. — Скажем ему, что у тебя в глазах задвоилось и ты не различил нас. — Ага. — Будешь на месте той чикули-второкурсницы. — Ага. Стоп, что? Охуел? Даниил прыснул с реакции, забирая телефон из чужих рук и разглядывая фотографию. Ухмыляясь, он поворачивает телефон к Руслану, давая рассмотреть. — Смотри, какой миленький. Слюна почти красиво из рта течет. Руслан стонет, закрывая глаза. Сука, за что? Он пытается спихнуть хотя бы одного парня, чтобы встать и ретироваться поскорее из этой шестой палаты. От одного воняет сигаретами, от второго — приторным запахом жижи с манго. Когда второй раз попытка становится провальной, он хмурится и поворачивается к Даниилу. Говорить с Данилкой, исходя из своего опыта, — бесполезно. Руслан пытался, правда, но всегда их «диалог» заканчивался или анекдотом, или тисканьем за щеки и пятерней в темных волнистых волосах, сопровождающимися визгами о его «милоте» и жалобами о его гетеросексуальности. Этот рыжий недодиллер хотя бы иногда был серьезен: не переводил слова в шутки и не смеялся со слов типа «кофемолка». Хуевый тогда был день… — Что вам надо? — спрашивает Руслан у Даниила. Тот театрально долго трет подбородок и смотрит куда-то вверх. По ощущениям, сейчас вечер, а это значит, что Руслан проспал добрых пять часов после того как прочитал сообщение своего Дани. Организм, видимо, подсознательно старается сбежать из этого ада. — Ой, — вдруг говорит Данилка. Руслан переводит взгляд на него и видит закусанную губу и озорные искорки в светлых глазах. Смотря на телефон, он замечает контакт «сбежавший из Казани» и ниже отправленное селфи со спящим Тушенцовым. — Как неудачно палец соскочил, ты только посмотри! Что же, раз такая возможность, подпишу эту фотку… Он начинает быстро печатать, при этом показывает язык, словно демонстрируя свои старания. Потом показывает экран, где было капсом написано: «Такой беззащитный» и много смайликов рядом, вообще не подходящих под текст. Дверь в комнату чуть не слетает с петель. Руслан пассивно подумал о том, чтобы поменять входную дверь: так грабить придут, а они не услышат. Его Даня учащенно дышит и гневно смотрит на троих лежащих парней. — Ну во-о-от. Все веселье обломал. — Как всегда. — Съебались оба! — зло кричит его Даня, размахивая руками и хватая Даниила за рукав кофты, заставляя подняться с кровати. Они еще немного хихикают и, вставая, уходят. Перед тем как скрыться с виду, Данилка оборачивается, показывая язык. — Что это было? — после недолгой напряженной паузы спрашивает Даня. — Такой же вопрос.

***

— Ну и короче, мы всех вот так кошмарили в детском саду: я притворялся призраком, потом Даниил притворялся призраком, а потом твоё чудище притворялось призраком. Там все так пугались, ты бы знал! Подходишь к этим пиздюкам и говоришь: «Смотри, меня несколько!». И потом я быстро убегал и приходил с братом, — активно жестикулируя и смеясь, тараторит Данилка. — Ты точно не вчерашнюю ночь описываешь? — устало спрашивает Руслан, пытаясь сквозь этот бред сформулировать текст для нового резюме. Он еще никому не сообщал, что собирается устроиться на вторую работу, но облажать все равно не хочет. — Хотя бы смотри на меня, когда говоришь! Это неуважительно, Руслан Сергеевич! Он вымученно вздыхает. — Откуда ты знаешь мое отчество? Данилка загадочно ухмыляется и подносит указательный палец к губам, сохраняя интригу. — Он рылся в твоей медицинской карточке, — из другой комнаты кричит Даниил, на что парень перед ним обиженно скулит что-то про разрыв братства и предательство. Руслан этому тоже не удивляется и просто вздыхает громче и тяжелее, вновь утыкаясь в уже написанные два слова. Среднее общее… Данилка задумчиво смотрит на непроницательное лицо Руслана, и внезапно у него, как в мультике, появляется лампочка над головой. Он аккуратно встаёт со стула, будто боясь, что Руслан сейчас схватит его за рукав и ударит, узнав о его мыслях. Подходит к Даниилу, сидевшему на ковре, смотрящему какой-то клип, и шепчет на ухо: — Походу, Руслан изменяет Дане. Брат вопросительно смотрит на него, переспрашивая, точно ли он понял, на что получает серьезный утвердительный кивок. — Ты у меня спайс спиздил? Данилка прыскает, отрицательно мотая головой. — Он не отлипает от телефона уже час. Помнишь, чтобы раньше он так втыкал? Даниил задумчиво трёт макушку и рукой подзывает брата наклониться к себе, что-то шепча ему на ухо. Они переглядываются, хмуря брови. Когда Руслан смог всё-таки написать целых пять предложений, он с облегчением выдыхает и быстро пробегает в коридор, надевая куртку и кеды, выбегая на улицу, ничего не сказав двум гостям. Ему срочно нужно идти в бар. — Замес какой-то намечается. — Надо бежать к нему на работу. Он согласно кивает, вставая с ковра и выключая телевизор. Когда они вбежали в кафе, огляделись в поисках брата. Этот марафон в догонялки прошел молча. Каждый старался быстрее дойти до нужного заведения, прокручивая в голове слова, с которыми они раскроют Руслана. Даня был за стойкой, сосредоточенно готовя капучино. — Вы что тут забыли, клоуны? — устало спросил он. Не теряя ни секунды, Даниил подошел к стойке и жестом позвал брата отойти в сторону. Тот, даже если пытался вырваться, десятый час смены давал о себе знать, превращая его в тряпичную куклу, просто идущую вслед. Данилка, следуя за ними, встал рядом, цепким взглядом приковываясь к мешкам под глазами на лице Дани. Скоро они станут еще темнее, подумал он. Твердым голосом брат изложил свои подозрения, предъявив доказательства в виде своих слов и поддакиваний Данилки. Даня не мог вынести этого больше. Как же его все достало. Вырвавшись из захвата, он побежал к двери, хлопнув ею так сильно, что задребезжали окна. Близнецы последовали за ним, пытаясь успокоить его, но все было напрасно. Они даже не до конца понимали, больше ли брат злится на их появление или все-таки прислушался к словам и сейчас истерит из-за потери второй половинки. Тем не менее, они шли за ним молча, пока не наткнулись на какой-то клуб. Заходя туда, Даня ловким движением достал из кармана Даниила кошелек, подошел к бармену и попросил несколько шотов текилы. Братья смотрели на него недоуменно, но, закусив губы и чувствуя себя виноватыми, решили, что так будет лучше, и заказали себе тоже выпивки. Данилка долго плакал, что в меню нет детского шампанского с водкой, чем заставил Даню усмехнуться. Точное время, через которое они стали похожи на невменяемую компанию местных гопников — сказать трудно. Но Руслан точно помнит, что пришел в первом часу ночи в клуб и увидел три пьяных, почти спящих тела на диванчиках в углу. Он подбегает к ним и несильно похлопывает своего Даню по щекам, пытаясь привести того в чувства. Но, конечно, этот блядский союз всегда при нем — Данилка резко вздрагивает, и если до этого он в невминозе полулежал на полу, то сейчас раскрыл глаза, с излишней экспрессивностью пихая дремлющего Даниила в бок. — Посмотрите-ка! Кто это явился! — У-у-у, изменщик! — Шалава! — Чем тебе наш Даня не угодил-то? — Захотелось кого-то с хуем побольше? — Нормальный у меня член! — завязанным языком бормочет Даня, жмурясь от ударов. Что происходит? Руслан непонимающе на них смотрит, приподняв бровь. Ему было неловко перед барменом, который наблюдал за ними и, кажется, был очень удивлён происходящим. Еще бы, не часто в самой глуши Питера увидишь такую картину. — И что ты вылупился? — спрашивает Данилка, скрестив руки на груди и надув губы. — Посвятишь в то, что, блять, здесь произошло? — злясь, шипит Руслан. — Ты мне изменил! Тушенцов с минуту непонимающе смотрит на своего Даню, который с такой серьезностью и жалостью в голосе сказал это. Переводит взгляд на его братьев, которые сочувственно того поглаживают по плечам и неодобрительно-мутным взором прожигают дыру в нем. А потом Руслан засмеялся. Громко, со слезами на глазах и схватившись за живот. Парни с презрением смотрели за ним, перешептываясь о том, что он, кажись, с ума сошел от раскрытия такого секрета. — Нет! — отдышавшись, отвечает он. — Не сошел. Стою на нем, прикованный, блять, цепями. Даня, пошли. — Иди к своему любовнику! — пьяным голосом кричит он в ответ, допивая коктейль. Даниил кивает его словам, доставая сигарету. Не зря он заплатил, чтобы курить в помещении. Сейчас это добавит драматизма максимально. — Какому, блять? — массируя переносицу, спрашивает Руслан. — С которым ты переписываешься целыми днями! — врывается в разговор Данилка, тыча пальцем в телефон у него в руках. Остальные два согласно кивают больше машинально, чем вникнув в суть сказанного. Рыжие болванчики, вот правда. — Какие вы тупоголовые, блять. Работодатель — старик под восемьдесят. Делать мне нехуй уходить от этого чудовища к чудовищу с импотенцией, недержанием и деменцией, — шипит Руслан, складывая два плюс два. Он хватает своего Даню за руку и тянет на себя, сразу подхватывая его под плечами, пока тот пытается скоординироваться. Выходили они из клуба с громкими выкриками, ругательствами и, Данилка точно чуть не подрался с бомжом у входа. Придя домой, Руслан сразу написал Коле с просьбой одолжить кругленькую сумму. Пока он не знает, на что потратит эти деньги: на успокоительные или на билеты для этих двух идиотов, чтобы они могли вернуться в свой родной Татарстан.